Долг

Мы начинаем немного нервничать из-за предстоящей битвы, поэтому даже Роксана решает отложить дела и присоединиться к нам на диване вечером. Правда, она крадет мою «подушку для груди» и обнимается с Ханой, и это заставляет меня заметить, насколько они кажутся очень… дружелюбными друг с другом.

Впрочем, я играю с хвостом Алиссы, пока мы болтаем, и она начинает клевать носом, поэтому я также играю с ее ушками, чтобы усыпить ее, а затем успешно отношу на нашу кровать. Она радостно просыпается посреди минета от Ханы, и тогда я отдаюсь им обеим без остатка.

Во время экспедиции мне вряд ли удастся заняться сексом, так что нужно наслаждаться, пока есть возможность. Мой новый навык тоже очень помогает удовлетворить их обеих, и я заканчиваю, чувствуя себя обновленным, а не истощенным.

Сегодня шестнадцатое число.

Мы лишь быстро завтракаем, а затем рано утром отправляемся закупать остатки припасов, и проводим большую часть оставшегося времени в поисках последних необходимых вещей.

У нас все еще есть те спальные мешки, которые мы купили и ни разу не использовали, но теперь, когда у нас есть деньги и гарем стал больше, мне нужна кровать, на которой поместятся все. Качество моего сна слишком важно, чтобы на нем экономить, поэтому я беру ту, что подходит для нас троих. Но наша палатка слишком мала для новой кровати, так что мы также покупаем палатку побольше — достаточно высокую, чтобы мы могли стоять в полный рост, и в ней даже остается место для небольшого столика.

Затем мы покупаем много разных готовых блюд для «Инвентаря» и новое летающее транспортное средство для всех нас — полированную деревянную лодку с колесами и ветровым стеклом, достаточно большую, чтобы вместить шесть человек. Она стоит тридцать золотых, но большая часть цены приходится на магический инструмент, так как он довольно крупный, почти размером с баскетбольный мяч.

Инструмент представляет собой многогранный хрустальный шар с зеленоватым оттенком и прикрепленной сверху велосипедной ручкой. Ручка не двигается, но реагирует на давление, позволяя водителю контролировать рыскание и тангаж. Чтобы применить тягу, водитель должен вливать ману в кристалл в том направлении, куда хочет двигаться. Например: чтобы двигаться вперед, я должен вливать ману в заднюю часть кристалла, чтобы назад — в переднюю, а чтобы подняться вверх — в нижнюю. По сути, это позволяет мне лететь в любом направлении, но делать это не рекомендуется. Продавец говорит, что в идеале стоит переключаться только между приложением силы вверх, чтобы парить, или вперед, чтобы ускориться.

У Роксаны и Ханы есть небольшой опыт работы с таким магическим инструментом, так что при необходимости они будут управлять полетом, пока я не научусь этому в будущем. Это немного отличается от авиасимуляторов, так как нет крена и почти нет никакой защиты, поэтому я не спешу учиться, ведь в полете точно нельзя проявлять безрассудство.

Я отправляю Алиссу расплатиться с Гуламом, и после ее возвращения мы идем к западным воротам, где в ожидании отправления стоит вереница повозок и толпа искателей приключений. Уже одиннадцать утра, так что мы быстро обедаем в ближайшей лавке. Затем мы видим, как подходит Сайлас с пятью рыцарями и двумя фигурами в мантиях.

Рыцари носят сюрко с гербом Лорда поверх черных чешуйчатых доспехов. И среди них мы узнаем знакомое лицо. Черные волосы, квадратная челюсть, намек на щетину и пронзительный, стоический взгляд. Это Лорд, или, скорее, его более молодая версия.

Позади него еще одно знакомое лицо — девушка-эльфийка. Прямые серебристые волосы, такие блестящие, что почти светятся, очаровательно низкий рост, кожа белая, как снег, овальное лицо, раскосые голубые глаза, которые выглядят почти по-азиатски, маленький острый носик, маленькие красные губы и безошибочно узнаваемые длинные острые эльфийские уши, торчащие под прямым углом от головы.

Сильвана замечает нас и улыбается Алиссе, которая тут же отвечает тем же.

Затем Сайлас подходит к толпе и громко объявляет: «Собирайтесь здесь, охотники! Мы начинаем перекличку! Приводите своих лидеров на стратегическое совещание!» И в его голосе слышится характерное искажение, как у человека, говорящего в микрофон.

Как только называют мое имя, мне велят войти в ближайшее здание и сесть за большой стол. Крупные мужчины, шрамы на лицах, безумные глаза, стоические взгляды и угрожающая аура. Это лидеры отрядов, призванных для этой карательной экспедиции, и среди них — я. Если не считать Сайласа, я здесь самый маленький и самый молодой.

Я хочу сбежать! Помоги мне, Алисса!

К счастью, стратегия уже определена, так что мне не нужно ничего говорить. Сын Лорда, Хааран, является лидером экспедиции, и в его распоряжении рыцари Лорда, поэтому он объясняет план, и ни у кого не возникает существенных возражений.

Голос Хаарана мягче, чем у Лорда, но он словно его младший клон, и я просто задаюсь вопросом, какая генетика здесь замешана.

В любом случае, один отряд будет отвечать за авангард, один — за арьергард, и четыре дуэта будут отвечать за разведку, чтобы защитить основные силы во время нашего путешествия через Туманный Низинный лес. После того как мы достигнем места, выбранного в качестве нашей базы, все отряды будут участвовать в поиске точного местоположения базы гоблинов.

Как только ее найдут, мы начнем атаку после того, как местность вокруг будет должным образом изучена. Есть два отряда магов, которые будут действовать как артиллерия и обрушат магию с расстояния в качестве первого удара. Мой отряд, рыцари Лорда и два других отряда — это ударные войска, так что мы войдем на базу врага и вступим в ближний бой после того, как артиллерия посеет хаос. Разведывательные отряды позаботятся о том, чтобы как можно меньше гоблинов сбежало, авангардный отряд будет прикрывать нас во время атаки, а арьергардный отряд будет охранять нашу базу.

План прост, быстр и решителен. Нам понадобится полдня, чтобы добраться до входа в Туманный Низинный лес, разбить там лагерь, полдня, чтобы дойти до нашей базы, скорее всего, полдня на разведку, полдня на бой и еще день на возвращение, а это значит, что мы, скорее всего, вернемся до свадьбы Селины. Затем совещание заканчивается, и нам приказывают грузиться в повозки.

Но перед тем как мы отправляемся, мой взгляд притягивает сияющая улыбка Сильваны, которая приближается к нам. «Приветствую, мистер Райдер. Надеюсь, вы меня помните», — мягко здоровается она. Это первый раз, когда я слышу ее голос, и он приятно нежный и женственный.

На самом деле я помню твои изгибы, или их отсутствие, когда видел тебя в том цельном наряде.

«Приветствую, мисс Сильвана. Трудно забыть такое лицо, как ваше», — плавно отвечаю я и улыбаюсь в ответ.

Черт, я отлично выдал эту фразу.

Она прикрывает рот кончиками тонких пальцев в игривом удивлении и по-девичьи хихикает. «О боже». И ее очаровательная манера поведения действует на меня безотказно.

Ох, мое сердце!

Затем она поворачивается к Алиссе. «Рада видеть, что вы в порядке, мисс Алисса».

«Вы тоже, мисс Сильвана», — тепло отвечает Алисса, и они кивают друг другу, отчего эльфийские и лисьи ушки подрагивают. «Что с вами случилось? Вы теперь часть солдат Лорда?»

И серебристая эльфийка сияет от счастья. «О да. Великий Хааран выкупил меня, и я выйду за него замуж в конце года».

Алисса сияет в ответ невинной яркостью. «Это потрясающе! Значит, он скоро собирается покорить подземелье, верно?»

«Да! Я также прохожу обучение у придворных магов и в следующем месяце поступлю в университет», — тепло продолжает хорошенькая девушка.

О?

«Возможно, тогда вы будете учиться вместе с Мастером. Он тоже присоединится в следующем месяце», — тепло отвечает другая красавица.

И две юные красавицы поворачивают головы ко мне, заставляя меня инстинктивно напрячься, так как я чуть не утонул в их глазах.

Взгляд Сильваны становится игриво любопытным. «А, так Великий Райдер — это действительно тот, у кого есть Благословение? Навык, который вы создали, [Перенаправление маны], привлек внимание многих людей». И ее красивые глаза пристально смотрят на меня.

Что ж… я действительно не хотел привлекать к себе внимание.

Я просто криво улыбаюсь, считая, что лучше ничего не говорить, поэтому она просто добавляет: «Как ваши исследования этого навыка?»

Затем я чувствую на своей спине дразнящие улыбки Роксаны и Ханы, поэтому подавляю свою застенчивость и отвечаю как положено: «На самом деле все идет очень хорошо, но из-за карательной экспедиции мне пришлось остановиться, прежде чем я совершил настоящий прорыв».

«Это прискорбно, но таков наш долг», — торжественно отвечает она, кивая, и Алисса поддерживает ее. «Мы не можем позволить лагерю гоблинов стать еще больше, ради нашего народа».

Но затем она быстро возвращается к своей очаровательной улыбке.

«Кажется, вы нашли свое счастье», — тихо замечает Алисса.

«А вы — свое», — лукаво отвечает Сильвана и бросает взгляд на нее, заставляя милую лисичку покраснеть. Но затем хорошенькая эльфийка заканчивает разговор: «Пойдемте. Мы сможем поговорить больше, когда доберемся до лагеря».

«Конечно!» — радостно восклицает Алисса.

Мы садимся в повозки, и я спрашиваю свою милую лисичку, откуда она знает серебристую эльфийку. Они встретились в Туманном Низинном лесу, когда обеих должны были доставить в Рабанару, так что они провели вместе декаду во время поездки и подружились. Их мечты и цели были схожи: найти кого-то сильного, кому они могли бы служить, чтобы почтить свои семьи, или восстановить честь семьи, в случае с Сильваной, так что они сблизились на этой почве.

Алисса не говорит об этом прямо, но отсутствие упоминаний о любви или браке меня сильно коробит. Они все помешаны на долге, и я не знаю, как к этому относиться… Рупегианская культура для меня все еще слишком чужда.

Пара лошадей тянет повозки по дороге на высокой скорости, но тряски почти нет, только шум. Дорога кажется очень хорошо построенной, менее ухоженной, чем та, что в городе, но это все равно впечатляющая инженерия. Она сделана из больших квадратных каменных блоков, уложенных слегка изогнуто, чтобы отводить дождевую воду в каналы по бокам, и блоки скреплены каким-то цементом, создавая очень гладкую поверхность. Довольно по-римски.

Мы делим нашу повозку с «Акросом», одним из отрядов ударных войск. В нем четыре участника: мужчина из расы демонов с красной кожей, у которого из лба растет один рог в стиле японских они, и он использует башенный щит; крупный, загорелый и бородатый мужчина, использующий двуручный меч размером с него самого; долговязый белый мужчина с уродливой черной стрижкой «под горшок», использующий длинный лук; и худощавая милая девушка-дворф с короткими черными волосами, которая использует небольшой композитный лук.

Исходя из моего дилетантского понимания их тактики, парень со щитом — танк, парень с двуручным мечом — ДД, парень с длинным луком — для монстров с толстой шкурой, а девушка-дворф — для быстрой стрельбы по легким или многочисленным целям. Алисса придерживается той же доктрины, что и девушка-дворф, в то время как остальные члены нашего отряда не особо сочетаются с кем-либо еще в «Акросе».

И, честно говоря, с ними не очень приятно разговаривать. Они слишком грубые и постоянно говорят о том, как будут потрошить гоблинов, а девушка-дворф хочет посоревноваться с Алиссой в том, сколько глаз они выбьют. Роксана и Хана отлично с ними ладят, но мне не нравится с ними общаться.

Хане приходится спасать меня, вмешиваясь в разговор, и в конце концов они меня игнорируют, так что я просто отключаюсь и практикую медитацию для [Перенаправления маны]. Довольно трудно отключить чувства при таком количестве стимулов, но это помогает сократить время в пути, и прежде чем я успеваю заметить, Алисса говорит мне, что пора выходить из повозок.

Я потягиваюсь и разминаю мышцы, чтобы помочь с болью. Полдня в этой повозке, и я провел все это время в медитации. Это своего рода удивительный подвиг, правда. Жаль, что у меня не было такого навыка на Земле, чтобы скучные поездки пролетали за секунду.

Сейчас пять вечера. Мы выехали раньше, чем планировалось, и добрались до границы даже раньше, чем предполагалось.

Хааран велит нам начинать марш, и разведчики бегут вперед первыми, затем авангард входит в Лес, а мы следуем за ними. Позади нас десять магов [Пространственной магии], и они, по сути, гуманоидные вьючные мулы, так как их единственная цель — носить вещи в своих глубоких [Инвентарь]ах. Арьергард отвечает за защиту магов, и я узнаю Таргуа, возглавляющего тыл.

Он замечает меня и машет нам, но продолжает заниматься своим делом.

Какой приятный парень.

Атмосфера Туманного Низинного леса всегда кажется мне немного фантастической, даже очаровательной. Это мрачное и опасное место с налетом таинственности, так что такой ботаник, как я, определенно наслаждается подобным настроением.

Изучив книги в гильдии искателей приключений, я теперь узнаю довольно много растений и фруктов, и мы незаметно собираем их в качестве закуски на потом. Мой «Инвентарь», по-видимому, бездонный, так что я единственный, кто может позволить себе увеличить свою ношу.

Пока мы идем, я размышляю о своих навыках и понимаю, что [Магия призыва] была бы здесь очень полезна. Нам предстоит столкнуться с большим количеством гоблинов, и наличие призывных существ, чтобы прикрывать наши спины, было бы огромной помощью. Правда, мне придется солгать Роксане.

Наша безопасность важнее, чем обиженные чувства, поэтому я решаю сказать ей, что мне удалось получить [Магию призыва], изучая [Големантию] в университете. Таким образом, я смогу использовать свою птицу для разведки, а собаку — для охраны.

Я замедляюсь, чтобы поравняться с ней, и она одаривает меня невинной улыбкой, как только замечает, что я хочу поговорить. «Итак, Роксана, мое исследование [Големантии] на самом деле довольно близко к [Магии призыва]. Настолько близко, что я уже выучил несколько заклинаний», — небрежно замечаю я.

«Хм?» — рассеянно мычит она и наклоняет голову, придерживая свою широкополую шляпу. Затем она что-то осознает. «А! Да! Есть заклинание под названием [Призыв малого голема], верно? Вполне очевидно, что эти две школы где-то пересекаются».

Не тот угол, с которого я заходил, но ладно.

Я просто соглашаюсь: «Д-да. Ну, пока мне удалось призвать только маленькую птичку и собаку. Кроме того, я хочу рассказать Лорду Хаарану о своих навыках, но не уверен, как это сделать, так как он довольно пугающий».

«Ничего страшного, если не расскажете, Мастер, — любезно вмешивается Алисса, подходя с другой стороны. — Не многие охотники рассказывают другим свои секреты. Вы можете просто использовать их, когда пожелаете, и большинство людей не будут беспокоиться. Элементали, правда, немного заметны, так что будьте с ними осторожны».

Элементали звучат интересно. Прошло много времени с тех пор, как я проверял, открылись ли новые заклинания, так что, возможно, я могу использовать призыв сейчас, но я не знаю, какой уровень мне для этого нужен.

«Но разве это не редкая магия? Я не хочу привлекать к себе внимание», — обеспокоенно спрашиваю я.

«Вы уже городской герой», — отмечает Хана и ухмыляется.

