Четыре луны господствовали на небосклоне. Сегодня улицы Сильспринга и вправду опустели.
Кай подавил зевок. До рассвета оставалось часа два. К сожалению, отливу было плевать на его удобство.
— Можем в другой раз, если хочешь. — Эле шла рядом, перекинув через плечо свёрток из вощёной парусины со снаряжением для ныряния.
— Нет, всё нормально. Просто дай мне минутку. — Всплеск Усиления пронёсся по его телу, мигом прогнав сонливость. — Я готов.
Её живые зелёные глаза внимательно его изучили.
— Мама сказала, что отлив сегодня будет долгим. Не стесняйся сказать, если устанешь. Мы в любой момент можем вернуться.
— Ты говорила мне это уже раз шесть. Думаю, я запомню.
— Просто хочу убедиться. Я занимаюсь этим много лет, так что ничего страшного, если ты не сможешь за мной угнаться.
А-а… Она боится, что я устрою то же, что Кеа.
— Не волнуйся, сестрёнка. Я не собираюсь тонуть. Ты ведёшь, я следую.
По мере приближения к докам появлялись первые признаки жизни. Из одного здания лился свет, доносились голоса. Над дверью висела вывеска: «Весёлые сирены». На ней были изображены обнявшиеся моряк и женщина с рыбьим хвостом. Кай не мог не заметить, что сирену нарисовали с грудью куда больше среднего.
— Сюда. — Сестра повела его в другой переулок. Улицы было трудно пересечь, не наткнувшись на пьяных моряков, которые шатались из стороны в сторону.
Как мило. А я-то думал, что это злонамеренные стереотипы.
— Обычно всё не так плохо, — сказала Эле, обходя храпящего моряка, пускавшего слюни на тротуар. — Для меня отлив означает работу, зато большинство рыбаков отдыхает. Они не хотят рисковать: море отступит, и лодки застрянут.
Кай кивнул, удивлённый количеством таверн, мимо которых они проходили. Сестра старалась прокладывать путь через этот хаос, заслоняя его от самых буйных пьяниц. Когда из переулка донеслись громкие стоны и кряхтенье, она схватила его за руку и потащила прочь.
— Что это было? — наивно спросил Кай и с любопытством посмотрел в ту сторону, убедившись, что ничего не увидит.
— Ничего, наверное, птица с собакой дерутся.
— Правда? Я никогда не слышал ничего подобного.
— Это редкая разновидность чайки.
— Тогда я хочу на неё посмотреть. — На самом деле он не хотел, зато выражение лица сестры, пока та лихорадочно придумывала, что ответить, было бесценным.
— Отлив ждать не будет. Мы не можем терять время.
Кай сдержал улыбку.
— Ладно…
— Надо было пойти в обход, — пробормотала она себе под нос.
Островитяне не отличались особой скромностью, но Кай был уверен: законы против непристойного поведения в общественных местах всё-таки есть. И всё же стражников нигде не было видно. Скорее всего, они не желали связываться с этой компанией, пока та держится подальше от богатого района. Среди пьяной толпы Кай даже заметил двух приезжих с материка.
Они добрались до пирса, больше не услышав странных животных криков. У причала стояли три приличных корабля и целый флот лодок. Участок ближе к берегу был вырыт поглубже, чтобы суда не повредили киль, когда море отступит, и могли переждать отлив.
Если расчёты их матери были верны — а обычно так и бывало, — вода начнёт уходить меньше чем через час.
Эле повела его по деревянному пирсу, но дорогу им преградил высокий парень. Он явно сделал это нарочно, и раздражение Кая уже начинало нарастать.
— Вы уже отправляетесь? — незнакомец обратился к сестре. Ему было около двадцати; волосы были уложены в тонкие косички, собранные вместе. Необычная причёска для островитянина, вероятно, навеянная каким-то иностранным моряком.
— А это ещё кто? — Парень неприязненно посмотрел на Кая. — Ты отказываешься охотиться со мной, а теперь берёшь с собой этого заморыша.
