Тёмно-изумрудные дирижабли парили над лугом; их золотистые корпуса мерцали в лучах заходящего солнца. Воздух наполнял глухой гул винтов.
Флинн поднял голову, когда над полем облетел ещё один воздушный корабль. С него сбросили лестницу и высадили очередную партию абитуриентов боевого направления.
Это одиннадцатый? Или двенадцатый?
Он уже сбился со счёта и не мог отличить новый корабль от того, что возвращался за второй партией. Целый проклятый флот перевозил тысячи кандидатов с пяти испытательных площадок по всему Нерети.
И все на жёлтой ступени…
Сияние новой ступени быстро потускнело среди толпы кандидатов. Ему только исполнилось семнадцать, и он оказался примерно в середине возрастной группы. На боевое направление принимали юношей на два года старше будущих магов — вплоть до девятнадцати.
Похоже, физические характеристики растут медленнее, чем Дух и Разум.
Пробираясь сквозь море абитуриентов, Флинн ощущал на лице колкие порывы холодного ветра. Он выхватывал полезные обрывки из двух десятков разговоров, пока уши и нос замерзали.
Он держался на менее людной окраине, поближе к лесу, окружавшему луг. Высокие дубы, каштаны и сосны. Размер охотничьих угодий не укладывался в голове, и всё же они находились на окраине Нерети.
За все богатства мира здравый смысл не купишь. Нас сюда привезли, а согреться ничем не снабдили. Даже перекусить нечем… Им нравится смотреть, как мы тут задницы отмораживаем?
Флинн сложил ладони чашечкой и подышал на них; пар окутал пальцы. Вот бы сейчас растянуться на диване в Хайарборе, укрывшись одеялом…
Резкий порыв ветра разбил эту мечту.
Надо было взять шарф Рейна.
Их оставили здесь только с серебряной биркой с номером и запретом заходить в лес. Подумать только: он заплатил пять золотых за вступительное испытание. Больше года копил — и всё ушло.
А для большинства патрициев это сущие карманные деньги…
Знатные и простолюдины держались явно разными группами, хотя даже последние, судя по одежде и речи, выглядели вполне обеспеченными.
Флинн провёл рукой по волосам, пытаясь отогнать подступающее чувство неполноценности. С тех пор как он ступил на материк, роскошные зрелища стали для него привычными. Он думал, что уже освоился, но Нерети умножил всё безумие в десять раз.
Возьми себя в руки.
В трущобах Слайспринга все ожидали, что он там и проживёт, и умрёт; каждый его шаг за пределы района встречали удивлением. Теперь на него рассчитывали друзья, и он скорее проткнул бы себе ногу, чем подвёл их.
Кай без меня пропадёт. Как я могу так с ним поступить?
Оставшись один, его лучший друг мог бы свалиться в колодец, задрав голову к облакам, и понять, что упал, только когда услышит всплеск. Или объявить кровную вражду всем патрициям Раэлиона. И то и другое казалось одинаково вероятным.
И я тут не задницу морожу, чтобы уйти ни с чем…
Главный крикун сказал, что обязательные испытания закончатся сегодня вечером. Зимой на материке дни были ещё короче. Такими темпами испытание начнётся уже в темноте. Флинн не то чтобы жаловался.
Профильное испытание менялось каждый год. Лес был одним из самых распространённых мест, хотя конкретные правила отличались.
Что бы они ни приготовили, справлюсь.
Сомнение было лишь одно. Слово, которое он не раз слышал от патрициев, но не до конца понимал, что они имеют в виду.
Флинн развернулся на пятках. Небольшой уклон позволял окинуть взглядом море голов, тянувшееся на сотни метров до противоположной опушки. Проверку статуса прошли около трёх тысяч кандидатов боевого направления, сражавшихся за тысячу мест.
Быстрее всего развеять сомнения можно было, спросив кого-нибудь напрямую.
Только не тех, кто в группах.
Это исключало большинство абитуриентов поблизости.
И никаких патрициев.
Они были лучше всех осведомлены и меньше всех готовы отвечать.
Ему нужен был собеседник, который не прочь поболтать с незнакомцем и достаточно сообразителен, чтобы знать нужные ему сведения.
Навык «Острое чутьё» привёл его к девушке на краю поля. Она прислонилась к стволу дерева; алые волосы были заплетены в тонкие косички и убраны кожаной повязкой, из-под которой выбивалось несколько прядей.
