Роксану и Хану в Рыцарской академии Мак-Гантуса встречают как королев, коими они и являются. Алькандер, Сильвано, Алмария и Айско сопровождают их вместе с отрядом Лордсгарда для охраны, так что их группа выглядит одновременно пугающе и завораживающе для юных воинов-студентов, которые надеются однажды служить кому-то, обладающему хотя бы половиной того достоинства, что присуще моим женам и подчиненным.
Сама Академия не слишком отличается от той, что в Голории. Это скопление огромных зданий из желтого мрамора с нелепо высокими потолками, разделенных идеально ровными участками преступно короткой травы, по которой нам запрещено ходить, о чем каждые десять метров напоминает табличка: «ПО ГАЗОНУ НЕ ХОДИТЬ».
В облике этого места чувствуется легкий греческий флер: высокие мраморные колонны поддерживают довольно вычурные крыши из красной глины в стиле барокко, а статуи, украшающие каждую стену и обрамляющие каждую дорожку, изображают обнаженные мускулистые тела в позах, достойных «Невероятных приключений ДжоДжо». Роксана и Хана замечают, что средний размер пениса у этих изваяний значительно превышает среднестатистический.
— Как вы можете быть в этом уверены? Вольфи — единственный член, который вы когда-либо сосали, — озадаченно спрашивает Роксана Хану.
Драконида гордо скрещивает руки на груди, прижимая округлые груди к тонкому платью, и искренне отвечает: — Я сосала только его, но я видела и трогала довольно неплохую подборку. Я даже мечтала о том, какой из них лучше всего подошел бы для лишения меня девственности, хотя Вольфи доказал, что дело не в размере члена, а в выносливости, чтобы не отставать от меня». И сопровождающая их группа делает вид, что ничего не слышит.
— У Вольфи довольно толстый, так что это не совсем средний член, — парирует Роксана с многозначительной ухмылкой.
— Верно… — задумчиво тянет Хана, вспоминая наш первый раз.
Затем они встречаются с представителем Академии, который будет их сопровождать, и этот тощий бюрократ метафорически сосет их члены, рассыпаясь в похвалах нашей группе. Хану даже внутренне передергивает при упоминании ее титула «Тысяча ударов», ведь она давно его не слышала. Но Алькандер — единственный, кто учился здесь раньше, поэтому представитель сосредотачивается на том, чтобы ублажить его самолюбие.
— Какая честь, что такой наш уважаемый выпускник вернулся в сопровождении особ королевской крови, — радостно хвалит его невысокий имперец с поклоном.
— Как удивительно, что они помнят твое имя, — тихо пытается подколоть его Сильвано.
Но представитель быстро обезоруживает его: — Мало найдется семей магов столь же престижных, как семья синьора Алькандера, так что было бы позорно, если бы мы забыли о них после выпуска. Их успех — гордость нашей Академии, поэтому мы стараемся быть в курсе.
— У нас в Эскансо есть престижные центры магического обучения, но ни один из них не сравнится по масштабам с этим, — замечает Алмария мечтательным тоном. Наш Институт пока далек от того, чтобы сравниться с Академией.
И невысокий мужчина демонстрирует изрядную долю «Харизмы», отвечая: — Академия просто охватывает широкий спектр областей, но мы признаем, что в Маоке есть институты, способные соперничать с нами в сфере теоретической и несистемной магии.
— А в Академии нет ни одного преподавателя [Ткачества], так что даже в этом вопросе есть куда расти, — вежливо добавляет Алькандер.
Я не пропустил это поведение, напоминающее взаимное восхваление академиков на Земле, поэтому отключаюсь от их разговора. Айско даже не смотрит на них, пока они болтают, и я нахожу это… тревожным что у меня есть что-то общее с этим жутким эльфом.
В любом случае, в Рыцарской академии есть и отделение для магов, и они принимают дворян всех мастей, так что это крупнейшее учебное заведение во всем мире. Но если мы преуспеем во всех наших планах, наш собственный Институт Райдера обгонит их благодаря более широкому спектру изучаемых предметов, и у нас, вероятно, будет больше студентов, как только мы начнем предлагать бесплатное обучение для всех простолюдинов (которое на самом деле будет оплачиваться их налогами). Храм уже предлагает простолюдинам бесплатные занятия по определенным темам, но я хочу формализации и стандартизации.
