— Это… — Олден всматривался в темноту. Напряжённые плечи выдавали его беспокойство, несмотря на внешнее спокойствие.
Все эти рассуждения о возможных опасностях внезапно перестали казаться глупыми. Если они найдут студента в беде, им останется лишь убедиться, что зачарованные браслеты перенесут их в безопасное место. Но в их догадках не было ни слова о сломанной печати в нижней пещере — и об угрозе, нависшей над ними.
Очередной пронзительный крик разорвал холодную тишину подземелья.
Что-то было не так, а времени разбираться не оставалось. Каждая секунда становилась тяжёлой, как валун.
Чёрт, пора бы уже привыкнуть к этой безрассудной херне.
Кай ещё не успел осознать решение, а мысли уже выбрали путь. Он взглянул на Олдена. Одного взгляда хватило, чтобы понять: они думают об одном и том же. Лица обоих застыли в мрачной решимости.
— Пошли, — сказал Кай, указывая на туннель. Сосед уже двинулся вперёд — быстро и бесшумно, насколько позволяла каменистая земля. Говорить было незачем: эту часть они обсудили заранее. Чем меньше времени оставалось, тем осторожнее следовало действовать. Если броситься напролом, в список тех, кого нужно спасать, добавятся они сами.
Три острые борозды прорезали голубоватый мох, указывая путь. Кай снова проигнорировал совет Священной интуиции повернуть назад.
Вдалеке прозвучал слабый крик — почти неразличимый.
Что бы ни случилось, они всё ещё были на Испытаниях — школьном экзамене. На запястье у Кая был браслет для экстренной эвакуации. Целая команда магов Четвёртого круга, должно быть, наблюдала за ними прямо сейчас.
Э-э… Хоббс? Как это они за нами не следят?
По связи хлынул поток впечатлений.
Кай приблизился к Олдену, сплетая вокруг них покров Тени, и пытался понять, что имеет в виду фамильяр. Он проигнорировал выразительный взгляд соседа — ещё один вопрос на потом.
Помедленнее. Профессора следят за нами или нет? Ты же говорил, что тут полно подглядывающих рун… Что значит, следили, но теперь уже не следят?
Чем дольше Хоббс объяснял, тем меньше Кай понимал, а узел в животе затягивался всё туже. Кот не отличался терпением, когда приходилось объяснять очевидное, да и мысли его обычно не были такими беспорядочными.
Следящие массивы сломались или просто не работают? Академия не могла наблюдать сразу за тысячами первокурсников. Может, Хоббс неправильно понял?
Кай крался по скользким камням; острый гравий впивался в ладонь. Он распределил внимание по семи направлениям, высматривая засаду. Криков больше не было. Подземелье снова наполнилось тихим капаньем и едва слышным шорохом воздуха.
Сейчас у него не было времени разбираться в словах Хоббса. Действия академии ничего не меняли в происходящем. Нужно было попытаться иначе.
Ты знаешь, что там происходит? Кто кричал?
Связь стихла, затем задрожала от беспокойства. Вспыхнули образы, смазанные кошачьим, чуждым человеку зрением в темноте. Кай пытался разобрать приглушённые цвета, когда Олден ткнул его в рёбра и резко указал вперёд.
Сияние кварца растекалось по извилистой пещере, вытягивая тени вдоль шершавых стен. Они сбавили шаг и ступали по крупным камням, чтобы не хрустеть галькой.
Холодный порыв принёс медный запах крови — ясный ответ на все сомнения. Олден напрягся и ускорил шаг.
Подожди, чёрт.
Кай плотнее стянул покров Тени. Рука сжалась в пустоте, будто надеясь ощутить вес меча. Придётся обойтись заклинаниями. Проход завершался остатками массивной двери. Из рваных петель свисали щепки, задевая Кая, когда он проходил. Под ногами скрипели и потрескивали осколки дерева и искорёженного железа; над ними всё ещё тлели обрывки разрушенных зачарований.
