«Неустрашимый» возвышался среди кораблей, пришвартованных в Слоновом порту, словно исполин. Белые паруса были свёрнуты на пяти мачтах, а тёмный корпус покрывала сеть переплетённых чар. Руны располагались так плотно, что Кай с трудом мог разобрать хоть что-нибудь.
Это был настоящий морской корабль, способный пересекать открытый океан, не страшась морских чудовищ. Вдали от берега море превращалось в мозаику меняющихся областей маны, простиравшихся во всех трёх измерениях. Их границы были менее чёткими, чем на суше, но чем глубже, тем опаснее становились воды.
Навигаторы всю жизнь и всю карьеру посвящали тому, чтобы вести корабли в обход мёртвых зон. Кай верил, что они знают своё дело: в конце концов, все они плыли на одном корабле.
Всё будет хорошо. Это всего лишь вода.
Согласно прочитанному им путеводителю, маршрут между архипелагом и материком проложили так, чтобы он был одним из самых безопасных. Учитывая парящего ястреба на задней обложке, источник едва ли можно было назвать беспристрастным.
Если бы люди погибали по дороге сюда, туристов бы не было.
Кай подхватил пространственные сумки и встал в очередь на переправу к огромному кораблю. Четырнадцать лет ожидания подходили к концу. Он покидал архипелаг Бакер — весь свой мир. Он будет скучать по семье, но уехать был готов.
Я ждал достаточно долго.
Сдерживать распиравшее грудь волнение было мучительно. Мышцы и магия требовали выпустить эйфорию наружу, но усилие, с которым человек красной ступени подпрыгнул бы, подбросило бы Кая на метр вверх.
— Готов отправляться? — Флинн хлопнул его по спине и встал рядом в очередь, держа Хоббса под мышкой.
— Мя-а-у. — Его императорское ворчливейшество одарило его недовольным взглядом: плыть, как простолюдинам, ему решительно не нравилось.
Мы же это обсуждали.
— Мяу-у.
Ты бы предпочёл всю дорогу прятаться?
— Разве мы не договорились встретиться уже на корабле? — Кай оглянулся. В толпе и среди шума моряков в порту никто не должен был ничего услышать или заметить, но… — Лучше не рисковать.
— Я проверил: за тобой никто не следит. Ты пока не настолько важная персона. — Флинн подмигнул. — Надеюсь, ты всё собрал. Мы ещё долго не увидим родные места.
— Всё взял. — Кай повертел серебряное кольцо на пальце. С деньгами внутри и официальным удостоверением в кармане он смог бы купить всё необходимое, даже если бы потерял багаж. — А ты? — Он понизил голос. — Тебе ведь не обязательно покидать острова только ради того, чтобы сопровождать меня.
Последние несколько дней его всё сильнее мучило чувство вины. До того как Кай вернулся с того света и завладел всем вниманием Флинна со своими проблемами, у того была собственная жизнь.
— Да, конечно. Ты — единственная причина, по которой мне может захотеться увидеть большой мир со всеми его тайнами, едой и людьми. — Флинн закатил глаза. — Рад, что твоё самомнение не пострадало.
— Я… я должен был спросить, — запинаясь, произнёс Кай; лицо у него вспыхнуло. — Ты носился по Высокой Гавани, придумывая мне прикрытие и организуя поездку. Ты и так сделал для меня больше, чем я мог просить.
— Мэт, — Флинн тяжело вздохнул и торжественно положил ему руку на плечо. — Да, за мою великолепную работу тебе определённо следует заплатить, предоставив эксклюзивный доступ к пушистой шёрстке Хоббса. — Он не выдержал и улыбнулся. — И да, если я чего-то не захочу, то вполне способен сказать об этом прямо твоему хорошенькому личику. Возможно, я подстроил свои планы под твои, но уехать собирался давно — даже без тебя.
— О… Ну, я ценю твою помощь.
— А я рад помочь. Не забывай, я старший брат. — Флинн выпятил грудь. — Без меня ты бы совсем пропал.