Эле раздражённо фыркнула.
— Это мой брат Кай. А теперь пропустишь нас? Мы торопимся.
Несмотря на очевидное нетерпение сестры, мужчина и не думал отходить.
— Моя ошибка. Не знал, что он твой младший брат. Теперь вижу сходство. — Его настроение мгновенно переменилось. Он улыбнулся, словно они были друзьями, не видевшимися много лет. — Я Сабе, лучший добытчик жемчуга в Сильспринге. Рад знакомству, малыш.
Сабе самодовольно ухмыльнулся. Кай должен был признать: парня можно было назвать красивым — выразительные черты лица, сильная челюсть. Сквозь безрукавку проступали внушительные бицепсы.
Только не говори, что он выпендривается. Милость Ятея, так и есть!
Кай ловко увернулся от Сабе, который попытался по-дружески взъерошить ему волосы. Почему взрослые считали, что могут вторгаться в личное пространство при первой встрече? Кай с трудом мог представить, как можно произвести ещё худшее впечатление.
Слава предкам, Эле, похоже, этот придурок не интересен.
— Ты всё ещё загораживаешь дорогу, Сабе, — заметила Эле. В её голосе звучала редкая нотка раздражения. Кай тоже одарил парня неприязненным взглядом.
Наконец Сабе понял намёк и пропустил их.
— Тогда увидимся в море. Посмотрим, кто найдёт самую крупную жемчужину.
Эле вздохнула и, не оглядываясь, покачала головой.
— Не обращай на него внимания.
Пирс был небольшим, и сестра остановилась перед маленькой лодкой, немногим больше плота.
— Добро пожаловать на мой величественный корабль. Прошу на борт. — Она театрально взмахнула рукой.
Кай слегка поклонился.
— С вашего позволения, капитан. — Когда он ступил на борт, лодку опасно качнуло.
Эле села на другом конце и положила сумку так, чтобы уравновесить их вес. Она развязала лодку и взяла вёсла, осторожно проводя её между большими судами.
Кай чувствовал, что море уже отступает.
— Так что у вас с тем парнем?
— С кем, с Сабе? — Эле закатила глаза. — Не обращай внимания. После того как я пару раз его обошла, он решил, что нам надо объединиться.
Держу пари, это не единственное, чего он хочет.
— Хочешь, я помогу с ним разобраться?
Эле долго и насмешливо на него смотрела.
— И что бы ты сделал?
Кай обдумал разные варианты. Как всегда, мысли обратились к алхимии.
— У него тоже есть лодка?
— Да. Зачем спрашиваешь? И нет, потопить её нельзя.
— Я могу сварить зелье, от которого она будет месяц вонять тухлой блевотиной. Уверяю, никто и за милю к нему не подойдёт. Или можем вылить его прямо на Сабе, если знаешь, где он спит.
Это был оригинальный рецепт, который он придумал случайно. Когда капля попала на него самого, пришлось сжечь одежду.
Эле рассмеялась.
— Хорошая идея.
Затем она заметила, что он не смеётся.
— Погоди, ты серьёзно?
— Да…
Это всего лишь невинная вонючая бомбочка. Ну, какое-то время его будут избегать. Это слишком жестоко?
Сабе казался человеком, которому очень важно, что о нём думают.
— Только скажи, капитан, и я всё устрою.
Эле помедлила и решительно покачала головой.
— Сабе дурак, но не настолько плохой.
Или просто ты слишком добрая.
— Что ж, если передумаешь, предложение остаётся в силе, сестрёнка.
Сестра продолжала молча грести. Лодку покачивало на волнах, и Каю приходилось бороться с дремотой.
Луны окрашивали воду пастельными красными и зелёными отблесками. Разглядеть что-либо под волнами было трудно, но Кай видел, что морское дно находилось меньше чем в метре.