Я поворачиваюсь к двум другим, но они обе просто пожимают плечами, затем Алисса добавляет: «Новости о том, что вы получили Благословение от Богини Знаний, тоже должны распространяться. Вы не можете остановить рост своей славы, Мастер». Затем она криво улыбается моему смятению.

Это плохо, но и хорошо. Это значит, что я могу легче сказать «да пошло оно» и делать то, что хочу, не заботясь о том, что могут сказать люди, но проблема в проверке ID. Мне нужна последовательность, и если я буду продолжать добавлять или удалять навыки, это может вызвать проблемы, если кто-то попытается записать прогресс моих навыков и заметит, насколько это странно.

Я задумчиво мычу, а затем делюсь своей идеей: «Хорошо, я подумываю о том, чтобы призвать одну или две собаки и использовать их в качестве охраны. Таким образом, возможно, нам не нужно будет участвовать в карауле».

«О, о! Это отличная идея, Вольф! Пожалуйста, сделай это!» — восклицает Роксана, затем она взволнованно хватает меня за руку и сжимает ее. «Магам нужен хороший ночной сон для достижения пиковой производительности, так что стояние в карауле только сделает меня слабее». Затем она отпускает мою руку и продолжает счастливо прогуливаться вперед, оставляя меня ошеломленным от внезапного физического контакта.

Эта женщина такая дразнилка…

Хана приподнимает бровь, глядя на меня, и рассеянно замечает: «Хм, да, так мы все сможем спать вместе».

Алисса ничего не говорит, не обращая внимания на эксцентричность Роксаны, но я вижу, как ее пушистый хвост слегка виляет, так как она, вероятно, представляет, какой была бы ночь вместе. Никто не любит стоять в карауле на холоде и в одиночестве.

После получасовой ходьбы слева от нас появляется маленькая серая лиса и быстро приближается к лидеру авангарда, затем она светится и превращается в мужчину с серой кожей и волосами. Его внешность тоже довольно поразительна, так как у него есть когти, лисьи уши и маленький черный нос вместо обычного, но нет хвоста.

Мне хочется похвастаться, что Алисса может стать гораздо большей лисой, но я не хочу быть придурком по отношению к незнакомцу, поэтому молчу.

«Его цвет необычен», — очень тихо замечаю я Алиссе, так как знаю, что у оборотней-лис хороший слух.

«Он может быть смешанным потомком Белого Сталкера с кем-то еще, или просто лисом без клана, смешанным с другой расой с серой кожей», — небрежно отвечает она.

Интересно… похоже, здесь действительно есть какая-то расовая динамика.

Я бросаю на нее любопытный взгляд. «А как насчет тебя?»

И она, кажется, рада ответить: «Я чистокровная Туманная лиса, хотя родители позволили моему меху и волосам быть светло-коричневыми вместо обычного ярко-оранжевого».

Она сказала «позволили», в том смысле, что они не молились Богине Плодородия, чтобы дать ей определенный цвет, и позволили генетике сделать свое дело.

Я прекращаю разговор на этом, так как не хочу, чтобы она спрашивала, откуда я, а с ее очень покорным характером она даже не пытается меня об этом расспрашивать.

В любом случае, серолицый мужчина разговаривает с лидером авангарда, невысоким и широким мужчиной, использующим полэкс, затем они устремляются вперед. Они возвращаются через пару минут, лидер теперь выглядит немного запыхавшимся, а его полэкс капает кровью.

Но кровь привлекает монстров, поэтому один из членов авангарда незаметно отчитывает лидера, который наконец очищает свое оружие. Эта местность все еще кишит монстрами, так что авангарду действительно приходится отрабатывать свой хлеб и зачищать местность перед нами.

Затем солнце садится под звуки умирающих гоблинов, и Хааран велит нам разбить лагерь на следующей поляне. Не самый утомительный день, но я рад, что наконец-то пришло время отдохнуть.

Я немного потею, когда замечаю, что все достают инструменты и начинают по-настоящему строить свои палатки. Этого не избежать, поэтому я просто надуваю грудь, полную фальшивой храбрости, и достаю свою большую квадратную палатку, которая хранилась уже полностью собранной, затем мы спешим внутрь, чтобы спрятаться от любопытных взглядов.

Палатка примерно 5x10 метров, но наша кровать идеально помещается, и у нас достаточно места, чтобы с комфортом сидеть за маленьким столиком с четырьмя стульями. Правда, я бы предпочел, чтобы никто не видел, что внутри, так как для искателей приключений это немного роскошно.

«Это на самом деле мило. Мне следовало купить такую же большую, как у тебя», — с удивлением замечает Роксана.

«Но ты бы не смогла нести ее сама, верно?» — отвечаю я с ухмылкой.

Она надувается и дерзко упирает руки в бока. «С твоим глупо огромным [Инвентарь] это было бы довольно легко. Но увидев это, я хочу не просто палатку побольше, я хочу спать на твоей кровати тоже. Мешок — это довольно плохо».

Моя ухмылка становится наглой. «Извини, моя кровать только для моих любовниц».

Я не пожертвую своей приватностью, даже если ты спутница.

Хана ухмыляется Роксане, которая просто сильнее надувается, а Алисса делает покерфейс, но я видел, как дернулся хвост, я видел это!

«Пора уходить, Мастер. Давайте примем ванну», — послушно предлагает Алисса.

Мы выходим из палатки, затем я незаметно достаю складную перегородку и ставлю в центре простую деревянную ванну. Всего за минуту Роксана наполняет ее с помощью [Водяной стены], затем нагревает ее с помощью отмеренного [Огненного шара], и теперь ванна готова.

Как та, кто сделала это возможным, Роксана идет первой. Поскольку вода была недавно создана магией, она может «развоплотить» ее после того, как закончит, и приготовить еще одну ванну для нас.

С этим я могу помыть девушек и насладиться собой. У меня также теперь есть подходящий кляп, и он почти полностью приглушает их стоны. Внутри становится немного тесновато, когда мы все вместе, но поскольку у меня есть две жадные женщины, которых нужно трахнуть, у нас не так много времени, чтобы провести его, отмокая в воде.

Мы стараемся не показывать и не говорить, что у нас есть ванна. Перегородка не является чем-то чрезмерным, это то, что должен иметь любой отряд с двумя разными полами, но никто, кроме дворян, не берет с собой целую чертову ванну в экспедицию.

Как только мы заканчиваем уборку, все заканчивают установку своих палаток, костер уже трещит, космический маг варит какое-то рагу в большом котле над ним, и искатели приключений теперь едят за длинным деревянным столом со скамейками.

Сильвана видит, как мы приближаемся, и машет нам, чтобы мы сели рядом с ней. На ней не ее обычная мантия мага, а толстое шерстяное красное платье, которое демонстрирует ее очаровательные розовые ножки. Это не то, что должно быть очень модным, но она все равно выглядит в нем мило.

Мы садимся, и я достаю наши готовые блюда для «Инвентаря»: поджаренный хлеб, пасту из бобов, жареные овощи и рагу из говядины. Сильвана тоже, кажется, ест что-то приготовленное заранее, а не суп от космических магов. Ее еда — это большой выбор неизвестных овощей, что-то похожее на зеленоватый печеный картофель и хороший кусок жареного мяса.

Я не узнаю большую часть ее еды, но не могу уделять этому слишком много внимания, так как это было бы невежливо, и затем она сразу начинает разговор.

«Скажите, мистер Райдер. Это вы дали гильдии информацию о том, что Гигантские тарантулы покрывают свои тела легковоспламеняющейся паутиной?» — любопытно спрашивает она, ее глаза светятся от волнения.

Я несколько раз тупо моргаю.

«Откуда вы это узнали?» — выпаливаю я в замешательстве.

И она одаривает меня довольно лисьей улыбкой, гордясь своей правильной догадкой. «Ваш отряд и «Хауберк» были единственными, кто охотился там последние полдекады, и поскольку я слышала, что у вас есть Благословение Знаний, вы — самый очевидный кандидат».

Я пожимаю плечами и фыркаю: «Ха, полагаю, это имеет смысл. Итак, это было полезно?»

Она взволнованно кивает, заставляя свои длинные уши покачиваться.

Я чертовски люблю нечеловеческие уши.

Затем она быстро рассказывает свою историю: «Да. Мы исследовали Муравейник после вашей встречи с Символом Ненависти, чтобы осмотреть место битвы, а затем выследили Белую Арахну. По пути мы проверили вашу информацию и сожгли заживо около половины пауков, что довольно странное число, но подсказка была очень полезной, хотя запах… ужасный». И она кривится.

Я тепло улыбаюсь и мычу в ответ: «Потрясающе. Я рад, что это помогло».

И ее глаза становятся острыми, когда она переходит к тому, о чем действительно хотела поговорить. «Но что меня заинтересовало, так это вторая часть вашей информации. Вы сказали, что это могут быть только тарантулы одного пола, которые делают это, поэтому мы провели несколько вскрытий и обнаружили, что именно так оно и есть. Мы даже не знали, как отличить один пол паука от другого, но заметили, что те, у кого более круглые, э-э… лицевые пальцы, — это те, кто легко загорается, и после некоторых экспериментов мы обнаружили, что это самцы, которые используют паутину, чтобы приклеиться к самке и ввести семя в нее с помощью своих… пальцев."

. Все то время, пока она описывает брачные привычки тарантулов, у нее невинный и жаждущий знаний вид, но как только она упоминает «пальцы», которые на самом деле являются эквивалентом паучьих членов, и я полагаю, на самом деле называются «педипальпы», что-то меняется на ее лице, но я не могу описать, что именно. Она кажется «напряженной», но не менее жаждущей поговорить о паучьем члене, так что, может быть, она просто ведет себя неловко?

В любом случае, я все еще впечатлен ее знаниями.

«Вы, кажется, очень любите подобные вещи. Вы планируете стать ученым?» — спрашиваю я, искренне не желая высмеивать ее за упоминание паучьих членов.

И она принимает мечтательный вид. «Возможно, однажды. Мне нравится думать о деталях, и есть так много вещей, которые мы, кажется, упускаем из виду. Эта деталь, которую вы нашли, например, помогла нам убивать этих пауков в два раза быстрее, так что что еще мы можем обнаружить, что облегчит нашу жизнь?»

Поэтому я даю ей пищу для размышлений: «Но почему никто не обнаружил это раньше?»

И она была готова к этому. «Возможно, это брачный сезон. Лорд Анара собирается отправлять отряд для расследования каждые полдекады, чтобы проверить, правда ли это».

«Это хорошие новости», — вставляет Алисса.

Действительно, и то, что Лорд стал больше вовлекаться в отбраковку, и подтверждение еще одного инструмента против монстров — это хорошие новости.

«Ты рассказываешь им о пауках, Силф?» — раздается нежный голос позади нас, и мы поворачиваем головы, чтобы увидеть приближающегося к нам юного Хаарана.

«Силф»? Это доброту я слышу в его голосе? Довольно трудно представить стоического мужчину с таким пронзительным взглядом, который был бы таким нежным и непринужденным.

«Да. Это мистер Райдер дал нам информацию о пауках», — радостно щебечет она ему, когда он садится рядом с ней.

Он переводит свой леденящий взгляд на меня и заявляет с уважительным кивком: «Хм. Вы заслужили мою благодарность, мистер Райдер. Это была довольно странная информация, но она оказалась правдивой и весьма полезной».

Сильвана внезапно по-девичьи хихикает, затем ее бледная кожа становится розоватой, когда она вспоминает довольно непристойную деталь: «О, информация о том, как разрушить ментальный яд, тоже была полезна. Мы… подтвердили, что это работает». Затем она отводит глаза, в то время как Хааран на мгновение замирает с многозначительной улыбкой на своем красивом лице, а Алисса и я ухмыляемся в ответ.

Я также сказал гильдии, что ментальный яд Арахн можно разрушить «страстным поцелуем любимого человека».

После того как розовый момент проходит, Сильвана прочищает горло и меняет тему. Она спрашивает о моих приключениях с Алиссой, а затем рассказывает свои собственные истории с Хаараном, пока юный будущий Лорд и я просто слушаем их в тишине, пока едим.

Хана заводит разговор с другим отрядом неподалеку, и она быстро получает кружку пива, хотя нам не полагается много пить. Я также замечаю, что Роксана остается у костра, незаметно попивая из бутылки вина, которую носит в своем [Инвентарь], пока слушает, как более шумные искатели приключений громко рассказывают свои истории.

Я не против того, чтобы не вести беседы с незнакомцами, но мне все равно нравится разговаривать со своими двумя девушками во время еды, так что я чувствую себя немного одиноко прямо сейчас. В конце концов, я начинаю чувствовать себя комфортнее, поэтому набираюсь храбрости и говорю с Хаараном.

«А… Лорд Хааран, насчет караула. Я могу призвать собак, чтобы они стояли в карауле, и я думаю, что две собаки и птица — это максимум, который я могу держать, не напрягая свою ману. Итак, могу ли я использовать их, чтобы заменить мой отряд во время нашей смены в карауле ночью?»

Он бросает на меня оценивающий взгляд, задумчиво мыча, и его пронзительные глаза заставляют меня чувствовать себя почти голым перед ним, но затем его взгляд смягчается, и он соглашается: «Один из моих собственных рыцарей использует собаку в качестве замены в карауле, так что я не могу вам отказать. Только убедитесь, что это порода с хорошим слухом и обонянием».

С его неестественным взглядом трудно иметь дело, но у него нет злых намерений. Я просто коротко кланяюсь и извиняюсь.

Я призываю двух доберманов и маленькую птичку, что стирает почти каждую единицу маны, которая у меня есть. Немного рискованно делать это, но лагерь в безопасности, так что у меня есть время восстановить свою ману. Я разделю свои чувства с одной из собак, которая будет охранять вход в нашу палатку, а палатка Роксаны находится прямо рядом с нашей, так что она защитит и ее палатку тоже. Другая собака будет патрулировать лагерь, пока птица прячется на деревьях, и они будут шуметь, если обнаружат приближение любого монстра или подозрительного человека.

После того как мои призывные существа готовы, я вижу, как Хааран берет Сильвану за руку, затем они оба прощаются с Алиссой и удаляются в свою палатку, так что моя лисичка присоединяется ко мне на нашей кровати. Мы сразу начинаем нежно целоваться, наши языки медленно ласкают друг друга, и я наслаждаюсь ее телом своими руками, медленно увеличивая интенсивность своих прикосновений, на что она отвечает своим языком.

Затем возвращается Хана. Когда эта огненная драконида пьет, она не пьянеет, она становится возбужденной. Она внезапно стягивает с меня штаны и требует, чтобы Алисса продолжила свои оральные уроки.

С некоторой неохотой моя маленькая лисичка прерывает наш глубокий поцелуй, затем они обе касаются щеками, глядя на мой толстый член. Алисса кратко напоминает своей ученице, где находятся эрогенные зоны, и они начинают дразнить эти самые зоны своими языками.

Такое легкое прикосновение не самое интенсивное, но вид — да. Две великолепные женщины, облизывающие мой ствол, — это идеально эротичная сцена, и мой член вскоре начинает молить о большей стимуляции. Их языки также иногда соприкасаются, когда они проводят ими по всей моей длине, и я чувствую покалывание в сердце, когда начинает пробуждаться фетиш.

Алисса очень хорошо учит Хану, и их командная работа быстро прогрессирует семимильными шагами до такой степени, что мой член и яйца начинают пульсировать от восторга. Их постоянное переключение с сосания на облизывание обеспечивает нежный подъем удовольствия, который достигает пика, как только Алисса проглатывает весь мой член, и я заливаю ее рот спермой.

«Не глотай все, дай мне немного», — просит Хана и слегка бьет Алиссу по плечу, которая просто замирает и смотрит в ответ. «Давай, сплюнь немного мне в рот», — настаивает жаждущая драконида.