— Ага…
И кто тут зазнайка?
В конце очереди стражница проверила их документы и отметила имена в списке. — Мэтью Рис Вернон. А вы Флинн Совейли… и питомец. — Она мельком взглянула на Хоббса, прикрыла зевок и протянула документы. — Хорошего путешествия.
— Оно таким и будет, — ухмыльнулся Флинн.
В лодке, которая доставляла пассажиров на «Неустрашимый», они оказались среди семей с визжащими детьми, богато одетых торговцев и горстки юных людей с горящими глазами.
Кай сел на корме и понизил голос; четверо крепких матросов принялись грести. — Не то чтобы я не был благодарен, но почему мы не летим на воздушном корабле? Это заняло бы четверть времени, если не меньше.
— Ты хоть представляешь, сколько стоят такие билеты?
Он пожал плечами. — Мешочек серебра?
— Может, если лететь в пределах архипелага. — Флинн покачал головой. — Чтобы добраться до материка, нужен специальный перевозчик. Это пара золотых месаров с каждого человека, не считая доплаты за багаж. А даже тогда пришлось бы ждать месяцами или платить в десять раз больше: туристы покупают билеты туда и обратно, и свободными остаются только самые роскошные каюты.
Он и правда основательно подготовился.
Непомерная цена едва заставила Кая приподнять бровь. — Разве стоимость имеет значение? Я могу заплатить за нас обоих.
— Богачи остаются богачами, потому что не разбрасываются деньгами. — Он понизил голос. — Да, ты можешь себе это позволить. Но Мэт? Ты видел разваливающийся дом Сайруса. Он не особенно умел обращаться с деньгами, а ты настоял, чтобы большую часть его имущества пожертвовали на благотворительность.
— Ты же знаешь, я не мог взять его деньги, — сказал Кай. Особенно после того, как уже присвоил себе его имя. Валела обещала направить средства на школьный проект, который даст детям бесплатное образование. Это было куда лучше, чем прибавить ещё несколько золотых к его собственному состоянию. Просто он не подумал, что Мэтью не сможет свободно распоряжаться богатством Кая.
Флинн почесал угрюмого кота. — Я понимаю, почему ты так поступил, но это значит, что мы не можем потратить ограниченные средства на роскошную поездку. — Он указал на нависший над ними корабль. — Да ладно, я всегда мечтал отправиться в плавание на настоящем корабле. Ты видел, какое оно огромное? «Неустрашимый» невозможно потопить.
Хм, где-то я это уже слышал.
Кай заставил себя улыбнуться. — Да, будет весело.
Подъёмник поднял на борт тех, кто не хотел карабкаться по верёвочной лестнице. Кай ступил на отполированные деревянные доски палубы и почувствовал, что размеры судна немного его успокаивают. «Неустрашимый» был таким огромным, что на нём почти ощущалось, будто стоишь на суше.
Мужчина в шляпе лососевого цвета с пером и с внушительными усами громко откашлялся, дожидаясь, пока собравшиеся пассажиры обратят на него внимание. — Доброго утра, господа! Я Гестульф Рабелин Натумели, капитан «Неустрашимого». Добро пожаловать…
Помимо многочисленных приветствий и похвальбы, капитан предупредил пассажиров, чтобы они не мешали команде и не нарушали корабельных правил: запрещалось использовать Магию Огня, бросать еду за борт и вмешиваться в работу магических контуров. За любое нарушение, подвергавшее корабль опасности, полагалось суровое наказание. За приветливой манерой капитана скрывался человек, чьё слово на море было и законом, и судом, и приговором.
Куда делся этот пушистый?
Кай потянулся к Хоббсу по их связи, но получил отпор. Кот уже принялся сеять проказы в своём новом королевстве. Удивительно, что он вообще усидел на месте достаточно долго, чтобы подняться на борт.
Только смотри, чтобы тебя не поймали за воровством еды.
