Внезапно дверь тренировочного зала медленно открылась. Оба обернулись. На пороге стоял никто иной, как вернувшийся с переговоров Гуань Цзыцзай.
— О… и Сюэ’эр здесь! Не помешал? — маршал Гуань только что вернулся в штаб Хуачжуна и, услышав, что Бай Сюаньбин в первом тренировочном зале, тут же поспешил к нему.
— Дядя Гуань, что вы такое говорите! Проходите, пожалуйста! — Бай Сюаньбин тут же вскочил и пошел ему навстречу.
— А ты, парень, хорош! Не виделись совсем немного, а ты уже четвертую смену профессии прошел! — маршал Гуань с первого взгляда заметил его прогресс и, улыбаясь, хлопнул его по плечу. — С такой скоростью ты точно успеешь к следующей войне с Бездной!
— Дядя Гуань, вы мне льстите… — с улыбкой покачал головой Бай Сюаньбин и, сменив тему, спросил: — Кстати… как прошли переговоры о вассальном договоре?
— Более чем успешно! У Страны Неоновых Огней сейчас и внутренние, и внешние проблемы, так что Императрица Небесного Защитника торопилась даже больше меня. Как только она услышала о наших с тобой отношениях, она, почти не глядя, подписала договор. Всемирная лига профессионалов уже все заверила, так что теперь Страна Неоновых Огней официально стала нашим вассальным государством. Осталось только построить телепортационные круги и внедрить соответствующие законы… — с гордостью сказал маршал Гуань, ударив себя в грудь.
Вне зависимости от эпохи, это событие было обречено войти в историю, так что его волнение было вполне объяснимо.
— Вот и отлично… — с улыбкой кивнул Бай Сюаньбин и, глубоко вздохнув, серьезно спросил: — Дядя Гуань, Сюэ’эр уже прошла четвертую смену профессии и овладела навыком воскрешения мертвых.
— Я потому и торопился вернуться… — очевидно, маршал Гуань был к этому готов. Его лицо стало серьезным.
Когда-то он думал, что если Бай Сюаньбин за два года достигнет 80-го уровня, это будет чудом. Но прошло чуть больше года, а он уже вместе с Тан Мэнсюэ прошел четвертую смену профессии, намного превзойдя все его ожидания.
Но все было не так просто. Тогда, чтобы мотивировать Бай Сюаньбина, Гуань Цзыцзай солгал ему во благо. И эта ложь, поддерживавшая в нем постоянное чувство неотложности, стала одной из причин его стремительного роста. Теперь, когда цель была почти достигнута, он не знал, как все объяснить.
Увидев серьезное выражение на лице маршала Гуаня, Бай Сюаньбин невольно напрягся:
— Дядя Гуань, почему у вас такой вид? Неужели Семя Божественной Души погасло раньше времени?
— Нет-нет… не думай о плохом, — поспешно заверил его маршал.
— Тогда почему вы так озабочены? — не унимался Бай Сюаньбин.
— Это… — Гуань Цзыцзай виновато опустил голову и после долгого молчания сказал: — Идемте со мной. Я все объясню по дороге.
С этими словами он развернулся и вышел из зала, направившись к Залу Героев. Бай Сюаньбин и Тан Мэнсюэ молча последовали за ним. Странное чувство тревоги сгущало и без того напряженную атмосферу.
В сопровождении смотрителя Зала Героев, Се Аня, они поднялись на самый верхний этаж.
Это был Высший Зал Героев, святая святых Государства Лун. Лишь великие души, внесшие выдающийся вклад в его историю, удостаивались чести покоиться здесь.
Едва они вошли, их окутала атмосфера торжественности и скорби. Куда ни глянь, ровными рядами стояли поминальные таблички, словно безмолвный лес стел. Здесь круглый год курились благовония, и перед каждой табличкой лежали свежие цветы.
За каждой из них стояла своя героическая история, легенда о самопожертвовании во имя защиты родины.
Но самое главное — над некоторыми из табличек горело пламя. Одни были слабыми, как свеча на ветру, другие — яростными, как бушующий огонь. Но над большинством табличек было пусто.
— Семя Божественной Души! — увидев пламя, невольно выкрикнул Бай Сюаньбин.
Табличек со слабым огоньком было всего две, и они стояли рядом. Он тут же нашел таблички своих родителей. Рядом с ними стояла стела из белого нефрита, на которой была высечена история их подвига.
【Зима 2789 года. Бай Юань и Юнь И, выполняя план по запечатыванию Бездны, в одиночку проникли в глубокий тыл армии демонов. Выступив в качестве приманки, они навлекли на себя гнев десяти великих Королей Демонов и, притворившись, что спасаются бегством, заманили их в ловушку — в Великую печать демонов.
