Незваный гость в плаще сидел за кухонным столом — тёмный силуэт среди теней. Чёрный плащ и перчатки скрывали каждый сантиметр кожи, капюшон прятал лицо. По комплекции и росту он казался мужчиной. Единственным его движением был лёгкий наклон головы в сторону входа.
Как—
Кай застыл у закрытой двери, сжимая озябшими пальцами комнатный жетон. Чувства не улавливали ни малейшего присутствия фигуры в капюшоне, хотя глаза говорили обратное. Под кожей покалывало от стремительного потока маны. Все мышцы напряглись, едва сдерживая готовность к действию.
Его удерживало молчание Священной интуиции — и неподвижное тело Хоббса на коленях незнакомца. Неуловимое присутствие Хоббса лениво пульсировало, совсем как тогда, когда тот дремал после рыбных лакомств.
Потянувшись к фамильяру, Кай почувствовал, что связь не поддаётся ни одной попытке пробиться: она была непроницаемой и нерушимой. Связь запечатали. Мысли разлетелись во все стороны, а срочность происходящего заглушала грохот сердца.
Как Хоббс попался? Яд? Магия? Без него не сбежать. Если этот человек выше Жёлтого ранга, каковы мои шансы против обладателей профессий Зелёного ранга? Почему Священная интуиция меня не предупредила?
Даже сейчас шёпот звучал едва громче бормотания. Какая магия могла настолько заглушить навык?
Ответы подождут.
С тех пор как он закрыл дверь, миновало всего десять ударов сердца. Оказавшись в невыгодном положении, он не мог позволить себе упустить инициативу. Кай сунул жетон в карман, чтобы освободить руку. Во рту пересохло. Он сглотнул. — Что вы сделали с Хоббсом? — Хриплый голос не смог скрыть волнения.
Незнакомец полностью повернулся к нему; стул скрипнул. Капюшон откинулся, открыв маску цвета обсидиана. Её поверхность переливалась, словно дым, запертый в стекле, и ускользала от взгляда. Ни рта, ни носа. В провалах на месте глаз виднелась лишь тьма поглубже.
Мужчина холодно посмотрел на него, затем опустил взгляд на кота, растянувшегося у него на коленях. — С твоим фамильяром всё в порядке. — Рука в перчатке провела по серебристой шерсти. Голос был ледяным и ровным, без малейшего акцента — вероятно, из-за навыка или чар. — Проснётся через несколько часов.
Он осторожно поднял Хоббса и положил на стол. Крошечные лапы дёрнулись в воздухе, словно подтверждая его слова. — Не хотелось бы гоняться за ним, если бы он переместился. Как ты заключил связь с астрой—
Атаковать первым. Захватить преимущество.
Мана хлынула по венам — дикая, обжигающая. Кай рванул вперёд. Сапог ударил по деревянному полу, и тот зловеще скрипнул. В руке блеснул меч, извлечённый из кольца; тени уже поползли по клинку, чтобы сбить врага с толку.
Один взмах.
Этого хватит.
Их разделяли пять метров — расстояние, которое можно преодолеть в один миг. Мужчине потребовалась бы секунда, чтобы подняться со стула. Даже если бы он увернулся, это ничего не меняло: Кай уже начал удар и сместился, чтобы возникнуть у незнакомца за спиной.
Оставалось лишь подобраться к Хоббсу достаточно близко, чтобы—
Стальная хватка сомкнулась на его горле, едва рассеялось пространственное мерцание. Прежде чем Кай понял, что произошло, его спина врезалась в стену. Следом ударилась голова, несколько раз глухо стукнувшись о неподатливую штукатурку.
В глазах вспыхнула белизна. Из лёгких вырвался рваный вздох; на языке резко отдал привкус крови. Меч со звоном упал на пол. Пятки скользили по стене, пальцы ног беспомощно искали опору.
Чёрт!
Перед глазами плавали яркие пятна. Сквозь звон в ушах он попытался снова применить Пространственный сдвиг. Ледяные щупальца пронзили плоть, вырывая навык из каналов прежде, чем тот успел сформироваться. Тело била дрожь. Мана инстинктивно рванулась, чтобы отторгнуть чужеродную сущность, но давление на горло усилилось и разрушило концентрацию.
— Не надо, — произнёс мужчина тем же коротким тоном, каким отчитывают непослушного щенка.
