Уклоняясь от вытянутой руки Лу, Кай без колебаний ударил его в рёбра. Два быстрых удара, подкреплённых каплей «Усиления», — на третий времени не осталось. Кай проскользнул по песку за спину Лу, чтобы увеличить расстояние. Он поднял кулаки, согнув ноги и приготовившись рвануть к бреши.
Не попадись: ударил — отступи.
Если шесть недель потасовок с близнецами чему-то его и научили, так это любой ценой избегать борьбы. Он был лёгким и быстрым — в этом заключалось его преимущество. Вес и масса всегда играли бы против него, если бы бой закончился на земле.
— Обязательно было так сильно бить? — простонал Лу, потирая бок, но, похоже, не собираясь гнаться за ним. — Даже если можно вылечиться зельем, всё равно больно.
— Ты сказал не сдерживаться, — ответил Кай, не сводя глаз с противника. Он знал, что нельзя опускать защиту, пока бой официально не окончен. — Иди на меня в полную силу, используй «Усиление», сколько хочешь. Мне всё равно. — Он передразнил низкий, твёрдый голос Лу. — Теперь, когда у меня тоже есть профессия, я непобедим.
— Я так не говорю, — насупился Лу. Провокация на него не подействовала. — И не это я сказал.
— Может, не именно этими словами, но смысл был ясен. — Кай предложил ему оспорить это. После выбора профессии было принято немного зазнаваться, и как наставник Кай считал своим долгом опустить Лу на землю. Они находились одни в небольшой бухте, в нескольких милях от Высокой Гавани.
— Я ещё не набрал достаточно опыта для следующего уровня, — проворчал здоровяк и тут же бросился на него.
Кай финтом ушёл вправо. Предположив, что Лу раскусит обман, он превратил финт в настоящее уклонение. Ускоренный «Усилением», он закружил вокруг противника. Элайджа учил его бить кулаками и ногами так, чтобы не опозориться, но раньше у Кая ни разу не было ровесника для спарринга.
Погоня продолжилась по кругу на песке. В плане смирить Лу была одна слабость: подросток раздражающе хорошо умел драться, имел больше опыта и по-настоящему владел навыками рукопашного боя.
Надо было сильнее использовать «Усиление».
По негласному правилу в начале спарринга Кай сам выбирал, насколько усилиться, чтобы уравнять шансы. Сейчас он использовал тридцать процентов от той силы «Усиления», которую мог задействовать без серьёзных последствий.
Лу подставился под удар ногой, от которого мог увернуться, и поймал Кая за ногу; на губах появилась тонкая улыбка.
Чёрт.
Кай отчаянно пытался вырваться. Лу с хмыканьем парировал каждый удар и оторвал его от земли. Не имея возможности как следует использовать рычаг, Кай мог лишь приготовиться к падению на песок.
Основной удар пришёлся на спину.
— Сдаюсь, — выдавил он сдавленным шёпотом. Новые партнёры по спаррингу давно выбили из Кая упрямую гордость. Теперь он оказался ровно в том положении, которого старался избегать, и бой можно было считать оконченным.
Близнецы могли бы притвориться, будто не услышали его, но здоровяк тут же протянул ему руку и помог встать. Как будто не он только что беспощадно швырнул Кая на землю.
— Ты в порядке? Я не слишком сильно тебя ударил? — Он осмотрел Кая в поисках травм, как встревоженный родитель.
Кай изучил его лицо. Если Лу над ним и насмехался, то хорошо это скрывал.
— Всё нормально. Наверное, я ударил тебя сильнее. — Кай попал по нему больше раз, но тот принимал удары, будто это была вода. Совершенно нечестно.
— Я выдержу. — Лу улыбнулся и погладил его по голове.
Теперь он точно надо мной издевается.
Кай отмахнулся от его руки.
— Хочешь ещё потренироваться уклоняться от заклинаний? Интересно посмотреть, что изменилось теперь, когда у тебя есть профессия.