Маленькую комнату освещали бледные кварцы. Стены покрывала мозаика из чисел и рун — вероятно, ключ к какому-то неизвестному испытанию. Кай лишь мельком взглянул на неё и сосредоточился на девушке, скорчившейся в луже крови на резном полу.
Глубокие рваные раны рассекали грудь и живот; руки тщетно прижимались к ним. Среди захлёбывающейся красной жижи белели кости, рёбра были сломаны, будто сухие ветки. Платье, когда-то, возможно, белое, теперь пропиталось расползающейся багряной кровью и липло к телу.
Бледное лицо обрамляли светлые волосы. Пустые глаза смотрели в потолок. Каю не нужно было проверять пульс, чтобы понять, что она мертва. Мана медленно и необратимо утекала из её тела.
Он осторожно приблизился к тёплой луже крови. Шёпот настойчиво бился в голове, но непосредственной опасности не предвещал. На её запястье блестел серебряный браслет — вот только толку от него не было. Кай был уверен, что девушка погибла, но всё равно опустился на колени, чтобы проверить сердцебиение, которого уже не могло быть.
— Она… она умерла? — Олден замер на пороге с застывшим лицом. По голосу было ясно, что он уже догадался.
— Да. Слишком поздно. Мы были слишком далеко, чтобы помочь, — ответил Кай, сам не зная, говорит он это Олдену или себе. Кровавые следы тянулись к проходу напротив. Их было трудно разобрать на грубом каменном полу, но они не походили ни на следы одного из зверей, которых Кай встречал прежде. — Есть идеи, что её убило?
Олден медленно подошёл к телу. — Я… Нет. Ничего, в чём был бы уверен. Это могли быть два десятка разных существ. — Он умолк, изучая следы. — Странно другое. Почему она не запустила руны на браслете?
— Может, не успела.
Среди скудных сведений, которыми они располагали, двойник Дамблдора особо уточнил: зачарованный браслет телепортирует студента отсюда за десять секунд. Это казалось небольшим сроком, но человека можно убить несколько раз за это время.
Олден покачал головой. — Даже если она умерла, браслет должен был перенести её тело. Раз она осталась здесь, значит, не направила ману в браслет.
— Хм… Может, она запаниковала? — предположил Кай, нахмурившись. Многие цепенели перед зверем, но, судя по повторным крикам, девушка долго мучилась перед смертью. Как она не смогла направить хоть каплю маны к браслету? — Ты уверен, что зачарование работает именно так?
— Уверен. Заряд маны заложен внутрь. Достаточно запустить руну — завершать активацию уже не нужно. Именно так Дом Астарес обычно изготавливает устройства для побега.
Ладно, поверю тебе на слово.
Чем больше Кай замечал, тем меньше ему нравилось происходящее. Сквозь резкий запах железа пробивался ещё один, едкий. Благодаря упражнениям Рейна на Восприятие Кай узнал этот запах: такой же тянуло от нижних ворот.
Давящая подземная темнота, угроза невидимых существ — всё это возвращало его в худшие месяцы в Святилище.
Перехватило дыхание; воздух словно стал разреженным. Горло сжалось. По коже побежали холодные липкие мурашки. Сердце стучало громче мыслей. Мир сузился. Звуки обострились, подталкивая к действию.
Спокойно. Это просто испытание.
Он не застрял в каком-то скрытом мире. Давление Священной интуиции было слабее, чем от зверя Зелёного ранга. Да, опасность была, но и его навыки выросли. С чем бы ни столкнула его академия, он справится. Или хотя бы выживет. Нужно только быть осторожным.
Для начала… что нам делать?
Кай бережно закрыл пустые голубые глаза девушки, затем отступил от удушающего запаха крови. — Странно. Звери убивают, чтобы питаться и расти. Особенно если они вырвались из-за ворот. Зачем гнаться за ней до самого сюда, а потом оставить тело?
