Две жизни, пятнадцать лет борьбы с самых низов, столько столкновений со смертью, что и не сосчитать, — и всё ради того, чтобы в итоге оказаться за школьной партой.
Кай опустился на жёсткий деревянный стул, но не мог избавиться от странного чувства, не отпускавшего его с самого пробуждения.
Сказать, что я добился своего? Или что потерпел полный провал?
С дальнего конца лекционного зала студенты стекались через десять входов, заполняя ряды; половина уже была в бордовых мантиях первокурсников. Вопреки словам Олдена, за места впереди никто не спорил, пока зал Берилла не заполнился больше чем наполовину.
Под партой он крутил между пальцами отцовскую ручку. Золотые часы над кафедрой отсчитывали последние четыре минуты до начала занятия.
Вот почему я не прихожу заранее.
Академическая атмосфера была отчасти знакомой, но всё же другой.
Подростки с надменным видом обсуждали заклинания; мана и руны гудели в полу у него под ногами. Огромный зал, отделанный полированным камнем, излучал величие и элегантность, каких не встретишь на Земле, и поднимался полукругами, вмещая тысячу человек. Без повышенного Восприятия такая планировка была бы крайне непрактичной: даже с последнего ряда кафедру было отлично видно.
Дети на Земле не могут метать огненные шары из рук или разбивать кулаками парты…
— Что-то не так? — спросил Рейн, взглянув на него с соседнего места. Сирен не мог скрыть восторженного любопытства: его взгляд скользил по морю студентов. — От тебя веет… меланхолией. Ты раньше учился в школе?
Проклятый нюх.
— В академии я впервые. Всё нормально. Просто… немного ошеломлён, наверное.
Рейн кивнул, продолжая оглядывать зал. — Не думал, что магистры преподают таким большим группам. Здесь, должно быть, все с зимнего набора. Народу полно.
Позади них фыркнули. — Так будет недолго. Когда начнутся испытания и ряды поредеют, залы опустеют. Как можно опоздать на самый первый урок?
Кай обернулся и увидел парня, теребившего рубиновый браслет. Юный патриций посмотрел на них, явно довольный тем, что высказал недовольство и не стал продолжать.
Душа компании.
Когда вот-вот должен был прозвучать бой часов — опоздавшие ещё занимали последние места, — дверь за кафедрой распахнулась.
В зал вошёл мужчина, отмеряя каждый шаг стуком посоха с резной львиной головой. Рукава и воротник индиговой мантии украшала золотая вязь. Несмотря на белые волосы и бороду, лицо у него было удивительно гладким — почти без морщин.
Кай поднялся, чтобы поприветствовать профессора, и мысленно поблагодарил Валелу за предупреждение.
Маг остановился перед кафедрой, сцепив руки за спиной. Он холодно и хмуро оглядел зал; отвлёкшиеся студенты зашаркали и задвигали стульями, торопясь встать. Оживлённый гул стих, последние стулья скрипнули — и зал погрузился в тишину.
— Можете садиться. — Мужчина говорил медленно, нарочито растягивая слова. Он слегка наклонил голову, и двери зала захлопнулись. — Добро пожаловать на курс «Основы Проводника». Я профессор Альбеус Роуэнни Лисандр, верховный маг теории маны. Обращайтесь ко мне «профессор Лисандр». Раз вы новички, сегодня я впервые и в последний раз снисхожу к вашей невоспитанности.
Строгий тип, как и говорил Роб. Эм… зачем я вообще сел в первый ряд?
Кай кивал, выслушивая речь о важности магских манер.
