Тишина и покой. Поскольку никаких неотложных дел не возникло, я наконец обретаю истинный мир в сердце, ведь даже дракон внутри меня успокоился. Мне нужно соблюдать баланс между двумя своими сторонами, так что теперь пришло время человеку взять полный контроль.
Я продолжаю добавлять и убирать очки из [Магии призыва], размышляя о своих познаниях в этой области. Тренировка маны настолько проста, что я могу выполнять её на автопилоте. Это ещё не стало подпроцессом, но я верю, что со временем постепенно им станет.
Такой вид тренировок очень медленно увеличивает наш запас маны, так что нам придётся заниматься этим каждый день, если мы когда-нибудь захотим хотя бы приблизиться к кому-то вроде дедушки Райзека, когда станем старше.
Возвращаясь к призыву, я начинаю сравнивать «интуицию», которую даёт навык, и быстро осознаю, что она похожа на теорию червоточин: мол, можно пробить «дыру» в «ткани» реальности. Проблема в том, что после этого всё становится… «абстрактным», и я больше не могу в этом разобраться.
«Червоточина» — это не то, что существует на самом деле или может быть воссоздано с помощью известных физических явлений или процессов, что делает её чем-то сугубо магическим. Также существует вероятность, что она нарушает некий первородный закон реальности, ставя её в один ряд с моим [Перенаправлением маны], когда оно используется для прерывания заклинаний.
К тому же навык не даёт никакой информации об этом заклинании, так что я даже не могу попытаться угадать, в чём тут суть. Может, в столице мы сможем найти хоть какую-то зацепку…
— Нам действительно нужно будет вскоре отправиться в столицу, — внезапно отмечает Юния, вырывая нас всех из раздумий. — Как новые Коронные лорды, мы должны засвидетельствовать своё почтение самому императору.
— Это может подождать до нашей свадьбы? — спрашивает Алисса, опасаясь, что ей придётся менять свои приготовления.
Юния мягко кивает: — Да, может. Нам посоветовали сначала взять под контроль собственную территорию, прежде чем мы отправимся на встречу с ним.
Алисса довольно улыбается и возвращается к планированию нашей свадебной церемонии. Она обдумывает всех гостей, которых нам придётся пригласить, а затем внезапно хмурится из-за родителей Ханы и Роксаны.
— Может, устроим простую церемонию только для нас, а вечеринку закатим позже, когда все соберутся? — тут же предлагаю я. Нам может потребоваться слишком много времени, чтобы найти родителей Ханы, а мы не хотим, чтобы они пропустили церемонию.
Сердце Ханы за секунду совершает целые «американские горки»: надвигающаяся депрессия мгновенно сменяется приливом счастья от моего предложения, а затем она восклицает и искренне умоляет: — Да! Можно, пожалуйста? Я хочу… я хочу, чтобы мои родители увидели обмен нашими клятвами.
— Это приемлемо. Мы теперь можем ускорить поиски Конфиэля, используя наше влияние, — соглашается Юния, и в её спокойном поведении не чувствуется ни капли грусти при упоминании родителей.
Аой тоже даже глазом не моргнула. Она настолько отстранилась от своих родителей-монстров, что едва помнит их.
Затем мы поворачиваемся к Роксане, которая, кажется, всё больше тревожится.
— Мы должны пригласить её. Будет хуже, если мы этого не сделаем, — советует ей Сиэль, а затем встаёт и подходит к напряжённой суккубе, чтобы обнять её.
Конечно, я пользуюсь случаем, чтобы тоже обнять её, и ситуация быстро превращается в кучу-малу из обнимающихся.
Роксана намеренно прижимается головой к груди Сиэль, что слегка раздражает Хану, но на этот раз она решает не обращать внимания.
Как только все устраиваются поудобнее, Юния наносит ещё один удар по решимости Роксаны: — Было бы также правильнее встретиться с ней лично, а не просто отправлять письмо. Сеть [Вечных врат] простирается до Ксейна, если мне не изменяет память, так что теперь нам туда добраться проще простого.
