Интерлюдия — Коритипия Ламброс
Императрицы громко спорят друг с другом. Женщины со всех ступеней социальной лестницы, со всего Мира, с совершенно разным уровнем власти и самым разнообразным прошлым — все они потрясены известием об организации нежити, плетущей заговоры внутри Империи.
Это еще не полностью подтверждено, но Каратели собираются провести общемировую Чистку, так что дело серьезное, и оно дошло до той точки, когда его больше нельзя игнорировать. У нас под ногами действуют враги, а признаков возрождения Короля Монстров все еще нет, хотя уже ужасно поздно.
Приближается буря, но мне не было дано видение будущего, что говорит нам о ее связи с Чемпионами.
А что касается меня, я слишком занята тем, чтобы не наделать в штаны от переполняющих меня аур, сталкивающихся за круглым столом, чтобы даже пытаться гадать о будущем! А ведь это моя работа!
Если бы у меня была официальная должность в гареме, возможно, я могла бы чувствовать себя спокойнее, но обстановка остается «напряженной» с момента «инцидента» во время последнего собрания знати, поэтому мне нужно доказать свою полезность, прежде чем я смогу считать себя равной среди них. Даже если я никогда не смогу официально стать Императрицей, быть принятой хотя бы как сестра было бы достаточно.
Но мои мечты прерываются бурным появлением Андреаса и Хаякаши, и они выглядят недовольными.
— Никаких частей тела не было найдено, а его письмо Спутникам доказывает, что он намерен вернуться! — раздраженно восклицает Император, направляясь к своему месту.
Я чувствую, как все мое тело разогревается, когда он свободно выпускает свою ауру, но, в отличие от тех моментов, когда он использует ее, чтобы заставить меня подчиниться, сейчас она окрашена его гневом, отчего я ощущаю неприятный холодок и вину, словно я лично его разочаровала.
— Разве у нас нет его крови из его удостоверения? — спокойно замечает Императрица Хо'Три. Эта невозмутимая сова-оборотень — самая спокойная из всех Императриц.
Андреас устало садится на трон и снимает корону, отрицательно отвечая: — Крайне легко защитить свой дух от призыва через единственную каплю крови.
— Но если его защищают , это лишь подтверждает присутствие организации еретиков, — утверждает Императрица Эфсевис. Она — суровая на вид женщина-волк с тесными связями с храмом, и я на собственном опыте усвоила, что никогда не стоит упоминать Богов в шутливом тоне в ее присутствии.
— Вопрос в том, был ли украден драгоценный камень, в котором заключен его дух… или он ушел по своей воле, — угрюмо произносит Андреас и закрывает глаза, чтобы помедитировать.
И атмосфера за столом становится тяжелой от мрака, так как все боятся этих еретиков.
За исключением Андреаса.
Он внезапно снова открывает глаза и хмурится, глядя на нас: — Почему вы все так расстроены? Эта организация никак не может угрожать кому-либо из нас.
— Но они могут угрожать Чемпиону, — обеспокоенно заявляет одна из Императриц.
— Больше нет. Каратели будут держать его под контролем, — пренебрежительно отвечает Андреас.
И Хо'Три буквально фыркает: — Этот неуправляемый дракон? Вы не смогли удержать его от того, чтобы он не вытащил свой член прямо на Троне! — восклицает она с усмешкой.
— Держать его под присмотром… — поправляет себя Император, закатывая глаза.
— Хм…! — снова фыркает Императрица. Большинство других Императриц тихо посмеиваются, но некоторые стоят вместе с Императрицей Хаякашей, выражая свое отвращение к выходкам Спутников.
Затем он серьезно продолжает: — Моя мысль в том, что мы должны продолжать выполнять свои роли, как обычно. Мы не нужны в этом деле.
— Ну, если это говоришь ты, я поверю, — по-доброму заявляет Императрица Мена. Эта мягкая дварфийка часто представляет более пугливых Императриц, которые обычно ищут консенсуса и поддержки друг у друга, прежде чем предпринять какие-либо действия.
Но в этом вопросе они быстро принимают заверения Императора, поэтому Императрица Пискила переходит к другому: — Кстати, разве Вольф не навещал тебя вчера днем? — спокойно спрашивает она меня с дикой улыбкой. Известно, что эта Императрица-львица жаждет Аой, дракона, превращенного в Азурита, но она также подозрительно дружелюбна с остальными Спутниками, что заставляет Андреаса чувствовать себя неловко, учитывая ее характер.
