Арахна нахмурила брови.
Она была растеряна, что случалось редко. И ей было трудно принять решение, что тоже было довольно необычно. Она была из тех людей, которые либо принимают решения по прихоти, либо проявляют твердость и быстроту.
Однако теперь она не знала, что делать.
У неё было слишком много вариантов на выбор.
Она стояла перед доской объявлений в центре лагеря, перед тем местом, где располагались все святые домики.
Дионис, по сути, просто поставил её там, велел сделать что-нибудь, что не вызовет большой ссоры под его присмотром, а затем просто исчез. Это было вчера, и с тех пор она не видела бога. Она в основном просто бродила какое-то время, никто не хотел с ней общаться, а потом просто проспала до сегодняшнего утра.
И вот она снова стояла здесь, пытаясь решить, что делать.
На доске объявлений удобно располагалась карта лагеря, на которой было видно ваше местоположение. Кроме того, там был список доступных мероприятий, который, судя по всему, обновлялся ежедневно.
Арахна была удивлена, потому что лагерь предложил больше, чем она ожидала.
Конечно, были уроки стрельбы из лука, панкратиона, кузнечного дела, фехтования, копий, щитов и так далее. И, разумеется, у нее было желание, возможно, принять участие во всех этих занятиях, несмотря на то, что она, возможно, была немного слишком квалифицирована.
Но ее внимание привлекло нечто другое.
Уроки по изучению цветов — познакомьтесь с языком цветов.
Она чуть не оторвала маленький кусочек бумаги, который, по сути, гарантировал ей место в классе. Из-за недостающих кусочков бумаги на занятие пришло лишь несколько человек.
Ей нравились цветы, и это казалось хорошим способом завести друзей.
Она покачала головой и посмотрела на остальных.
И уроки рыбалки тоже! Она чуть было не записалась на них, не потому что ей нужны были уроки, а потому что было бы весело порыбачить с другими сверстниками.
Был ещё один урок по сбору трав, который очень напоминал истоки алхимии, которым она тоже училась в Скайриме.
Ещё один вариант.
А еще были уроки шитья; ей нравилось немного шить вместе с мамой.
Конечно, было множество других обыденных занятий; многие из них были связаны с культурой богов. Для Арахны это не было чем-то необычным, поскольку многие полубоги выросли в современной американской семье; у них не было бы особой симпатии или преданности к греческой культуре. Поэтому было логично, что они учили полубогов ценить эту культуру и направляли их в неё с самого момента прибытия в лагерь.
Но ее взгляд остановился на последнем, и там, по всей видимости, было всего два других участника. Что-то зашевелилось внутри нее, исходящее от ее дьявольского происхождения. Одна из многих вещей, унаследованных от отца. В ней тоже была доля жадности, пусть и умеренная с годами.
"Муу~" — прокомментировал мистер Блюберри, глядя на листок бумаги.
Арахна моргнула, резко повернув голову к нему. "Ты учился в колледже?" — словно понимая его.
«Муу». Мистер Черника ответил и начал петь гимн университета Нотр-Дам, разумеется, только «муу».
Арахна даже глазом не моргнула. Она привыкла к гораздо более странным вещам в своей жизни. Если кролик её отца мог быть богом и королём Франции — среди прочих титулов и обязанностей — почему её рыбка не могла поступить в колледж?
«Ты думаешь, это хорошая идея?» — спросила она его.
"Мууу." Мистер Черника кивнул ей в ответ.
«Хорошо, я прислушаюсь к вашему совету, мистер Черника». Она безоговорочно доверилась своему лучшему другу и, сорвав один из висящих листков бумаги, чтобы занять своё место, отправилась в путь.
Помимо хижин, там были и другие постройки. Было бы странно, если бы большой лагерь, предназначенный для размещения и обучения полубогов, занимавших высокое положение при греческих богах, представлял собой всего лишь обветшалый лагерь, предлагавший им лишь крышу над головой.
Там были здания, выполнявшие самые разные функции, некоторые из них напоминали классные комнаты. Другие были очень специфичны по своему дизайну, например, одно из них предназначалось для обучения больших групп кулинарии. В других же располагалось более специализированное оборудование, например, целый современный спортзал. Достаточно сказать, что в этом лагере было чем заняться помимо обычных «боев», вплоть до простой игровой комнаты, где многие дети проводят вечера.
