Я взмахнула волшебной палочкой, и всё в магазине загорелось.
Мы с Олливандером быстро всё залили водой. И мне было любопытно увидеть, как он наколдовал воду кончиком своей волшебной палочки, но я был сосредоточен на насущной проблеме.
Он посмотрел на меня тяжелым взглядом, выхватил волшебную палочку из моей руки и положил ее обратно.
«Я заплачу», — сказал я, но он ничего не ответил.
«Попробуйте вот эту струну, Elder Wood, Dragon Heart, от особенно сварливого дракона. Очень жесткая, но не бескомпромиссная».
Я взял в руку палочку более темного цвета, и Олливандер быстро произнес множество заклинаний в целях самозащиты.
Честно говоря, я думаю, он перегибал палку, у меня пока было всего одна или две аварии.
Я взмахнула волшебной палочкой и почувствовала звон в ушах.
Возможно, это произошло из-за звуковой волны, которая разбила все оставшиеся стекла в магазине… и, судя по всему, соседей.
Мы это поняли… по дырам в здании…
«…Я заплачу».
«Так ты и говорил», — он поджал губы. — «Это точно не тот случай».
[Ты думаешь, что части, связанные с драконом, — это плохая идея? Ну, учитывая ?"] — прошептал Ддраиг у меня в голове.
…это было вполне обоснованное соображение.
«Мистер Олливандер, как вы думаете, может ли тот факт, что в моей душе живет Дракон, сделать части Дракона в волшебных палочках нестабильными?»
Олливандер долго смотрел на меня. «Я приму это во внимание».
[По крайней мере, у тебя хитрость дракона.] Ддраиг фыркнул.
У меня было смутное ощущение, что этот мастер по изготовлению волшебных палочек потакает мне, как ребенку.
«Части единорога просто закончились », — промычал Олливандер. «Нам не нужно повторения этой ситуации ». Он взглянул туда, где раньше стояла его стойка. «…и части дракона ». Он сморщил нос. «Очень хорошо. Основные ядра, которые мы здесь используем, — это нить сердца дракона, хвост единорога и перо феникса, хотя последнее значительно реже встречается, учитывая, что у меня их всего один или два в год. Но, думаю, это не повредит».
Он начал рыться в футлярах для волшебных палочек, пока не достал еще одну. «Это интересное сочетание. Черный орех, который обычно не очень хорошо сочетается с пером феникса, но феникс директора Дамблдора несколько лет время от времени садился на него, что сделало это сочетание довольно интимным. Авантюрное, но не безрассудное. Готовое летать на свободе, но также и погружаться в неизведанное». Он протянул ее мне.
Я с неохотой взял его в руку, и он показался мне… теплым, даже приятным. Мне показалось, что я смутно слышал тихое щебетание, мелодичное по своей природе.
Даже Олливандер выглядел осторожно оптимистичным. Он очень медленно приблизился ко мне, чтобы лучше рассмотреть меня. «Очень любопытно».
«Неужели?» — спросил я.
«Честно говоря, я понятия не имею, что произошло», — признался он. «Мы уже использовали 73 волшебные палочки, и я просто рад, что это не привело к немедленному взрыву в моем магазине».
Да, это справедливо.
«Мне совершенно не под силу говорить это, господин Швайнорг, но, пожалуйста, взгляните на это».
Я слегка поморщился, предчувствуя грядущие разрушения, и осторожно взмахнул волшебной палочкой.
Ничего не произошло.
Мы с Олливандером с любопытством разглядывали палочку, пока вдруг из ее кончика не вырвалось облако дыма прямо ему в лицо.
Он беспорядочно кашлянул, отмахиваясь от облака пара, и перевел дыхание. «Значительно менее разрушительно, хотя и неприятно». Казалось, он усмехнулся, оценив невыразительный эффект. «Хорошая отправная точка, весьма любопытно». Он вновь одарил всех улыбкой.