Группа посетителей ненадолго задерживается, остановившись посмотреть на дуэль на одной из многочисленных арен, разбросанных по Академии. Двое мускулистых студентов напрягаются, увидев, сколько красавиц и суровых воинов наблюдают за ними.
"Это вызывает у меня ностальгию…— Юния мечтательно замечает через [Связь]. Она училась в Академии Голории, и атмосфера здесь точно такая же.
Дуэлянты — сущие подростки, и один из них — рыжеволосый драконид, который, кажется, чуть не пускает слюни при виде Ханы, а потом у него действительно встает.
"Ага, он такой же секс-зверь, как и я— иронично замечает Хана, а затем одаривает его соблазнительной улыбкой, от которой подергивается чешуя на его синих щеках.
Жрец-судья призывает его к порядку, и его поза мгновенно меняется на боевую, но теперь он выглядит настолько суровым, что его соперник-имперец кажется немного напуганным. Сначала это не было похоже на серьезную дуэль, просто двое друзей устроили короткую схватку, но теперь у драконида есть женщина, которую он хочет впечатлить.
И как только судья дает сигнал, драконид атакует в полную силу.
Имперца тут же оттесняют и вынуждают обороняться, но затем он злится на агрессивность друга, берет себя в руки и отвечает дракониду той же яростью. Они обмениваются свирепыми ударами и молниями, даже жертвуя мастерством ради энтузиазма.
Но при правильном поощрении драконид-секс-зверь превосходит всех.
Я ведь тоже как драконид-секс-зверь, верно? Мне нужно возбудиться перед битвой, чтобы выложиться на полную мощь.
"Да, в каком-то смысле да, но уровень твоего «энтузиазма» не такой, как у обычных драконидов,— отвечает Хана через нашу связь.
По сути, дракониды могут впадать в «варварскую ярость», когда стимулируется их «порок», тогда как для меня это лишь способ быстро сосредоточить разум и довести его до 100% мощности.
Дуэль длится недолго, и после множества порезов, из которых на песчаную арену проливаются длинные струи крови, имперец оказывается настолько искалечен, что признает поражение.
Драконид-подросток победно ревет, а затем поворачивает свое по-детски ожидающее лицо к Хане, которая одобрительно кивает, ухмыляясь, и юный драконид заметно дрожит, возможно, даже кончая в штаны. Это момент, который он, вероятно, запомнит на всю оставшуюся жизнь.
Но затем группа просто уходит, позволяя юноше осознать, что все видят мокрое пятно на его штанах.
Цель Ханы здесь отличается от целей остальных, поэтому она и Сильвано отделяются от группы. Они встречаются с инструкторами по навыкам Академии, в то время как Роксана, Алмария, Алькандер и Айско направляются в библиотеку.
Любопытно, что если рыцарское отделение Академии по большей части мужское, то магическое — подавляюще женское. Я знаю, что мой истинный талант — магия, поэтому мне не терпится снова поучиться в магической академии, утопая в кисках. У меня есть диплом STEM, так что учеба там, где нет сплошного мужского коллектива, — моя мечта.
Идем дальше: я хочу узнать больше о [Пространственной магии], поэтому Роксана запрашивает самые продвинутые книги, которые у них есть по этому навыку. Алькандер будет помогать ей с исследованиями, пока Алмария и Айско занимаются своими делами.
Первая книга, которую читает Роксана, начинается с объяснения гравитации на рупегианский манер, и помощь Алькандера сразу становится необходимой, потому что книги перегружены малопонятным жаргоном, так что он помогает перевести их содержание на более доступный язык.
Рупегианская теория гравитации довольно примитивна. Есть звезды и туманности, которые можно наблюдать, поскольку они возникли после события «Звездного взрыва» — масштабной битвы между Символами Света и Тьмы, которая происходит каждые несколько лет и всегда заканчивается уничтожением обоих Символов. Но нет никаких галактик для исследования, и даже нет никакой реальной материи в «космосе», поскольку все физическое, что пытается выйти за пределы Расколотых небес, просто разрывается на части какой-то неизвестной силой, так что им нечего наблюдать, что могло бы помочь объяснить гравитацию.
