— Не надо… — Алисса тут же останавливает меня тихим шипением.
Я прикусываю губу и ухмыляюсь.
Мне хочется это сказать.
— Не надо… — повторяет она, на этот раз более властно, и её ослепительные оранжевые глаза предостерегающе впиваются мне в душу.
А я всё равно хочу сказать!
— Ам…
Она закрывает мне рот ладонью, приглушая слова, а затем вонзает ногти мне в щеки. — Наглый ты ублюдок, — снова шипит она, стараясь не улыбнуться, и отпускает меня.
Я ухмыляюсь как дурак и расслабляюсь в кресле. Моя работа будущего папаши по досаждению жене прошла успешно.
Катерина смотрит на нас, её утонченное лицо бесстрастно, но взгляд выдает нотку замешательства.
— Не обращайте внимания, просто два влюбленных дурака, — сухо замечает Юния, Алисса слегка краснеет, Катерина медленно кивает, и они возвращаются к обсуждению еретиков.
Я беру Алиссу за руку и начинаю поглаживать её, переводя взгляд на вид за окном. Мостик представляет собой стеклянный купол для улучшения обзора, но это также делает его лучшим местом для осмотра достопримечательностей на всем корабле.
Высокие деревья все примерно одной высоты, и их кроны так тесно прижаты друг к другу, что между ними остается лишь несколько сантиметров свободного пространства, поэтому с такого расстояния мы видим лишь зеленое одеяло с редкими прорехами, где, скорее всего, находятся деревни.
Мы находимся на высоте самых низких облаков, поэтому время от времени пролетаем сквозь них, словно огибая пушистые айсберги.
— Давай подойдем ближе к стеклу, — предлагаю я, и Алисса молча кивает, уже успокаиваясь после моего домашнего «абьюза».
На мостике в основном тихо. Слышен лишь постоянный низкий гул трех задних пропеллеров, а кроме него — только шепот Юнии и Катерины да редкие доклады экипажа.
Глаза Алиссы позволяют ей лучше видеть небо и море зелени под нами, поэтому я использую её, чтобы осмотреться.
— В-ваше Высочество, не хотите воспользоваться моим прицелом? — любезно предлагает стоящий рядом разведчик.
Я смотрю на милую, по-мальчишески дерзкую имперку и улыбаюсь. — О, благодарю. Воспользуюсь всего на пару минут, чтобы не мешать твоим обязанностям, — хрипло отвечаю я и замечаю, как она делает глубокий вдох.
Я запомню её лицо, а потом как-нибудь приглашу для «социализации».
Я беру её прицел и осматриваюсь. Он довольно мощный и, вероятно, дорогой, но картинка слегка мутновата, так что собран он так себе. не так уж хорошо.
Осматриваясь, я замечаю в небе несколько черных точек; у них драконий профиль, и они кажутся чуть крупнее обычных Драголитов.
Над Высоким Лесом летает не так много монстров, потому что густые кроны скрывают всю потенциальную добычу, а нырять в темную чащу — это практически напрашиваться на засаду множества тварей, которые там рыщут.
С другой стороны, небо над лесом не патрулируется регулярно, поэтому, если мы находим монстра, он почти наверняка будет довольно крупным, ведь мелких в этой враждебной среде быстро съедают.
С помощью прицела мне удается заглянуть в одну из прорех и увидеть там крошечные эльфийские домики. Вид слишком размытый и нестабильный, чтобы разглядеть копошащихся людей размером с муравьев, но я использую воображение, чтобы дорисовать то, чего не вижу.
Насмотревшись, я возвращаю прицел, и мы с Алиссой покидаем мостик.
Мы проходим через основной корпус мимо огромных зачарованных резервуаров, наполненных магическим летучим газом. Несколько членов экипажа периодически проверяют их, чтобы убедиться, что уровень газа в норме, и при необходимости пополняют его.
У Химер не самая совершенная технология герметизации, поэтому газ из этих баков понемногу просачивается. Резина стоит дорого даже для эльфов, но, возможно, стоит вложиться в улучшение уплотнителей, чтобы экономить ману экипажа.
Мы проходим через весь корабль и входим в отсек с пропеллерами, где наши уши атакует громкий гул магических двигателей. Лина и Аой уже внутри, осматривают двигатели и само помещение, планируя, как лучше приглушить шум.