— Хнн~… — скулит Роксана, словно грустная собака.
— Почему ты боишься свою мать? — спрашивает Сиэль очень осторожным и нежным тоном, запуская пальцы в тёмные шелковистые волосы Роксаны.
— Я не то чтобы боюсь её, мне просто стыдно внезапно возвращаться, ведь я даже не написала им ни одного письма, — признаётся она.
Я обнимаю её крепче, пока Сиэль утешает её: — Тебе придётся встретиться с ней, рано или поздно, но мы будем рядом с тобой.
— Нельзя насладиться аналом, не растянув сначала задницу, — мудро советует Хана, и Сиэль бросает на неё короткий взгляд.
— Земляне используют аналогию про «вырывание зуба», но ладно, думаю, это тоже работает, — бормочу я и усмехаюсь.
— Ну, Хана права… Я скучаю по папе, — снова хнычет Роксана и сворачивается в клубок, пока Хана одаривает Сиэль самодовольной улыбкой.
Сиэль играет с её обвисшими рожками и успокаивает: — Сама церемония займёт некоторое время, так что у тебя есть время привыкнуть к мысли о встрече с ней. Роксана медленно кивает.
— Как насчёт того, чтобы встретиться с родителями каждого? По одному визиту в день, — радостно предлагаю я.
Лина внезапно издаёт резкий крик удивления: — Ах! Можно мои родители будут первыми, пожалуйста?! — отчаянно умоляет она.
Конечно, никто не может отказать ей, видя её полное муки лицо.
Мы все согласно мычим, и Лина опускает голову, краснея от смущения. — Простите. Просто они даже не знают, жива ли я… — кротко объясняет она.
Я протягиваю руку и глажу её по голове своими когтями, а затем перечисляю: — Сначала навестим родителей Лины, потом Алиссы, затем Сиэль, а потом Роксаны. Как вам такой план?
"— Моих родителей? — озадаченно спрашивает Сиэль.
Я тепло улыбаюсь ей и сдерживаю смешок: — Я имею в виду, что Арантос, Верховный жрец, в некотором роде твой отец.
Сиэль смущённо чешет затылок и бормочет: — О, точно. Ну, я в любом случае собиралась предложить навестить его.
— Давайте подождём несколько дней, чтобы отдохнуть, а потом начнём навещать их всех, — предлагает Юния, и мы все соглашаемся. Всего два или три дня, чтобы убедиться, что все важные дела улажены.
Наш счёт за использование [Вечных врат] для пересечения континента несколько раз может стать внушительным даже для нас, но мы не будем делать это слишком долго, так что это приемлемые расходы.
Наше утро продолжается в тишине. Мы получаем лишь записку от Сандоро, в которой говорится, что перед Раковиной, на площади Анаси, где на нас снизошёл божественный луч света, молятся несколько жрецов и простых горожан.
На самом деле они молятся за нас, что немного странно, но мне кажется забавным, что если эта площадь действительно станет святым местом или чем-то в этом роде, нам, возможно, придётся сменить её название. Я не большой любитель истории, но меня немного кружит от мысли, что мы творим историю и что мои потомки могут сказать обо мне.
Видели даже несколько химер, которые молились, так что, думаю, Терезина, вероятно, очень довольна тем, как они начинают обращаться в веру.
Затем на обед мы приглашаем Оритики и её мужей.
Жаль, что я не могу снова посмотреть, как её трахают, чтобы я мог подрочить на это или попросить одну из девушек отсосать мне, пока я наблюдаю. Мне показалось поистине прекрасным зрелищем видеть, как такую большую, сильную женщину берут в оборот эти двое накачанных парней.
— Что ж, я рада, что всё не сильно изменилось, — внезапно выпаливает Оритики.
— Что? — рассеянно спрашиваю я, выходя из транса, в который меня ввели её коровьи сиськи.
— «Божественное вмешательство». Я думала, вы будете… — она чешет рог в раздумьях, — не знаю, «почитаемы» другими. — Затем она пожимает плечами.