— Подержишь вёсла? Мне надо проверить, где мы. — Эле достала из сумки масляный фонарь и коробок спичек. Наклонившись за борт, она осветила участок водорослей.
Кай не понимал, что она ищет. Эти водоросли ничем не отличались от остальных.
— Чуть левее, — кивнула она сама себе, меняя курс.
Они продолжили путь по волнам, пока море медленно отступало, а течение грозило сбить их с курса. Сестра ещё несколько раз проверяла направление.
Эле так сосредоточилась на задаче, что Кай решил не отвлекать её. Ориентироваться при лунном свете было нелегко. Вокруг — одна тьма и чернильная вода; атмосфера казалась жутковатой.
Уверенность сестры его успокаивала, как и возможность осматривать окрестности с помощью Чувства маны. Он заметил несколько крупных рыб, но пробуждённых чудовищ не было. Эле обходила любые глубокие впадины.
Когда первые лучи рассвета окрасили горизонт в красный цвет, лодка заскребла по песку.
— Дальше пойдём пешком. Подержи фонарь. — Эле протянула ему масляную лампу.
— Есть идея получше. — Кай создал у себя в руке зачарованный кристалл.
Сестра прищурилась от внезапного света.
— Что это? И откуда оно взялось?
Кай загадочно улыбнулся и вкратце объяснил ей, как работают зачарование и пространственные артефакты. Он долго всё обдумывал. В последнее время он стал слишком подозрительным; семье он готов был доверить эту тайну.
— Сколько он стоит? — недоверчиво спросила Эле.
— Точно не знаю, но даже если бы захотел, продать его не смог бы. Да и не хочу.
— А мне такой достать можешь?
— Только если ты собираешься ограбить губернатора. — На лице сестры появилось потрясение. — Я пошутил.
Кай протянул ей зачарованный кристалл.
— Вот, возьми. За все дни рождения, которые я пропустил.
— Ты уверен? Он тоже выглядит дорогим. — Эле с изумлением смотрела на светящийся камень.
— Не волнуйся, я могу сделать ещё. Когда свет начнёт тускнеть, принесёшь мне — я его подзаряжу.
— Спасибо. Я никому не расскажу о кольце.
Кай видел, как в голове сестры роятся тысячи вопросов.
— Куда мы идём? Отлив ждать не будет.
— Точно. — Эле очнулась от оцепенения и спрыгнула в мелкую воду. — Оставь одежду в лодке, если не хочешь её намочить.
Кай убрал рубашку и штаны в кольцо. Он только-только придумал этот удобный трюк. Над тем, как доставать одежду из пространственного шкафа и сразу надевать, ему ещё предстояло поработать. Всему своё время. Если это вообще возможно, он найдёт способ.
Сестра поджала губы.
— Ненавижу тебя.
Он ухмыльнулся.
— Я твой любимый брат.
— Ты у меня единственный брат. Хватит хвастаться, пора работать.
Без их веса лодка снова всплыла, и они смогли протащить её ещё немного, прежде чем луны утащили море. Эле привязала якорь, чтобы судно не уплыло без них.
Солнце взошло над белоснежным полотном: ровная песчаная равнина, усеянная многочисленными лужами.
— Мне что-нибудь убрать в кольцо? — спросил Кай, когда они уже собирались отойти от лодки.
— Нет, спасибо. Обычно я беру подводный фонарь, но твоего кристалла хватит. — К ноге Эле были пристёгнуты ножи, на плече висела сумка.
Не моя вина, что кольцо такое удобное.
На много миль вокруг никого не было — прекрасная возможность пользоваться кольцом, не опасаясь, что кто-нибудь заметит. Скрывая самодовольную улыбку, Кай последовал за сестрой к мелкому пруду.
— Что мы ищем?
— Здесь водится много ракушечных моллюсков, внутри которых может быть жемчуг. В основном это устрицы, которые водятся в прозрачной воде. Они предпочитают селиться в защищённых от приливов прудах. Чем глубже, тем лучше.