Две недели назад Лу сломал Вторую Печать и официально окончил стипендиальную программу. Это был первый шанс Кая использовать магию без близнецов и Аны. Убедившись, что поблизости никого нет, Кай сгустил над ладонью три водяных шарика, готовых к броску.
— Эм… уверен, что у тебя хватит маны?
— Не волнуйся. — Кай улыбнулся шире. — Её предостаточно.
Как и указал Рейши, раннее снятие Второй Печати преимуществом почти не считалось. Секретом его профессии уже можно было пренебречь после того, как он раскрыл свой ранг, но конкретные навыки он оставил при себе. Запас маны у него никогда не иссякал благодаря «Источнику маны».
Хотя восстанавливать его утомительно.
— Всё же, может, сначала потренируем фехтование? — разумным тоном предложил Лу. — Ты будешь лучше драться, если не придётся беспокоиться, что иссякнет усиливающий навык.
— Ладно. — Кай согласился и позволил водяным шарикам упасть на песок. — Один спарринг. Побеждает тот, кто первым наберёт три очка. — За попадание по конечности давалось одно очко, по туловищу — два.
Они взяли учебное оружие и надели кожаную защиту. Кай продолжал использовать ту же малую долю «Усиления», хотя разница в мастерстве владения мечом была меньше. Благодаря новым партнёрам для проверки навыков его «Фехтование» снова развилось.
Фехтование — продвинутое (ур. 25 → 30)
Интересно, насколько выше уровень у Лу?
Увы, развивался не только Кай. Лу тренировался не меньше него и ему не приходилось параллельно заниматься навыками маны.
Пользуясь преимуществом в Силе, которое давало «Усиление», Кай теснил соперника шквалом рубящих ударов. Лучшей защитой и правда могло быть нападение, но ему требовалось хоть какое-то преимущество. В бою, где шансы неравны, прямолинейная тактика лишь отсрочила бы поражение.
Частый звон дерева заглушил шум волн. Удар за ударом — безрассудный план сработал. Кай набрал три очка, попав Лу в бок и плечо, и сам получил два попадания. Стратегия была ненадёжной, но победа есть победа.
— Ещё раунд, — недовольно нахмурился Лу.
— Мы договорились об одном. Не хочу, чтобы для заклинаний у меня закончилась мана. — Кай ухмыльнулся: на ладони уже сгустился новый набор водяных снарядов. — Тебе нужен отдых?
— Нет. Но если ты попадёшь меньше десяти раз из ста, сыграем ещё.
— Договорились. — Кай вышел из песчаного круга, а Лу остался внутри уклоняться.
Рукопашный бой был для него новым занятием без соответствующего навыка, фехтование — увлечением, зато мана и заклинания были его родной стихией. Кай кружил снаружи и не торопился, спокойно создавая новые водяные шарики. Десять крошечных сфер вращались вокруг ладони почти без усилий — ещё один побочный эффект долгой работы над головоломкой Вирьи.
Кто бы мог подумать, что такой уровень многозадачности покажется простым.
На другом конце круга, в десяти метрах от него, Лу на миг удивился количеству снарядов. Теперь его было труднее поразить: он уже знал, что Кай умеет использовать стихийную магию.
Может, рассказать ему, что Вода — не моя единственная стихия? Это бы произвело впечатление…
Отложив праздные мысли на потом, Кай выпустил залп. Десятый снаряд уже летел в воздухе, когда первый ещё не долетел до цели; так он перекрыл все направления, куда Лу мог уклониться. Крупное телосложение тут не помогало: чем больше тело, тем легче в него попасть.
Подросток акробатически подпрыгнул и уклонился от всех снарядов, кроме одного. Не самый разумный ход. Кай едва удержался, чтобы не изменить траекторию, и позволил им пролететь мимо. Следующая десятка водяных шариков попала в цель, прежде чем Лу успел коснуться земли.
Тот зашипел от попаданий, словно по нему стреляли камешками. Восемь ударов. Всего девять. Лу решил, что следующие снаряды будут лететь дольше, и проиграл. Игра была почти окончена, но ни один не остановился: оба целиком сосредоточились на том, чтобы предугадать следующий шаг друг друга.