«Прошу прощения, это было непреднамеренно…»
Он моргнул, а затем усмехнулся. «Уверяю вас, господин Швайнорг, пускать мне дым в лицо — это не то, чем стоит похвастаться. Бывало и хуже… если не считать сегодняшнего дня, конечно».
«Э-э… я говорила не об этом». Я поморщилась, указывая на его лицо.
Он нахмурился, взмахнув волшебной палочкой в сторону лежащего рядом куска дерева, предположительно, взятого из стены. Палочка превратилась в зеркало, что заставило меня поднять бровь. Он поднял его и безэмоционально уставился на свое отражение.
«Если бы я не присутствовал в течение последних двух часов проверки с помощью волшебной палочки, я бы вам не поверил», — наконец сказал он.
На его лбу был нарисован красный пенис.
«Клянусь, это было непреднамеренно», — повторила я, хотя и с трудом сдерживала смех.
«Да-да. Полагаю, волшебная палочка выражает своё недовольство », — фыркнул он, выхватывая её из моей руки. «Феникс директора, будучи святым и величественным созданием, имеет тенденцию опускаться до уровня канавы из-за своего чувства юмора».
Он уже говорил об этом раньше, о том, что у предполагаемого директора Хогвартса есть феникс, а я как-то проигнорировал это.
Но… это довольно круто.
Это был тот же самый вид феникса, который мне был знаком? Или это просто такое название? То же самое и с драконами, я удивлен, что у них так много частей драконов, которые можно собрать.
Найти не слишком умного дракона у себя на родине не так уж сложно, но даже они довольно сильны по меркам обычных людей.
Он достал из кармана платок и вытер голову.
Фаллос даже не размазался.
Он закатил глаза и поднёс к нему свою палочку. "Конечный."
Я наблюдал, как он пытался сотворить заклинание, оно воплотилось в жизнь и отразилось на рисунке у него на лбу.
Он посмотрел на себя в зеркало и нахмурился. « Конечный Инкантатум! » Его магическая энергия двигалась гораздо агрессивнее, но изображение на его лбу всё ещё оставалось.
«…Клянусь, это было непреднамеренно».
У него дернулся глаз. «Прекрасно». Казалось, он сдался. «Придется позже навестить эту проклятую птицу, чтобы ее вырвать. Магия Феникса слишком капризна, даже если она исходит всего лишь от перышка». Он проворчал себе под нос.
«Может, нам просто стоит сдаться?»
Он резко повернул голову ко мне. «Господин Швайнорг, на данном этапе это вопрос гордости. Я позабочусь о том, чтобы у вас была волшебная палочка, даже если мне придётся изготовить новую. Тем не менее… возможно, пришло время мне достать некоторые из моих первых экспериментов».
"Ой?"
«В молодости, прежде чем остепениться, я экспериментировал со многими… экзотическими материалами». Он гордо надулся и скрылся в глубине своей мастерской.
Эффект был бы более впечатляющим, если бы часть близлежащей стены не обрушилась сразу после его ухода.
Честно говоря, я удивлялся, как его магазин до сих пор стоит. Может, это свидетельство архитектурного совершенства этого места?
Он быстро вышел, держа в руках охапку коробочек с разными волшебными палочками. Без лишних церемоний он свалил их все в кучу на стоявший стул.
«Я отказываюсь верить, что мы не найдем вам подходящую волшебную палочку», — заявил он, роясь в них. «Вот она. Вы сказали, что вы из Японии? Так уж получилось, что у меня есть кое-какие материалы оттуда. Японский кедр и рог Они ».
— Вы сказали «рог Они»? — Я удивленно моргнул. — Я искренне удивлен, что вы можете утверждать, что у вас есть что-то подобное.
«У меня до сих пор остались шрамы от этого заболевания». Он неловко улыбнулся.
О, Боже.
Я взял это из его руки, и это показалось… неправильным.
