Кай смотрел на сложенный листок в руке, стараясь не чувствовать себя идиотом. Вирья и правда оставила записку.
Почти жаль, что оставила.
— Она пустая. Я даже просвечивал её сзади, — сообщил Флинн. — Есть какой-то секретный ритуал, чтобы её прочесть? Надо пролить на неё кровь и пропеть тайное заклинание?
Кай закатил глаза, слабо улыбнувшись попытке поднять ему настроение. Он был благодарен Флинну за то, что тот никогда не подшучивал над больным местом.
— Наверное, нужна моя мана. Куб тоже был настроен на мой энергетический след.
— О… Как скучно.
— Большинство видов магии такие. Мы просто притворяемся мудрыми и загадочными, чтобы дурачить вас, простолюдинов. — Кай театрально взмахнул рукой, отделил от своих каналов нить маны и коснулся листка. Ряды плотного, чёткого письма вспыхнули и проявились по обеим сторонам записки.
— Не слишком впечатляет. — Флинн скептически посмотрел на лист. — Я всё равно ничего не вижу.
Кай загадочно усмехнулся.
— Потому что ты простолюдин без «Чувства маны». — Как только он убрал нить, надпись исчезла. — Это что-то вроде невидимых чернил, реагирующих на мой энергетический след.
— Здорово. — Флинн прищурился на бумагу, словно мог сосредоточением компенсировать отсутствие навыка восприятия. Когда не получилось, он раздражённо фыркнул. — Теперь понятно, в кого ты пошёл. Твоя наставница ещё более параноидальна, чем ты.
— Ну, спасибо.
— Это не комплимент. Что там написано?
— Не знаю, тут немало предложений. — Читать с помощью «Чувства маны» было непривычно. Стоило ему переместить внимание, буквы тут же расплывались и снова становились чёткими. Вирья не только оставила записку — она умудрилась уместить удивительно много строк на маленьком листке. — Может, пойдёшь приготовишь ужин, а я всё расскажу за едой? Я всё ещё голоден.
После допроса Валелы он уже не так сильно чувствовал голод, но предпочёл бы, чтобы Флинн не заглядывал ему через плечо. Терпение и молчание не относились к достоинствам его друга.
Хотя я сам ненамного лучше…
— Ладно, только не упусти ни одной детали. — Флинн подчеркнул это подозрительным взглядом. — И ты должен мне половину серебра, которое мы нашли. Розыгрыши твоей чокнутой учительницы совсем не смешные.
— Конечно. Просто оставь меня в покое.
Флинн послал ему воздушный поцелуй и скрылся на кухне. Насладившись тишиной, Кай растянулся на диване. Деревянные детали головоломки лежали на журнальном столике без признаков жизни — там, где их оставил Флинн.
Духи, я такой идиот.
Всех этих неприятностей можно было избежать, если бы он сначала проверил диск. Теперь пустой карман, в котором лежала записка, казался очевидным. Осязаемое напоминание о его провале.
Могла бы оставить предупреждение пояснее. Откуда мне было знать, что диск активируется от лёгкого прикосновения?
Вполне в духе Вирьи: вручить ему артефакт без объяснений и ждать, что он сам всё поймёт. Кай даже не остановился, чтобы усомниться. Он провёл бесчисленные часы над головоломкой, соблазнённый обещанной наградой. Когда перед ним наконец появился блестящий артефакт, можно ли винить его за то, что он больше ни о чём не думал?
Я просто оправдываюсь?
В следующий раз, когда ему попадётся неизвестный магический артефакт, он примет все меры предосторожности, прежде чем прикоснётся к нему. Урок усвоен. Возможно, Вирья специально это устроила: позволила ему обжечься о плиту, чтобы он понял, как действует огонь. Последний ласковый урок.
Нет ничего лучше травматического опыта, чтобы урок усвоился. Чёртова ведьма.
Кай «Осмотром» проверил начало послания и настроил «Чувство маны», чтобы прочитать крошечные письмена. Незачем гадать, что было бы, — пора получить ответы.
