Ветерок скользнул над носом «Мелении». Кай протянул руки над корпусом, бросая вызов собственным страхам. Голубые частицы кружили вокруг кончиков пальцев, едва ощутимо покалывая.
Капитан Карин сказала, что они находятся в зоне красной ступени 1 — по большинству мерок здесь была ничтожно низкая плотность маны. Каю всё ещё трудно было привыкнуть к мысли, что звери могут быть повсюду и это считается нормальным.
Как они отпускают детей на улицу, если в любой момент сверху может налететь пробудившееся существо?
Может, именно поэтому люди пересекали Ванеанское море, чтобы отдохнуть на архипелаге. Дома не было смысла классифицировать плотность маны: любая область за пределами Веерида относилась к красному нулевому уровню — маны не хватало, чтобы пробудить или поддержать жизнь даже слабейшего зверя.
Мама была права. Нам повезло.
Кая всегда задевало, что он родился на нижней ступени красного уровня, хотя у этого были очевидные преимущества, которые он принимал как должное.
По крайней мере, пока Республика не протянула к нам свои загребущие лапы…
Духи знали, как будут выглядеть острова через десятилетие или век. Странно было думать, что он доживёт и увидит это. Люди его ступени могли спокойно прожить пару сотен лет, если рано развивались. Кай, вероятно, проживёт ещё дольше, если будет осторожнее с… просчитанными рисками.
Проблемы другого дня.
На следующий день «Меления» должна была пришвартоваться в Варсее. О портовом городке Кай ничего не знал, кроме того, что тот находился почти в ста милях к северу от Арфусы, где они изначально собирались высадиться. Все тщательно продуманные планы, маршруты и связи пришлось отбросить. Высадка вышла совсем не такой спокойной, как он представлял себе вместе с Рейши и Валелой.
Надо найти способ связаться с ними.
— Тебе не нравится океан, — мелодичный голос задумчиво произнёс за его спиной.
Кай обернулся и увидел, что Орейн изучает его с полуулыбкой; ветер растрепал бледные пряди. На нём была простая хлопковая рубашка и брюки, но выглядел он так, будто сошёл с подиума. Хотя бы ростом он превосходил Кая ненамного.
— Прости, не хотел тебя напугать. — Орейн облокотился на перила рядом с Каем. Он выглядел так непринуждённо, что трудно было не поддаться его настроению. — Флинн много рассказывал о тебе, пока ты поправлялся. Мне очень хотелось познакомиться.
Чудесно. Ещё один преследователь.
Кай неловко переминался с ноги на ногу, думая, не сбежать ли под каким-нибудь предлогом. — Не всему верь, Флинн любит преувеличивать. — Шёпот не предупреждал об опасности.
Любопытство сгубило кошку. А если у тебя с фамильяром магическая связь, это считается?
— Мне нравится море, — выпалил он в ответ на прежнее замечание.
На неприлично красивом лице отразилось недоумение. — Правда?
— Я вырос на острове у пляжа.
— О, я не совсем правильно выразился. — Орейн понимающе кивнул. — Побережье сильно отличается от открытого океана. Это всё равно что сравнивать кораллы и жемчуг. Совершенно разные вещи.
Ладно… Он точно не местный.
— Понятно. И как ты оказался на этом великолепном судне?
— Так же, как ты. Сел не на тот корабль, попал под нападение пиратов, а потом оказался отрезан бурей. В целом неделя выдалась интересная. — Орейн усмехнулся.
— А что было раньше? — Кай оглядел его с ног до головы. — Ты похож на человека, который мог бы позволить себе что-нибудь получше «Неустрашимого».
Из ценного на Орейне был только браслет из морских ракушек — Кай готов был поспорить, что на нём скрыты замаскированные чары. В любом случае человек, достигший третьей звезды жёлтой ступени в шестнадцать лет, бедствовать не мог.
— К сожалению, собираясь уехать, я не продумал все практические вопросы. — Орейн с печальной улыбкой смотрел на волны. — Мать уже распланировала следующие семь веков моей жизни. Каждый день был словно солнце, которое душило меня, пока я наконец не смог этого вынести.
Влиятельные и богатые родители — есть. Бунтующий подросток — есть.
— Ты сбежал из дома?
— Что-то вроде того. — Орейн прикусил губу. — Прости, я бы предпочёл не говорить о семье. Там сплошной водоворот лжи и интриг.
Кай кивнул: он мог это понять.
Не успел он опомниться, как пролетело несколько часов, а расследование отошло на второй план. Они говорили обо всём — от жизненных целей до общей любви к морепродуктам. Оба согласились, что ракообразные куда вкуснее моллюсков. За исключением нескольких уклончивых ответов, Орейн оказался приятным собеседником, с которым было легко общаться. Он смеялся над шутками Кая, внимательно слушал его ответы и в ответ уважал его личные границы.