Посмотрим… звук — это вибрация молекул воздуха, значит, чтобы его уменьшить, энергию нужно чем-то поглотить.
Акустические панели обычно делают из поролона или другого мягкого материала, потому что они могут вибрировать вместе со звуком и лучше поглощать энергию волны, так что, возможно, мы могли бы звукоизолировать эту комнату, покрыв её мхом или травой.
Я призываю элементаля природы и с его помощью выращиваю пару наушников для Алиссы. Она достаточно добра, чтобы оставаться со мной ради Благословения, так что это меньшее, что я могу сделать.
Я созываю наших магов, и после совещания мы решаем покрыть стены особым видом шерстистого мха. К счастью, комната деревянная, так что вырастить его будет просто.
У нас есть три мага с [Магией природы], но я не хочу, чтобы они тратили на это всю свою ману. Работа предстоит тонкая, но простая, поэтому я просто призываю пятнадцать элементалей природы, истощая большую часть своей маны, и приказываю им использовать всю их энергию на выращивание мха под руководством магов природы.
Поскольку мы здесь больше не нужны, мы с девушками удаляемся в наш люкс и замечаем, что гул двигателей со временем становится всё тише и тише.
Когда мы входим в нашу личную комнату, мне внезапно приходит в голову идея.
Алисса тепло улыбается и прижимает мою чешуйчатую руку к своей тонкой рубашке. — Время для связи? — счастливо мурлычет она.
— Время для связи, — шепчу я в ответ и ухмыляюсь.
Я достаю нашу коллекцию эльфийских средств для волос и кожи, затем мы все раздеваемся и садимся в круг. Время для не-оргии с поглаживаниями.
Человеческая форма Аой ласкает меня, пока я ласкаю Лину, которая ласкает Алиссу, которая (дразнясь) ласкает Сиэль, та ласкает Роксану, Роксана — Хану, а Хана — Аой.
Големы тоже хотят поучаствовать, но не желают мешать, поэтому я приказываю им магически управлять щетками, чтобы мы могли сосредоточиться на коже того, кого ласкаем.
Как вишенка на торте, в центре круга появляется Гифи и любезно активирует свой «массаж», заставляя нас чувствовать, будто вода течет через каждую клеточку нашего существа, словно мы в душевном джакузи, что приближает нас к чистому блаженству.
"Нам не хватает только тебя— зовет Сиэль Юнию, и мое пространство души взрывается от болтовни, когда все девушки зовут нашу эльфийскую королеву.
Она притворно вздыхает, заканчивает разговор с Катериной и быстро, но сдержанно возвращается к нам. Её темп находится как раз на грани между ходьбой и бегом.
Когда она наконец приходит, то чуть ли не отбрасывает в сторону туфли и не-бикини, а затем присоединяется к нам, занимая место на кровати между Ханой и Аой.
Я дразню тело моей девочки когтями, проводя кончиками по её бокам, пока мои щупальца массируют ей спину, распределяя магическое эльфийское масло по её идеальной, безупречной коже.
В то же время бледные, тонкие пальцы Аой играют с моим телом. Она имитирует мои нежные прикосновения и слегка щекочет внутреннюю сторону моего бедра, и это ощущение усиливается «массажем» Гифи, заставляя мой член дергаться от несексуальной стимуляции; он хочет встать, но ему не хватает должной мотивации.
Алисса дразнит Сиэль своими слегка развратными прикосновениями. Первая позволяет своей дерзкой натуре взять верх, в то время как вторая просто слишком слаба перед лисой, чтобы отказать в такой ласке. Если бы Алисса могла ещё и отрастить щупальца, думаю, Сиэль попросила бы её выйти за неё замуж.
"Я бы не… а-ах~!— Её ангельские стоны отдаются в моем пространстве души, пока Алисса небрежно потирает её чувствительные темные соски.
Возбуждение Сиэль медленно просачивается в её ласки, и она начинает ласкать стройное тело Роксаны, которая быстро становится влажной, но она слишком сильна, чтобы поддаться простому не-прелюдию, хотя и направляет энергию своего возбуждения в более сильные прикосновения.
Хана с радостью присоединяется к веселью и начинает приставать к Юнии, которая, в свою очередь, начинает пускать слюни на стройное и невероятно женственное тело Аой.
