У мальчика идеально зачесанные назад до плеч волосы, что придает ему андрогинный вид. У него глубокие, поразительно зеленые глаза и прямой, безошибочный взгляд: он смотрит ровно на нас.
Мы втроем переглядываемся и останавливаемся в нескольких метрах перед ним.
— Есть проблемы? — настороженно спрашиваю я.
— Где ваша форма? — спрашивает Бастико, и даже по его голосу трудно понять, мужчина это или женщина.
Черт, опять двадцать пять.
— Мы не студенты. Я Вольф Райдер, ученый из Рабанары, — говорю я и слегка кланяюсь.
Он приподнимает бровь, и его лицо слегка искажается от недовольства. — Вы ни капли не похожи на ученых из Рабанары, — заявляет он.
Я не сдерживаю раздражения от его слов. — Если вы не возражаете, у меня есть дела поважнее, чем убеждать вас в этом.
Я крепче беру девушек под руки и делаю шаг вперед и в сторону.
Он тут же преграждает нам путь, и его тон становится суровым, безошибочно мужским: — От дуэлей вам так просто не отвязаться. — Он скрещивает руки на груди, пытаясь выглядеть внушительно.
Я едва не хлопаю себя по лбу. Еще один придурок, который думает, что мы принадлежим к академии.
Эта высококлассная одежда и украшения приносят больше вреда, чем пользы: люди принимают нас за дворян или вроде того. Наши ожерелья, кожаный ошейник Лины с драгоценными камнями и мой — не так давно — зачарованный изумрудный меч лишь подкрепляют это впечатление.
Даже мерцание от моего [Радужного щита] и [Радужного кристалла] можно истолковать как то, что мы достаточно богаты, чтобы каждый день оплачивать услуги мага Благословения для наложения баффов.
— Мы не студенты, и мы можем легко подтвердить это с помощью Кристалла проверки, — говорю я сквозь зубы.
Он насмешливо фыркает, и его нос морщится от отвращения. — Я что, похож на того, у кого под рукой есть Кристалл? Не впервой слышу эту ложь. Все ваши Благословения видны невооруженным глазом, знаете ли. И не думайте, что я не выясню, к какому дому вы принадлежите. — Он делает шаг вперед и заглядывает мне в глаза. — Вызываю вас на дуэль.
Алисса смотрит на него в изумлении, а Лина скрежещет зубами и сжимает кулаки.
Это не клишированная боевая академия из романа, где сильные попирают слабых, но дуэли с самыми разными воинами все равно остаются ее неотъемлемой частью.
— Знаете что, ладно, я принимаю вызов. Хоть я и не студент, я буду с вами драться… НО после этого я потребую использовать Кристалл проверки, чтобы подтвердить мою личность, — заявляю я с самодовольной ухмылкой.
Он подозрительно сужает глаза, слегка задетый моей самоуверенностью. — Если вы думаете, что после дуэли сможете запугать меня связями своей семьи, то скоро поймете, как сильно ошибаетесь.
Он так чертовски уверен в себе…
Я одариваю его фальшивой улыбкой. — Вам придется объяснить мне, как проходят эти дуэли. Как вы знаете, я не отсюда.
Он раздраженно стонет, но соглашается. — Какой у вас стиль боя?
— Я магический фехтовальщик.
Он разглядывает маленький красный камень, инкрустированный в эфес моего меча. — Вы похожи на воина-заклинателя.
— Моя жена зачаровала этот меч для меня только сегодня, — я киваю в сторону Лины. Она слегка краснеет, тяжело сглатывает и кивает.
Бастико с некоторым подозрением смотрит на Лину, но затем отводит взгляд. — Что ж, тогда так. Не хотите поделиться, какие заклинания вы способны применять и какое зачарование наложено на ваш меч?
— Есть ли в этом смысл?
— Это сделало бы дуэль честнее. Но если не хотите, я попрошу бой до двух побед. Так мы не проиграем весь поединок только из-за того, что попадем под неожиданное заклинание.
— А вы поделитесь своими? — я указываю на его длинный меч на поясе.
