Ария
«Хм», - бормочу я, безучастно глядя на Зеро, сидящую напротив меня. Мы обе расположились в удобных креслах в её спальне в Плане Смерти. Несмотря на своё название, это на удивление уютное место, расположенное в огромном замке. «Я об этом не знала».
«Это неудивительно, дитя», - с улыбкой отвечает Зеро. «Множество событий, связанных с Всадниками и другими энергиями Вселенной, скрывается от простых людей».
Хмм. Интересно, что ещё от нас скрывают?
Зеро уже открывает рот, собираясь что-то сказать, но нас прерывает жужжание терминала на моей руке, сообщающее о входящем вызове.
Я бросаю взгляд на Зеро. Она кивает и улыбается, как бы разрешая принять звонок, и я тянусь к терминалу. На экране тут же появляется лицо Леоне.
И почему-то она выглядит совсем не радостной.
На мгновение я думаю, не сделала ли я что-то не так, но в голову ничего не приходит. И это только сильнее распаляет моё любопытство.
Тогда она отвечает на мой незаданный вопрос: «На Второй Звезде Станций Star Link вспыхнула новая вирусная вспышка».
Я несколько секунд молча смотрю на неё.
Она смотрит в ответ.
В воздухе повисает тишина.
Я поворачиваюсь к Зеро, и та лишь кивает. Тогда я киваю в ответ, снова призываю своего коня и открываю ещё одни врата обратно в Разлом. После чего еду на своём безымянном коне через Разлом обратно к выходу.
«Я уже иду, но до входа в Разлом может уйти несколько часов», - говорю я Леоне, одновременно просматривая форум Станций Star Link на терминале и деля экран надвое. Просто пытаюсь найти хоть что-нибудь об этой вспышке.
И первая же новость, что мне попадается, совсем не радует.
Потому что это связано с Мором.
По всей видимости, у этой вспышки есть признаки того, что её вызвал именно Мор. Самый очевидный из них - он буквально завис снаружи Станций Star Link и наблюдает.
Правда, сейчас об этом почти никто не говорит. Все обсуждают саму эпидемию.
А вирус оказался крайне жестоким.
«Я сейчас в безопасности и не контактировала с заражёнными. На корабль тоже никто не поднимался», - говорит Леоне, пока я читаю про вирус. «Так что корабль, скорее всего, не заражён. Но, пожалуйста, не заходи внутрь. Или хотя бы оставайся только в обеззараженной части». На другой половине экрана я замечаю, как она слегка вздрагивает. «Я очень не хочу подхватить этот вирус».
«Понимаю…» - бормочу я, дочитав всё, что смогла найти о вирусе.
Поначалу вирус почти невозможно обнаружить. Единственный симптом - лёгкий зуд в ногах. Ни температуры, ни пятен, ни каких-либо внешних признаков болезни.
Затем вирус начинает медленно распространяться по ногам изнутри наружу, буквально пожирая ткани. Но делает это настолько медленно, а заодно выделяет какое-то вещество, полностью притупляющее боль, что заражённый практически ничего не замечает.
Кроме постепенно усиливающегося зуда, из-за которого люди начинают расчёсывать свои ноги.
И этим только усугубляют ситуацию, потому что на поздних стадиях болезни начинают буквально сдирать с себя куски плоти.
Первые несколько дней никаких признаков, кроме зуда, нет вообще. Лишь спустя некоторое время вирус добирается до поверхности кожи, и тогда на ногах начинают появляться крупные чёрные участки омертвевшей плоти. Хотя ещё раньше болезнь можно заподозрить по постепенно нарастающей слабости в ногах.
Что неудивительно. Когда внутри ног уже образовались огромные полости, было бы странно, если бы человек чувствовал себя нормально.
После этого вирус продолжает медленно распространяться вверх, поражая всё тело.
Но это даже не самое худшее.
Существует способ ненадолго замедлить развитие вируса. И он чудовищен.
Чтобы отсрочить действие вируса, заражённый должен есть свежую плоть. Прямо с костей.
И даже это помогает только на время.
Разумеется, сначала никто об этом не знал. Люди поняли это лишь тогда, когда мучительный голод, вызванный отмирающей плотью, начал сводить некоторых с ума.
Настолько, что они нападали на других людей, если рядом не было другой пищи.
И стоило им насытиться человеческой плотью, как безумие ненадолго отступало.