И так начинается цикл. Наше возбуждение просачивается через [Связь] и подпитывается друг от друга, но мы практикуем самоконтроль и останавливаемся как раз перед тем, как опрокинуть наших партнерш и заставить их потребовать настоящего секса.
Поскольку мы оставляем наши умы открытыми для внешнего влияния, целеустремленность големов начинает заражать нас, увлекая в своего рода транс и выравнивая наши воли так, как никогда не удавалось при тренировках Гештальта.
Я решаю позволить своему развратному подпроцессу взять верх, но он просачивается наружу и влияет на всех остальных, хотя и сохраняет тот же уровень разврата, что и раньше. Мы просто позволяем себе перейти на автопилот, но затем наше осознание обостряется, и мы начинаем чувствовать, будто наши умы отделились от тел.
— Внетелесный опыт, — шепчу я в изумлении, и мой голос эхом отдается в пустоте моего разума.
— Сюрреалистично… — голос Лины эхом отдается прямо рядом с моим, где бы это «рядом» ни находилось.
— Чувствую, будто плыву, — замечает Аой, её присутствие «здесь», но в то же время «нигде».
— Мы «разделены», так что, полагаю, это не то, чего мы добивались той тренировкой «Гештальта», верно? — с любопытством спрашивает Юния, чье присутствие кружит вокруг меня.
Я начинаю чувствовать «голое присутствие» всех девушек, словно они все одновременно делятся своими чувствами, но это не кажется подавляющим. Всё просто «есть», как экран монитора, который слегка не в фокусе.
— Всё становится странно… — обеспокоенно бормочу я.
Алисса полностью сосредоточена на этом «экране», она в своей «стихии», поскольку теперь способна чувствовать каждую деталь умов и тел всех присутствующих.
— В бою это бесполезно, — утверждает Лина, и её «присутствие» кивает.
— Или для чего угодно, на самом деле, — иронично добавляет Юния.
Я хмыкаю и продолжаю: — Мой развратный подпроцесс, вот когда всё отклонилось от движения к Гештальту.
Мы начинаем снова проявлять волю над своими телами и постепенно восстанавливаем контроль, но теперь мы все вышли из транса, так что синхронность нарушена, и мы позволяем тщательно поддерживаемым уровням возбуждения упасть камнем вниз.
Гифи прекращает массаж, и мы все валимся на кровать, немного разочарованные и ошеломленные странным опытом.
Хана сердито ворчит: — Какого черта. Мы добились гораздо большего прогресса, пока были голыми и дурачились, чем когда были в доспехах и тренировались.
Я задумчиво хватаюсь за подбородок и позволяю своему толстому хвосту шлепнуть по матрасу, размышляя о том, что только что произошло, и тут всё встает на свои места.
Аой переворачивает меня на спину и оттягивает мою крайнюю плоть, обнажая блестящую розовую головку, теперь покрытую предсеменной жидкостью, затем опускает голову и начинает доить меня, пока её экзотические глаза смотрят на меня с голодом.
Я глажу её по голове и делюсь своими мыслями: — Мы с тобой очень сексуальные люди, я даже не могу заставить себя сражаться, не подумав сначала о сексе, да и у остальных сильные фетиши, так что вполне логично, что сексуальная обстановка влияет на нас сильнее, чем просто спарринг.
— Похоже, нет ничего лучше для объединения наших воль, чем наша любовь друг к другу, — тепло замечает Сиэль с сияющей улыбкой.
— Скорее, наша жажда киски и волшебного члена Вольфа, — парирует Роксана и фыркает, заставляя нашего шоколадного ангела надуться.
— И то, и другое, — красноречиво заявляет Алисса, и никто из нас не может найти аргументов против.
— Влияние големов тоже помогло, я думаю, — нерешительно добавляет Лина.
— Помогло, — радостно соглашается Сиэль и хватает Теда. Маленький медвежонок исчезает в её ложбинке и тут же смиряется со своей судьбой.
Затем Юнии внезапно приходит в голову идея: — А что, если мы будем использовать [Ткачество], чтобы соединить наши чувства?
Я воркую и улыбаюсь: — О, отличная мысль. Если сработает, нам не придется тратить полчаса или больше на оргию перед каждой битвой.