Её поза напоминала охотницу.
Она уже несколько раз украдкой на него поглядывала. Считала ли она его симпатичным или оценивала соперника — для него не имело значения.
— Привет. — Флинн остановился в метре от неё, заметив, как девушка напряглась, и протянул руку, сдержанно улыбаясь. Судя по её настороженной позе, не стоило выглядеть слишком рьяным или отчаявшимся. — Я Флинн.
Девушка посмотрела на его ладонь, но пожимать её не стала.
Он опустил руку. Секунды тянулись. Не того выбрал?
— Привет, — сказала она певучим голосом. — Роуэн.
С чего сомневаться? Я никогда не ошибаюсь… если только ошибаюсь.
— Рад познакомиться, Роуэн. — Флинн старался говорить непринуждённо, хотя подозревал, что попытки пошутить её только разозлят. — Ты тоже сдаёшь одна? Можно поговорить?
Прямо и по делу. Кому такое не понравится?
Роуэн приподняла бровь. — Мы разве уже не разговариваем?
Хм… Непростая публика.
— Да, точно. — Он проглотил с полдюжины нервных шуток. Может, всё ещё недостаточно прямо. — Ты знаешь, что такое зачётные баллы?
Роуэн окинула его оценивающим взглядом. — Знаю.
Отлично.
— Тогда расскажешь? — Флинн хихикнул, будто она пошутила. Когда он принимал лаконичные ответы за шутки, немногословные люди всегда терялись.
Девушка скрестила руки. — Но… с чего мне тебе рассказывать?
За вечную благодарность и искромётное обаяние?
Флинн прикусил язык и посмотрел на море кандидатов. — Большинство уже сбилось в группы. Если испытание командное, союзник не помешает.
— Такое редко бывает.
— Но раньше случалось. — Он слышал, как об этом говорили. — Последнее было несколько лет назад. Кто знает, вдруг в этот раз как раз такое?
Роуэн поджала губы и накрутила на палец одну из рыжих косичек. — Даже если ты прав, союзник, который не знает о зачётных баллах, так себе.
Ай! Жестоко…
Флинн прикусил язык и улыбнулся так, словно его это не задело. — А у тебя есть вариант получше? — Он огляделся: поблизости стояло лишь несколько небольших групп. — Эти зачётные баллы, похоже, не так уж важны для испытания. Ничего не потеряешь, одни плюсы.
Не заставляй меня умолять.
Несколько секунд Роуэн молчала, наконец отвела взгляд. — Ладно. Довод разумный… Зачётные баллы — это и валюта, и показатель успеха студентов Раэлиона. Лучшие абитуриенты зимнего набора тоже получат и зачётные баллы.
Спасибо.
— То есть те, кто наберёт больше всего баллов? — спросил Флинн. Разрозненные обрывки подслушанных разговоров наконец начали складываться в общую картину. — Эти баллы очень ценные?
— Ещё как, — сказала Роуэн. — Первое место на боевом направлении получает сто, дальше сумма уменьшается вплоть до пятисот лучших. Остальные ничего не получают. В академии на них можно купить множество преимуществ или оплатить обучение, если ты не… — Она кивнула на расфуфыренного патриция. — А главное — они помогают перейти на второй курс.
Кажется, я выбрал, у кого спросить.
— Ты хорошо осведомлена, — сказал Флинн. — Ты ведь не патрицианка? Или к тебе нужно обращаться «леди Роуэн»?
Девушка фыркнула, хотя в её горьком взгляде чувствовалось что-то ещё. — Только если хочешь, чтобы тебя пырнули. Да и если бы я была патрицианкой, обращались бы ко мне не так. — Она положила руку на пустой пояс, где обычно, вероятно, носила нож или меч.
Понимаю тебя.
Флинн примирительно поднял руки. — Тогда просто Роуэн. — Она была колючей, как бездомная кошка, но он продвигался. — Для этого испытания баллы правда так важны? Мы и так все стараемся набрать побольше.
Награда подстегнёт даже тех, кто уже уверен в поступлении, но для него ничего особо не менялось.
— Они важнее, чем ты думаешь. — Роуэн устало покачала головой. — Практическое испытание по боевому направлению каждый раз меняется, но кое-что остаётся неизменным. Например, самый распространённый способ заработать баллы. Угадаешь?
