Эти слова, словно гигантский валун, брошенный в спокойное озеро, подняли тысячу волн!
Как только фраза повисла в воздухе, зрачки всех присутствующих резко сузились!
Изумление, застывшее на лицах, словно ледяная корка под ударом молота, пошло трещинами неверия.
— О Боже мой!..
Кто-то вскрикнул, и этот крик, вырвавшийся из горла, был полон шока, подобного цунами.
— Э-этого… этой запредельно крепкой защиты уже было достаточно, чтобы напугать до чертиков! — кадык у говорившего дернулся, голос звучал сухо и дрожаще.
— Он… он еще и пространственную телепортацию поддерживает?! — другой голос взлетел до визга, наполненный абсурдным чувством перевернутой реальности.
— Это, мать вашу, уже не просто «против правил»… Это полное лишение Бездны шансов на выживание! — подхватил кто-то рядом, тяжело дыша и вытаращив глаза.
— Не пробить! Не поймать! Да еще и, мать их, приходят и уходят как хотят!
Смуглолицый мужчина в порыве эмоций топнул ногой так, что земля, казалось, содрогнулась трижды. Его грубая ладонь с звонким шлепком ударила по бедру, лицо покраснело до свекольного оттенка:
— Это чувство безопасности… черт возьми, вызывает привыкание! С этого уже не слезешь!
— Ха-ха-ха! Даже думать об этом кайфово! Красота!
Громоподобный смех взорвался, заставляя звенеть в ушах.
Говорил широкоплечий, крепкий ветеран. Он согнулся, его грудь ходила ходуном, как кузнечные меха, а густая борода дрожала от возбуждения:
— Я, старик, полжизни таскал свою голову по горам трупов, но только сегодня у меня открылись глаза, и я узнал, что значит, мать его, «воевать с шиком»! Такая война… черт побери, я хочу выдвигаться прямо сейчас, ворваться на передовую и раздавить яйца этим отбросам из Бездны!
Волна возбуждения, подобная лесному пожару, охватила весь зал.
У кого-то побелели костяшки пальцев, кто-то в нетерпении потирал руки и беспокойно расхаживал взад-вперед.
Казалось, в глазах каждого зажглись два ярких пламени. В них плясало не просто возбуждение, а сжигающая надежда, почти фанатичное стремление человека, увидевшего выход из тупика, словно они уже узрели зарю победы, которая раньше казалась недостижимой!
Однако.
В самом центре этого кипящего котла Бай Сюаньбин едва заметно нахмурился.
На его молодом, но необычайно спокойном лице не было того экстаза и удовлетворения, что у окружающих. Напротив, его окутывала легкая тень задумчивости.
Его острый взгляд медленно скользнул по величественному, сияющему Материнскому Кораблю. Взгляд этот был глубоким, как омут, и в нем читалась… неудовлетворенность и критическая оценка!
Немного помолчав, он резко поднял голову. Его взгляд, словно материальный холодный луч, пронзил шум. Голос был негромким, но звучал как звон металла, каждое слово отчетливо врезалось в уши присутствующих:
— Господа, успокойтесь.
Шум мгновенно стих.
Сотни взглядов сфокусировались на нем.
Лицо Бай Сюаньбина было суровым, спина прямой, как копье. Он произнес твердо и решительно:
— То, что демонстрирует сейчас Материнский Корабль Войны, — это лишь его третья форма.
Он сделал паузу, и каждое слово, казалось, весило тысячи цзиней:
— Я приложу все силы, чтобы в кратчайшие сроки довести его до прорыва на… четвертый уровень!
— И тогда, — его взгляд, острый и не терпящий сомнений, обвел зал, — проблема слабой защиты, которая, возможно, все еще беспокоит вас, перестанет существовать!
БУМ!!!
Тишина! Мертвая тишина!
Она длилась лишь мгновение, словно застывшая вечность! Но в следующую секунду…
Словно метеорит рухнул в ледовитый океан! Словно миллионы вулканов одновременно изверглись в бездне!
Весь зал… просто взорвался!
Это было безумнее и яростнее, чем когда-либо прежде!
— Чт… Что?!
Кто-то, словно его душили, выпучил глаза, лицо посинело, дыхание остановилось. Сухой голос звучал как сиплый мех:
— Этот… этот монструозный Материнский Корабль… может… может еще эволюционировать?!
— С-с-с… Матерь божья!
Рядом кто-то втянул воздух с таким свистом, что он, казалось, пробил крышу. Он в ужасе зажал рот рукой, глядя на корабль с таким страхом, словно перед ним был доисторический зверь:
— На третьем уровне он уже… громаден как звездная крепость! Способен вместить миллионную армию! А… а на четвертом…
Он не смел думать дальше. Кадык бешено дергался, на лице застыло непостижимое благоговение.