— Ты сдерживался, — просто сказал Лу.
— Я сосредоточился на точности и бросал меньше снарядов. В следующий раз можно увеличить круг. — Кай размял пальцы. — Ты же сам иногда ограничиваешь себя в обращении с мечом, чтобы было интереснее.
Лу признал его правоту, хмыкнув. Несмотря на все усилия и изобретательные манёвры, к концу он получил тридцать девять попаданий. Судя по довольному виду, ему удалось поднять несколько уровней навыка.
Теперь я понимаю, почему Элайдже так нравилась эта игра.
— Держи, — Кай предложил ему зелье из своей сумки.
— Думаю, сегодня обойдусь. Я не так уж сильно пострадал.
— Да ладно, оно стоит сущие гроши. Мне будет неловко бить тебя, если ты его не выпьешь. — Кай принялся уговаривать ради благого дела. Сырьё было дешёвым, настоящая цена заключалась в его труде, а на это он не скупился. Рейши продавал зелья по четыре медных мезара.
В Высокой Гавани всё стоило дороже.
Лу неохотно принял зелёный пузырёк. Убедить его брать зелья было ещё одним поводом для споров. Но заботливый парень не мог отрицать, что зелья сделали их тренировки куда эффективнее.
Дора поила его подозрительными смесями с тех пор, как Кай впервые переступил порог её лаборатории, поэтому он ни разу не задумывался, насколько это даёт ему преимущество. Но алхимия была не просто удобным способом заработать. Обычным людям после того, как они выложатся за пределами своих возможностей, приходилось отдыхать днями; Кай же мог сделать глоток и через несколько часов снова быть готовым к бою.
Богатые дети, вероятно, делали то же самое или держали при себе целителя, но таких было ничтожное меньшинство. Он никогда не смог бы пить зелья каждый день, если бы не варил их сам.
Кай выпил тоник. Тепло разлилось по телу и исцелило повреждения, которые могло нанести «Усиление».
— Мне пора. Хочу закончить один проект, прежде чем мы отправимся в поездку.
— Ладно, я ещё немного побуду здесь. Осторожнее по дороге домой.
Да, пап.
— То есть, если какой-нибудь мужчина предложит пойти с ним в тёмный переулок, я должен отказаться? — Кай растерянно нахмурился. — А если у него очень вкусные конфеты? Отказываться будет невежливо.
Лу раздражённо закатил глаза.
— Просто не делай глупостей.
— Не волнуйся, почти полдень. Уверен, все подозрительные личности спят в своих тёмных логовах.
— Просто будь осторожен. — Лу махнул ему рукой на прощание, не обращая внимания на шуточки.
— И ты тоже. Увидимся через два дня.
Каю не хватало полноценных тренировок с тех пор, как он приехал в Высокую Гавань. Поединки с Лу были приятной передышкой от мучительного куба Вирьи.
К несчастью, по дороге назад ни один подозрительный незнакомец не предложил ему бесплатных сладостей. На мощёных улицах близился обед, людей было мало. Никто дружелюбно не махал ему рукой, почти никто не смотрел в его сторону: все были заняты своими делами.
Силспринг мне всё-таки нравится больше.
Флинна дома не было: он занимался одной из своих странных подработок. Тот менял их так часто, что Кай перестал спрашивать. Приняв долгий душ, он разогрел вчерашние остатки еды и приготовился к вечеру, от которого разболится голова.
Он убрал со стола отцовские записи и достал своего заклятого врага. Глянцевая тёмная поверхность и изящно вырезанные руны насмехались над ним. Кай уже пять дней работал над сорок вторым слоем. Тот оказался каверзным.
Он отложил поездку к руинам Вастера, чтобы завершить шестую конфигурацию. Кай не смел надеяться, что она будет последней, но после её завершения ему было бы спокойнее отдохнуть. Следующие семь слоёв он успеет пройти потом.
