Прежде чем принять окончательное решение относительно назначения молодого Ли Фэна наследным принцем — решение, которое, будучи объявленным официально, повлекло бы за собой необратимые последствия для всей дальнейшей судьбы империи, — Су Мяо настояла на личной, продолжительной беседе с самим племянником мужа, желая составить собственное, непосредственное впечатление о его характере и нравственных принципах, а не полагаться исключительно на пересказанные сведения советников, сколь бы надёжными они ни были.
Встреча эта состоялась в том же саду возле павильона Пробуждающейся Ивы, что уже не раз служил местом важных, определяющих судьбу разговоров на протяжении всей истории императорской семьи, — выбор, сделанный Су Мяо намеренно, поскольку сама она давно уже отмечала особую, почти символическую значимость этого места для важных решений, касающихся будущего династии.
***
— Молодой человек, — начала она, когда они остались наедине среди старых, разросшихся за долгие годы ив, — прежде чем мы продолжим наш разговор, я хотела бы спросить вас откровенно: желаете ли вы сами принять на себя бремя императорской власти, или же подобное назначение представляется вам скорее обязанностью, навязанной обстоятельствами вашего рождения, нежели искренним личным стремлением?
Ли Фэн, выслушав этот прямой, но заданный с искренним интересом вопрос, ответил не сразу, а лишь после продолжительного, вдумчивого размышления, свойственного человеку, привыкшему тщательно взвешивать собственные слова, прежде чем произносить их вслух, — качество, которое сама Су Мяо про себя отметила с определённым, хотя и осторожным одобрением.
***
— Честно говоря, тётушка, — сказал он наконец, обращаясь к ней тем родственным, доверительным словом, что было принято в семье в неформальной обстановке, — я не могу сказать, что жажду власти ради самой власти или связанных с ней привилегий. Но я искренне верю в то дело справедливого, честного правления, которому вы и дядя Ли Хэн посвятили столь значительную часть своих жизней, и если я действительно окажусь достойным продолжить это дело на благо всей империи, я почту за честь принять на себя эту ответственность, сколь бы тяжёлым бременем она ни оказалась для моих собственных, личных желаний и амбиций.
— Разумный, взвешенный ответ, — заметила Су Мяо с одобрительной, хотя и по-прежнему испытующей улыбкой, — но позвольте задать вам ещё один, куда более трудный вопрос: как бы вы поступили, обнаружив в собственном ближайшем окружении — среди доверенных советников или даже среди членов собственной семьи — признаки той самой коррупции и злоупотребления властью, что мне довелось разоблачить на протяжении моего собственного, долгого правления? Достанет ли вам решимости действовать против них столь же неукоснительно, как действовала я сама против рода Ли-Чан и канцлера Вэй Чжуна, невзирая на личные связи и родственные чувства?
***
Этот вопрос, заданный с той же испытующей прямотой, что определяла весь подход Су Мяо к оценке нравственных качеств потенциальных союзников на протяжении всей её долгой борьбы за справедливость, заставил Ли Фэна задуматься ещё более серьёзно, чем прежде, — вопрос, ответ на который, как он прекрасно понимал, определит не просто её личное мнение о его пригодности к престолу, но и саму суть его будущего правления, буде оно действительно состоится.
— Полагаю, тётушка, — ответил он наконец, — что подобная решимость потребовала бы от меня немалого мужества, особенно если бы речь шла о действительно близких мне людях. Но я усвоил один важный урок, изучая историю вашего собственного правления в академии наставника Юэ Фэя: справедливость, применяемая избирательно, в зависимости от личных связей и привязанностей, перестаёт быть подлинной справедливостью, превращаясь лишь в очередную форму того же самого фаворитизма и злоупотребления властью, против которого она якобы призвана бороться. Если я действительно унаследую престол, я обязуюсь применять принципы честного, беспристрастного правления равно ко всем, невзирая на личные связи, — сколь бы трудным ни оказалось подобное обязательство на практике в моменты реального, а не отвлечённого испытания.
***
Этот ответ, продемонстрировавший не просто теоретическое понимание принципов справедливого правления, но и искреннее, глубоко продуманное осознание тех личных трудностей, что неизбежно сопровождают подлинное следование подобным принципам на практике, убедил Су Мяо в том, что молодой Ли Фэн действительно обладает теми качествами характера, что необходимы достойному преемнику дела, которому она сама посвятила столь значительную часть своей удивительной, растянувшейся на две жизни судьбы.
— Благодарю вас за искренность, молодой человек, — сказала она, поднимаясь со скамьи, чтобы вернуться к остальным членам семьи, ожидавшим их в главном зале дворца. — Полагаю, я готова рекомендовать вашему дяде-императору рассмотреть ваше назначение наследным принцем со всей серьёзностью, что заслуживает подобное решение. Но помните, Ли Фэн: назначение это, если оно состоится, станет не просто честью, но и величайшим испытанием вашего характера на протяжении всей оставшейся жизни, — испытанием, к которому, полагаю, вас достаточно хорошо подготовили как годы обучения в академии наставника Юэ Фэя, так и, надеюсь, сама история моего собственного, полного трудностей пути к пониманию истинной сути справедливого правления.