Ария
«Мы приветствуем в Большом Зале Подразделение Хищник Первой армии!! Героев Войны Великого Разлома!!» - раздается громкий голос в тот самый момент, когда я вместе с остальными членами подразделения вхожу в огромный тронный зал Императорского дворца. И уже через несколько секунд по залу прокатываются радостные возгласы - от людей, которым позволено стоять по бокам помещения за перегородками, образующими нечто вроде небольших трибун, и от зрителей на балконах наверху.
Мы всей командой идем через тронный зал, пока не подходим к возвышению в его конце. Там мы одновременно опускаемся на колени. Император сидит на массивном троне в глубине помоста, а девять генералов выстроились полукругом перед ним, практически полностью закрывая его собой.
«В честь выдающихся заслуг этих людей всем им будут вручены Крылья Лазури!» - снова разносится тот же голос. И я до сих пор понятия не имею, откуда именно он звучит.
Трудновато сосредоточиться, когда я изо всех сил стараюсь не прожечь императора взглядом. Особенно учитывая, что все это записывается, и кто знает, сколько людей сейчас наблюдают за церемонией.
Лучше уж не попасться на записи с выражением лица, которым можно убить.
«Поскольку Первый Генерал курировала этих шестерых офицеров, именно она вручит награды», - продолжает голос, пока Первый генерал - стоящая прямо по центру среди остальных - медленно спускается с помоста. В это же время солдат обходит возвышение с роскошной подушкой в руках, на которой лежат шесть еще более роскошных - пусть и довольно маленьких - медалей.
В отличие от нашей прошлой встречи, сейчас Первый генерал одета в длинное струящееся чёрно-золотое платье. Цвета должности Первого генерала.
Ее длинные черные волосы заплетены в косу, перекинутую через плечо, а лицо остается совершенно спокойным, не выражая ни единой эмоции. И все же даже в этом платье отчетливо видно, насколько точны все ее движения. Как и то, что сражаться она способна ничуть не хуже, чем обычно.
Остальные генералы тоже одеты в парадные наряды вместо формы, а император - в официальное облачение, положенное его статусу. Впрочем, не то чтобы он имел здесь какое-то значение. Генералы по большей части демонстративно игнорируют его существование и буквально загораживают собой.
Первый Генерал берет одну из медалей - скорее значок в форме двух лазурных драконьих крыльев и головы дракона, окруженной лазурным пламенем - подходит к майору и прикалывает ее к его плечу рядом с остальными знаками отличия. После чего выпрямляется и объявляет:
«Майор Леонардо Страйкер, за выдающееся руководство отрядом Хищник во время перехода через снега Южного Перевала и за то, что вы заманили Генерала Вторжения в нашу ловушку, рискуя собственными жизнями, вы повышаетесь до подполковника, награждаетесь Крыльями Лазури и получаете титул “Сумеречный Охотник”».
Аплодисменты в тронном зале мгновенно становятся громче, а вслед за ними поднимается волна восторженных криков.
Затем Первый генерал подходит к капитану Харви, прикалывает медаль к ее плечу и произносит: «Капитан Ханна Харви, за вашу храбрость при защите союзников, крепости и солдат во время Штурма Генерала, а также за то, что вы перекрыли пути отхода врагу своими барьерами, вы повышаетесь до майора, награждаетесь Крыльями Лазури и получаете титул “Мистический Страж”».
После нее очередь доходит до капитана Роджерса. «Капитан Фрэнк Роджерс, за образцовую поддержку своей команды и остальных солдат во время обороны крепости и штурма, вы повышаетесь до майора, награждаетесь Крыльями Лазури и получаете титул “Овердрайв”».
Аплодисменты продолжают греметь, заполняя тронный зал до отказа. Тем временем Первый генерал переходит дальше и останавливается перед старшим лейтенантом, прикалывая следующую медаль. «Старший лейтенант Адриан Сноу, за выдающиеся боевые навыки и уничтожение многочисленных противников во время операции по Захвату и Приманке, а также за участие в Штурме Генерала и обороне крепости, вы повышаетесь до капитана, награждаетесь Крыльями Лазури и получаете титул “Арктическое Лезвие”».
Погодите-ка. У меня же уже есть титул. Что тогда она собирается дать мне?
Я удерживаюсь от хмурого взгляда, продолжая держать голову опущенной параллельно полу.
