От верхних рядов амфитеатра до нижних скамеек вокруг арены — все места заняли более тысячи студентов. Высоко над ареной открывалось угасающее вечернее небо. Надо отдать должное сотрудникам Раэлиона: все первокурсники вошли с точностью часового механизма. Ни потасовок, ни споров, ни голосов громче общего гула. Даже самые заносчивые патриции утратили спесь в этой торжественной атмосфере.
Кай пробирался по среднему ряду, ступая по выемкам в каменных скамьях — по тем самым, где несколько месяцев назад распределяли комнаты. Он обострил чувства и прислушивался к обрывкам разговоров: шёпоту ободряющих слов, последним договорённостям и молитвам. Очень, очень многим молитвам.
Они и вправду думают, что бог вмешается ради их оценок?
Он закатил глаза, заметив очередную девушку, воздевавшую к небу ладони и запрокинувшую голову. Церкви Семи Лун стоило бы не проповедников искать, а заняться введением общегосударственных экзаменов. Ничто так не превращало обычных студентов в благочестивых верующих, как приближающийся экзамен. А тема Лунных испытаний лишь усугубляла положение.
Несмотря на открытый свод, до нижних рядов едва долетал ветерок. Над ареной плыли пухлые облака. К счастью, солнце уже клонилось к закату и не палило. Ряды, оставшиеся в тени, освещали кристаллические светильники.
Присутствовали все первокурсники, зачисленные на направление «Изучение маны». Студенты ремесленного и боевого направлений собрались на других аренах — вероятно, им предстояли иные инструкции и цели Лунных испытаний.
Он покосился на место справа. — Всё будет хорошо. Ты подготовлена лучше всех, кого я знаю. И ты одна из самых разносторонних магов, каких я встречал.
— Я не волнуюсь, — ответила Валела, а потом заметила, что нервно накручивает прядь волос на палец. С лёгким румянцем она тут же опустила руки и вновь собралась. — Ладно, пожалуй… я немного тревожусь. Я месяцами изучала Лунные испытания. Единственное, в чём все сходятся, — ждать можно чего угодно. Как будто это хоть что-то объясняет! Академия не разрешает публиковать полные отчёты, так что в библиотеке нашлось совсем мало сведений. Я изучила семьдесят семь наиболее вероятных сценариев. Но вдруг попадётся редкий вариант, к которому я не подготовилась…
— Эй, вдохни поглубже. — Его нога коснулась её ноги. Сдерживая улыбку, он встретился с ней взглядом. — Что бы нам ни устроили, ты справишься. Ежегодно испытания успешно проходят тысяча студентов. А ты лучше почти всех из них.
Её лицо всё ещё пылало, но она медленно кивнула. — Э… я… спасибо, — пробормотала она, не отводя взгляда, пока их не прервал весёлый голос.
— Послушай своего совершенно платонического друга, — заметила Лис, сидевшая по другую сторону от Валелы. Она разглядывала нежно-розовый лак на ногтях. — Чтобы перейти на следующий курс, достаточно оказаться выше примерно четырёхсот последних студентов. Простите за нескромность, но даже я окажусь намного выше этой черты.
Валела отпрянула и бросила на неё сердитый взгляд. — Ты слишком легкомысленно к этому относишься. Каждый год испытания не проходят даже многообещающие студенты. Академия зачастую даже не заполняет все места.
— Да… профессора так любят нам об этом напоминать. — Лис чинно вздохнула, обмякнув, словно кукла. — Но сколько студентов с высокими рангами и правда проваливаются? Один-два из сотни? Всего с десяток? Насколько я слышала, это просто глупцы, переоценившие себя. А что до незаполненных мест на втором курсе: даже если принимают меньше тысячи, число обычно близко к этой отметке. Каждое свободное место — упущенный доход для академии.
— Тут она права, Вал. — Рена сморщила нос, нарушив свою аристократическую невозмутимость. — В конце концов, всё упирается в простую экономику. Будь то простолюдины или сенаторы, люди всегда действуют в собственных интересах. Академии и Республике незачем проваливать будущих деятелей. Если не считать несчастных случаев, испытания скорее тщательно прореживают ряды, чем безжалостно отсеивают всех подряд, как любят говорить преподаватели.
