Чем дольше Кай вглядывался в него, тем яснее понимал, что не ошибся. Лу стал таким же высоким, как Флинн, и вдвое мускулистее, но за короткой бородой скрывался всё тот же серьёзный взгляд — особенно когда он неодобрительно смотрел на Кая.
Хм… может, хватит на него пялиться.
Кай опустил голову, уши горели от неловкой ошибки.
Засматриваться на незнакомцев — это нормально, если они такие здоровенные. Почему никто не предупредил, что он придёт? Разве его нет в плане Валелы?
Кай поискал ответ на его лице, но увидел лишь холодную профессиональную невозмутимость. Ни намёка на узнавание или понимание.
Молчание и так всё подтверждает, хотя он вполне мог бы улыбнуться после двух лет разлуки. Рад видеть, что у тебя всё хорошо.
Как бы неловко ни вёл себя Мэт, это вписывалось в образ робкого юного алхимика, который он старался поддерживать. Предполагаемый отец скрывал его от мира после трагической смерти матери. Было бы странно, если бы он вёл себя как обычный подросток.
Старший стражник щёлкнул пальцами перед его лицом. — Ты меня слушаешь, парень? Ты и правда сын мага Сайруса Вернона?
Мэт молча кивнул, нервно теребя край рубашки.
Пока Кай отсутствовал, противостояние политического и военного крыльев Республики не утихало. Охрану городов и посёлков взяли на себя стражники совета, а военным стражникам поручали важные расследования — например, смерть мага третьего круга.
Надо продержаться, пока Валела не возьмёт моё дело в свои руки.
— Язык проглотил, парень? Почему тебя никогда не регистрировали?
Бел укоризненно посмотрела на офицера. — Не надо кричать. Мэтью всегда был немного застенчивым. Отец не выпускал его за пределы владения ради его безопасности.
— Ничего… — пробормотал Кай, всё ещё глядя на руки. — Отец не видел смысла меня регистрировать. Говорил, чиновникам нужен повод выманить его из дома, чтобы присвоить его труды.
— Что?.. — Офицер не знал, как реагировать на эту чушь.
— Мастер Сайрус всегда был немного чудаковатым. — Бел улыбнулась так, будто слово «чудаковатый» и близко не передавало сути. — Вам ещё что-нибудь нужно? Мэтью и так потерял всю семью. Могу показать, где похоронен его отец.
— У вас есть доказательства, что он сын мага Сайруса Вернона?
— А каких ещё доказательств вам надо? — Старуха указала на лицо Кая. — Вот он стоит перед вами, вылитый отец.
— К сожалению, у нас нет описания покойного, мэм. А что насчёт его матери?
— Как думаете? — Бел неодобрительно поджала пересохшие губы, словно перед ней стоял особенно глупый ребёнок. — Вы хотите объяснить всё при мальчике?
— Э-э, я обязан проверить все версии. — Уверенности у офицера поубавилось. — Республика не может позволить мальчику унаследовать поместье, пока мы не проверим его права и документы.
По крайней мере, правду они не подозревают.
Никто бы и не подумал, что Кай выдаёт себя за выдуманного мальчика, чтобы обзавестись прошлым, которое никто не станет проверять. Гораздо проще было бы заподозрить его в попытке обманом завладеть наследством. А может, Республика просто хотела воспользоваться отсутствием документов, чтобы конфисковать всё.
— У меня ничего нет… — Он прикусил губу. — Но отец учил меня варить…
Мужчина непонимающе посмотрел на него. — Варить?..
— Да, алхимические зелья. — Кай изобразил смущённую улыбку. — Он говорил, что у меня хорошо получается и что я пошёл в него.
Доказательство, конечно, было не совсем обычным, но какова вероятность, что полукровка тоже владеет Алхимией? Оставалось только отделаться от любопытного офицера и дождаться, когда Валела возьмёт дело в свои руки.
Стражники вернулись на крыльцо посовещаться. Лу некоторое время стоял в стороне, потом наклонился и что-то шепнул им. Те поперхнулись.
— Ты здесь только наблюдатель, — прошипел второй стражник.
— Можете сами проверить, — ответил Лу и вернулся к своей невозмутимой стойке.
К чему это…?
Два неуклюжих умения коснулись его ауры. Офицеры не отступили, а лишь стали настойчивее, проверяя его снова и снова. На их лицах росло недоверие.
Ну, и так сработает. Моя ступень выше их, хотя я вдвое моложе.
Даже если они решат, что Сайрус использовал эликсиры, чтобы поднять его ступень, это уже доказывало, что Мэт — его сын. Никто другой не мог бы достичь такого уровня.
— Сколько тебе лет, парень? — Старший стражник оценивал его уже без подозрения, но с удивлением и алчностью…?
— Мне… четырнадцать, ско… скоро пятнадцать.
— Если это всё, может, пойдём? Я отвечу на остальные вопросы. — Бел с решительным видом поставила между ними корявую трость. — Мэтью и так натерпелся. — Потом она смягчила голос и обратилась к нему: — Сходи за вещами, дорогой. Нехорошо одному оставаться в таком большом доме.