Если только это не одна из мер предосторожности академии, предписывающая оставлять тела нетронутыми. Хотя они уже облажались, позволив студентке погибнуть, так что…
— И правда странно, — сказал Олден, склоняясь ближе. — Ты проверил, на месте ли сердце? Я не специалист по подземным зверям, но знаю существ, которые поедают только определённые органы.
Э-э… куда уж жутче.
Кай осмотрел рваные раны. — Сердце… кажется, на месте. — Анатомии он знал недостаточно, чтобы судить об остальном, да и копаться в ещё тёплых внутренностях ему не хотелось. Он освежевал немало зверей, чтобы побороть брезгливость, но прикоснуться к человеку было совсем иначе — какие бы доводы ни подсказывала логика.
— Дай посмотреть. — Олден присел рядом. Вокруг него замерцали нити маны, исследуя тело. — Кажется, не хватает печени. И ещё… — Он резко отшатнулся, едва удержав равновесие.
— Что такое? — спросил Кай. Мана рванулась к кончикам пальцев. Под окровавленным платьем девушки извивались чёрные разводы; они распускались, словно нити, и уплывали прочь у них на глазах. — Что ты сделал?
— Я… ничего. Просто изучал раны с помощью навыка. Не знаю, что это, но яда здесь нет.
Кай сосредоточил чувства, пока тёмные следы не исчезли окончательно.
Почти похоже на…
Ещё один крик разорвал холодную тишину.
Кай резко поднял голову. Из комнаты вели только два прохода. Они могли вернуться через сломанную дверь, найти другой путь наружу и оставить академию разбираться с последствиями. Или последовать по кровавым следам в другой проход.
Ну, давай, добей меня.
Туманные линии рассеялись, как дым, пока он отвлёкся.
Кай подавил вопросы и догадки, кружившие в голове, и бросился за Олденом, который уже бежал вперёд.
— Подожди! — Кай поспешил догнать его. Холодный воздух обжигал лицо. Бледно-голубой мох слабо освещал темноту. Сыпучие камни грозили сбить их с ног, а шорох осыпающегося гравия тонул в далёких криках. Кричало несколько человек. — Помедленнее. Мы ничем не поможем, если разобьём себе головы или прибежим туда запыхавшись. Есть идеи, с чем столкнулись?
— Я… не уверен. Сведений недостаточно. — Олден немного сбавил шаг, быстро переводя дыхание. — О настоящих подземных зверях почти ничего не известно. Некоторые виды питаются только определёнными органами. Другие охотятся лишь на существ более низких рангов. Я…
— Одолжишь один из летающих ножей? — Кай перевёл разговор на более практическую тему. Священная интуиция зашипела, предупреждая об опасности. Оружием без рукояти было бы неудобно пользоваться, но это всё же лучше, чем идти с пустыми руками.
— Я… да. — Из рукава Олдена выскользнул сияющий нож и повис между ними. Он напоминал метательный кинжал, но обоюдоострое лезвие составляло почти всю его длину; короткая рукоять была слишком мала, чтобы как следует держать нож в руке. — Это лучший из моих. Он рассчитан на мага со сродством к Металлу. Тебе, наверное, мало поможет.
— Ничего. — Кай обвил основание потоком Воды и заморозил его, сделав самодельную рукоять, а затем обмотал окровавленным платком, чтобы защитить пальцы от холода. Как только он сжал в руке кинжал, напряжение немного отпустило. Для долгого боя тот не годился, но даже если сломается, Кай всегда сможет создать новый. — Спасибо.
— Осторожно. Клинок покрыт ядом. Хочешь, я сниму яд?
— Оставь. — Кай прислушался к крикам, пытаясь определить, в каком из разветвлений они звучат. С ядом нож будет действовать эффективнее. — У тебя есть противоядие? Э-э… если только оно не в пространственном артефакте.
— Оно при мне, — сказал Олден. — Противоядие нужно применить в течение нескольких секунд. Эффективность зависит от твоего Телосложения и размера раны. Даже если выживешь, приятного будет мало.