Кай попытался огрызнуться, но не мог выдавить ни звука. Пальцы вцепились в перчатку, сдавливавшую его дыхательное горло; ногти лишь скребли кожу перчатки, не оставляя на ней ни царапины. Края зрения затягивала тьма.
Чёрт.
Кай сумел кивнуть — едва заметно опустил голову.
Рука на горле ослабила хватку и опустила его, пока носки не коснулись пола. Кай закашлялся, жадно глотая воздух, обжигавший лёгкие.
— Я пришёл за ответами, а для этого тебе не обязательно сохранять все конечности, — равнодушно, почти скучающе сказал мужчина. — Второй раз предупреждать не буду. Ясно?
Вглядываясь в тёмные провалы маски, оказавшейся совсем близко, Кай почувствовал, как внутри свернулся холод. Шёпот развеял последние сомнения насчёт угрозы. — Д-да, ясно, — прохрипел он.
Мужчина невыносимо долго изучал его, затем отпустил и вернулся на место, подставив спину — не боясь ответного удара. Вероятно, ему и не нужно было бояться. Он вытянул ноги под столом. Лунный свет блеснул на серебряных заклёпках скрещённых чёрных сапог.
Он указал на стул напротив. — Сядь.
Кай потёр горло — оно саднило, но дышать можно было. Успеет ли он выбраться из общежития с помощью Пространственного сдвига, прежде чем мужчина его поймает? Первая атака не удалась, хотя преимущество внезапности было на его стороне. Либо этот монстр в маске мог предсказать, где он появится, либо двигался невероятно быстро. А возможно, и то и другое. Даже если бы Кай сумел вырваться наружу, Пространственному сдвигу требовалась перезарядка между применениями, иначе можно повредить каналы. Этого времени мужчине Зелёного ранга хватило бы, чтобы схватить его.
И вряд ли он был в начале Зелёного ранга.
Кричать о помощи? Где же хвалёная охрана Раэлиона, когда она действительно нужна?
Чёртова охрана ни на что не годится.
Даже если бы он сумел позвать другого студента, что дальше? Хорошим исходом это не казалось. И главное — Кай хотел сохранить все конечности, а Хоббс всё равно остался бы во власти незнакомца.
Почему мне никогда не везёт?
Кай взглянул на три пустых стула и опустился на тот, на который указал незнакомец. Пока не стоит его провоцировать. Он медленно потянулся через стол к фамильяру. Мужчина следил за ним, но не мешал придвинуть Хоббса к себе.
Фамильяр мирно посапывал; маленькое сердце мерно билось, никаких ран или странностей не было. Кай погладил его. Шёлковистая шерсть под пальцами понемногу успокаивала его. По крайней мере, теперь они стали на шаг ближе к совместному побегу.
Разве это что-то меняет?
Мужчина в маске сидел напротив, всего в метре от него. Неужели Пространственный сдвиг удивил его сильнее, чем он показывал? Он не позволил бы Каю подойти к Хоббсу, если бы у них был хоть какой-то шанс сбежать. Впервые Кай не чувствовал, что его недооценивают.
Да чтоб меня… Почему именно я?
Мысли роились, перебирая варианты. Для декана этот подход казался слишком окольным. Неужели Кай угодил в патрицианский заговор? Какой-то Дом, который он нечаянно оскорбил? Сколько людей могли позволить себе нанять посланника Зелёного ранга? А вдруг это вообще кто-то другой… культ?
Если это они, я уже труп. Или того хуже…
Кай усилием воли отогнал эти мысли. Догадки подождут. Информации слишком мало для выводов; сейчас нужно сосредоточиться на том, чтобы выжить.
В руке мужчины появился простой кинжал с прямым клинком, без украшений. Лезвие холодно блеснуло в тусклом свете. Сплав не источал маны; впрочем, как и сам владелец.
— Руку, — коротко сказал он и протянул свободную ладонь в перчатке.
Вот тебе и разговор.
Кай тяжело сглотнул. Возражения подступили к больному горлу и замерли: пульсирующая боль напоминала, что его согласие не обязательно. Приходится выбирать, когда давать отпор. Он медленно протянул руку через стол.
— Похоже, ты умеешь учиться. — Мужчина поймал его за запястье, пока тот не успел отдёрнуть руку. Он ловко крутанул кинжал — так, что Флинну оставалось бы только мечтать о такой сноровке.
