Это была арена высшего ранга в Небесном городе, открывающая свои врата лишь во время Всемирного совещания.
Благодаря особому защитному барьеру, окутывающему весь город, настоящая смерть здесь была невозможна, и Легендарная Арена не была исключением.
Единственным отличием было то, что смерть на Легендарной Арене каралась удвоенной потерей очков опыта, а проигравший принудительно погружался в состояние слабости на двадцать четыре часа.
К этому моменту делегации всех стран уже заняли свои места на трибунах.
В глазах зрителей горел азартный огонь, подобный звездам в ночном небе, и все взгляды были прикованы к двум фигурам, выходящим на арену.
— Эй… как думаете, у кого больше шансов?
— Тут и думать нечего… Маршал Бай лично прикончил двух Лордов Бездны. Как Сунил может быть ему соперником?
— Не скажи! Класс Сунила — настоящий кошмар, особенно в дуэлях. Даже старик Факс его побаивается!
Битва еще не началась, а трибуны уже гудели от споров.
Гуань Цзыцзай и Шэнь Чжун не обращали внимания на шум за спиной. Оба напряженно смотрели вниз, готовые вмешаться в любую секунду.
Хоть они и верили в победу Бай Сюаньбина, перестраховаться не мешало.
Потеря места в Совете — это полбеды. Но поражение поставит крест на амбициях возглавить объединенную армию.
Если дела пойдут плохо, они вмешаются, наплевав на репутацию. Лучше потерять место в Совете, но сохранить шанс на верховное командование. В конце концов, статус члена Совета — ничто по сравнению с властью над армией мира.
Фэй Яньна, слушая пересуды и видя мрачные лица маршалов, тоже начала волноваться.
Поколебавшись, она повернулась к соседке и тихо спросила:
— Тетя, как думаешь, кто победит?
— Ты знаешь маршала Бая лучше меня. Это я должна спрашивать тебя, не так ли? — Императрица Зимы слегка приподняла бровь.
Фэй Яньна надула губки, изображая обиду:
— Я знаю капитана, но я ничего не знаю про этого Сунила.
— Не смотри, что Сунил выглядит простовато. Сила у него есть. Даже если бы я вышла против него один на один, я бы дала себе лишь 70% на победу, — мрачно произнесла Императрица.
— А? Что у него за класс такой, раз он настолько опасен?.. — Фэй Яньна невольно сжала кулаки, сердце ёкнуло от тревоги за Бай Сюаньбина.
Она прекрасно знала силу своей тети. Если бы Императрица не сняла свою кандидатуру, она была бы одним из фаворитов гонки за пост главнокомандующего. И если даже такой монстр, как она, дает Сунилу такую высокую оценку, а маршалы Гуань и Шэнь так нервничают, значит, этот парень действительно не прост.
— Его класс — Жнец Душ. Это высший подкласс чернокнижника. Самое противное в нем — Духовные марионетки. Они игнорируют любую защиту и наносят чистый урон душе, — терпеливо объяснила Императрица.
— О… — плечи Фэй Яньны расслабились, камень с души упал, и на губах заиграла легкая улыбка.
Она с облегчением выдохнула.
Всего-то урон по душе… А она уж испугалась, что там какой-то ультимативный козырь!
Для обычного человека атаки, бьющие прямо по душе и игнорирующие броню, — это смертный приговор. Но для капитана с его «Духовной Связью» это просто комариные укусы!
«Рано радуешься…» — холодный голос Императрицы прозвучал как звон льдинок. Она не обернулась, ее взгляд, острый как игла, пронзал пространство, видя скрытую угрозу. — «Настоящий ужас Жнеца Душ не в прямом уроне, а в его непредсказуемых методах контроля души. Исход боя далеко не предрешен».
Она слегка приподняла ресницы, устремив взор в центр арены.
Солнце палило нещадно, но сквозь его тепло просачивался могильный холод, словно дыхание самой преисподней. Он проникал под кожу, вызывая мурашки и леденя спину.