Задрав подбородок, мужчина расхаживал по возвышению, говоря сухим тоном. — Как вам должно быть известно из бумаг, приложенных к расписанию, «Основы Проводника» — один из семи базовых курсов, которые вы обязаны сдать в течение следующих двух месяцев. Ваше пребывание в Раэлионе окажется на удивление коротким, если придётся пересдавать больше одного экзамена. Времени на пустую трату у нас нет…
Несмотря на усыпляющую размеренность речи, вступление оказалось коротким. Перейдя к лекции, профессор Лисандр достал из складок мантии хрустальный куб, поставил его на стол и коснулся посохом, направляя ману в руны. Верхняя грань засияла; слова, которые он произносил, начали появляться на стене над кафедрой.
— Поскольку многие из вас ещё не получили учебники, сегодня я ограничусь основами. — Он тонко улыбнулся. — Рекомендую вести записи. Всё, о чём я упомяну, будет на экзамене по окончании курса…
В зале зашелестела бумага, послышались приглушённые стоны. Парящие слова мало кого удивили. Когда надпись заняла всю стену, первая строка поблекла, освобождая место для следующих предложений.
Здорово.
Сама проекция была простым применением Магии Света; Кая куда больше занимало, как зачарованный куб распознаёт речь и превращает её в текст. Стоило представить необходимую матрицу рун — и голова шла кругом.
Как минимум несколько переплетённых магических контуров, в каждом — тысячи рун…
Взгляд профессора Лисандра, скользнувший по залу, вернул Кая из мечтаний. Он поспешно переписал проекцию, стараясь изобразить прилежного ученика.
— …под благословением Семи Лун Проводник дарует нам безграничные возможности для роста. Наша задача — не растратить этот дар. — Голос профессора зазвучал громче, в нём появились страстные нотки. — Тысячелетия опыта и исследований ушли на то, чтобы понять потенциал нашего статуса. И всё же мы постигли лишь малую его часть. В Раэлионе вы будете изучать пути развития на протяжении всей учёбы. А если у вас есть хоть капля здравого смысла — и после неё. В рамках этого курса мы сосредоточимся на основах.
Маг окинул зал презрительным взглядом. — Каждый год находятся студенты, уверенные, что уже распланировали пути развития профессий и навыков, опираясь на семейные архивы, и считающие себя выше этих базовых занятий. — Он подчеркнул последнее слово ударом посоха. — И каждый год сотни тех же студентов не могут выбрать специализацию навыка, упускают желанные эволюции и оказываются в тупиковых ветвях. Стоит им столкнуться с первым препятствием — и дорога к Зелёному рангу рассыпается в прах. Он переводил взгляд с одного студента на другого, словно заранее знал, что их ждёт провал.
— Ваши навыки, профессии, блага и атрибуты — всё в вашем статусе взаимосвязано. Это окно в вашу сущность, во всё, чего вы достигли и ещё достигнете. И, словно корни и листья дерева, каждая часть выполняет свою задачу. Каждое решение влияет на целое. Одна трещина — пропущенная специализация или недостаточно развитый атрибут — может затормозить рост дерева и привести к провалу всего пути.
— Но начнём с простого: с общего навыка. Первого навыка, появившегося в вашем статусе ещё в детстве. Для примера возьмём навык, знакомый каждому: Чувство маны. Один из краеугольных камней для тех, кто изучает тайную магию.
— Если вы поступили на направление «Изучение маны» в Раэлионе, значит, вы уже развили навык до Жёлтого ранга. Некоторые из вас, возможно, даже достигли пятидесятого уровня. Но давайте вернёмся к тому моменту, когда вы только приобрели навык Чувство маны на Оранжевом ранге. — Он постучал по хрустальному кубу.
Слова над стеной поблекли; вместо них появилось разветвлённое древо навыка: более двадцати специализаций на рубежах 50-го и 75-го уровней, соединённых сетью линий, которые сходились к десяти эволюциям на 100-м уровне.
Неужели их и правда так много?
Формулировки порой отличались, но Кай узнал выбранные им специализации и несколько других. Каждую возможность связывала сеть сплошных, пунктирных и двойных линий. Если не выбирать специализацию для навыка Чувство маны, большинство путей оставались открытыми, хотя лишь немногие эволюции оказывались полностью недоступны.