Интересный момент заключается в том, что они называют центр мира «Великим Аттрактором», поскольку вся материя притягивается к нему, и именно эту силу притяжения маги имитировали, чтобы создать мое любимое заклинание [Телекинез]. Поскольку это заклинание манипулирует гравитацией объекта, были проведены эксперименты, которые предполагают, что экстремальная гравитация искривляет пространство и время, что привело к созданию заклинания [Искажение пространства].
При экстремальном искривлении можно «соединить» две разные точки, как если бы вы сложили лист бумаги и проткнули его насквозь. Это и есть концепция червоточины, и именно этим является [Вечные врата].
Между этими великими открытиями есть интересные детали, например, как [Врата] — это просто смена «координат» кого-то или чего-то. Или как [Мерцание] — это просто непрерывное «добавление» к «координатам», позволяющее телепортироваться по прямой линии. Есть также немного математики, связанной с системами координат и матрицами, что вызывает у меня ностальгию и пугающе похоже на программирование 3D-игр.
Чтобы не допустить экзистенциального кризиса, я не позволяю Роксане слишком долго задерживаться на последней части.
Затем мы переходим к [Аннигиляции], заклинанию 70-го уровня [Пространственной магии]. Это очень опасное заклинание, так как оно создает поток маны, который превращает материю, к которой прикасается, в чистую энергию, своего рода реакция материи и антиматерии, которую также называют аннигиляцией. Учитывая, что результатом такого заклинания всегда является взрыв, Роксана проявляет большой интерес к его изучению, поэтому она сосредотачивает большую часть своего учебного времени на нем.
Академия позволяет ей взять некоторые книги домой, поэтому она возвращается в посольство, чтобы учиться в комфорте нашей спальни.
Разговор Ханы с инструкторами по навыкам напрямую связан с моей тренировкой гуманоидизации, поэтому я внимательно слушаю, что они говорят.
— Что может делать этот навык? — вежливо спрашивает тренер.
И Хана объясняет: — Я могу покрывать свое тело чешуей, которая ничем не уступает доспехам, так что я могу использовать навык, чтобы латать дыры в своей защите ценой некоторой ментальной выносливости и небольшого количества маны. Этот навык также поглотил мои навыки [Улучшенные рефлексы], Выносливость, Сила и Стойкость, поэтому я сосредоточилась на физических улучшениях, чтобы повысить уровень [Драконьего тела]. Мне даже удалось ударить [Метеор] во время его использования».
— Что?.. — озадаченно крякает суровый мужчина.
— Я ударила [Метеор] два дня назад. Он был немного ослаблен другими заклинаниями, но все еще обладал большей частью своей мощи, когда я ударила его, — с гордой ухмылкой объясняет она.
Он тупо моргает. — Ты… ударила его?
И она кивает. — Да.
Тренер молчит пару секунд, прежде чем нерешительно выдохнуть: — Зачем?..
— Чтобы уничтожить его, прежде чем он упадет на моих сестер-жен и мужа, — отвечает она как ни в чем не бывало.
Его густые брови медленно ползут вверх. — И ты выжила?..
— Да, очевидно. Просто сломала руку. — И она постукивает по своему правому предплечью.
— Ее Высочество не лжет, — заявляет Сильвано с оттенком ироничного восторга в голосе от наблюдения за тем, как чей-то разум останавливается перед абсурдностью нашей семьи.
Тренер мгновенно берет себя в руки и вежливо извиняется: — Нет, боги, нет! Я не это хотел сказать. Тысяча извинений, я просто… не понимаю, как такая ситуация вообще могла возникнуть. Затем ему приходится приложить столько усилий для вымученной улыбки, что я почти слышу, как ржавые мышцы его лица трутся друг о друга.
Хане, однако, все равно, ведь она любит хвастаться. — Ну, мы были в тылу врага одни, пытаясь обезглавить их главную силу, но наша самая большая уязвимость — заклинания высокого уровня, так как у нас нет кого-то с «Маной», чтобы прерывать Верховных магов, поэтому нам нужна была альтернатива, если мы хотели пережить такие заклинания, как [Метеор]. И именно поэтому я придумала этот навык».