Первый генерал идет дальше и, к моему удивлению, проходит мимо меня, остановившись перед младшим лейтенантом. Она быстро прикалывает ему медаль и говорит: «Младший лейтенант Джейсон Варгас, за критически важную работу по извлечению информации из разума легата захватчиков, благодаря которой Республика получила необходимые сведения о враге, вы повышаетесь до старшего лейтенанта, награждаетесь Крыльями Лазури и получаете титул “Псионический Инквизитор”».
После этого она подходит ко мне, останавливается напротив… и неожиданно улыбается. От этой улыбки по моей спине пробегает легкая дрожь.
«И последняя, но не менее важная», - начинает она, беря последнюю медаль и прикалывая ее к моему плечу, пока аплодисменты постепенно стихают, позволяя людям услышать ее слова. «Старший лейтенант Ария Кримзон. Поскольку у вас уже есть титул - Багровый Клинок, вы получите немного иную награду, чем остальные». Ее улыбка становится чуть шире. «Старший лейтенант Ария Кримзон, за успешную диверсию в Северной Крепости захватчиков, личный захват легата в крепости Аль и убийство вражеского генерала вы повышаетесь до майора, награждаетесь Крыльями Лазури, а ваш титул обновляется до…» Она делает короткую паузу, и ее ухмылка становится еще шире. «“Багряная Вечность”».
В тот же миг по залу прокатывается новый взрыв аплодисментов - стоило только прозвучать прозвищу, которое дали мне захватчики.
На этот раз я все-таки слегка приподнимаю бровь, глядя на генерала.
А она хитрая.
К моему удивлению, она слегка наклоняется ко мне и тихо шепчет так, чтобы никто больше не услышал: «Если продолжишь в том же духе, то после войны мы, генералы, вполне можем не заметить, как твой клинок случайно соскользнет рядом с одним конкретным человеком».
Мои глаза расширяются от шока, но женщина уже снова выпрямляется, все еще улыбаясь. И эта улыбка исчезает в ту же секунду, как она поднимается обратно на помост.
Невероятно хитрая.
Я бросаю взгляд на императора, и внутри сразу поднимается волна гнева, едва наши взгляды встречаются. Но эта злость немного ослабевает, когда я замечаю, насколько раздраженным выглядит он сам. Наверное, из-за моего повышения.
Потому что я снова перескочила через звание, а над майорами у него больше нет никакой власти.
Я полностью вышла из-под его контроля.
Когда Первый генерал возвращается на свое место среди остальных генералов, тот самый диктор, которого я до сих пор даже не пыталась найти взглядом, снова повышает голос: «Согласно традиции, обладатели Крыльев Лазури получают особые привилегии в Республике! Эти привилегии включают полное освобождение от налогов, право принять экстренное командование у любого офицера ниже звания генерал-майора, если ситуация того потребует, а также право получить или построить за счет государства одно поместье!»
Ох, да. Точно. Я почти забыла про то, что дают Крылья Лазури.
Они крутые.
Вряд ли мне когда-нибудь понадобится право экстренного командования, но вот отсутствие налогов и собственный дом - это всегда круто.
«Сегодня мы празднуем окончание Первой Войны Вторжения», - внезапно объявляет Первый генерал, вновь выходя вперед. «Но наша борьба еще не закончена. Иномирцы, желающие вторгнуться в наш мир, все еще существуют. И мы обязаны оставаться бдительными, потому что Система не будет защищать нас вечно. Когда защита исчезнет, Великая Роанская Империя сможет войти в наш мир всей своей силой, а мы на нынешних уровнях не сумеем им противостоять».
Она сжимает кулак перед собой.
«Мы должны стать сильнее! Каждый из нас! А для этого нам нужно узнать больше о Системе, о захватчиках и о собственных Классах! Повышайте уровни! Становитесь сильнее! И тогда мы переживем это! Мы выстоим!»
Шепот среди зрителей постепенно перерастает в громкие возгласы поддержки, пока ее голос звучит все громче и громче.
И в тот момент, когда она вскидывает кулак вверх, рев толпы буквально сотрясает тронный зал, а голос Первого генерала едва перекрывает его: «За Империю!»
Все остальные тут же повторяют за ней, наполняя зал этим довольно ироничным лозунгом, учитывая, что Империей мы уже давно не являемся.
Но традиция есть традиция.
И пока все внимание приковано к Первому генералу, я не могу удержаться и бросаю на императора острый, почти насмешливый взгляд.
Потому что слова Первого генерала все еще звучат у меня в голове.
Похоже, месть уже не кажется такой недосягаемой.