Мое красивое выражение лица заставляет её сердце биться чаще, но затем самодовольство берет верх, когда она осознает смысл комплимента.
— Ого, мы только что нашли решение такой ужасной проблемы, а? — саркастично ворчит Хана.
Я пожимаю плечами. — Это было бы чуть-чуть неудобно.
— Совсем на нас не похоже — заниматься сексом по первому же зову, — сухо добавляет Роксана.
Я фыркаю и пренебрежительно машу на неё когтями, кончая в рот Аой. — Ладно, хватит.
У нас еще есть время до обеда, и поскольку наши тела уже сияют от божественных эльфийских средств, мы решаем просто заняться тренировкой циркуляции маны.
Как только часы показывают полдень, мы направляемся в небольшую столовую, чтобы поесть.
Мы будем делить стол с капитаном, его старпомом, высшими офицерами и тамплиерами, рыцари поедят позже, а уже потом — экипаж первой смены. Кляйн и Антон — особые гости, так что они тоже поделят стол с нами.
Хотя пайки есть для всех, нам нет нужды их есть, поэтому я достаю особый обед на сегодня: пиццу, а также стандартное эльфийское блюдо для тех, кто не осмеливается насладиться вторым по величине изобретением после нарезанного хлеба.
— Что это за блюдо?.. — спрашивает Алькандер, оттягивая кусочек пиццы «Маргарита».
Я киваю и любезно отвечаю: — Пицца. Обещаю, она вкусная.
Кёра, довольно недружелюбная синеволосая драконида, наклоняется вперед и протыкает кусок пиццы с пепперони. — Это не имперское блюдо? Выглядит по-имперски, — ворчит она, но тут до неё доходит запах, и она довольно мурлычет от голода.
Катерина молча берет кусок пиццы «Португеза» (бразильский вкус) и начинает есть с впечатляющей скоростью, сохраняя при этом самообладание, достойное принцессы.
— Да, на вкус как имперское блюдо, — спокойно заявляет она с легким кивком, а затем быстро делает еще укус. — Одно из хороших имперских блюд…
Кажется, у неё две стороны, и сейчас она показывает нам сторону «Карателя».
Большинство пицц сделаны в итальянском стиле, с тонким тестом и небольшим количеством ингредиентов для нежного и сбалансированного вкуса, но есть и несколько в американском стиле (который такой же, как бразильский) с толстым тестом и максимально возможным количеством ингредиентов для взрыва вкуса.
Эльфы и Алисса предпочитают итальянские пиццы, в то время как остальные — американские. Аой — единственная, у кого нет предпочтений, лишь бы там было мясо.
Тимас, утонченный монохромный зверолюд-кот, начинает выглядеть немного взволнованным, затем внезапно поворачивается к Сильвано и взволнованно спрашивает: — Вы правда Сильвано из «Серебряной молнии»?
И этот раздражающе великолепный мужчина откидывает свои шелковистые серебристые волосы назад в преувеличенно, но чертовски эффектном жесте. Затем он одаривает нас ухмылкой, достойной киноплаката, и плавно отвечает: — Именно так. Вы находитесь в присутствии «Чемпиона Колнерии», сильнейшего дуэлянта Эларии.
Гарем Кёры взволнованно шепчется, особенно Поппи и Алонсо, дворф и полурослик соответственно. Похоже, они с западной части континента, так что должны были слышать легенды о мастерстве Сильвано… которые могли быть немного преувеличены, передаваясь из уст в уста.
— В свое время, — сухо добавляет Алькандер, сдерживая дразнящую ухмылку.
Но самодовольного эльфа трудно вывести из равновесия. — Я и сейчас должен им быть. Я ушел на пике, непобежденным, и до сих пор не слышал, чтобы кто-то достиг того же уровня славы, что и я.
— Какой интересный выбор слуг… — загадочно замечает Катерина, её голос звучит холоднее обычного, и я замечаю, что её взгляд прикован к Айско.
— Что вы имеете в виду? — отвечает Юния, которой не нравится, к чему всё идет.
Но Катерина не отвечает сразу, продолжая смотреть на золотого эльфа-чудака, который даже не подает виду, что заметил, как стал центром внимания.