Когда Короли Демонов поняли, что произошло, было уже поздно. Король Демонов Пространства и Времени, в ярости, не жалея своей жизни, запечатал пространство, пытаясь заставить их снять печать. Но они, проявив несгибаемую волю, предпочли смерть и пали в бою с десятью великими Королями Демонов. Их останки так и не были найдены…】
Эти несколько строк повествовали о величайшем героизме. Главными героями этой истории были родители Бай Сюаньбина. Он долго стоял, не отрывая взгляда от стелы.
Он и раньше слышал от дяди Гуаня, что его родители были героями, но думал, что это просто вежливые слова. Он и не подозревал, что в них не было ни капли преувеличения. Их можно было бы без преувеличения назвать спасителями мира. Без их жертвы план по запечатыванию Бездны провалился бы.
Глядя на черно-белые фотографии на табличках, он почувствовал, как к глазам подступают слезы.
— Дитя… плакать перед родителями не стыдно. Если хочешь, плачь, — тихо сказал маршал Гуань, положив ему руку на плечо.
Услышав эти слова, Бай Сюаньбин больше не смог сдерживаться. Он подошел к табличкам и, коснувшись нефритовой стелы, долго стоял, не в силах успокоиться. В его душе бушевала буря чувств: тоска по родителям, благоговение перед их подвигом. Он и сам не понимал, от чего плачет: от того, что видит их лица, или от того, что его тронула их героическая история.
Увидев стелу, его желание стало еще сильнее. Даже если бы они не были его родителями, он бы сделал все, чтобы вернуть их к жизни, а не мириться с тем, что от них не осталось даже праха.
Маршал Гуань и Тан Мэнсюэ молча стояли рядом. Любые слова утешения сейчас были бы пусты. Все, что они могли сделать — это просто быть рядом.
Спустя долгое время буря в душе Бай Сюаньбина улеглась. Он медленно обернулся и спокойно спросил:
— Дядя Гуань, Семя Божественной Души моих родителей не погасло. Почему их нельзя воскресить?
— Воскрешение — дело непростое. Семя Божественной Души — лишь одно из условий. Нужен еще и сосуд для души. Без одного из них ничего не выйдет… — честно ответил маршал.
— Сосуд для души… вы имеете в виду тело? — быстро догадался Бай Сюаньбин.
— Верно. Посмотри туда…
Маршал Гуань указал на другую сторону зала. Там рядами стояли хрустальные саркофаги, в которых покоились тела павших героев. Когда-то они сражались на передовой или трудились в тылу, но все они отдали свои жизни за сегодняшний мир. По их шрамам можно было судить, насколько жестокими были их последние битвы.
Бросив взгляд, можно было легко заметить, что количество табличек и саркофагов сильно отличалось.
— Зачем хранить тела павших здесь, в саркофагах? — с недоумением спросил Бай Сюаньбин.
— Во-первых, для защиты. Чтобы их останки не попали в чужие руки. Во-вторых, чтобы сохранить надежду. Если в будущем появится жрец-оракул, он сможет их воскресить. Хрустальные саркофаги предохраняют тела от разложения, — пояснил маршал и, сменив тон, продолжил: — К сожалению, очень немногим удается вернуть тела павших. Большинство героев предпочитают закончить жизнь самоподрывом.
— Чтобы не стать марионетками-упырями Короля Демонов Пламени? — нахмурившись, спросил Бай Сюаньбин.
— Похоже, ты понял суть… — серьезно кивнул маршал и с тяжелым вздохом добавил: — Но дело не только в этом. Короли Демонов используют тела павших самыми разными способами. Поэтому во время войны сохранить тело — большая удача.
Услышав это, Бай Сюаньбин принялся искать глазами среди саркофагов. Хоть он и помнил слова дяди Гуаня о том, что его родители подорвали себя, он все равно цеплялся за последнюю надежду.
— Не ищи. Их тел здесь нет… — с тяжелым вздохом сказал маршал.
— Но вы же говорили, что достаточно будет достигнуть 80-го уровня, и чтобы Сюэ’эр прошла четвертую смену профессии! — Бай Сюаньбин сжал кулаки так, что костяшки побелели.
— Прости… дитя. Я тогда обманул тебя, — не оправдываясь, виновато опустил голову маршал.
— Сюаньбин, дядя Гуань просто хотел нас мотивировать. Это была ложь во благо… — тихо попыталась успокоить его Тан Мэнсюэ.
— Сюэ’эр, не нужно меня защищать. Я действительно поступил неправильно, — прервал ее маршал. — Независимо от моих мотивов, я вас обманул. На самом деле, твои родители не смогли подорвать себя.
— Не смогли… что вы имеете в виду? — в потухших глазах Бай Сюаньбина снова зажегся огонек надежды.