Я сразу это почувствовал, в отличие от драконов или даже единорогов, которые меня категорически отвергли, возможно, из-за моей темной натуры полудемона.
Этот человек просто нагло меня ненавидел, и это не по моей вине. «У меня такое чувство, что из этого ничего не выйдет».
«Просто слегка подбросьте мяч, мистер Швайнорг. Посмотрим, насколько мы промахнулись, чтобы я знал, что делать дальше».
«Нет, серьёзно. У меня плохое предчувствие».
«Господин Швайнорг, могу с полной честностью сказать, что на данном этапе вы вряд ли сможете сделать что-то хуже ».
"….вы уверены?"
«Просто… щёлкните им, мистер Швайнорг».
«Я в этом не виноват», — заявил я, подняв табличку и небрежно помахав ею.
В одно мгновение нас с Олливандером отбросило на ноги, и мы с силой ударились о стены комнаты. Невидимая сила устремилась вверх , поскольку я был достаточно внимателен, чтобы не направлять её в нашу сторону. Потолок магазина практически разлетелся на куски от удара.
Потребовалось некоторое время, но мы с мастером по изготовлению волшебных палочек снова поднялись на ноги.
"...Полагаю, я всё собирался сделать ремонт..."
«Люк под крышей — неплохая идея. Он действительно немного расширяет пространство и наполняет комнату естественным светом», — предложил я.
Как ни странно, мои слова его совсем не смутили. Может, он об этом думал?
Капля воды попала ему на нос.
Мы оба подняли глаза, и с неба полил дождь.
Стремительный крах.
Бросив взгляд в окно, мы поняли, что это происходит только над магазином.
Олливандер медленно сел посреди растущей лужи на полу. Несколько коробочек с волшебными палочками начали уплывать.
"...Я заплачу."
Этот взгляд, выражающий поражение, меня огорчил.
Его взгляд медленно поднимался вверх, пока не встретился с моим.
«Можно ли… принести с собой какие-нибудь свои материалы? Возможно, те, которые, как мне кажется, мне подойдут?» — наконец спросил я.
В его глазах снова вспыхнула искра желания. «Господин Швайнорг, я сделаю все возможное, чтобы изготовить для вас волшебную палочку из того материала, который вы сочтете подходящим . Я применю все навыки, которые приобрел за свою долгую жизнь, все те кропотливые часы, которые я посвятил изготовлению волшебных палочек. Я сделаю для вас одну из величайших волшебных палочек, когда-либо созданных человеческими руками».
"Да?" — признаю, это звучало захватывающе.
«Я прошу взамен только одно?»
"Что ты хочешь?"
«Никогда, ни за что больше не переступайте порог моего магазина после этого».
Это справедливо.
«Мистер Олливандер, вы там? Это же мракоборцы!»
Авроры? Почему это звучит знакомо?
«Никто не ответил, мы врываемся силой. Всем внутри лучше опустить свои волшебные палочки и поднять руки!»
Черт возьми, Волшебный Попо!
Они ворвались в дверь, одетые в одинаковые мантии. Однако...
Они огляделись вокруг, пораженные масштабами разрушений.
Глаза Олливандера были… пустыми, усталыми. Казалось, ему было все равно, отвечать или нет.
«Мистер Олливандер, кто это сделал?!» — спросил тот, кто стоял впереди.
Я поднял палец, указывая вниз по улице. «Они пошли в ту сторону».
Они посмотрели на меня и, не раздумывая , выбежали за дверь в указанном мной направлении.
Олливандер устало вздохнул.
У меня было предчувствие, что мне следует дать ему немного пространства…
Точка зрения Альбуса Дамблдора (директора Хогвартса)
«Спасибо всем за то, что пришли», — обратился я к своим сотрудникам. «Как вы знаете, летние каникулы почти закончились, поэтому нам показалось, что это подходящее время для проведения нашего ежегодного собрания. Прежде чем мы начнем, кто-нибудь хотел бы что-нибудь сказать?»
