Возвращаясь в строй, Кай сгладил улыбку, вызванную уведомлением, и снова принял бесстрастный вид. Он ощущал на себе плохо скрываемый шёпот и взгляды.
Восхищение. Зависть. Любопытство. Радость. Враждебность. И ещё многое, что он не хотел выяснять.
Он упорно не замечал попыток привлечь его внимание, сосредоточившись на лекции профессора Вальдибальда, отображавшейся в окне свитка.
Наконец-то получил.
Формулировки у всех различались, но по библиотечным справочникам он узнал знакомую специализацию: Стихийную настройку. Вспоминая, как досадно было достичь этого рубежа развития и получить на выбор лишь два пути, которые ему не нравились, он всё ещё раздражался. Подумать только, для большинства это было нормой — даже для учеников Раэлиона. Без обучения конкретному навыку на Жёлтом ранге мало кому удавалось получить специализацию за пределами основного пути.
Может, я немного избалован, но если хочу сравняться с Элайджей, мне нельзя равняться на среднего человека.
Дуэли с однокурсниками оказались полезны и в этом отношении. Он одержал три победы и свёл один бой вничью, но среди всех занятий боевая магия была его стихией.
Большинство студентов тренировалось в тщательно подготовленных условиях, но фундамент у них был прочный. Даже Кастор владел впечатляющей огневой мощью. Научившись применять её, они резко повысят свой боевой потенциал. В настоящем бою, с профессиями и зачарованным снаряжением, исход был бы куда менее предсказуем. К тому же рейтинг на Испытаниях не обязательно отражал силу студентов.
Нельзя почивать на лаврах, если я хочу сохранить лидерство. Специализация навыка Усиление тела — лишь очередной шаг. Надо её выбрать.
Кровавый порыв был неплохим вариантом, но игнорирование телесных повреждений ради дополнительной силы не избавило бы от травм — лишь отсрочило бы последствия. Возмездие Кахали и так поощряло пролитую кровь. Он не собирался становиться берсерком. Способность терпеть боль ещё не означала, что она ему нравилась.
Может, перечитать ещё раз? На всякий случай…
Кай с усилием отвёл глаза от изящного текста в окне.
Нет. У меня нет паралича выбора. Я просто осторожен.
Динь
Вы выбрали путь Стихийной настройки. Поздравляем! Теперь навык Усиление тела (ур. 50) можно развить до 75-го уровня.
Улыбка рвалась наружу, грозя разрушить его невозмутимость.
Жаль, что прямо сейчас нельзя проверить.
— Как наглядно показал господин Элкарин, в бою опасно делать выводы на основании неполных данных и предубеждений. — Профессор Вальдибальд расхаживал перед строем, как генерал перед самым разочаровывающим взводом. — Самоуверенность погубила больше магов, чем стычки на севере за последние сорок четыре года после Реммарской войны. Достоверные сведения — один из столпов военного дела. Но это тема для второкурсников. Если доживёте до второго курса.
Он и правда энергичный.
Речь не подавала признаков скорого окончания. Несмотря на несправедливую шумиху из-за раскрытия его личности, сами спарринги заняли не больше получаса.
Кай сосредоточенно слушал, одновременно скрывая каналы и пытаясь сплести стихийные нити в ноге.
В отличие от большинства специализаций, которые давали чёткие изменения и интуитивное понимание, Стихийная настройка не давала ни того ни другого. Трудность и риск отдачи при пропускании стихий через усиление тела часто называли главными недостатками этой специализации в справочниках. Но никто не жаловался на её силу.
Путеводитель всегда уравновешивал выгоду и трудности.
Несколько сродств увеличивали и потенциал специализации, и усилия, необходимые для овладения ею, поскольку каждая стихия вела себя по-разному. При таких вложениях ограничивать её применение только навыком Стихийный мечник было бы расточительно.
Зачем он вообще поступил в Раэлион, если не ради учёбы?
Столько возможностей… Жаль, что я не достиг Зелёного ранга: тогда мне требовалось бы меньше часов сна.
— Жду отчёты к следующей неделе, — сказал профессор Вальдибальд. — Работы можно сдавать помощникам преподавателя перед каждой лекцией. Увидите: я без колебаний начисляю и заслуги, и штрафные баллы. И нет, господин Совелль, этот отчёт не заменяет анализ спаррингов. Пять штрафных баллов за срыв занятия.