Она довольно легко нашла это место: небольшое строение, окруженное несколькими более крупными зданиями, с несколькими открытыми окнами и вывеской на двери. Его легко было пропустить, если специально его не искать.
Она вошла внутрь и заметила еще двух человек внутри.
«Этот урок посвящен деньгам и экономике?» — спросила Арахна.
"...ты попала по адресу." "Выбрать между ними?" — спросила девушка.
Арахна окинула их взглядом: одного мальчика и одну девочку, которые выглядели почти взрослыми.
Они оба странно посмотрели на нее, когда она села примерно посередине между ними, но по бокам было достаточно места, так что никто из них не сидел слишком близко друг к другу.
«Привет, меня зовут Арахна», — представилась она.
«Думаю, в лагере уже нет никого, кто бы тебя не знал». Девушка фыркнула. «Я Синтия, дочь Афродиты».
Другой мальчик на мгновение замолчал, а затем тоже присоединился. «Джаред, сын Гермеса».
Она кивнула им обоим и заметила, что к ним приближается еще кто-то.
Дверь буквально распахнулась, и вошёл пожилой мужчина — нет, это было не совсем так. Это был не человек, а бог. У него были зачёсанные назад волосы, оливковый цвет кожи, и на нём был довольно дорогой на вид костюм с длинным пальто, накинутым на плечи.
Он взглянул на детей, затем дважды перевел взгляд на Арахну и, казалось, хотел что-то сказать, но остановился, покачав головой.
А может, это был мистер Черника, сидевший в задней части комнаты, которого, казалось, все игнорировали; трудно было сказать наверняка.
«Если вы не знаете, я Хризус, бог золота». Он помахал своим кулаком с притворной помпезностью.
Араче подняла руку. "Я думала, что Аид — бог золота?"
«Хороший вопрос». В этот момент он писал своё имя на доске в передней части комнаты, а затем бросил её в неё. Арахна была ошеломлена внезапным действием, и доска ударила её по лбу. «Аид — бог богатства. Я — бог золота . Или, как сейчас говорят, денег ».
« Все деньги?» — спросила дочь Афродиты.
«Ещё один хороший вопрос». Он бросил в неё кусок мела, отчего она вскрикнула, когда мел ударил её по лбу. «Верно, как боги присосались к западной цивилизации, словно паразиты, которыми мы являемся, так и я впитал в себя ещё кое-что. Деньги — это более конкретное толкование моей сферы влияния; все эти маленькие цифры, которые вы видите на экране своего банковского счёта, клочки бумаги, несущие определённую ценность, — всё это я ». Он щёлкнул воротником.
«Неужели это потому, что наши деньги обеспечены золотом?» — спросил сын Гермеса, в ожидании ответа отводя голову.
«Ещё один хороший вопрос!» — рассмеялся бог, бросив ещё один кусок мела; он, изогнувшись, всё равно ударил его по лбу, хотя он и пытался увернуться. «И да, и нет, это просто продолжение того, кем я был когда-то, и того, кем я являюсь сейчас. В наши дни у большинства стран нет таких золотых запасов, чтобы соответствовать бумажным или электронным ценностям, которые вы видите. Но это не имеет значения». Он хлопнул по доске. «Ты здесь по очень конкретным причинам. Ты, дочь Любви, почему ты здесь?»
«Я… хочу открыть свою собственную компанию по производству губной помады…?» — неуверенно ответила она. — «Я хотела бы узнать, как управлять своими финансами, поскольку в этом году мне исполняется восемнадцать, и у меня есть кое-какие сбережения».
«Начать свой бизнес — неплохой выбор». Он кивнул. «А ты, сын вора».
Сын Гермеса нахмурился. «Мне тоже достанется большое наследство, когда мне исполнится восемнадцать… Я не знаю, что с ним делать».
«Ах, кумовство, любимое дело». Он ярко улыбнулся. «И наконец, девушка, которая выглядит так, будто хочет пронзить меня копьем».