На самом деле довольно забавно, как Айско просто плевать хотел на то, что о нем говорят. Он просто не будет общаться с другими, если к нему не обратятся напрямую.
Возможно, он социопат… хотя я не специалист по психическому здоровью, чтобы делать такие заявления.
Катерина переводит свои суровые глаза на Юнию и начинает допрос: — Вы учите своих людей личной ответственности? Пониманию того, что они также несут ответственность за последствия действий, которые им приказали выполнить?
Температура в комнате падает на несколько градусов от тяжести, которую Каратель вкладывает в свои слова. Предыдущее дружелюбное поведение для неё ничего не значит перед лицом Порочности.
Но Юния категорично отвечает: — Наши люди слишком преданы нам, чтобы идти против наших приказов без крайней необходимости.
И Каратель раздраженно вздыхает. — Смело с вашей стороны признаваться мне в таком, но, по крайней мере, вы понимаете важность достойного лидерства?
Мы с Юнией обмениваемся взглядами и быстрыми ментальными словами.
Чтобы позлить её, я принимаю ту же манеру, что и Юния, и отвечаю: — Безусловно. У нас есть репутация, которую нужно поддерживать, и мы полностью доверяем честности нашего командира в отстаивании наших ценностей.
Тонкие золотистые брови Катерины медленно сходятся на переносице, когда её взгляд перескакивает на меня. — Вы делегируете эту ответственность командиру Лордсгарда?
И Юния тут же заканчивает, заставляя взгляд Катерины вернуться к ней: — Да. Мы слишком близки с нашими солдатами, чтобы судить об их действиях без предвзятости.
— Хм… — тихо мычит она, и её поза расслабляется. Похоже, этот последний ответ её удовлетворил. — Я слышала слухи. Похоже, гарем семьи Райдер гораздо больше, чем предполагалось ранее.
Немного неприятно, как быстро она может переключаться между горячим и холодным, но никто не хочет задерживаться в мрачном настроении.
Я самодовольно ухмыляюсь и соглашаюсь: — Не знаю, что это за слухи, но да, скорее всего, это правда.
Затем разговор быстро возвращается в привычное русло, но мне немного жаль Нохопу и Курии, потому что им трудно найти общий язык с тамплиерами.
После обеда мы проводим время, неспешно отдыхая на палубе «Флоатера». Корабль использует драгоценный камень [Полет], который создает вокруг него пузырь, уменьшающий сопротивление воздуха, так что открытая верхняя палуба защищена от сильных ветров, что делает её довольно популярным местом среди экипажа.
Максимум, что мы можем почувствовать, — это легкий ветерок от небольшого количества воздуха, проходящего сквозь магический пузырь, и в такую жару это довольно освежает, хотя я всё равно ставлю для нас палатку, так как солнце припекает нещадно.
Нам больше не хочется тренироваться сегодня, поэтому, когда Лина достает книгу, я тут же усаживаю свою «наколенную лоли» на её законный трон, затем заглядываю ей через плечо и слушаю её внутренний монолог, пока она читает.
Объявление
Зал славы покровителей
Имена покровителей, поддерживающих Rupegia, будут воспеваться бардами, ибо они заслуживают славы и почета. Их имена:
Принц PreownedFIN.
Принц Creamy Spinach.
Принц Owldente.
Принц Charlie Foxtrot.
Лорд Andrew Meyers.
Лорд Novgarod.
Лорд Michale Erwin.
Лорд Bakerdea.
Лорд Maurice.
Лорд Mattirro Draca.
Лорд Sean Drake.
Лорд FrostyCube.
Лорд Mike Bartter.
Лорд Warwulfv.
Лорд Jorge Franco.
Лорд Khristopher Welsh.
Лорд DJ.
Лорд Tenebris Lupus.
Лорд Paul Daval.
Лорд Paul Daval.
Лорд Bradly.
Лорд AndreyUC.
Лорд Tmac.
Лорд School Work.
Лорд Gwendolyn Simmons-LaRose.
Лорд CopeyDunt.
Лорд James.
Лорд BlindTactic.
Лорд Cardnial Steiner.
Лорд The Tallest Joshua.
Благородный Salty Panda.
Благородный Mild Fracas.
Благородный Aclys.
Благородный CarlBaxter.
Благородный d3235.
Благородный Frank de Jong.