Составление формального устава академии, призванного закрепить основные принципы честности и справедливости в самой институциональной структуре учреждения независимо от смены отдельных руководителей, стало для Су Мяо особым, глубоко значимым занятием на протяжении последующих нескольких недель её спокойной, размеренной зимней жизни — трудом, что она воспринимала теперь не просто как практическую задачу государственного значения, но и как своего рода последнее, символическое завещание тем принципам, которым она посвятила столь значительную часть своей удивительной, полной испытаний жизни.
Ли Мин и Мужун Лань, регулярно навещавшие её теперь для совместной работы над текстом этого важного документа, приносили с собой не только собственные соображения относительно практических аспектов функционирования академии, но и глубокое, искреннее почтение к той мудрости, что их мать и свекровь накопила на протяжении десятилетий честного, справедливого служения империи.
***
— Матушка, — сказал Ли Мин во время одной из таких совместных рабочих встреч, — я полагаю, что первый пункт устава должен чётко определить основную цель существования академии — не просто обучение военной тактике и владению оружием, но, что важнее, формирование нравственного облика будущих защитников империи, способных применять полученные боевые навыки исключительно во имя защиты справедливости и слабых, а не ради личной славы или корыстной выгоды.
— Прекрасная, точная формулировка, сын мой, — согласилась Су Мяо, внося собственные, дополнительные уточнения в предложенный им текст с той же тщательной вниманием к деталям, что определяла все значимые государственные документы, составленные под её непосредственным руководством на протяжении долгих лет активного правления. — Полагаю, стоит также добавить конкретное указание на то, что ни происхождение, ни личные связи ученика при дворе не должны влиять на строгость и справедливость его обучения и последующей оценки, — принцип, что мы с покойным наставником Юэ Фэем столь неукоснительно применяли даже к тебе самому в годы твоего собственного обучения.
***
Работа над этим важным документом, растянувшаяся на несколько недель тщательного, вдумчивого обсуждения каждого отдельного пункта будущего устава, позволила Су Мяо не просто внести последний, значимый вклад в институциональное сохранение принципов, которым она посвятила столь значительную часть своей жизни, но и провести немало драгоценного, тёплого времени в обществе собственного сына и невестки, чья искренняя преданность общему делу вызывала у неё глубокое, неизменное удовлетворение.
— Знаете, матушка Су, — сказала Мужун Лань, когда работа над черновым вариантом устава наконец приблизилась к своему завершению, — я порой думаю о том, сколь драгоценным даром для нашей большой семьи и всей академии стала эта возможность работать вместе с вами над подобным важным документом, пока вы сами ещё можете лично поделиться с нами вашей многолетней мудростью и опытом. Полагаю, каждый пункт этого устава будет теперь нести в себе не просто абстрактные принципы, но и живую, непосредственную связь с вашей собственной, удивительной историей их практического применения на протяжении всей вашей долгой жизни.
***
— Благодарю тебя за эти слова, дитя моё, — ответила Су Мяо с тёплой, глубоко тронутой улыбкой, — и признаюсь честно: эта совместная работа над уставом принесла мне не меньшее удовлетворение, чем многие из прежних, значительно более масштабных государственных реформ, что определили мою публичную репутацию на протяжении долгих лет активного правления. Полагаю, истинная ценность подобного труда заключается именно в том, что он позволяет мне быть уверенной в сохранении важных для меня принципов даже после того, как сама я более не смогу лично заботиться об их практическом применении, — уверенность, что приносит мне теперь особое, глубокое утешение на этом позднем, финальном этапе моей долгой, насыщенной событиями судьбы.
Завершённый устав академии, торжественно утверждённый вскоре после этого самим императором Ли Фэном в знак признания его особой значимости для будущего благополучия всей военной системы империи, стал одним из последних, но не менее значимых, чем прежние, свершений Су Мяо на протяжении её долгой, полной испытаний и триумфов жизни, — свершением, что, как она сама искренне надеялась, обеспечит сохранение духа честности и справедливости в этом важном учреждении на протяжении многих последующих поколений задолго после того, как сама она и все её современники обратятся в лишь память и вдохновляющую легенду для будущих учеников этой прославленной академии чести.