Арахна немного подумала над вопросом и честно ответила: «Мне нравятся деньги, и я хочу большего».
Честно говоря, в душе она была жадной маленькой озорницей, и ей нравилось иметь много денег и ценных вещей. Возможно, она перерастет это, когда повзрослеет, но в ее возрасте ее глаза все еще ярко сияли, когда она видела золото или драгоценности.
И была причина, по которой ей… не разрешали войти в семейное «хранилище».
Бог, стоявший в передней части комнаты, замер, и на его лице медленно появилась широкая ухмылка. «Это одна из самых прекрасных вещей, которые я когда-либо слышал». Он всхлипнул, вытирая фальшивую слезу. «Что ж, вы все пришли по адресу. Мы поговорим о том, как управлять своими деньгами, как инвестировать и как приумножать свои средства!» — сказал он, хлопнув в ладоши.
"Мууу~" — крикнул мистер Черника из задней части комнаты.
«Отличные вопросы; сегодня их много», — сказал он, указывая на мистера Блюберри. «И да, акции — это, по сути, разновидность денег . Они не имеют реальной ценности, кроме как быть бумажками или словами на экране, подкрепленными согласованной стоимостью, определяемой единой валютой каждой страны».
Арахна оглянулась на мистера Блюберри и кивнула, гордясь своим лучшим другом.
Арахна с неподдельным рвением достала блокнот и ручку и начала делать заметки, готовясь к лекции.
Это один из первых случаев с момента её приезда, когда она почувствовала, что сделала правильный выбор, приехав сюда.
[Перенос строки]
«Где она?»
«Я не знаю; никто её не видел уже несколько часов!»
Остальные отдыхающие бегали вокруг, как цыплята с отрубленными головами.
Аннабет, дочь Афины, и Лука, сын Гермеса, с раздражением переглянулись.
«Есть какие-нибудь успехи?» — спросил Люк.
Аннабет покачала головой. «Мы нигде не можем ее найти. Мы проверили кузницы, оружейный зал, арену и каменную стену. Мы даже послали людей проверить, не были ли убиты какие-нибудь из „монстров“, обитающих в лагере». Конечно, она имела в виду тех монстров, которым разрешалось находиться там и которые помогали содержать лагерь.
Гарпии и подобные им существа, дриады, некоторые озерные чудовища и т.д.
Все они искали Арахну.
В частности, потому что Хирон объявил о начале раунда «Захват флага» против Охотников. Он также недвусмысленно призвал их найти всех сильнейших членов лагеря для участия. И, возможно, были намеки на то, что Охотники собираются приложить все усилия .
Не нужно было быть гением, чтобы понять, что он имел в виду.
И даже без «предупреждений» они всегда относились к соревнованиям серьезно. В некоторых отношениях их гордость ничуть не уступала гордости охотников, и хотя они всегда проигрывали, когда появлялись охотники, они были полны решимости победить.
Они хотели сформировать самую сильную команду из всех участников лагеря. И после выступления Арахны было бы глупо не включить её в состав. Тем более что Кларисса всё ещё была не в состоянии участвовать.
Аннабет огляделась, и ее глаза расширились от радости. "Перси!"
Перси, который как раз шел вдоль домиков, растерянно обернулся, когда она бросилась к нему навстречу. "Что случилось?"
«Ты видела Арахну?» — Аннабет выпалила свое имя, даже не задумываясь, внутренне поморщившись и благодарная за то, что не почувствовала божественной пощечины матери, где бы она ни находилась.
Однако, поскольку все остальные так ее называли, она предположила, что теперь это… разрешено?
Это по-прежнему сбивало её с толку и расстраивало.
"Нет…?" — Перси моргнул. — "Не видел её со вчерашнего дня, почему?"
«Сейчас мы будем играть в захват флага против охотников; она нам нужна», — быстро сказала Аннабет. «Ты тоже хочешь поучаствовать?» Она подумала, что он сын «большой тройки»; он должен быть довольно сильным, верно?
«Мечи и все такое?» — спросил он.
«Конечно, это всего лишь имитация сражения».
Перси поджал губы и покачал головой. «Нет уж, спасибо. Я понятия не имею, как драться, а вчера, когда был с мамой, я увидел этих девчонок, и мне как-то страшно к ним приближаться».
