Стены стального оттенка и окна в чёрных рамах выделяли Дом Зеркал на фоне соседних зданий. По мере приближения плотные узоры рун начинали кружиться и меркнуть, отпугивая любопытных. Кай не был уверен, что сумел бы их взломать, не увидев физический якорь чар.
— Я всегда мечтал побывать в месте, основанном одной из Трёх Сестёр, — задумчиво произнёс Рейн.
Сирена уже освоился на суше, и к нему вернулся привычный румянец. На нём был расшитый кобальтовый камзол с серебряными лацканами, шёлковая рубашка и кремовые бриджи. Прохожие то и дело бросали на него взгляды, а пара девушек даже подошла спросить, как его зовут.
Он и в мешковине будет притягивать взгляды. Сирене просто не дано этого избежать.
Пока они шли от магазина мадам Ле Гард, стало очевидно: новый наряд изменил отношение местных к ним — вместо нищих в них теперь видели богатых туристов. Стражники приветствовали их и расступались, пропуская внутрь. Кай не знал, как связаться с Валелой, и стеснялся спросить, ведь даже рыбёнок, похоже, был в курсе.
Между тем как он повидался с семьёй и обустроил себе новую личность, времени на сбор сведений не осталось. Это не стало бы проблемой, если бы они, как и планировали, прибыли в Арфусу. Мэтью тоже ничего не знал, так что мог узнать всё на месте, сохраняя своё прикрытие.
Ничего никогда не идёт по плану.
— Похоже, ещё открыто. — Флинн поднялся по ониксовым ступеням здания. Он выбрал чёрно-серую одежду, чтобы затеряться в тени, хотя изысканная ткань всё равно выдавала её дороговизну.
Седой швейцар в синей форме впустил их, слегка склонив голову.
Хм… мадам Ле Гард была права. Хороший крой и правда всё меняет…
Их шаги отдавались эхом в большом зале. Внутри горела хрустальная люстра, а цветовая гамма повторяла оформление фасада. Как ни странно, Кай не видел ни одного зеркала. Справа стояли кожаные кресла и диваны, образуя уютную гостиную, где молодая пара и старик читали книги.
— Добрый вечер, господа. — За стойкой из чёрного мрамора стояла молодая темноволосая девушка с синими глазами. Она вежливо улыбалась, хотя, взглянув на Рейна, слегка замялась. — Добро пожаловать в Дом Зеркал Варсеи. Чем могу помочь?
Флинн положил руку на стойку. — Здравствуйте. Нам нужно связаться с подругой в Раэлионе — Валеле Хайтайд. Она должна была оставить открытый канал для Флинна Совейли, — произнёс он без малейшего колебания.
— Одну минуту. Проверю наш архив. — Служащая направила ману в ониксовую плиту за стойкой. Мириады нитей и рун вспыхнули, складываясь в строки белых слов.
Из-за угла обзора надпись было трудно прочесть. Кай понял, что наклонился вперёд, лишь когда мрамор упёрся ему в грудину. Он поспешно отступил. В последний раз он видел настолько замысловатое устройство в головоломке Вирьи. Жаль, он уже не на архипелаге. Он не мог применить навык «Наблюдатель маны» и надеяться избежать наказания: служащая явно умела обращаться с маной.
Духи, она уже уверенно перешла на Жёлтый ранг.
— Вот, Валеле Хайтайд. — Девушка кивнула. — Вижу, ваш контакт оплатил уведомление о любых входящих сообщениях. Хотите оставить послание, назначить время или подождать, пока с вами свяжутся?
Флинн взглянул на Кая, будто спрашивая подтверждения, и только потом ответил: — Подождём. Когда заведение закрывается?
Служащая с улыбкой посмотрела на него. — Дом Зеркал бодрствует всегда, чтобы связывать наших клиентов по всему континенту. Хотите арендовать комнату ожидания или останетесь здесь, в гостиной?
— Э-э… Те кресла выглядят очень удобными. Спасибо.