— Я… я все равно верю в капитана! — беззаботность Фэй Яньны как ветром сдуло, улыбка застыла, а голос дрогнул. Она поняла, что тетя не бросает слов на ветер.
Крак… Крак…
С последним вспыхнувшим руническим символом барьер замкнулся. Шум толпы словно отрезало ножом. Наступила мертвая тишина. Все взгляды приковало к двум фигурам на песке.
Бай Сюаньбин и Сунил стояли в тридцати метрах друг от друга. Их взгляды скрестились, высекая искры. Воздух между ними дрожал от напряжения.
— Не знающий неба и земли мальчишка, — губы Сунила растянулись в жестокой усмешке.
Он медленно поднял костлявую руку. В его ладони заплясал мертвенно-бледный огонек, похожий на болотный фосфор.
Свет сгустился, приняв форму костяной флейты, испещренной резьбой в виде кричащих черепов — Костяная Флейта Пленения Душ!
Как только артефакт появился, по арене разлилась волна холода, и зрители в первых рядах почувствовали, как чьи-то невидимые пальцы сжимают их сердца. Казалось, тысячи неупокоенных душ зашептали им в уши.
Любой, кто способен призвать именное оружие, — гений среди гениев.
Всемогущий куб Бай Сюаньбина был из той же оперы, просто его способность копировать любое оружие затмевала этот факт. Но Костяная Флейта Сунила ясно давала понять: перед ними мастер высочайшего класса.
— Хватит трепаться. Покажи, на что способен! — Бай Сюаньбин демонстративно поковырял в ухе мизинцем, словно отгоняя назойливую муху.
Висящий рядом куб завращался, трансформируясь с невероятной скоростью. Вжух! И в его руке уже лежала черная световая сабля, окутанная темной энергией. Острие уставилось на врага.
— Хе-хе-хе… Как пожелаешь, — Сунил издал скрипучий смешок, любовно поглаживая флейту, как тело возлюбленной. В его мутных глазах вспыхнул садистский блеск.
Он поднес инструмент к губам.
Ууу-ууу-ууу!!!
Пронзительный, душераздирающий звук разрезал тишину! Казалось, сам ад разверзся прямо на арене. Звуковая волна ударила в барабанные перепонки, неся с собой леденящий ужас. Даже барьер пошел рябью!
Но страшнее всего было то, что звуковые волны, вырываясь из отверстий флейты, превращались в материальные нити энергии. Ядовито-зеленые, мертвенно-белые, кроваво-красные — они сплетались в воздухе в безумном танце.
В мгновение ока из этого хаоса сформировались полупрозрачные, извивающиеся твари — Проклятые Змеи! Они беззвучно шипели, источая ауру проклятия и смерти, и их холодные вертикальные зрачки уставились на Бай Сюаньбина.
Вшух! Вшух! Вшух!!!
Бай Сюаньбин не стал ждать, пока твари обретут полную силу. Он атаковал первым!
Черный клинок взорвался вспышкой грозового пламени. Серия черных, как смоль, разрезов рассекла воздух, обрушиваясь на врага стеной смерти!
Скорость была запредельной. Зрители успели заметить лишь размытые тени, прежде чем барьер арены содрогнулся от серии мощных ударов, похожих на раскаты грома!
— Что происходит? Промахнулся? — Императрица Тянью впилась ногтями в ладони, подавшись вперед.
Она нервничала больше, чем если бы дралась сама. На кону стояло будущее ее страны. Но, увы, ее глаза не успевали за ходом битвы.
— Попал, — спокойно прокомментировала Императрица Зимы, не отрывая взгляда от арены. — Но Проклятые Змеи нематериальны. Они сотканы из обиды и душ. Физические атаки им не страшны…
Тянью с надеждой повернулась к ней:
— И… и как же их уничтожить?