— О, это, — мычу я, всё ещё немного рассеянно.
— Не все настолько благочестивы, — отвечает Сиэль с мягкой улыбкой.
— Так я должна поклоняться ему или что-то в этом роде? — допытывается Оритики.
Сиэль застигнута врасплох и широко открывает глаза: — Погоди, ты что, обращаешься в веру?
Оритики неловко жестикулирует, нахмурившись, пытаясь сформулировать свои мысли: — Это были Боги, которые устроили ту… остановку времени? И тот луч света? Если они действительно имеют некоторую власть над этим миром, то, может, мне стоит засвидетельствовать им своё почтение?
Не-Тор решительно соглашается с ней, уверенно делясь своим мнением: — Да. Это «событие» было довольно интенсивным. Если Гуманоидные Боги действительно настолько активны, то нет смысла их игнорировать.
Эй, это те же рассуждения, что и у меня.
Рей, муж-бородавочник, громко выдыхает, его большие ноздри заметно раздуваются. — Их власть над нашей Судьбой должна быть намного сильнее, чем их власть над физическим миром, верно? — задаётся он вопросом строгим тоном.
— У вас, правда, не так много Нитей, на которые они могли бы повлиять, — отмечает Сиэль.
Но Юния возражает: — Их Нити всё ещё там, просто перерезаны. Иначе я не смогла бы использовать [Предвидение] на них.
— Если я брошу в тебя камень, ты сможешь его увидеть? — выпаливаю я вопрос.
— Да, потому что на камень всё ещё воздействует твоя Нить.
Что ж, это довольно интересно. Полагаю, именно поэтому заклинание может видеть реальное оружие, атакующее её, а не только физические тела, которые им владеют.
— Значит, только что-то вроде природного явления может устроить тебе засаду? — спрашиваю я дальше, стараясь не уходить слишком далеко от темы разговора.
Юния мягко кивает, а затем одаривает меня едва заметной ухмылкой: — Или что-то, что движется быстрее, чем я успеваю среагировать.
Как я, хе-хе.
— В любом случае, ты сказала, что их Нити всё ещё там, — возвращаю я разговор в русло после своего отступления.
— Я не знаю, как Боги манипулируют нашими Нитями, но я знаю, что у химер они всё ещё есть, просто как-то «перерезаны», — повторяет Юния.
А Сиэль уточняет: — Храм точно не знает, что значит иметь «перерезанную» Нить, поэтому они хотят предотвратить что-то плохое, поощряя духов переходить в Рай. Богам тоже не нравится, когда люди заставляют духов оставаться в этом мире, так что из этого следует, что для них это не совсем хорошо.
Затем Оритики развивает эту мысль: — Мы знаем, что духи могут стать «злыми», если слишком долго остаются в этом мире, как те Мстительные духи, которых вы видели вокруг Вакамуту.
— Или Падший Аремут, — тихо добавляет Лина.
— Ги, — невпопад чирикает Гифи.
— Или они сливаются с духами природы, — повторяет Оритики с кривой улыбкой.
Я задумчиво мычу и отмечаю: — Ну, мы не знаем, становятся ли все духи, которые слишком долго остаются на земле, злыми. В смысле, ты не стала.
Оритики делает глоток из своей чашки и скрещивает руки, выпячивая те самые большие, манящие чёрные сиськи. — А, понятно. Полагаю, это правда, но [Ловушка души] действительно делает наши души намного более «стабильными», если маги Духов правы.
Сиэль ухмыляется и предлагает: — Ну, тебе не обязательно поклоняться Вольфу, но ведь не повредит помолиться Богам, верно?
— Не повредит, — хором бурчат Оритики и её мужья, а затем делают глоток из своих чашек.
Этот разговор приводит Сиэль в восторг, но мой садизм даёт о себе знать, и я злорадно ухмыляюсь, спрашивая: — Как продвигается [Манипуляция душой]?
Оритики замирает, её коровья морда дёргается, пока она сдерживает эмоции. — Продвигается, — отвечает она хриплым голосом, полным боли.