Убедившись, что офицеры не возражают, Кай кивнул и поднялся к себе. Он опустился на пыльную кровать, пока Наблюдатель маны незаметно отслеживал их местоположение.
Почему это так нервирует? Надеюсь, Лу знает, что делает.
Раскрытие его ступени рассеяло все сомнения в его личности, но теперь он привлёк внимание другого рода. Старая домработница отвела группу к могиле Сайруса. Стражники применили несколько умений, а затем удовлетворённо кивнули.
Пора уходить.
Кай натёр глаза, чтобы они покраснели, и с сумками вышел ждать у главного входа.
— Примите мои соболезнования. — Следователь улыбнулся участливо, но фальшью от улыбки так и несло. — Вам, должно быть, тяжело.
— Э-э… спасибо.
— Можете поехать с нами в участок. Нужно зарегистрировать вас и оформить документы для вступления в наследство. Обычная бумажная волокита, много времени не займёт.
Да, конечно. Вы же каждую неделю находите подростков, запертых на островах.
— Я… — Кай широко раскрытыми глазами посмотрел на Бел. В спешке, с которой его сюда доставили, Валела не успела предусмотреть все детали и варианты развития событий.
— Не волнуйся, милый. Я останусь с тобой, пока всё не уладится. — Старуха улыбнулась ему по-матерински.
Возможно, из-за запущенного состояния дома офицеры не проявили к нему интереса. Они спустились по грунтовой тропе к пляжу. Мэт то и дело оглядывался на дом своего детства, позволяя Бел утешать его. Он уходил из единственного дома, который когда-либо знал, в окружении пугающих незнакомцев.
Как вообще так играть? Я ведь не могу просто заставить себя заплакать.
У обветшавшего пирса стояли две лодки. На большой красовался парящий ястреб Республики, а в гребной лодке сидел загорелый юноша с широким носом.
— Бабушка, всё в порядке?
— Да. Я поеду с юным Мэтом в Перлдайв.
— Если у вас уже есть транспорт, отправляйтесь с племянником. — Офицер преградил ей путь. — Наше судно только для служебных нужд, пустить вас на борт я не могу.
— Вы… Мэтью может плыть с нами. Мы последуем за вашей лодкой до порта.
— Боюсь, это невозможно. Он не зарегистрирован, хотя и обладает немалой силой. По закону мы обязаны наблюдать за ним, пока этот вопрос не будет улажен.
— Мальчик ещё не оправился после смерти отца. — Бел упрямо стояла на своём. — Ему нужно видеть рядом знакомое лицо. Я не могу—
— Он взрослый, с короткой поездкой один справится. — Мужчина усмехнулся. — Не хотелось бы, чтобы дело стало ещё неприятнее, мэм.
Отлично, бабушкино прикрытие пропало.
Кай замер с сумками, как олень в свете фар. Он не знал, говорит ли офицер правду или всё выдумал. Его познания о законах остались в прошлом и касались лишь алхимического дела и налогов.
— Всё хорошо, тётушка Бел, — храбро улыбнулся он. Спорить было бессмысленно: на исход это всё равно не повлияло бы. Старуха ещё немного его успокаивала, потом сердито взглянула на стражников и присоединилась к внуку.
— Сюда. — Лу взял его сумки и впервые с их встречи заговорил прямо с ним. — Путь недолгий. Смотри под ноги.
Кай неловко забрался на борт, изображая нервозность. Его усадили в единственную каюту, и судно заскользило по волнам. Слабая надежда провести путь в тишине рухнула, когда дверь со скрипом отворилась.
— О, это всего лишь ты—
— Привет, Мэтью. Я забыл представиться: офицер Денул. Не возражаешь, если я задам несколько вопросов? — Лу сел напротив и почесал ухо.
Должно быть, подслушивают…
— Э-э… ладно. — Кай вопросительно приподнял бровь, но ответа не получил.
Они и за нами наблюдают?
— Мне нужно узнать, как ты рос. Так будет гораздо проще оформить твоё дело. — Он достал блокнот и ручку. — Когда ты переехал к отцу? — Сам вопрос уже подразумевал, что мальчик не всегда жил там.
— После смерти мамы… Кажется, мне было четыре или пять. Я… я плохо помню. Отец не любил об этом говорить.
— Когда отец решил обучить тебя алхимии?
Лу подробно расспрашивал его обо всём. Рассказывать о собственной жизни было удивительно просто, когда допрашивающий знал её лучше него. Здоровенный друг скрёб щетину всякий раз, когда очередной вопрос грозил подвести Кая к опасной ловушке. Труднее всего было нервно запинаться на каждом слове, хотя это же служило удобным оправданием любому сбивчивому ответу.
Дорога затянулась: должно быть, они выбрали кружной маршрут, чтобы вытянуть из него побольше сведений. Кай с облегчением ступил на берег и по дороге в участок таращился на каждое здание и каждого прохожего.