Воздух вокруг сгустился от ужасающей картины будущего.
Глоть…
Другой с трудом проглотил ком в горле. В его глазах мелькали сложные эмоции: страх, уважение и даже… нотка почти комичной жалости?
— Слишком… слишком жестоко… Как… как с этим вообще воевать?
Он смотрел на величественный силуэт корабля, и голос его дрожал:
— Я… почему я начинаю жалеть этих бедолаг из Бездны?
…
Толпу словно смыло невидимой гигантской волной.
На лицах людей сталкивались, кипели и смешивались ужас, экстаз, недоверие, головокружение…
Бледность сменялась багрянцем, эмоции были яркими, как перевернутая палитра, словно разыгрывалась безмолвная пьеса безумия!
Так вот оно что! Неудивительно!
Неудивительно, что его слова звучали как сталь! Каждое слово звенело!
Это был не пустой блеф!
В его руках… действительно было оружие, способное перевернуть миропорядок и сокрушить стены Бездны… Божественный Артефакт!
Кр-рак! Кр-рак! Кр-рак!..
В тот момент, когда слова «четвертый уровень» рухнули как молот!
За спиной Факса, у группы представителей верных союзников, одетых в костюмы и до последнего сохранявших спокойствие, ментальная защита рухнула в одночасье!
Они больше не могли усидеть на месте. Словно муравьи на раскаленной сковороде, они беспокойно ерзали и топтались!
Еще в момент раскрытия личности Божественного Целителя Тан Мэнсюэ в сердцах этих старых лис проросли семена предательства. Но их сдерживали путы сложных интересов и накопленный авторитет Империи Белого Орла.
Больше всего их беспокоило: даже если они перейдут, сколько места останется для них на этом величественном корабле?
Но теперь!
Четвертый уровень!
Эти простые слова разбили все сомнения и опасения!
Проблема вместимости исчезнет!
Аппетит Материнского Корабля, вероятно, позволит проглотить все легионы человечества!
Шанс! Один на миллион! Упустишь — не вернешь!
— М-маршал… простите…
Высокий худой мужчина первым поклонился, голос его дрожал и пересыхал, пот градом катился по лбу.
— Тысяча извинений, лорд Факс!
Следом лысеющий мужчина средних лет склонил голову. Он говорил быстро, но в глазах горел огонь решимости:
— Обстоятельства вынуждают… мы должны… мы обязаны нести ответственность за миллионы наших граждан!
— Судьба семьи… не может быть похоронена здесь…
Еще один старик в богатых одеждах с трудом сложил руки в жесте извинения, не смея взглянуть в лицо Факсу, и резко развернулся!
Один!
Два!
Три…
Словно падающее домино!
Извинения звучали одно за другим, поспешные и краткие, полные нескрываемой трусости, но и отчаянной спешки.
Они опускали головы и почти бегом, жалко, покидали этот холодный «остров» вокруг Факса, бросаясь в бурлящее, полное жизни «море людей» за спиной Бай Сюаньбина!
Победа? Исход уже был решен и не подлежал сомнению.
Они боролись за будущее!
За жизненно важное место на борту этого великого корабля, который вот-вот вознесется!
Этим немедленным переходом они хотели выжечь клеймо верности в сердце Бай Сюаньбина, нового короля человечества, которому суждено править миром!
И этим вопиющим предательством, на глазах у всего мира, они отрезали себя от Империи Белого Орла — той гигантской скалы, в тени которой они когда-то укрывались, но которая теперь прогнила насквозь… Полный разрыв!
Хруст! Хруст! Хруст…
Факс застыл на месте.
Его лицо было мрачным, как свинцовые тучи перед концом света!
Губы сжались в бескровную линию, кадык беззвучно и яростно дергался.
Железные кулаки, спрятанные в рукавах маршальского мундира, сжались с такой силой, что суставы издавали пугающий треск, похожий на взрывы петард!
Казалось, в следующую секунду он раздавит воздух в ладонях!
Он медленно, механически повернул голову, словно это движение стоило ему титанических усилий.
Он хотел посмотреть, сколько пешек осталось в этой сети власти, которую он плел десятилетиями… сколько еще не пало.
Поле зрения…
Холодная… пустота!
Огромное чувство потери и внезапное, острое унижение, словно миллионы ледяных игл, мгновенно пронзили его гордое сердце!
Боль была не острой, но пронизывающей холодом до костей, она стремительно растекалась по венам, замораживая каждый дюйм его крови!
Уголки рта… бесконтрольно, с трудом поползли вверх.
В конце концов, они образовали искаженную ухмылку, уродливее плача, смесь абсолютной горечи и безумной самоиронии.
— Хе-хе… ха… ха-ха… — беззвучный вой перекатывался в груди.
Нет!
Подождите!