— Конечно. Располагайтесь. Как только ваш адресат будет готов, мы вас известим. Мы также предлагаем разные напитки и закуски. Наши сотрудники сделают всё, чтобы вам было комфортно.
После ещё одной череды любезностей они уселись вокруг кофейного столика с выгравированным оберегом приватности. Кай с удовольствием откинулся в кресле и заметил рядом маленький звонок вызова возле рунического узора.
Должно быть, здесь дерут за услуги изрядно.
— Ты с этой девушкой очень близок? — Рейн листал брошюру с неприлично дорогими закусками.
Флинн усмехнулся. — Почему бы тебе не спросить Мэта?
— А? — Кай выпрямился и посмотрел на него. Это он о том, сколько нам стоит рассказать? — Валела помогла мне кое с чем дома. Мы собирались встретиться с ней до того, как затонул «Неустрашимый». Она предложила помочь нам освоиться здесь.
— Понятно. Похоже, она замечательный человек. — Рейн переглянулся с Флинном.
К чему это?
Устав от их игры, Кай решил сменить тему и выудить новую информацию. — У сирен тоже есть Дом Зеркал?
А у вас правда есть подводные города на дне океана? Или они плавают на поверхности?
— Когда-то они открыли филиал в Арелии, но закрыли его ещё до моего рождения, — ответил Рейн. — Мана-потоки в море мешают большей части зеркальной магии. Но у двух других Сестёр есть свои Дома.
Орейн, должно быть, заметил их недоумение и продолжил: — Три Сестры? Это одни из самых знаменитых архимагов за всю историю. А некоторые говорят — и по сей день.
— Кажется, я слышал о них… — Флинн говорил не слишком уверенно. — Одна из них основала Дом Просвещения, верно? Мы туда ходили, когда я отказался от своей первой профессии.
Надо было догадаться по неприлично дорогим закускам. Название казалось знакомым…
Рейн закинул ногу на колено. — Этот Дом основала старшая сестра. Они весьма загадочные личности. Каждая придумала новую школу магии и открыла успешные предприятия на обжитых землях и морях. Их легендарные распри известны всем.
— Архипелаг довольно изолирован, — сказал Кай, гадая, каких ещё общеизвестных вещей он не знает. — А чем занимается младшая сестра?
— Младшая открыла Дом Эха. В основном он занимается крайне щекотливой информацией. — Рейн понизил голос. — Говорят, у них есть тайны, способные изменить облик Элидеса. Мать уверена, что это самый успешный Дом. Но некоторые королевства их ненавидят, поэтому их заведения обычно не афишируют.
Они продают компромат на элиту?
Меньше всего Каю хотелось, чтобы за ним охотилась кучка профессиональных соглядатаев.
Рейн позвонил в колокольчик, подзывая официанта. Надо отдать мужчине должное: он лишь раз моргнул, когда Рейн достал оранжевый хромиум. — Мне цитрусовый салат, бархатных креветок и лесные тарталетки. О, и по одной каждой из этих закусок. — Он быстро указал на большую часть блюд в брошюре. — Вы что-нибудь будете?
Флинн бросил взгляд на цены и коротко покачал головой.
— Нет, спасибо. — Кай последовал его примеру: прежний, бережливый Кай был потрясён такими расходами.
Похоже, деньги никогда его не волновали. Хотя это всё равно меньше, чем он готов был потратить на ту белку…
— Я подумал, будет полезно обменять немного денег на местную валюту, — сказал Рейн, когда официант ушёл. — Кстати, ты так и не рассказал, почему сменил профессию. Она тебе не понравилась?
— Это долгая история. Мать заставила меня её выбрать, — Флинн прикусил губу. — У меня сложная семья…
— Уверен, моя мать не хуже твоей.
Ох, ну и ну…
Флинн и Рейн по очереди рассказывали истории из детства, словно соревновались. По какой-то мрачной прихоти Судьбы обе их матери специализировались на манипуляциях. Кай по-новому оценил Алану и свою семью.
Надо было сказать им перед отъездом, как сильно я их люблю.