Сердечно приветствую тебя, Кай. Рада, что ты сумел решить эту головоломку менее чем за год. Находчивость и гибкость — трудные уроки. Иногда ради достижения важной цели приходится идти на жертвы.
Предмет внутри этой головоломки с маной многие называют Рычагом судьбы. За столетия странствий по Элидесу мне попался лишь один такой артефакт — тот, что сейчас у тебя в руках.
Целой книги не хватило бы, чтобы объяснить всё, что известно об истории и назначении артефакта. Если тебе любопытно изучить его происхождение, я не стану тебя отговаривать, но советую не афишировать свои поиски.
Многие организации сочтут само существование этого артефакта ересью, а все без исключения признают его слишком опасным, чтобы оставлять в руках ребёнка.
На самом базовом уровне назначение Рычагов судьбы просто: они собирают Судьбу владельца, чтобы выплеснуть её разом. Однако процесс сопровождается оговорками. Артефакт может в некоторой степени регулировать объём и направление выброса, но не способен контролировать результат.
Неподвластная Судьба непредсказуема по своей природе. Она может принести пользу, вред или что-то среднее. Представь, что подбрасываешь в воздух сотню игральных костей: на тебя обрушатся отдалённые совпадения и последствия, но выбрать, какой стороной упадут кости, ты не сможешь.
Высокая Благосклонность немного склонит шансы в твою пользу, но одного неудачного броска хватит, чтобы клинок пронзил тебе сердце. Как и в случае с любым инструментом, исход во многом зависит от того, кто им пользуется.
Если разумно настроить параметры, которые тебе подвластны, Рычаг судьбы станет бесценным средством изменить расклад и создать новые возможности. Но любое применение сопряжено с риском, который можно лишь уменьшить, но не устранить.
P. S. Советую не активировать Рычаг судьбы в густонаселённом месте, разве что в крайнем случае.
Несмотря на желание читать дальше, Кай остановился и обдумал новую информацию, пока мысли не ускользнули. Как обычно, Вирья многое сказала и ещё больше не договорила, спрятав смысл между строк.
Упоминание «жертвы» в первом абзаце подтверждало: чтобы решить головоломку, ему требовалось дополнительное преимущество. Маг могла не предвидеть, что он рано выберет профессию, но ожидала, что он получит общие навыки для решения загадки, а затем откажется от тех, что кропотливо развивал.
У неё всегда так, — Кай простонал и потёр глаза. — Испытание внутри испытания, внутри ещё одного испытания.
Он обошёл эту проблему, выбрав «Дитя маны», хотя не знал, проявил ли гениальность или полную глупость. Решение было радикальным — возможно, даже более радикальным, чем отказ от одного из ценных навыков. Время покажет, правильно ли он поступил.
Рычаг судьбы. Кай достал серебряный диск из пространственного хранилища. Холодный металл отливал бледным золотом, выделяя загадочные письмена, покрывавшие обе стороны. Каждый знак плавно переходил в следующий, образуя непрерывную цепь.
Он и правда бесценен.
Артефакт, способный влиять на саму Судьбу, превосходил самые смелые мечты Кая. Он никогда даже не слышал — и не читал — ни одного туманного упоминания о том, что такое возможно. Наставники тоже о нём не рассказывали. На архипелаге люди едва понимали, как работает Благосклонность, не говоря уже о способах изменить её. Судя по письму, Мерианская Республика вряд ли знала больше.
В его руках была сила, способная одним щелчком обрушить на него водопад совпадений. Возможности были бесконечны. И всё же это был обоюдоострый меч: хотя Кай мог склонить шансы в свою пользу, исход оставался в руках Судьбы.
Вопрос в том, насколько сильно я могу всё контролировать.
В оставшейся части письма сухо объяснялось, как пользоваться артефактом. Ответ оказался прост: почти никак. Способность Рычагов судьбы менять шансы не была безграничной. Чтобы зарядиться, артефакт должен был собрать Благосклонность Кая.