Хоббс хлестнул его волной возмущения, оскорблённый самой мыслью, будто кота его уровня могут поймать какие-то ничтожные людишки.
— Желаю вам приятного пребывания на моём корабле. Пусть попутный ветер приведёт каждого к цели, — закончил усатый капитан. Матросы проводили пассажиров к каютам, чтобы команда могла без помех вывести судно из порта.
В недрах корабля мана становилась плотнее, а температура опустилась на пару градусов. Руны окружали его со всех сторон, а светящиеся каналы распределяли сущность туда, где она требовалась.
Сравниться с этим сооружением мог разве что корабль Рейши, но тот был вчетверо меньше. Кай даже не мог представить, сколько времени понадобилось, чтобы зачаровать такое огромное судно и объединить сложную сеть магических контуров в единое целое.
— Красота, — заметил Флинн, проводя ладонями по глянцевым деревянным панелям. — Билеты стоили каждой медной монеты.
— Э-э… Сколько я тебе должен?
— Нисколько. Я попросил Валелу оплатить их как деловой расход. — Он ухмыльнулся.
Кай посмотрел на него так бесстрастно, что даже царапины бы не оставил на его толстой коже. Стыдить этого дурака было бесполезно, и он снова сосредоточился на пульсирующих чарах.
Капитан ведь сказал не трогать магические контуры. А просто посмотреть можно?
Чтобы разобраться в маскировке, потребуется время; к тому же следовало быть осторожным — вдруг они замечают, когда кто-то за ними наблюдает.
Спешить некуда. Подсмотрю, когда останусь один.
Группа пассажиров быстро поредела: люди скрывались в каютах. Их каюты располагались в конце узкого коридора, через стену друг от друга. Если кто-нибудь узнает, что они плывут вместе, это будет выглядеть вполне естественно: наивный Мэт путешествует с проводником, который к тому же работал на Валелу.
За пределами архипелага обо мне всё равно никто не знает.
— Хм… Неплохо, — пробормотал Кай, опуская сумки. Если вытянуть руки, можно было коснуться противоположной стены, но потолок позволял стоять в полный рост, а на кровати лежал настоящий матрас. Такое не следовало принимать как должное.
Ещё интереснее была панель с разноцветными рунами, управлявшая температурой и освещением. Флинн предупредил, что за каждое использование придётся платить: некоторые неопытные путешественники получали в конце поездки весьма внушительные счета. Каю было любопытнее разобраться, как устроена вся система и можно ли её воспроизвести.
Я во всём разберусь.
Что-то подсказывало ему, что в путешествии он проведёт здесь немало времени. Покопавшись в кольце в поисках печенья с манго, он вспомнил о проекте, над которым трудился последние недели.
Э-э… Самое время.
Заперев каюту, он постучал в дверь Флинна. Тот быстро открыл, пригнувшись, чтобы не удариться головой. — Уже соскучился? — ухмыльнулся он.
Почему у него такое лицо, по которому так и хочется отвесить пощёчину?
— Я хотел кое-что тебе дать.
— Погоди… Ты купил мне подарок?
Неужели это так удивительно?
— Подумал, сейчас самое время, раз уж мы покидаем архипелаг. Но могу придержать их до твоего следующего дня рождения.
— Их? То есть больше одного? Сейчас — самое подходящее время. — Глаза Флинна заблестели. Он отступил, пропуская Кая. — Прошу, добро пожаловать в мою скромную обитель.
Каюта была точной копией его собственной, только кровать стояла у противоположной стены, а часть багажа Флинн уже убрал в сундук в углу. Он закрыл дверь и с широкой улыбкой плюхнулся на кровать. — Что это? Оно блестит? Или это что-нибудь съедобное?
— Вроде того, — ответил Кай, не желая сразу раскрывать секрет.
— Тебе не нужно было ничего мне дарить. — Флинн провёл рукой по волосам. — Я ведь тебе ничего не подарил.