Но я была готова к этому вопросу, поэтому взгляды всех Императриц и Императора ничуть меня не смутили: — Да, навещал. Я просила его прийти снова, чтобы я могла изучить его дух и Нить, и он согласился, проведя вторую половину дня в моей комнате для встреч, — невозмутимо объясняю я.
И ее янтарные кошачьи глаза сужаются от возбуждения: — О? И что же ты обнаружила?
Даже Андреас поворачивается, чтобы с любопытством посмотреть на меня, поэтому я тяжело сглатываю и пытаюсь описать это отродье как можно яснее: — Его душа просто… ужасна. Искаженная, деформированная… — я хмурюсь — запутанная и невозможная. Наши духи, как и наши физические тела, имеют органы и логическую структуру, но дух Вольфа — нет. Словно по всему его духу разбросаны случайные скопления неизвестных органов, создающие отвратительное зрелище. Мало того, его Дар — это еще одна масса невозможных и запутанных структур, которые добавлены поверх этих скоплений. И к тому же есть его способность изменять свой дух по желанию, что добавляет хаоса.
— Значит, его Дар связан с его духом и его внутренними процессами? — спокойно спрашивает Андреас, и я киваю в ответ.
— Это объяснило бы, почему он может призывать таких огромных монстров, не имея на самом деле для этого маны, — мудро добавляет Императрица Хаякаша. Она обеспокоена всеми вопросами, которые могут угрожать стабильности Империи, поэтому меня не удивляет, что именно она знает о Спутниках больше всех.
И поэтому я продолжаю в том же духе: — Я думаю, что его дух сам по себе является частью Дара. Дух обычного гуманоида просто не должен функционировать с таким количеством хаотичных скоплений. И он каким-то образом может даже передавать некоторые из этих скоплений своим женам, хотя и не до такой степени нелепости, как в своем собственном духе.
— Его член — ключ к его Дару? — иронично замечает Пискила, вызывая хихиканье и несколько взглядов в сторону Андреаса. Священный Член Императора определенно является ключом к сердцам многих Императриц.
— Я видела скопления у его жен, но не у его подчиненных, — отвечаю я, когда более серьезные Императрицы начинают переводить на меня взгляд.
— Может ли его дух быть причиной, по которой нежить хочет его заполучить? — вслух задается вопросом Императрица Мена.
Но Андреас сразу пресекает это: — Они хотят его смерти, а не захвата.
И Хаякаша добавляет трезвое наблюдение: — Но Спутники на самом деле не использовали свой Дар, чтобы победить Рейнхольда. Это сделало одно из их видов Оружия, и я нахожу необъяснимую компетентность Спутников в научных вопросах их самой поразительной характеристикой.
— Ты что… хвалишь их? — дразняще спрашивает Пискила, но это вполне законный вопрос.
И другие Императрицы смеются, хотя и сдерживаются, чтобы не слишком сильно оскорбить Императрицу Хаякашу. Аскетичную Императрицу-драконида очень легко «поддразнить», так как она не дает отпора, но нужно быть очень осторожным, чтобы не разозлить ее.
Внезапно Андреас хлопает рукой по трону и восклицает: — Он Странник Миров! Он что, из более древнего Мира?!
И мы все мгновенно замолкаем от осознания. Это объясняет все в нем.
— Он Благословлен Богиней Знания, а не Богом Интеллекта, — тихо отмечает одна из Императриц.
— Тогда мы должны убедиться, что он передаст все, что знает. Начиная с [Големантии], — сурово заявляет Хо'Три.
Конец интерлюдии.
Я чувствую себя немного спокойнее после нашего разговора с Катериной. Странники Миров в Небесных Землях не были принуждены к рабству, а плохо обращаться с кем-то настолько могущественным, как Одаренный, — довольно глупая идея, так что мне не о чем беспокоиться. И хотя я был целью еретиков, в Небесных Землях уже тысячи лет не было никакой активности еретиков, так что они, скорее всего, вне опасности.
Оритики тоже уже там, и она ведет переговоры с Химерами о «культурном обмене», так что врываться туда и требовать встречи с группой людей, которых Небесные Химеры так тщательно скрывают, было бы просто пустой тратой всех ее усилий. Нет рациональной причины торопить нашу встречу, кроме как удовлетворить мою эмоциональную потребность в завершенности, а я достаточно умен, чтобы не позволять эмоциям брать верх.
Но кажется, что Судьба намеренно держит меня подальше от них еще некоторое время.