Достаточно было держать его при себе. Он работал и в пространственном кольце, пока находился на теле. Чем выше была седьмая характеристика, тем быстрее шла зарядка. Другого способа ускорить процесс не существовало.
Проверить заряд можно было с помощью «Чувства маны» — по одному из внешних кругов струящихся письмен. Он слабо светился, как готовая погаснуть свеча; если Кай правильно его прочитал, артефакт был практически пуст.
Отлично. Я случайно израсходовал весь заряд, который в нём был.
Кай снова проверил письмо. Там не было ни подсказки, сколько Судьбы он потратил, ни объяснения, сколько времени займёт повторная зарядка. День, неделя, месяц или год?
Пожалуй, времени найти ему применение будет предостаточно…
Кай не особенно рвался снова окунуться в потоки Судьбы. Так называемые параметры, которые он мог контролировать, состояли из трёх серебряных выступов по краю диска.
Как и следовало ожидать, тот выступ, на который он случайно нажал, отвечал за активацию. Нижний правый регулировал количество направляемой Судьбы. Нижний левый позволял привязать её выброс к Каю или к месту применения.
В целом контроль был невелик. С другой стороны, если бы артефакт был надёжным инструментом, Вирья вряд ли отдала бы его Каю. Рычаг судьбы звучал как детище безумного гения или прототип какого-то еретического исследования. Но если бы Судьбу можно было превратить в оружие, кто-нибудь уже завоевал бы весь мир. Возможно, лучше этого артефакта никто создать не смог.
Она говорила, что Судьба непредсказуема по природе. Что бы это ни значило…
Артефакт напоминал игральную кость с нечестной подгрузкой: ставка без малейшей гарантии успеха.
В записке не хватало слишком многого. Не было подробностей о принципе действия, радиусе действия или длительности эффекта. Казалось, смысл имела лишь малая часть струящихся письмен. Остальное было просто украшением или ещё не разгаданным текстом?
Вирья сама не знает? Или она сообщила мне основы, а остальное предлагает выяснить самому…
Кай не мог отделаться от нарастающего чувства, что его обманули. Надо было знать: ведьма не станет всё упрощать. Её подарки никогда не бывали простыми, а наградой за успех становилось новое испытание. Да, он мог представить ситуации, в которых Рычаг судьбы пригодится, но он также мог его убить.
Накопившееся раздражение немного развеял ужин. Кай сел на кухне, но аппетита не было.
— Настолько всё плохо? — Флинн приподнял бровь.
Он не виноват.
Кай зачерпнул ложкой похлёбку, чтобы не ответить резко. Он угрюмо жевал, используя еду как повод отложить объяснение. После первых усилий аппетит постепенно вернулся. Они должны были поужинать ещё несколько часов назад, и после целого дня работы желудок требовал своё.
— Не плохо, просто раздражает, — проворчал он.
Флинн не расспрашивал об артефакте, но Кай чувствовал, как тот вибрирует от любопытства. Соскребя остатки со дна тарелки, Кай вполголоса пересказал письмо, а вполголоса выплеснул раздражение. Он был рад, что ему не пришлось разбираться во всём в одиночку.
Выговорившись, он заметно повеселел; неверие и благоговение на лице Флинна тоже помогли. Если бы тот сам не стал свидетелем действия Рычагов судьбы, то ни за что не поверил бы ни одному слову.
— Можно посмотреть?
— Я же сказал, сейчас он не работает. Ему нужно неизвестно сколько времени, чтобы зарядиться. — Вирья, может, и не всеведуща, как он думал раньше, но наверняка знала ответ. Просто предпочла не делиться им, чтобы осложнить Каю жизнь.
— Знаю, просто хочу взглянуть. — Флинн умоляюще протянул свои грязные руки, пока Кай не сдался.
Он принял серебряный диск с почти благоговейным выражением. В его широко распахнутых глазах читалось изумление. Он бережно держал его длинными пальцами, словно боялся, что артефакт поразит его, если сжать слишком сильно.