Долговязый студент в третьем ряду побледнел как полотно. Профессор Вальдибальд продолжил без паузы. Его гнетущая аура подавила нараставшее недовольство.
— Боевая магия — практический курс, но это не оправдывает незнание классики военного дела и истории. Я буду снова и снова напоминать вам, как важны знания на дуэлях и войне, пока вы остаетесь моими учениками. А теперь бегом по кругу. — Он коротко указал на травяное поле. — Как вы видели, хорошая физическая форма очень помогает в бою. Занятия магией не оправдывают пренебрежения половиной ваших характеристик. Не останавливаться, пока не скажу!
Толпа неохотно зашевелилась, но никто не осмелился пожаловаться вслух. Кай едва успел миновать один ряд, как дорогу ему преградила розоволосая девушка.
— Здравствуйте. — Она улыбнулась чуть ярче, чем следовало, и легко присела в реверансе. — Я Фелилла из Дома Демур. Правда ли, что Дом Блэквудсов покровительствует вам или—
— А? — Кай поперхнулся и испуганно оглянулся за её спину. К ним уже направлялись другие студенты, недовольные тем, что не успели подойти раньше. — Профессор на нас смотрит.
— Простите, он… — Фелилла скованно повернулась к Вальдибальду.
Пока она не раскусила его ложь, Кай юркнул в толпу. Тела и голоса теснили его со всех сторон. Локтями и толчками он проложил себе путь. Выбравшись из строя, усилил покров Тени и побежал.
Поле ограничивали четыре красных шеста; впереди трусцой бежала дюжина студентов.
Хм… прямо ностальгия.
Прежде чем он успел перевести дух, в спину впились взгляды, а за ним загрохотали шаги преследователей.
Чертовски надоедливо.
Он направил ману Тени, пожертвовав незаметностью ради силы, и рванул вперёд, чтобы затеряться среди лидеров забега.
— Так ты в кого-нибудь врежешься, если не сбавишь темп. — Коренастый подросток тяжело дышал. У него были короткие тёмно-зелёные волосы, почти как при военной стрижке. Он не отрывал взгляда от дороги и, похоже, не узнал Кая.
Кай согласно промычал и пристроился рядом со своим крупным спутником, чтобы тот заслонял его от взглядов. Через десять вдохов преследователи, похоже, отстали.
Пока что. Вот так чувствует себя Олден?
Те, кто хотел его задирать, бежали слишком медленно, а немногие, кто держался рядом, не пытались заговорить.
— Чего ждёте? Приглашения в письменном виде? — прогремел Вальдибальд. — Живее, живее! Пускайте в ход молодые ноги и лёгкие. И не срезайте углы! Первый, кто срежет, пожалеет, что его не отчислили!
Да, нет ничего лучше лёгкой пробежки. Почти готов простить ему то, что он объявил всем, кто я такой.
Если уж раскрывать себя, победа над четырьмя лучшими студентами — один из удачных вариантов. Всё же о мирных днях придётся скорбеть.
Что сделано, то сделано. Придётся приспосабливаться. Хм… а мне и правда нужно писать анализ собственных боёв?
Кай бросил взгляд на прямую спину Вальдибальда и покачал головой. Как бы то ни было, за такое легко получить заслуги.
Оставшаяся часть занятия пролетела за упражнениями, сочетавшими базовую физическую подготовку с колдовством. Он держался за своим крупным молчаливым приятелем; их объединяли общие усилия, а не слова и имена. Те, кто хотел за ним следить, похоже, слишком запыхались, проклинали всё и потели, чтобы искать его в толпе. Их хриплое дыхание вызвало у него довольную улыбку.
Число студентов, которым было трудно колдовать на бегу, откровенно смущало. Даже те, кто был в приличной форме, похоже, пропускали кардиотренировки.
— …хватит! Я же сказал, что сделал двадцать повторов! — крикнул студент помощнику преподавателя. — Да что вы знаете? Сомневаетесь в моих словах?
Вальдибальд в одно мгновение оказался рядом. — Это не обсуждается, господин Кавилл. — Его голос перекрыл шум на всём поле. — Пока вы на моей территории, каждый преподаватель здесь представляет мою волю и власть. Вы будете уважать их так же, как меня, и не станете дерзить. За это — двадцать штрафных баллов. — Он сузил глаза, пресёк протест ещё до того, как тот прозвучал. — Хотите, чтобы стало сорок? Нет? Так и думал.