Немного помедитировав, Кай размял пальцы и включил «Чувство маны». Каждую грань головоломки покрывали сцепленные цепочки рун. «Осмотр» уловил четыре уже известных ему узора, а о последних двух он знал лишь по подсказкам.
Часы сливались в единый поток. Флинн, должно быть, поставил рядом чашку чая, но Кай заметил её, только когда она успела остыть. Имели значение лишь сияющие знаки: каждая грань соединялась с другими и переходила в соседнюю, изменяя всю конструкцию.
Расположение рун всегда менялось, но самих символов было двести девяносто четыре. Он научился узнавать каждый изгиб и завиток лучше, чем собственные мысли. Нити маны ныряли между ними в поисках пути.
Пятая руна загорелась на один прекрасный миг, а затем погасла. Для завершения слоя требовалось последнее решение. От долгого использования навыков без перерыва голова пульсировала. Он был так близко. Так близко.
Рядом материализовалась ещё одна тарелка печенья в форме зверей. Кай откусил крыло стилизованного попугая, но уму не хватало сил даже понять, каково оно на вкус. Шесть нитей переплетались в лабиринте рун, разыскивая выход.
Пять уже знали дорогу, но последняя медлила. Шестой искатель осторожно изучал постоянно меняющиеся стены лабиринта, продвигался вперёд и чаще отступал. Один поспешный шаг мог погубить всю экспедицию и отправить её участников обратно к началу.
То ли по воле судьбы, то ли благодаря мастерству проход выровнялся, открыв безопасный путь. Шестой искатель, прихрамывая, добрался до конца; его подгоняли пятеро товарищей. Добравшись наконец до последних ворот, все шестеро одновременно коснулись своих рун.
Кай не сразу понял, что справился. Головоломка зависла над столом на ладонь; лакированную поверхность озарило множество рун. В конце конфигурации сброс происходил дольше, поскольку узор тоже перестраивался.
На этот раз всё было иначе. Цепочки тайных знаков пришли в движение, а скользящие элементы бешено защёлкали.
Круговорот маны остановился. На каждой грани куба по кругу светились семь рун — так ярко, что для них не требовалось даже «Чувство маны».
Шесть граней — всего сорок две руны. Кай хотел себя отшлёпать.
Не верится, что я сам до этого не додумался.
В ушах гулко стучало сердце. Куб мягко опустился на стол. Неужели это конец или очередной тупой уровень головоломки? Кай дрожащими пальцами приблизился к предмету, который почти год был его проклятием.
— Ты наконец решил её?
Рука дёрнулась вперёд и коснулась неподвижной головоломки. Словно удерживавшей её силой была лишь гравитация, куб распался по скользящим элементам. Они упали на стол грудой палочек.
Кай обернулся и уставился на Флинна, сидевшего на кровати. Рядом лежала раскрытая книга.
— Прости, я ждал, пока ты проснёшься, чтобы приготовить ужин. — Друг виновато улыбнулся и с любопытством посмотрел на рассыпавшиеся детали.
Забыв обо всём остальном, Кай принялся осматривать груду. Внутри блеснуло серебро. Осторожно раздвинув неподвижные детали, он достал серебристый диск, исписанный загадочными символами. Если это были руны, то совсем не похожие ни на что из того, чему его учили. Не просто незнакомые — совершенно иной стиль.
— Что это? — Флинн заглянул через плечо. — Блестит. Ценная штука?
Кай осторожно поднял диск. Тот оказался тяжелее, чем он ожидал, значит, это было не серебро. Металл отливал золотом — или зелёным и синим? В зависимости от света цвет отражения менялся, хотя золотистый оттенок оставался.
Символы шли концентрическими кругами по обеим сторонам; по краю на равном расстоянии друг от друга располагались три крошечных выступа. Кай провёл по ним пальцами, пытаясь найти подсказку о назначении диска.
Не может же это быть просто вычурный пресс-папье. Вирья сказала, что он бесценен.
При едва заметном нажатии верхний выступ повернулся со щелчком. По комнате разнёсся серебристый звон. Кай растерянно переглянулся с Флинном, когда снаружи раздался громкий грохот.