Он закатывает глаза и говорит ровным тоном: — Да.
— Мы будем в доспехах?
— Только защита для сердца и мозга. Даже я не хочу тратить деньги, портя хорошие зачарованные доспехи в простой дуэли.
— Можно мне переодеться в запасную одежду? Не хотелось бы испортить эту. — Я кладу руку на свое ожерелье из гелиодора.
Его терпение уменьшается еще на ступень. — Рядом с ареной есть раздевалка.
— Итак, каковы правила дуэли?
— Я не дерусь до первой крови. Если вас воротит от вида крови, вам здесь не место. Мы будем сражаться до тех пор, пока один из нас не сдастся или не потеряет сознание.
— Целитель присутствует постоянно, и мы подчиняемся его решению об остановке боя. Если вы попытаетесь продолжить бой после того, как целитель уже объявил об окончании, то в вас будет немедленно пущено зачарование [Удар молнии].
— Хорошо, давайте сделаем это. Какие заклинания вы можете применять?
"[Огненный шар], а мой меч зачарован на [Двойной удар], [Двойное изображение], и [Удлинение]."
[Огненный шар] — настолько распространенное заклинание, что о нем упоминают, только когда могут нанести им серьезный урон. Его стиль боя может быть похож на новый стиль Ханы с финтами и последовательными ударами.
— А ваши? — он слегка ухмыляется, недооценивая мои способности.
Все? Ну, мне нужно показать некоторую последовательность в том, какие заклинания я могу применять без пения.
— Мой меч зачарован на [Двойной удар], и я могу применять [Удар молнии], [Телекинез], и [Исцеление], но я не буду исцелять себя, чтобы сделать все более «честным». — Я ухмыляюсь.
Бастико немного ошеломлен, но ничего не говорит. Он указывает на дуэльную арену неподалеку, и мы следуем за ним.
По дороге я замечаю, что мы привлекли внимание большинства окружающих студентов. И неудивительно: на стене замка висит портрет Бастико, достаточно крупный, чтобы вся знать и старшекурсники видели его каждый день.
Легкий дождь превращается в морось, и мы снимаем плащи, после чего Гифи запрыгивает мне на плечо.
— Ги?
— Хороший момент, да, мы собираемся на дуэль.
— Ги.
— Спасибо.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — обеспокоенно спрашивает Алисса.
— Это же не смертельная дуэль, — говорю я и сжимаю ее руку. — Даже будучи сыном лорда, он заработал бы клеймо подонка, если бы попытался устроить какую-то подлость. Так что для меня это отличная возможность поднабраться опыта.
— Хм… — она надувается и ворчит через [Связь].
— Проучи его, — шепчет Лина с яростной решимостью.
— Ради тебя я это сделаю, — говорю я, и она крепче обнимает мою руку с милой улыбкой на лице.
Арена представляет собой яму в полу, и ее деревянные стены напоминают мне, что мы находимся высоко над землей.
Мы спускаемся по лестнице, высеченной в земле, и входим в яму, затем Бастико активирует зачарование, и открываются [Врата]. Из них выходит храмовая жрица и вопросительно смотрит на нас.
— Вы двое собираетесь дуэлироваться? — спрашивает жрица.
— Да. Традиционно до потери сознания или сдачи. Мы два воина-заклинателя, использующие мечи, — отвечает Бастико.
Мы перечисляем знакомые нам заклинания, и жрица понимающе кивает. Она выдает каждому металлический шлем с пластиной, прилегающей к позвоночнику — для защиты от ударов в шею, — а также нагрудник, который завязывается на плече и прикрывает исключительно сердце.
Бастико провожает меня в раздевалку, где я переодеваюсь в повседневную одежду. Впрочем, даже повседневную я предпочитаю поудобнее, так что портить ее — сомнительное удовольствие. В итоге я решаю остаться с голым торсом: и шрамы напоказ выставлю, и любимую рубашку сберегу.
Выйдя наружу, мы немного разминаемся, разогревая мышцы. Затем я подзываю девушек, и каждая целует меня на удачу, что еще сильнее бесит Бастико.