Я глубоко вдыхаю и отключаю все свои чувства, пытаясь медитировать. Мой разум переполнен мыслями о недавних событиях и разочарованием из-за наших неудач. Но больше всего меня злит побег Алки-Алки. Если бы только мы убили его, когда он путешествовал по городу…
Я знаю. «Если бы да кабы». Но я все еще киплю от ярости.
Дважды ярость Императора мешала нам достичь наших целей, поэтому нам очень важно оставаться у него на хорошем счету, ведь его одобрение по сути дает нам карт-бланш делать все, что мы, черт возьми, захотим.
Я окружаю сферу своими щупальцами, затем протыкаю ее кинжалом, заставляя взорваться облаком магической пыли, которая мгновенно поглощается моими щупальцами, и последовавший за этим прилив удовольствия настолько велик, что я чуть не кончаю в штаны.
Но я сдерживаюсь и сосредотачиваюсь на тренировке циркуляции маны. Мы займемся сексом позже, и это будет намного лучше, если дать возбуждению настояться, чем если бы мы поддались и сделали это прямо сейчас.
Я собираю всю свою ману вне тела, затем пытаюсь сотворить заклинание, но ничего не происходит, кроме небольшого «рывка» в моем органе маны, стимулирующего его рост. Затем я возвращаю ману обратно в тело, только чтобы снова вывести ее в другое место, и повторяю эту рутину так быстро, как могу. Это до глупости простая тренировка циркуляции маны.
Я делал это так много раз, что мой разум даже создал для этого подпроцесс, автоматизировав его до такой степени, что я могу делать или думать о чем угодно другом, кроме сотворения заклинаний. Словно в моем сознании есть программный скрипт, который я могу активировать по желанию.
Что очень хорошо, так как мы с девушками можем проводить время вместе каждое утро, тренируясь.
— Итак, какое расписание на сегодня? — радостно спрашивает Сиэль.
— Трахаться весь день напролет, — тут же отвечает Хана.
— Трахаться весь день напролет, — повторяет Роксана, и Юния кивает в знак согласия.
— У нас на самом деле свободный день, так что мы должны сделать что-то, чего обычно не можем, — неуверенно предлагает Алисса.
И наша маленькая Лина внезапно поднимает голову и выпаливает: — Свидание…?
— Куда ты хочешь пойти? — нежно спрашиваю я ее, чувствуя радость от того, что она просит об этом сама.
Но она хмурится и краснеет, так как понятия не имеет, куда хочет пойти…
— Озеро. На севере есть озеро, верно? — внезапно предлагает Аой, и все кажутся восприимчивыми к этой идее, включая приглашение наших друзей.
И так начинается второй пляжный эпизод.
Озеро к северу от Мак Гантуса — это место, куда стекается большая часть воды с Громовых равнин, что и дало ему название Центральное озеро. Это пресноводное озеро, что делает его идеальным для купания, так как соленая вода портит волосы девушек, а само озеро настолько богато питательными веществами, что в нем обитает самая разнообразная флора и фауна на всем континенте.
Его северная сторона открыта для публики, в то время как южная зарезервирована для знати или тех, кто готов потратить нелепую сумму денег за эксклюзивное место. К счастью для нас, наш социальный статус настолько высок, что мы можем занять одно из зарезервированных мест для себя.
Я достаю наш переносной дом из своих «Предметов» с хлопком, затем устанавливаю оборудование для готовки и гриля на песке, пока девушки идут в дом, чтобы вынести стулья.
Жак останавливается у воды, затем смотрит на красивые лодки, плавающие вдалеке по озеру. Глаза Леонны и Офилии прикованы к его заднице, которая довольно заметна в его (одолженных) обтягивающих эльфийских шортах. Затем он оборачивается, и они на секунду задерживают взгляд на его выпуклости, прежде чем поднять глаза на его мускулистую грудь, чтобы остановиться на его нахмуренном лице.
— Если вы начнете, вы дадите Спутникам повод тоже стать развратными, — заявляет он, замечая их взгляды.
— Звучит неплохо, — жадно отвечает Леонна, снова опуская взгляд на его тело.
Но красный зверь сужает глаза на свою похотливую жену: — Аллуре не нужна стимуляция.
— Тц… — лисья мамочка цокает языком, но не спорит.
Но молодая лисица, о которой идет речь, просто надувается, не в силах спорить, как бы сильно она ни хотела, чтобы я ее оттрахал.