Тело Факса яростно содрогнулось!
Пронзительный холод схватил его за спинной мозг!
Как… как может быть, что там никого нет?!
То, что союзники-флюгеры предали, хоть и позорно, но ожидаемо!
Но…
Неужели… неужели даже… даже…
Абсурдная догадка, как ядовитая лиана, мгновенно обвила его готовое разорваться сердце!
Он резко вытаращил налитые кровью глаза, зрачки от предельного шока сузились в опасные точки!
— Хххррр!..
Из горла вырвался сдавленный хрип, похожий на рык раненого зверя!
Словно под ударом невидимой гигантской силы, он резко развернулся всем телом, так быстро, что одежда издала свист!
Его глаза, полные ярости и безумия, как два отравленных кинжала, яростно шарили по шумному «вражескому лагерю» напротив, где колыхалось море голов и знамен!
Он отчаянно искал в этом людском потоке и лесе флагов!
Нашел!!
Прямо на краю этой ослепительной, бурлящей как океан толпы! Знамя — до боли знакомое знамя, которым он когда-то гордился!
Теперь оно, словно яркое клеймо позора, смешалось с бесчисленными другими флагами!
Оно развевалось, плясало, высоко поднятое руками членов делегации самой Империи Белого Орла!
Белый фон! Золотой двуглавый орел! Звезды и полосы!!
Это была… эмблема Империи Белого Орла!
Он! Факс!
Непобедимый дух армии Белого Орла! Всемогущий Великий Маршал!
Высший представитель, ступивший сюда от имени величайшей славы Империи!
Неужели… неужели…
Даже его собственная делегация! Даже те соотечественники, что должны были быть связаны с ним кровью и делить славу и позор!
Все выбрали… предательство?!
Все встали… против него!
Это… это уже не унижение!
Это полное уничтожение чести Империи, его, Факса, пожизненной репутации и достоинства! Втоптали в грязь! И растоптали миллионами ног!
Абсурд! Пронизывающий до костей абсурд!
Высшая ирония! Словно ледяной яд, она мгновенно проникла в каждый дюйм его костного мозга!
— Вы… вы!!
Палец Факса, дрожащий как осенний лист на ветру, указывал прямо на делегацию Империи Белого Орла. Глаза вылезли из орбит, налились кровью, казалось, вот-вот лопнут! Голос, искаженный предельной яростью, сорвался на визг, режущий слух:
— Вы — тоже предаете меня?!
В зале повисла мертвая тишина, слышно было биение каждого сердца. Тяжесть бесчисленных взглядов давила на центр.
Старец с абсолютно седыми волосами и бородой, под взглядами всех присутствующих, нетвердой походкой, но с необычайной решимостью вышел вперед.
Он был из Империи Белого Орла, один из самых доверенных людей Факса.
Встретив взгляд Факса, готового пожрать его живьем, старик не отступил, а наоборот, медленно выпрямил сгорбленную спину.
Его голос был негромким, но четким и спокойным, как камень, брошенный в стоячую воду:
— Лорд Факс.
— Каждая крупица силы Империи Белого Орла, каждый взгляд — все направлено лишь на защиту коренных интересов Империи.
Он сделал паузу, обвел взглядом присутствующих с их разными выражениями лиц и в конце концов вернулся к искаженному яростью лицу Факса:
— Ситуация предельно ясна. Доверить силу господину Бай Сюаньбину — это единственный правильный путь в будущее для нашей Империи и для всего человечества.
Слова упали с металлическим звоном, не оставляя пути назад.
— Ха… ха-ха… ха-ха-ха!
Услышав это, Факс сначала остолбенел, а затем разразился пронзительным, неконтролируемым безумным хохотом! Он смеялся, сгибаясь пополам и хлопая себя по коленям, слезы текли ручьем!
— Хорошо!!
Он резко оборвал смех. Грудь бурно вздымалась, мышцы лица дергались от сдерживаемой ярости.
— Хорошо сказано про интересы государства!!
— Отлично сказано про… самый правильный выбор!!
Его налитые кровью глаза медленно обвели знакомые и незнакомые лица вокруг.
Бывшие союзники, один за другим, отводили взгляды.
Пронизывающий холод пополз по позвоночнику к затылку.
Он, от начала и до конца, стал самым смешным и жалким клоуном в этой игре престолов!
Последняя искра сопротивления в его сердце была окончательно потушена этим ушатом ледяной реальности.
Казалось, прошел целый век.
Словно из него высосали весь костный мозг, у него больше не было сил поддерживать фальшивое достоинство. Он бессильно повернул одеревеневшую шею и посмотрел на молодого человека, который все это время стоял спокойно, как бездна, с безразличным выражением лица:
— …Ты победил! — Голос был сухим и хриплым, каждое слово словно скребло по наждачной бумаге.