Гифи забирает Алисса, и он получает привилегированное место, будучи прижатым к ее груди.
Мы обнажаем мечи и смотрим друг на друга.
Жрица подходит к углу и прочищает горло, привлекая наше внимание: — ПОМНИТЕ! ЕСЛИ Я СКАЖУ, ЧТО ВСЕ КОНЧЕНО, ТО ВСЕ КОНЧЕНО! ЛЮБЫЕ ДАЛЬНЕЙШИЕ ДЕЙСТВИЯ БУДУТ ПРЕСЕЧЕНЫ С ПРЕДЕЛЬНОЙ ЖЕСТОКОСТЬЮ! ПОНЯТНО?
Мы оборачиваемся и киваем. Бросив взгляд на край ямы, я замечаю вокруг немало зрителей — там установили скамьи, чтобы желающие могли наблюдать за боем. Толпа явно больше той, что толпилась у других дуэльных арен, мимо которых мы проходили.
— НАЗОВИТЕ СВОИ ИМЕНА! — приказывает жрица.
— БАСТИКО РИНЦИПИО! ПЕРВЫЙ ВОИН-ЗАКЛИНАТЕЛЬ ПЯТОГО КУРСА!
— ВОЛЬФ РАЙДЕР! ЛИДЕР СОДРУЖЕСТВА «ГЕЛИОС», ПРИЗЫВАТЕЛЬ, ГОЛЕМАНТ И УЧЕНЫЙ РАБАНАРЫ!
Начинается ропот, и Бастико впервые выглядит совершенно неуверенным в моей личности.
Жрица странно смотрит на меня, затем поворачивается к Бастико, ожидая его решения.
— Это ничего не меняет! Мы будем дуэлироваться! — объявляет Бастико, и жрица вздыхает.
— ПРИГОТОВЬТЕСЬ! ДУЭЛЬ НАЧНЕТСЯ… СЕЙЧАС! — Она бьет в гонг, и мы начинаем.
Я немедленно применяю [Удар молнии], и его кожа светится, как радуга, когда активируется его [Радужный щит]. Он кряхтит, но заклинание заставляет его лишь вздрогнуть. Его Благословение действительно сильное.
Наши клинки скрещиваются, мы со скольжением проверяем уровень мастерства друг друга. Обменявшись парой выпадов, я осознаю, что техникой владения мечом он владеет гораздо лучше меня.
Не используя ни одного заклинания, он болезненно царапает мне щеку кончиком меча и пускает кровь, хотя его удар был замедлен моей [Ветряной броней].
]. — Хм, — фыркает он.
Что ж, я бы все равно никогда не победил в чистой дуэли на мечах.
Не двигая ногами, я скольжу вперед с помощью [Телекинеза] и наношу удар. Бастико удивлен и отчаянно пытается защититься.
Его взгляд прикован к моим ногам, и я пользуюсь возможностью нанести удар сверху, активируя [Двойной удар]. Мне удается задеть его голову, и кончик моего меча царапает его череп. Я также чувствую, как мой удар замедляется его [Ветряной броней].
]. С моего плеча появляется эфирная рука и снова наносит удар.
Бастико полностью вынужден перейти в оборону и активировать свой собственный [Двойной удар], чтобы встретить мой, но при этом он начинает улыбаться как маньяк.
Его рука внезапно раздваивается, когда он активирует [Двойное изображение]. Я контратакую с помощью [Телекинеза] по его плечу, и одна рука заметно замедляется — это настоящая. Иллюзорное зачарование ограничено в том, насколько реалистичным оно может казаться.
Я перемещаю свой меч, чтобы парировать его удар, и применяю [Телекинез] на свой собственный, опуская его защиту и позволяя мне нанести ему порез на животе.
Мана покидает его тело, и его меч удлиняется, позволяя ему нанести порез на моей голени при отступлении.
Мы оба слегка отступаем и готовимся к новому раунду. Он вытирает кровь, капающую ему на глаз, и бросается в атаку.
Его досягаемость раздражает, но [Удлинение] делает его длинный меч более неудобным в использовании.