Мне действительно стоит «протянуть руку помощи» Аллуре, чтобы она могла быстрее взять под контроль свои желания.
Я поворачиваюсь к искателям приключений (и Спутникам, как при исполнении, так и вне его), пока они любуются телами Роксаны, Юнии, Ханы и Кёры, которые идеально подчеркнуты их чувственными купальниками. Три разных класса красоты, доведенные до предела. Но девушки также украдкой поглядывают на мужскую сторону, где четыре разных класса красоты также доведены до предела.
Жак — большой, бородатый, альфа-папочка; Тимас — сильный и элегантный мужчина; я — юный и обаятельный соблазнитель; а Алонсо — шота. Моя выпуклость, конечно, та, на которую смотрят больше всего, так как у меня есть и [Сексуальное обаяние], и огромный гарем, но я также получаю несколько подозрительных взглядов от Тимаса и Алонсо, которые напоминают мне, насколько, черт возьми, этот мир гейский.
Затем Аой просто проходит мимо нас, не заботясь о разврате (пока что), и входит в воду. Ее тянет к озеру… а также к вкусным лакомствам, которые в нем живут.
"Рыбки!— по-детски восклицает она через [Связь], затем просто ныряет, вытесняя огромное количество воды, часть которой брызгает на грудь Жака. Хотя день жаркий, вода достаточно холодная, чтобы его выпуклость быстро исчезла.
Что ж, пока Вернеры смотрят на него, мои глаза на них. Бледное тело Офилии сравнимо с телом Роксаны, но моя суккуб просто чуть более неестественно бледна, чем нефритовая красавица. Хотя я не думаю, что Роксана может загореть.
Затем у меня начинают течь слюнки при виде хорошо сбалансированного тела Леонны, и я напоминаю себе о ее вкусе. Ее задница лучше, чем у Офилии, и я просто знаю , что ее много раз растягивал огромный хер Жака. Разврат у них в семье.
Но мой стояк взывает о помощи, когда холодная вода брызгает на мое обнаженное тело, вызывая озноб. Я немедленно поворачиваю голову к злому виновнику и вижу пару мрачных глаз прямо рядом с нахальной лисьей ухмылкой.
О, началось!
Я [Мышечный взрыв] в воду, как хищник в детском саду, но Алисса что-то делает рукой, и мощная струя воды летит прямо мне в глаза, вызывая [Восприятие]. Она достаточно медленная, чтобы я мог легко [Уклониться] от нее, но затем широкий поток воды ударяет мне в грудь, вызывая еще один озноб.
Озорная ухмылка Лины заставляет меня на секунду остановиться, но Алисса не играет честно и произносит [Гипнотические бабочки], выпуская в меня еще одну струю. Мои инстинкты спасают меня, когда я немедленно отступаю, уклоняясь от струи, а затем удается сопротивляться заклинанию.
Шаловливые девчонки…
Мне не дают ни минуты на раздумья, так как рука Лины размывается, ударяя по воде с невероятной скоростью, [Бросая] еще один поток в мою сторону. Но я сотворяю [Земляную пулю] рядом с ней, когда [Уклоняюсь], и когда заклинание ударяет по воде, оно обдает холодным потоком лицо милой маленькой девочки.
— Хи-и…! — пищит она мило и дрожит.
Но я знаю, что никогда нельзя спускать глаз с нахальной лисицы. И поэтому я использую [Мышечный взрыв], чтобы снова [Уклониться] от входящей струи. Затем снова срабатывает [Восприятие], поэтому я использую свой хвост, чтобы прыгнуть вперед, но этого недостаточно, и мое анус сжимается, когда холодная вода брызгает мне на спину.
Я рефлекторно взмахиваю хвостом и с удовлетворением слышу еще один тихий писк позади себя. Затем я провожу когтями по мелководью, посылая брызги в сторону нахальной лисицы, которая не успевает уклониться от всего.
— Кья…!
Мое тело внезапно становится вялым, поэтому я оглядываюсь назад и вижу слегка светящиеся глаза Лины, когда она бросает на меня надутый взгляд, а ее боевой молот готов ударить по воде.
Но затем, позади нее, я вижу огромную волну, направляющуюся к нам, когда синий дракон размером со слона вырывается из-под озера…
Аой возвращается после купания, затем останавливается перед грилем, открывает рот и выплевывает кучу рыбы на песок.