Когда шум улёгся, жалоб стало заметно меньше.
Вскоре к ним присоединился Себастиан Элкарин. Опухшее лицо покрывали белые бинты; под ними проступали синевато-лиловые синяки. Но бинты не могли скрыть злобных взглядов, полных неоправданной враждебности. Его аура утихла только после того, как Изадора подошла к нему и обменялась с ним парой слов.
Прости, приятель. Но ты сам это устроил. Я тебя всего один раз ударил.
Растворившись в монотонном ритме физических упражнений, Кай не заметил, как быстро прозвенел колокольчик. Не думать, просто делать. Несмотря на тяжёлое начало, боевая магия оказалась довольно расслабляющим занятием.
Кай отряхнул куртку и разгладил складки, сплетая Воду с Огнём; заодно выветрил запах гари после дуэлей. Куртку всё равно придётся как следует постирать, но так он сможет пройти последние занятия, не получив замечаний за неряшливый вид.
— Господин Вернон, обменяйтесь со мной парой слов. — Вальдибальд окликнул его, когда студенты, пошатываясь, уходили с поля. Суровый взгляд заставил отставших преследователей ускориться; затем профессор снова посмотрел на Кая. — Сегодня вы хорошо выступили. Двадцать заслуг за спарринги. Начальные обстоятельства не определяют, как высоко можно подняться благодаря труду и упорству.
А?
— Спасибо, профессор. — Кай склонил голову, соблюдая формальности.
Скряга.
Получив разрешение уйти, он пошёл вдоль трибун, окружавших площадку Дурстил, в сторону потока студентов. Шёл быстро, ссутулившись и опустив голову. Скоро его внешность и описание разойдутся повсюду.
Вот же хлопоты. Похоже, магии Тени придётся поработать ещё усерднее.
Избегая встреч до Башни Целус, он поднялся по винтовой мраморной лестнице на верхние этажи. Личные проблемы не должны были останавливать лекции или мешать ему. Пока всё не наладится, неприятностей станет только больше.
Надо спросить Олдена, как он это делает. Хм… вообще-то он может здорово помочь.
Людей всегда легче убедить в том, во что они и так хотят верить, подпитывая их заблуждения. Разрозненные идеи сложились в план. Сперва нужно поговорить с соседом по комнате.
Так можно заставить большинство преследователей отстать.
Кай опустился на холодный стул в заднем ряду Аметистового зала. На факультатив пришло меньше сотни студентов; среди них было несколько учащихся ремесленного дела в форме с серебряной отделкой.
Профессор Нувелли направился к возвышению, неся охапку свитков и книг. На вид ему было около сорока, но волосы уже серебрились.
— Прошу, садитесь, — позвал он гнусавым голосом. Положив ношу на стол, он жестом велел всем сесть. — Добро пожаловать на курс «Магическая физиология и феномены» — изучение взаимодействия маны и материи. Формально курс не считается вводным, но вам следует воспринимать его именно так. Он заложит основу для расширения ваших знаний и поможет понять, какие конкретные темы стоит изучать глубже.
— Мы рассмотрим, как эссенция влияет на живые существа и окружающую среду: так называемые аномалии маны, необычные области, а также уникальное строение зверей и других созданий. Биологию разумных существ и темы, связанные с Проводником, мы здесь разбирать не будем, — говорил он без пауз. — Если не успеваете за материалом, не прерывайте занятие. Делайте заметки, а вопросы оставьте до конца лекции.
Неловко поднятые руки опустились. На белой стене за профессором мерцали световые проекции.
Кай раскрыл книгу. Его перо быстро бегало по странице, стараясь поспеть за лекцией Нувелли. «Магическая физиология и феномены» был одним из факультативов, от которого Кай подумывал отказаться, но эти базовые знания были необходимы, если он когда-нибудь захочет исследовать зоны с высокой концентрацией маны.
К концу двухчасового занятия мозг будто выжали досуха.
— На сегодня всё. К следующим лекциям прочитайте главы с четвёртой по шестую. С них и начнём, — сказал профессор Нувелли и вышел из Аметистового зала, не оставив времени на вопросы.
И почему я не удивлён?
Кай убрал тетрадь в сумку и помассировал глаза большим и указательным пальцами, стараясь унять пульсирующую головную боль от чрезмерного использования Мнемонического мастерства и Расщеплённого разума.