Мое дыхание становится тяжелым от возбуждения, и я с нетерпением киваю в знак одобрения Алиссе. Моя верная рабыня затем кивает в ответ и облизывает кончик, чтобы получить последнюю каплю, затем она перемещается к Хане, которая широко открывает рот в ожидании.

Алисса вытягивает свои розовые губы, затем позволяет длинной белой капле выйти, которая падает прямо на язык Ханы, но у них лица так близко друг к другу, что они почти целуются. Затем Хана закрывает рот и катает мою сперму по языку, покрывая ее полностью, чтобы она могла насладиться ею в полной мере.

«О черт, а я думал, что я был развратным», — замечаю я в благоговении.

Похотливая рыжая женщина просто улыбается и глотает, затем она делает несколько нежных сосательных движений моей головке, вызывая довольно приятные мурашки по моей спине.

Алисса поначалу выглядит обеспокоенной, но, увидев, как сильно это спермо-баловство делает меня счастливым, она быстро осваивается и даже хихикает над моей реакцией.

После того как они [Очищают] свои рты, мы еще немного дурачимся, а затем ложимся спать. Нам приходится носить доспехи на случай нападения, так что никаких голых прикосновений или подушки для груди для меня, но поскольку мы на потрясающей кровати, я все равно получаю чудесный ночной сон.

Сегодня семнадцатое число.

Как только выходит солнце, рыцари Хаарана будят всех, а затем торопят нас свернуть лагерь, чтобы мы могли начать марш.

Поскольку хранение нашей палатки — это просто вопрос нажатия простой кнопки, мы не спешим вставать с постели, и Хана решает начать свое утро с того, что высасывает мою душу через мой член.

«Извини, мастер. Но это моя первая битва за семь месяцев, так что я очень взволнована», — объясняет Хана, поглаживая меня, а затем продолжает сосать.

Я ухмыляюсь, поглаживая ее по голове, ее желтые глаза заперты с моими. «Тебе действительно не нужно извиняться за это. Максимум, что ты можешь сделать, — это дать мне еще один уровень в [Ускоренной регенерации семени]».

Она ухмыляется, пока мой член все еще у нее во рту, и я провожу еще несколько минут, целуя Алиссу, которая, кажется, в хорошем настроении, учитывая, насколько энергичен ее язык.

Она тоже жаждет битвы?

Но Алисса вскоре прерывает поцелуй, так как замечает, что мое удовольствие приближается к критической точке.

Я смотрю в глаза Ханы, пока она сосет меня, и решаю поделиться небольшой мудростью: «Я слышал, что мужчи-… мужчины и женщины должны спать со своими любимыми перед битвой. Мыслям о сожалении или нерастраченных желаниях нет места на поле боя».

Затем я стону, когда кончаю Хане в горло. Рыжая женщина тут же собирает это на языке, чтобы показать мне на мгновение, прежде чем проглотить с ухмылкой.

«Я согласна с этим. К сожалению, у меня никогда не было кого-то, на ком можно было бы использовать свои желания», — замечает она соблазнительным тоном.

«Ты вольна наверстать упущенное время», — отвечаю я с ухмылкой.

«Мастер, будьте осторожны. Однажды Хана может сломать вас», — шутливо советует Алисса, и если она говорит секс-шутки, то мир на один шаг ближе к миру во всем мире.

После короткого смеха мы встаем и завтракаем, затем наконец выходим и сразу сталкиваемся со скучающей Роксаной, сидящей на маленьком табурете, пока она наблюдает, как другие разбирают лагерь.

Как только игривая суккуб видит нас, она немедленно встает и оживляется. Мы обмениваемся веселыми утренними приветствиями, и Хана заводит с ней разговор, но я просто оглядываюсь и вижу, как Сильвана помогает, убирая несколько вещей, затем я замечаю, что ее кожа, кажется, светится от счастья.

Ее настроение кажется ужасно похожим на настроение моих двух девушек, так что я полагаю, что Хааран — энергичный мужчина наедине.

По мере того как мы маршируем дальше, крики умирающих гоблинов постепенно становятся все чаще, и мы даже пересекаемся с двумя ограми. Нам не нужно ничего делать, кроме как маршировать, однако, так что нам становится настолько скучно, что в тот момент, когда в поле зрения появляется группа из четырех глупых Мшистых Клыкососен, их поражают, сжигают, раздавливают и расстреливают все до единого охотники экспедиции.

Хааран заставляет нас держать быстрый темп, но я накладываю [Быструю ногу] на свой отряд и накладываю [Усиление выносливости] на двух девушек, так что мы проводим время довольно приятно. Я просто хотел бы помочь Роксане немного больше, но если она слишком устанет, я заставлю Хану нести ее.

Ландшафт начинает меняться, становясь более наклонным и неровным, что затрудняет передвижение. Карта Хаарана довольно точна, поэтому мы придерживаемся небольших долин между маленькими холмами, которые усеивают ландшафт, так как это самый быстрый путь через Туманный Низинный лес.

Когда мы проходим мимо маленького холма, вид ненадолго открывается, позволяя мне заметить небольшую гору слева от нас, и это вызывает у меня достаточно любопытства, чтобы призвать маленькую птичку, которой я велю держаться ближе к кронам деревьев, чтобы избежать Драголитов.

Птица взлетает и открывает мне захватывающий вид на зеленое море, возможно, то самое, которое и дало ему название, и я хотел бы поделиться своими чувствами с девушками, так как этот вид единственный в своем роде. Бесконечная зелень листьев с цветными пятнами здесь и там, вместе с постоянным мерцанием золота, когда солнечный свет отражается от листьев, и птице даже приходится летать вверх и вниз, как будто она плывет через замерзшие волны.

Птица замечает просвет в верхушках деревьев, открывая реку поблизости, которую мы избегаем из-за вероятного присутствия монстров и опасных животных, которые пьют из нее. Затем птица также замечает маленький холм далеко на юге с таким огромным деревом, что я не могу понять, каков может быть его фактический размер. Его листья на оттенок темнее остальных, что выделяет его, и оно, кажется, покрыто лианами, которые должны быть огромными и толстыми, раз их видно с такого расстояния.

Мой дух искателя приключений просыпается от этого вида. Такой ориентир так и просится, чтобы его исследовали, и кто знает, что может быть дальше на юг оттуда? Глубина, на которую был исследован Туманный Низинный лес, — это лишь капля в море, так что эта экспедиция уже приближается к краю известной территории, но тот факт, что я никогда не слышал о дереве такого размера в книгах, которые я читал об этом регионе, очень подозрителен.

Но у нас нет роскоши делать крюк, и даже чтобы зайти так далеко, требуются опытные отряды, чтобы справиться с монстрами, так что тайна этого дерева останется неисследованной.

На западе, в направлении нашего марша, мы уже можем видеть намек на заснеженную горную цепь на горизонте, горную цепь Раконтань, а за ней на самом деле находится родина Алиссы. Невероятно, как близко Туманный Низинный лес находится к Рабанаре, но чтобы добраться туда, требуется большой крюк, так как Раконтань просто непроходима, за исключением одного места далеко на севере.

После пары минут изумления я возвращаюсь из своего транса и снова фокусируюсь на своем окружении, и замечаю, что Алисса улыбается мне, идя рядом со мной.

У меня было глупое лицо?

Я игнорирую любое смущение и радостно делюсь своим опытом с ней: «Я видел огромное дерево через свою птицу-призыв. Я никогда раньше не слышал о таком дереве, поэтому мне очень любопытно».

Она удивленно приподнимает брови, а затем деликатно предостерегает меня: «Возможно, это не лучшая идея — исследовать его. Такое заметное место может быть домом для стража леса».

«Стража?» — любопытно спрашиваю я.

Она мягко улыбается, наслаждаясь моим обучением. «Места с большим количеством магии могут порождать разумных магических существ, и они защищают и сохраняют свой дом, поэтому трудно поверить, что в таком большом месте, как Туманный Низинный лес, не было бы стража. В лесах дриады — самые распространенные существа, которые становятся стражами, и они могут быть враждебны к тем, кто не знает их обычаев».

Интересно… хотя теперь я немного больше боюсь этой экспедиции.

Но мое любопытство все еще выше моего страха, поэтому я продолжаю: «Могу ли я изучить эти «обычаи» в университете?»

Она мягко пожимает плечами. «Возможно. Поскольку Туманный Низинный лес находится прямо рядом с Рабанарой, имеет смысл, что они учат магов Природы безопасно взаимодействовать с дриадами».

Хорошо. Может быть, однажды мы действительно придем сюда снова.

Мы поддерживаем наш темп и в конце концов приближаемся к реке, которую я заметил ранее. Хааран велит нам немного отклониться на север, так как разведчик сообщает о присутствии Гигантских стрекоз там, и нет необходимости сражаться с ними, к разочарованию Ханы.

Затем Хааран велит нам подняться на крутой холм, и из-за плотного темпа некоторые охотники начинают жаловаться на усталость, что понятно, так как у нас значительное количество магов, которые, как известно, обладают низкой физической выносливостью. Меня на самом деле удивляет, что Роксана не входит в число жалующихся, но у нее есть мой [Быстрая нога]. В любом случае, как только мы добираемся до вершины, нам наконец разрешают отдохнуть, так как это очень защищенное место.

Мы разбиваем лагерь и рано обедаем. Сейчас всего девять утра, но искатель приключений не всегда имеет роскошь есть, когда хочет, и никогда не бывает хорошей идеей пропускать прием пищи. Затем разведчиков вызывают на совещание.

Хааран показывает нам карту окрестностей и указывает места, где были замечены разумные гоблины. Принимая во внимание местность, есть три возможных места для их лагеря, поэтому разведчикам поручено исследовать их.

Алисса — самая быстрая из всех из-за размера своей лисьей формы, поэтому она будет исследовать второе место, которое является самым дальним, и ей придется идти одной, так как у нее есть [Скрыть присутствие], в то время как у меня его (официально) нет. Мысль о том, что я не смогу защитить ее, пока она идет через Туманный Низинный лес, заставляет меня очень нервничать, но одна из причин, по которой наш отряд был вызван сюда, — это ее навыки.

«Я путешествовала по Туманному Низинному лесу одна, Мастер. Я буду в порядке», — любезно заверяет она меня.

Я просто вздыхаю, а затем молча киваю в знак согласия. Она обучена специально охоте на монстров, так что я должен хотя бы доверять ей в этом вопросе.

Мы привязываем ее лук, колчан и меч ремнем, который она будет нести во рту, так как может контролировать свою слюну, чтобы он не испачкался.

Алисса получила 1 уровень от Символа (теперь 25), и она увеличила свое [Использование лука] на 2 (теперь 22), свое [Скрыть присутствие] на 1 (теперь 4) и свои [Тихие шаги] на 1 (теперь 4), так что у нее все еще осталось 4 очка. Я вложил 2 в [Тихие шаги] и 2 в [Скрыть присутствие], сделав ее довольно подающим надежды убийцей.

Отчет о навыках Алиссы

Физические

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Использование меча

0+9

Использование лука

0+22

Парирование

0+4

Уклонение

0+2

Чувство присутствия

0+5

Скрыть присутствие

2+4

Усиленное обоняние

0+5

Усиленный слух

0+3

Сопротивление боли

0+2

Ястребиные глаза

0+1

Мышечный взрыв

0+1

Тихие шаги

2+4

Тихое действие

0+2

Следопытство

0+2

Магические

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Чувство маны

0+1

Контроль маны

0+1

Магия огня

0+1

Магия света

0+1

Пространственная магия

0+1

Магия призыва

0+1

Разное

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Работа по дому

0+3

Кулинария

0+2

Уборка

0+2

Стирка

0+5

Верховая езда

0+2

Оральная техника

0+4

Техника рук

0+2

Лисья трансформация (врожденная)

0+4

Теперь все зависит от разведчиков, так что остальные из нас могут только отдыхать, и я решаю тренировать своих собак, спаррингуя с Ханой. Хотя я не позволяю им кусать ее достаточно сильно, чтобы причинить боль, они все равно могут мешать ее движениям. Требуется немного усилий, чтобы сражаться таким образом, так как я могу общаться только голосовыми командами, но это выполнимо, особенно если я привожу двух собак против одного противника. Заклинание ограничено собаками, правда, так что никаких волков, но огромный кангал — почти то же самое.

Из-за необычного зрелища и нашего неортодоксального стиля боя мы привлекаем некоторое внимание других охотников, и их взгляды начинают казаться немного некомфортными. Искатели приключений довольно конкурентоспособны, и хотя они не насмехаются над нами прямо, я вижу в их глазах, что они оценивают каждое наше движение.

Но мне удается выбросить других из головы, когда я вспоминаю собак, которые были у меня на Земле. У меня было две, одна была похожа на корги повыше, которая была ленивой и любила, когда ее чешут у основания хвоста, в то время как другая была более энергичной и выглядела как оранжевый бигль, который любил, когда его чешут по животу. Они любили играть друг с другом, и это было самое милое зрелище на свете.

К сожалению, у этих призванных собак нет личности, так что они как роботы. Может быть, я могу приказать им вести себя мило, но сейчас не время для этого, не говоря уже о том, что сказали бы другие искатели приключений, если бы увидели, как я играю с призывными существами.

Мы не спаррингуем слишком долго, однако, так как в 3 часа дня Алисса возвращается. Ее красивая и пушистая лисья форма выводит меня из моих воспоминаний, когда она быстро приближается ко мне, затем она превращается обратно в свою гуманоидную форму, но испуганное выражение лица, которое у нее есть, заставляет меня очень беспокоиться.

«Мастер, это плохо. Лагерь — это полноценная деревня».

Мало какие монстры естественным образом работают вместе, и гоблины — это вид, который работает вместе иногда, но большинство из них просто ведут себя как животные, которые охотятся друг на друга и впадают в бешенство, когда встречают человека. Время от времени, однако, рождается особый вид монстра.

Самый распространенный тип «особых» монстров — это лидеры. У них есть естественная способность организовывать и командовать большой группой монстров, даже тех, что принадлежат к другим видам, и Лорд Орков — яркий пример такого типа монстра. Но все монстры также могут стать заводчиками, которые являются кошмаром охотников и самыми ненавистными из всех видов, потому что они захватывают как мужчин, так и женщин, ломают их разум, а затем используют их для размножения новых, более сильных монстров.

Мужчины используются для их спермы, а женщины — для их утроб. Тела и души гуманоидов естественным образом сильнее, чем у монстров, поэтому монстры, рожденные от гуманоида, сильнее, крупнее, мощнее и намного, намного умнее. Гуманоидных мужчин можно использовать для оплодотворения многих самок монстров, и хотя гуманоидная утроба медленнее, она может дать жизнь еще более сильному варианту.

Монстры растут и взрослеют во много раз быстрее, чем гуманоиды, так что если заводчик захватывает гуманоидов, через год или два, в зависимости от расы монстра, они могут родить целую армию, ту, которая могла бы даже свергнуть город. Присутствие заводчиков создает серьезную чрезвычайную ситуацию, с которой нужно справиться как можно быстрее, и никакая цена не является слишком большой, когда сталкиваешься с перспективой уничтожения.

Лагерь гоблинов не означает, что вокруг есть заводчики, просто лидер, но монстры-заводчики пытаются копировать гуманоидное общество, поэтому они не останавливаются на хижинах из грязи. Монстры выращивают небольшие фермы, заботятся о скоте, строят дома, ткут ткань, куют инструменты, обнимают детей и занимаются любовью по ночам. Они тренируют своих охранников и солдат стоять в карауле и защищать своих собратьев от нападения. Они поют и танцуют, когда они в мире, и проклинают и сражаются, когда на них нападают. Но они все еще не могут изменить то, что они монстры, и они будут продолжать расти, пока однажды их лидер не прикажет атаковать гуманоидную цивилизацию. Нет никаких переговоров и никакой дипломатии, потому что причина их существования — убивать гуманоидов, в то время как наша — выжить, так что у нас нет другого выбора, кроме как дать отпор. Такова жизнь здесь.