Я бы не стал выражаться настолько прямо, но доля правды в их словах есть…
Это была одна из причин, по которым он не слишком тревожился.
Кай едва не кивнул, но, заметив взгляд Валелы, поспешно нахмурился. За её спиной Лис улыбнулась и изобразила влюблённый взгляд, прижав руки к сердцу. Он проигнорировал её. Нужно знать, в каких спорах стоит участвовать.
— К этому надо отнестись серьёзно. — Он стоически отвернулся.
— Вот именно. — Валела нахмурилась, глядя на невинную улыбку Лис. — Даже если отсеивают лишь одного из ста, статистика ничего не значит, если именно ты окажешься этим человеком. Бывают и годы-исключения. Профессор Хулмус говорил, что прошлый год был ужасным.
— Ты слишком доверяешь профессорам, Валли. — Блондинка надула губы. — Хотя я тоже слышала…
От стоявших на сцене преподавателей отделился пожилой мужчина, и арену накрыла гнетущая аура. Декана Астареса заметно не было. Впрочем, это неудивительно: ему ведь нужно было присматривать и за испытаниями старших курсов.
— Приветствую вас, претенденты! — Голос прогремел над рядами. Редкие волосы и средний рост не придавали Главному экзаменатору особой внушительности, но стоило ему повернуться — и толпа затихала. С сурово нахмуренным лицом он прошёлся по сцене, изучая собравшихся. — Если сегодня вы сидите здесь, то знаете, что вас ждёт. Менее чем через два часа вы войдёте на Лунные испытания!
Он повысил голос, заглушая любые шёпоты. — Наш досточтимый декан поручил мне присматривать за первокурсниками. Все предыдущие испытания, через которые вы прошли, можно считать подготовкой к этому. Не случайно многие представители элиты, и поныне определяющие судьбу нашей Республики, прошли через эти священные стены. В том числе оба нынешних консула! Но превосходство требует полной отдачи! — Его тон стал резче. — Лунные испытания — первый настоящий рубеж на вашем пути! Либо поднимитесь и докажите, что достойны нашего прославленного заведения, либо провалитесь и уступите место тому, кто заслуживает его больше!
Речь балансировала между угрозой и вдохновением. Его гнетущее присутствие душило арену — такой силой могли похвастаться лишь немногие профессора Раэлиона.
Каю не нужно было оборачиваться, чтобы почувствовать, как у многих студентов сдают нервы. На арене собралось больше тысячи магов, и их тревога отражалась в окружающей мане. Потоки повторяли их настроение. При других обстоятельствах это его заворожило бы. Сейчас же лишь раздражало.
Валела холодными пальцами сжала его руку, не отрывая взгляда от сцены. Для остальных она выглядела образцом невозмутимого мага, которого стремился воспитать Раэлион. Но он знал её лучше. Кай сжал её пальцы в ответ. Старый брюзга наверняка знает, что делает.
Наверное, опять какая-нибудь ерунда про то, как студенты ведут себя под давлением.
В конце концов, в этом и состояли испытания. С логической точки зрения всё было разумно. Но доводы рассудка мало помогали унять растущее раздражение, пока он смотрел на экзаменатора.
Да-да, мы все безмерно счастливы, что нам выпал шанс учиться в Раэлионе. Пусть наша жалкая кровь простолюдинов докажет, что мы достойны. Будто мы не отдали за поступление целое состояние…
Вопреки обещанию говорить кратко, речь всё тянулась, постепенно нагнетая гнетущее ожидание. Кай бы не удивился, окажись в этом замешаны навыки.
Ну и придурок же, да…
— Похоже, испытания уже начались. — Его шёпот был достаточно громким, чтобы Валела услышала. То, как ослабла хватка её руки и расслабилась осанка, подсказало ему: она поняла.
