— Это… потрясающе; у меня нет слов, — шепчет Белинд, ошеломлённо глядя вдаль и при этом вовсе не утратив дар речи.
— Я даже не знаю, как на это реагировать, — замечает Луклвинд с уместно отсутствующим выражением лица.
— Не волнуйтесь, это нормально, — непринуждённо успокаиваю я парочку. На них сейчас так умилительно смотреть.
Сиэль думает так же, поэтому приветливо им улыбается и добавляет: — Большинство простолюдинов даже не понимают, что значит существование других Миров внутри нашего Цикла, так что подобное изумление вполне ожидаемо.
— Если честно, проще об этом не думать, — отвечает Хана в своей характерной манере, заставляя Урмей фыркнуть, хотя затем та согласно кивает.
И тут Катерина неожиданно вклинивается серьёзным тоном: — Именно так Тамплиерам и предписано действовать при столкновении с неизвестным. Сначала взять ситуацию под контроль и изолировать угрозу, а затем связаться с начальством и запросить приказы.
Младшие брат с сестрой всё ещё не готовы вернуться к разговору, поэтому я обращаюсь к Катерине, поскольку её слова вызывают у меня беспокойство: — Простите, если это прозвучит грубо, но мне не кажется хорошей идеей приучать солдат не задумываться о том, что они делают.
Она не воспринимает мои слова превратно и спокойно отвечает прямо: — Мы не велим им не думать; мы учим их следовать процедуре и защищать других гуманоидов прежде чем они начнут размышлять.
Я потираю подбородок когтистой лапой и задумчиво мычу: — Хм… справедливо.
Строгая милфа едва заметно криво улыбается. — Я знала, что вы это прокомментируете, поэтому сразу начала готовить ответ.
— Вольфи мнит себя учёным и философом, — тут же хвалит меня Алисса и смотрит на Белинд, желая увидеть её реакцию; та наконец выходит из оцепенения и устремляет на меня любопытный взгляд.
Но от этого я смущаюсь, тут же представив, как жестоко поджарила бы меня Лили, услышь она такое, и пытаюсь сохранить достоинство: — Мне просто нравятся содержательные беседы, а моё Благословение должно подсказать вам, что именно мне по душе.
"— Что? Тебе не понравилось, как Алисса лизала тебе задницу?— поддразнивает Роксана через [Связь].
"— Думаю, Лили всё равно бы его «поджарила», раз уж он упомянул Благословение, — невозмутимо замечает Юния.
"— Она бы назвала его «ботаником», — «услужливо» добавляет Тед.
"— БОТАААН!— орёт Хана-спортсменка в пространстве моей души, и я заставляю их всех замолчать, потому что они начинают шуметь.
Но моя Лили тоже была ботаником!
"— Лили была «геймершей», но знания ради самих знаний её никогда не интересовали, — продолжает Сьюзи через [Связь].
"— Ей даже физические упражнения нравились больше, чем тебе, так что отчасти она была «спортсменкой», как Хана, — заканчивает Ярн.
Это ещё что такое? Меня предали!
Но девушки лишь смеются у меня в голове, а я не позволяю големам всерьёз извиняться.
Заметив, что разговор затихает, Каатохе решает присоединиться и шутливо замечает: — Услышав, за что ратует Богиня Любви, я задумалась, почему вместо этого она не благословила тебя.
Это наконец выводит Белинд из оцепенения; она хихикает и отвечает прежде нас: — Вообще-то и у меня возникал вполне резонный вопрос, но после знакомства с этим оружием я окончательно убедилась, что Знания подходят тебе в покровители лучше Любви.
— Погодите, так оружие — это знание из другого Мира? — внезапно спрашивает Луклвинд.
И я, из гордости желая уточнить разницу, небрежно отвечаю: — Именно. Навыки, которые я создал, стали плодом моих собственных усилий, но все знания, не связанные с магией, пришли с Земли, из моего родного Мира.
— И всё же на их создание у нас ушло столько времени, а чтобы добиться такой точности, мы очень сильно полагались на Дары Вольфи, — вслед за Алиссой хвалит меня Лина. Я снова смущаюсь: не привык слышать похвалу от своей малышки.