— …специализации, которые увеличивают дальность, остроту, чувствительность к стихиям и многое другое. Разные сочетания могут мешать или, наоборот, способствовать эволюциям вроде Продвинутого чувства маны, Зрения маны, Осознания маны, Видения стихий или более редких вариантов, например Наблюдателя маны, Магического чутья или Эфирного восприятия, — сказал профессор Лисандр. — В этом древе нет самых эзотерических ветвей, но здесь, должно быть, представлены все варианты, с которыми вы сталкивались.
— К следующему занятию я жду от вас схему пути развития навыка Оранжевого ранга. Даже у двух обладателей Продвинутого чувства маны могут быть едва заметные различия — в зависимости от того, каким путём они к нему пришли. Эти различия повлияют на развитие навыка до Зелёного ранга. Профессор с каменным лицом позволил словам повиснуть в тишине зала.
Сколько же возможностей…
Кай так увлёкся копированием схемы навыка и добавлением собственных заметок, что ему было не до всего остального. Он и представить не мог, что люди настолько подробно изучали развитие навыков. Оглядываясь назад, он понимал, насколько глупо было так считать.
Перед ним открылся целый мир, и он старался не увлечься всеми выводами, которые из этого следовали.
Пользуясь передышкой, чтобы размять шею, он заметил вокруг несколько скучающих лиц. Несколько студентов, как и он, яростно строчили, но большинство, похоже, не волновали предупреждения профессора.
Неужели все и так это знали?
Кроме него, Рейн тоже вёл конспект, сосредоточенно хмурясь. Хоть кто-то здесь благоразумен. Кай уже собирался одобрительно кивнуть, но заметил содержимое тетради друга: белка ехала верхом на карикатурном профессоре Лисандре. На предыдущей странице птица и осьминог сражались на копьях.
Хм…
Кай ещё не успел прийти в себя, как лекция снова потребовала его внимания.
— Это простейший пример пути навыка, — сказал профессор. — К сожалению, навыки не существуют по отдельности. На них влияют другие навыки, основные атрибуты и ваши блага. Для начала добавим ещё одну знакомую вам переменную — навык «Управление маной»…
Слова на стене сменились: число специализаций и эволюций удвоилось, а связующих их путей стало втрое больше. Кай уставился на схему, чувствуя, как пересохло в горле. Он слушал лекцию и одновременно переписывал всё с помощью навыка «Расщеплённый разум».
— …упрощённая схема. Если добавить только навык «Управление маной», получим сто сорок восемь вариантов развития навыка Чувство маны с Оранжевого до Жёлтого ранга. Если учесть влияние атрибутов и ещё одного навыка Восприятия, число возрастёт…
Значит, всё это время я действовал наугад…
Когда Проводник предлагал ему варианты, Кай тщательно взвешивал каждый из них и возможные последствия. Но разве ребёнок мог сравниться с тысячелетиями исследований? С целой областью знаний, которой он до сих пор пренебрегал.
Спина и ладони покрылись потом. Разум метался сразу в дюжине направлений, пытаясь охватить каждый новый факт; навык «Расщеплённый разум» работал на пределе, но всё равно не справлялся.
Несколько фактов удерживали его от паники. Судя по схеме, его путь к Наблюдателю маны выглядел вполне достойно. А если Дора, Вирья и Элайджа ничего ему об этом не говорили, он надеялся, что принятые решения не могли уж слишком сильно ему навредить.
Я всё равно их придушу. Только сначала надо их найти. Неужели трудно было хоть немного меня предупредить?
Каков бы ни был ответ, тягучая речь профессора Лисандра не давала мыслям Кая уйти вразнос — если, конечно, он не хотел пропустить лекцию.
Хм, а почему он замолчал?