Фоукс радостно щебетал на своей насесте.
Несмотря на то, что мой Феникс сам ничего не говорил, ему нравилось участвовать в обсуждениях.
Вот почему мы обычно проводили это совещание в моем кабинете: он не любил покидать свое место, если только ему не нужно было этого делать.
Полагаю, я слишком сильно его избаловала за эти годы.
«Альбус, что мы будем делать с вакансиями, которые нужно заполнить?» — спросила Минерва.
Я погладил бороду, заметив, что все согласны. Мой учитель трансфигурации всегда добирался до сути проблемы, не тратя время на пустые разговоры.
«Да, это создает серьезную проблему. Уверяю вас, я не бездействовал этим летом, но было… тяжело», — обратился я к своим сотрудникам. «И дело не только в должности преподавателя Защиты от темных искусств, которую и так становится все труднее заполнить с каждым годом из-за проклятия, наложенного на эту должность».
«Я склонен согласиться с прошлогодним предложением Северуса», — вмешался профессор Флитвик. «Почему бы не ввести систему ротации преподавателей? Тогда каждый год они бы «уходили». Существует ли какое-либо положение этого предполагаемого проклятия, при котором бывший преподаватель не мог бы вернуться?»
Я покачал головой и вздохнул. «Такое решение было бы применено давным-давно. Боюсь, что что бы Сами-Знаете-Кто ни сделал с этой позицией, с проклятием , у него есть средства для противодействия , если мы попытаемся действовать умно».
«Бедный Вудри́к», — пробормотала Минерва. — «Его опозорили с тех пор, как стало известно о случившемся».
Да, молодой Вудри́к, один из наших выпускников. Именно он первым предложил эту идею, и она была достаточно оригинальной, чтобы мы решили попробовать. С первого раза всё получилось. Вудри́к преподавал год, потом мы перевели его на другого преподавателя, Вудри́к вернулся, чтобы проверить это на практике, а потом… ну…
Я точно знал, что Вудрику не было намеренно сбросить всю одежду со своих учеников и с себя самого, а также облиться… добавками для супружеского зелья.
Но это не создало хорошей картины, и мне пришлось объяснять Министерству, что произошло. Конечно, бедного Вудрика опозорили и выгнали из волшебного мира, и о нем больше никто ничего не слышал.
Возможно, нам стоит обратиться в Департамент магического правопорядка и узнать, могут ли они ежегодно предоставлять нам несколько мракоборцев?
Это позволило бы обойти первоначальную проблему, и я не думаю, что эта "Сглаз" оказал бы сопротивление, поскольку каждый раз преподавал бы новый человек.
К сожалению, я до сих пор не могу понять, как Тому удалось добиться такого эффекта. У него был дьявольский ум и темное сердце, но нельзя было отрицать его интеллект. Боюсь, в конце концов его магические знания превзошли даже мои…
«А как насчет остальных должностей?» — протянул Северус, вновь сосредоточив мои мысли на предстоящем совещании.
Несколько стонов, разнесшихся по комнате, отражали и мои собственные ощущения.
«Изучение маглов, теория магии, уход за магическими существами», — перечислил я. «Ах да, и защита от темных искусств».
В действительности нам в этом году понадобилось четыре новых учителя.
Практически… «А средств на замещение этих должностей у нас нет…»
«В числе прочего, необходимого». Профессор Хуч фыркнул.
«Роланда, я искренне сожалею. Я знаю, что обещал новые метлы в этом году, но ситуация от нас не зависит». Я извинился перед нашим инструктором по полетам.
«Я тоже раздражена, Альбус», — добавила мадам Помфри. «Вы представляете, скольким студентам мне приходится оказывать помощь в нашем лазарете каждый год из-за этих проклятых метел Мерлина?»
Эта головная боль преследует меня каждый год.
