Вне планетарного лифта
Леопольд да Силва, Император Великой Сильванской Империи, искренне улыбнулся, увидев женщину, благодаря которой его племянница выжила во время битвы при Лук’таре. Рори осталась жива лишь потому, что Багровая Империя вмешалась ради Смерти.
Когда о её существовании впервые узнала Вселенная, он был абсолютно уверен, что она окажется такой же, как остальные Всадники. Настолько уверен, что немедленно приказал выследить её и убить.
Но после того, как узнал, что именно она косвенно спасла его племянницу, а затем услышал о девушке от самой Рори, его мнение кардинально изменилось. Настолько, что, услышав о назначенных за её голову наградах, он решил помочь ей.
А потом с ним связалась старая подруга из Багровой Империи.
Он улыбался, вспоминая об этой встрече.
Эта подруга не навещала его десятки тысяч лет, поэтому увидеть её вновь было настоящей радостью.
Леопольд бросает взгляд на мужчину рядом с Арией Кримзон и тут же хмурится с нескрываемым раздражением, узнав в нём сына императора Вечной Династии. На мгновение ему даже захотелось немедленно вышвырнуть его с планеты. Или хотя бы держать подальше от девушки, которая так важна для дорогого ему человека. Для той самой подруги.
Но он прекрасно понимает, что этим лишь расстроит Арию. И, скорее всего, Рори тоже.
Поэтому он просто отворачивается от него и снова улыбается девушке, которая спокойно идёт вперёд, совершенно не обращая внимания на десятки солдат по обе стороны прохода.
Когда она подходит достаточно близко, он широко разводит руки в приветственном жесте и восклицает: «Добро пожаловать на Сильверфолл, Ария Кримзон! Меня зовут Леопольд да Силва, я Император Великой Сильванской Империи! Надеюсь, тебе понравится здесь! Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, смело обращайся ко мне или моему брату!»
На мгновение Всадница выглядит озадаченной, после чего кивает и отвечает: «Спасибо».
«Уверен, первым делом тебе захочется посетить Шпили, но сначала загляни во дворец», - продолжает Леопольд, по-прежнему улыбаясь и полностью игнорируя существование торговца рядом. «Я лично отведу тебя туда. Есть несколько вещей, о которых я хотел бы с тобой поговорить».
На этот раз на её лице мелькает удивление. Затем она снова кивает.
Она именно такая, как мне и рассказывали.
От этой мысли его улыбка становится ещё теплее.
Они вдвоём направляются к экипажу, ожидающему у подножия холма неподалёку.
И она так похожа на неё...
Ария
Почему... от этого императора веет дядей? Он ведёт себя так, словно приходится дядей мне, а не Рори.
Что вообще происходит?
Я ожидала хотя бы некоторой напряжённости. Может быть, натянутой вежливости только потому, что Рори наверняка попросила его разрешить мне приехать.
Но не этого.
Хотя его отношение к Широганэ именно такое, какого я и ожидала. Возможно, даже хуже.
Словно того вообще не существует. Будто он просто вычеркнул его из своей памяти после того короткого недовольного взгляда.
Он даже не дал Широганэ заговорить. Ни единого шанса.
Просто обратился ко мне, представился, позволил мне представиться в ответ и полностью проигнорировал существование Широганэ.
Я смотрю на экипаж, к которому мы подходим. Он выглядит как странная смесь старых и новых технологий.
С виду это обычная карета, только запряжена она механическими лошадьми. Да и сама карета, хоть и сделана из дерева, явно собрана из древесины Лук’тара. Причём настолько сильно зачарованной, что это уже совсем не обычное дерево.
Так что передо мной явно не просто карета. Скорее уж что-то прочнее танка.
Любоваться ей мне мешает дверь, захлопнувшаяся за моей спиной сразу после того, как я вошла внутрь. Причём Широганэ даже не пустили следом. Я удивлённо моргаю и слышу, как один из солдат предлагает ему ехать впереди рядом с кучером.
Удивление становится ещё сильнее. Я перевожу взгляд на императора, а он лишь улыбается и спрашивает: «Не хочешь чего-нибудь выпить? До дворца недалеко, но мы прихватили с собой достаточно твоего любимого вина».