Аннабет хотела возразить, но он высказал на удивление логичную мысль, поэтому это было сложно. С досадным вздохом она убежала куда-то в другое место, оставив растерянного Перси стоять там.
Покачав головой, он ушёл в другое место, немного в лес, пока не нашёл того, кого искал.
"Перси?!" — окликнул его Гровер, его лучший друг.
«Джи-мен!» — улыбнулся Перси; он не видел своего друга больше суток, точнее, с тех пор, как приехал в лагерь. «Я тебя везде искал!»
Гровер был с несколькими другими сатирами, они бросили на него взгляд, молча кивнули и поспешно разошлись по своим делам, оставив его наедине с Перси.
«Извините, я был занят». Он почесал затылок. «Я долгое время был вдали от всех, и мне нужно было кое-что проверить. Но я слышал о том, что происходит; с вашей мамой все в порядке; это здорово!»
«Ура!» — Перси оживился, потому что был искренне благодарен, что его мама не умерла. Чувство депрессии и тревоги, быстро сменяющееся облегчением, было для него настоящим вихрем, с которым он все еще пытался справиться. «Это здорово; у нее все хорошо. Она просто уехала домой».
Гровер почесал щеку. "Так, э-э... я так и не извинился за то, что всё скрывал..."
Перси остановил его. «Не волнуйся, я всё понял. Ты сделал это, чтобы защитить меня, верно? Я всё ещё немного злюсь, но я понимаю. Ты мой лучший друг, Джи-мен. Я знаю, ты бы не сделал этого, если бы не был вынужден». Он игриво хлопнул его по плечу. «Мне ещё предстоит привыкнуть к тому, что у тебя козьи ноги».
Гровер рассмеялся, его смех чем-то напоминал козлиное хихиканье, после чего он поправился: «По крайней мере, больше никаких костылей. Знаешь, как они меня раздражали?»
«Да, но теперь ими нельзя „случайно“ споткнуть людей».
Гровер фыркнул, тоже обрадовавшись возвращению друга. «Я слышал, тебя тоже забрали, как и… всё остальное, что случилось».
«Да, папа — Посейдон; до сих пор трудно об этом думать. Но это круто; я могу управлять водой, так что я этим занимаюсь». Перси кивнул. «А ещё я встретил девочку, которая спасла маму; она хорошая. Она меня многому учит; тебе стоит с ней познакомиться!»
Гровер остановился, слегка напрягшись. «Тебе, наверное, стоит держаться от неё подальше… Перси», — прошептал он.
«Что? Почему?»
«Она опасна; вы не слышали, что все говорят, но многие её боятся, и ходят слухи, что она проявляет большое неуважение к богам. Я не удивлюсь, если с ней скоро что-нибудь случится».
«Это глупо», — проворчал он, вспоминая некоторые её слова. Перси тоже спрашивал её об этом, о том, почему ей так всё равно на их «отношение», и она намекнула, что родители её защищают, поэтому она не боится. «Пойдём, встретимся».
Однако Перси замер, поняв, что понятия не имеет, где она находится.
«Эй, ты случайно не знаешь какой-нибудь магии, которая могла бы её найти?» — спросил он Гровера.
«Магия? Я знаю лишь немного о магии природы, и для этого мне нужна флейта». Гровер покачал головой.
Перси напевал себе под нос, обдумывая, что бы сделать, и тут ему пришла в голову идея. «Эй, а здесь поблизости есть водоём?»
«Э-э, за этими деревьями протекает ручей; кажется, он впадает в озеро?»
Перси улыбнулся; это было идеально. Он подбежал к воде, а Гровер следовал за ним, и он начал играть с водой. «Смотри», — крикнул Перси, начиная манипулировать водой в ручье и придавать ей различные формы.
«Ты начинаешь осваивать свои способности». Гровер был впечатлён; он видел, как полубоги, прибывшие в лагерь, тратили месяцы, чтобы достичь такого уровня использования своего наследия.
Перси сделал перерыв и начал играть с водой. Гроув присоединился к нему, демонстрируя некоторые свои умения как сатира.