Раздражение подавило тревогу, не дав ей укорениться.
Смысл Лунных испытаний заключался в том, чтобы бросить студентов в экстремальные условия, имитирующие реальные ситуации. Испытания задумывались как несправедливые, непредсказуемые и даже опасные. И всё же Раэлион был школой. Если он не облажается по-крупному, провал лишь принесёт ему низкий балл и меньше заслуг. А ещё он лишится сокровищ для лучших студентов… и, возможно, попадёт в группы похуже и получит меньше возможностей на втором курсе — если слухи не врали…
М-м, лучше мне всё-таки не облажаться.
Награды в конце учебного года обычно были куда ценнее, чем за промежуточные экзамены. Он бы не отказался ещё от одного сокровища сродства. Или артефакта.
— …если вы упустите эту возможность, ваш путь, возможно, уже никогда не приведёт вас к столь возвышенным вершинам! — закончил Главный экзаменатор. Его раскатистая речь затихла в напряжённой тишине арены, и теперь молчание казалось ещё тяжелее. — Итак, — продолжил он наконец. — Пора объявить испытания, выбранные для вашего курса.
Наконец-то!
Вот и сведения, о которых все студенты гадали несколько месяцев.
Мужчина неспешно обвёл взглядом встревоженных студентов. — Как вам прекрасно известно, — нарочито медленно протянул он, — каждый год Лунные испытания посвящаются одной из наших богинь-покровительниц. Эта традиция восходит к основанию Раэлиона, почти тринадцать столетий назад.
Он умолк и поднял глаза. — В те времена, куда более кровавые, выпускникам первых курсов приходилось в одиночку вставать между нашей страной и свирепыми захватчиками. Поэтому они молили Лун даровать им силу и проходили смертельно опасные испытания, надеясь снискать их благосклонность! К счастью для вас, те времена давно миновали. Их жертвы сделали ваш путь куда спокойнее. В честь их памяти мы возносим молитвы избранной Луне, чтобы Она направляла достойных! — Главный экзаменатор повернулся к затянутому облаками небу, воздел ладони и закрыл глаза. Суровые складки на его лице почти разгладились.
Ох… ну давайте только без этого!
Кай подавил стон, когда над ареной повисла торжественная тишина. За редкими перешёптываниями студенты с привычной лёгкостью воздели руки в молитве. Ладонь вдруг остыла, когда Валела отпустила его руку, чтобы присоединиться к остальным. Её губы беззвучно шевелились.
Она ведь говорила, что отец крестил её в храме Хайарбора…
Поймав его взгляд, Лис подмигнула и тоже закрыла золотистые глаза, став похожей на фарфорового херувима.
Внешность обманчива… И как вообще молиться, не зная, какая богиня вдохновит наши испытания?
Перед ним сидели ряды людей с самыми разными лицами; Каю не хотелось выделяться. Раэлион уделял магическому обучению куда больше внимания, чем религии, и он позабыл, насколько серьёзно люди относятся к богам. Учитывая, что божественное в Элидесе было вполне осязаемым, это неудивительно. Семь Лун не слишком требовательны к своим верующим, но проявить уважение, пожалуй, стоило.
Так, э-э… ваше сияющее Лунейшество? Спасибо, что освещаете ночи. И за ваши цвета тоже. Они такие краси… то есть божественно прекрасные. Особенно… хотя, пожалуй, не стоило бы выбирать любимицу.
Кай ущипнул себя за переносицу, радуясь, что никто не слышит его мыслей. Он не знал, как именно работают божественные силы, но у Лун наверняка есть дела поважнее, чем обращать на него внимание. Сквозь прищур он оглядел арену: тишина не нарушалась.
Ладно… у меня никогда не получалось ничего такого. Не думаю, что Великие Духи вообще обращали внимание на молитвы. А последний бог, с которым я говорил, был… не совсем в себе. Я вовсе не намекаю, что вы хоть чем-то похожи на ту крошечную фею ростом с ладонь! Просто… вы знакомы с Зерватхи? Он не самый приятный собеседник. Не могу его винить — он ведь провёл в одиночестве тысячи лет, но мог бы и признать, что ему одиноко. Кстати, мне всегда было интересно… как боги общаются друг с другом? У вас там есть что-то вроде божественного чата, где вы смеётесь над глупыми смертными?