По сравнению с Силспрингом Перлдайв выглядел сельским посёлком. Вдоль залива теснились уютные домики; в порту не было ни больших галер, ни толп туристов. Эле рассказывала, что в водах вокруг Катола добывают самые красивые и ценные жемчужины архипелага, и мечтала однажды туда съездить.
Осмотреться ему толком не дали: вскоре он снова оказался в комнате без окон и подписывал кипу бумаг. Даже без практики Ловкость помогла ему поставить правдоподобную подпись. Слабые защитные чары здания не могли помешать его умениям подслушать спор снаружи — стражники, Лу и какой-то чиновник не могли поделить юрисдикцию.
Похоже, допрос на лодке избавил меня от такого же здесь.
Умирая от скуки, Кай уже собирался повозиться с чарами, когда спорщики пришли к соглашению. Вместе со старшим следователем вошёл его отстранённый друг.
— Я… я уже могу идти?
— Скоро, сынок. — Мужчина улыбнулся, как торговец. — Оформление регистрации займёт какое-то время из-за твоих необычных обстоятельств. Пока мы можем предоставить тебе жильё здесь, в Перлдайве.
— Или ты можешь поехать со мной. — Лу вклинился в разговор, всё так же холодно и деловито. — Щедрая покровительница предложила представлять твои интересы. Она займётся подачей документов и оформлением наследства за тебя. Тебе не придётся ни о чём беспокоиться.
— Но тогда тебе придётся бросить дом и пересечь море, чтобы добраться до далёкого острова, — заметил офицер. — Военные могут нанять юриста для твоего дела прямо здесь, в Католе. Тебе останется лишь подписать простой договор, чтобы и дальше заниматься алхимией. Ты ведь любишь варить зелья?
Я так хорошо играю, что они решили, будто я дурачок?
Кай уже собирался рассмеяться ему в лицо, но Лу почесал подбородок. Подавив стон, Кай нерешительно попросил рассказать подробнее. Помимо отсутствия социальных навыков и незнания мира, Мэт всё же должен был казаться гением.
Духи, избавьте меня от этих мучений.
Мучительные полчаса офицеры пытались склонить наивного Мэта на свою сторону. — Я… я хочу увидеть столицу. Там правда живут десятки тысяч человек?
— Может, тебе стоит ещё подумать? Ты не знаешь, чего она хочет. Поверь, парень, никто ничего не даёт просто так.
А мне подписывать ваш сомнительный договор? Спасибо, одного раза хватило. Люди совсем стыд потеряли.
— Он уже сделал выбор. — Лу не выдал ни тени торжества. — Его дело рассмотрят суды Высокой Гавани. Если вы продолжите удерживать его, мне придётся подать официальную жалобу.
Кай вышел из участка, блаженно не замечая мрачного взгляда стражника. Под ногами хрустела тёплая галька, послеполуденное солнце ласкало лицо.
Я свободен!
Кто-то обыскал его багаж и зашил подарок во внутренний карман. — Не думаю, что это моё. — Кай с удивлением разглядывал маленькую пластинку зачарованного металла. — Может, вернуть?
Лу нахмурился и раздавил её в стальную крошку. — Просто хлам. Где ты её нашёл?
Эй, я хотел изучить её…
— Блестела. — Он продолжил играть роль на случай, если за ними следили на улице.
— На ней были чары против умений Восприятия.
Кай пожал плечами. — Не слишком хорошие. Куда мы вообще идём?
— Нам нужно на корабль, — коротко ответил Лу.
Он на меня злится? Я же обещал ему, что со мной всё будет в порядке, а потом пропал на два года…
В гавани удобно стоял бриг, готовый отправиться в Высокую Гавань; места на борту хватало двоим. После короткого торга Лу заплатил капитану пятнадцать серебряных монет. Меньше чем через час они уже плыли в столицу.
Готово.
Кристально чистые воды Перлдайва сменились тёмными оттенками открытого моря. За последний день Кай не раз сомневался, но Валела знала, что делает. Её влияние на архипелаге должно было значительно вырасти с тех пор, как её стали возить по островам рекламировать стипендиальную программу.
Вернувшись в каюту, Лу поспешно спрятал крошечный куб связи. — Можешь постучать, пожалуйста?
— Да, прости. — Кай закрыл за собой дверь и подождал, пока Лу закончит. — Поговорим?
— Есть ещё блестящие металлические штучки?
— Нет, я провер— Он не успел договорить. Лу поднял его над полом и крепко обнял.
— Почему ты не сказал мне, что жив? Я узнал от Валелы.
Э-э… Ну… Я хотел увидеться с тобой лично, но потом всё завертелось…
Флинн сказал ему, что Лу нет в Высокой Гавани, а когда Кай занялся семейными делами, мысль о встрече с ним вылетела у него из головы.
— Прости, я просто придурок. — Кай едва мог дышать.
— Ага. — Громила согласился, даже не думая отпускать его. — Я… я думал, ты погиб… Что с тобой произошло?
— История длинная.
— Длиннее, чем путь в двести миль?