Вечером мы проводим время вместе вполне невинно: все слишком устали для бурных непристойностей. Поэтому я, конечно же, выбираю объятия и вполне доволен тем, что просто прижимаю к себе свои лисью и овечью подушки, пока девушки болтают.
Катерина принимает немного Эйи и элегантно усаживается на широкий диван. Места хватает и для Ханы, и та тут же пользуется случаем. На Карателе полупрозрачный пеньюар, который, как и большинство эльфийской одежды, открывает немало кожи. Перед нами стальное тело, закалённое в огне: несколько не уродующих её шрамов, мышцы крупнее, чем у Ханы и даже у Роми, и скромная пара грудей, почти целиком помещающихся в моих ладонях.
Хочу облизать эти пальчики, а потом провести языком вверх по её подтянутым бёдрам, пока не доберусь до земли обетованной.
— Ага, я тоже, — вслух мычит Хана.
— Что? — недоумённо спрашивает Катерина.
— Что?.. — рассеянно отзывается изголодавшаяся драконида.
И мамочка Каратель странно на неё смотрит.
Перестану пускать слюни на Катерину, чтобы больше не отвлекать Хану.
Алисса лежит головой у меня на коленях. Ей до боли хочется отсосать мне, но мои руки творят волшебство с её ушами, а Пуш занимается её ногами. Опытная белокурая овечка точно знает, как ласкать внутреннюю сторону бёдер, чтобы быстро её возбудить, но при этом не касаться обнажённых, отчаянно жаждущих губок киски. И всё это время верная служанка источает материнскую заботу — ведь какая мать не умеет как следует поласкать собственную дочь?
— Как у тебя так хорошо получается?.. — жарко шепчет Алисса.
— Ты о ком? — лукаво спрашиваю я и вызываю дрожь одной лишь лаской её ушей.
Она одаривает меня тёплым, любящим взглядом, а её хвост лениво виляет под ней. — У тебя так хорошо получается, потому что ты помешан на моих ушах, но Пуш тоже творит волшебство с моими бёдрами.
— Я помешана на том, чтобы доставлять другим удовольствие. Так я и узнала все тайны тела, — отвечает матушка-милфа с доброй улыбкой и медленно проводит пальцами по влажной щёлке Алиссы. Та разочарованно стонет, жаждая проникновения.
Но моя распутная лисичка тоже становится мастером сдерживать собственные желания, поэтому смирно лежит у нас на коленях, пока мы продолжаем её ласкать.
Алисса поворачивается к Пуш и тихо шепчет: — Значит, ты идеальная наложница для Вольфи. Он больше всего на свете любит любые удовольствия.
А я понижаю голос и с лёгким смущением добавляю: — Только потому, что того, что радовало меня сильнее всего на Земле, здесь не существует.
Алисса протягивает руку и нежно обхватывает мою щёку, пока мы тонем во взглядах друг друга. — Именно поэтому Боги отдали тебе меня: я одержима желанием доставлять тебе удовольствие.
— Мы все идеально друг другу подходим, — тепло выдыхаю я, затем наклоняюсь и приподнимаю её голову, чтобы насладиться её губами. Её язык ищет мой, и мы погружаемся в уже привычные уютные объятия. Нет ничего лучше, чем поцеловать жену после долгого дня тренировок.
Но одна из нас лишь отдаёт и ничего не получает, поэтому вскоре я прерываю поцелуй и поворачиваюсь к Пуш. Она смотрит на нас затуманенным, тёплым взглядом, но, поняв, что сейчас произойдёт, удивлённо вздрагивает.
Я припадаю к губам своей пушистой овечки, и наши языки сплетаются в нежном танце. Алиссу уже нельзя назвать неопытной в поцелуях, но до уровня Пуш ей ещё далеко, поэтому моя рьяная наложница способна выжать из меня больше чистого удовольствия, хотя поцелуи с жёнами обычно куда страстнее, чем с любой из наложниц.
Пуш целует меня с огромным пылом, и по движениям её языка я чувствую, насколько она мне предана… настолько, что невольно задаюсь вопросом, почему мой Дар на неё не действует.
"Возможно, она не считает себя достойной", — предполагает Алисса в пространстве моей души, и я склонен согласиться. Моя овечка и впрямь поначалу немного сомневалась, стоит ли становиться наложницей. "Каково это — служить своим телом тому, кому поклоняешься?" — внезапно спрашивает её моя лисья жена.