"— И по-настоящему она тоже с радостью вылизала бы тебе задницу, — нахально добавляет Алисса у меня в голове, потому что девушки не упускают ни единой возможности меня поддеть.
"— Скорее уж потыкать тебе в задний проход, — пытается сострить Роксана.
— Погодите, а как же магические знания? — с любопытством спрашивает Луклвинд, прежде чем я успеваю выпороть непослушную суккубу.
А теперь пора снова поразить их различиями между Землёй и Рупегией. — На Земле нет ни магии, ни маны, ни навыков, ни уровней, ни подземелий, ни монстров, ни духов, ни Богов, ни иных разумных рас, кроме людей, так что всё это было для меня внове.
— Какой… интересный Мир, — медленно отвечает он, снова не зная, как на всё это реагировать.
— «Скучный» тоже вполне подходящее определение, — шучу я с кривой улыбкой.
— Не ожидала, что вы так скажете о своей родине, — обеспокоенно произносит Белинд.
— На Земле я был простолюдином, а здесь я король, — небрежно отвечаю я, пожав плечами.
Урмей громко хохочет. — Похоже, Боги выбрали правильного человека! — восклицает она и продолжает смеяться.
И она, чёрт возьми, права.
Белинд не обращает внимания на медвежью сестрицу и как можно вежливее продолжает расспросы, всё ещё выглядя обеспокоенной: — Значит… именно это земное мировоззрение заставило остальных четверых Одарённых вести себя столь непочтительно?
— Да, Вольфи питает слабость к землянам и потому позволяет им вести себя резко, — тут же отвечает Юния, а я виновато улыбаюсь.
Но я не хочу, чтобы она смотрела на Четверку свысока, поэтому дипломатично добавляю: — Различия культур. Трудно изменить привычки, если ты не рос среди знати.
Это немного успокаивает принцессу-пикси, и к ней начинает возвращаться обычная жизнерадостность. — Для вас, искателя приключений, ставшего дворянином, это вполне ожидаемо, но даже при таком объяснении поведение землян меня удивило.
Тогда Юния предлагает взгляд рупегийской аристократки: — В Мире Вольфи дворян вообще нет… ну, почти нет. Более развитыми государствами правят представители, избранные демократическим голосованием, а поскольку убивать монстров там не приходится, воинская культура угасла.
Но от этого принцесса снова хмурится и задумчиво произносит: — Ремесленники правят ремесленниками? Нет монстров, которые отсеивали бы недостойных и давали шанс честолюбивым? Звучит тревожно.
— Так и есть… — соглашается Юния, и они заводят довольно напыщенную дискуссию об упадочном земном обществе.
— Меня больше интересует, какие ещё знания король Вольф может принести в наш Мир, — говорит Луклвинд, оглядываясь, но его взгляд предсказуемо останавливается на Лине.
— Можно спросить у големов; у них хорошая память, — тихо отвечает она, и две куклы подлетают ближе, хотя она даже не успела попросить.
Так наш ужин и начинается — с содержательных бесед.
Повар тоже идеально выполнил мою просьбу: зажаренные кубики верхней части филейной вырезки, между которыми лежали квадратные ломтики не-болгарского перца, лука и бекона. Я бразилец, а значит, жаркое — моя стихия; блюдо даже пробуждает воспоминания об отцовском воскресном барбекю, так что повару я ставлю высший балл.
После десерта мы приглашаем Белинд провести вечер в наших личных покоях. Её брат, что вполне понятно, выглядит встревоженным: сестра входит в логово дракона, где её могут съесть. Но с ней всё будет хорошо. Эту жизнерадостную принцессу мы хотим распробовать не спеша, так что пока не станем снимать с неё пробу… пока.
Мы также приглашаем Хукарере, двух новых девушек-духов и эльфийку — придворного мага и подружку одной из них. Они знают, что означает такое приглашение, и потому приходят в развратных ночных нарядах (кроме Хукарере, которая при любой возможности ходит голой), отчего мой Член натягивает тесные эльфийские штаны, но спешить мне нельзя.