Звуки флейты наполняли лес, пока Перси лепил из воды импровизированные барабаны, используя силу брызг для создания соответствующего стука. Ему было трудно удерживать форму воды, но он быстро освоил это, пока они просто дурачились.
Все прекратилось, когда по флейте поднялась тонкая струйка воды, Гровер начал кашлять, и Перси, смеясь над этой маленькой выходкой, упал замертво.
Успокоившись, Перси всё ещё не забыл свою прежнюю идею. «Папа», — прошептал он в воду, одновременно поднимая над ладонью небольшой шарик и придавая ему форму стрелы. «Не знаю, можно ли мне что-то просить после того, как ты помог вернуть маму в город; если нет, просто проигнори меня. Но можешь ли ты сделать так, чтобы эта стрела указывала на мистера Чернику?»
Посейдон, находившийся в тот момент на Олимпе, пока все спорили о разных вещах, заметил молитву своего младшего сына.
Технически, чтобы получить божественное руководство или помощь, необходимо было сделать подношение или дать обещание. Но это была настолько незначительная «милость», что Посейдон просто шевельнул пальцем, пока никто не видел.
Бог морей улыбался, заметив, как хорошо его сын перенял своё наследие, управляя водой словно по собственной воле.
Водяная стрела в его руке начала вращаться, пока не остановилась в нужном направлении, подобно компасу.
Мистер Черника был водным существом, поэтому богу морей было довольно легко с ним справиться.
«Спасибо, папа!» — улыбнулся Перси, подняв взгляд. «Пошли, Гровер». Он похлопал друга по спине и быстро побежал обратно в лагерь.
[Перенос строки]
«ДИВЕРСИФИЦИРУЙТЕ, ДИВЕРСИФИЦИРУЙТЕ, ДИВЕРСИФИЦИРУЙТЕ!» — крикнул Хризус, ударив по доске. «Никогда не кладите все яйца в одну корзину!» Он бросил кусок мела в Арахну, девочку, все еще озадаченную и раздраженную тем, что она не смогла увернуться. «Неважно, насколько ты „уверена“ в своих инвестициях; никогда не ставь все на кон!»
«А что, если я знаю наверняка?» — нахмурилась она, потирая покрасневший лоб.
«Неправильно!» Он бросил ещё одну фигуру, и двое других полубогов увернулись, как это уже стало для них обычным делом. «Это никогда не бывает правдой! Никогда ! Если ты искушаешь Судьбу, она пнет тебя прямо между ног!»
«Всегда держите достаточно средств, чтобы либо начать все сначала, либо комфортно выйти на пенсию!» Бог золота снова ударил по доске. «Только дураки ставят все на кон! И ДИВЕРСИФИЦИРУЙТЕ СВОЙ ПОРТФОЛИО!»
«Я слышал о пенни-стоках…»
Кусок мела пролетел по воздуху и ударил сына Гермеса по голове, сбив его с места.
«Даже не упоминай эту чушь!» — пальцы бога были вытянуты, и от них буквально поднимался дым. «Денежные акции — это афера для необразованных!»
«А что, если мы услышим что-нибудь в новостях? Стоит ли нам попробовать инвестировать?» — спросила Синтия.
«Неправильно!» — Он бросил в неё кусок мела. «Верь слуху, продай новости. Если услышишь об этом в бабушкиных новостях после обеда, уже слишком поздно, и все акулы уже откусили свои кусочки, или они ждут, пока этот дурак откормит кусок мяса, прежде чем они начнут пировать».
«Из наследства у меня есть несколько долгосрочных инвестиций. Мне их оставить или обналичить?» — спросил сын Гермеса.
«Долгосрочный инвестор — это другое название для того, кто не осознает, что застрял в яме». Бог продолжал бросать куски мела всякий раз, когда кто-то говорил. «Если вы не являетесь настоящей инвестиционной компанией и не можете отслеживать данные, необходимые для анализа тенденций и слухов, вы не долгосрочный инвестор!»
Он снова хлопнул в ладоши. «А какое золотое правило? Кто-нибудь знает?»
"...покупай дешево, продавай дорого?"