— Чтобы бить [Метеоры]… — тихо бормочет тренер, все еще ошеломленный, но продолжающий насильно улыбаться.
Она снова кивает. — Именно.
Он медленно вдыхает, затем закрывает глаза и медленно выдыхает, стараясь немного успокоиться. — Хорошо… э-э, давайте… давайте подытожим. Навык, который вы создали, называется [Драконье тело], верно?
Подытожить значит «вернуться к началу» или что-то в этом роде.
— Хм… да, — мычит она, отвечая нам обоим.
— И вы можете покрывать свое тело твердой чешуей, одновременно улучшая свои физические «Характеристики»? — трезво спрашивает он, теперь полностью сосредоточившись.
— Да.
— Что-то еще? Что-то, что делает вас более… «драконистой»?
Хана задумчиво трет подбородок, затем касается лба и отвечает: — Хм… кажется, у меня начали расти рога и хвост, но они все еще были лишь отростками.
Он хмурится. — Ваш навык девятого уровня, но в нем почти нет ничего по-настоящему «драконьего», только физические улучшения. А как насчет вашего расового навыка Дыхания и [Призыва крыльев]?
— Они седьмого и десятого уровней.
Суровый имперец задумчиво кивает и пускается в объяснения: — Ваши настоящие «драконьи» навыки не включены в [Драконье тело], в то время как ряд навыков физического усиления включены. С точки зрения очков навыков, это довольно неэффективный способ создания агрегирующего навыка. Вам нужно придерживаться темы «драконьего».
Хана озадаченно чешет затылок. — Ну, навык поглотил мои навыки физического усиления, сэкономив мне довольно много очков.
И его глаза начинают блестеть, когда он переходит к сути дела. — Но он может сэкономить больше. Намного больше. Навыки должны быть «гармоничными» внутри себя, чтобы они могли легче разветвляться и влиять на другие области. Хороший и широкий фундамент для дома позволяет легче увеличивать его высоту.
Она хмурится, используя все свои двенадцать очков «Интеллекта», чтобы прийти к гениальному выводу: — Значит, мне стоит сосредоточиться на… том, чтобы стать более «драконистой»? — Затем она добавляет через [Связь], "Иди ты, Вольфи."
Тренер взволнованно кивает и мудро советует: — Именно. Спросите себя, что значит иметь «драконье тело». На девятом уровне ваш навык должен быть достаточно продвинутым, чтобы не составило труда поглотить ваши расовые навыки Дыхания и [Призыва крыльев].
Хана мычит в знак осознания: — Верно… логично, что родственные навыки должны сливаться, чтобы «сэкономить место» в моей душе.
И тренер радостно ухмыляется, теперь его выражение лица выглядит гораздо естественнее. —Именно."
Хм… тогда что значит «гуманоидизировать» себя…?
У меня внутри уже есть дракон, которого я иногда выпускаю с помощью [Драконьей трансформации], но моя «человеческая» сторона уже контролирует ситуацию, когда я не дракон. Хотя мои мысли всегда отравлены драконом, так что, полагаю, моя «нормальная» форма тоже не совсем «чисто» человеческая. Это гуманоидная форма, а не человеческая форма.
Именно с этими мыслями я играю со своей душой, продолжая ужасать Оракула.
Интерлюдия — Лоло
Я наблюдаю с балкона, как Николас тренируется с Лордсгардом. Он без проблем вливается в их строй, и его мастерство владения копьем почти сравнимо с другими, но он не тянет их вниз, поскольку самое важное в стене щитов — это сражаться в унисон, а не индивидуальное мастерство.
То, как хорошо он с ними ладит, вызывает у меня противоречивые чувства. Мы так долго сражались вместе, что видеть, как он сражается бок о бок с другими, кажется предательством.
Разве он не ненавидел лорда Вольфа?
Почему он так усердно тренируется с ними?
Собирается ли он бросить наше братство?
У нас была очень уютная и эксклюзивная ниша в качестве проводников по Антреос-Креа.