Лина и Аой сегодня много трудились, поэтому время перед оргией я решаю провести, помогая своей малышке Лине расслабиться. Хана и Роксана флиртуют с Катериной, Алисса развлекает Урмей и девушек-гостей, а Юния с Каатохе составляют компанию Белинд в стороне от Урмей, так что «наградить» Аой за сегодняшние труды остаётся только Сиэль.
Вообще-то это интересное сочетание, поэтому я решаю понаблюдать, массируя человеческими руками маленькие ступни Лины, но приходится сдерживаться, чтобы не начать сосать её милые пальчики, а затем не заставить её подрочить мне ногами.
Эх, сколько же труда требует быть нормальным человеком и не утонуть в гедонизме…
Аой приняла уменьшенную форму — так за ней проще ухаживать. Сиэль начинает с полировки её синих чешуек, но хотя это и приятно, по-настоящему ощущается не особенно приятно, поэтому она оставляет полировку големам, а я накладываю [Массаж]. Они уже привыкли, что минуты близости ощущаются довольно «интенсивно», так что одной полировки недостаточно.
Поэтому Сиэль начинает с шеи Аой — та легко устаёт, ведь ей приходится удерживать большую голову далеко от тела, а сама Аой для дракона очень стройна, и шея — одно из её слабых мест. Сиэль массирует её нажимом, проводя руками вдоль длинной шеи Аой и вызывая приятные звенящие звуки.
Но при таком массаже нельзя долго задерживаться на одном месте, иначе ощущения быстро станут неприятными. Поэтому она переходит к позвоночнику Аой и вскоре обнаруживает, что места, где кости крыльев выходят из спины, забавно чувствительны — как основания моего хвоста или рогов. Разумеется, Сиэль принимается за крылья, а Аой закрывает глаза и с наслаждением выдыхает стон.
Когда удовольствие начинает угасать, Сиэль переходит к основанию её хвоста, и это щекочет Аой уже совсем иначе. Её задние когти начинают подрагивать, задние лапы медленно раздвигаются, а челюсть безвольно приоткрывается. Почти как у собаки, которой чешут основание хвоста, только вызванное ощущение имеет явно иной характер…
А закончив, Сиэль видит, как Аой немедленно переворачивается на спину, широко раскидывает лапы и распахивает влажную от возбуждения щель киски. Похоже, основание хвоста у неё — «сексуальная кнопка».
Сиэль с доброй улыбкой вводит в неё палец, но взгляд Аой мутнеет, язык изголодался по ласкам, и она притягивает к себе сестру-жену, вторгаясь в её рот длинным скользким языком.
Нашей ангелице прежде почти не доводилось целоваться с Аой — по крайней мере в настоящем теле, — поэтому поначалу она замирает от неожиданности. Но все подбадривают её через нашу связь, убеждая отдаться поцелую и начать раздеваться.
— Это и правда очень интересно, — шепчет Белинд, одновременно зачарованная и возбуждённая. Она выпивает с Хукарере и Ханой, но мы предусмотрительно поставили их столик рядом с кроватью, чтобы всё было лучше видно. Урмей сидит по другую сторону кровати с Юнией, и меня немного раздражает необходимость делить компанию на две части, лишь бы принцессы не вцепились друг другу в глотки.
— Вы когда-нибудь видели, как спариваются два дракона? — хрипло спрашиваю я Белинд, массируя человеческими руками грудь Лины, которая лежит у меня на коленях и почти уснула от моих успокаивающих прикосновений.
— Нет, не видела, — напевно отвечает принцесса и косится на мои развратные руки, которыми я сжимаю два маленьких холмика сквозь её фиолетовый пеньюар.
Я соблазнительно улыбаюсь и высвобождаю [Сексуальное обаяние]. — На сегодня у меня другие планы, но как-нибудь снова навестите нас вечером, и я вам покажу.
— Непременно, — тут же отвечает она, кивая и поглядывая на меня.