— Я рассказывал о своём первом друге? — Рейн надкусил хрустящую тарталетку. — Мне было десять, когда я познакомился с мальчиком по имени Пейл. Мы родились с разницей всего в несколько дней. Были одного роста, да и склонности к магии у нас оказались похожими. Его семья недавно утратила титул, но он был очень талантлив, а мне было всё равно.
— Я был вне себя от радости, что нашёл друга, который не был старше меня в десять раз. Из-за семейных обстоятельств я рос довольно одиноко. Мы с Пейлом всё делали вместе: играли, учились, ели и часто спали в одной комнате. Мы ничего друг от друга не скрывали. Мне что-нибудь нравилось — и ему тоже. Даже моя страсть к коллекционированию старых рогов левиафанов — не целых рогов, а отдельных осколков. Я каждый день просыпался, порхая от счастья…
Улыбка Рейна стала печальной. — А потом однажды мать подарила мне блестящий золотой флакон. Она сказала, что это игра для проверки нашей дружбы. Мне нужно было лишь открыть зелье при Пейле, и тогда мы оба говорили бы правду, пока зелье не перестало бы действовать. Это была безобидная шалость. Не помню как, но она убедила меня согласиться. В конце концов, мы с Пейлом ничего друг от друга не скрывали… — Он замолчал и сделал глоток напитка, состоявшего из одного льда.
Флинн подался вперёд. — Что случилось потом?
— Он просто тобой пользовался? — спросил Кай.
— Хм… Всё было хуже. — Сирена подтянул к себе обе ноги. — Я прекрасно помню, как Пейл растерялся, когда нас окутало золотое зелье. А потом его лицо исказило чистое отвращение.
— Я объяснил, что это просто игра, и спросил, что не так. Пейл сказал, что его тошнит, когда он на меня смотрит. Он считал меня жалким и отвратительным. Моя семья разорила его родителей. — Рейн пустым взглядом смотрел на кофейный столик. — Он лишь притворялся моим другом, потому что мать пообещала пощадить его семью в обмен на это.
— Я был в шоке. Сказал, что с зельем, должно быть, что-то не так. Пейл безумно рассмеялся и заявил, что каждое мгновение, проведённое со мной, было для него пыткой. Каждую ночь он молился, чтобы Глубины пожрали мою душу, и боги знали: он не лгал.
Голос Рейна стал бесстрастным. — Я уплыл, рыдая в голос. Удивился, что никто не спросил, что случилось. Все стражники и слуги лишь смотрели на меня с жалостью. Понимаешь, все, кроме меня, уже несколько месяцев знали, что происходит. — Рейн горько рассмеялся. — Мать запретила им говорить, и никто не осмелился ослушаться ради меня. Даже те, кто меня нянчил, мои наставники и учителя. Сирены, которые меня вырастили. Никто не намекнул мне ни словом. В том месте у меня вообще не было друзей.
— Я часами плакал один в своей комнате, пока мать не пришла меня утешить. К тому времени я был слишком подавлен, чтобы оттолкнуть её. Она сказала, что всё это сделала, потому что любит меня больше всего на свете. Это был урок: нельзя так легко доверять людям. Они всегда будут пытаться воспользоваться мной из-за того, кто я такой. Лучше разбить мне сердце сейчас, чем потом вонзить в него клинок.
Духи! Да это же полный пиздец. Кай застыл в кресле. Ему хотелось утешить Рейна, но он не знал, что сказать.
Флинн нарушил молчание длинной тирадой витиеватых ругательств. — Мне жаль, что тебе пришлось пережить это в одиночку. — Он положил руку сирене на плечо.
— Это было много лет назад. Я пережил это. — Рейн улыбнулся своей привычной обаятельной улыбкой, хотя взгляд оставался отрешённым. — Мать преподала мне ценный урок. Я больше никому в том доме не доверял. Лучше разбить сердце, чем жить в иллюзиях.
Но ведь это не единственные два варианта.