Осталось всего одно занятие.
Возможно, Джолин была права насчёт количества факультативов. Но он не собирался сдаваться после первого же дня. Нужно лишь привыкнуть к новому распорядку. Дальше будет легче. Наверное.
Всплеск маны пробудил его чувства. Он лишь смутно представлял дорогу к следующему занятию. Солнце уже скрылось за горизонтом, когда он пересёк границу Башни Витаэ и поспешил по сводчатым коридорам.
Он добрался до зала как раз к звону колокола.
Профессора пока не было видно. Студенты толпились между рядами столов, заставленных матовыми зачарованными котлами, полированными металлическими инструментами и стеклянной посудой. Около семидесяти человек, в основном с факультета ремесленного дела. Вдоль стен тянулись большие зачарованные шкафы, а в воздухе пахло травами и горелыми зельями.
Кай поправил плащ и направился искать место, но заметил в углу знакомую фигуру. Стол рядом с ним, на удивление, пустовал.
— Привет! — Он поставил сумку. — Ты должен научить меня, как у тебя это получается!
Олден поднял взгляд от инструмента, который осматривал. Холодное выражение лица смягчилось, когда он узнал Кая. — Привет. Что именно?
— Ну… Я думал, ты вроде знаменитость. — Кай почесал шею и понизил голос. — А ты сидишь один. Как тебе удаётся не подпускать к себе толпу?
— Яд и угрозы, — коротко ответил он. Из-за воротника выглянул Нибблз и дружелюбно зашипел, высунув розовый язычок.
— Я…
— Шучу. — Олден постучал по месту возле нагрудного кармана идеально выглаженной формы. — На мне амулет. Благодаря ему люди реже замечают меня, если я сам не привлекаю внимания. Да и многие уже пытались подойти в первом семестре, но потерпели неудачу. Эм… Тебя раскрыли?
— Профессор Вальдибальд выдал меня перед всем классом боевой магии.
— Сочувствую. — Олден посмотрел на него с участием. Пальцы будто сами собой теребили ручки, регулирующие котёл.
— В итоге всё прошло нормально. У тебя случайно нет ещё одного такого амулета?
Он виновато опустил голову. — Бабушка заказала его для меня. Могу, конечно, спросить её.
— Да не, всё в порядке. Я придумал обходной вариант, — пожал плечами Кай. Практика в Магии Тени не повредит. — Надо просто пережить эту неделю. Скоро их внимание переключится на другую моду. Я не настолько интересен.
— Угу. — Олден молча оглядел его с головы до ног.
Что?
— Есть ещё кое-что. — Кай мысленно вернулся к своему плану.
Заметив, с каким почтением и страхом люди относятся к Великим Домам, он предпочёл спросить разрешения, чтобы избежать недоразумений. Олден был отзывчивым, но всё же оставался подростком из очень большой семьи.
— Как думаешь, я могу притвориться, будто твой Дом меня действительно поддерживает? Большинство слухов и так утверждает это после того, как мы вместе прошли Испытания. А так ко мне будет подходить меньше людей. Прости, это не оскорбительная просьба? — спросил он. Он до сих пор не понимал и половины патрицианских условностей и табу.
— С нашей степенью близости это не оскорбительно, — сказал Олден, задумчиво поглаживая Нибблза, обвившегося вокруг шеи. — Если речь только о покровительстве, можешь упоминать имя Блэквудсов, а люди пусть сами делают выводы.
— Правда можно? — Кай с облегчением улыбнулся. — Спасибо, серьёзно. Это очень поможет. Тебе ведь не нужно… разрешение Дома?
— Для такой мелочи — нет. — Он нахмурился. — Если только… Ты хочешь сделать слух правдой? Заключить настоящее соглашение о покровительстве…
Двери зала с грохотом захлопнулись.
— Простите за опоздание. Пришлось помочь студентке, которая умудрилась отравиться. — Профессор Мирлетт вошла, шелестя мантией и юбками. Она была высокой и худощавой, двигалась с безупречной осанкой. — Казалось бы, к третьему курсу они должны знать, что нельзя смешивать корень марсалии и лазурный шалфей, если не кипятить их сорок пять минут в растворе, насыщенном маной Земли и Воздуха. Казалось бы — а вот и нет. Садитесь, садитесь, пожалуйста.