Кай наклонил голову, словно ожидая ответа, а потом рассмеялся над собой.
В общем, я не знаю, какая Луна вдохновит наши испытания. Я постараюсь сделать их интересными и буду благодарен за любую помощь. Если захотите помочь. И моим друзьям тоже, пожалуйста. Ещё раз спасибо.
Кай открыл глаза и обрадовался, что большинство студентов по-прежнему были слишком погружены в себя, чтобы заметить его раскрасневшееся лицо. Если у богов и правда есть чат для обсуждения глупых смертных, он, пожалуй, уже там. На мгновение ему показалось, что он уловил отдалённый звонкий смех. Наверное, дело было в этой мысли и напряжённой мане арены.
На сцене Главный экзаменатор будто задержал на нём стальной взгляд, а затем посмотрел дальше. Минуту спустя его гнетущая аура усилилась, подстёгивая замешкавшихся студентов.
— Пусть Луны освещают ваш путь. По решению нашего декана и коллегии я объявлю, какая Луна осветит ваши испытания.
Давайте уже.
— В этом году ваши испытания будут посвящены… — Зал затаил дыхание. — Божественной Луне, известной под множеством имён. — Этот мерзавец определённо ухмылялся, растягивая садистскую паузу. — Той, что в нашем пантеоне зовётся Седьмой сестрой! Странствующей Богине, Луне Судьбы и Выбора!
Тишина.
Она продержалась два вдоха.
А потом по трибунам прокатилась волна стонов и жалоб.
Кай закрыл лицо ладонью.
Ну конечно…
— И как нам к этому подготовиться?.. — вздохнула Валела.
— Никак. Будем действовать вслепую.
Выбранная Луна должна была подсказать, чего ждать от испытаний. Разумеется, им досталась Потерянная сестра — Луна, связанная с Удачей и непредсказуемостью. Иными словами, в испытаниях могло случиться практически что угодно.
По рядам прокатилась волна недовольства. Даже Главному экзаменатору с его невероятной силой лёгких понадобилось несколько долгих секунд, чтобы утихомирить толпу.
— Ведите себя прилично! Или хотите пройти Испытания без дополнительных сведений? — Его гнетущая аура ясно дала понять, что это угроза. — Среди богинь именно Странствующая Луна лучше всего воплощает дух Лунных испытаний. Реальная жизнь не станет объяснять, какая опасность вас ждёт. Если вы отточили свой путь, то сможете приспособиться и преодолеть любые испытания.
— Теперь о практических вопросах. Испытания первокурсников пройдут на Путях Судьбы, пересекающих Сокрытые леса.
Что ещё за…
Хрупкое спокойствие рассыпалось под новой волной шёпота. Кай вовремя наклонился к Валеле, как раз когда Лис и Рена подались к ним с другой стороны.
Упс.
Он потёр затылок. — Я проверил немало источников о повторяющихся испытаниях, но ни в одном не упоминались Сокрытые леса.
— Неудивительно. — Валела задумчиво свела брови, не обращая внимания на сгрудившихся вокруг студентов. — Мне попались лишь обрывочные сведения. Академия не использовала их уже больше сорока лет.
— Но ты знаешь о них, Вал? — Лис захлопала ресницами. — Не бросишь нас блуждать в потёмках? Обещаю больше не дразнить тебя из-за истории с павлином.
— Что? Ты… — Она надула щёки, краснея. — Ты же уже обещала никогда об этом не упоминать!
— Обещаю повторно.
— Смотри у меня. — Она сжала челюсти и одарила Лис взглядом, обещавшим расплату. — Я знаю совсем немного. Среди Семи Лун Странствующая сестра реже всех выбирается для испытаний. А Сокрытые леса и за последнее столетие использовали нечасто. Они должны находиться где-то к северо-западу от Раэлиона. В основном они известны тем, что в них почти невозможно ориентироваться.