Ну давай уже.
Сухожилия на руке натянулись, словно струны, а самообладание грозило вот-вот дать трещину. Кай уже приготовился увидеть, как отлетит палец — или случится что похуже, — и едва заметил, как лезвие чиркнуло по большому пальцу. Он вздрогнул скорее от неожиданности, чем от боли.
Всего лишь царапина.
На коже выступила рубиновая капля.
В голову полезли мысли о проклятиях и тёмных ритуалах, требовавших крови. Мужчина сменил кинжал на открытый флакон. Рубиновая капля, не излучавшая ни малейшего следа маны, упала в прозрачную жидкость. Незнакомец отпустил его запястье и лениво взболтал содержимое. Он дважды щёлкнул по стеклу пальцем в перчатке — жидкость, как и следовало ожидать, покраснела.
Мог бы и не проверять.
Кай лизнул порез, сердито глядя в безликую маску.
— Человек, — буркнул мужчина и заставил флакон исчезнуть.
А?
Кай моргнул — всё становилось лишь страннее. — А кем ещё я мог быть?
— Перевёртышем, оборотнем, гомункулом или марионеткой из плоти, — холодно перечислил мужчина. — На работу биоманта не похоже. И не из этого королевства.
Кай потёр шею, пытаясь уследить хотя бы за половиной сказанного и всё меньше понимая происходящее. — Что… почему вас это волнует? И кто вы?
Кай встретил взгляд из обсидиановых провалов маски. Затем мужчина указал на свою голову. — Разумеется, я ношу маску, чтобы назвать своё имя первому попавшемуся сопляку.
Знаешь… простого «нет» было бы достаточно.
— Что вам нужно? — спросил Кай, не обращая внимания на холодный пот, пропитавший рубашку на спине. — Я не могу помочь, если вы ничего не расскажете.
— Я здесь не для того, чтобы отвечать на твои вопросы.
— Тогда зачем?
Наступила долгая, тяжёлая тишина. Мужчина не шевелился, но его безликий взгляд ранил сильнее любой угрозы. — Если ты надеешься потянуть время, пока не вернутся соседи, не надейся. Их не будет ещё час. Даже если бы тебе удалось кого-нибудь предупредить, думаешь, это помогло бы?
Горло у Кая саднило; он скованно покачал головой. — Нет.
Обсидиановая маска наклонилась. — Не заставляй меня повторять. Кто ты?
— Я Мэт—
— Мэтью Рис Вернон, тайный сын алхимика-отшельника, объявившийся из ниоткуда. Подтвердить его личность могут только люди, которые либо мертвы, либо недосягаемы. Формального образования он не получал, но поступил в самую престижную академию Мерии. А ещё, похоже, он искусный пространственный маг… — Мужчина закончил с насмешливым фырканьем.
Это я… Совершенно нормальная речь сталкера.
Кай подавил желание броситься к выходу и старался сохранять спокойствие, словно оказаться загнанным в угол магом Зелёного ранга в общежитии Раэлиона было обычным делом. В отличие от боя, здесь первым заговорить могло быть опасно. Каждое слово становилось зацепкой. Пока он не знал цели противника, лучше было говорить как можно меньше.
Мужчина в маске заговорил первым, спокойно и неторопливо: — Кому ты подчиняешься?
— Никому.
— Я не убиваю детей и не терплю лжецов. И не собираюсь тратить время попусту. Кто дал тебе путь Пространства?
— Я сам научился. — Голос у него сорвался. — Я говорю правду. — Он кашлянул в ладонь, мечтая услышать чириканье проклятой птицы. Как иронично было бы умереть не из-за своих тайн, а из-за правды.
Мужчина скрестил руки на груди; голос оставался ледяным и ровным. — Как звали твоего отца?
— Мой… Сайрус Вернон, — сказал Кай, мучительно осознавая, что замешкался, вспоминая имя. — Он умер.
Чёрт.
В Раэлионе никого не интересовало его прошлое, когда выяснялось, что он не патриций. Мнемоническое мастерство помогало лишь с тем, что он заранее закрепил с его помощью. Большой палец скользнул по ободку кольца; Кай покатал гладкий металл по коже, пока паника выворачивала ему нутро.
Пауза затянулась. Рука в перчатке поднялась над столом, а обсидиановая маска недвусмысленно повернулась к его пальцу. — Где ты взял это кольцо?