— Сколько новых лиц! — Она широко раскрыла глаза, оглядывая класс. — Добро пожаловать на травную алхимию, новички. Не будем терять время. — Она постучала ногтями по хрустальному кубу. На стене появились строки текста. — Я подготовила рецепт на сегодня: «Усмирённые слёзы дракона». Это простое тонизирующее зелье Духа, чтобы познакомиться с предметом и оценить ваш уровень. Алхимию невозможно освоить без практики. Травы и их свойства вы можете изучить по энциклопедиям самостоятельно.
Она указала на двух студентов в первом ряду. — Мисс Вартен, мистер Алленни, раздайте ингредиенты. По одному набору каждому. Всё должно быть в третьем шкафу. Есть вопросы? Так… да, вы, во втором ряду.
Темноволосый юноша выпрямился. — Профессор, можно варить зелье собственными инструментами?
— Только начиная с курсов для подмастерьев. Пока придётся пользоваться стандартным оборудованием академии. Оцениваю я вас, а не ваши инструменты. Ещё вопросы?
Несмотря на худобу и хрупкий вид, словно её мог опрокинуть порыв ветра, профессор Мирлетт двигалась вихрем. Не прошло и пяти минут с её появления, как все сосредоточились на обработке трав низкого Жёлтого ранга. Ритмичный стук ножей, шинковка и звон стеклянной посуды наполнили зал, словно музыка.
Кай изучил костяно-белый трубчатый стебель травы. Рецепт выглядел сложным, но выполнимым. Инструменты казались непривычными, однако он уже освоился со стандартным набором, когда проходил базовые квалификационные испытания.
— Что это за нарезка? Мы зелье варим, а не салат с запахом! — Профессор Мирлетт обходила столы, каждому давая конкретный совет.
Ну, почти каждому.
— Отличная техника, Блэквудс. Присматривайте за товарищем. Каждое приспособление выдано не просто так. У каждого своё предназначение.
— Да, профессор, — ответил Олден. Он извлекал извилистые прожилки из стебля с такой лёгкостью и мастерством, будто они сами тянулись к нему.
Рядом с ним Кай чувствовал себя неловким ребёнком. Он дождался, пока профессор отойдёт, и спросил: — Ты уже варил это зелье?
— Не это. — Олден взглянул на его работу. — У тебя хорошо получается. Но для стебля сереброцвета нужен расщеплённый скальпель.
— Понял. Вот так?..
— Сильнее надави на кончик и слегка сожми стебель. Да, именно так.
Они работали сосредоточенно и молча, лишь изредка Олден давал короткие советы. Кай старался повторять за ним, но разницу в навыке не преодолеть за одно занятие — и даже за сотню. После истории со Святилищем судьба и обстоятельства оставили ему меньше времени на практику, чем хотелось бы.
Хотя, наверное, он всё равно был бы лучше. Вот что значит родиться в Доме алхимиков?
— Как ты вообще оказался на этом курсе? — наконец вздохнул Кай. — Тебе определённо стоило выбрать что-нибудь посложнее.
Олден пожал плечами. — В первом семестре я не сдавал квалификационные экзамены. Я сосредоточен на изучении магии. Дома у меня и так есть наставники. К тому же оттачивать основы никогда не вредно.
— Итак, студенты. Время почти вышло. — Профессор Мирлетт хлопнула в ладоши. — Несите зелья. Удачные можете оставить себе. Разве это не лучшая часть алхимии? Выпить собственный труд. Не волнуйтесь, мистер Астел. Сегодня я не буду оценивать неудачные образцы. Горелым пахнет отсюда. Тщательно отмойте котлы и инструменты. Они вам ещё понадобятся. Уход за оборудованием крайне важен.
Кай процедил зелье в пузырёк. Дымчато-серебристая жидкость мерцала, когда он встряхивал её. Он встал в очередь у возвышения. Его зелье оказалось одним из тринадцати удачных и вошло в число лучших — благодаря Олдену. Говорили, тоник должен был способствовать росту Духа. На вкус он был отвратителен.
Один день позади. Впереди ещё много.
Похоже, аура соседа «не беспокоить» защищала и его, пока они возвращались в общежитие. Кай с нетерпением ждал завтрашнего первого занятия пространственной магией. Хорошо бы ему достался хороший профессор. Интересно, сколько специалистов по пространству было в Раэлионе?