Хана радостно ухмыляется, вспомнив, что у неё есть время «помочь» с их тренировкой сегодня.
Сегодня эльфийские овощи были обжарены в масле, похожем на кунжутное, что придало им тонкий и восхитительный вкус кунжута. Юния не узнала это масло, так что, полагаю, это одно из экспериментальных блюд Кристы. Оно действительно вкусное, так что жалоб нет.
Я очень доволен тем, как она старается придумать что-то новое для каждого приёма пищи, и я определённо буду драться с эльфийскими поварами, если у них когда-нибудь возникнут к ней претензии.
Днём у меня встреча с Высшими офицерами. Я избавляю девушек от необходимости посещать скучный офисный ритуал, и они разбредаются по своим делам.
Когда я вхожу в зал совещаний, офицеры встают и кланяются. Это немного странно, но Юния посоветовала мне не останавливать их, чтобы они знали, что между нами есть определённая «дистанция».
В смысле, я буквально кончил внутрь Пуш, целуясь с ней взасос, и мог бы оплодотворить её, если бы не Кольцо плодородия, но, полагаю, мне просто нужно разделять секс и работу.
Я сажусь и замечаю, что отсутствует только Сильвано, на что Алькандер тут же указывает: — Он опаздывает, — ворчит он с неодобрением.
Я бросаю взгляд на свои карманные часы и успокаиваю его: — На самом деле я пришёл немного раньше, так что давайте не будем необоснованно придираться.
— Я подумываю включить сэра Сильвано в тренировки с новобранцами Лордсгарда, — высказывает своё мнение Сандоро.
Но я настроен несколько скептически: — Он пока не сделал ничего по-настоящему плохого , но я соглашусь на это, когда он заслужит некоторое «наказание».
Сандоро послушно опускает голову и полагается на моё суждение: — Как пожелаете, ваше Высочество.
Дракон во мне определённо одобряет этот титул.
— Ах, да. Можете называть нас «ваше Высочество» или «лорды», как пожелаете, поскольку наша династия ещё не была признана, — небрежно замечаю я, а затем поворачиваю голову к Саи и ухмыляюсь, дразня её: — В любом случае, я на самом деле завидую вам, леди Сайналай. Мне даже не удалось заставить сестёр Мендекасса посмотреть на меня во время ужина.
Саи внезапно сдерживает смешок и широко улыбается: — Ваше Высочество, сёстры очень пристально смотрели на ваш… орган, когда вы его достали, да и к вам подходило немало красивых женщин, так что не сказать, что вы сами не повеселились.
Я откидываюсь назад и немного снобистски щёлкаю запястьем: — Ну, да. Просто сёстры на другом уровне. Они действительно меня возбуждают.
Саи кивает и закрывает глаза, предаваясь воспоминаниям: — Да, эти их длинные пальцы очень… ловкие. — Она ностальгически вздыхает и слабо улыбается.
Сандоро и Алькандер обмениваются обеспокоенными взглядами, в то время как у Алмарии совершенно нейтральное выражение лица, а Пуш тепло улыбается нам.
Я смотрю на Саи, воспоминание о том, как сёстры играли с её киской и скромной грудью, всё ещё свежо в моей памяти… и теперь я очень хочу трахнуть и её тоже. Сиэль даже приходится прекратить случайный обмен мыслями со мной, потому что это воспоминание на самом деле делает её довольно возбуждённой.
— Пока я сам не попробую сестёр, я буду бережно хранить воспоминание о вас вместе с ними, — спокойно заявляю я.
И на это она тихо хихикает, как та лисица, которой является. — Пожалуйста, — воркует она, её голос звучит на октаву выше.
Оф. Я определённо добьюсь и эту лоли тоже.
Затем минуту спустя входит Сильвано, ухмыляясь, как сорвиголова, и суженные глаза с упрёком от половины офицеров немного сбивают его спесь.
Я прочищаю горло и начинаю неизбежный, унылый ритуал: — Это первая регулярная встреча между Лордом и Высшими офицерами. Для начала, пожалуйста, расскажите мне, над чем вы все работаете.