Но возвращаясь к экспедиции, «лагерь» — это просто коллекция дерьмовых хижин, где спят монстры, «деревня» — это небольшое поселение, защищенное простыми стенами и укреплениями, которые постоянно укомплектованы и следят за нападающими. Следовательно, сложность этого запроса только что увеличилась на несколько уровней.

Это просто моя удача. Гнилая удача протагониста исекая снова наносит удар.

Алисса затем докладывает Хаарану, который немедленно собирает лидеров на стратегическое совещание. Деревня достаточно мала, чтобы монстры могли собрать свои вещи и исчезнуть в Туманном Низинном лесу, если они узнают, что мы знаем, где они живут, и мы найдем их снова только тогда, когда у них будет армия, готовая маршировать на город.

Это рискованная ситуация, что бы мы ни делали, потому что если мы уйдем, мы рискуем потерять их местоположение, а если мы нападем, мы рискуем умереть, так как сложность сейчас намного выше. Хотя для нас невозможно полностью провалиться, какой ценой мы добьемся успеха? Охотники следуют за гильдией, но они не присягали Лорду и земле, как рыцари, так что мы все еще можем отступить и сохранить свою честь.

Но Хааран не хочет отступать, и Сильвана тоже.

«Вы не платите нам достаточно, чтобы умереть», — ворчит один из охотников.

Красивый Молодой Лорд смотрит в ответ на грубого мужчину, который становится пугающе неподвижным, возможно, напрягаясь от пронзительных глаз дворянина. «Значит, все дело в деньгах? Я сын Лорда, и Рабанара богата, так что я могу легко удвоить вашу плату. Но дело не в деньгах, и вы это знаете. Вы просто боитесь», — насмехается Хааран медленным и обдуманным тоном.

Охотник хмурится и ворчит: «Черт, конечно, я боюсь».

«Тогда скажите это с самого начала», — лает в ответ Хааран.

И мужчина съеживается, но не отвечает.

Затем Хааран обводит весь стол своим суровым взглядом, продолжая, заставляя нас содрогнуться: «Мы все боимся, все время. Точно так же, как население тоже боится».

Сильвана продолжает, ее нежный тон помогает нам успокоиться после запугивания Хаарана: «Если мы не будем сражаться здесь и просто вернемся, как мы сможем смотреть горожанам в глаза и сказать им, что мы сделали все возможное, чтобы защитить их после того, как армия монстров осадит наш дом?» И хорошенькая серебристая эльфийка, кажется, довольно эффективно стыдит грубых мужчин.

«Мы не умрем здесь, это не самоубийственная атака», — обнадеживающе заявляет Хааран, ослабляя запугивание в тандеме с более мягким подходом Сильваны.

И она заявляет правду вслух: «Впервые с начала этой экспедиции мы находимся в реальной опасности, да, но то же самое касается и города. Все в опасности».

Затем тон Хаарана становится суровым, но вдохновляющим, когда он говорит с такой ясностью, такой харизмой, что у меня даже мурашки по коже: «Эти монстры слишком опасны, чтобы оставлять их в живых; они должны быть уничтожены. Подумайте о своих друзьях в Рабанаре, своих любимых и своей семье. Подумайте о своем доме…! Вы, может быть, и не клялись умереть, но вы клялись сражаться! Город и гильдия дали вам все, что у вас есть, и теперь пришло время отдать долг!»

Охотники неловко ерзают на своих местах, показывая разнообразные реакции, и быстро становится ясно, что не все были так легко убеждены, но затем мы также понимаем, что на самом деле зашли в тупик. Хорошее число не хочет сдвинуться с места, но они не могут найти слов, чтобы объяснить себя, они просто упрямы и напуганы, и их аргументы падают ниц.

Невероятно, как прямая правда Хаарана и теплота Сильваны загнали нас всех в угол. Любой выбор, который мы делаем, оправдан и также имеет серьезные последствия, это просто вопрос того, что мы ценим больше: наши жизни или жизнь целого города.

Я чувствую, что чаша весов скоро склонится к последнему, им нужен лишь небольшой толчок.

Что касается меня, я уже согласился с Хаараном. Этот мир не будет добр ко мне, поэтому я не могу быть добр к нему в ответ. Я должен сражаться, я должен расти, и я не могу отступить, когда все становится серьезно. Все указывает на то, что меня привели в этот мир по стереотипной причине исекая, и моя встреча с Символом Ненависти укрепила мою веру в то, что неприятности всегда будут приходить на мой путь, так что я должен справляться с ними по мере их поступления.

Я также не могу просто видеть этих людей как NPC, и я не могу видеть Алиссу и Хану как просто игрушки, даже если я иногда обращаюсь с ними как с таковыми. Они — часть этого мира… и теперь… я тоже.

Затем я вижу в глазах девушек, что они тоже хотят сражаться, и даже Роксана, кажется, хочет взорвать все к чертям. Мы охотники, и мы все согласны с тем, что это есть долг охотников, сильных, защищать слабых.

Но я лидер, и я здесь, чтобы принять рациональное, разумное решение для блага всех нас. Проблема в том, что здесь нет простого ответа, и даже мой прагматичный реализм недостаточно силен, чтобы пойти против этого «долга».

Это мир, где сильные обязаны защищать слабых. И мы сильные. «Гелиос» силен.

Я смотрю на Таргуа, лидера метко названного «Честного щита», и коренастый мужчина смотрит в ответ. Я киваю, и он смотрит мгновение, но затем он тоже кивает.

Мы поворачиваемся к другим охотникам и смотрим, пока они не замечают нас, затем мы киваем, и они кивают в ответ. Начинает формироваться молчаливое согласие, затем оно медленно распространяется вокруг.

Один охотник внезапно пытается подбодрить остальных: «Мы должны сражаться. Даже если мы напуганы, даже если мы чувствуем, что нас заставляют, это один из тех моментов, когда мы должны сражаться».

Его слова звучат правдиво, вызывая вздохи и опущенные головы в знак смирения.

Затем я набираюсь храбрости, чтобы присоединиться: «Мы должны сражаться».

И остальные вторят один за другим: «Мы должны сражаться».

Алисса подошла достаточно близко, чтобы увидеть деревню, поэтому она описывает окружающую местность так хорошо, как может. На самом деле она находится в довольно защищенном месте, так что будет трудно войти в нее, но, по крайней мере, у гоблинов нет легкого способа сбежать.

Деревня находится на возвышенном плато с единственным входом, где вам нужно пересечь неглубокую реку с широкими берегами, чтобы добраться до него, так что у монстров есть четкий обзор любого, кто пытается приблизиться к входу, а это значит, что наземные войска, такие как мы, в заднице. Единственное утешение в том, что холм на нашей стороне реки выше плато, что позволяет артиллерийской группе безопасно поливать деревню адом издалека.

Плато окружено горами, так что гоблины не могут сбежать, если мы осадим вход, так как единственный путь к отступлению — через край плато, который ведет к берегу реки, а это восьмиметровый вертикальный обрыв, который гоблины могут не пережить.

Но у нас все еще есть один козырь: магия.

«Сильвана, вы можете использовать [Земляную стену], верно?» — внезапно спрашиваю я, и все глаза поворачиваются ко мне, на мгновение заставляя меня замереть.

«Да, я очень искусна в [Магии земли]», — искренне отвечает она.

И я ухмыляюсь, так как ее слова дают мне прилив уверенности в моем плане. «Я тоже могу использовать [Земляную стену], так что если мы сделаем пандус?»

Я получаю несколько озадаченных взглядов, так как это заклинание не очень распространено среди искателей приключений, но Сильвана и Хааран знают о его полезности, и они широко открывают глаза от осознания.

«Вы тоже можете использовать его? Тогда это верный план. Если мы будем произносить его вместе, мы, возможно, достигнем вершины утеса…» — взволнованно отвечает она, но затем хмурится от беспокойства. «Но нам, возможно, придется использовать всю нашу ману…»

И Хааран становится скептичным: «Тогда это может быть не такой уж хорошей идеей. Силф — целитель, и разве мистер Райдер тоже не целитель?»

«Плохой», — тихо отвечаю я и тоже хмурюсь.

Но это правда. Если я использую свою ману, я не могу никого лечить, и даже если мое [Исцеление] неэффективно, оно все равно может спасти жизни. Сильвана определенно может спасти много людей, так как она более опытна, но альтернатива — штурм этого коридора смерти…

Может быть, если я использую [Перенаправление маны]…

Я не хотел раскрывать это из-за того, насколько это полезно, но я должен. «Я разрабатываю навык под названием [Перенаправление маны], и я использовал его однажды, чтобы быстро восстановить ману. Я никогда не пробовал это снова, так как это очень утомительно, но я уверен, что это сработает. Если у меня будет кто-то, кто будет охранять меня, тогда я смогу медитировать и принудительно восстановить ману на месте».

««Принудительно»?» — повторяет Хааран, приподняв одну красивую бровь в вопросе.

Я пожимаю плечами. «Вот так оно и есть. Я принудительно поглощаю ману, рассеянную в окружающей среде. Это требует много «Силы воли», но это выполнимо».

«Это один из тех аномальных навыков», — замечает Сильвана, и они оба становятся задумчивыми, в то время как охотники кивают в знак понимания.

После мгновения раздумий Хааран решает допросить меня: «Тогда, будут ли ваши спутники ждать вас?»

Я не подумал об этом. Они будут сражаться без меня, и это заставляет меня очень нервничать.

Хана кладет сильную руку мне на плечо и заверяет меня: «Тогда ничего не поделаешь. Я буду поддерживать всех в живых, пока вы не вернетесь, так что не беспокойтесь об этом, Мастер».

Я не хочу принимать это, но я должен.

Чертов ад…

Я колеблюсь секунду, но затем киваю в знак согласия и снова смотрю Хаарану в глаза (что плохая идея из-за его пронзительного взгляда). «Мне нужен только один человек, и неважно кто. Я отключаю свои чувства, когда медитирую, но мне просто нужно, чтобы охранник потряс меня, чтобы вытащить обратно в случае, если на нас нападут».

«Тогда с вами останется один из разведчиков», — быстро заявляет Хааран.

«Понял».

Затем он поворачивается к другим охотникам и начинает набрасывать план: «Нам придется разделить отряды. Авангард и один ударный отряд будут удерживать настоящий вход, чтобы никто не сбежал, пока разведчики зачищают местность от охранников или возвращающихся патрулей.

«Нам также нужна четкая линия связи, так как это будет долгая и кровавая битва. Мы должны убить всех из них, никто не должен остаться в живых», — его чертовски глупый пронзительный взгляд заставляет мурашки бежать по нашим спинам, — «так что разведчики должны иметь возможность подкрепления, если это необходимо, и даже артиллерийская группа должна отдыхать и перезаряжаться, чтобы они могли присоединиться к битве после начального обстрела».

Хааран продолжает говорить о плане, но от нас не требуется обращать внимание на все. Кажется, он действительно обучен военному делу, потому что знает точно, что делает, и делает это с уверенностью. У него другая атмосфера, чем у охотников, и особенно чем у меня, тихого, маленького и немного трусливого человека.

Мы просто отдыхаем в течение дня, но атмосфера становится напряженной вечером, и отсутствие алкоголя не помогает. По крайней мере, охотники общаются, так что все не так уж плохо. Они просто узнают друг друга, и они говорят о том, как они сражаются, что им нравится и какое у них прошлое. Они хотят знать, кто их товарищи, так что если кто-то умрет рядом с ними, они хотя бы что-то почувствуют.

Я сижу у костра рядом с Роксаной, но молчу, так как просто хочу расслабиться, а она, кажется, неспешно практикует [Контроль маны]. Хана разговаривает с какими-то охотниками и громко смеется, Алисса проводит время с Сильваной, а Хааран находится дальше с рыцарями.

Затем Таргуа внезапно садится рядом со мной. «Вы довольно замкнуты. К вам довольно трудно подобраться», — тихо замечает он.

«Я не очень разговорчив», — отвечаю я в ответ.

«Так кажется. Но все же, вы не можете перестать привлекать к себе внимание, а? Кажется, это довольно затруднительное положение», — криво замечает он, ухмыляясь, и я не могу сделать ничего другого, кроме как тихо простонать. Затем он снова становится серьезным. «Но я хочу знать, почему вы сражаетесь?»

Философский вопрос?

Я отвожу взгляд, в сторону огня, и бормочу, погружаясь в глубокие раздумья: «Этого я сказать не могу…»

Я сражаюсь, потому что должен, но мне ведь не обязательно быть здесь, верно? Я подвергаю опасности себя и своих женщин, потому что… они бы думали обо мне хуже, если бы я просто ушел. Но пытался ли я вообще уйти? Я просто принял слова Хаарана и решил сражаться.

Даже когда приходит время принять важное решение, я не могу сделать холодный, рациональный выбор, который ставит мою безопасность выше других. Думаю, Алисса была бы рада услышать это, но я просто чувствую себя противоречиво.

Видя мое молчание, Таргуа бросает на меня оценивающий взгляд, а затем признается первым: «Ну, я сражаюсь за себя, потому что мне это нравится и потому что это мой талант».

«Тебе это нравится?» — любопытно мычу я и бросаю на него взгляд.

Он кивает и загадочно отвечает: «Некоторым суждено гореть как свеча, некоторым суждено гореть как [Огненный шторм]». Затем он ухмыляется.

Сквозь ропот я слышу, что другие охотники ведут тот же разговор, что и я с Таргуа. Знать, почему воин сражается, — значит знать сердце этого человека, так что эти различные отряды задают эти вопросы, чтобы понять человека, рядом с которым они собираются сражаться… или, может быть, даже умереть.

Но для меня, хотя у меня противоречивые мысли, есть одна единственная причина, которая присутствовала во всех моих решениях. «Я сражаюсь за своих женщин… потому что я люблю их, а они не могут жить без сражений», — криво признаюсь я.

Слово «люблю» заставляет меня съежиться, потому что я верю, что настоящая любовь расцветает только со временем, но нет реальной причины быть привередливым в словах.

Коренастый мужчина бросает взгляд на Роксану и многозначительно ухмыляется. «О, я вижу…» — мычит он и делает глоток из своей кружки.

Подожди, он что-то не так понял…

Роксана ерзает на своем месте, затем я чувствую ее осуждающие глаза, вонзающиеся в меня, и чувствую, что исправление его только ухудшит ситуацию. Но она быстро возвращается к своему [Контролю маны], и я чувствую, что можно расслабиться.

«Я просто хочу помочь сохранить город в безопасности, чтобы мы могли вернуться к нашим тихим дням…» — тихо добавляю я.

Я также не могу бежать вечно, потому что меня, вероятно, призвали сюда, чтобы защитить этот мир, так что я полагаю, это нормально — немного привязаться к нему, верно?

Сегодня ночью я беру своих женщин всем сердцем, и они берут меня всем своим. Мы идем напролом друг к другу, но не из-за похоти. Мы рискуем нашими жизнями завтра, поэтому мы должны жить так, как будто это последний раз, и мы открываем наши сердца друг другу.

Алисса первая, и она жаждет. Она хочет меня, она нуждается во мне, она зависит от меня… и я завишу от нее.

Затем Хана утешает меня. Она держит меня в безопасности и делает счастливым, так что самое меньшее, что я могу сделать, — это отдать все силы, чтобы сделать ее счастливой тоже.

Сегодня восемнадцатое число.

Мы просыпаемся до рассвета. Прохладный воздух, слабый туман и темнота создают мрачную атмосферу. Все тихие и серьезные, и нет времени терять, поэтому мы выдвигаемся, как только первый луч солнца касается наших лиц, но Таргуа и его отряд остаются охранять лагерь и космических магов, и он машет нам, когда мы маршируем.