От неловкой паузы их спасла служащая, почтительно махавшая им из-за оберега приватности. Убедившись, что привлекла их внимание, она вошла. Её взгляд на миг задержался на Рейне, и лишь затем она заговорила: — Ваш собеседник в Раэлионе готов к разговору. Прошу за мной. Для связи подготовлена комната.
— Я подожду здесь. — Рейн надкусил одну из оставшихся тарталеток. — Уверен, вашей подруге будет удобнее поговорить с вами без постороннего.
— Это совсем не проблема, — удивился Кай, услышав собственный голос. — И ты не посторонний.
— Спасибо, Мэт. Может, в следующий раз познакомишь нас. — Он махнул им, приглашая идти.
— Хорошо.
— Мы скоро вернёмся. — Флинн сжал его плечо.
Они последовали за девушкой мимо стойки регистрации в коридор, освещённый извилистой полосой синих кристаллов. — Сюда. — Девушка открыла перед ними чёрную дверь.
Внутри их ждал пожилой служащий со спокойным выражением лица. В квадратной комнате без окон из обстановки были только три пустых стула и большое продолговатое зеркало, парившее в нескольких дюймах от противоположной стены. Стоило им переступить порог, как за спиной захлопнулась дюжина охранных чар.
Комната гудела от чар, а зеркало всё равно подавляло своим присутствием. Навык подсказывал Каю, что оно похоже на бездонный бассейн маны, заключённый в тонкую поверхность. Искажающий разум эффект напоминал магию Пространства, хотя ни крупицы переливчатой маны он не видел. Несмотря на очевидное зачарование, на поверхности не было ни следа гравировки.
— Завораживает, правда? — Служащий с довольным видом посмотрел на него.
— Да. — Кай подошёл поближе, чтобы рассмотреть зеркало. — Никогда не видел ничего подобного. Как оно работает?
— Эхе! — хихикнул служащий. — Неужели вы надеетесь узнать величайшую тайну Дома? Луны знают, я бы отдал всё за ответ.
— Вы не знаете?
— Я знаю, как им пользоваться, — сухо ответил мужчина. — Связь уже установлена. Дважды коснитесь зеркала, чтобы начать разговор, и ещё раз — чтобы завершить. Пока вы не откроете дверь, вас не побеспокоят. Помните: Дом берёт плату за каждую секунду использования. — Закончив заученную речь, служащий вышел и закрыл за собой дверь.
Флинн выглядел не менее озадаченным, поэтому Кай осторожно коснулся холодной поверхности зеркала. Отражение затянули тени, а затем они отступили к краям, освобождая место цветному изображению. В комнате, точь-в-точь похожей на их собственную, расхаживала девушка в бордовом мундире.
Увидев, как изменилось зеркало, Валеле поспешила к нему. Её изумрудные глаза во всех оттенках и лёгкий румянец на щеках были видны с безупречной ясностью. Казалось, они смотрят в окно, находясь всего в шаге друг от друга.
— Кай! Ты жив. — Она подошла к зеркалу так близко, что её дыхание запотело на поверхности. — Я так волновалась. Как ты добрался до Варсеи?
— История долгая. На наш корабль напали пираты, и нам пришлось выкручиваться…
— Пираты? В тех водах? — Она нахмурилась. — Ты должен рассказать мне всё. Ты не пострадал?
— Нет, мы в порядке—
Флинн с ухмылкой обнял его за плечи и весело помахал рукой. — Эй! Я тоже здесь. Ты за меня не волновалась?
— Я… конечно волновалась. — Она отступила на шаг и вернулась к своей обычной невозмутимости. — Я рада, что вы оба живы и здоровы. Я не знала, что делать, когда «Неустрашимый» не появился в Арфусе.
У Кая ёкнуло сердце. — Ты сказала моей семье? При мысли, что им придётся пережить ещё одно исчезновение, его скрутило от паники.
— Пока нет. Я дала тебе ещё один день, чтобы убедиться, что это не просто непредвиденная задержка. — Валеле поджала губы, замявшись. — Есть кое-что ещё, что тебе нужно знать. Это касается Кеи. Возможно, она гонится за чем-то опасным.