«У меня совершенно связаны руки, наш бюджет выглядит неважно. В нынешнем виде нам придётся с трудом изыскивать средства, чтобы хотя бы нанять людей на замену, чтобы заполнить недостающие должности».
«У тебя наверняка есть какой-то план, Альбус?» — спросил профессор Спраут.
«Конечно, да», — улыбнулся я. «Во-первых, я думаю, Хагрид сможет заменить меня в отделе по уходу за магическими существами».
Вокруг раздался шепот и гримасы. Я снова понял, что они чувствуют. Хагрид был хорошим человеком, очень хорошим человеком, но он часто упускал из виду очевидное, когда дело касалось магических существ. А именно, что они очень опасны для людей даже при самых благоприятных обстоятельствах.
Мне придётся за ним присматривать.
Он уже говорил, что на несколько лет откажется от зарплаты из-за инцидента с драконом.
Следует признать, что это привело к значительному сокращению нашего бюджета, поскольку мне пришлось отправить некоторое количество золота в определенные места, чтобы все уладить.
Выращивание драконов без соответствующих разрешений было незаконным не просто так.
Но я отвлеклась, у него были благие намерения, и это всё, чего я могу желать.
Но в основном наш бюджет был значительно сокращен из-за инцидента с философским камнем, который мне одолжил Николас. Вернее, с поддельным.
Он хотел на время исчезнуть, потому что его беспокоило слишком много людей. А я хотел проверить одну теорию и выманить Тома, если он всё ещё был где-то поблизости.
Всё получилось… совсем не так, как я ожидал.
Тролль бродил по коридорам, чуть не убив студента. Сколько денег мы потратили на то, чтобы придумать эти ловушки для того, чтобы добраться до камня…
Я никогда не был человеком, чрезмерно заботящимся о денежной выгоде, но даже мне было больно выбрасывать столько галлеонов на ветер.
Я старалась не вызывать беспокойства, но мы оказались в шатком положении. Совет директоров и так уже давил на меня, требуя найти замену, и намеренно не увеличивал наш бюджет, чтобы иметь хоть какой-то рычаг давления на меня.
Губы Минеры сжались. «Это одна позиция. А остальные?»
«Со мной связался один из наших бывших студентов, готовый занять должность защитника в этом году». Я невольно улыбнулся. Мне всегда нравилось, когда бывшие студенты возвращались.
"ВОЗ?"
«Ну, это же юный Гилдерой Локхарт. После всех своих приключений по всему миру он решил, что пришло время отплатить добром молодежи волшебной Британии и поделиться своими знаниями». Я усмехнулся.
«…Директор, вы серьёзно?» — сухой тон Северуса, казалось, выражал мнение всех присутствующих.
К сожалению, это так.
«Альбус, я помню, как преподавала Локхарту. Он едва сдал экзамены по Защите от темных искусств». Минерва нахмурилась. «А Мерлин знает, что вся эта банальность в его книгах — сплошная ложь».
«Ну, Минерва, я думаю, нам стоит дать ему шанс». Если, конечно, ты не хочешь платить из своего кармана?
«Сколько тебе платят в качестве взятки, Альбус?» — Минерва прищурилась.
«Минерва, как ты могла намекнуть на такое? Уверяю тебя, Локхарт не подкупает меня ради этой должности».
"...а сколько мы ему платим?" — она подняла бровь.
"...Я с трудом понимаю, почему..."
« Альбус ». Глаза заместителя директора опасно сузились, когда она посмотрела на меня. Именно в такие моменты, несмотря на ее исключительную компетентность и то, что она была действительно достойной преемницей на посту директора, я испытывал легкое сожаление по поводу своего решения.
Я откашлялся. «Локхарт счел нужным не требовать компенсацию за период своей работы в этом году».
«Да, я так и думала». В этой ситуации тон Минервы был подобен тону Северуса.
Прежде чем я успел что-либо ответить, послышался слабый стук в мое окно.