Мы не можем болтать, чтобы не предупредить монстров о нашем приближении, поэтому тишина дает мне время поразмышлять о вещах, и я внезапно чувствую желание немного поиграть.

Эй, Бог Войны, полагаю, это первый раз, когда я говорю с тобой, но мне действительно нужна твоя помощь. Я не люблю сражаться, и я не хочу никакой славы или добычи, но у меня есть женщины, о которых я глубоко забочусь.

Я знаю, что у меня есть долг защищать этих людей из-за силы, которой меня одарили, даже если я об этом не просил, и даже если я могу ненавидеть того, кто привел меня сюда, но я приму эту силу и попрошу о большем. Я хочу защищать, я хочу сражаться, я хочу убивать, и я хочу прожить долгую жизнь после того, как все закончится.

Я знаю, что ты слушаешь, поэтому я знаю, что ты можешь помочь мне. Я знаю, что я хочу, и если ты знаешь, что ты хочешь, ты знаешь, что должен дать силу мне. Ты должен дать мне то, что мне нужно, чтобы защищать других. Потому что я буду… я буду успешен.

И как только я заканчиваю, я чувствую, что что-то меняется внутри меня. Я немедленно смотрю на свои характеристики и вижу, что мое «Благочестие» выросло на 4, и теперь оно 10. Это именно то, что мне было нужно, чтобы [Исцеление] стало более эффективным.

Спасибо. Я буду поддерживать всех в живых с этим.

Но затем я чуть не замираю на месте, когда чувствую, что есть что-то еще, поэтому я проверяю свою вкладку «Магия» и замечаю, что теперь могу мгновенно произносить заклинания 20-го и 25-го уровней, и есть одно заклинание, которое вызывает улыбку на моем лице: [Призыв элементаля].

]. Есть девять вариантов элементалей, по одному для каждого из базовых элементов, кроме Пространства, и у меня есть хорошее предчувствие, как они могут быть полезны, особенно земной, поэтому я догоняю Хаарана, чтобы поговорить с ним.

«Извините меня, Лорд Хааран», — вежливо здороваюсь я, мое волнение пересиливает мою кротость.

«Да?» — стоически мычит он в ответ, и его пронзительный взгляд почти убивает мое настроение.

Но я все равно смело спрашиваю: «Для этой битвы я хочу призвать элементалей земли, если моя мана позволит. Это нормально?»

Тонкая улыбка появляется на его лице на долю секунды, но затем он снова становится стоическим. «Это будет огромной помощью. Используйте их хорошо».

Я быстро кланяюсь, затем возвращаюсь к девушкам и говорю им, что план был слегка изменен. Я также проверяю стоимость маны элементаля, и это около 150 МП плюс мой запас маны сокращается на 20 единиц, пока призыв жив. С навыками снижения маны я, возможно, смогу снизить стоимость еще немного, но у этих навыков сложные правила, что затрудняет расчет вручную, так что я узнаю истинную стоимость только тогда, когда придет битва.

По пути я накладываю [Ветряную броню] и [Быструю ногу] на всех нас, и [Острые клинки] на Хану и себя. Моей маны недостаточно, чтобы произнести все сразу, но мое восстановление довольно хорошее, так что мне удается сделать это до того, как мы достигаем нашей цели.

Нам требуется час форсированного марша, но Хааран хочет использовать утреннюю лень в наших интересах. Если у гоблинов есть личности, подобные нашим, они также будут слабее сразу после пробуждения.

Разведчики снимают нескольких часовых, и мы достигаем нашей цели, не будучи обнаруженными. Но теперь мы находимся на их территории, так что это лишь вопрос времени, когда враг будет предупрежден.

Хорошие полчаса спустя мы начинаем подниматься на небольшой холм, затем начинаем слышать звуки бегущей воды, и как только достигаем вершины, получаем хороший вид на деревню монстров.

Впереди нас небольшой утес, затем неглубокая река, за которой следует широкий песчаный берег и еще один утес. Мы можем видеть за утесом, но маленький частокол закрывает большую часть нашего вида на деревню, и мы подтверждаем, что единственный вход защищен хлипкой стеной, которая была построена, чтобы превратить входной пандус в смертельную ловушку.

Если мы сможем преодолеть утес, который около восьми метров в высоту, тогда мы сможем свободно войти в деревню и начать резню, но сделать пандус, чтобы обойти его, будет непростой задачей. За деревней только очень крутой утес, и этот непроходим даже для нас, но это также означает, что есть только один путь внутрь или наружу.

Сама деревня — это коллекция уродливых, грязных, наспех сделанных деревянных хижин. Им не хватает какого-либо стиля или архитектуры, но они все аккуратно организованы в сетку. Важно то, что там, кажется, нет никакого значительного движения, только несколько часовых у частокола.

«Артиллерия, оставайтесь здесь. Ждите сигнала», — тихо приказывает Хааран.

Космические маги достают полные латные доспехи из своих [Инвентарь]ей, затем рыцари и Хааран помогают друг другу надеть их, и все они выглядят устрашающе в тяжелых, сияющих латах. Искатели приключений все вооружены несоответствующими наборами, но фигура Ханы выглядит величественно, даже пугающе, в ее красной бригантине, хотя, к сожалению, она скрывает ее идеально круглую большую грудь.

Как только они готовы, космические маги возвращаются в лагерь, а мы обходим утес, затем прокрадываемся мимо неглубокой реки, подальше от глаз часовых. Теперь мы подходим ближе к деревне, прижимаясь к стороне утеса, чтобы избежать попадания в поле зрения монстров.

У меня 71 очко навыков, поэтому я вкладываю 21 в [Магию земли], 20 в [Контроль маны], 20 в [Эффективность маны] и 10 в [Магию благословения], чтобы мои благословения оставались активными. Все это просто для того, чтобы снизить стоимость маны того, что я собираюсь сделать.

Включить максимальную мощность.

Сильвана и я отходим от утеса, добрых двадцать метров, пока наши сапоги не погружаются в неглубокую реку, и я жду, пока она закончит собирать свою ману, затем я произношу [Земляную стену] одновременно с ней. Прямоугольный куб песка перед нами немедленно затвердевает и начинает подниматься из реки, затем я чувствую, что получаю «осознание» блока, и просто мыслью говорю ему наклониться вперед, и он подчиняется.

Наклоненная песчаная стена медленно вырастает в пандус, и Сильвана и я касаемся наших заклинаний, вызывая странное ощущение, когда наше «осознание» мешает друг другу, но мы идеально выравниваем заклинания, создавая хороший пятиметровый пандус. Мало-помалу, сантиметр за сантиметром, мы направляем его к краю утеса.

Но моя мана быстро уходит. У меня нет большого запаса маны, потому что я не практиковал магию с детства, как большинство магов в этом мире, так что у меня здесь явное преимущество. Даже с этой сборкой, ориентированной на магию, создание большого и прочного пандуса — нелегкая или эффективная по мане задача.

Сильвана тоже, кажется, немного страдает от истощения маны, но продолжает работать. Она молода и неопытна, и даже ее таланта недостаточно, чтобы снизить сложность этой задачи. Обычные [Земляные стены] около двух метров в высоту, но мы целимся на восемь метров в высоту, в то время как край утеса находится в добрых двадцати метрах, так что считайте сами. К сожалению, мы единственные, у кого есть [Магия земли], так что это мы или никто.

Внезапно мы слышим шум, доносящийся из деревни монстров. Лязг металла, поспешные шаги и странный, горловой крик. Их часовые заметили нас, вероятно, из-за маны, которую Сильвана и я выпускаем.

Рыцарь поджигает фитиль, который прикреплен к маленькому мешочку на кончике стрелы, затем он выпускает стрелу прямо вверх, и она взрывается в небе с громоподобным шумом. Это сигнал для нашей артиллерийской группы, и я немедленно начинаю чувствовать, как большое количество маны собирается далеко позади нас.

Через несколько секунд стена заканчивается, и группа тяжело вооруженных и бронированных мужчин элитного отряда немедленно пробегает мимо меня и вверх по пандусу. Хана поворачивает голову и посылает мне поцелуй, пробегая мимо меня, затем я остаюсь позади.

А теперь их очередь.

Мое сердце болит, но я прячусь за деревом и сажусь на землю, затем лучник тоже прячется неподалеку, чтобы присматривать за мной. Сильвана вернулась на артиллерийскую позицию, чтобы медитировать, и ей потребуется много времени, чтобы перезарядиться, потому что вполне вероятно, что у нее нет тех же навыков, что у меня, которые увеличивают эффективность маны, так что ей нужно восстановить гораздо больше маны.

Затем я закрываю глаза как раз в тот момент, когда огромный огненный шторм начинает разрушать деревню.

Теперь я полностью фокусирую свою волю на медитации. Девушкам я нужен, поэтому я должен восстановить как можно больше маны, чтобы держать их в безопасности.

Я начинаю тот же процесс, что и в тот раз в Муравейнике. Я выталкиваю свою душу наружу и к небу, в направлении облака маны, которое собирается над деревней. Я даже не хочу знать как моя душа может простираться так далеко, но она это делает, и как только я касаюсь потока маны, идущего от огненного шторма, я чувствую «жар», исходящий от него. Именно это ощущение говорит магам, какое заклинание произносится, и оно все еще задерживается в мане долго после того, как заклинание закончено.

Но для меня мана — это просто топливо, и любое подойдет.

Иди ко мне. Ты нужна мне, чтобы убивать и чтобы исцелять.

И поток мгновенно отвечает на мой зов.

Иди ко мне! Я использую тебя, чтобы выиграть эту битву, а затем продолжу жить счастливой жизнью с женщинами, о которых я забочусь.

И поток начинает двигаться к моей душе.

ИДИ КО МНЕ! ПОДЧИНЯЙСЯ МОЕЙ ВОЛЕ, ИБО ТЫ НУЖНА МНЕ, ЧТОБЫ ИСПОЛНИТЬ МОИ ЖЕЛАНИЯ!

И мана вливается в мою душу, быстро заполняя мою МП до краев!

Затем я открываю глаза. Пора двигаться.

На 15-м уровне у меня есть 60 очков навыков, которые можно использовать, плюс 11, которые я получил бесплатно, поэтому я делаю эту сборку:

Отчет о навыках Вольфа Райдера

Физические

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Использование меча

11+4

Уклонение

2+5

Парирование

2+5

Блок

0+7

Удар щитом

0+1

Магические

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Чувство маны

0+5

Контроль маны

0+4

Восстановление маны

0+0

Эффективность маны

4+4

Сниженная стоимость маны

8+0

Сопротивление перерасходу маны

0+1

Магия света

9+1

Магия благословения

5+0

Магия призыва

20+0

Разное

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Язык Андрасте

10+0

Разборка

0+1

Ускоренная регенерация семени

0+1

Информация

Имя

Вольф Райдер

Возраст

16

Раса

Человек

ХП

100

МП

455

Магическая сила

210

Уровень

15

Статистика

Сила

8

Выносливость

10

Ловкость

9

Скорость

10

Интеллект

20

Мудрость

15

Сила воли

15

Харизма

10

Благочестие

10

Восприятие

15

Рассудок

9

Другое

Статусные эффекты

'НЕТ'

Титулы

'Благословлен Богиней Знаний'

Принадлежность

'Гелиос (Отряд), Алисса (Кровавый раб)', Ханафурия (Кровавый раб)

Спутники

'Алисса, Роксана Суккуб, Ханафурия'

Преступления

'НЕТ'

Моя величайшая сила — это моя универсальность, поэтому я делаю сбалансированную сборку, чтобы воспользоваться этим.

Я внезапно встаю, удивляя своего телохранителя, затем спешу мимо реки и поднимаюсь по пандусу, но в тот момент, когда я прохожу мимо него, я чувствую, что вошел в ад. Воздух горячий и душный, запах дыма перекрывает все остальное, раскаленные докрасна угли падают, как снежинки, массивный огонь бушует по всей деревне почти как один огромный костер, и повсюду на зеленой траве кровь вместе с десятками трупов гоблинов. Сцена настолько шокирующая, что моя храбрость исчезает на секунду, но только на секунду, а затем я бросаюсь в самую гущу событий.

Я следую за связью отряда, которая ведет меня вокруг огня и глубже на небольшое плато, на котором находится деревня, затем я нахожу девушек, и останавливаюсь как вкопанный от удивления. Я вижу Хаарана, вступившего в бой с огромным, трехметровым, бронзовокожим орком в грязных латных доспехах, а четыре рыцаря и Хана сражаются с десятью другими меньшими зелеными орками в гамбезонах и коже.

Большой парень — это Вождь Орков, лидер, по-видимому.

Какого черта орки делают в этой деревне?!

Я поворачиваюсь к Хане и вижу, что одна из ее ног слегка опущена, очевидно, болит, и ее взмахи мечом медленнее, чем обычно, так что ее рука, должно быть, ушиблена. Хотя у нее нет никаких порезов благодаря доспехам, ее явно оттесняют два ее противника.

Алисса в ближнем бою с гоблином, и поблизости есть еще гоблины, спешащие к ней. На ее доспехах неприятный порез на правом боку, и я даже вижу, как сочится небольшое количество крови.

Чертов ад.

По крайней мере, Роксана все еще в безопасности позади всех, так как Алисса держит гоблина занятым, поэтому ей позволено свободно читать заклинания и заряжать свою ману.

Нас двое против одного, и хотя мы можем сражаться с орками до ничьей, постоянный поток гоблинов склоняет битву не в нашу пользу. Нам нужно что-то, чтобы справиться с маленькими засранцами. Что-то… большое, громоздкое и прочное… поэтому я призываю элементаля земли.

Поднимается песчаная буря, и песчинки быстро склеиваются вместе в несколько кусков скалы, затем скалы располагаются в грубо гуманоидной форме. Элементаль растет и возвышается надо мной, достигая более двух метров в высоту, с огромными, круглыми, больше моей головы скалами вместо рук.

«Защищай Алиссу», — приказываю я, и плавающая каменная голова элементаля молча кивает, затем он немедленно бросается за ней.

Теперь я бросаюсь к оркам. Уродливые, мускулистые свиньи на ногах, кажется, носят дешевый гамбезон и кожаные доспехи, которые теперь полны порезов, но вы даже не заметите орка, если не нанесете глубокую рану, так что все, что может сделать Хана, — это быть медленно оттесняемой 2-на-1, пока она ждет возможности нанести ответный удар.

У одного из орков меч и щит, в то время как у другого двуручный меч, поэтому я иду на того, кто со щитом, так как его радиус действия похож на мой. Он замечает мое приближение и отражает мой удар своим щитом, затем оба орка делают шаг назад, чтобы проанализировать меня.

«Ха! Все стало немного интереснее, Мастер», — весело замечает Хана, когда я останавливаюсь рядом с ней.

«Орки? Какого черта?!» — восклицаю я в шоке.

«Я знаю, правда?!» — кричит она в ответ, и я просто слышу ухмылку в ее голосе.

Орки возобновляют свою атаку, но мы контратакуем и наносим небольшие порезы, которые поглощаются их доспехами. Эти монстры очень агрессивны и быстро злятся, но все, что у них есть, — это их глупая сила, в то время как они медлительны и в целом неквалифицированы с оружием, так что их контратака… заключается в том, чтобы контратаковать их.

В 1-на-1 у нас преимущество из-за более высокого мастерства, и мне удается нанести глубокий порез на руке с мечом моего противника. Край его круглого деревянного щита устремляется к моему лицу, когда он пытается ударить меня, но я [Блокирую] его своим щитом в то же время, когда [Уклоняюсь] назад.