Лордсгарду не нужны знания о подземельях, которые мы так упорно добывали.
Он никогда не смотрел на меня так, никогда не сражался так яростно со мной и никогда, казалось, не получал столько удовольствия со мной, сколько, судя по всему, получает сейчас с ними.
Но ни одно из этих оправданий не перевешивает того факта, что я разрушила наши отношения, подсев на член лорда Вольфа.
Я такая огромная чертова шлюха…!
Я едва знала его, а теперь не могу перестать думать о том, как его толстый член долбит меня, пока я не теряю сознание. Его властная ухмылка, его грозный взгляд, его юное лицо, его потрясающая чешуя, его здоровое тело и его… Член. Я не могу выбросить его из головы. Я просто хочу, чтобы он был внутри меня каждую секунду бодрствования, пока не заставит меня кончить так сильно, что я снова потеряю сознание.
Вольфи погубил меня!
И я даже не первая, кого он погубил.
— Такой сочный кусочек мяса, как ты, не должен выглядеть таким одиноким, — шепчет соблазнительный голос мне на ухо, вызывая дрожь, которая становится еще сильнее, когда ее бледные руки проскальзывают под мою одежду и ласкают мое тело.
Я понятия не имела, насколько я гей, пока не встретила Райдеров. В них есть что-то такое, что делает меня ТАКОЙ. БОЖЕ. ЧЕРТОВСКИ. ВОЗБУЖДЕННОЙ!
Тихий стон срывается с моих губ, когда она быстро возбуждает меня, и я просто закрываю глаза, наслаждаясь ощущением рук лорда Роксаны, которые с невероятным мастерством работают над моими чувствительными местами. Меньше чем через минуту я уже мокрая, достаточно смазав ее пальцы, чтобы они могли проникнуть в меня.
— Скажи мне, почему ты выглядишь такой мрачной. Нам нравится видеть нашего сочного кролика счастливым, — ласково шепчет она, ее голос настолько опьяняющий, что мне даже не нужно думать, прежде чем мой рот начинает двигаться сам по себе.
— Вы заставляете меня чувствовать вещи… вы заставляете меня путаться в себе.
— Тогда следуй за своим сердцем, — любезно отвечает она.
Но прежде чем я успеваю что-либо сказать, она сжимает мой клитор, заставляя меня громко стонать, и я начинаю терять способность говорить, так как удовольствие быстро нарастает во мне.
Я просто поддаюсь удовольствию, и не успеваю опомниться, как она доводит меня до оргазма. Мои ноги дрожат, когда я пытаюсь устоять, но она поддерживает мое тело, что, должно быть, немного трудно для нее, учитывая, насколько она изящно тонка. Мой разум быстро тонет в удовольствии, и я теряю ход мыслей, но затем внезапно чувствую, будто только что проснулась, когда блаженство проходит.
Она наконец вынимает пальцы из меня и облизывает их, затем хватает меня за лицо и заставляет повернуться, чтобы поцеловать, позволяя мне насладиться собой. Но затем она быстро отстраняется и оставляет меня на балконе, уходя прочь.
— Твое сердце знает, чего оно хочет, — снова советует она мне, а затем оставляет одну.
Мои штаны пропитаны моими собственными жидкостями, поэтому я покидаю спальню в поисках служанки, которая могла бы мне помочь. Поскольку Райдеры зависимы от секса, одна из них всегда дежурит прямо снаружи, и она помогает мне привести себя в порядок и дает новый комплект штанов и трусиков.
— На тебя напали? — раздается обеспокоенный голос позади меня.
Я оборачиваюсь и вижу даму Кляйн, которая смотрит на меня, нахмурившись. Затем я бросаю взгляд на стоическую эльфийскую служанку и вижу, как дергается ее лицо, но не знаю, веселье это или презрение. Я никогда не знаю, что думать об этих эльфах, за исключением леди Юлании, что довольно странно, учитывая, что она дворянка.
— Ну, да, полагаю… — отвечаю я, пожав плечами.
Кляйн делает шаг вперед и осторожно ощупывает мои соски и киску, оценивая, не были ли они изнасилованы до такой степени, что я не могу нормально двигаться. — Ты выглядишь немного подавленной. Они тебя утомили?