Я прерываю поцелуй, и Пуш спокойно поворачивается к лисе, а затем мудро возражает: — Думаю, мы похожи? Ты была набожной молодой женщиной и служила ему потому, что так пожелали Боги, связав ваши Нити посредством Кровавого рабства.
Рыжая лиса тихо вздыхает, всё ещё пылая от возбуждения. — Ах… да, ты Кровавый раб. Я забыла, потому что в твоём случае это было нужно скорее для гарантии верности, а не для того, чтобы, как я, отдать себя Судьбе.
— Вы родственные души. Сёстры от разных матерей, — непринуждённо вставляю я.
Пуш поправляет круглые очки и радостно уточняет: — Я предпочитаю говорить «вторая мать». Забота о жёнах тоже приносит мне немало удовлетворения.
Ну вот, наши фетиши уже задеты за живое, поэтому Алисса тут же пользуется возможностью разыграть сценку. — Мамочка, можешь поработать пальцами? Ты слишком меня возбудила.
Моя верная овечка — женщина культурная и с радостью поддерживает игру. — Как пожелаешь, дорогая доченька, — мягко отвечает она и исполняет просьбу.
Я знаю, что в основном они делают это ради меня, но, похоже, им и друг с другом приятно.
Нежные пальцы Пуш входят в киску Алиссы и начинают мягко массировать её влажные губки, сосредоточившись на верхней части, где находится клитор. Моей лисьей жене очень хотелось бы сосать мой член, пока её трахают пальцами, но зрелище настолько умиротворяет, что я предпочитаю им не мешать.
"Ты уже целую минуту не называл меня шлюшкой — как необычно!" — ехидно замечает Алисса через [Связь].
Ах ты маленькая нахалка…
И моя лисья шлюшка улыбается так очаровательно, что я не могу удержаться и краду её алые губы.
Катерина явно заинтересована происходящим, поэтому, пока мы с Алиссой играем языками друг друга, я бросаю на неё соблазнительный взгляд. Скромная Каратель намеренно отводит глаза, чтобы не давать Хане повода её домогаться. Она всё ещё напряжена и настороже, но, похоже, сознательно старается с нами сблизиться.
Роксана сидит у Ханы на коленях, и все трое стараются не выказывать откровенной похоти, но не могут удержаться от флирта при виде того, как прямо перед ними Алиссу пальцами медленно доводят до оргазма. Мы намеренно позволяем ей неторопливо вознестись на небеса, и Хана благодарна нам за помощь.
Сдержанная Тамплиер остаётся до позднего вечера и успевает увидеть два оргазма Алиссы, но затем Катерина решает уйти, а не ночевать у нас. Возможно, делить постель с Ханой для неё пока слишком интимно.
Сегодня двадцать четвёртое, Ан, день Ветра. Я просыпаюсь от того, что Пуш нежно заглатывает меня до самого горла, под успокаивающий свист ветра, скользящего по нашей спальне-«листу».
Поскольку сейчас месяц Любви, жрецы велят простолюдинам быть мягкими и приветливыми, словно ветер. Воинам предлагают образы бурь и стремительности, но к нам как к правителям относятся оба наставления.
Что касается навыков: я повысил [Владение копьем] на 1 (теперь 16+5); Алисса повысила [Мышечный взрыв] и [Магия иллюзий] на 1 (теперь 7 и 23); Роксана повысила [Магия земли] на 1 (теперь 3+2); Хана повысила [Блок] на 1 (теперь 17); Сиэль повысила [Парирование] на 1 (теперь 2+13); Лина повысила [Владение топором] на 1 (теперь 20); а Юния повысила [Уклонение] и [Магия духов] на 1 (теперь 3+12 и 28).
Что до «характеристик», Хана повысила «Силу» на 1 (теперь 20), а Юния — «Мудрость» на 1 (теперь 20). Последнее ставит меня в тупик: единственное, что она сделала, — обнажилась перед братьями… И хотя я согласен, что это могло принести ей некоторое «просветление», всё равно верится с трудом.
У Теа было достаточно времени, чтобы осмыслить случившееся, поэтому мы приглашаем её на завтрак. Я уже насытился снежной лисой и, хотя мог бы съесть ещё, хочу с кем-нибудь ею поделиться. Так на кого интереснее всего было бы посмотреть, пока он трахает Теа?