— Я обучаю магов [Ритуалистике], чтобы они могли использовать осадные заклинания, — начинает Алькандер.
А Сильвано продолжает, сразу же звуча очень скучающе: — Я обучаю Терраформеров.
— Я работаю с магами Природы, чтобы улучшить Небесные доки и вырезать вашу геральдику по всему замку, — категорично заявляет Алмария.
— Я работаю с химерами и жрецами, чтобы дать им более совершенное, боевое [Отверждение], — радостно докладывает Саи.
Тон Пуш немного серьёзный и взвешенный, что кажется для неё необычным. — Я… «обучаю» приток женского персонала новому стандарту, который я устанавливаю, — спокойно заявляет она и поправляет свои круглые очки.
Её формулировка меня немного беспокоит. — Пока всё это «добровольно»… — пытаюсь сформулировать я, но не очень знаю, как правильно дать ей совет прямо сейчас.
— Всё это будет под присмотром Богов, — заверяет меня Пуш, и я решаю понаблюдать за её работой ещё немного, чтобы увидеть, что она будет делать, прежде чем пытаться обсуждать этот вопрос дальше.
Неловко почесав рог, я перевожу взгляд на Сандоро и жестом предлагаю ему продолжить.
Он серьёзен и очень доволен собой, гордо улыбаясь, когда говорит: — Я интегрирую химер в наши силы. Духовным солдатам, пилотам и Небесным Рогам требуются разные протоколы, чтобы стать по-настоящему эффективными в бою.
— Понимаю… — я задумчиво хватаюсь за подбородок.
Я пытаюсь заставить офицеров работать вместе, например, прошу Саи поговорить с Сандоро о том, что именно ему нужно от [Отверждения], затем «поощряю» Сильвано больше участвовать в упражнениях, «предлагая» ему поспарринговать с Ханой. Я также говорю о проектах девушек, таких как желание Алиссы иметь магов иллюзий, алхимические потребности Роксаны, индустрия дирижаблей Лины и металлургия Аой.
Есть несколько концепций лидерства, которые нам нужно отшлифовать. Саи, может, и исследователь, но у неё меньше всего опыта реального руководства людьми, поэтому она должна быть готова к настоящей войне, даже если она всего лишь маг Духов.
Это морально истощает — направлять людей так, чтобы они работали вместе, но это сильно разгружает Юнию, так что я с радостью сделаю это для неё.
Разобравшись со всеми этими темами, я перехожу к последней, меняя тон на смертельно серьёзный: — И последнее. Скоро я опробую очень опасное заклинание, и я хочу, чтобы все Высшие маги участвовали, чтобы помочь мне сдержать его на случай, если что-то пойдёт не так.
— Какое заклинание? — немедленно спрашивает Алькандер, его любопытство разыгралось за долю секунды до того, как Сильвано успел спросить о том же.
— Это утерянное заклинание [Магии призыва], но я мало что знаю о том, что оно делает.
Алькандер хмурится и обменивается озадаченным взглядом с Сильвано, спрашивая: — Как ты научился произносить заклинание, о котором так мало знаешь…?
Но Сильвано давит на меня другим вопросом, его глаза дикие и возбуждённые, прежде чем я успеваю ответить на первый: — Оно связано с твоим Даром?
Я едва заметно киваю, сохраняя бесстрастное выражение лица: — Да. Вот почему я так мало о нём знаю.
Пуш и Сандоро не маги, поэтому они не могут помочь с экспериментом, но им всё равно очень интересно. Полагаю, это из-за слов «опасность» и «Дар» соответственно.
— Какова будет наша цель, в точности? — спрашивает Алмария, которая сейчас кажется самой профессиональной из всех.
— Прервать его. Что бы ни случилось, заклинание не должно быть завершено, — серьёзно предупреждаю я их.
— Зловеще… — мрачно мычит она.