— Я не… А, понял… — Флинн почесал бровь. В голове складывались новые обрывки чужих разговоров.
— Да, обычно можно заработать баллы, выбив других кандидатов. — Роуэн презрительно сморщила нос. — Даже если это не лучший способ, зато соперников станет меньше.
Ничего не даётся легко…
— Дай угадаю: обычно патриции охотятся на кандидатов послабее? Чем богаче, тем жаднее… — спросил Флинн.
Роуэн наклонилась к нему, чуть склонив голову. — В точку. Девять раз из десяти — именно так. Они самые сильные соперники. Старайся избегать тех, кто почти наверняка пройдёт. Они самые безбашенные.
— Понял. Спасибо за информацию, — сказал Флинн. Он сумел развеять свои сомнения. — Правда, я ценю твой совет.
При всей своей резкости девушка оказалась на удивление доброй.
Роуэн отмахнулась от благодарности и отвернулась. — Считай, что ты мне должен. Только поступи.
— Постараюсь. Но ты тоже должна поступить.
— Я поступлю, — сказала она как о свершившемся факте, а затем понизила голос до шёпота. — Я слишком далеко зашла, чтобы теперь…
Для случайной абитуриентки она знала необычайно много. Загадка его заинтриговала, но расспросить её он мог и после испытания.
Я мог бы спросить—
Прежде чем он успел спросить, поле накрыла давящая аура, заглушив гомон трёх тысяч голосов.
— Кандидаты! Слушать сюда! — прогремел чей-то голос. Прибыл Главный крикун. — Сейчас я объясню правила испытания.
Чёртово высокое Восприятие. Почему опять он?
Каждое слово болью отдавалось у него в ушах.
Флинн моргнул и увидел, что старик буквально парит над абитуриентами, но ниже дирижаблей. Он бы рассмеялся, если бы зелёная аура старика не душила его, отчего ледяной ветер казался тёплым.
— Уверен, вы все хотите начать, пока ещё светло. — Седовласый мужчина усмехнулся, глядя на облачное небо. — Похоже, сегодня Луны скроются за тучами. Итак, прежде всего…
Он поднял руку и щёлкнул пальцами. Звук разнёсся эхом, словно удар хлыста. Тут же потоки света разлились по небу над лугом. Толпа загудела восхищёнными возгласами.
Разноцветные лучи сложились в реалистичное изображение — карту леса с лугом посередине.
Вот же безумцы…
Лес оказался ещё больше, чем представлял Флинн; на небе тщательно изобразили каждый холм, ручей и овраг. Серый квадрат — вероятно, каменная стена — обрамлял лес; на каждой его стороне были выведены по два числа.
Он запоминал приметные места, когда краем глаза заметил движение. Дюжина экзаменаторов покинула дирижабли и выстроилась у края поля; каждый держал ящик.
Что это…
— Поблагодарим семью Харт за то, что предоставила нам свои частные охотничьи угодья, — с натянутой улыбкой произнёс Главный крикун. — Цель испытания очень проста: вам нужно добраться до выхода с номером, совпадающим с номером на вашей бирке.
— Легко, правда? — Он поднял серебряную бирку, показывая выгравированную на одной стороне единицу. — Восемь групп будут отправляться с интервалом в пять минут. На выходе у экзаменаторов можно будет получить оружие и один световой кристалл. Чем быстрее доберётесь, тем больше баллов заработаете.
С чего у меня ощущение, что он врёт?
Флинн достал свою бирку и посмотрел на цифру пять.
Северная стена, восточные ворота…
Незнакомая лесистая местность усложняла задачу. Если прикинуть расстояние по размеру луга, до цели идти чуть больше часа. В темноте — наверное, вдвое дольше. Если только он не заблудится. А ведь света не будет.
Ну и где тут легко?
— Разумеется, есть и другие способы увеличить счёт, — продолжил Главный крикун. — В лесу спрятаны бронзовые, серебряные и золотые таблички. Они стоят один, три и семь баллов соответственно. Одни лежат на земле или под камнем. Другие, скажем так… сами бродят по лесу — на двух или четырёх ногах.
Потому что ледяной поход в темноте и без того не был приятной прогулкой.
Флинн сердито посмотрел на парящего мужчину.