Маршал Гуань нахмурился и, кажется, с большим трудом решился сказать:
— Я хотел рассказать тебе, когда придет время. Но, видя твою преданность, не могу больше скрывать.
— Дядя Гуань, не томите! — не выдержала стоявшая рядом Тан Мэнсюэ.
— Хорошо… — кивнул маршал. В его глазах промелькнули воспоминания, и лицо стало серьезным. — Когда мы приводили в действие план по запечатыванию, я был одним из тех, кто активировал великую печать. Я видел все своими глазами: как десять великих Королей Демонов окружили Великого маршала и Главного советника.
— Постойте… Великого маршала и Главного советника? — удивленно переспросил Бай Сюаньбин.
Он догадывался, что его родители были не простыми людьми. Ведь сдержать натиск десяти великих Королей Демонов мог не каждый. Но он и представить не мог, что его отец, Бай Юань, был предыдущим Великим маршалом Государства Лун! А его мать, Юнь И, — Главным советником. Когда-то они оба стояли на вершине власти. А он, несчастный, с самого детства был в неведении, думая, что родился в самой обычной семье.
— Верно… твои родители были бесспорными лидерами Государства Лун. После их героической гибели эти посты так и остались вакантными, — серьезно кивнул маршал.
— Отец, мать, как же вы меня обманывали! — с горькой усмешкой пробормотал Бай Сюаньбин.
— На самом деле, их самым большим желанием было, чтобы ты жил в мире и счастье. Даже если бы ты навсегда остался обычным человеком, — тихо сказал маршал Гуань, положив ему руку на плечо.
— Я понимаю их… — тихо прошептал Бай Сюаньбин.
С тех пор как он стал профессионалом, он каждый день жил в страхе, постоянно рискуя жизнью. Если бы не его невероятное везение, он бы уже десятки раз погиб.
В глазах его родителей, Алтарь Печати Демонов мог продержаться как минимум сто лет. Этого долгого мирного периода было бы достаточно, чтобы Бай Сюаньбин прожил относительно счастливую жизнь.
Но планы не всегда сбываются.
Они и представить не могли, что великая печать, за которую они отдали свои жизни, рухнет меньше чем через полгода.
— Получается, я не выполнил последнюю просьбу твоего отца. В конце концов, я все-таки позволил тебе пойти по их стопам… — с глубоким вздохом сказал маршал Гуань, и его лицо исказилось от вины и самобичевания.
После гибели Великого маршала, чтобы выполнить его последнюю волю, он поселил Бай Сюаньбина в отдаленном городке и исчез. Он все это время тайно присматривал за ним, но, чтобы не мешать его жизни, никогда не показывался.
Если бы Бай Сюаньбин не проявил такой поразительный талант, превосходящий даже талант его родителей, возможно, маршал Гуань никогда бы не вышел из тени и даже попытался бы помешать ему вступить в армию.
Но талант Бай Сюаньбина был слишком велик. Даже не вступая в армию, он бы смог добиться многого. Понимая, что не сможет остановить его рост, и в связи с внезапным появлением темного демона-короля, он был вынужден изменить свое решение. И, нарушив волю Великого маршала, он лично вывел Бай Сюаньбина на путь, полный терний.
— Дядя Гуань, не говорите так. Это был мой выбор, — покачал головой Бай Сюаньбин и тихо спросил: — Вы сказали, что видели все своими глазами. Что там произошло?
— Твой отец и мать были сильны, но двум кулакам трудно противостоять четырем рукам. Попав в ловушку пространственного домена, они не смогли даже подорвать себя. Твоего отца проглотил Король Демонов, Поглощающий Небеса, а твою мать превратили в марионетку-упыря и унесли в Мир Бездны… — сжав кулаки, с мрачным видом сказал маршал.
Даже спустя столько лет эти воспоминания были свежи, как будто это было вчера. Картина их героической гибели навсегда отпечаталась в его памяти, став для него примером на всю жизнь.
Услышав это, Бай Сюаньбин надолго замолчал. Хоть он и не видел всего этого своими глазами, одних слов было достаточно, чтобы почувствовать всю безысходность того момента. Не иметь даже возможности выбрать способ своей смерти — это, должно быть, было невыносимо.
— Уф… — глубоко вздохнув, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, спросил Бай Сюаньбин: — Я видел армию марионеток Короля Демонов Пламени. Почему там не было моей матери?
— Я тоже тогда удивился. И лишь после последней битвы с Церковью Бездны я понял, в чем дело… — ответил маршал.
— Какое отношение к этому имеет Церковь Бездны?
— Сначала пообещай мне, что не будешь горячиться! — не отвечая прямо, серьезно сказал маршал.
Бай Сюаньбин, хоть и был в полном недоумении, чтобы поскорее узнать правду, без раздумий кивнул:
— Не волнуйтесь. Пока я не отомщу, я не буду делать глупостей.