Затем я раздвигаю маленькие ножки Лины, открывая пикси полный вид на фиолетовые кружевные трусики лоли, и Белинд ни секунды не медлит, прежде чем впиться в них голодным взглядом.
"— Она правда лесбиянка, эта девочка, — весело замечает Роксана, тоже глядя на трусики Лины.
Белинд по-прежнему жаждет моего Члена, а для меня это достаточно гетеросексуально.
Но удовлетворить свои лесбийские фетиши я не могу, поэтому решаю подразнить её: запускаю руку под трусики Лины и начинаю играть с её милым маленьким клитором.
— А-а-ах~… — стонет моя сонная лоли с закрытыми глазами и льнёт к моему твёрдому Члену, едва не вытаскивая его и не принимаясь сосать рефлекторно.
Но я усиливаю её возбуждение духовным касанием: наблюдение за сексом драконицы и ангела так распалило девушек-гостей, что они уже начинают лапать Алиссу.
Я снова отвлекаю Белинд от лесбиянок и продолжаю соблазнение: — Сегодня я покажу вам, как Разоряю женщину. Это моя тайная техника и причина, по которой мой гарем столь велик и при этом столь доволен.
Она смотрит на стонущую Лину, но затем что-то вспоминает, ненадолго переводит взгляд на меня и криво замечает: — Слухи о вас стали настолько нелепыми, будто люди верят, что вы способны наложить чарующее заклинание на любую женщину, которая разделит с вами постель.
— Его сперма вызывает зависимость, — прямо отвечает Хукарере и отпивает из бокала.
Это так озадачивает принцессу, что она разворачивается и смотрит на неё. — Простите?
— Эм-м… — неуверенно бормочет моя белая волчица и поглядывает на меня, словно не знает, как ответить на столь вежливую просьбу пояснить.
Я криво ей улыбаюсь, сильнее двигая пальцем в Лине, и любезно объясняю: — Духи очень чувствительны к магии, а поскольку у меня есть [Мана-тело], моя чрезвычайно насыщенная маной сперма для них — деликатес.
Принцесса понимающе мычит, но «невинно» добавляет: — Ох… у меня тоже есть [Мана-тело].
О-о-о~…
Что ж, раз она так восприимчива, можно немного похвастаться и дать ей понять, чего следует ждать: — Я также умею выталкивать дух из тела, и когда он касается чьей-либо кожи, это вызывает очень возбуждающее ощущение. Если применить это вместе со всеми прочими моими «постельными навыками», я могу подарить обычной женщине незабываемый опыт. На духов это действует ещё сильнее, поэтому, полагаю, слухи и разлетелись.
— А-а… понятно… — снова мычит она; на её миловидном лице расползается широкая ухмылка, а дыхание тяжелеет. Затем её взгляд вновь падает на Лину, которая уже окончательно проснулась и громко стонет.
Мы замолкаем, наблюдая за моей мрачной лоли. Наслаждение становится настолько сильным, что она опьянённо смотрит на принцессу; её милое личико искажено блаженством, и такое восхитительно порочное выражение на ангельских чертах на миг отвлекает Сиэль от пальцев в Аой. Затем я замечаю, как соски Белинд проступают сквозь короткое платье, пока она украдкой облизывает губы.
Пора заканчивать. Я сильнее сосредоточиваюсь на её клиторе, довожу до Эроса, и она издаёт ангельские писки, одновременно брызнув. К сожалению, жидкость впитывают промокшие трусики, иначе струя попала бы пикси в лицо. Но нас это вполне устраивает: принцесса лишь сильнее возбуждается.
Теперь, когда я закончил ублажать свою лоли, пора выместить желание подчинить Белинд на трёх нетерпеливых девушках, ожидающих меня. Это одновременно представление и предварительный показ того, что я сделаю с этой пикси всего через несколько дней.
Но она молча смотрит на Разорение, забыв и о драконице-лесбиянке, и об ангеле. Девушки замечают, как она пялится на мой Член, когда я отворачиваюсь. Она садится и скрещивает ноги, чтобы скрыть растущее влажное пятно между ними, но Алисса успевает мельком его увидеть, когда уходит.
