Известие о беременности застало Су Мяо в состоянии смешанных, глубоко противоречивых чувств. С одной стороны, она ощущала искреннюю, всепоглощающую радость от предвкушения материнства — чувство, значительно усиленное осознанием того, что в её прошлой, трагически оборвавшейся жизни ей так и не довелось испытать подобного счастья. С другой стороны, все прежние размышления о сложном наследии, которое неизбежно унаследует её будущий ребёнок, теперь приобретали значительно более непосредственный, реальный характер.
***
— Ваше высочество, — произнёс дворцовый лекарь после тщательного осмотра, — поздравляю вас. Судя по всем признакам, вы находитесь примерно на втором месяце беременности.
Су Мяо, ощущая, как эта новость постепенно укореняется в её сознании, испытывала трудности с подбором подходящих слов для выражения переполнявших её эмоций.
— Благодарю вас за это известие, — произнесла она наконец с искренней, хотя и несколько ошеломлённой радостью.
Когда лекарь удалился, оставив её наедине с этими мыслями, Су Мяо ещё долго сидела в задумчивом молчании, обдумывая масштаб предстоящих перемен в её жизни.
***
Известие о беременности она сообщила наследному принцу тем же вечером, во время их обычного, неторопливого ужина в относительно приватной обстановке личных покоев.
— Ваше высочество, — произнесла она с лёгким волнением в голосе, — у меня есть важное известие. Дворцовый лекарь подтвердил, что я жду ребёнка.
Реакция наследного принца оказалась настолько искренней и неподдельно радостной, что развеяла последние остатки тревожной неопределённости, всё ещё присутствовавшей в её собственных чувствах.
— Барышня Су, — произнёс он, поднимаясь со своего места и подходя к ней с выражением глубокого счастья на лице, — это поистине замечательная новость. Признаюсь честно, я с нетерпением ожидал этого момента с самого начала нашей супружеской жизни.
***
Известие о беременности принцессы Су, распространившееся при дворе с характерной для подобных новостей скоростью, вызвало множество поздравлений и, что было ожидаемо, определённое усиление внимания к её персоне со стороны различных придворных группировок, каждая из которых, несомненно, уже начинала строить собственные, далеко идущие расчёты относительно будущего наследника.
— Поздравляю вас, ваше высочество, — произнесла императрица во время личной аудиенции, организованной специально по случаю этого радостного известия. — Признаюсь честно, я давно ожидала подобной новости, и мне искренне приятно видеть, как ваш союз с моим сыном приносит столь долгожданные плоды.
— Благодарю за эти добрые слова, ваше величество, — с искренней теплотой ответила Су Мяо.
***
Однако, помимо искренней радости, известие о беременности также принесло с собой определённые, дополнительные меры предосторожности, введённые по настоятельной рекомендации госпожи Инь и командира Чэнь Юя, справедливо опасавшихся, что будущий наследник, обременённый сложным двойным происхождением от обеих ветвей императорской семьи, может стать привлекательной мишенью для различных, потенциально враждебных сил.
— Мы усилим охрану ваших покоев, ваше высочество, — сообщил командир Чэнь Юй во время специально организованного совещания по вопросам безопасности. — Также рекомендую значительно ограничить круг лиц, допущенных к непосредственному контакту с вашей персоной на протяжении оставшегося периода беременности.
Су Мяо, понимая обоснованность подобных предосторожностей, тем не менее ощущала определённую тяжесть от осознания того, что даже эта радостная, глубоко личная новость неизбежно оказывалась вплетённой в сложную паутину политических интриг и потенциальных опасностей, преследовавших её на протяжении всего пути при дворе.
***
Мужун Синьи, узнав о беременности подруги, выразила искреннюю радость, смешанную с определённой практичной заботой о дальнейших мерах предосторожности.
— Поздравляю тебя от всего сердца, — произнесла она, крепко обнимая Су Мяо при первой же возможности личной встречи. — Признаюсь честно, я искренне рада за тебя и наследного принца.
— Благодарю тебя, — с искренней теплотой ответила Су Мяо. — Признаюсь, я испытываю некоторую тревогу относительно того, как davнняя тайна принцессы Ань Ли может повлиять на судьбу моего будущего ребёнка.
Мужун Синьи задумчиво кивнула, разделяя эту обоснованную тревогу подруги.
***
— Полагаю, — произнесла она наконец, — что тебе следует сосредоточиться прежде всего на радости предстоящего материнства, доверив решение более сложных, стратегических вопросов заботе твоих доверенных союзников, включая императора, императрицу и наследного принца. Ты уже проделала колоссальную работу по обеспечению относительной безопасности этого сложного наследия — теперь настало время позволить себе просто наслаждаться этим счастливым, долгожданным моментом твоей жизни.
Эти слова, произнесённые с искренней заботой и мудростью давней подруги, значительно успокоили тревогу Су Мяо, позволяя ей действительно сосредоточиться на радостном предвкушении материнства, не позволяя постоянным, тревожным размышлениям о политических интригах полностью омрачить это глубоко личное, значимое время в её жизни.
***
Спустя несколько месяцев, по мере того как беременность продолжала успешно развиваться, а связанные с ней меры предосторожности постепенно становились привычным элементом повседневной жизни Су Мяо, она начала ощущать растущее, глубокое умиротворение, значительно отличающееся от постоянного напряжения предыдущих, столь бурных месяцев её пребывания при дворе.
— Ваше высочество, — заметила однажды Мэй Хуа, помогая своей госпоже устроиться поудобнее в её личных покоях, — вы выглядите значительно более спокойной и умиротворённой в последнее время.
— Признаюсь честно, Мэй Хуа, — с тёплой, искренней улыбкой ответила Су Мяо, положив руку на слегка округлившийся живот, — предвкушение материнства приносит мне глубокое, давно забытое чувство надежды на будущее — надежды, которую я не смела питать на протяжении всей моей предыдущей, столь трагически оборванной жизни.
Она посмотрела в окно на мирный, безмятежный пейзаж дворцового сада, погружённого в тёплые, золотистые лучи вечернего солнца, ощущая, как впервые за долгое время её мысли обращаются не к прошлым трагедиям или будущим опасностям, а к простой, глубокой радости настоящего момента — момента, полного надежды на счастливое, светлое будущее, которое она так упорно и решительно добивалась на протяжении всего своего удивительного, полного трудностей пути.