Чёрт, да он хорош.
Было очевидно, что юноша вырос в необычных условиях и, возможно, прибыл из чужого королевства. Но, несмотря на несколько странных выражений и историй, Кай ничуть не приблизился к разгадке его личности. Все места за пределами архипелага казались ему одинаково экзотичными.
Может, та женщина просто ошиблась…
* * *
— Да, уверена. Он поднялся на борт вместе с моей семьёй. — Девушка вскинула подбородок и раздражённо поджала губы: её снова и снова расспрашивали об одном и том же. — Орейна не забудешь. А теперь, если позволите, мне нужно работать. Эта ведьма заставит меня платить серебром, если я не отдраю кухню.
Медовые волосы взметнулись у неё за плечами, когда она зашагала вниз, проклиная капитана Карин за шантаж и поборы. «Меления» была, пожалуй, втрое меньше «Неустрашимого», и пятьдесят спасшихся после кораблекрушения заняли каждое свободное место.
Кай и Флинн отправились к кормовым перилам, чтобы шум волн заглушал их разговор.
— Это уже четвёртый человек, который изменил свои показания. Тут что-то не так, — сказал Кай.
Они дождались, пока Орейн вернётся в каюту, и продолжили расследование. Чем больше пассажиров они расспрашивали, тем больше людей вдруг вспоминали, что видели или разговаривали с ним на «Неустрашимом». Некоторые даже говорили, что знали его несколько месяцев до отплытия, и с каждым новым пересказом подробностей становилось всё больше.
Если бы Кай не знал наверняка, он бы подумал, что весь корабль разыгрывает над ними изощрённую шутку. Он не позволил бы никому играть с его разумом — или разумом Флинна. Друг и так быстро привязывался к людям и мог стать лёгкой мишенью.
— После пиратов и бури все были потрясены. Может, когда ты впервые расспрашивал людей, они перепутали Рейна с кем-то другим? — В голосе Флинна почти не осталось обычной уверенности. — Я общался с ним больше всех, но всё равно не помню, чтобы видел его до кораблекрушения.
Рейн… Ты уже дал ему прозвище?
Кай почесал бровь, пытаясь понять, не предвзяты ли его подозрения. Теоретически всё могло быть лишь чередой невероятных совпадений — Рычаг судьбы доказал, насколько далеко могли зайти такие совпадения. — Как думаешь, я делаю поспешные выводы…?
Если Орейн был каким-нибудь магом разума, во время разговора у него была масса возможностей изменить воспоминания Кая. Но Кай доверял ему не больше, чем утром, и это заставляло усомниться в таком вмешательстве.
Это какой-то хитроумный план? Или у него просто безумно высокий навык общения?
— Нет, ты определённо прав. Рейн что-то скрывает. — Флинн рассеянно смотрел на море. — Но это не значит, что он затевает что-то дурное. Ты должен лучше других понимать: у людей есть право хранить свои тайны, Мэтью.
Справедливо.
— Он перерезал горло пирату, когда вытащил меня из моря. — Кай постучал пальцами по кормовым перилам. Образы мужчины, пытавшегося его задушить, постепенно становились чётче. — И, должно быть, убил других налётчиков среди обломков.
Для подростка это уж точно не обычное поведение.
— И что в этом плохого?.. — В корму ударила шквалистая волна, окатив их солёной моросью.
— Ничего… — Кай вытер лицо рукавом, не обращая внимания на жжение в глазах. — Но он солгал. И лезет людям в головы. Если его не было на «Неустрашимом», откуда он взялся?
Флинн провёл рукой по волосам. — Если он убил этих сектантов-пиратов, значит, не мог быть одним из них… Может, он был пленником на их корабле и сбежал во время суматохи?
— М-м… — Кай покачал головой. — Суматоха была только на «Неустрашимом». Помнишь, их главарь достиг зелёной ступени? Он наверняка уплыл, как только буря разыгралась.
— Откуда ещё мог взяться Рейн? Кораблей было всего два. — Флинн с лёгкой усмешкой посмотрел на облака. — Разве что он упал с неба.
Ничего не сходится…
Оба замолчали, пытаясь понять, что к чему. Вокруг Орейна оставалось слишком много вопросов, чтобы Кай мог просто забыть о нём. Что за человек спокойно убивает людей, а потом убеждает незнакомцев, будто они давно знакомы?
Может, просто оставить это? Ещё два дня — и мы будем на материке…
Ветер растрепал Каю волосы. Оставить тайну неразгаданной было против его натуры, хотя приходилось признать: в этот раз осторожность могла оказаться разумнее. После того как его чуть не задушили и он едва не утонул, Кай оценил преимущества осмотрительного подхода.
— Может, мне просто поговорить с ним? — внезапно предложил Флинн.