Вскоре вслед за пикси быстро уходит и Урмей. Это забавно, потому что медвежья принцесса совсем не умеет скрывать: так долго она оставалась с нами лишь затем, чтобы присматривать за Белинд.
После того как Сиэль доводит Аой пальцами до оргазма, маленькая синяя драконица отвечает тем же и трахает языком киску Сиэль. Но без спермы внутри, которую можно вычерпать, всё уже не то, поэтому я быстро наполняю Сиэль и возвращаюсь к своим девушкам-призракам.
Сегодня пятнадцатое, Фо, день Огня, и ещё до полного пробуждения я уже знаю, что день будет хорошим: големы в лаборатории помогают смешивать новую порцию Драконьего кульмината, потому что сегодня он «выходит» в изобилии. Я имею в виду через [Алхимию], ведь моя сперма пока не взрывается… пока.
А осушает меня сегодня Дафна, одна из девушек-духов. Она имперка с высокими скулами — из тех женщин, что могли бы стать подиумными моделями, если бы не мускулистое тело и умеренная жажда крови.
Высокая зоммерландка Ингрид уже насытилась, как и её миниатюрная подружка-эльфийка, но та всё ещё голодно смотрит на мой Член, поэтому я позволяю ей зайти на второй круг. И правда, духи легко подсаживаются на мою насыщенную маной сперму.
Аой повысила [Механическую обработку] на 2 (теперь 3). Это единственный выросший навык: мы не делали ничего настолько нового или достаточно неповторяющегося, чтобы получить уровень.
Алисса вдоволь повеселилась с оружием, но этого всё ещё недостаточно, чтобы создать навык [Стрельба].
— Она что… — начинает Белинд, но заглядывает под стол и тут же выпрямляется. — Да, именно.
Я тихо посмеиваюсь и объясняю: — В этом секрет быстрого роста Аой. Как вы знаете, она магическое существо, так что…
— Так что ваше семя для неё очень питательно, — тут же буднично заканчивает она и кивает.
Я с ухмылкой соглашаюсь: — Именно.
— Слухи были преувеличены, но не то чтобы совсем ошибочны, — криво добавляет она и легонько качает головой.
Больше сказать нечего, поэтому я лишь улыбаюсь, а затем стону, кончая Аой в горло.
Но тут принцесса шумно выдыхает — вокруг нас такой звук редок, ведь это признак сексуально неудовлетворённой женщины, и потому он привлекает всеобщее внимание. Алисса прекрасно знает это чувство и сочувственно улыбается Белинд, но светловолосая пикси не понимает смысла улыбки и лишь растерянно моргает.
И всё же мучить её сексуально очень весело.
Утро проходит за тренировкой циркуляции маны, усиленной сферами, но параллельно я создаю големов, так что разум немного перегружен. Лина и Аой обсуждают конструкции автоматического огня, однако механизм оказывается неожиданно сложным и тонким, и у них возникают трудности. К сожалению, особо помочь я не могу: в тонкостях ударно-спусковых механизмов почти не разбираюсь.
Всё, что я о них знаю, — мем с замедленной стрельбой под Mississippi Queen, но даже Гифи не способна извлечь из него ничего полезного.
Куда интереснее продвинулось изучение самоцвета, от которого веет опасностью и который мы на ночь оставили Алькандеру и придворным магам. Судя по всему, кто-то предположил связь с Богами, поэтому они позвали Карателя. Тамплиер определил, что самоцвет связан с Богом Разрушения, а не с нашими Гуманоидными богами. Для нас это новость, хотя и не нечто совершенно неслыханное.
Крайне редко монстры становятся набожными и развивают собственную разновидность [Магии света] — именно это и происходит с самоцветом. Вполне логично, учитывая поток религиозных образов, через который нам до сих пор приходилось пробиваться… а также то, что золотая громадина прямо упомянула своего бога, который, как мы считаем, не является самим Разрушителем.
Но это ещё не всё. Тамплиер также распознал в самоцвете оттенок «ищейки», то есть тот «ищет гуманоидов». Это подтверждает моё подозрение: когда мы впервые увидели эту «гранату», она ранила только нас и никого больше. В магии присутствуют и отголоски «ненависти» — возможно, именно из-за них девушки испытывали дискомфорт.