— Я точно не знаю, — Императрица Зимы покачала головой, в ее ледяных глазах мелькнула тень беспокойства. — Слышала лишь обрывки… Сама я с такой мерзостью не сталкивалась. Но, полагаю, единственный путь — бить по кукловоду.
Действительно, смертоносные удары Бай Сюаньбина прошли сквозь змей, как нож сквозь дым, не причинив им вреда и даже не замедлив их движения.
Глаза Бай Сюаньбина сузились. Мгновенная смена тактики.
Куб в его руках снова поплыл, трансформируясь. Через долю секунды он сжимал массивную, хищную Снайперскую Винтовку Аида!
Он сделал вдох. Холодное дуло, как голова кобры, замерло, нацелившись точно в переносицу Сунила.
Бзззт… Вуммм!!!
Винтовка начала наливаться слепящим светом молний и огня. Звук накапливаемой энергии перешел в ультразвуковой визг, похожий на рев запертого дракона.
Аура разрушения захлестнула арену, сфокусировавшись на одной точке.
Глык…
Сунил с трудом сглотнул. Ледяное чувство неотвратимой смерти сжало его сердце. Он был на мушке у самой смерти.
Холодный пот выступил на лбу. Инстинкт вопил: «Уклоняйся!» Но…
Невидимая гора обрушилась на плечи, пригвоздив его к месту!
— Проклятье… Что за?!
Лицо Сунила побагровело, ноги налились свинцом и задрожали. Каменные плиты под его ногами беззвучно покрылись сетью трещин, не выдерживая чудовищного давления.
— Он что, от страха остолбенел? Чего он стоит? — недоуменно воскликнула Тянью.
— Не хочет, а не может, — фыркнула Фэй Яньна, к которой вернулась уверенность. — Гравитационное поле капитана. Куда там хилому чернокнижнику вырваться? Всё, победа в кармане, скукотища…
Но Императрица Зимы лишь сильнее нахмурилась, молча наблюдая. Ее тревога не утихла, а лишь усилилась.
Увидев это, Фэй Яньна прикусила язык. До нее дошло: Сунил — топ-игрок мирового уровня. Не мог он слиться так просто!
БАМ!!!
Громовая Пуля Небесного Пламени вырвалась из ствола!
Она неслась, как разъяренный дракон, разрывая пространство, и с хирургической точностью ударила в лоб Сунила.
Взрыв грома и огня поглотил фигуру чернокнижника и его призрачных змей!
— А-А-А-А!!!
Из эпицентра взрыва донесся вопль. Но это был не крик мужчины… Это был пронзительный, полный агонии визг женщины средних лет!
Пламя опало, дым рассеялся.
Из облака пыли неторопливо вышел невредимый Сунил. На его губах играла омерзительная, издевательская ухмылка.
В руке он небрежно держал обугленную, дымящуюся куклу размером с ладонь. Она все еще слабо подергивалась.
Сунил потряс ею, как трофеем, и прогнусавил:
— Ай-яй-яй… А ты жесток, парень. Неужели всерьез решил меня убить?
Зрачки Бай Сюаньбина сузились в точки. Он проигнорировал слова врага, не в силах оторвать взгляд от куклы.
Она дергалась в руке Сунила, словно живая. И тот душераздирающий вопль… он исходил от неё!
Только сейчас он заметил: на широком поясе Сунила висели десятки таких кукол. Разные формы, разные материалы. Раньше они висели безжизненно, и он принял их за странные украшения. Но теперь…
В каждой из этих кукол была заточена живая душа!
— Что за чертовщина?! — Бай Сюаньбин был потрясен. Такая магия выходила за рамки понимания.
Он мгновенно активировал навык:
— Око Громовых Волн Мрака!
В отличие от старого «Ока», новое работало бесшумно, сканируя саму суть вещей. Невидимые волны окатили Сунила.
Секунда.
Шок на лице Бай Сюаньбина сменился яростью, от которой темнело в глазах. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки, а зубы заскрипели.
В каждой из этих кукол билась в агонии человеческая душа!