Весть о кончине вдовствующей императрицы Су Мяо распространилась по всей огромной, процветающей империи с той стремительностью, что сопровождает лишь действительно значимые, глубоко трогающие сердца подданных события: от самой столицы до самых отдалённых провинций, от знатных дворцовых сановников до простых крестьян, чьи семьи некогда получили выгоду от её многочисленных торговых и благотворительных начинаний, — весь народ империи погрузился в искренний, неподдельный траур по женщине, чья удивительная жизнь и неустанная борьба за справедливость затронули судьбы столь многих людей на протяжении её долгого, насыщенного событиями правления.
Император Ли Фэн, лично распорядившийся о проведении похоронной церемонии с той торжественностью и почестями, что подобали столь выдающейся, глубоко почитаемой представительнице императорской семьи, объявил официальный трёхмесячный траур по всей империи — беспрецедентная по продолжительности мера, что он счёл необходимой в знак признания исключительного значения её вклада в благополучие и справедливое устройство всего государства.
***
— Достопочтенные сановники и подданные империи, — сказал он, обращаясь к собравшемуся при дворе множеству придворных и представителей различных провинций во время торжественной погребальной церемонии, состоявшейся в том самом главном зале дворца, что уже не раз становился свидетелем важнейших моментов её удивительной, полной свершений жизни, — сегодня мы прощаемся с женщиной, чья судьба, растянувшаяся на две удивительные жизни, служит живым, вдохновляющим примером того, что подлинная справедливость, сколь бы долго она ни оставалась сокрытой, рано или поздно находит путь к свету благодаря решимости, терпению и неизменной честности тех, кто посвящает её поиску всю свою жизнь без остатка.
Похоронная процессия, растянувшаяся через всю столицу от дворца до императорского мавзолея, собрала не только придворных сановников и военачальников, но и множество простых горожан и крестьян из окрестных провинций, чьи семьи некогда получили выгоду от её многочисленных реформ — от «житниц справедливости», спасавших крестьян от голода в неурожайные годы, до восстановленной честности экзаменационной системы, что открыла путь к достойной службе многим талантливым, но некогда обиженным судьбой молодым людям вроде Линь Босэня и Хэ Юньсуна.
***
Погребение состоялось в императорском мавзолее рядом с могилой её покойного супруга Ли Хэна, с соблюдением всех торжественных, положенных по случаю смерти столь выдающейся представительницы императорской семьи ритуалов, включая, в знак особого признания её истинного происхождения, торжественное упоминание её прямой родственной связи с принцессой Ань Ли — той самой связи, восстановление которой некогда определило один из наиболее значимых поворотов всей её удивительной, полной испытаний судьбы.
Хэ Юньсун, чья многолетняя, преданная служба в качестве личного летописца покойной вдовствующей императрицы теперь обретала особое, торжественное завершение, представил перед собравшимся двором финальную, полностью завершённую версию «Хроник Феникса» — труда, что он с глубоким почтением объявил официальным, окончательным свидетельством всей удивительной, полной свершений жизни женщины, чьё наследие теперь навсегда вошло в историю великой империи.
***
— Пусть эти хроники, — сказал он, обращаясь к собравшемуся двору с глубоким, торжественным почтением, — послужат не просто историческим свидетельством её многочисленных деяний, но истинным учебником государственной и личной мудрости для многих последующих поколений правителей и простых подданных этой великой империи. Пусть каждый, кто прочтёт эти страницы, вынесет из них тот же самый урок, что определил всю удивительную жизнь самой императрицы Су Мяо: справедливость, честность и неизменная преданность делу защиты слабых способны преобразить не только судьбу отдельного человека, но и судьбу целой империи, если только эти качества найдут достаточно решительное, последовательное применение на протяжении долгой, полной трудностей и триумфов жизни.
Многочисленные потомки Су Мяо, собравшиеся вместе в скорбном, но полном глубокого взаимного утешения единстве большой, любящей семьи, разошлись после завершения торжественной погребальной церемонии каждый к своим собственным, отныне ещё более значимым обязанностям продолжения того великого наследия честности и справедливости, что связывало их всех через живую, неразрывную память о женщине, чья удивительная, растянувшаяся на две жизни судьба навсегда изменила историю их великой, процветающей теперь империи.