— Ну ладно… на самом деле не все так круто! Это эффект на сотом уровне. Сейчас он всего лишь семьдесят семь процентов… — смущенно улыбнулась Тан Мэнсюэ.
— Значит, он постепенно растет с уровнем. Похоже на мой комплект «Божественный Дракон»… — поглаживая подбородок, пробормотал Бай Сюаньбин.
— Что ты сказал? — Тан Мэнсюэ склонила голову набок.
— Ничего. Семьдесят семь процентов — это уже очень круто! Большие перспективы! — с улыбкой покачал головой Бай Сюаньбин и посмотрел на горы сокровищ. — Может, и для брата Вана и старшей Фэй найдем подходящие артефакты.
— Угу… я тоже помогу тебе искать! — Тан Мэнсюэ подошла к куче оружия и начала внимательно его перебирать.
Раз уж древние артефакты не имели ограничений по уровню, то и Ван Тяньмин, и Фэй Яньна тоже могли бы ими пользоваться.
Оружия в сокровищнице было великое множество, но древних артефактов среди них было очень мало. Особенно мечей — большинство из них были сломаны. А таких целых, как Посох Великого Мудреца, и вовсе можно было пересчитать по пальцам.
Впрочем, это было ожидаемо. Ведь жрецы не участвовали в прямых столкновениях, поэтому их оружие имело больше шансов сохраниться. А древние артефакты воинов, естественно, прошли через жестокие битвы. Учитывая еще и разрушительное действие времени, то, что они вообще не рассыпались в прах, уже было чудом.
Сначала они отобрали все древние артефакты. Сильно поврежденные сложили в отдельный мешок Цянькунь, оставив только целые. Оставалось надеяться, что кузнецы Государства Лун смогут их починить. Это стало бы для страны настоящим прорывом!
После долгих поисков и отбора Бай Сюаньбин нашел два меча-артефакта. Один назывался «Иней, ступающий по снегу», другой — «Небесный огонь, рубящий пламя». Хотя на первый взгляд их свойства были противоположны, на самом деле они дополняли друг друга. Вместе эти два меча могли обрушить на врага поистине разрушительную мощь.
Кроме двух мечей, они нашли еще и неприметные черные ножны — «Бесполезные ножны».
Когда Бай Сюаньбин впервые увидел их, он даже не понял, что это древний артефакт. Большинство артефактов сияли и переливались, а эти ножны были очень простыми, похожими на маленький черный гроб.
Профессия Вольного мечника была очень специфической. Его основным оружием были не мечи, а ножны. Мечи для Ван Тяньмина были лишь второстепенным оружием, и их количество напрямую зависело от ножен. Если бы не внимательность Тан Мэнсюэ, Бай Сюаньбин, скорее всего, выбросил бы их в мешок с «хламом». Конечно, любой предмет из этого «хлама» заставил бы бесчисленное количество людей сойти с ума…
Что касается древних артефактов механического рунического типа, то они были, но в очень малом количестве. Перебрав весь арсенал, они нашли лишь один целый — «Гнев преисподней»! К счастью, он был в идеальном состоянии, а его свойства и эффекты были безупречны…
— Оружие для старшей Фэй и брата Вана мы нашли. Что ты еще ищешь? — Бай Сюаньбин разложил отобранные артефакты по инвентарю и, обернувшись, увидел, что Тан Мэнсюэ все еще что-то ищет в мешке.
— Ты ведь еще не нашел себе подходящий артефакт? — пробормотала Тан Мэнсюэ.
— Забудь… энергетическое оружие появилось в более позднее время. В древности даже рунического оружия было мало, не говоря уже об энергетическом, — с улыбкой махнул рукой Бай Сюаньбин.
На самом деле, он тоже все это время искал что-нибудь для себя, но безрезультатно. Не говоря уже о пригодных к использованию артефактах, он не нашел даже низкокачественного энергетического оружия. Похоже, в древние времена его просто не существовало.
— Не обязательно. Кто сказал, что древние люди были глупее современных? Говорят, чертеж первого энергетического оружия был вдохновлен как раз-таки древним обломком, — надув губы, возразила Тан Мэнсюэ.
— Логично… — задумчиво кивнул Бай Сюаньбин. — Но почему тогда здесь нет ни одного энергетического оружия?
— Может, их намеренно уничтожили. Или они были еще на стадии теории. В любом случае, поискать не помешает, — покачала головой Тан Мэнсюэ и снова принялась за поиски.
— На стадии теории… — поглаживая подбородок, Бай Сюаньбин посмотрел на сундук с чертежами.
Если они были еще на стадии теории, то, возможно, среди чертежей найдется что-нибудь об энергетических артефактах. Но он не питал особых надежд. Отбирая чертежи артефактов, он заодно искал и чертежи энергетического оружия.