Я не могу сдержать ухмылку. Я не хочу объяснять всё о своём Даре, но это действительно звучит довольно зловеще, исходя из того, как я описал это до сих пор. — Действительно. Это очень опасно, поэтому мы подготовим как можно больше мер безопасности.
— Это действительно необходимо — произносить это заклинание? — спрашивает Сандоро, его лицо напряжено, пока он пытается скрыть своё неодобрение.
— Да. Меня к нему направили Боги, — спокойно заявляю я, и это снимает часть их напряжения, одновременно подогревая любопытство.
Сандоро задумчиво трёт подбородок, теперь гораздо более открытый к эксперименту, чем раньше: — Понимаю… Не стоит ли нам попросить помощи и у жрецов?
Я качаю головой и отметаю это предложение: — Любая информация об этом слишком конфиденциальна, чтобы привлекать посторонних, а Сиэль может справиться с любым исцелением, которое может потребоваться. К тому же я рассказываю вам об этом эксперименте только потому, что вы мои Кровавые рабы; это настолько секретно.
Он уважительно опускает голову и отступает: — Как пожелаете, ваше Высочество.
Затем я поворачиваюсь к Алмарии: — Мы будем использовать ваше [Поле прерывания], поскольку оно сильнее, чем у Юнии, но мы также должны убедиться, что оно случайно не убьёт меня, так как у меня есть [Мана-тело], поэтому я хочу начать тестировать это с вами как можно скорее.
Она едва заметно кивает, полностью собранная и профессиональная, затем я бросаю взгляд на Саи, добавляя: — И ваше исцеление души тоже.
Милая лоли взволнованно соглашается, и мы завершаем встречу.
Я отвожу их обеих в пустую комнату, чтобы пощупать… протестировать Поле с ними.
Вывод: оно работает, идеально, но болит так сильно, что у меня нет ни тени сомнения в том, что оно способно меня убить. Типа, Иисус Христос на велосипеде, играющий с воздушным змеем. Это. Чёрт возьми. Больно!
О, да, оно также без проблем прерывает любое заклинание, которое я пытаюсь использовать, так что я не думаю, что другие меры безопасности действительно понадобятся, но лучше перестраховаться, чем потом жалеть.
Маленькие ручки Саи нежно касаются моей груди, пока её духовные руки массируют меня. То, что эта милая маленькая лоли смотрит на меня с беспокойством, пока исцеляет, почти делает всё это стоящим того. Почти.
У меня даже нет здесь Гифи, чтобы помочь с болью, потому что она ни за что не приблизится к кровавому кругу [Поля разрушения], так что вместо этого я полагаюсь на девушек, чтобы они немного утешили меня. Я также подтвердил, что я определённо не мазохист.
Мы прекращаем тестирование раньше времени, и остаток дня я провожу, обнимаясь с Алиссой и Сиэль, чтобы исцелить эхо боли в своём разуме.
Объявление
Зал славы покровителей
Имена покровителей, поддерживающих Рупегию, будут воспеваться бардами, ибо они заслуживают славы и чести. Их имена:
Принц PreownedFIN.
Принц Creamy Spinach.
Лорд Andrew Meyers.
Лорд Samuel Lim.
Лорд Bill.
Лорд Novgarod.
Лорд Michale Erwin.
Лорд Bakerdea.
Лорд Maurice.
Лорд Empyrean.
Лорд Mattirro Draca.
Лорд Colorblind.
Лорд Fullmoon.
Лорд Sean Drake.
Лорд EESDESESESRDT.
Лорд FrostyCube.
Лорд Mike Bartter.
Лорд Cardinal Steiner.
Лорд Krawn.
Лорд Warwulfv.
Лорд Jorge Franco.
Лорд Khristopher Welsh.
Лорд DJ.
Лорд Philip.
Лорд Tenebris Lupus.
Лорд ImportantNPC.
Лорд The Tallest Joshua.
Благородный Salty Panda.
Благородный Mild Fracas.
Благородный Aclys.
Благородный Shawn Plumley.
Благородный CarlBaxter.
Благородный Yeuromain.
Благородный Copey Dunt.