Ария
Покинув мужской жилой корпус, я сразу направляюсь к нашему с Ханной зданию, а затем - к своей комнате. Там я без промедления начинаю писать письмо, которое оставлю команде, вписывая в него всё, что, по моему мнению, им нужно знать. Даже то, о чём мне обычно запрещает говорить контракт - ведь прочитают они это уже после смерти Лисандра, когда контракт потеряет силу.
К этому моменту все слёзы уже будто закончились, поэтому, даже пока я пишу, чувствую лишь тихое, печальное принятие своей ситуации.
Закончив, я подписываю письмо: «Моей команде», - и прячу его под подушкой.
А затем без колебаний начинаю складывать вещи в кольцо-хранилище.
Во время последней миссии на базу доставили много моих личных вещей - особенно те, что мы покупали вместе с Ханной. Так что их я тоже убираю в кольцо.
Ну и, разумеется, я заранее заплатила своему дворецкому за несколько лет работы вперёд, хотя в этом и не было необходимости. Потому что он классный мужик.
Закончив собираться, я покидаю здание, ничего не говоря остальным, и встречаюсь с Первым Генералом, будучи одета лишь в офицерскую форму и кольцо-хранилище. Абсолютно ничего подозрительного.
Она несколько секунд осматривает меня, после чего спрашивает: «Готова?»
Я киваю, и мы сразу направляемся туда, где держат бывшего императора.
Как выясняется, это какая-то случайная крепость на территории Республики. Точнее, её подземелье.
По крайней мере, именно туда она меня ведёт. Мы идём по тюремным коридорам заметно дольше, чем вообще должны тянуться подобные подземелья. Наверняка эффект её способности. Скрывает истинные размеры с помощью иллюзий.
И лишь спустя почти полчаса ходьбы мы наконец оказываемся перед большой камерой, внутри которой я ощущаю знакомую сигнатуру маны.
«Откройте камеру», - приказывает Первый Генерал охраннику у двери. Тот поспешно выполняет приказ, впуская меня внутрь. Затем генерал закрывает дверь, оставляя меня одну в тишине тёмной камеры.
Она сказала, что после всего мне нужно будет просто позвонить в колокольчик, создавая видимость приватности. Но если быть честной с собой, я прекрасно понимаю, что она наблюдает за всем, что происходит в этих подземельях.
Только мне уже плевать.
Что бы здесь ни произошло и что бы ни было сказано - это больше не имеет значения. Не тогда, когда они всё равно узнают мои тайны после провала воскрешения императора.
До этого момента все считали, что причиной невозможности воскресить принца Великой Империи Роан стала неудачная попытка призыва Великого Духа Смерти. И жители Роана, и наши собственные люди.
Но после этого? После других успешных воскрешений?
Им понадобится всего пара минут, чтобы сложить два и два.
Поэтому широкая ухмылка сама растягивается на моём лице, пока я шагаю глубже в кромешную тьму камеры. А затем, использовав крошечную часть запасов энергии души, которые успела восстановить после войны, поглощая души погибших, я позволяю багровому свету заполнить помещение.
Осветив сидящего в глубине камеры человека в лохмотьях. Человека, стоящего за всеми моими травмами.
Сдерживаться я больше не собираюсь.
Камера
Не так давно
Лисандр де Пайр Вольтер, бывший император бывшей Албарийской Империи, всегда задавался вопросом «почему». Почему родители почти отказались от него в попытках создать другого наследника. Того, кто действительно смог бы продолжить род. Почему народ постепенно переставал поддерживать его семью. Почему ему досталась настолько бесполезная для императора способность. Почему всё обернулось именно так. Или был ли правильным выбор избавиться от семьи Кримзон.
Это слово постоянно крутилось у него в голове, цепляясь за очередное сожаление. За очередное «а что, если». За очередной вопрос о справедливости мира.
Убил бы он семью Кримзон, если бы заранее знал, что одна из них - настоящий бессмертный? Или, скорее, если бы поверил слухам об этом?
Возможно. Сам Лисандр прекрасно понимал, что зачастую действует раньше, чем успевает всё обдумать. А ещё он всегда ненавидел семью Кримзон - семью чужаков, отнявших огромную часть власти в стране и присвоивших её себе.
Но мог ли он хотя бы лучше всё спланировать, знай он правду заранее?
В этом бывший император был абсолютно уверен.
Для него всё всегда упиралось в информацию. В знание каждой фигуры на шахматной доске и понимание того, как использовать её наиболее эффективно. В предсказание ходов других игроков, потому что в реальности ты всегда играешь против бесконечного числа противников.
Но теперь, сидя в углу камеры подземелий Первого Генерала в одних лохмотьях, он задавался уже другим вопросом: где именно всё пошло не так? И как вернуть всё в нужное русло?