Как насчёт… Лины? Она нечасто занимается чем-то сексуальным с другими женщинами, а невинная девичья любовь двух юных с виду красавиц звучит очень освежающе. Моя прелестная маленькая мрачная дворфийка не против, чтобы я её подложил, ведь она хочет меня порадовать; фетиш Сиэль тоже задет, поэтому я решаюсь.
Но Лина не умеет никого соблазнять, так что просто занимает свободное место рядом с Теа и смело спрашивает: — Госпожа Теа, не хотите поцеловаться?
Девичья снежная лиса удивлена, но быстро приходит в себя и кивает в знак согласия: — А?.. Эм, да, я бы хотела…
Они неловко склоняются друг к другу и несколько раз нежно чмокают губами, а затем очаровательно хихикают, заставляя меня усмехнуться. Они похожи на двух невинных ланей, за которыми из высокой травы следит тигр.
Но проницательная маленькая лиса замечает меня и подозрительно косится. — Король Вольф попросил тебя об этом? — тихо спрашивает она Лину.
Какая смелость — задавать такой вопрос.
— Да, но я и сама считаю вас очень красивой, — честно отвечает моя маленькая жена, слегка смущённая тем, насколько ей нравятся бледные губы Теа.
Однако лиса, похоже, не знает, что делать с этой информацией, и едва сдерживает улыбку. Её всё ещё весьма сильно тянет к женщинам, и, следуя духу моей просьбы, она, кажется, решает просто отдаться гедонизму и свободно наслаждаться губами милой девушки.
Я медленно потягиваю кофе, пока они понемногу осмелевают, а затем их языки начинают искать друг друга. Остальные мои женщины одобряют милое представление, а я позволяю Аой — наблюдающей за ними моими глазами — сосать мой Член под столом, пока мы с Сиэль с нежностью смотрим, как другая женщина наслаждается нашей женой.
— У тебя хороший вкус, Вольф, — замечает Каатохе, с интересом глядя на девушек. Ещё одна культурная женщина, способная оценить искусство женской любви.
Маленьким цветочкам и правда очень весело вместе, но Лина идёт дальше: её рука скользит вверх по бледной внутренней стороне бедра Теа и задирает её не-кимоно, пока она не понимает, что распутная снежная лиса без белья. Похоже, Теа пришла подготовленной и ожидала, что её будут лапать.
— Какая ты смелая, — с хихиканьем томно шепчет Теа Лине на ухо и раздвигает ноги.
— Я… я люблю радовать Вольфи… а вы очень милая, — застенчиво шепчет в ответ Лина и тяжело сглатывает. Но она знает, что женщину нельзя заставлять ждать, поэтому сразу начинает нежно играть с наливающимся краской цветком Теа, а снежная лиса отвечает игривым, но чувственным укусом за щёку.
Вид того, как они предаются лесбийским ласкам, прекрасен, но дракон во мне гордится знанием, что обе всё равно больше всего предпочитают Член. Теа, похоже, настолько охотно принимает другую женщину, что я невольно задаюсь вопросом: сможет ли она вообще получать удовольствие с каким-либо мужчиной, кроме меня.
И Теа становится довольно смелой: её взгляд делается соблазнительным, а рука незаметно скользит Лине под юбку. — Милая и красивая. Мне нравится. Ты такая очаровательная, что хочется тебя обнять, — жарко шепчет она в ответ и целует Лину в губы.
— Как и всем нам, — рассеянно мычит Осария, глядя на девушек, но с моей шоколадной милфой что-то не так. Она беспокойно ёрзает на сиденье, будто ей неприятно видеть двух юных девушек, однако отвести глаза она не может. Полагаю, моё «наказание» всё ещё действует, хотя она, вероятно, умирает от желания к ним присоединиться.
Теперь Лина немного стесняется, ведь ласкают уже её, но Теа настолько деликатно обращается с киской партнёрши, что маленькая дворфийка сама раздвигает ноги. Так два цветочка начинают медленно ласкать друг друга пальцами. Их голоса становятся громче, и высокие стоны Теа действуют на дракона во мне так же, как пищащие игрушки на собак: дракон пускает слюни, мечтая проглотить обеих.
Я сдерживаюсь, потому что не хочу им мешать, а Аой усиливает минет, заставляя меня снова и снова кончать ей в горло. Но утреннее угощение длится недолго: Лина уже отлично научилась играть с клитором Сиэль, поэтому довольно быстро доводит Теа до оргазма. Прекрасное зрелище, согревающее сердце и живот Аой.