Две зайчихи стучали в мое окно.
Моё окно, которое находилось в десятках футов от земли.
Я посмотрел на них, затем снова на Фоукса, который выглядел таким же озадаченным, как и я.
…по крайней мере, они были вежливы?
Совсем не такие, как те хорьки из прошлого раза.
Кто использовал хорьков для доставки почты?
Мерлин, порой мне казалось, что мне пора уйти на пенсию.
Я подошла к окну и открыла его.
Один из кроликов сунул мне в рот письмо, которое держал в руке.
"Спасибо?"
Это был лёгкий кивок в мою сторону, после чего они вдвоем улетели… если можно так выразиться.
Я просто на мгновение замер, наблюдая, как они уходят, всё ещё недоумевая, что происходит.
«Альбус… зачем тебе письмо принёс кролик?» — спросила Минерва.
«Я не знаю», — честно ответил я.
Почему бы кому-то не использовать сову?
Как странно.
Письмо было адресовано мне и не содержало никаких проклятий или негативных последствий, поэтому я открыл его и начал читать.
С каждой строчкой я чувствовала, как хмурятся мои брови, пока наконец не наткнулась на имя отправителя.
«Альбус, почему ты вдруг побледнел?» — спросил Флитвик, явно обеспокоенный.
Я медленно опустилась на стул, положив письмо на стол. «Всё снова всплыло имя, которое я не слышала много лет», — тихо произнесла я. «Кто-нибудь из вас узнаёт фамилию Швайнорг? »
Некоторые из них покачали головами, у других расширились глаза.
«Я давно не слышал этого имени», — задумчиво произнес Флитвик. «Я помню шумиху, которая поднялась после победы над Гриндельвальдом во время войны, и последовавшую за этим беготню в поисках этого человека. Но с тех пор никаких новостей не было».
Да… такое общественное мнение сложилось, не так ли?
Благодаря занимаемым мною более высоким должностям я получил более глубокое понимание произошедшего.
Геллерт набросился на человека по имени Зельретч . Раньше мы бы даже глазом не моргнули. Мне неизвестны все подробности, которые привлекли внимание Геллерта к этому человеку, известно лишь, что он, предположительно, был отшельником, живущим в немецкой сельской местности.
Однако последовавший за этим инцидент развеял у всех представление о том, что этот Зельретч был кем-то иным, кроме одного из самых опасных людей в мире.
Он не только отразил нападение Геллерта на его дом, но и убил десятки членов его ближайшего окружения. Волшебников и ведьм, с которыми даже мне было бы трудно справиться в одиночку. Специально обученных самим Геллертом, он стал его личной охраной и ударной силой.
Геллерту удалось спастись, но многие из его доверенных лиц погибли в тот же вечер.
Новости распространились быстро, и это придало многим из нас новые силы в период долгой череды успехов Геллерта. Во многих местах тогда не было своих руководителей , поскольку Геллерт назначил на руководящие должности своих самых доверенных лиц.
Это действительно стало поворотным моментом в войне.
Но большинство людей не знает, что Геллерта инфантилизировали.
Я вспомнил разговор с ним после его поражения. Победа, которая далась бы ему гораздо труднее, если бы этот ранее неизвестный человек не заставил Бузинную палочку в его положении усомниться в своей верности Геллерту и прекратить оказывать ему дополнительную помощь.
Самая могущественная палочка в мире, капризная госпожа. И после поражения от этого ранее неизвестного волшебника, она начала препятствовать магии Геллерта, предоставив мне прекрасную возможность победить моего бывшего друга и положить конец магической стороне войны.
Но до этого, когда Бузинная палочка работала как по маслу, усиливая и без того огромную магическую мощь Геллерта до невиданных ранее высот, этот Зельретч обращался с ним как с ребенком.
Чаще его ругали, чем дрались .
Это сильно напугало Геллерта.