И без того перегруженному разуму понадобилось мгновение, чтобы понять: в зале воцарилась тишина. Кай оторвался от страницы и увидел, что старый маг ледяным взглядом смотрит на ряды выше него.
— Ты, ты и ты. — Профессор указал посохом на три группы студентов, сидевших более чем в пятидесяти рядах от него. — Я не потерплю хохота на своих занятиях. Каждому — пять штрафных баллов. И вы напишете эссе на три страницы по этой лекции.
— Что?.. — подал голос кто-то один.
— Десять штрафных баллов тебе, Каспиам Карвенне. Если думаешь, что отец за тебя заступится, подумай ещё раз. Жду ваши эссе завтра. Иначе удвою наказание. Всех вас. Я не забываю лиц.
Эм… странно он понимает снисхождение в первый день.
Кай воспользовался передышкой, чтобы привести записи в порядок. Несмотря на то что он был сосредоточен на лекции, гвалт был таким громким, что его невозможно было не заметить.
Десять штрафных баллов в первый же день.
О штрафных баллах он читал в первых разделах Кодекса Академии Раэлиона. Как и долг, их следовало погашать зачётными баллами. Но был и небольшой неприятный нюанс: если за год накопить двести штрафных баллов, тебя исключат. Даже после погашения их число продолжало расти.
Уже на десятую часть пути к отчислению. Бедняга…
Остаток урока слился в сплошную полосу: Кай исписывал страницу за страницей, записывая всё расширявшийся перечень взаимосвязанных факторов. Рука ныла — он не привык писать так быстро, как думал.
Насколько он мог судить, он пока не свернул на откровенно провальный путь развития навыка — а если и свернул, то ещё мог изменить направление. Переход с Оранжевого ранга на Жёлтый имел значение, но именно при переходе с Жёлтого ранга на Зелёный основы, похоже, окончательно закладывались — по крайней мере, так утверждал мистер Вечнохмурый.
Он уже собирался перестроить статус и отказаться от пары навыков, например Чутья на сокровища и Продвинутой охоты. В Святилище они ему пригодились, но теперь ему предстояло выживать в совершенно иной среде.
Чтобы проверить свои соображения, он спрашивал Валелу, какие навыки пригодятся в академии.
— …пока справляться. На нижних ступенях Жёлтого ранга вам ещё доступно множество путей. Даже дурак может случайно наткнуться на решение. Но именно сейчас вы закладываете основу на всю оставшуюся жизнь, — повторил профессор Лисандр. — Если повезёт, вы ещё достигнете Зелёного ранга, но без прочного и продуманного пути дальше первых ступеней не продвинетесь. Когда эволюции навыков начнут занимать слишком много ячеек, будет уже поздно.
Э… что он сказал?
Кай замер, держа ручку над страницей. Прозвучало так, будто навыки Зелёного ранга могут занимать больше ячеек. Сведений о рангах выше Жёлтого было крайне мало, но кто-нибудь наверняка упомянул бы об этом. Кай посмотрел на согласно кивавшего Рейна и, не в силах сдержать любопытство, шёпотом спросил: — Навыки Зелёного ранга занимают больше ячеек?
— Э-э, обычно да, — отозвался сирен, не поднимая глаз от рисунков. — Зависит от навыка и его эволюции.
Звонок возвестил об окончании двухчасовой лекции.
— На сегодня всё. — Профессор Лисандр коснулся куба, отключив проекцию. — Напоминаю: чтобы сдать этот курс, вам нужно будет представить путь развития для каждого из основных магических навыков. И я не имею в виду план, составленный вашей семьёй или наставниками. Я не одобрю ни один вариант, если вы не сумеете обосновать собственные решения.
Закончив, старый маг направился к выходу, тяжело постукивая посохом; хмурое выражение не сходило с его лица.
Кай уставился на белую оштукатуренную стену. Он прослушал всего один урок, а его разум уже напоминал лодку, затерянную в шторме.