— Могу оставить его себе, если он тебе не нужен, — с лукавой улыбкой предложил Флинн.
Неплохая попытка.
— Ни за что. — Кай слишком много трудился ради него. Даже если бы внутри головоломки оказался обычный камешек, он всё равно оставил бы его себе.
— Ты же сказал, что не хочешь его.
— Я сказал, что он меня раздражает. Отдай.
Флинн вдруг перестал бояться прикоснуться к артефакту, и Каю пришлось вырвать диск у него из рук. Честно говоря, он думал, что друг испугается.
Флинну всегда нравились блестящие штуки и азартные игры… Что ж, сожалеть уже поздно.
— Что собираешься с ним делать? — спросил Флинн.
— Ещё не решил. Это опасно. Нам повезло, что сегодня никто не пострадал.
Ну, кроме того, что я встретил поклонницу и чуть не получил расколотый череп.
Если он правильно понял принцип работы артефакта, совпадения, которые тот вызывал, не были ни хорошими, ни плохими — просто случайные события с низкой вероятностью. И всё же в людных городах и без того случались несчастья, даже без того, чтобы Кай крутил колесо и вмешивался в Судьбу. Люди были хрупкими существами.
— Надо быть осторожными, — согласился Флинн, хотя по его тону Кай подозревал, что они пришли к разным выводам.
— Я поспрашивал. Фасад той лавки и правда был плохо построен, а ваза, упавшая на тебя, ненадёжно стояла на перилах. — Флинн постучал по столу. — Диск просто вызывает маловероятные события, да? Может, сегодня всё это и не произошло бы, но возможность существовала всегда. Мы не нашли бы кошелёк с серебром, если бы кто-нибудь не потерял его раньше.
Он всё обдумывал ещё до моего возвращения…
Кай уже сам рассматривал эти варианты, но пока не успел проверить их. Он ответил:
— Даже если ты прав, предугадать всё невозможно.
— В городе — точно, — снова согласился Флинн. — Значит, нужно найти уединённое место, где может произойти что-нибудь редкое и желанное. Например… не знаю, поискать жемчуг и сокровища в море. Потом нажать на штуку — и многократно увеличить шансы найти что-нибудь ценное.
— А заодно увеличить шансы, что из глубин вынырнет пробуждённый зверь и нас сожрёт. — Почему, когда Кай впервые хотел проявить осторожность, его соблазняли безумным планом?
— Примем необходимые меры предосторожности и подготовим план отхода. — Флинн говорил так, будто решение уже принято. — Можно отправиться во время отлива. Если поблизости нет опасных зверей, то и встретить их не получится. И море — не единственный вариант: на архипелаге полно мест, где зверей нет.
Он, должно быть, всё это обдумал…
Кай проследил за ходом мысли, и план упорядочил хаос идей в его голове. Возможно, Вирья имела в виду именно это, говоря о настройке параметров. Не только выступы на диске, но и окружающую среду — время и место, где он решит применить Рычаг судьбы.
Неужели всё настолько просто?
Всегда оставались нити, которые он мог упустить. Недавняя встреча с Валелой была у него перед глазами; пока лучше ограничить безрассудные затеи. Он продолжил возражать:
— А если в нас ударит молния? Небо ведь повсюду.
— Просто выберем солнечный день, — легко отмахнулся Флинн. — Как думаешь, диск способен влиять на погоду?
— Эм, не знаю. — Существовало ли максимальное расстояние, на которое мог воздействовать Рычаг судьбы?
— Тогда надо проверить и выяснить. Ты говорил, что можешь выбирать, сколько Судьбы выпустить. Начнём с малого.
Кай обдумал идею. Возможно, ему придётся снова воспользоваться артефактом — хотя бы для того, чтобы создать отвлекающий манёвр. Лучше заранее знать, как он работает.
— Даже если я соглашусь — а я этого не говорю, — диск пуст, ему потребуется время, чтобы зарядиться.
Флинн пожал плечами.
— Успеем всё спланировать.
Разве это такая плохая идея?..