Это похоже на зачарования против монстров, только направленные на гуманоидов. Тревожно, что столь разумные монстры ими пользуются. Кто знает, какие ещё мерзкие сюрпризы они приготовили? Один раз нас уже заманили в засаду, а затем эти «замораживающие» гвозди застали нас со спущенными штанами.
Что до гвоздей, всё произошло слишком быстро, и ни Хана, ни Аой не смогли толком проверить, можно ли сопротивляться им одной лишь силой воли, так что надежда остаётся. Но на этом всё: исследования духов и [Мученичества] плодов не принесли. Да, прошёл всего день, однако на кону наши жизни, а когда Титаны нападут снова, мы не знаем.
Я даже не могу схитрить с [Мученичеством], потому что это не стандартизированная Системная магия и новые заклинания автоматически мне не открываются. Я получаю кое-какие озарения, если многократно добавляю и снимаю очки, но это неэффективная трата моего чрезвычайно ценного времени, когда можно просто найти где-нибудь мага [Мученичества] и заплатить за обучение.
Если в Мак Гантусе никого не найдётся, поищем в Высоком лесу и отправим мага через Сеть [Вечных врат]. Даже если там никого не окажется — что маловероятно, — можно просто прыгнуть в Маоку и забрать кого-нибудь.
Ой, погодите: у Ванеи на службе был рыцарь демонической расы, владевший этим навыком.
Это определённо проще, чем отправляться в Маоку.
Итак, наше утро начинается очень неспешно. Белинд присоединяется к Спутникам, а Урмей и Четверка — к тренировке Гвардии лордов с оружием. Солдаты тренируются на духах, поскольку те невосприимчивы к пулям, а Живые доспехи приберегают для учений с реальным риском.
Тем временем Луклвинд скованно разговаривает с Линой и Аой через големов, продолжая исследования автоматического огня. Можно просто грубой силой собрать какую-нибудь конструкцию, но она окажется крайне ненадёжной, склонной к осечкам и даже взрывным поломкам, поэтому к этому оружию мы предъявляем сравнительно высокие требования.
Поскольку Ярн «свободна», я перехватываю над ней управление и отправляю работать над своим личным проектом. Луклвинд заинтересованно наблюдает, как несколько големов начинают собирать большой токарный и фрезерный станки.
— Что они делают? — с любопытством спрашивает он двух големов. Все трое мило сидят за столиком гномьего размера, словно ребёнок изображает инженера вместе с двумя куклами.
— Любимый проект Вольфи, — отвечает Тед без подсказки Лины.
— Сюрприз для Титанов, — в том же духе добавляет Сьюзи.
Но молодой синеволосый гном настораживается. — Не сочтёте ли вы невежливым, если я признаюсь, что это меня пугает?
— Нет, — хором отвечают они.
Что? Я всего лишь дружелюбный сосед из другого Мира, обладающий обширными знаниями об оружии массового уничтожения. Бояться нечего: я совершенно безвреден!
Объявление
Зал славы покровителей
Имена покровителей, поддерживающих Рупегию, будут воспеты бардами, ибо они достойны славы и почёта. Вот их имена:
Принц PreownedFIN.
Принц Owldente.
Принц S. R.
Лорд Andrew Meyers.
Лорд Bakerdea.
Лорд Maurice.
Лорд Mattirro Draca.
Лорд Tenebris Lupus.
Лорд Paul Daval.
Лорд Paul Daval.
Лорд Tmac.
Лорд CopeyDunt.
Лорд BlindTactic.
Лорд Philip.
Лорд d3235.
Лорд SubJef.
Лорд GalacticTNT.
Лорд Glaistig Uaine.
Лорд School work.
Лорд patrick__starz.
Лорд Peter Kraushuber
Лорд David England.
Дворянин Aclys.
Дворянин Carl Baxter.
Дворянин Tony Starrk.
Дворянин DND.
Дворянин Anon A Moose.