Все мысли о Широганэ мгновенно испаряются. Я сразу прошу своё любимое вино, и вскоре прямо передо мной появляется тонкая магическая платформа. Из небольшого хранилища в задней части кареты выплывает бокал и несколько стаканов поменьше, после чего вино само начинает наполнять бокал.
Я беру его и делаю глоток, а затем удовлетворённо вздыхаю. И тут же слегка краснею, заметив, как улыбка императора становится шире.
Словно он наблюдает за дочерью или племянницей, которая радуется чему-то.
Это так странно...
Карета вскоре трогается с места, и по виду из окна становится очевидно, что движется она совсем не как обычная карета. Потому что она... летит. Причём окутанная каким-то энергетическим полем.
Да уж. Обычной её точно не назовёшь.
«Королевские экипажи Империи используют особый вид пространственной магии, который помещает карету в отдельное измерение относительно внешнего мира», - объясняет Император Леопольд, словно отвечая на все мои невысказанные вопросы. «Это обеспечивает дополнительную безопасность и позволяет экипажу проходить сквозь живых существ и любые препятствия на пути».
«Очень удобно», - замечаю я, делая ещё один глоток вина и глядя в окно сквозь мерцающую завесу энергии на проплывающий внизу город. И, не отрывая взгляда от города, всё же спрашиваю: «Тогда зачем придерживаться такой старомодной эстетики?»
Он молчит секунду, и я продолжаю: «Очевидно же, что технологии у вас невероятно развитые. Но при этом вы упорно сохраняете средневековый стиль во всём. В домах, одежде, транспорте, замках. Во всём».
Почему-то мне кажется, что мои слова задевают какую-то струну в его душе. На его лице появляется выражение, будто он смотрит на кого-то знакомого. На старого друга. Или на кого-то, кого когда-то очень любил.
Странностей становится всё больше...
Я ведь никогда его раньше не встречала, так почему он ведёт себя со мной именно так?
Он моргает, словно очнувшись от собственных мыслей, затем переводит взгляд за окно и отвечает: «Мне кажется, современное оружие и современный внешний вид портят многие вещи. Делают их менее... не знаю, менее спокойными». Он вновь смотрит на меня. «Взять хотя бы заводы на многих мирах. Они загрязняют окружающую среду. Или автомобили. Или артиллерию и самолёты. Всё это уродует мир».
После чего снова отворачивается к окну и добавляет: «А ещё такой стиль вызывает у меня ностальгию. Мы получаем все преимущества развитых технологий, не разрушая природу и не подогревая человеческую жадность. И я сохраняю то чувство ностальгии, которое мне дорого».
Причина вполне хорошая.
Я снова отворачиваюсь к окну и прислоняюсь к нему плечом.
И в его словах есть смысл. Здесь действительно красиво. Мне всегда нравились малотехнологичные миры. В них и пахнет иначе, и находиться приятнее.
Меньше загрязнения и всё такое.
Пожалуй, единственным высокотехнологичным миром до этого, где я не чувствовала себя слегка неуютно, был Этернус.
Но Этернус - океанический мир. Там всё пахнет морем.
Так что это совсем другое.
«Даже привычки у тебя такие же...» - вдруг слышу я тихое бормотание императора. Я тут же выпрямляюсь и смотрю на него, только сейчас осознав, что успела расслабиться в его присутствии.
«Прошу прощения?» - спрашиваю я, нахмурившись.
Он лишь качает головой. «Не обращай внимания. Ты просто очень напоминаешь мне одну старую подругу, которая недавно навещала меня».
Старую... подругу?
Что?
Не понимаю, к чему он клонит, но ладно.
Зато есть кое-что, о чём я давно хотела спросить. То, на что никто из публики не знает ответа.
И то, о чём мне совершенно не хочется спрашивать Широ.
Но почему-то рядом с этим императором, которого я знаю от силы минут пять, я чувствую себя куда свободнее, чем рядом с Широ, которого знаю уже десятилетия.
Поэтому я всё-таки задаю вопрос: «Почему вы так ненавидите Вечную Династию?»
Его лицо мгновенно каменеет, и он отводит взгляд.
Но мне действительно хочется это узнать.