Сиэль ошеломленно смотрит на нее, в то время как Офилия сохраняет невозмутимое лицо, но ее истинные чувства такие же, как у Сиэль. Големы также смотрят без эмоций, но им просто не хватает чувств, чтобы окрасить свои реакции.
— Аой… что ты делаешь…? — нерешительно спрашивает Сиэль.
— Это обед! Приготовьте их, пожалуйста, — радостно просит дракон.
— Хотя это выглядит сомнительно для обычных людей, — начинает свою часть Тед.
— Рыба была заключена в пузырь смертельной, магической воды, — продолжает Сьюзи, как всегда.
И Ярн заканчивает: — Так что [Формовка] должна удалить любую слюну, которая смешалась с ней.
Офилия бросает взгляд на Сиэль, затем на Вернеров, которые веселятся у воды, не подозревая о том, что происходит на кухне. — Не спрашивай, что скрывается в тумане, — загадочно заявляет нефритовая красавица, затем начинает [Чистку] рыбы.
Алисса, Лина и я, хромая, выходим из воды, дрожащие и мокрые, затем присоединяемся к Сиэль и Офилии, чтобы помочь им приготовить обед. Открытый огонь идеально подходит для того, чтобы мы быстрее высохли.
— Вы собираетесь готовить для нас, Ваши Высочества? — обеспокоенно спрашивает Эджо, приближаясь.
Алисса ухмыляется, гордо отвечая: — У меня [Кулинария] четвертого уровня, так что я не на том же уровне, что и повара посольства, но я все еще очень горжусь своей готовкой. Ванна с холодной водой уже становится далеким воспоминанием в ее сознании.
— Я раньше готовила для других священников и сирот, — небрежно добавляет Сиэль.
И серая девушка-кошка приветливо улыбается, признаваясь: — Я знаю, что вы все бывшие искатели приключений, но я не могу перестать думать о вас всех как о знати, поэтому мне кажется неправильным позволять вам выполнять эту черную работу.
— Их легкое отношение — вот почему они мне нравятся, — небрежно напевает Роми, рас[Экипировывая] свои доспехи, теперь вне службы, затем потягивается и [Чистит] руки. — Могу я помочь? У меня [Кулинария] второго уровня со времен моей службы наемником.
Я замечаю, как Офилия бросает взгляд на мускулистое тело Роми, и понимаю, что у нефритовой красавицы очень очевидный типаж. В смысле, мускулистая филиппинка довольно величественна, но Офилия также очень сдержанна, за исключением тех случаев, когда Леонна приказывает ей стать шлюхой-минетчицей.
И я почти вздыхаю, вспоминая тот чудесный день, когда я видел обеих лисьих красавиц полностью обнаженными…
Полегче, Драконий Член, сейчас не время.
Вернеры выглядят немного смущенными тем, что они единственные, кто не умеет готовить, но нет необходимости всем помогать, поэтому они просто остаются на своих местах с остальными, кто не готовит.
Запах жареной свежей рыбы чудесен, а ароматизированные эльфийские поленья делают любую готовку на открытом огне намного лучше. У нас также есть хороший запас Тонсела, потому что этот «не-лимон» — просто идеальная приправа для морепродуктов.
Есть также специя «не-Нори» из Туманного Низинного леса, которая придает еде немного больше остроты. Лисы-оборотни любят добавлять ее в хлеб, но, хотя они редко едят рыбу, они знают, насколько хорошо «не-Нори» сочетается с ней.
И, конечно, это не было бы Рупегией без фэнтезийной еды, такой как красочные водоросли в качестве салата, похожие на анемоны штуки, которые Сиэль предпочла бы зажать между ног, слизнеподобные монстры, которые на вкус как устрицы, и красочные кораллы.
После варки и жарки коралл становится хрустящим, как свиная шкурка, но, к разочарованию, он как Froot Loops. В том смысле, что он бывает всех цветов радуги, но все они на вкус одинаковые. Он вкусный , как очень мягкие Cheetos, но я не могу перестать чувствовать разочарование из-за этого.
После еды я решаю достать наш крылатый воздушный корабль Химер. Он на самом деле пригоден для плавания, так что нам даже не нужно держать активным камень [Полета], и с одного толчка мы начинаем дрейфовать, направляясь вглубь озера.
Я никогда не был на настоящей лодке, и неустойчивая качка на самом деле немного тошнотворна, но я легко могу с этим справиться. Лине и лисам-оборотням приходится хуже всего, так как они не из мореходных рас.