Его размышления резко прерываются, когда дверь в камеру наконец открывается, впуская внутрь полоску света в кромешную тьму. Но едва он собирается разразиться оскорблениями в адрес Первого Генерала, как замирает. Потому что видит, кто именно вошёл.
И это не Первый Генерал.
Дверь быстро закрывается и снова запирается, оставляя их двоих в полной темноте, где единственным источником света остаются светящиеся багровые глаза девушки. От этого свечения по спине Лисандра пробегает холодок, пока она медленно подходит к нему всё ближе и ближе.
Лисандр понимает, что ему конец. Да, он Обладатель Способностей, но его сила предназначена лишь для восприятия. К тому же ману из него выкачали ещё до заключения, так что сейчас даже усиленные чувства работают куда хуже обычного.
А вот девчонка, от которой он пытался избавиться больше десяти лет, наоборот, будто переполнена энергией.
Или…
Лисандр хмурится.
…чем-то похожим на ману?
Стоп, откуда у неё вообще такая энергия?
Бывший император чувствует в ней что-то… другое… по сравнению с их последней встречей. И дело не во внешности.
Но времени размышлять ему не дают, потому что девчонка наконец останавливается в нескольких метрах от него, сидящего у стены со скованными цепями руками. И первые же её слова выпускают наружу весь гнев Лисандра.
«Тебе идёт этот наряд», - говорит она с жестокой улыбкой.
«Сука!» - орёт Лисандр, брызгая слюной от ярости и вскакивая на ноги, только чтобы цепи тут же дёрнули его обратно на пол. «Подойди сюда, и посмотрим, кто тогда будет смеяться!»
Он не видел на ней оружия, а её способность - Истинное Бессмертие. Так что, несмотря на своё положение, он всё ещё считал её слабее себя. Всё той же девятилетней девчонкой, найденной его солдатами в поместье Кримзон.
Она даже уровнем ниже него.
Девушка смеётся ему в лицо и делает шаг вперёд. Багровая энергия вокруг неё сгущается ещё сильнее, окутывая всё тело. А затем без малейшего усилия она хватает его за шею, поднимает в воздух и прижимает к стене, протаскивая спиной по камню. Лисандр вскрикивает от боли. А она наклоняет голову всего в футе от его лица и спрашивает: «Ну вот я подошла. И что теперь?»
Он пытается вырваться, но её хватка даже не слабеет. Девчонка оказывается чудовищно сильной. Сильнее него. Что не должно быть возможно, ведь его уровень выше её.
Что происходит?!
«Я всё ещё не слышу твоего смеха», - почти певуче произносит она и начинает медленно идти вдоль стены, таща его за собой и сдирая остатки лохмотьев вместе с кожей на спине. Затем снова останавливается, хватает его за руку - и ломает запястье, заставляя кричать от боли. «Всё ещё не смеёшься. Хмм. Жалко».
Она бросает его на пол, и он с воплем боли падает на землю, прижимая сломанную руку к груди.
«Как?!» - орёт он сквозь жгучую боль, к которой давно уже не привык как император. Или бывший император. «Как ты это делаешь?!»
Сука смотрит на него сверху вниз, скрестив руки, и говорит: «Что, до сих пор не понял? Система - удивительная вещь, не находишь?»
Несколько секунд он непонимающе смотрит на неё, а затем его глаза расширяются, когда он вспоминает. Системные навыки. Он сужает глаза. «Значит, тебе достался навык усиления тела. И что с того? Как это должно- БЛЯТЬ!»
Он обрывается на крике, когда сука без малейших эмоций пинает его между ног.
«Ты слишком много болтаешь», - спокойно заявляет она, несколько раз постукивая пальцем по руке, пока Лисандр корчится, не в силах выдавить ни слова. «Вообще, монологи в такие моменты - плохая идея, но, думаю, я всё же попробую».
И бывшему императору остаётся только слушать, понимая от силы три четверти её слов сквозь боль. «Ты наверняка уже знаешь, что я хотела убить тебя с девяти лет. Тебя и твою шавку, которая, кстати, уже сдохла. Но ладно, не о нём речь. Честно говоря, я удивилась, когда Первый Генерал решила отдать тебя мне вот так. Но я ведь не настолько тупая, чтобы не понимать, что она наверняка позволит твоим последователям потом тебя воскресить. Да и, скорее всего, она прямо сейчас нас слушает». Наконец он поднимает голову как раз в тот момент, когда она слегка наклоняется вперёд, упираясь руками в колени. В её глазах нет вообще никаких эмоций. Она смотрит ему прямо в глаза. «Но знаешь что?»
Лисандр с трудом выдавливает: «Что?..» Хотя на самом деле хочет осыпать её проклятиями.