Ещё один кусок мела полетел в воздух. «Это очевидное утверждение, которое люди говорят, чтобы выглядеть умными. Если вы не умеете покупать дёшево и продавать дорого, вам не место за рулём автомобиля, не говоря уже об инвестировании. Золотое правило гласит: если инвестиция кажется вам очевидной, она очевидна и для всех остальных, так почему же, ради всего святого, вы думаете, что разбогатеете?»
"Мууу~"
Он щёлкнул пальцем, указывая на мистера Блюберри. «Иностранная валюта приемлема только в том случае, если у вас есть большие суммы денег, которыми вы можете распоряжаться. И это рискованно!» Он ударил руками по столу. «Почему никто из вас не назвал самый очевидный вариант инвестирования? Какое инвестирование является самым безопасным и идеальным для любого новичка?!»
Дочь Афродиты, прятавшаяся под столом, дрожащей рукой подняла: «Н-недвижимость?!»
«Черт возьми, ты права!» — прорычал он, указывая на нее и переворачивая свой стол. — «Земля — это одна из самых безопасных и потенциально самых прибыльных инвестиций, которые вы можете сделать, вложив умеренные средства! Людям нужны места для жизни, предприятиям — офисы, а земля всегда ценится! »
Арахна много записывала. На тот момент она никогда не получала никаких финансовых консультаций. Честно говоря, с точки зрения окружающих, в этом не было никакого смысла или даже мысли о чем-либо подобном.
По отцовской линии она была баснословно богата.
Но Арахна хотела иметь собственные деньги .
Бог откашлялся, поправил галстук и щелкнул пальцами, расставляя многочисленные столы, перевернутые во время его лекции.
«На сегодня всё. На следующей неделе я проведу ещё одно занятие, посвящённое различным экономически целесообразным инвестиционным возможностям для обычного человека». Он небрежно вышел за дверь, как ни в чём не бывало, и исчез.
Все трое были в замешательстве от произошедшего, но в то же время, после этого занятия они каким-то образом стали знать об инвестициях гораздо больше, чем раньше.
Арахна аккуратно убрала свои записи, прежде чем заметила, что Перси вышел на улицу и пришел ее навестить.
Она позвала мистера Блюберри навстречу. «Перси». Она невольно улыбнулась.
«Привет, Арахна, это Гровер», — быстро представил Перси сатира, стоявшего рядом с ним.
Арахна пристально посмотрела на него, и сатир, довольно пугающе спрятавшись за Перси. "Почему ты так прячешься?"
«Я, эмм, слышал, что тебе не нравятся сатиры?» — в панике спросил Гровер.
Арахна моргнула. «Кто такое сказал? Я никогда не ненавидела сатиров». Она фыркнула. «Я встречала только одного, и он был мерзким типом». Она быстро нахмурилась. «Я Арахна Уатат Швайнорг».
«Гровер». Он тоже представился.
«Видишь? Ничего страшного». Перси ткнул Гровера в бок, прежде чем снова повернуться к Арахне. «Почему ты не играешь в игру с остальными? Я слышал, они тебя ищут».
"Игра?" — Арахна наклонила голову.
— Ты не знал? — Перси почесал затылок. — Что-то про захват флага? Там, по идее, много сражений и всего такого.
Арахна поджала губы и пожала плечами. «Мне всё равно; звучит скучно». Здесь не было никого, с кем бы она действительно хотела подраться. «Я бы предпочла заняться чем-нибудь интересным». Хотя теперь, когда Перси упомянул об этом, Арахна не видела много людей, которые обычно ходили по улицам.
Перси тоже пожал плечами. «Гровер сказал мне, что возле лодочного сарая есть куча удочек; хочешь пойти порыбачить?»
Глаза Арахны загорелись. "Ты приглашаешь меня на рыбалку?"
"Э-э... да?" — ответил Перси немного неловко, потому что был сбит с толку тем, почему она так сказала.
Но для Арахны это было особенным событием. Она много раз ходила на рыбалку. Со своей семьей, тетями, дядями и множеством других людей.
Но она никогда раньше не ходила на рыбалку с подругой.
«С удовольствием!» — она ярко улыбнулась, пожалуй, самой широкой улыбкой с тех пор, как приехала в лагерь. Этой улыбки даже немного покраснел Перси.