— В лесу уже рассредоточились триста старшекурсников боевого направления. Если они заберут вашу бирку, вы выбываете. Навыки они применять не будут. Достаточно попасть по ним один раз, и они сдадутся. Их таблички — по сути, бесплатные баллы.
— Что касается зверей: из угодий убрали всех зверей жёлтой ступени и потенциально опасные виды. Вам придётся иметь дело только с оранжевыми и красными детёнышами. Если потребуется спасение, влейте ману в бирку. Она подаст сигнал ближайшему экзаменатору, который придёт за вами. Разумеется, вы тоже выбываете.
Главный крикун подбросил серебряную бирку высоко в воздух; упав, та раскололась на две квадратные половинки. — И ещё о бирках. Когда вы их получили, они настроились на вас и сломаются, если вы отойдёте слишком далеко. Так что спрятать свою в яме не получится.
Он продолжал объяснять правила, упомянул даже зачётные баллы, но не рассказал о самом важном.
Флинн то слушал, то изучал мерцающую карту. Ориентироваться в темноте будет непросто; неизвестно, каким путём его заставят идти.
— …вы наверняка об этом задумывались. Да, можно забирать бирки у других кандидатов, — прогремел Главный крикун. — Помните: баллы за них начислят, только если номер совпадает с вашим. Если вы в первой группе, забирать баллы можно лишь у других кандидатов из первой группы.
Он показал две серебряные половинки у себя в руках. — Чтобы получить баллы, достаточно забрать часть с номером. Когда бирка сломается, экзаменатор придёт проверить. — Его аура вспыхнула над лугом. — Мы ожидаем, что вы будете вести себя прилично. Если выяснится, что кто-то намеренно тяжело ранил товарищей, его исключат. За убийство последует нечто худшее. Мне всё равно, если потом вы станете уверять, что это была случайность.
Ледяное присутствие навалилось на них, словно подчёркивая смысл сказанного.
— Надеюсь, всё понятно, потому что повторять я не буду. До рассвета вы должны добраться до выхода, иначе мы отправимся вас искать. Это также будет означать провал испытания. Если хотите выбыть, оставайтесь на поле. А тем, кто не трус, — удачи.
Прежде чем толпа успела погрузиться в хаос, раздался свисток.
— Первая группа, на выход! — крикнул чей-то голос.
Когда поле пришло в движение, Флинн повернулся к Роуэн. — Похоже, испытание не командное, но и объединяться нам не запрещали. Какой у тебя номер?
Девушка показала серебряную бирку с единицей. — Первая группа. Мне пора.
— А… да. Удачи тебе.
— И тебе. — Роуэн подбежала к экзаменатору за оружием.
Ну вот, теперь я один.
Серые облака закрыли заходящее солнце, окрасив небо в ржаво-красный цвет. Скоро стемнеет.
Умеют же они сделать испытание увлекательным.
Флинн прокрутил серебряную бирку на костяшках пальцев. Другой рукой он провёл по рукаву и поясу, где должны были лежать его ножи. Без них он чувствовал себя голым.
Каждые пять минут новый свисток отправлял группу в лес, словно рой светлячков. Поле быстро пустело, суета постепенно стихала. Несколько человек сгрудились в центре, не желая проходить испытание.
Главное — держаться подальше от самых проблемных типов.
Боевое направление было недостаточно престижным для многих древних Домов, поэтому соревноваться предстояло лишь с несколькими сотнями патрициев, а не тысячами.
Раздался очередной свисток.
— Пятая группа, на выход!
Облака скрыли Луны, и теперь луг освещали только кристаллы; температура быстро падала. Может, ещё и дождь пойдёт.
Ну и мерзкая выдалась погода. Хм… может, всё-таки будет весело…
Флинн встал в очередь подальше от толпы пятой группы, выбравшей северный путь — самый короткий. Он опасался, что у экзаменатора закончатся нужные виды оружия, но ящики, похоже, были зачарованы пространственной магией.
Случайно он оказался в очереди к профессору Белтраму.
Мужчина, настоящий монолит, протянул ему палку, зачарованную рунами света. — Удачи. Надеюсь увидеть вас в Раэлионе. — Его хриплый голос звучал искренне.
— Спасибо. — Флинн не знал, говорит ли он так каждому, но всё равно был благодарен.
Выдохнув облачко пара, он вошёл в лес, вооружённый лишь двумя кинжалами и собственной сообразительностью.