Он пытается броситься вперед, чтобы увеличить свой радиус действия и придать больше силы своему удару, но это оставляет одну ногу вытянутой и уязвимой, поэтому я полосую по его голени, и заклинание [Острые клинки] позволяет мне резать так глубоко, что я чувствую, как мой меч царапает его кость. Проблема с ранением орков в том, что боль делает их злыми, что делает их еще более агрессивными, и поэтому мой противник ревет от ярости.

Он дико рубит вниз, поэтому я использую свой щит, чтобы [Блокировать] и отразить тупую атаку, когда я [Уклоняюсь] и прыгаю в сторону влево, затем я снова полосую по его открытой руке, нанося еще одну глубокую рану. Он пытается снова ударить вверх, но его угол неудобен, и его клинок просто скользит по моему щиту.

«Жри дерьмо, ты отвратительная мразь!» — насмехается Хана над своим противником.

Ее противник совершает новичковую ошибку, поэтому она бросается вперед, входя в его радиус действия, и использует свой щит, чтобы держать его длинное оружие подальше, чтобы он не мог нанести мощный удар, но ее более короткое оружие позволяет ей легко вогнать свой клинок в его плечо с диким ударом.

Он отвечает ударом ноги по ее щиту, отталкивая ее назад и выбивая ее меч, так как ей не хватает силы ног, чтобы выдержать удар, но она не теряет равновесия и сохраняет хватку на своем мече. Этот орк едва ли представляет для нее угрозу, даже несмотря на то, что она ранена, так как ему не хватает мастерства, чтобы правильно использовать свой больший радиус действия.

Я чувствую прилив маны, исходящий из-за наших спин, поэтому и Хана, и я прыгаем назад, чтобы дать Роксане четкий обзор орков, затем [Огненный шар] летит к моему противнику. Он поднимает свой щит к лицу, блокируя заклинание полностью и только опаляя дерево, но теперь его обзор полностью заблокирован, поэтому я бросаюсь вперед и наношу длинный порез по его боку, разрывая его доспехи еще сильнее.

Хана принимает защитную стойку, пряча свой меч за щитом, и ждет, пока орк ударит. Свинья-монстр, предсказуемо, бросается вперед, комбинируя удар с ударом плечом, но на этот раз у Ханы есть опора, чтобы принять его заряд в лоб, и она контратакует ударом в плечо сверху своего щита, заставляя орка отступить.

Я [Парирую] удар и [Блокирую] удар, но мой противник начинает впадать в ярость, утомляя мои руки, так как мне не хватает «Силы» и «Выносливости», чтобы идти нога в ногу с таким зверем. Мне нужно использовать свою «Скорость» и [Уклоняться] больше, чтобы сражаться против такого зверя.

«МАСТЕР!» — предупреждающий крик Алиссы достигает моих ушей, и я рефлекторно прыгаю в сторону, затем стрела глубоко вонзается в верхнюю левую руку моего противника, чего должно быть достаточно, чтобы ослабить его удары щитом и замедлить его блоки. Ее атака также дает мне передышку, так что я держу дистанцию пару секунд

«Готовься быть вытраханным!» — насмехается Хана.

Зачем злить орка? Она пытается спровоцировать его, чтобы он совершил больше ошибок?

Затем она призывает свои красивые, изумрудные, мясистые крылья. Кости покрыты изумрудной чешуей, которая сияет на солнце и в пламени, создавая потрясающе красивое зеленое свечение.

Она хлопает крыльями и набирает мгновенную скорость, которая толкает ее к орку, и монстр недостаточно силен, чтобы принять ее заряд. Его отбрасывает на несколько метров, и он катится по траве, затем она делает петлю в воздухе и бросается на него снова.

Монстр немедленно начинает вставать с впечатляющей ловкостью, но он не видит ее атаки, и ее клинок вонзается под его правую подмышку, когда она полосует вверх. Его доспехи настолько потрепаны, что сдаются, и ее меч чисто отрезает его руку, затем она следует ударом щитом в лицо.

Мой противник затем бросается на нее, чтобы помочь своему товарищу, поворачиваясь ко мне спиной, но это дает Алиссе четкий обзор, и она вонзает стрелу ему в спину, затем даже Роксана помогает с [Огненной стрелой] в его плечо, внезапная боль заставляет его споткнуться и упасть лицом вниз на мокрую траву, и я прямо позади него.

Противник Ханы падает на спину снова, и его шлем слетает, открывая его уродливое зеленое лицо и свиное рыло. Она немедленно наступает на него, прямо на его левое плечо, так что он не может защитить свое лицо щитом, затем она перерезает ему горло и отступает.

Мой противник немедленно катится по траве и поворачивается ко мне, ожидая моей атаки, но я гораздо быстрее, поэтому я бросаюсь вперед, проходя мимо его защиты, и вонзаю свой меч ему под подбородок. Я встречаю небольшое сопротивление, но вкладываю всю свою силу в свое оружие, и хотя орк пытается схватиться за клинок, я чувствую, как кончик пронзает кость. Мой меч погружается дальше, проходя через что-то мясистое, и орк начинает биться в конвульсиях, но это заканчивается через пару секунд, когда свинья-монстр обмякает, наконец мертвый.

Теперь, когда обе наши угрозы нейтрализованы, я оглядываюсь назад и вижу, что элементаль земли рядом с Алиссой, раздавливая маленьких гоблинов своим огромным размером и телом из твердой скалы. Но важно то, что рана Алиссы перестала кровоточить, так как она, вероятно, выпила зелье, а также то, что Роксана тоже совершенно нетронута, уже заряжая другое заклинание.

Хааран и его рыцари пока удерживают других орков, а другой отряд ударных войск находится дальше, имея дело с роем гоблинов, но они, кажется, справляются хуже, чем рыцари. Элементаль должен оставаться рядом с Алиссой и Роксаной, потому что поток случайных гоблинов не ослабевает, так что Хане и мне предстоит снова склонить эту битву в нашу пользу.

Я бросаюсь к ее стороне и произношу два маленьких [Исцеления], одно на руку с мечом и одно на хромую ногу.

«Лучше?» — спрашиваю я, кладя руку ей на плечо.

Она бьет по руке и ноге сжатым кулаком, затем кивает, и я просто слышу ухмылку в ее голосе, когда она отвечает: «Лучше».

Я призываю еще одного элементаля земли, оставляя себя с лишь небольшим количеством маны, затем приказываю: «Раздави этих гоблинов!»

Элементаль заставляет землю дрожать своими тяжелыми шагами, и небольшое количество гоблинов даже убегает в страхе перед ним, но остальные слишком взбешены, чтобы остановиться, поэтому они превращаются в суп.

Затем я поворачиваюсь к оркам и кричу: «В АТАКУ!»

Одна [Огненная стрела] и обычная пролетают мимо нас, когда Хана и я бросаемся вперед.

Стрела Алиссы вонзается неглубоко в бедро орка, в то время как другой орк блокирует [Огненную стрелу] Роксаны своим щитом, но они оба теряют свой импульс, и рыцари немедленно переключают передачи и идут в атаку.

Теперь ситуация изменилась. Раньше это было четыре рыцаря против восьми орков, пока Хааран и Вождь Орков дуэлировали, но теперь битва поворачивается в нашу пользу, когда мой отряд приходит им на помощь. К сожалению, Вождь достаточно умен, чтобы понять это, и он немедленно приходит в ярость.

«УБИИИТЬ…!» — ревет массивный монстр, и его орки повторяют, когда они становятся более агрессивными.

Подожди, что? Он может говорить на Андрасте?!

"УРААА!» — ревет в ответ Хааран, и его рыцари повторяют его боевой клич, когда они внезапно обретают второе дыхание, почти как если бы его голос был магическим.

«Хана! Этого!» — приказываю я, указывая на ближайшего орка. Рыцари могут продержаться, так что лучше, если мы устраним врагов одного за другим.

Она принимает монстра в лоб, в то время как я атакую сбоку и полосую его бок, нанося длинный порез в его доспехах, затем он пытается отступить, но Роксана удивляет нас [Огненным хлыстом], который оборачивается вокруг его икры.

Огненная веревка немедленно начинает прожигать кожу и гамбезон, и пройдет несколько секунд, пока орк начнет чувствовать жар, но монстр боится огня и отчаянно отступает. Роксана недостаточно сильна, чтобы удержать хлыст, пока орк тянет за него, но он слишком неуклюж и падает на задницу, когда она выпускает заклинание, что является достаточным отвлечением.

«Встречай свою смерть!» — насмехается Хана и запускает шквал атак, удерживая орка занятым и на полу.

Это дает мне достаточно времени, чтобы обойти его и полоснуть по шее. В отчаянной попытке выжить он использует свою руку с мечом, чтобы заблокировать мою атаку, так как не может физически вернуть свое оружие для парирования вовремя, и я чувствую, как мой клинок царапает его кости, почти отсекая предплечье.

Но с его мышцами и сухожилиями, разрезанными, его рука теряет хватку на мече. Другой орк приходит на помощь, и он отталкивает Хану, прежде чем она может прикончить раненого, но новичок получает стрелу в плечо в ответ, ослабляя его руку со щитом.

Рыцарь приходит нам на помощь и удерживает второго орка в битве, так как воину легче против раненого монстра, поэтому Хана и я фокусируемся на первом орке, когда он встает снова, который теперь владеет мечом своей рукой со щитом. Если орк был неквалифицирован с оружием раньше, теперь, когда он использует свою недоминантную руку, он почти не представляет угрозы.

Он даже получает стрелу в грудь, заставляя его хрюкнуть от боли, но он все еще атакует нас, так как в его природе быть непоколебимым. Это похоже на борьбу с грубым любителем, так что я просто легко отражаю его атаку и контратакую порезом по животу.

Хана атакует его неоднократно, чтобы держать его занятым, и он на самом деле умудряется парировать ее, но он просто не может справиться с 2-на-1, так как забывает следить за мной. Поэтому я бросаюсь вперед и вонзаю свой меч ему в грудь так глубоко, что чувствую его отвратительное дыхание на макушке своей головы, но я промахнулся мимо его сердца.

«Гррух…» — хрюкает он, пошатываясь на секунду от боли, но это опасная ситуация, так как мой меч может легко застрять в его теле. К счастью, Хана достаточно умна, чтобы помочь мне, и она бьет его в лицо, пока я пинаю его в живот, и благодаря благословению [Острые клинки], мой клинок просто выскальзывает, когда я дергаю его назад, и затем орк спотыкается назад.

Хана и я бросаемся вперед одновременно, и мы вонзаем меч в каждый из его глаз. У него едва хватает времени, чтобы побороться, прежде чем его мозг разрезан, и затем он обмякает, наконец мертвый. Еще семь штук.

Один из орков не сражается, так как следит за Роксаной, его щит уже опален и даже светится несколькими углями. Тем временем Алисса выпускает несколько стрел в шлем Вождя Орков, и хотя они вызывают только вмятины, монстр переходит в оборону, опасаясь получить одну в глаз, что дает Хаарану момент, чтобы перевести дух.

Усталый рыцарь внезапно повален орком, и он теряет свой щит. Он отчаянно сражается против своих двух противников, и Алисса даже помогает стрелой в плечо одного из орков, но его все равно тянут за ноги, и второй выполняет мордхау, удар убийства, ударяя шлем рыцаря гардой своего меча.

Сила удара сравнима с булавой, и его шлем прогибается. Еще одна стрела попадает в уже раненое плечо орка, и рыцарь бросается на помощь своему павшему товарищу, но рыцарь на земле не встает, потеряв сознание, хотя еще не мертв.

Осталось два рыцаря.

Теперь, когда Алисса сменила цели, Вождь Орков возобновляет свою атаку. Белый шлем Хаарана испачкан и запятнан кровью (маловероятно, что его), но он все еще стоит твердо и парирует каждый удар.

Мы бросаемся к следующему орку, и теперь это 3-на-1, так как рыцарь легко удерживает раненого орка занятым, но Хана бросается на монстра в лоб, принимая на себя битву и позволяя рыцарю перевести дух на мгновение. Алисса и Роксана поддерживают рыцарей, которые в меньшинстве, так что даже с одной потерей мы все еще можем победить.

«Я сражалась с гоблинами, у которых член больше, чем у тебя!» — насмехается Хана.

Орк немедленно впадает в ярость на нее, и она принимает его без особых проблем, оставляя меня свободным, чтобы полоснуть его. Его рука со щитом уже слаба, так как у него стрела в плече, поэтому я фокусируюсь на его ногах, разрезая доспехи, а затем нанося глубокую рану на его левом бедре.

Он пытается отступить и набрать дистанцию, но другой орк прямо позади него, так что ему некуда идти. Подошедший рыцарь присоединяется, и мы втроем набрасываемся на орка, затем Хана продолжает мою работу и почти отсекает его раненую ногу, заставляя его упасть.

Орк позади него меняет цель и вступает в бой с нами тремя, в то время как раненый орк уползает, но новичок — не лучший боец, чем другие орки, и в этот раз никто не приходит ему на помощь. За попытку защитить своего союзника он получает меч в шею, и теперь осталось только шесть орков.

Уползающий орк поворачивается и бросает на нас вызывающий взгляд, хмурясь, слюна капает с его клыкастого рта с каждым тяжелым вдохом. Но всей храбрости в мире недостаточно, чтобы остановить нас. Осталось пять орков.

«УРООООО…!» — внезапно ревет Вождь Орков, его голос такой мощный и громкий, что я чувствую, как дрожат мои кости. Затем монстр-лидер игнорирует удар Хаарана в поясницу через отверстие в его металлических доспехах, и огромный зверь прыгает вперед с пугающей скоростью, удивляя даже Хаарана.

Вождь приземляется перед ближайшим рыцарем и наносит шквал диких ударов, заставляя рыцаря упасть на колено. Орк, с которым он сражался, вонзает ему в подмышку, прямо в отверстие в его доспехах, и рука рыцаря обмякает, затем Вождь Орков наносит удар снова, и его меч просто раздавливает шлем человека.

Черт, черт, черт, черт! Он мертв!

Осталось два рыцаря.

Я вижу вмятину на длинном мече Вождя, но это не имеет значения, так как этот чертов монстр может просто использовать свое оружие как дубину со своей нечеловеческой силой!

Хааран отчаянно вонзает меч Вождю в почку со спины, но монстр настолько разъярен, что больше даже не чувствует боли. Он просто пробивается обратно к своим оркам, вызывая короткое затишье в битве, так как обе стороны перестраивают свои линии.

Потерявший сознание рыцарь найден и обрызган зельем ХП, так что, может быть, он еще может очнуться. Теперь только два рыцаря, Хааран и мы против пяти орков и Вождя. У нас все еще есть преимущество, особенно если третий рыцарь очнется.

«Алисса! Подавляй Вождя Орков!» — приказываю я.

Ей слишком трудно попасть в маленькие зазоры между пластинами его доспехов, труднее, чем попасть в глаз, но Вождь опасается ее стрел и будет сражаться более оборонительно, если ему придется следить за ней, так что это должно остановить его от безрассудных бросков, как он только что сделал.

Затем я указываю на ближайшего орка и кричу: «Хана! Этого!» И она бросается на него.

Этот не ранен и немного лучше защищается, так что мы не наносим никаких значительных ударов, пока он постоянно отступает. Затем Вождь внезапно встает у нас на пути, и мы оба отступаем. Один-единственный его удар может отправить меня в полет, так что даже Хана осторожна.

Он взмахивает своим длинным мечом один раз, и тот громко сталкивается с изумрудной чешуей ее кайт-щита, и она настолько удивлена силой его удара, что почти теряет равновесие. Она больше не будет принимать его удары так.

В удивительном маневре орк, с которым мы сражались, теперь занят Хаараном, но это не оптимальное столкновение. Мы должны набрасываться на меньших орков сначала.