— Ты помог мне заново собрать свою жизнь. Это в двенадцать раз больше, чем я мог просить. — Кай уселся на единственное свободное место. — Я обещал больше не забывать о твоём дне рождения.
— Это было, э-э… больше двух лет назад. И, по-моему, у тебя было довольно веское оправдание.
— Да, я застрял в Святилище и пропустил два дня рождения. А когда вернулся, решил заодно превратить их в настоящие эликсиры. — Кай показал ему два флакона. Один светился голубовато-белым, другой — дымчато-чёрным.
— О, какие блестящие! Ну, один из них точно. — Флинн с любопытством разглядывал флаконы. — Что это?
— Усилители стихий.
Флинн нахмурился, услышав название, и медленно отвесил челюсть. — Ты хочешь сказать…
— Ага. Выпьешь — и сродство к стихиям повысится, хотя я не знаю, насколько. Это для Тени и Молнии. Думаю, ты и сам догадаешься, где какой.
— Я— Ты хоть представляешь, сколько они стоят? — Голос его взлетел на октаву.
— Невежливо спрашивать о цене подарка, но, наверное, дороже билета на воздушный корабль. Или десяти.
— Я не могу—
— Если скажешь, что не можешь их принять, я затолкаю их тебе в глотку, — с улыбкой пригрозил Кай. — Я не шучу.
Флинн прижал флаконы к груди. — Я с радостью их возьму. Просто… Я слышал о таких вещах от торговцев. Их обычно даже купить нельзя.
— Что ж, в Скрытом измерении я нашёл немало сокровищ. И тебе не нужно смущаться: я и сам выпил свою долю. — Было бы расточительством брать усилители в сыром виде, не переработав их в эликсиры, но в Святилище не приходилось привередничать.
Большинство сырых усилителей стихий были уникальными, а любой алхимик, умевший готовить из них эликсиры, состоял на службе у Республики. Стоило показать такие вещи кому-нибудь — и сбежалась бы толпа воров и грабителей. В одиночку Кай едва ли смог бы их переработать без навыка «Любимец островов», особенно без дара и навыка, которыми его одарил Ятей. «Дары земли» расширяли его запас маны, а «Природный талант» давал интуитивное понимание того, как использовать травы и Магию Природы.
Флинн посмотрел на тёмный флакон. — Ты и Тенью владеешь?
— Это не моя основная стихия. Я нашёл тот чернильный корень в прошлом месяце и решил его оставить. Несколько дополнительных пунктов ничего бы не изменили.
Не то что божественное благословение.
Флинн с явным недоверием посмотрел на него. — Ты же сказал, что не знаешь, насколько это повысит моё сродство…
— Хм… Рейши полагал, что до переработки в эликсир этот усилитель повысил бы сродство на три-четыре пункта. Усилитель молнии оказался чуть лучше. — Видя, что Флинн всё ещё колеблется, Кай нацарапал что-то в блокноте и вырвал листок. — Вот, можешь забрать и это.
— Что это? Семьдесят, шестьдесят шесть… — растерянно прочёл Флинн.
— О, я забыл подписать названия. — Кай быстро исправил свою намеренную ошибку. — Теперь ты всегда сможешь носить с собой частичку моего гения.
Основные сродства:
Вода: 68 → 70
Природа: 60 → 66
Пространство: 38 → 62
Земля: 51 → 57
Тень: 46 → 50
Каю повезло, что Святилище могло создавать подходящие сокровища для всех его сродств, хотя вне мутного моря он нашёл только одно для Воды. Будучи его сильнейшей стихией, она труднее всего поддавалась усилению, и большинство ресурсов не давали никакого эффекта. С Пространством было проще по той же причине. Благословение Зерватхи, связь с Хоббсом и переливающийся радужными цветами плод резко подняли его сродство.
Когда Флинн наконец разобрался в цифрах, на его лице проступили изумление и зависть. Кай ухмыльнулся. — Как ты собираешься прикрывать мне спину, если сам такой слабак?