Но он понимает, что сейчас все карты у неё в руках. И даже после воскрешения ему лучше не умирать лишний раз - на это уйдут остатки ресурсов его людей. Ресурсов, которые, пусть и можно восстановить, нельзя тратить впустую.
«Мне плевать», - отвечает она, и Лисандр ошеломлённо смотрит на неё. «Плевать. Уже плевать. На твой план с воскрешением. На попытки Первого Генерала использовать меня. Даже на Артерианцев или Великую Империю Роан». Она выпрямляется, и её светящиеся красные глаза вновь впиваются в него. «Мне. Абсолютно. Поебать».
А затем начинает ходить перед ним из стороны в сторону, продолжая говорить: «Знаешь, как я убила твою шавку? У него было три тысячи солдат Артерии и Албарии, которые пытались меня удержать. И у них получилось». Она делает короткую паузу. «Ну, удержать меня, в смысле».
Лисандр продолжает слушать сквозь боль, которая понемногу начинает притупляться благодаря адреналину.
«Я продержалась против примерно двух тысяч из них, пока меня наконец не схватили. А потом этот идиот начал нести какую-то чушь о том, как я разрушила твои планы, и бла бла бла, какой-то длинный монолог». Она останавливается и бросает взгляд на бывшего императора. «Прямо как я сейчас». Затем снова начинает ходить взад и вперед, глядя туда, куда идет, а не на Лисандра. «Но мне удалось использовать последний скрытый клинок - буквально скрытый - и убить одного из солдат, державших меня. Албарийского солдата, если точнее». Она останавливается и смотрит прямо на Лисандра. «Твоя шавка сначала даже не придала этому значения». Её глаза сужаются. «Пока он не увидел, что мой уровень вырос».
Бывший император моргает в замешательстве.
Что?
Она снова начинает ходить, совершенно игнорируя выражение его лица. «Мало кто знает, но если сказать Искателю Правды то, что ты сам считаешь правдой в ответ на вопрос, который задавал себе мысленно, он не почувствует ложь. Потому что технически ты не врёшь». Сука снова бросает на него взгляд. «Ты знал об этом?»
Глаза Лисандра резко расширяются, когда он понимает, что она солгала либо о своём классе, либо о своём предназначении.
А может, и о том, и о другом.
«Наконец-то дошло, а?» - смеётся она и останавливается прямо перед ним, разводя руки в стороны. «Давай посмотрим, поймёшь ли ты после этого».
Глаза девчонки начинают сиять всё ярче и ярче багровым светом, а затем тем же светом покрываются и её руки.
В следующий миг вокруг неё открываются пять разломов, ведущих в место, насквозь пропитанное смертью.
И из каждого выходит по существу. Все они направляются к бывшему императору, а двое хватают его под руки своими костлявыми ладонями и поднимают в воздух.
Одного прикосновения этих ледяных костей к коже хватает, чтобы по телу Лисандра пробежал ужас. Но на этом всё не заканчивается. Девчонка смотрит на него сверху вниз с широкой улыбкой, и её голос, наполненный чистой силой, начинает разноситься по всей камере.
«Позволь мне представиться заново». В этот момент одно из костяных существ вонзает энергетический клинок ему в правую ногу, заставляя Лисандра кричать от боли. «Меня зовут Ария Кримзон. Но теперь некоторые могут знать меня под другим именем». Второй клинок пронзает вторую ногу, и кровь начинает течь без остановки. «Вряд ли тебе оно знакомо. Но оно всё равно есть». Третье существо прибивает к стене его правую руку, и крик Лисандра становится ещё выше. «И хотя до сих пор я старалась держаться от этого имени подальше… думаю, теперь я наконец приму его как часть себя».
Сквозь боль он орёт: «Ты же знаешь, что я всё равно вернусь! Ты пожалеешь об этом! Запомни блять мои слова, ты будешь страдать!!!»
Девчонка слегка склоняет голову, затем пожимает плечами. После чего последнее существо прибивает к стене и оставшуюся руку. «Нет», - спокойно отвечает она. «Не думаю». А затем - словно из чистой иронии - достаёт пистолет и направляет ему в голову. Тот самый пистолет, из которого его генерал-лейтенант убил её дядю.
«Обычно я не люблю театральность», - говорит она, а затем ухмыляется. «Но, возможно, мне стоит начать».
Сквозь боль Лисандр едва различает её слова.
«Меня зовут Ария Кримзон. Но теперь некоторые знают меня как Смерть, Предвестницу Смерти и Всадника - или Всадницу, как больше нравится - Апокалипсиса». Эти слова потрясают Лисандра до глубины души. «И ты не сможешь вернуться».
Последнее, что слышит бывший император - звук выстрела и слабую вспышку света от кого-то, внезапно появившегося в камере.
А затем всё погружается во тьму.
Навсегда.