Я осторожно кружу вокруг Ханы, затем начинаю кружить вокруг Хаарана, чтобы обойти орка, с которым он сражается. Вождь продолжает оттеснять Хану дальше, набирая дистанцию от противника Хаарана, так что теперь большой зверь снова уязвим для фланговых атак.

Но затем, внезапно, Вождь Орков прыгает в сторону, и огромная тень падает на меня.

О нет.

[Восприятие поля боя] срабатывает, и я поднимаю щит, но сила, которая ударяет меня, настолько велика, что я отброшен на землю. Удар насильно выбивает воздух из моих легких, но я перекатываюсь с падением, чтобы набрать дистанцию, и получаю полный рот влажной травы и грязи.

«Не игнорируй меня, ты никчемное пятно спермы!» — насмехается Хана, но это не имеет эффекта, так как тень падает на меня снова.

Я поднимаю щит, удерживая его обеими руками, затем меч ударяет, и мое левое запястье блокируется, но вес настолько тяжел, что рука сгибается так, как не должна, когда мое запястье ломается, и все, что я чувствую, — это ослепляющая боль.

«АААААХ…!» — я слышу крик, но секунду спустя понимаю, что это я кричу.

Я перекатываюсь в сторону и начинаю уползать, но затем вспоминаю о Вожде и оглядываюсь. Он все еще стоит надо мной, но теперь в его подмышке стрела, в то время как и Хана, и Хааран вонзают мечи ему в почку.

Многочисленные стрелы попадают в его шлем в быстрой последовательности, оставляя только вмятины, так как стрелы Алиссы не имеют надлежащего наконечника, а ее лук — силы натяжения, чтобы пробить латы, но он все еще отводит взгляд от меня, боясь получить одну в глаз. Затем он внезапно поворачивается, взмахивая длинным мечом, и и Хане, и Хаарану приходится отпрыгнуть, чтобы не получить удар. Орк позади них почти пронзает Хаарана, но его [Восприятие поля боя] достаточно высоко, чтобы спасти его от удара в спину.

Я произношу сильное [Исцеление] на свое запястье, и моя рука снова выпрямляется с тошнотворным хрустом, но теперь большая часть моей маны ушла, если я не отзову элементаля. Я также чувствую, что мое запястье чувствительно и ослаблено, так что я не могу использовать [Блок] в полной мере.

Внезапно огромный залп [Огненных шаров] летит к оркам, заставляя их всех защищаться, и это приводит поле боя к застою на несколько секунд. Я оглядываюсь и вижу, что артиллерийская команда вернулась, хотя они не полностью отдохнули, так что у них не осталось много маны.

Затем Сильвана начинает собирать впечатляющее количество маны, тихо напевая, ее голос слишком тихий, чтобы я мог слышать. Вождь Орков настолько опасается заклинаний, что немедленно прыгает назад, далеко от своей линии солдат-орков.

Я встаю и готовлюсь вернуться в бой, но всего пару секунд спустя земля под орками становится темно-коричневой, затем руки появляются из земли и хватают монстров, удерживая их на месте. Это заклинание [Магии земли] под названием [Песок душ].

]. Хана не колеблется и использует свои крылья, чтобы врезаться в ближайшего орка, приклеенного к земле. У него нет стойки, чтобы принять ее, так что удар заставляет его согнуться назад на коленях, пока руки заклинания держат его ноги твердо на месте. Затем она делает петлю и приземляется на него, давая ей идеальную позицию, чтобы вонзать свой меч в его лицо неоднократно, пока он не умрет.

Еще четыре орка.

У артиллерийского отряда есть два охотника ближнего боя с ними, и магов достаточно, чтобы держать гоблинов на расстоянии, освобождая элементаля земли, так что битва с орками почти закончена. Другой отряд ударных войск держится против роя гоблинов, так как они сплачиваются вокруг второго элементаля земли, и они будут в порядке, пока мы не зачистим здесь.

Сильвана бежит к потерявшему сознание рыцарю и начинает лечить его, так как он все еще не очнулся, и Хааран кратко переводит дыхание, затем направляется к Вождю Орков, пока остальные из нас разбираются с пойманными орками. Это почти конец.

Но никогда не стоит недооценивать коварный интеллект монстра-лидера.

Уродливые маленькие глаза Вождя сканируют поле боя, и ему приходит ужасная идея. Цель монстров — убивать гуманоидов, любым способом, так что Вождь решает, что он будет убивать кого-то, и его глаза падают на Сильвану.

Свинья-монстр внезапно бросается вперед, но вместо того, чтобы остановиться, чтобы встретить его заряд, Хааран начинает бежать на полной скорости к нему, и у меня плохое предчувствие насчет этой ситуации. Молодой человек сбит на землю, так как у огромного орка гораздо больше массы, но его отчаянная попытка почти заставляет Вождя потерять равновесие, замедляя его безумный заряд.

Хана также врезается в Вождя, но ее крылья теряют силу, и она неспособна сделать больше, чем замедлить его на секунду. И теперь между монстром и Сильваной ничего нет.

Нам не хватает физической силы, чтобы остановить его, поэтому я делаю ставку на магию. Я отзываю элементаля земли Алиссы и заменяю его электрическим элементалем, и это вызывает перерасход маны, заставляя мою голову взорваться от боли, когда я теряю слух, но это справедливая цена.

«ОСТАНОВИТЕ ЕГО!» — кричу я, хотя не слышу себя, и указываю на Вождя, когда сфера плазмы и искр появляется передо мной. Она немедленно бросается вперед, так что я следую за ней.

Вождь взмахивает рукой, чтобы отмахнуться от элементаля, но тот просто поглощается металлической перчаткой, затем он поднимается вверх по его руке и начинает бить его голову током. Все тело Вождя становится жестким и падает, затем скользит по мокрой траве.

Я чувствую, как мое зрение начинает темнеть, так что я должен закончить это, прежде чем ослепну. Я фиксирую глаза на шлеме Вождя, когда бросаю свой меч и щит и ныряю вперед, затем все темнеет, но мои руки касаются чего-то твердого, поэтому я хватаю это и тяну.

Есть небольшое сопротивление, но оно быстро сдается и освобождается, поэтому я убегаю, ощупывая это, и да, это шлем Вождя.

Я останавливаюсь там, где, как я думаю, должна быть Сильвана, и падаю на землю, истощенный. Я не вижу, я не слышу, и у меня нет маны, так что я буду верить, что Алисса превратит голову Вождя Орков в игольницу.

Мгновение абсолютной тишины и темноты спустя я чувствую теплую руку, нежно хватающую мою голову и толкающую ее вверх, но пальцы слишком длинные, чтобы быть Алиссиными, так что, может быть, это Роксанины? Они определенно не чувствуются как Ханины тоже. Затем что-то холодное касается моих губ, и теплая жидкость медленно вливается в мой рот. Это зелье МП, так что я счастливо глотаю вкусную магическую воду.

Как только я заканчиваю, Роксана обнадеживающе сжимает мою руку, и я чувствую что-то влажное, касающееся моей щеки, затем она отпускает меня, и мне разрешено отдохнуть, пока я задаюсь вопросом, что она только что со мной сделала.

Время проходит ужасно медленно в этой безмолвной темноте, но спустя вечность я чувствую, как мой слух начинает возвращаться первым. Сначала я слышу жужжание, затем бормотание, затем несколько слов здесь и там, и затем, наконец, правильную фразу.

«Как его состояние?» — бесстрастно спрашивает мужской голос.

«Все еще без сознания. Его череп был треснут, но он выживет», — отвечает Сильвана, звуча слегка хрипло.

«Это хорошо. Сколько маны у вас есть?»

«Достаточно для одной глубокой раны».

Он хрюкает в знак понимания: «Понял. Вы можете начать медитировать, а мы попросим некоторых охотников охранять вас».

«Спасибо», — шепчет она со вздохом, затем я слышу тяжелые шаги, когда предполагаемый рыцарь уходит.

Они довольно спокойны, так что я думаю, что все в порядке, и я просто сосредоточусь на медитации. Я также не могу точно отдавать приказы электрическому элементалю прямо сейчас, так что я отзываю его.

«Вы теперь шестнадцатого уровня».

Я вкладываю все свои новые очки в [Восстановление маны]. Даже слепой или с закрытыми глазами я все еще могу видеть системное меню, каким-то образом.

В конце концов, звуки столкновений начинают затихать, поэтому я открываю глаза. Все еще размыто, но я могу видеть движение и очертания. Вокруг меня группа людей, все сидят, за исключением двух, которые, кажется, стоят на страже.

Я медитирую еще несколько минут, и теперь я могу видеть вещи должным образом. Артиллерийские отряды и Сильвана рядом со мной, медитируют, в то время как потерявший сознание рыцарь на медицинских носилках перед ней, и у нас есть два охотника ближнего боя, охраняющие нас. Вождь Орков в нескольких метрах, мертв от многочисленных стрел в голову, включая одну в каждом глазу, и мертвый рыцарь тоже неподалеку, серое одеяло покрывает его тело.

Мое тело чувствует себя нормально, и головная боль прошла, поэтому я встаю и спрашиваю: «Какова ситуация?»

«Вау...» — ворчит один из охранников в удивлении и чуть не подпрыгивает на месте, но быстро берет себя в руки и торжественно отвечает: «Вокруг все еще есть гоблины, так что ударные войска разбираются с ними, но орки все мертвы, и теперь это просто бойня».

Мой элементаль земли все еще жив и убивает, так что я делюсь его зрением с собой, но все, что я вижу, — это тошнотворная кровь и gore, и я немедленно прекращаю обмен чувствами. Затем я касаюсь связи отряда и чувствую, что девушки дальше впереди, рядом со стеной утеса в задней части деревни.

Зрелище сделало меня немного неустойчивым на ногах, поэтому я снова сажусь.

Проходит еще десять минут, и звуки умирающих гоблинов еще больше затихают, затем Сильвана внезапно открывает глаза и бросает на меня удивленный взгляд.

«Вы снова можете видеть?» — тихо спрашивает она, ее голос менее хриплый.

«Да, у меня есть некоторое сопротивление к перерасходу», — гордо отвечаю я.

Она кивает в знак понимания, затем одаривает меня уставшей, но все еще красивой улыбкой. «Позвольте мне просто сказать это сейчас, спасибо. Вы спасли меня от Вождя Орков». И она уважительно опускает голову.

Это третий раз, когда я спасаю кого-то… и я все еще не знаю, как на это реагировать.

«Пожалуйста», — шепчу я с нежной улыбкой, пытаясь выглядеть круто, но это все еще кажется мне неловким. Это даже не моя работа — спасать людей, так что я не могу использовать ответ врача/пожарного «я просто делаю свою работу».

Что бы сказал супергерой…?

Нет, это было бы слишком банально, даже для меня, поэтому я просто молчу. По крайней мере, таким образом простое «пожалуйста» позволяет мне выглядеть немного круто.

И затем я замечаю, что у меня большая часть моей МП вернулась, поэтому я призываю еще одного элементаля земли, но затем моя голова начинает болеть.

Ой, я снова переборщил.

«Иди помоги моему отряду», — приказываю я, морщась от боли, и массивная масса скалы «кивает», затем немедленно бежит к ним, ее шаги вызывают небольшие толчки.

«Вам действительно стоит отдохнуть; битва уже выиграна», — обеспокоенно советует Сильвана.

«Я не могу просто стоять на месте, пока мои женщины сражаются», — отвечаю я рефлекторно. По крайней мере, в этот раз я звучу немного круто, хотя довольно неловко называть их «моими женщинами».

Хорошенькая серебристая девушка одаривает меня теплой, довольно дразнящей улыбкой, затем пожимает плечами и использует свой посох, чтобы встать. «Очень хорошо, тогда я тоже присоединюсь к Лорду Хаарану», — спокойно заявляет она, затем выбирает тот же путь, что и элементаль.

Теперь, когда делать нечего, я быстро оглядываюсь. Деревянные хижины, которые гоблины используют как дома, чрезвычайно просты и также чрезвычайно слабы. Пламя все еще бушует, и дерево трещит от жара, но никто даже не смог бы догадаться, что здесь когда-то существовала деревня, так как все хижины уже рухнули в кучи углей.

И теперь, когда моя жизнь больше не в опасности, жара и запах дыма начинают раздражать. По крайней мере, вид имеет мрачное очарование, так как ветер поднимает облака искр, которые затем падают, как снежинки.

Но даже смотреть на пламя недостаточно, чтобы успокоить мое встревоженное сердце, поэтому я решаю снова быстро взглянуть на видение одного из элементалей. Он бок о бок с Ханой и рыцарем, раздавливает группу из десятков напуганных гоблинов, загнанных в угол у обрыва.

Алисса и Роксана должны быть позади них, ибо я вижу, как стрелы вонзаются в головы уродливых зеленых монстров с пугающей точностью. Но затем я замечаю, что среди гоблинов есть женщины и дети… уродливые, зеленые, чудовищные женщины, дети и даже старики.

Некоторые слабо сжимают копья, когда они отчаянно пытаются защитить себя, но никто из них даже не приближается к тому, чтобы нанести удар, и те, кто без оружия, не могут сделать ничего, кроме как ждать смерти, когда они плачут от горя.

Мне становится плохо, и теперь даже хуже, чем в прошлый раз, когда я заглянул, поэтому я прекращаю обмен чувствами. Но мой разум становится настолько взволнованным, что мне приходится медитировать, чтобы снова успокоиться.

Моя голова медленно перестает болеть, когда звуки битвы наконец подходят к концу. Затем наступает только тишина, изредка нарушаемая треском дерева, когда огонь все еще пожирает остатки деревни.

Несколько минут спустя я слышу шаги, поэтому открываю глаза и вижу группу до смешного окровавленных воинов, медленно приближающихся к нам. Затем мои глаза встречаются с Алиссиными, и она немедленно начинает бежать ко мне, выглядя довольно облегченной, увидев меня в сознании, но также истощенной от битвы.

Она снимает свою кожаную шапку, затем падает на колени передо мной и заключает меня в объятия. «Ты снова переборщил», — надуто жалуется она.

«Да… ничего не поделаешь…» — виновато отвечаю я, сдерживая желание зарыться головой в ее пушистые лисьи уши.

«Я знаю…» — бормочет она со вздохом. «Но теперь все кончено».

Она пахнет кровью, пеплом и потом, но мне все равно. Мы в безопасности теперь; все кончено.

Затем я замечаю, что один из охотников несет в своих руках тело, накрытое тканью, и я полагаю, что умерший — это краснокожий они из «Акроса». Их отряд был ударным отрядом, ответственным за сдерживание роя гоблинов у той смертельной ловушки у входа. Поскольку нас задержали орки, нам потребовалось слишком много времени, чтобы сменить их, и они заплатили за это смертельной потерей.

Есть также раненый охотник, которого несут на медицинских носилках. У него отсутствует правая рука, но красноватая кожа, кажется, покрывает рану, и он несет свою отсеченную руку на коленях. С помощью либо [Исцеления], либо [Регенерации] ее все еще можно пришить обратно.

Мы медленно разрываем объятия, затем встаем снова, и я сканирую лица каждого. Я вижу смесь счастливых и торжественных выражений, но все облегчены тем, что это наконец закончилось.

Затем прибывает Хааран, также капающий кровью. Он снимает свой шлем, открывая синяк на левой скуле, затем он также снимает свою перчатку и берет Сильвану за руку, вызывая у меня тягу к прикосновению Алиссы.

«Мы закончили здесь; давайте двигаться», — объявляет он, и мы все стремимся подчиниться.

«Я использую своих элементалей, чтобы нести тела», — торжественно предлагаю я.