— Вот, от морской болезни, — Роксана любезно предлагает свои зелья страдающим морякам, и у суккуба такая чистая улыбка, что Аллура выглядит очарованной, в духе «Статусного эффекта».
— Ты планируешь украсть роль Сиэль как мифического ангела? — дразняще комментирует Юния, когда Роксана присоединяется к нам.
— Я потратила полжизни на исследование целебных зелий от болезней и ядов, — отвечает она буднично. Зелья — одна из немногих вещей, которыми Роксана очень гордится.
— Наполовину ангел, наполовину дьявол, — небрежно замечает Хана, и суккубу очень нравится эта аналогия.
Затем мы толпимся у перил и наблюдаем за красочным подводным лесом сквозь кристально чистую воду.
— Я иду купаться! — весело кричит Капри Сан, затем хватает Лагули за руку и прыгает, увлекая за собой визжащую русалку.
Я говорю големам остановить лодку, чтобы мы не оставили двух девушек позади, но затем они покидают командную рубку, и теперь кораблем управляет Хукарере, и я нахожу их поведение необычным.
— Мастер Вольф, у нас есть вопрос, — говорит Тед за них, ее голос кажется немного выше обычного.
— Спрашивайте, — напеваю я в ответ.
— Ваши воспоминания говорят, что вы не любили пляж, — продолжает Сьюзи, ее голова слегка наклонена, чтобы выразить замешательство.
— Но теперь ваши чувства указывают на то, что вы любите, — заканчивает Ярн торжественно.
Затем Тед становится удивительно красноречивой: — Этот тип изменений необычен, потому что ваши чувства показывают, что вы не просто «терпите» это занятие ради семейного единства, а что вы на самом деле наслаждаетесь пребыванием на пляже, за исключением того, что на пляже слишком много неприятных для вас деталей. Например, вы не любите песок, вы не любите жару, вы не любите потеть, вы не любите обнажать свое тело, вы не любите быть на улице, вы не любите находиться рядом с незнакомцами, вы не любите большие собрания и многие другие вещи. Но теперь эти жалобы отсутствуют в вашем сознании, поэтому ваше поведение сбивает нас с толку.
Правда, я начал наслаждаться пляжем еще до того, как стал оборотнем-драконом, так что это изменение произошло не из-за моей новой расы. Но для меня ответ ясен.
— Это потому, что пляж — это семейное занятие, а я стал семейным человеком, — уверенно отвечаю я.
— Ваше быстрое превращение в семейного человека сбивает нас с толку, — немедленно отвечает Тед.
И я ухмыляюсь им: — Положительное подкрепление. Я кончал внутри своих жен так много раз, что любая активность с ними активирует выброс дофамина в моем мозгу, так что теперь я наслаждаюсь даже теми вещами, которыми явно не наслаждался на Земле.
Но Тед настаивает: — Сексуальная активность не должна вызывать привыкание, как наркотики. Секс должен приносить меньше удовольствия, чем больше вы им занимаетесь.
Поэтому я просто пожимаю плечами: — Тогда, может быть, это магия этого мира. Я просто стал неспособен скучать от секса.
— Это объясняет его бесконечное либидо, — Ярн принимает мое объяснение.
— Да, — отвечают Тед и Сьюзи в унисон.
Объявление
Зал славы покровителей
Покровители, поддерживающие Рупегию, будут воспеты бардами, ибо они заслуживают славы и чести. Их имена:
Принц PreownedFIN.
Принц Owldente.
Лорд Andrew Meyers.
Лорд Novgarod.
Лорд Michale Erwin.
Лорд Bakerdea.
Лорд Maurice.
Лорд Mattirro Draca.
Лорд Mike Bartter.
Лорд Warwulfv.
Лорд Tenebris Lupus.
Лорд Paul Daval.
Лорд Paul Daval.
Лорд Tmac.
Лорд CopeyDunt.
Лорд BlindTactic.
Лорд litalmexy.
Лорд Philip.
Лорд d3235.
Лорд William Clark.
Лорд Ddraig Wynn.
Лорд CardinalSteiner.
Лорд Cidant.
Лорд SubJef.
Лорд GalacticTNT.
Лорд SquiddlyWinks.
Лорд Max Goodwin.
Лорд Freddie.
Лорд Placid.
Дворянин Salty Panda.
Дворянин Mild Fracas.
Дворянин Aclys.
Дворянин Carl Baxter.
Дворянин Tony Starrk.
Дворянин DND.
Дворянин Asaadullah Lassiter.