В нескольких звёздных системах от Сильверфолла
На территории Великой Сильванской Империи
Император Леопольд мерил шагами единственную посадочную площадку мира под названием Склара, никак не в силах выбросить из головы слова принцессы. Её реакцию. Её поступки. И, самое главное, выражение её лица после того, как она узнала, что её семья на самом деле жива.
Что её семья отличается от той, которую она помнит.
Он прибыл на этот удалённый военный форпост именно потому, что здесь почти никого не было, а сам мир находился далеко от Сильверфолла. Леопольд хотел быть абсолютно уверен, что проклятие не активируется даже здесь. В конце концов, оно срабатывало, стоило ему лишь случайно оказаться поблизости от телефонного разговора, который могла услышать принцесса. Что уж говорить о планете где-нибудь неподалёку от неё.
Но впервые с тех пор, как он связался с ними, проклятие занимало в его мыслях далеко не первое место.
Как они это воспримут? Расстроятся? Нет, тут и сомневаться нечего - расстроятся. Почти век ждать встречи со своей дочерью... На их месте я бы тоже расстроился. Но они ведь должны понимать, что всё может обернуться именно так, верно?
Леопольд продолжал ходить взад-вперёд по огромной круглой посадочной площадке.
Всех рыцарей Империи заранее отправили на задания, оставив планету практически безлюдной, несмотря на её статус военного форпоста. Потому что ни Великая Сильванская Империя, ни Багровая Империя не могли допустить, чтобы о сегодняшней встрече узнал кто-либо из Всадников.
Почти полчаса он продолжал мерить шагами площадку, пока пространство над планетой внезапно не вспыхнуло тёмно-багровым светом. Реальность раскололась. Из образовавшегося разлома, словно из раны в самом мироздании, появился гигантский корабль размером почти с половину планеты. Он медленно вышел из червоточины, созданной им самим.
Его корпус был окутан чёрной и багровой энергией, перескакивающей между бронеплитами подобно молниям. А вокруг флагмана начали появляться сотни куда меньших боевых кораблей.
Ещё одно подтверждение того, насколько болезненно Багровая Империя относится к безопасности своей королевской семьи.
Леопольд мог понять подобную осторожность. Всё-таки королевская семья находилась в чёрном списке трёх сильнейших существ во всей вселенной. Но сами они тоже входили в число самых могущественных существ вселенной, пусть и уступали Всадникам. Поэтому, по мнению Леопольда, целый флот в качестве телохранителей был уже перебором.
Вокруг планеты выстроилась целая армада, а затем рядом с флагманом вспыхнула чёрно-багровая энергия, и из неё появилась его давняя подруга. На ней была высокотехнологичная чёрно-багровая броня, превосходящая всё, чем обладала любая другая держава. Даже Династия Мёртвых Рекс.
Впрочем, эта броня явно была создана на стыке магии и технологий, поэтому в области чисто технологических достижений Династия Мёртвых Рекс всё ещё оставалась впереди.
Одного взгляда на лучшую подругу оказалось достаточно, чтобы на лице Леопольда появилась тёплая улыбка. Она по-прежнему была так же прекрасна, как и при их последней встрече. Чёрно-багровая высокотехнологичная броня облегала её фигуру, подчёркивая каждый изгиб. Белоснежные волосы плавали среди клубящейся вокруг энергии, пока она медленно опускалась в атмосферу песчано-водного мира. А её сияющие багровые глаза напомнили Леопольду её дочь. Только в них всё ещё сохранялись мягкость и доброта, а во взгляде ощущалась твёрдость, которой так не хватало всё более апатичной день ото дня Арии.
Но дело было не только в глазах. Во всём остальном она выглядела почти точной копией Арии Кримзон. Фигура, волосы, лицо - буквально всё. Разве что выглядела чуть старше и была куда более эмоциональной. Без той апатии, которая со временем стала неотъемлемой частью Арии.
Даже несмотря на эти небольшие различия, было совершенно очевидно одно. Перед ним стояла мать Арии Кримзон.
Люцилия Кримзон, Императрица Багровой Империи. Но из корабля вышла не только она. Следом появились её муж и сын. Оба тоже несли в себе заметное сходство с Арией, пусть и не настолько сильное, как у её матери.
А вместе с ними из кораблей начали выходить сотни солдат в багровых мантиях с натянутыми на головы капюшонами и масками.