Не порезаться. Понял. Может, попросить его и о противо…
— Мы пришли. — Олден указал на огонёк за изгибом туннеля. Крики боли и испуганные голоса отчётливо разносились по пещере.
Кай сплёл вокруг них ещё один покров Тени; его чувства уловили несколько живых существ. Семеро студентов теснились в углу пещеры, прижавшись к стене. Над ними по потолку кралась медлительная тварь. На полу лежали двое первокурсников; из них утекала мана. Судя по всему, они были тяжело ранены. Тварь не походила ни на одно из встречавшихся Каю существ, но её яркая мана была безошибочно узнаваема.
Пик Жёлтого ранга. Ну конечно.
Удлинённое тело напоминало большую кошку, но пропорции были неправильными: конечности слишком длинные и тонкие, голова крупная и бесформенная. Тварь двигалась с ломаной грацией, и каждое её движение прерывалось подёргиваниями среди сталактитов.
— Не… не подходи!
— Помогите мне…
— На… Натаниэль, сделай что-нибудь!
На повороте туннеля парящий огонёк факела неровно осветил происходящее. На полу тускло сияли осколки кварца — вероятно, отколовшиеся в соседней пещере.
Надо было об этом подумать.
Теперь, когда Кай видел его собственными глазами, существо казалось ещё более неестественным.
Оно цеплялось когтями за потолок. Каждая конечность сгибалась под неправильным углом, пока тварь медленно и обманчиво плавно переносила вес. Бледную, почти прозрачную кожу натянуло на жилистый каркас; под ней пульсировали тёмные вены. Вместо глаз выступали наросты, словно навеки сомкнутые веки. Длинный скользкий язык вырывался из пасти и поблёскивал, скользя между рядами зазубренных клыков.
Кай ненавидел пауков, но эта тварь вызывала куда более сильное отвращение.
Под покровом Тени студенты не заметили их появления. Они невнятно кричали на чудовище. Одна девушка рыдала над истекавшими кровью товарищами; остальные размахивали мечом и тремя копьями, не давая твари приблизиться.
Из-за паники они не могли толком обороняться и оставались живы лишь потому, что зверь играл с ними.
— Бледные преследователи не должны здесь охотиться, — пробормотал Олден. Замедлив бег, он поднял руку. Два клинка свистнули в воздухе.
Тварь резко отпрянула, с пугающей лёгкостью извиваясь между ударами. Её голова повернулась к ним с сухим щёлканьем; язык высунулся и принялся рассекать воздух, тонкие ноздри раздулись.
К тошнотворному едкому запаху примешался запах крови.
Зверь резко дёрнулся, спрыгнул с потолка и тут же обратил на них внимание.
Кай поднял нож, сплетая ману Воды и Земли. Стоило ему встретиться с пустым взглядом твари, как живот сжала волна ужаса.
Что за…
Парализованный страхом, он едва среагировал, когда чёрный язык хлестнул к его глазу. Мир сузился. Лишь отточенные за годы инстинкты заставили его перекатиться. Ветер хлестнул по уху; язык чиркнул по щеке. Кай больно ударился о землю, камень впился в спину. Он присел и влил Усиление в ноги, готовый рвануться в сторону.
Шёпот Священной интуиции резко зазвучал, направляя его внимание на надвигающуюся ауру.
Атака страхом?..
Стоило осознать происходящее, как безымянный ужас ослаб наполовину. Мысли двигались медленно и туго. Кай едва успел приспособиться, когда бледный преследователь бросился на него — так быстро, что превратился в смазанное пятно. Поспешно поднятый щит разлетелся. Ледяные осколки рассыпались по полу пещеры. Металлический клинок пролетел по воздуху, выиграв Каю достаточно времени, чтобы увернуться.
Кай отступил, стирая с щеки кровавую полоску.
Существо лениво перенесло вес, повернув шею; бледная кожа не пострадала от схватки. Чем пристальнее Кай на него смотрел, тем сильнее ужас сжимал разум. Отвести взгляд он всё равно не мог.
Будет паршиво.