Даже когда мы ссорились, было ясно, что в его сердце до сих пор живёт призрак той встречи.
После этого он почти ничего не сказал, но этого было достаточно, чтобы меня встревожить.
Последующие разоблачения добавили еще кое-что. Мы засекретили от общественности некоторые… наиболее опасные сведения, но кое-что все же распространилось. Да, было невозможно скрыть все подробности о поражении самого разыскиваемого человека в Магическом мире и о том, кто это сделал.
Следы его присутствия восходят к временам до обновления календаря. И различные случаи его появления на протяжении веков, без видимой логики. Он являлся нам даже не в каких-либо особенно примечательных событиях. И я был уверен, что было еще много других, которые просто не были зафиксированы.
Когда всё стало известно , его назвали Тёмным Лордом , но я даже не был уверен, что это так. Были ли зафиксированы какие-либо случаи совершения им злых деяний ? Я бы никогда не оправдал убийство других, но я также не был настолько глуп, чтобы не понимать, что это не является чем-то inherently злом.
Как бы отвратительно это ни было.
«Альбус, что было написано в письме?» — спросила Минерва.
«Кто-то из рода Швайнорг желает обсудить и встретиться по поводу отправки своего ребенка в Хогвартс в этом году…» — рассеянно ответил я.
Минерва моргнула. «Это… совсем не тот ответ, которого я ожидала от твоего тона, Альбус».
«Его дочь, по всей видимости, является принцессой какого-то рода из сообщества магических существ в Японии».
"...Ох", — тихо ответила Минерва. "Мы ведь не примем это, Альбус?"
«Минерва»
«Не смей мне унижать , Альбус. Я вырос во время бомбардировок Лондона, я знаю имя Швайнорга . Настоящий тёмный волшебник!»
«Мы не можем судить о детях по их происхождению», — возразил я, сохраняя отеческий тон.
Минерва запнулась, не в силах возразить. «Мы вообще уверены, что этот человек родственник того, о ком вы думаете?»
«Честно говоря, никаких доказательств не представлено. В письме об этом ничего не сказано, но… я склонен считать маловероятным отсутствие связи».
Я с трудом верил, что это распространенное имя . На самом деле, я не помню, чтобы кто-то носил такую фамилию, когда мы изучали биографию этого человека много лет назад.
«Неужели министерство поднимет шум, Альбус?» — спросил Флитвик. «Мерлин знает, что они воспользуются любым поводом, чтобы потопать после провала прошлого года».
«Я не вижу причин. Эта семья ведь не разыскивается за какие-либо преступления. А в письме объяснялось, что его дочь — наполовину человек». Я напевала себе под нос. «Я считаю, что каждый ребенок заслуживает равных возможностей, независимо от своего происхождения. Хогвартс — это не просто школа, а дом для всех, кто стремится к знаниям и образованию в этих стенах. Мы даем убежище и защищаем, воспитываем и растим. Думаю, мы часто забываем об этом, сосредотачиваясь на самом процессе обучения».
«Хорошо сказано, Альбус». Флитвик согласился, как я и предполагал. Будучи полугоблином, он обладал определённым кругозором.
«Ты прав, Альбус», — вздохнула Минерва. — «Я была предвзята. Любые дети, которые попадают в нашу школу, заслуживают тех же возможностей и заботы, что и все остальные».
«Всё в порядке, Минерва. Твои намерения были благими, это лишь показывает твою заботу о студентах», — успокоила я её.
Она оживилась, принимая мою похвалу.
Я намеренно не упомянул, что в письме также явно подразумевалось значительное «пожертвование» в случае, если мы договоримся о зачислении.
Да… я не прожил так долго, чтобы не знать, когда разумнее помолчать.
Итак… я успокоил своих сотрудников, но все еще не уверен, как поступить дальше. Думаю, мне следует отправить ответное письмо…
Я лишь надеюсь, что не совершаю ошибки.