Они быстро образовали огромное кольцо, пока трое членов императорской семьи медленно спускались к посадочной площадке навстречу Леопольду.
Люцилия улыбнулась и произнесла: «Давно мы не виделись лично, Лео».
«Очень давно, Люци», - ответил Леопольд с улыбкой. Затем он перевёл взгляд на её мужа и кивнул.
Император Багровой Империи, Арториус Кримзон, нахмурился и, скрестив руки на груди, сразу спросил: «Значит, ты рассказал ей? Как она отреагировала?»
Леопольд поморщился. «Не очень хорошо».
Все трое перед ним - существа, уступающие по силе лишь Всадникам Апокалипсиса. Более того, в некоторых аспектах сама Императрица превосходила даже отдельного Всадника. И всё же от его слов каждый из них вздрогнул.
Пальцы Люцилии начали нервно подрагивать - привычка, которую Леопольд прекрасно помнил ещё с давних времён. Арториус то скрещивал руки, то вновь опускал их, явно не замечая собственных движений.
Но хуже всех было их сыну. Он начал ходить взад-вперёд по площадке, тихо бормоча: «Моя сестрёнка меня ненавидит...»
И именно в этот момент Леопольд снова поморщился. Потому что вспомнил ещё одну серьёзную проблему этой семьи, помимо истории с клонами.
Он сунул руку в карман и достал красный кристалл. Тот самый, который попросил у Арии несколько дней назад - почти через неделю после того разговора.
Все трое мгновенно уставились на камень, а затем Люцилия буквально выхватила его из рук Леопольда. Закрыв глаза, она направила в кристалл свою чёрно-багровую энергию. Способность напрямую управлять жизненной силой позволила ей открыть запечатанные внутри воспоминания.
Через несколько секунд из кристалла вырвались три потока багрового света. Один коснулся её лба, второй - лба Арториуса, третий - лба Адриана.
Леопольд отступил на шаг и ненадолго перевёл взгляд на окружающих их гвардейцев. Их маски по-прежнему вызывали у него неприятное чувство. Даже спустя столько лет.
Но никто из них не произнёс ни слова.
Даже сейчас они продолжают чрезмерно опекать императорскую семью. Несмотря на то, что я сотрудничаю с ними уже очень давно… иногда меня искренне удивляет то, как Арии вообще удавалось оказаться дальше нескольких метров от своих телохранителей.
Затем он снова посмотрел на троих Кримзонов и увидел, как в их сияющих алых глазах появляются слёзы. Они переживали воспоминания своих клонов. Всю их жизнь.
Леопольд печально улыбнулся. Он примерно представлял, что Арии пришлось пережить на Вортеле.
И прекрасно понимал, что если бы не проклятие, они бы наверняка заперли её на борту своего флагмана на ближайшие тысячелетия, едва узнав обо всём. Конечно, только если бы сама Ария им это позволила. А это было крайне маловероятно.
Но...
Его улыбка стала ещё печальнее, когда все трое опустились на колени и начали тихо шептать.
«Моя малышка...» «Мой маленький кролик...» «Маленькая Ария...»
…они всё ещё считают её ребёнком, да?
Леопольд мог их понять. Единственный раз, когда они держали её на руках, был тогда, когда она была новорождённой. А их семья жила уже больше миллиона лет. На таком фоне даже целое столетие кажется коротким сроком. Да и сам Леопольд ощущал это так же.
Но всё это время они почти не видели её. Лишь фотографии. Лишь записи. Лишь воспоминания.
Император Великой Сильванской Империи понятия не имел, как вообще можно справиться с этой ситуацией. Потому что был почти уверен - при встрече они всё равно будут воспринимать её ребёнком. Пусть даже только в глубине души.
А Ария, насколько он успел узнать за эти годы, подобному не обрадуется.
Леопольд тяжело выдохнул, наблюдая, как трое Кримзонов окончательно ломаются под тяжестью увиденного.
Он старательно игнорировал взгляды десятков гвардейцев, которые сейчас наверняка сверлили его насквозь.
Мне придётся постараться изменить их отношение. Убедить, что она уже взрослая. И проследить, чтобы они не начали давить на неё слишком сильно. Ради Маленькой Арии... хотя теперь она давно уже не маленькая.