«Как думаешь, мы сможем найти лодку…» — Перси посмотрел на Гровера.
«Эй, вот она!» — прервал кто-то разговор, и все обернулись в сторону источника голоса.
Две охотницы Артемиды указали на них пальцем и направились прямо к ним.
— Я могу вам помочь? — спросила Арахна с явно нетерпеливым выражением лица.
«Почему ты не играла?» — спросил её более высокий из двух охотников с обвинительным тоном.
Арахна моргнула. "Что?"
«Захвати флаг!» — фыркнула она. «Ты должен был участвовать», — добавила она, уперев руки в бока. «Теперь леди Артемида расстроена, потому что тебя там не было».
«Хорошо», — безразлично ответила Арахна, прежде чем снова повернуться к Перси. «Что ты говорил про лодку?»
«Ну, я вот подумал, а может, нам тоже лодку взять? Может быть…» — снова начал Перси, но его снова перебили.
«Эй, перестань нас игнорировать!» — снова сказала охотница. «Почему вы не играете?!»
Арахна снова посмотрела на неё пустым взглядом, гадая, не дура ли она. «А не хотела».
У Охотницы от удивления отвисла челюсть. Она не привыкла к такому неуважительному отношению со стороны обитателей лагеря. Обычно, когда они приезжают в лагерь, к ним относятся с уважением и страхом, независимо от того, с кем они разговаривают.
«Ты не можешь просто так отказаться! Леди Артемида рассердилась, и ты должна что-то сделать, чтобы загладить свою вину», — сказала она будничным тоном.
"...Почему?"
"...Что значит „почему“?" — Охотница была в замешательстве.
«Почему твоя богиня так важна для меня?» Арахна наклонила голову; это был серьёзный вопрос. Она не понимала, почему её должны волновать чувства какой-то случайной богини, с которой у неё нет никаких отношений.
Последовала неловкая тишина.
"...Так вот, я подумал, может, нам стоит взять лодку?" — продолжил Перси, делая то же самое, что и раньше. — "Не знаю, что у них есть, может, каноэ?"
«Я никогда раньше не плавала в каноэ», — задумалась Арахна. — «Это то же самое, что и байдарка?»
"Они вроде как одинаковые, ты..."
"Заткнись! Перестань меня игнорировать!"
«—Нужно уделять больше внимания распределению веса».
Арахна кивнула, заметив, что Перси хорошо разбирается во всем, что связано с лодками. Гровер лишь странно посмотрел на них двоих, а затем на мистера Чернику, который радостно покачивался из стороны в сторону рядом с Арахной.
Гровер в этот момент чувствовал себя лишним. Он лишь молча следовал за ними, пока они вдвоем обсуждали разные факты о лодках, направляясь к эллингу, оставляя Охотниц позади.
Однако охотница, которая ранее вызвала переполох, была в ярости.
Ее руки крепко сжались, и гнев выплеснулся наружу. Она знала об Арахне; все охотницы знали. Они знали, что леди Артемида не собиралась вербовать ее, поэтому гнев Охотницы не был направлен на нее, несмотря на ее поведение. Не стоило бы начинать вражду с будущей сестрой.
Нет, ее гнев обрушился на легкую мишень. Она оттолкнула руку сестры, упавшую ей на плечо, потянулась к луку за спиной и натянула тетиву со стрелой в натянутой тетиве.
И Перси, и Арахна резко повернули головы, а Перси моргнул, и по его лбу скатилась капелька пота.
Стрела остановилась всего в нескольких дюймах от его глаза, удерживаемая рукой Арахны.
Она успела перехватить стрелу, хотя и с трудом, потому что не ожидала, что эта глупая девчонка действительно выстрелит в них из лука.
Не только охотница пришла в ярость.
Глаза Гровера расширились, словно он мог предсказать, что произойдет дальше. Он протянул руку, но слова не успели сорваться с его губ, как Арахна перевернула стрелу и метнула ее обратно в стрелка.
Вскоре после этого раздался громкий крик и потекла кровь.
Охотница упала на землю, схватившись за глаз, из которого теперь торчала стрела.
И довольно быстро к нам подбежало еще много людей.