А следом приходило осознание того, что они только что сделали.
Получается, болезнь превращает людей в зомби, которые при этом сохраняют разум и потом вынуждены жить с памятью обо всём, что натворили во время приступов. И постоянного лекарства от неё не существует.
Похоже, вирус не действует на тех, чей уровень выше тысячи. Поэтому большая часть охраны станции остаётся невредимой и пытается удерживать порядок среди миллиардов жителей. Что совсем непросто.
Что касается остальных государств Вселенной, все они уже объявили Станции Star Link зоной карантина.
Даже остальные станции изолировались от Второй Звезды. Правда, пользы от этого уже нет - вирус успел распространиться ещё на несколько станций.
Хотя, учитывая, что Мор до сих пор висит в космосе и делает записи, наблюдая за происходящим, совершенно очевидно, что именно он выпустил вирус на Второй Звезде.
Я невольно поджимаю губы, пока мой конь несётся по воздуху сквозь Разлом, совершенно не обращая внимания ни на гравитацию, ни на платформы.
Какое странное совпадение. Стоило мне запланировать путешествие в мир, который Мор когда-то уничтожил во время одного из своих экспериментов, как мы снова встретились.
При этой мысли я перевожу взгляд на окно видеозвонка и вижу, как Леоне, глядя куда-то за пределы корабля, крепко сжимает зубы. Скорее всего, она смотрит на Мора, хотя с моего ракурса этого не видно.
Да… Его присутствие здесь её явно не радует.
Я тяжело вздыхаю и продолжаю путь в полном молчании. Пока наконец не покидаю Разлом и не замечаю корабль, который, как говорила Лира, должен был ждать меня у выхода. Вот только внутри никого нет.
Похоже, охранник ушёл помогать разбираться с чрезвычайной ситуацией.
Ожидаемо.
Мой конь слегка замедляется и тихо ржёт, заставляя меня посмотреть в сторону Мора и станции. Сквозь огромные окна станции видно, как люди в панике мечутся по двум проходам, а некоторые пытаются наброситься друг на друга.
Сам же Мор продолжает делать записи. Он лишь на мгновение поднимает голову, когда его конь поворачивается к моему. Кажется, животные будто общаются между собой.
Сам Мор никак не реагирует. Не кивает, не приветствует, просто возвращается к своим заметкам.
Я захожу в корабль возле Разлома и начинаю искать что-нибудь, через что можно связаться с Лирой. Она наверняка оставила здесь какое-нибудь средство связи.
И действительно. На капитанском кресле лежит небольшой приёмник.
Я беру его, нажимаю кнопку вызова и жду.
Жду.
И продолжаю ждать.
Наконец связь устанавливается, и сразу же раздаётся голос Лиры: «О, наконец-то, ты выбралась из Разлома, да? Отлично! Похоже, я сильно ошиблась, когда решила, что твоё "ненадолго" действительно означает ненадолго».
Я уже собираюсь ответить, но она продолжает говорить, даже не дав мне открыть рот: «Кстати, не могла бы ты поговорить с тем жутковатым типом, который сейчас висит снаружи и наблюдает за моей станцией так, будто мы все его лабораторные крысы?»
Я вопросительно приподнимаю бровь.
«Ты хочешь, чтобы я стала подопытной вместо жителей твоей станции?» - спрашиваю я. «И с чего бы мне это делать ради мира, с которым меня даже ничего не связывает? Вообще-то это ты мне должна услугу, а не наоборот».
На несколько секунд наступает тишина.
«А если я передам тебе с десяток заводов, где можно будет производить любые виды взрывчатки?» - наконец спрашивает Лира. В тот же миг передо мной появляется голограмма со списком заводов Станций Star Link.
«Итак, что именно ты хочешь у него узнать?» - мгновенно уточняю я. «Кроме просьбы прекратить эксперимент, разумеется».
Снова короткая пауза.
«Спроси, сможет ли он вылечить наших людей от его вируса», - наконец отвечает Лира, и в её голосе звучит странное недоумение.
Я киваю. «Хорошо, поняла. Тогда я пойду и поговорю с ним».
Убрав приёмник в карман куртки, я разворачиваюсь и выхожу из корабля.
Но пока направляюсь к Мору, мысли у меня заняты совсем другим. Этими заводами.
И почему мне самой раньше не пришла в голову мысль наладить собственное производство взрывчатки?
Это же просто гениально.