Все было так, как он и предполагал. Большинство чертежей были для холодного оружия, и лишь немногие — для рунического. Когда сундук был уже почти пуст, его внимание привлек неполный чертеж. Он был неполным, потому что в нем был лишь концепт-арт оружия, а самый важный раздел — метод ковки — был описан лишь наполовину. Неизвестно, был ли он намеренно уничтожен, или же его создатель просто не успел его закончить.
— «Сердце Пустоты»… — увидев название оружия, Бай Сюаньбин вздрогнул.
Согласно записям Ло Ю, он назвал ту таинственную корону Короной Пустоты. Возможно, между ними была какая-то связь. Бай Сюаньбин с терпением продолжил чтение.
Как и ожидалось, среди материалов для ковки был указан камень Пустоты. Если он не ошибался, и таинственная корона, и трон были сделаны именно из него. О таком таинственном материале Бай Сюаньбин никогда не слышал. Скорее всего, он существовал только в древние времена или в Мире Бездны. Но для Бай Сюаньбина это было неважно. Ведь его «Всемогущий куб», создавая оружие, не требовал материалов. Если у него был точный чертеж, он мог его идеально воссоздать.
— Сюэ, не ищи больше… — обрадовавшись, крикнул Бай Сюаньбин.
Тан Мэнсюэ тут же подбежала к нему.
— Что… ты что-то нашел?
— Вот! — с улыбкой протянул он ей чертеж.
Тан Мэнсюэ взяла его и расплылась в улыбке.
— Отлично… теперь и у тебя есть древний артефакт.
— Хорошо, что ты была рядом, а то у меня бы не хватило терпения, — поглаживая подбородок, пробормотал Бай Сюаньбин.
— Ну, чего ждешь? Давай, пробуй! — с горящими глазами нетерпеливо сказала Тан Мэнсюэ.
Бай Сюаньбин неловко улыбнулся.
— Не так-то просто… с моей нынешней силой я пока не могу воссоздать такой сложный артефакт.
— Он сложный? Я что-то не вижу… — внимательно посмотрев на чертеж, Тан Мэнсюэ с недоумением почесала затылок.
Она видела, как Бай Сюаньбин создавал руническое оружие, и те чертежи казались гораздо сложнее. Некоторые были толще словаря, а чертеж «Сердца Пустоты» был довольно тонким.
— Это лишь на первый взгляд. Как говорится, все гениальное просто. За кажущейся простотой может скрываться непостижимая истина… — с улыбкой ответил Бай Сюаньбин, не вдаваясь в подробности.
Как говорится, дилетант видит лишь внешнюю сторону, а профессионал — суть. Конструкция «Сердца Пустоты» на первый взгляд была очень простой, но это не означало, что она была легкой в исполнении.
— Неужели все так запутано? — нахмурившись, пробормотала Тан Мэнсюэ.
— Ну как тебе сказать… приведу не совсем удачный пример. Как ты думаешь, что сложнее сделать: крошечный чип или сложный механический часовой механизм? — поглаживая подбородок, спросил Бай Сюаньбин.
Тан Мэнсюэ, не задумываясь, ответила:
— Ну, это и так понятно. Конечно, чип сложнее…
— Ты так считаешь, потому что знаешь, что это такое. А если бы эти два предмета показали древнему человеку, он бы, несомненно, выбрал часы, — заложив руки за спину, небрежно сказал Бай Сюаньбин.
— Кажется, поняла… — кивнула Тан Мэнсюэ и тут же сощурилась. — Постой… я подозреваю, ты на что-то намекаешь!
— Ты слишком много думаешь… я не это имел в виду, — смущенно потер нос Бай Сюаньбин и быстро отвернулся. — За работу, за работу… еще много чего нужно перенести!
Совместными усилиями они опустошили сокровищницу. Бай Сюаньбин не оставил даже сундуки, в которых хранились сокровища, аккуратно разложив их по мешкам. Кроме древних артефактов и чертежей, там было много уникальных антикварных вещей. Хоть они и были бесполезны в бою, но имели огромную ценность для изучения древней цивилизации. Особенно для дедушки Тана, который обожал антиквариат, это был бы поистине царский подарок.
— Фух… наконец-то закончили! — Бай Сюаньбин осмотрел пустую сокровищницу и, убедившись, что ничего не упустил, удовлетворенно кивнул.
Отдохнув немного, Тан Мэнсюэ медленно встала.
— Можем идти?
— Подожди… еще одно дело, — Бай Сюаньбин быстро вышел из сокровищницы и достал кристалл ретроспективы.
Обойдя храм, он полностью запечатлел фрески и сам храм. Это могло иметь решающее значение для изучения древней войны.
Закончив запись, они покинули руины.