Он одаривает меня благодарной, но болезненной улыбкой. «Я был бы признателен…»

Поэтому я отдаю приказ своим призывным существам. Они оба выглядят немного побитыми и потрескавшимися, но они продержатся, и одного [Очищения] на каждом достаточно, чтобы удалить всю кровь, так как камень не впитывает жидкости, как ткань.

МП, которую мы экономим на элементалях, используется Ханой, так как ей требуется пара [Очищений], чтобы не привлекать каждого монстра в радиусе километра, так как кровь просочилась глубоко в ее бригантину. Затем я также [Исцеляю] ее и потерявшего сознание рыцаря один раз, но это снова вызывает у меня головную боль, и истощение подкрадывается.

Сильвана пришивает руку раненого охотника, но, как и в случае с моим сломанным запястьем, лучше всего, если он не будет использовать ее некоторое время. Я выпиваю половину зелья ХП и выплескиваю остальное на свою руку, но внутренние раны, такие как сломанные кости, заживают медленнее, чем порезы.

По мере того как мы пробираемся обратно через лес, все начинают доставать закуски, такие как мясо на шампурах, чтобы есть на ходу. Сейчас всего 10 утра, но даже я чувствую голод после стольких сражений, и немного воды, чтобы запить еду, достаточно, чтобы дать мне второе дыхание.

Разведчики убили всех монстров, которые были где-либо рядом с нашим путем, так что путь обратно свободен, и наше путешествие проходит без происшествий.

Около 11:30 утра внезапно появляется разведчик и бросается к Хаарану.

«Лагерь под атакой! Орки!» — отчаянно кричит он.

Время замирает на секунду.

Вот почему Вождь Орков был в деревне. Он посещал гоблинов, чтобы договориться, вероятно, пытаясь установить союз, но это также означает, что остальные его орки должны были разбивать лагерь неподалеку, и теперь эти монстры без лидера наткнулись на наш лагерь. Разные типы монстров не смешиваются так легко, если они не высшего вида, так что он мог быть даже заводчиком тоже! Мы были настолько утомлены битвой, что забыли подумать об этом!

Хааран поворачивается к нам с пристальным взглядом и начинает лаять приказы: «Райдер! Бросай тела! Артиллерия, вы возьмете их вместе с ранеными! Все остальные, бегом!»

И мы подчиняемся.

«Я поеду на Алиссе и отправлюсь вперед! Элементали, следуйте за мной!» — приказываю я, оглядываясь назад, и Хана бросает на меня противоречивый взгляд.

Но нет времени спорить. Я хватаю снаряжение Алиссы, и она трансформируется, затем я сажусь на нее, и она немедленно бросается вперед, элементали земли бегут рядом с нами с удивительной скоростью, так как их массивный вес оставляет глубокие отпечатки на мягкой земле.

Мы проводим напряженные минуты в тишине, но я не могу найти ничего, что сказать, так как слишком устал, чтобы думать о стратегии.

«Нам просто нужно занять их», — выпаливаю я.

«Да, Мастер», — послушно отвечает она.

И вскоре после этого мы добираемся до лагеря. Мы видим хаотичный беспорядок, так как палатки горят, а скамейки, столы, кухонная утварь, одежда и еда разбросаны повсюду. Это просто часть природы орков — начинать разрушать вещи еще до того, как битва закончится.

«Честный щит», отряд, ответственный за защиту лагеря, — это группа из пяти охотников, с тремя пользователями щитов, включая Таргуа, одним лучником и еще одним гибридом лучника-мага. Они сражаются против девяти орков, и мы видим, что они уже потеряли троих, так что изначально их было двенадцать. Космические маги тоже сражаются, но у них только простые мечи и кожаные доспехи, так что они в обороне, и два мага уже мертвы.

«Элементали, защищайте космических магов!» — приказываю я, спешиваясь, затем немедленно передаю снаряжение Алиссы, когда она трансформируется обратно.

Мы прибываем позади орков, которые медленно реагируют, так как они слишком увлечены своей битвой, чтобы понять опасность лучника, стреляющего из их слепой зоны. Алисса натягивает лук и выпускает стрелу, которая вонзается в затылок одного из монстров, убивая его мгновенно. Осталось восемь орков.

Только теперь, когда один из их числа мертв, они понимают опасность и решают атаковать нас. Но «Честный щит» не дает оркам выйти из боя, так как храбрые воины переходят в наступление, поэтому только два орка идут в нашу сторону, в то время как остальная часть их линии поворачивается, чтобы не получить еще одну стрелу в спину.

Алисса набирает еще несколько попаданий, но больше никаких убийств, и я стою на пути приближающихся орков, готовый принять их в лоб, но мое запястье все еще хрупкое, а мой разум истощен. Все, что я могу сделать, — это оставаться в обороне.

Один блок, два блока, парирование моим мечом и отражение моим щитом. Я бью лицо орка слева краем своего щита, но мое запястье жалуется, так что я больше не буду этого делать.

Орк справа становится более агрессивным, и он пытается обойти меня, но быстрая стрела в его бок говорит ему не пытаться сделать это снова. Мы в тупике, так как они могли бы попытаться броситься на Алиссу, но это оставило бы их уязвимыми для удара в спину, в то время как попытка окружить меня оставит их открытыми для Алиссы, а оркам не хватает командной работы, чтобы решиться на что-то одно.

Один элементаль земли внезапно рассыпается, так как был слишком ослаблен, но другого достаточно, чтобы защитить космических магов от двух орков, атакующих их. «Честный щит» не может помочь, так как они имеют дело с четырьмя злыми орками, но затем я замечаю, что Таргуа едва удерживает свою позицию, так как его стойка начинает рушиться, вероятно, устав, так как они уже убили трех орков.

Мои два противника возобновляют свою атаку, и мне удается ударить по торчащему наконечнику стрелы в одном из орков плоской стороной своего меча, вгоняя ее дальше. Он корчится и ревет от боли, когда отступает, но он начинает впадать в ярость и скоро уже не будет заботиться о боли.

Орк слева не дает мне отдохнуть, когда он выпускает шквал диких ударов, заставляя мое запястье со щитом взорваться от боли. Оно не выдержит так, и Алисса, кажется, замечает мою борьбу, так как она выпускает три стрелы в быстрой последовательности ему в грудь, которые не вонзаются слишком глубоко из-за его гамбезона, но, по крайней мере, он прекращает свою атаку и отступает.

Я произношу [Исцеление] на свое запястье, и моя голова начинает болеть снова, но затем мое зрение становится немного размытым.

Нет! Я должен сдержаться! Я не могу потерять зрение прямо сейчас!

В гневе я полосую орка слева, заставляя его отступить, затем орк справа прыгает вперед, когда он наносит удар. Я встречаю его меч своим и почти падаю на колено из-за его силы, толкающей меня из равновесия, но я отражаю его клинок в сторону и контратакую.

Я наношу восходящий порез в его подмышку, разрезая его хлипкие доспехи и разрезая его зеленую плоть, затем я [Уклоняюсь] назад и чувствую, как кончик его меча скользит по моей левой щеке.

Слишком близко. Я чуть не потерял глаз.

Но я должен был перерезать сухожилие, так как орк замедляется, и его атаки становятся слабее. Затем я чувствую, как что-то влажное течет по моей шее.

Орк слева полностью прекращает атаку на мгновение, его дыхание тяжелое и неровное. Я вижу под его хлопковой шапкой, что он рычит, когда слюни текут по его клыкастому рту с каждым тяжелым вдохом, вероятно, от боли из-за стрел Алиссы в его груди, и я держу пари, что одна должна была пробить легкое тоже.

Возможность появляется передо мной, когда я вижу, как его глаза теряют фокус на секунду, поэтому я бросаюсь к нему. Орк справа пытается остановить меня ударом по моему плечу, но у него так мало силы, что моего благословения [Ветряная броня] достаточно, чтобы оттолкнуть клинок.

Я бью лицо левого орка, пряча свой меч под щитом, чтобы он не увидел выпад, и чувствую, как кончик вонзается ему в грудь. Благословение [Острый клинок] снова становится полезным, позволяя мне почти полностью игнорировать его доспехи.

Но я не могу рисковать тем, что мое оружие застрянет в орке, поэтому я отступаю после того, как вогнал его на хорошую длину, и я полагаю, этого было достаточно, чтобы снова пробить его легкое, так как кончик выходит довольно кровавым.

[Восприятие поля боя] срабатывает, но я недостаточно быстр, и я морщусь от боли, когда орк справа умудряется нанести правильный удар по моему боку. Только пара чешуек моих доспехов ломается, и его меч не проходит сквозь мягкий гамбезон под ними, но атака все равно довольно сильно ранит мои ребра.

Он платит за это стрелой в живот, и он отступает, так как не хочет давать шанс Алиссе вогнать еще одну в него. Он уже ранен, и ему едва удалось ранить меня, но он проявляет толику интеллекта, становясь довольно осторожным, не давая мне другой возможности.

Мы проводим долгую минуту, глядя друг на друга, обмениваясь слабыми ударами и финтами, пока обе стороны ждут другой возможности. Затем я замечаю, что они на самом деле рычат, пытаясь запугать меня. Я был просто настолько сосредоточен на битвах, что не обращал внимания на их рычание, но теперь, когда я это делаю… мне плевать.

Затем я вижу, как Таргуа падает на землю.

Черт…

Но мгновение спустя раздается рев, который приносит мне облегчение: «УРААААААХ!»

Хааран и его люди бросаются из-за деревьев, остальные охотники следуют за ними, и я замечаю, что никто больше не носит латные доспехи, только чешуйчатые.

Хана внезапно приземляется передо мной, и я просто бросаю свой щит, слишком уставший, чтобы держать его дольше.

Битва для меня окончена, и все в безопасности, поэтому я просто отступаю к ближайшему дереву, затем сажусь и выпиваю еще одно зелье ХП, пока наблюдаю.

«Я вырежу твой сморщенный член за то, что посмел ранить Мастера!» — насмехается Хана, бросаясь на раненых орков. Они отступают в страхе, так как довольно сильно ранены, но все равно сопротивляются, когда Хана вступает с ними в бой.

Затем [Огненный хлыст] держит правого орка за ногу. Он спотыкается, как и орк, на котором она ранее использовала это заклинание, и в этот раз Хана обезглавливает его в одно мгновение великолепным, идеальным ударом. Его голова летит, разбрызгивая кровь повсюду, и даже я поражен этой сценой.

Но она не останавливается и вонзает свой меч в живот другого орка. Он пытается ударить ее щитом, но она легко [Блокирует] его атаку своим, затем она вытаскивает свой меч и немедленно вонзает его снова, в этот раз под его подмышку, и калечит его руку с мечом.

«ГРААААХ…!» — орк отталкивает ее с ревом, становясь полностью берсерком теперь, когда он вот-вот умрет. Он даже бросает свой щит в нее и вытаскивает кинжал, но он слишком ранен, чтобы представлять для нее угрозу. Если я был тем, кто сражался, тогда я был бы в небольшой беде.

Он решает буквально броситься на нее, чтобы повалить ее и использовать свой больший размер и массу в своих интересах, но она приседает и принимает его своим щитом. Он приземляется прямо на него, так что ей просто нужно наклониться назад, когда она встает, чтобы отбросить его.

Тяжелый орк падает на спину с тяжелым стуком, затем даже катится дважды. Он пытается быстро встать, но теперь он без щита, и есть два смертельно точных врага с четкой линией обзора на него.

Он поднимает голову, рыча и хмурясь, и [Огненная стрела] пронзает его лоб в то же время, когда обычная стрела пронзает его глаз, затем он тут же падает замертво.

Другие рыцари и охотники быстро расправляются с оставшимися орками, так как они теперь значительно превосходят числом, поэтому я отзываю своего последнего элементаля и использую остаток своей маны, чтобы произнести [Исцеление] на свое запястье, чтобы боль прекратилась.

Я вижу, как Сильвана бросается к Таргуа, затем Алисса и Хана поворачиваются ко мне, и я полагаю, что теперь все кончено, поэтому я закрываю глаза и позволяю себе потерять сознание на некоторое время.

Следующее, что я знаю, — я смотрю на голубое небо с высоко стоящим солнцем, а это значит, что должно быть уже за полдень. Я поднимаю голову, чтобы оглядеться, и вижу Алиссу и Хану, дремлющих рядом со мной, с рядом других охотников по всей поляне, также лежащих в спальных мешках.

Пятеро охотников покрыты бинтами, так как они ранены, и маны не хватает, чтобы вылечить всех. Моя голова все еще болит, и мои мышцы настолько ноют, что я едва могу собрать энергию, чтобы произнести [Исцеление], поэтому я просто снова закрываю глаза и должным образом засыпаю.

Я просыпаюсь, чувствуя себя скованным, но немного более отдохнувшим. Алисса прямо рядом с моим спальным мешком, глядя в лес, пока ее рука играет с чешуей моих доспехов. Она не замечает, как я просыпаюсь, поэтому я просто оглядываюсь и нахожу Хану, едящую за полуобгоревшим столом, затем я вижу, что Роксана в своей личной палатке, тоже отдыхает.

«Ладно, теперь все должно быть кончено», — тихо замечаю я, чуть не заставив Алиссу подпрыгнуть от удивления. Затем я кладу голову на ее колени с кривой улыбкой, и она немедленно начинает гладить меня по волосам, надуваясь.

Но ее выражение быстро смягчается, затем она снова смотрит вперед в пустоту, уставшим голосом замечая: «Надеюсь. Больше не должно быть никаких концов, если только где-то не спрятаны другие орки по какой-то глупой причине… или что-то в этом роде».

Даже ее мозг начинает сдаваться.

Я замечаю, что ее пальцы чувствуются немного грубыми, а ее поглаживание довольно слабое, поэтому я произношу маленькое [Исцеление] на ее руки, но затем мое сердце начинает колотиться.

О…! Я думаю, перерасход накапливается, так что, может быть, мне не стоит больше произносить магию некоторое время.

«Тебе следовало приберечь эту ману для раненых», — тихо жалуется она с нахмуренным видом.

Но я виновато улыбаюсь. «Извини, не извиняюсь. Я эгоист. К тому же, это было всего лишь маленькое [Исцеление]."

»]. Она снова надувается на секунду, но затем вздыхает и гладит меня сильнее. «Спасибо, Мастер».

Затем мой желудок урчит.

«О… ну. Полагаю, мне стоит доползти до нашей палатки», — мычу я смущенно.

К сожалению, Алиссе приходится помогать мне идти, потому что я слишком неустойчив на ногах. К счастью, наша палатка не пострадала в огне, так как она была дальше всех от остальных.

И поэтому я медленно ем свою еду. Жареные овощи, баранина и хлеб, наполненный пастой из бобов. После того как я сыт, я снимаю доспехи, падаю на кровать и отдыхаю еще немного.

Интерлюдия 3 — Хана

Я действительно рада, что выбрала его. История, которую я слышала о Символе, не была ни ложью, ни преувеличением, ни случайностью. Он на самом деле тот, на кого можно положиться.

Он отдал все силы, чтобы защитить кого-то, кого едва знает, кого-то, кому он не обязан помогать, но он идет в бой до конца, затем он доверил мне защищать его, когда он уязвим. Если я не последую за ним в глубины ада и не верну его в целости и сохранности, то моя жизнь не имеет ценности. Если я не могу сделать хотя бы это, то я просто недостойна служить ему, так как он по праву заслуживает кого-то получше.

Но есть также сторона его, которая очень милая. Он настолько застенчив, что ему нужно, чтобы я спасла его от разговора с незнакомцем, и я не нахожу это плохой чертой. Это просто слишком очаровательно, что герой, который достаточно храбр, чтобы спасать незнакомцев, — такой маленький человек с слабым впечатлением на других.

Но все это ложь. Он ученый, воин, маг, добрый человек и герой. Он тот, кого я хочу защищать всей своей силой, и пусть боги помогут мне сделать это.