Я парирую его выпад и применяю [Телекинез] на кончик его [Удлиненного] меча. Физика такова, что чем длиннее его меч, тем большую силу он чувствует, когда я применяю [Телекинез] на его кончик.
Кончик взлетает в небо, открывая его для контратаки. Я делаю выпад и применяю [Удар молнии] в тот же момент, когда наношу колющий удар в его грудь.
Он кряхтит от боли, но парирует мой выпад эфесом меча, затем указывает на меня пальцем. Формируется [Огненный шар], и я отскакиваю назад.
Скользя с помощью [Телекинеза], я разворачиваю меч и полосую его по плечу, когда клинок возвращается.
Свободной рукой я защищаю боковую часть лица, используя [Мышечный взрыв], чтобы уклониться от [Огненного шара]. Я чувствую, как рука слегка горит, а кожа на мимолетное мгновение отливает радужным сиянием, когда активируется мой [Радужный щит].
— Твой стиль боя странный. Где ты ему научился? — спрашивает Бастико с маниакальной улыбкой на лице. Он такой же, как Хана, кровожадный качок.
Я лишь улыбаюсь и возвращаюсь к сосредоточению на битве, сильно раздражая Бастико.
— Ладно, мы можем поговорить после дуэли.
Да, пожалуйста.
Ожидая, я дал ему возможность, и он ею воспользовался. Он наносит удары неоднократно и использует [Двойной удар] при каждой атаке. Это вводит его в своего рода ритм, очень предсказуемый ритм.
Я сосредотачиваюсь на защите и удержании дистанции с помощью [Телекинеза]. Хорошо, что мой стиль включает скольжение, иначе моя раненая нога помешала бы работе ног.
— Давай, атакуй меня! — дразнит он.
Я бы предпочел этого не делать. Просто потрать свою ману, пожалуйста.
Он перестает использовать [Двойной удар], и мы смотрим друг на друга, переводя дыхание.
— Считал тебя дураком за то, что ты пошел против моего длинного меча со своим коротким, — говорит он.
Я улыбаюсь и говорю: — Я знал, что у меня есть способ нивелировать твое преимущество в досягаемости.
— Ты можешь применять [Телекинез] на протяжении всего боя? — он ухмыляется, словно знает ответ.
— Да, вообще-то. Я же говорил, что я призыватель; у меня много маны.
Он сужает глаза и обдумывает мои слова.
— Ты самый странный воин, с которым я когда-либо сражался, — говорит он, фыркнув.
Я снова улыбаюсь и начинаю петь [Рывок], побуждая его атаковать.
Я использую [Телекинез], чтобы выскользнуть из зоны его досягаемости, и слышу, как толпа ахает от удивления. Затем я заканчиваю свое сокращенное пение и бросаюсь вперед, как молния. Использование версии с пением причиняет моей голове гораздо меньше боли, чем мгновенное двойное применение.
Я снова применяю [Телекинез] на свой меч, когда встречаюсь с его мечом, чтобы подавить его защиту, затем я прыгаю и снова применяю [Телекинез], чтобы заставить себя лететь. Я отменяю [Рывок], и боль в голове мгновенно проходит.
Я позволяю своим ногам подняться высоко над головой и переворачиваюсь вверх ногами. Я проникаю за его защиту, и он поднимает эфес вверх, чтобы парировать мой удар.
Я позволяю своему мечу проскользнуть мимо его. Он поворачивает запястье, пытаясь полоснуть меня, но я пролетаю мимо его головы, куда он не может дотянуться. Он выпускает мгновенный и маленький [Огненный шар], я защищаюсь свободной рукой, а затем наношу удар мечом.
Я рассекаю ему шею и полосую по металлической защите на позвоночнике.
— СТОП! — кричит жрица.
Чувствуя легкое головокружение и морщась от очень болезненного ожога на руке, я заставляю себя принять вертикальное положение и грациозно приземляюсь на землю.
Думаю, мне нужно добавить [Акробатику] в свой билд.
Жрица бросается к нему, чтобы [Исцелить], а я мгновенно [Исцеляю] себя. Я вижу блеск зависти в глазах жрицы.