— Здесь вроде неглубоко, — заметил Кай. Пруд находился примерно в двенадцати метрах от берега и доходил ему до груди. Тысячи тёмных раковин приросли к каменистому дну. Не такое уж захватывающее приключение, каким он его представлял.
— Ты рассчитывал с первого раза нырнуть в подводную пещеру? — Эле похлопала его по спине. — Считай, тебе повезло. Когда я только начинала обучение, мой наставник полгода заставлял меня обыскивать обнажившееся морское дно.
Кай посмотрел на неё самым жалобным щенячьим взглядом.
— Начнём с этого места. Если быстро научишься, попробуем что-нибудь посложнее. — Эле грациозно нырнула в пруд. — Смотри не порежься.
Кай подумывал возразить, но не мог придумать ничего, что не выставило бы его заносчивым мальчишкой. И Дора, и Элайджа подчёркивали, как важно заложить прочный фундамент, прежде чем переходить к сложным темам.
Похоже, придётся подниматься по ступенькам. Нужно только впечатлить её настолько, чтобы она согласилась.
Следя за тем, что происходит вокруг, он последовал за сестрой. Эле показала, как ножом вскрыть устрицу и проверить, есть ли внутри жемчужина, не повредив её. Каким-то образом уже в первой устрице она нашла блестящую белую жемчужину.
Убедившись, что он правильно повторяет движения, она отпустила его на поиски сокровищ.
— Я возьму эту половину, — сказал Кай, разделив пруд надвое линией на песке.
Эле приподняла бровь.
— О, значит, возьмёшь половину?
— Ага. Посмотрим, кто за час найдёт больше. — Он нырнул, не дожидаясь ответа.
Устрицы покрыли всё дно, едва оставив место бледному песку и водорослям.
Увидев, что сестра движется позади него, Кай активировал Чувство маны. Жемчужины, которые они искали, не были сокровищами маны, так что его чувства их не улавливали.
Но ведь должен быть какой-то признак.
Жемчуг был инертным материалом, и маны в нём содержалось меньше, чем в живых моллюсках вокруг. Но Чувство маны у него было прокачано не просто так.
Сосредоточившись на каждой устрице по очереди, он мог проникнуть взглядом сквозь раковину и с достаточной уверенностью определить, что внутри. Это был медленный процесс: жемчужина находилась лишь в одной устрице из ста.
Это труднее, чем я думал, но у меня ведь не один навык.
Кай решил использовать любимое сочетание и активировал Осмотр. Незаметные прежде мелочи стали очевидны. Он раздвинул створки большой тёмной раковины и улыбнулся своей находке.
Чем больше жемчужин он находил, тем лучше Осмотр помогал ему замечать нужные признаки. Когда он в четвёртый раз вынырнул, чтобы вдохнуть, сестра уже ждала его.
— Как долго ты можешь не дышать? Ты ведь провёл под водой минут пятнадцать.
Неужели так долго?
— Это не так сложно, если мало двигаешься. — Кай пожал плечами. — Прости, я потерял счёт времени. Сколько жемчужин вычесть из результата? Я не знаю, когда ты остановилась.
Эле недоверчиво посмотрела на него и покачала головой.
— Неважно. Давай, показывай, что нашёл. — Она сложила ладони чашечкой.
Кай гордо улыбнулся и стал бросать ей жемчужины по одной. Он мог высыпать всё сразу, но так было бы неинтересно. Блестящие бусины звенели друг о друга; их становилось всё больше, а сестра всё сильнее изумлялась.
— Двадцать семь, верно? — Кай старался не ухмыляться. Сначала он работал медленно, но если бы они начали снова, он был уверен, что нашёл бы ещё больше.
— Как ты это сделал?
— Использовал Чувство маны.
— С его помощью жемчуг не увидишь. По крайней мере, этот.
— Наверное, моё Чувство маны немного выше твоего, сестрёнка. Теперь можно исследовать подводную пещеру?