— Оно моё. Я… — Он прижал руку к груди и сжал её в кулак. — Мне его подарили.
— Кто? — ленивый тон мужчины стал опасно резким. — Тот, кому принадлежала эта печатка, умер много лет назад.
…Элайджа умер?
Кай молча облизнул губы; в голове разыгралась ещё большая буря. Мысли спутались под натиском происходящего. Незнакомец требовал ответа, снова взял стальной кинжал и крутил его так быстро, что лезвие расплывалось.
— Кто тебе его подарил? — Голос опустился до низкого рычания. — Расскажи всё. Может, тогда уйдёшь отсюда со всеми конечностями.
— Это был подарок.
Клинок замер в кулаке мужчины. Внезапная неподвижность пугала ещё сильнее; взгляд из тёмных провалов маски был напряжённым, пристальным. — Подарок Мэтью Вернону?
— Это… — начал Кай; во рту пересохло. Что сказать? И правда, и ложь обжигали горло. Республика не оставит его в покое, если узнает, что он сбежал из Святилища, но и лгать было невыносимо. Разрозненные детали наконец начали складываться. Ещё немного времени — и он почти смог бы увидеть целую картину.
— Каю Тайленну. — Слова сорвались с языка раньше, чем он успел всё обдумать.
— Тот мальчик умер больше двух лет назад. — Мужчина наклонился к столу; сжатый кулак вогнал кинжал в дерево.
— Не умер. — Кай ровно выдержал безликий взгляд. — Я не умер. Я просто… попал в ловушку. — Он выпрямился на стуле, решившись отрицать очевидное.
Слухи о моей смерти сильно преувеличены.
— Как ты можешь быть им…
— Я и есть он. — Кай широко раскрыл ладонь, сплетая вокруг пальцев нити маны. — Вода, Природа, Земля, Тень и Пространство. Если вы что-то обо мне знаете, то это мои основные стихии.
— Сродство можно подделать или развить искусственно, — возразил мужчина.
— Кому бы это понадобилось? Но ладно. — Кай достал из кольца книгу в кожаном переплёте — алхимический том Доры — и серебряный диск, испещрённый тонкими трещинами. — У меня есть и это. Хотя Рычаг судьбы сломан…
— Вещи можно снять с трупа.
Упрямый чёртов тип.
— Я родился в Уайтшоре. Когда мне было пять, мы переехали в Гринсайд. В тот же год отец умер: во время голода его зарезали. Его убийца умер через два года…
— Кай умер, — процедил мужчина сквозь зубы. — Скорее всего, его убили из-за учителей.
— Вы видели тело? — Кай поморщился. — Как видите, я живее всех живых. Так вот, когда мне было шесть, мы с мамой отправились искать наставника. Нашли троих учителей: хохочущую ведьму, добрую тётушку и очень ворчливого дворецкого. Моё исчезновение не имело к ним никакого отношения.
— Если лжёшь, пожалеешь. — Голос не стал громче, но слова давили почти физически.
Кай чувствовал, как кровь пульсирует в венах, а сердце грохочет в груди, почти заглушая всё вокруг. — Повезло мне, что я не лгу, — прохрипел он, выдавив улыбку. — Я Кай.
Мужчина откинулся на спинку стула. Кинжал, вонзённый в стол, дрожал. — Как ты можешь быть и Мэтом, и Каем?
— Маг никогда не раскрывает своих секретов.
Сквозь меняющуюся маску прорвался сухой смешок. — Вот такую чушь он и нёс. — Взгляд скользнул по Каю. — Но ты слишком высокий.
Вот же мелкий засранец!
— Я вырос! Для своего возраста я всегда был совершенно нормального роста.
— Манеры у тебя те же.
— А у тебя стали хуже, — огрызнулся Кай и опустился на сиденье. Он вытер влажную ладонь о колено. Этого не могло быть… и всё же это был он. Теперь стало понятно, почему Священная интуиция молчала. — Это… правда ты?
— Ты просил меня прийти в Дом Эха. Мальчишка с архипелага, похожий на человека, который давно умер. У меня были дела в Мерии, и я решил сам всё проверить. Думал, это ловушка или издёвка. — Он выдохнул. — Но не такое.
Рука в перчатке потянулась к маске и сняла её. Словно не прошло ни дня. Та же бледная кожа, резкие черты и холодные голубые глаза — Элайджа.