Но снежная лиса ещё недостаточно вынослива для второго раунда, так что теперь она должна Лине один оргазм, и мне не терпится увидеть, когда долг будет возвращён.
Сегодня утром я создаю ещё несколько тупых големов, чтобы их испытывали первоначальные големы — мне и правда нужно придумать для них новое название. На этот раз ясной цели у меня нет, поэтому я просто позволяю «интуиции» вести меня, пока подпроцесс выполняет усиленную сферой тренировку циркуляции маны, а свободные умственные ресурсы направляю на Гуманоидизацию.
Подавлять дракона и одновременно пробуждать в себе человека постепенно становится всё легче. Я использую очеловечивающие чары комнаты, чтобы физически скрыть драконьи черты, и вид моих прежних, полностью человеческих частей тела действительно немного помогает сосредоточиться.
Ноно и Теа тоже находятся с нами в одной из верхних комнат, поскольку их обучили тренировке циркуляции: первая теперь полноценная наложница, а вторая — кандидатка, что и даёт им такую привилегию. Сначала Ноно любопытно, чем я занимаюсь, но вскоре она теряет интерес, ведь всё ещё помнит мой человеческий облик. Теа же видит меня таким впервые, поэтому я не смотрю на неё и позволяю застенчивой лисичке вдоволь меня разглядывать.
Мне хочется пошалить, поэтому я заставляю себя возбудиться; через тонкие, облегающие эльфийские шорты это прекрасно видно, и Теа, глядя на моего большого друга, мягко краснеет. Даже Осария не способна подарить ей такой сильный оргазм, как мой Член, поэтому я уверен, что она живо вспоминает ночь, когда я лишил её девственности в сексе с мужчиной.
На обед у нас неожиданно бразильский кусок мяса — говяжий горб, который на моей родине также называют купимом. В нём много жировых прослоек, поэтому в культуре Рупегии он считается деликатесом, но эльфийские фермеры разводят не так много коров, как другие расы, и это один из редких случаев, когда заносчивые эльфы признают преимущество имперского скота.
Правда, в утешение эльфы всё равно утверждают, что их способы жарки не имеют равных.
Набив живот таким жирным мясом, я беру на десерт свою белую крольчиху, чтобы сжечь немного калорий, а ещё потому, что её слишком давно не осеменяли.
— Люблю тебя, — тепло шепчу я и целую её в губы, пока мой Член пульсирует, извергая в неё длинные струи.
— Я… я тоже… тебя люблю… Вольфи… — слабо шепчет она, переводя дыхание. Но затем Аой приступает к уборке, и крольчиха снова громко стонет, пока опытная пожирательница кисок и спермы очищает её изнутри.
После обеда мы расходимся по своим делам и отправляем Осарию готовить «сюрприз» на вторую половину дня, но Алисса и Теа остаются со мной. Моя лисья жена хочет быть рядом из-за своего благословения, однако также собирается практиковать Иллюзию и магию Ноктюрны вместе с лисицей-кандидаткой в наложницы. Поэтому обе составляют мне компанию, пока я снова упражняюсь в Гуманоидизации.
Интерлюдия — Лина
Придётся признаться, пока они не начали меня дразнить: я немного расстроена, что Теа не смогла довести меня до оргазма. Я понимаю, что так быстро заставить меня кончить могут только Вольфи, Сиэль и жёны-сёстры, но всё же. Я ведь подарила ей оргазм, а взамен не получила ничего.
— Тогда хочешь, чтобы я тебя довела? — буднично предлагает Аой, широко оскалившись.
Я чувствую дрожь, когда её огромная драконья голова приближается и заставляет меня ощутить себя маленькой… ну, ещё меньше обычного. В драконах есть нечто особенное, отчего я чувствую себя в безопасности под покровом их огромных крыльев… а драконий член Вольфи, вонзающийся в меня, — всего лишь приятное дополнение.
Но я отвлеклась, поэтому признаюсь в настоящей причине своего разочарования: — Н-ну… я уже вошла во вкус, поэтому хотела, чтобы это сделала Теа …
Аой понимающе кивает, но всё равно настаивает: — Она сможет довести тебя и в другой раз. Просто трудно сосредоточиться на работе, когда ты неудовлетворена, так что я могу помочь.
Я отвожу взгляд, а в голове одна за другой вспыхивают фантазии. — Да, это правда, — тихо соглашаюсь я и чувствую, как нижние губки снова начинают наливаться жаром.