Она касается шрама на защите позвоночника шлема Бастико и кричит: — Я ОБЪЯВЛЯЮ ВОЛЬФА РАЙДЕРА ПОБЕДИТЕЛЕМ!
— Я ПРИНИМАЮ ЕГО ПОБЕДУ! — кричит Бастико сразу после этого.
Толпа ликует и хлопает.
С лицом, все еще залитым кровью (жрица не потрудилась [Очистить] его), он подходит ко мне с протянутой рукой. — Полагаю, я должен извиниться, — говорит он, ухмыляясь.
— Хм? — я ошеломлен его действием, поэтому замираю на месте.
— Если бы ты был студентом, я бы знал о тебе и твоем стиле боя.
— О, понимаю. Извинения приняты, — говорю я со слегка натянутой улыбкой и пожимаю ему руку.
— Ты где-то работаешь?
Алисса и Лина спускаются и одевают меня в запасную рубашку.
— Наше содружество в настоящее время работает в качестве внештатного эскорта для Эскортной компании «Эсте».
Он приподнимает брови в приятном удивлении. — О, так Ранде все еще руководит компанией?
— Да, вместе со своей матерью.
— Как долго вы пробудете в Голории?
— Мы уезжаем утром следующего дня Ан.
— Отлично. Тогда я навещу Ранде, — он улыбается так мягко, что на миг становится похож на миловидную девушку. — В любом случае, если еще заглянешь в Голорию, я бы хотел познакомить тебя со своим отцом. К сожалению, он сейчас в том новом подземелье «Легадо», так что вернется нескоро.
Хм? Как удобно.
— Понятно. Возможно, я вернусь после того, как эта работа будет закончена.
— Тогда буду ждать. Прощай.
— Прощай.
Мы все обмениваемся слегка неловким кивком, и он разворачивается.
Толпа рассеивается, и он быстро смешивается с ней. Весь в крови.
— Неловко… — шепчет Лина.
— Да. Хотя для нас все прошло хорошо, — говорю я с кривой улыбкой.
— Даже эльфы не свободны от мужского братства, — говорит Алисса.
— Что? — спрашиваю я, нахмурившись.
— Избиение друг друга как хороший способ завести друзей.
Я усмехаюсь, и Лина кивает. — Верно, — говорит она.
Я переодеваюсь в более приличную одежду, и мы идем перекусить в студенческий ресторан. Архитектура здесь на удивление не давит своей грандиозностью, так что столиков хватает на всех студентов, а официанты подходят вполне расторопно.
Мы заказываем обычный чай со сладостями. В этот раз нам приносят влажные капкейки, не лимонные, которые очень сладкие.
Лина с радостью просматривает свои записи и показывает нам страницу о [Двойном ударе] как зачаровании.
— Было довольно неплохой идеей использовать твой [Телекинез] против его зачарования, — комментирует она, переполненная гордостью за меня.
— Я подумал, что они не могли создать идеальное иллюзорное зачарование. Чтобы Хана использовала его таким образом, ей потребовалось немало умственных усилий.
Лина кивает. — Это может сработать для обычного дуэлянта, но [Магию иллюзий] довольно легко раскрыть с помощью магии.
Мы без проблем возвращаемся в библиотеку, и я возобновляю свои исследования.
[Магия изменения] может быть использована для создания конечностей, которых никогда не существовало, например, деформированной конечности.
Подобные конечности можно воссоздать, не формируя для них «орган» внутри человеческой души. Со временем конечность «ассимилируется» душой за счет смешивания личной маны человека с маной новообразования. Процесс идет быстрее, если через нее циркулирует кровь. Минус в том, что пока идет ассимиляция, магия нестабильна, а при неправильном слиянии могут возникнуть проблемы с управлением.
Другой способ воссоздать конечности — «вытянуть» человеческую душу из тела и заставить ее породить затвердевшую ману. Этот метод применяется для таких частей тела, как рога и хвост Роксаны.