Я чувствую легкий дискомфорт, но не отталкиваю ее. Если что, это слегка возбуждает меня снова. — Я просто чувствую себя немного натертой, но я не устала, просто задумчива.
Затем ее руки задерживаются чуть дольше, чем нужно, и в ее глазах мелькает возбуждение, но она немедленно берет себя в руки и убирает руки, снова становясь стоической. — Пришло время для тренировки Спутников, так как большинство Лордов слишком заняты, чтобы «воспользоваться» нами. Если ты не слишком устала, тебе стоит присоединиться к нам.
— Присоединюсь, — быстро отвечаю я и внезапно чувствую себя неловко, почти рефлекторно отдавая ей честь, но она, кажется, не замечает и просто уходит.
Я такая чертова развалина…
Я встречаюсь с другими Спутниками, и даже три девушки-лучницы присоединяются ради забавы, что я нахожу немного безумным.
Наша тренировка немного отличается от тренировок остального Лордсгарда. У нас нет самых высоких навыков, уровней или «Характеристик», но что у нас есть, так это бесконечная выносливость, поскольку ежедневное совокупление с Вольфи дало нам необычайно высокую «Стойкость». А поскольку наш долг — защищать Райдеров до самой смерти, эта «Характеристика» для нас самая важная.
Подождите, я только что назвала Спутников «мы». Я… я уже начала считать себя одной из них…
— Ты в порядке, Лоло? Ты выглядишь немного рассеянной, — замечает Хукараре, когда у нас выдается короткий момент отдыха.
— Боги, неужели все читают меня как открытую книгу? — легкомысленно отвечаю я и вздыхаю.
Анета обнимает меня сзади, одновременно лаская мою задницу, и тренировка сделала меня настолько напряженной, что я почти инстинктивно раздвигаю ноги для нее. — Может, немного «стимуляции» тебе поможет? — соблазнительно спрашивает эльфийская суккуб.
Остальные смотрят на нас голодными глазами, а Атавха даже без стыда ласкает себя, в то время как Хукараре — единственная, кто смотрит на нас с интересом. Но что удивляет меня, так это то, как сильно я хочу, чтобы не только Анета, но и каждая другая Спутница трахала меня, пока моя киска не станет натертой.
Что со мной происходит? Почему я чувствую это по отношению к этим девушкам? Это похоже на любовь, но я знаю что это не любовь. Так что же я чувствую?
Затем я вспоминаю, что леди Сиэль говорила сегодня ранее. Спутники любят Райдеров, но по-другому.
— Думаю, я люблю всех, но не хочу выходить замуж ни за кого из вас, даже за лорда Вольфа. Я просто не понимаю, что это за «любовь», — внезапно выпаливаю я.
— Богиня Любви говорит, что существует много видов любви, — заявляет дама Кляйн, ее мягкий тон пугающе похож на тон леди Сиэль.
— О? Ты теперь поклоняешься Любви? — Хукараре начинает обычную перепалку между ними.
Но дама Кляйн не ведется: — Ну, Сиэль поклоняется, и она многому меня научила.
Анета чувствует, что разговор становится серьезным, и отпускает меня, затем мы все начинаем садиться на твердый пол, чтобы поговорить.
— Из всех Богов, я думаю, Любовь — самая важная для нас, — заявляет Мелани. Как имперка, она, естественно, обладает самой высокой «Набожностью» среди всех нас.
Кляйн кивает и продолжает: — Я чувствую потребность служить Вольфи. Я хочу отдать ему все, даже свое тело, все, чтобы сделать его счастливым, и все же я также не хочу выходить замуж за него.
— Ты уверена, что у тебя просто нет зависимости от его члена? — дразнит Хукараре, но Кляйн хмурится с отвращением.
— Я серьезно, Ху. Ты такая же. Ты знаешь, что он хочет тебя в качестве наложницы, но ты просто хочешь оставаться солдатом, — искренне отвечает она, и это заставляет волчицу-химеру отступить.
— Да, э-э… ты права, прости, — тихо извиняется она, и ее уши прижимаются в знак подчинения.