Вспышка света вновь привлекает мой взгляд, и я вижу, что Аой приняла человеческий облик, хотя её улыбка остаётся хищной, какой бы красавицей она ни выглядела. — Тогда иди ко мне, маленькая Лина, иди в мои объятия, — соблазнительно просит она.
Мне странно видеть Аой такой, потому что я всегда считала её младшей сестрой, но она по-настоящему великолепна, так что её красота вполне соответствует подобному соблазнительному поведению. В отличие от Роксаны, которая не может удержаться и ведёт себя как бесёнок, Аой всегда уже на полпути: она тихая и спокойная, и ей нужен лишь небольшой толчок, чтобы стать настоящей старшей сестрой.
Я немного виновато чувствую себя из-за возбуждения от другой женщины, но Вольфи приучил нас быть распутными, так что ничего страшного, если иногда и вести себя соответственно, правда?
— Можешь поработать и языком? Вольфи постоянно хвалит «Ловкость» твоего языка, — с нетерпением отвечаю я, снимая юбку.
Но Аой просто подхватывает меня длинными руками и поднимает мой таз к своему рту. — Могу, — кратко отвечает она с такой уверенностью, что меня пробирает дрожь. Затем она показывает своё мастерство… и не разочаровывает.
Конец интерлюдии.
М-м-м-м-м!..
Вид настолько потрясающий, что даже Сиэль становится невыносимо возбуждённой. Но знаете что? Я сдержусь и поберегу себя до вечера. Мне ведь предстоит выступить перед публикой, и я хочу показать всем, что я лучший покоритель кисок из всех когда-либо живших.
Это даже помогает с Гуманоидизацией: возбуждение — настолько сильная эмоция, что становится совершенно ясно, какое конкретное желание принадлежит человеку, а какое — дракону. Теперь осталось лишь подавить одно и вызвать другое.
Я отключаю очеловечивающие чары и пытаюсь придать себе человеческий облик, используя только [Мана-тело]. Результаты обнадёживают. Хвост и рога постепенно уменьшаются, пока не исчезают, чешуя втягивается обратно под кожу, которая приобретает почти идеальный розоватый оттенок, а кисти и ступни уменьшаются до обычного размера.
Я почти закончил. Нужно лишь сделать эту трансформацию такой же естественной, как дыхание, и убедиться, что дракон и его клетка остаются скрыты в глубинах моей психики. Но способность должна передаться моим детям, поэтому, полагаю, мне необходимо навсегда изменить себя так, чтобы они могли обращаться к ней естественным образом.
Постоянное и чёткое разделение человека и дракона. Надеюсь, у меня не разовьётся раздвоение личности, хотя, судя по тому, как часто дракон во мне агрессивно берёт верх, я, похоже, уже немного биполярен.
Быть вердраконом внезапно кажется довольно хлопотно, но безграничная энергия дракона облегчает мне возможность оставаться собой. Будто внутри у меня собственный дозатор стероидов.
Так быстро проходит вторая половина дня — и столь же быстро наступает исторический момент сегодняшнего состязания.
Объявление
Зал славы покровителей
Имена покровителей, поддерживающих «Рупегию», будут воспеты бардами, ибо они достойны славы и почёта. Вот их имена:
Принц PreownedFIN.
Принц Owldente.
Принц Definitely not Dio.
Лорд Andrew Meyers.
Лорд Michale Erwin.
Лорд Bakerdea.
Лорд Maurice.
Лорд Mattirro Draca.
Лорд Tenebris Lupus.
Лорд Paul Daval.
Лорд Paul Daval.
Лорд Tmac.
Лорд CopeyDunt.
Лорд BlindTactic.
Лорд litalmexy.
Лорд Philip.
Лорд d3235.
Лорд William Clark.
Лорд SubJef.
Лорд GalacticTNT.
Лорд Placid.
Лорд LiuAnshan.
Лорд Black Unicorn.
Лорд Brandon.
Лорд Duncan Campbel.
Лорд Empyrean.
Лорд Badger.
Лорд School Work.
Лорд Patrick_starz.
Дворянин Salty Panda.
Дворянин Mild Fracas.
Дворянин Aclys.
Дворянин Carl Baxter.
Дворянин Tony Starrk.
Дворянин DND.
Дворянин Tony Starrk.
Дворянин Anon A Moose.