Основой для такой затвердевшей маны служит элементальная искусственная материя. В частности, субстанция природного элементаля универсальнее всего благодаря своим свойствам замазки: она легко формуется, мягкая, податливая, приятная на ощупь и легко поддается окрашиванию.
У меня здесь есть все, что я хочу, мне просто нужно изучить [Магию изменения].
Я возвращаюсь к указателю и ищу книгу об этом. Я могу легко вложить очки в Изменение, но боюсь того, что может произойти, если я буду действовать слишком неосторожно.
Я нахожу книгу под названием «Основы [Магии изменения]» и начинаю компилировать все, что считаю полезным.
Это пугающе напоминает использование [Божественного языка] для изменения реальности, хотя требует куда больших умственных затрат, чем просто беседы с неодушевленными предметами.
Медитация, мантра, визуализация и мотивация. Эти четыре составляющие образуют фундамент данной школы магии. Сперва нужно оградить чувства от всего, кроме объекта изменений; затем произнести связанную с ним мантру, наподобие песнопения; после — детально визуализировать конечный результат; и наконец, настроиться на нужный лад, поскольку материя сопротивляется вмешательству и для преодоления этого сопротивления требуется «Сила воли». Правила жесткие: либо успех, либо жуткий провал.
Это довольно опасно… Подумать только, что я собираюсь проделать это с самим собой…
Изменения также постоянны. Я хочу чего-то более временного.
Ги.
Понятно. Совместить Изменение с [Материализацией]. Мне придется глубже изучить это заклинание, прежде чем я смогу его изменить.
Ги.
Смотри-ка, ты на что-то годишься.
Гии.
Его милые глаза сужаются от раздражения, хотя и не теряют своей миловидности.
Ги!
Ха-ха.
Мы возвращаемся в наш постоялый двор, когда начинают сгущаться сумерки. Моросящий дождь все еще идет.
Хана и Кляйн вернулись раньше нас. Они мило побеседовали о старых добрых временах. Хотя Хана все еще считает, что лучшее впереди.
Аой удается зависнуть и немного набрать высоту с большим трудом, хотя это не умаляет ее счастья.
— Кве! — она набрасывается на мой живот и ползет к моему лицу, чтобы глубоко поцеловать меня в губы.
— А где мой? — спрашивает Алисса и получает его.
Роксане и Сиэль удалось научить големов применять [Огненный шар], не обжигаясь. Их тренировки по [Контролю маны] окупаются, так как они могут более безопасно пробовать новые заклинания.
Удивительно, но они также могут применять [Исцеление]. Однако не стоит позволять им применять его на себе. Их души основаны на элементалях, поэтому [Исцеление] просто разрушает их тела. Они узнали это после того, как Тед распустил швы Лины на своей руке.
— А-а… — стонет милая девушка, пока Роксана и Сиэль одаривают ее натянутыми извиняющимися улыбками.
— Ну, по крайней мере, теперь у меня есть представление о том, как правильно изменять их тела и укреплять их, — говорю я и глажу ее по голове. — Мне придется изменить их душевные органы, чтобы они соответствовали кукольным, а затем применить [Исцеление]."
]. — А как должны выглядеть эти органы? — спрашивает Алисса.
— Понятия не имею, но я уверен, что это правильный путь.
Может быть, те книги по Изменению могли бы мне в этом помочь.
Как только мы начинаем думать о том, чтобы принять ванну, посыльный доставляет нам записку.
— Лорд Рикардо хочет поужинать с нами сегодня вечером, — говорю я.
Объявление
Зал славы покровителей
Имена покровителей, поддерживающих Рупегию, будут воспеваться бардами, ибо они заслуживают славы и чести:
Оракул Максимилиан Хюбнер.
Принц Брэдли.
Принц PreownedFIN.
Лорд Эндрю Майерс.
Лорд Хоуп.
Лорд Сэмюэл Лим.
Лорд Коди Вейгель.
Лорд Билл.
Лорд Новгарод.
Лорд DJ.
Лорд Ашадун.
Лорд D4rk Sheep.
Лорд Майкл Эрвин.
Лорд Сидант.
Дворянин Salty Panda.