— То есть… вроде ещё одного лабиринта? — спросил Кай, уже проклиная возможность повторения промежуточных испытаний.
— Нет, не совсем. Судя по найденным мной отчётам, надёжно отыскать можно только выход. А вот дальше начинаются проблемы. Два человека могут войти по одной тропе, но пройти совершенно разными дорогами и встретиться лишь у выхода. Никто не знал, как это работает. Все сходились в одном: пытаться ориентироваться внутри — пустая затея. Ну… в отчётах, например, упоминали неотёсанных бойцов, но имелись в виду именно такие случаи.
Уф, похоже, будет та ещё морока.
Надо признать, в играх случая он был на удивление хорошо подготовлен. Просто его Удача часто имела весьма сомнительное представление о том, что для него «хорошо». Да и терять контроль ему не нравилось.
Могло быть и хуже.
Кай попытался подслушать разговоры поблизости, но почти ничего не узнал. Большинство студентов уже растерянно переговаривались и паниковали. Догадки оборвались, когда Главный экзаменатор потерял терпение.
— Хватит! Это последнее предупреждение! — Его аура навалилась на собравшихся, словно перекрыв им воздух. — Пусть испытание и не такое, какого вы хотели, но, если не желаете проходить его вслепую, советую соблюдать подобающий порядок. — Он удовлетворённо кивнул, когда наступила тишина. — Условия прохождения очень просты. Вас высадят на окраине Сокрытых лесов. Нужно лишь войти внутрь, собрать не менее семи Осколков лунного света и выйти до рассвета пятого дня. Вот и всё. Как вы это сделаете — исключительно ваше дело. Запрещены только смертельные атаки и намеренное увечье других студентов. Мы не дикари.
Ага, конечно…
— Вопреки моим возражениям, академия также решила выдать вам предметы первой необходимости. Считайте это своей Удачей. Разумеется, если испытание успешно пройдут более тысячи студентов направления «Изучение маны», итоговое место в рейтинге определят число собранных осколков и время выхода. Чем выше ваше место, тем ценнее награды. Декан лично заверил меня, что награды превзойдут даже те, что вы получили на промежуточных испытаниях в этом году.
В ответ по рядам прокатился хор довольных шепотков и жадных взглядов.
Главный экзаменатор поднял руку, призывая к тишине. — Разумеется, вместе с вами будут участвовать и студенты ремесленного и боевого направлений. Они могут попасть с вами в одну стартовую зону, а могут и не попасть. Цели у вас могут совпадать, а могут и различаться. Во всём остальном разберётесь уже внутри.
Он повернулся к остальным профессорам; в уголках губ мелькнула тень улыбки. — Хм, да. Думаю, у нас есть время на один вопрос. — Он оглядел толпу, словно выискивая добровольца, не обращая внимания на шёпот.
— Вижу, многих интересует, как мы определим ваши стартовые позиции? — Его улыбка слегка расширилась. — Разумеется, случайной жеребьёвкой. Как иначе почтить Странствующую Луну? Что ж, не стану отнимать у вас больше времени. Срок истекает. — Он бросил взгляд на темнеющее небо и направился со сцены. — Уверен, вы все хотите начать под благосклонным взором восходящих Лун. Не забудьте вытянуть номер на выходе. Желаю удачи, студенты.
Я беру свои слова назад: ну и придурок же.
Когда гнетущая аура отступила, накопившаяся тревога выплеснулась суматохой взволнованных разговоров, ворчания и нервного смеха.
Кай поднялся с места и потянулся, с наслаждением хрустнув спиной. Рядом Валела теребила прядь рыжевато-каштановых волос.
Он протянул ей руку. — Давай, всё будет хорошо. Почему бы тебе не вытянуть номер первой? — Он кивнул на сотрудников академии в неприметных серых мантиях, которые пытались организовать студентов. — Просто скажи, что тебе выпадет. Я готов поспорить, что мне повезёт.