— Что ты имеешь в виду?
— Я мог бы попросить Рейна объясниться. Это самый простой выход. Возможно, есть простое объяснение, которое мы упускаем.
— Ни за что. Ты не станешь говорить тому, кто, возможно, умеет копаться в чужом разуме, что раскрыл его секреты!
— Теперь ты драматизируешь. Рейн не причинит мне вреда.
— Откуда ты знаешь? — шёпотом спросил Кай. — Ты знаком с ним меньше недели.
Умения вроде «Актёрского мастерства» позволяли обманывать других без всякого труда. Не исключено, что приветливость Орейна была лишь маской, скрывающей жажду крови.
— И что ты предлагаешь?
Кай облизнул губы, выдавливая из себя ненавистное слово. — Ничего.
— Ничего?.. — Флинн удивился ещё сильнее, чем сам Кай.
— Ничего. — Слово обожгло ему горло. — Завтра «Меления» пришвартуется. Заплатим капитану и разойдёмся.
Самое разумное решение. Я иду только на просчитанный риск, а этот того не стоит.
Если Орейн и правда был магом разума, в лучшем случае он зачаровал их, заставив забыть о случившемся; в худшем… Кай содрогнулся. Их личность могли переписать целиком, превратив их в марионеток без собственной воли. Он не знал, возможно ли такое — вероятно, на их ступени нет. Скудные сведения о подобной магии он почерпнул из сносок в книгах Вирьи, но незнание её точных возможностей и ограничений лишь усиливало страх.
Ещё день — и больше не придётся встречаться—
— Мэтью, — каркнул старческий, но явно женский голос — гроза всех спасшихся на борту. Капитан Карин направилась к ним, сжав губы в суровую линию. Широкополая шляпа скрывала копну седых волос и обветренное лицо. — Сегодня ты выглядишь бодрее. Тебе лучше?
— Немного—
— Я за него уже заплатил, — мрачно сказал Флинн.
— Ты заплатил за каюту и еду. Перевозка на моём корабле не бесплатная. Я и так понесла немалые расходы, заботясь о вашей жалкой компании. А упущенную выгоду из-за этого отклонения от курса я ещё даже не учитываю.
Флинн стиснул челюсть, в глазах вспыхнул огонь. — Я уже отдал тебе золотой месар!
— Небольшая цена за спасение двух молодых жизней. — Карин двумя пальцами почесала кривой нос.
— Я уже отдал тебе всё, что у меня было.
Я думал, Флинн преувеличивает, но она и правда хочет выжать из нас последнюю медную монету.
— Заплачу, когда мы доберёмся до Варсеи, — сказал Кай. — Там живут мои родственники. Уверен, они одолжат мне немного денег в счёт ваших хлопот. — Отговорка была не хуже любой другой, чтобы не показывать кольцо.
— Родственники? — Карин недоверчиво посмотрела на него. — И ты готов это записать?
— Конечно. Думаю, смогу собрать двадцать серебряных монет. — Даже будучи богачом, не следовало разбрасываться деньгами. Этого должно было хватить за место на корабле.
— Я похожа на нищенку? — капитан нахмурилась. — По закону Республики мне положена компенсация. Ваши жизни стоят как минимум ещё одного золотого месара.
— Мы похожи на богачей? — Кай указал на перепачканную после бури одежду. — Получишь эти месары, как только мы высадимся.
— Восемьдесят серебряных месаров.
— Больше пятидесяти я не дам. Я много лет не видел кузенов в Варсее. Они не расстанутся с большей суммой.
— По рукам. — Карин плюнула в море. — Подготовлю бумаги. — Она зашагала прочь.
— Зачем ты согласился? — проворчал Флинн, когда капитан отошла. — Она дерёт с нас деньги, потому что мы не можем дать отпор.
— Это правда: если бы не её корабль, мы бы погибли. — Кай пожал плечами. — Теперь мы расплатились. Высадимся — и забудем о ней.
И обо всём этом проклятом путешествии.
* * *
Под светом лун «Мелению» мягко покачивало. Кай потянулся и зевнул. Капитан превратила даже простую подпись в сложную процедуру. Ему хотелось закрыть глаза и проснуться уже на суше.
Ни одной монеты больше ей не дам.
Кай вошёл в каюту, готовый провалиться в сон, но заметил, что там уже кто-то есть.
— Привет. — Орейн сидел на продавленной койке; острые клыки придавали его улыбке игривый оттенок. — Прости, что беспокою так поздно. Я слышал, ты обо мне расспрашиваешь.
Ох, чёрт…
Сонливость мгновенно улетучилась. Кай собрал ману Воды на кончиках пальцев, готовый защищаться.
— Не нужно. — Орейн весело взглянул на него, словно Кай был щенком, исполнившим особенно трудный трюк. — Я просто пришёл поговорить.