Затем Анета объявляет, и мы все поворачиваемся к ней, чтобы послушать: — Это так для всех нас. Мы хотим служить Райдерам своим разумом, телом и духом… но помогает то, что секс с ними вызывает такое привыкание.
— Значит, ты действительно серьезна, когда говоришь, что твой долг — удовлетворять лорда Вольфа своими телами? — скептически спрашивает Эджо.
— Это мой долг — сосать его член, да, — заявляет Хукараре, кивая, а затем ухмыляется.
Но что-то подобное заставляет меня чувствовать себя неловко. — Это кажется… унизительным, — признаюсь я, нахмурившись.
— У тебя хороший словарный запас для авантюристки, — небрежно замечает Анета. Она чертовски горяча, но эльфы могут быть немного… раздражающими иногда.
— Я много изучала Антреос-Креа, так что у меня приличное количество «Мудрости», — отвечаю я немного пренебрежительно.
Затем дама Кляйн переводит разговор, и я благодарна, так как не хочу сейчас спорить с Анетой: — Верховный камергер — бывшая проститутка, и все знают, что Вольфи очень привязан к ней, до такой степени, что люди думают, что она станет наложницей.
— Половина химер и Лордсгарда трахали меня, но Вольфи все равно хочет, чтобы я была наложницей, — добавляет Хукараре.
— Боги, ты серьезно? — спрашивает Хепри, ахнув.
— И я — натуралка. Атавха и другие девушки-химеры трахали практически всех, кого мы знаем, — равнодушно отвечает волчица. Я быстро поняла, что у этих духов-химер нет никакого стыда.
И енотиха, о которой идет речь, пожимает плечами, когда мы поворачиваемся к ней, но затем она хмурится и раздраженно заявляет: — Некоторые из вас, наземные жители, думаете, что это постыдно, что довольно оскорбительно. Особенно учитывая, что у вас всех есть Богиня Любви, которой можно поклоняться.
— Думаю, мы выходим замуж легче, чем химеры, и не так много пар, которые «ходят налево», как Райдеры, — вежливо объясняет Эдоли, и мы мычим в знак понимания, так как ее слова кажутся нам слишком логичными.
Затем Хукараре хлопает меня по спине и с ухмылкой заявляет: — Главное, что ты не смотришь на себя свысока из-за того, что у тебя зависимость от члена Вольфи.
— У тебя уже есть все необходимое, чтобы быть Спутницей, — иронично добавляет дама Кляйн, и другие Спутники согласно хихикают.
Затем Эджо добавляет поддерживающие слова: — Ты не можешь вернуть девственность, и, похоже, большой черный волк тоже идет своим путем.
— Так что раздвигай ноги и впускай дракона, — соблазнительно заканчивает Хепри.
И даже Лагули выглядит поддерживающе.
Думаю, быть шлюхой для дракона не так уж плохо…
Конец интерлюдии.
Объявление
Зал славы покровителей
Имена покровителей, поддерживающих Рупегию, будут воспеваться бардами, ибо они заслуживают славы и чести. Их имена:
Принц PreownedFIN.
Принц Owldente.
Лорд Andrew Meyers.
Лорд Novgarod.
Лорд Michale Erwin.
Лорд Bakerdea.
Лорд Maurice.
Лорд Mattirro Draca.
Лорд Mike Bartter.
Лорд Warwulfv.
Лорд Tenebris Lupus.
Лорд Paul Daval.
Лорд Paul Daval.
Лорд Tmac.
Лорд CopeyDunt.
Лорд BlindTactic.
Лорд litalmexy.
Лорд Philip.
Лорд d3235.
Лорд William Clark.
Лорд Ddraig Wynn.
Лорд CardinalSteiner.
Лорд Cidant.
Лорд SubJef.
Лорд GalacticTNT.
Лорд SquiddlyWinks.
Лорд Max Goodwin.
Лорд Freddie.
Лорд Placid.
Дворянин Salty Panda.
Дворянин Mild Fracas.
Дворянин Aclys.
Дворянин Carl Baxter.
Дворянин Tony Starrk.
Дворянин DND.
Дворянин Asaadullah Lassiter.