Хорошие дни — Часть 1

Я молча подписываю документы, и Гулам довольно улыбается, успешно развратив меня еще сильнее. Себастьян забирает бумаги, а этот дьявол во плоти спокойно продолжает: «Что ж, готово. Я очень рад, что Нур направил вас ко мне, и для меня большая честь вести с вами дела, мистер Райдер».

Моя мораль давно отправилась на свалку, поэтому я просто вежливо улыбаюсь и отвечаю в тон: «Спасибо, что выбрали меня, и я буду вечно благодарен Нур за то, что он привел меня сюда». Затем во мне берет верх бесстыдство, и я добавляю: «Но есть еще кое-что. Тот шелковый комбинезон — он бывает черного цвета?»

Я ухмыляюсь, и он ухмыляется в ответ. Я так и знал, он — дьявол.

— Себастьян, будьте добры, — спокойно приказывает он.

Старик выходит, а через несколько секунд возвращается с прекрасным черным шелковым комбинезоном и отдает его Алиссе, которая перекидывает его через руку.

Гулам любезно завершает: «Это будет подарком. Если у вас больше нет вопросов, то я откланяюсь».

Я молча качаю головой, едва сдерживая волнение.

— До нашей следующей сделки, мистер Райдер, — прощается он и уходит.

Затем я поворачиваюсь к Ханафурии, и мы смотрим друг на друга несколько неловко долгих секунд. Она «агрессивно» красива, и мне хочется просто утонуть в ее желтых глазах с вертикальными зрачками.

— Можешь переодеться в эту одежду, — сухо командую я, указывая на сверток на столе. Это тот же фасон, что был на Алиссе, когда она уходила, только размер побольше.

Ханафурия даже не колеблется: она без тени смущения раздевается и медленно надевает новую одежду прямо передо мной, и в этот раз я разглядываю ее в свое удовольствие. Первое, что я замечаю — у нее абсолютно нет волос нигде, кроме головы. Затем она наклоняется, демонстрируя мне идеально круглую задницу и половые губы, а когда выпрямляется, ее грудь соблазнительно подпрыгивает, заставляя меня захотеть проверить ее на упругость.

Закончив, она гордо встает передо мной и едва заметно ухмыляется, по-видимому, довольная тем, что мой взгляд блуждает по ней.

Меня охватывает властное настроение, и я уверенно объявляю: «Я Вольф Райдер, а это Алисса, мой первый Кровавый раб. Буду называть тебя Хана для краткости».

— Поняла, Господин, — послушно отвечает Хана. Ее голос звучит мощно, но при этом женственно, и это не противоречит ее пугающей красоте.

Я касаюсь нежной руки моей девушки-лисицы и прошу: «Я пойду домой с Ханой. Алисса, ты сможешь сама купить для нее предметы первой необходимости?»

Она опускает голову и соглашается: «Да, Господин».

Затем мы выходим из здания и расстаемся с ней.

Мы неспешно идем бок о бок, пока я начинаю устанавливать правила: «Хана, я очень привязчив и люблю прикосновения, поэтому, если это не доставляет неудобств, мы всегда должны ходить, держась за руки или обняв друг друга за талию».

Я буду строг и решителен с ней, потому что у меня сложилось впечатление: если я этого не сделаю, она раздавит меня своей доминирующей аурой.

Хана медленно кивает, принимая условия, и вежливо объясняет: «Поняла. Моя чешуя может выглядеть жесткой, но я могу контролировать ее твердость, так что, пожалуйста, не бойтесь прикасаться к ней, Господин».

Я хватаю ее за руку и чувствую изумрудную чешую. Она на удивление мягкая и теплая, так что прикасаться к ней совсем не неприятно. Еще я нахожу аккуратно расположенные круглые чешуйчатые пятна довольно красивыми и подходящими к ее более «дикой» ауре.

Я прошу ее показать, насколько твердой она может стать, и она напрягает руку — чешуйки немного приподнимаются, а затем внезапно становятся твердыми и шершавыми. Я провожу пальцем вдоль края и верю, что они могут резать не хуже лезвия.

— Ты точишь свою чешую? — с любопытством спрашиваю я.

— Да, но хотя они остаются острыми от природы, в бою они могут стать дополнительным оружием, если их еще больше наточить.

Я удивленно поднимаю брови: «Впечатляет».

Она издает красивый, шумный смех: «Ха-ха! Спасибо, Господин».

Я перестаю играть с ее чешуей и переплетаю свои пальцы с ее, затем мы начинаем идти ближе друг к другу, что позволяет мне почувствовать ее легкий парфюм.

Я на самом деле удивлен тем, насколько женственна ее рука. Она большая, но мягкая, пальцы очень тонкие, а ногти ухожены, так что ничто не выдает в ней воительницу.

— Почему твоя рука такая мягкая? Разве твоя кожа не должна быть грубее от постоянных тренировок? — спрашиваю я, стараясь звучать как можно искреннее, чтобы не обидеть ее.

Но она, кажется, рада ответить: «Дракониды могут по желанию делать кожу тверже, не только чешую. К тому же, наша кожа никогда не грубеет, а ногти не ломаются, если мы сами того не захотим».

Я снова удивлен: «Я тебе завидую».

Она издает еще один громкий смех и весело восклицает: «Я и любая другая женщина в мире!»

Мне нравится ее беззаботное отношение; с ней легко разговаривать.

И я с удовольствием продолжаю расспросы: «Твои крылья, они призываются, как у расы демонов?»

Она поправляет огненные волосы за ухом и небрежно отвечает: «В некотором роде. Наши крылья — настоящие, физические, а крылья демонов сделаны из маны. Нашим для полета нужны «Сила» и «Выносливость», а их — «Магическая мощь» и МП».

Я очарован ее расой, поэтому сразу продолжаю: «Понятно. А любой драконид может летать на большие расстояния?»

Она тихо посмеивается, забавляясь моему любопытству, и бросает на меня взгляд: «Есть те, кто может, но они редки. Настоящие драконьи крылья управляют воздухом вокруг себя, а крылья драконидов могут лишь слегка его контролировать. Наши тела просто не созданы для полета, как у истинного дракона».

Тело дракона на самом деле не особо создано для полета, но неважно…

Мы заходим в магазин одежды и покупаем ей несколько красивых повседневных нарядов. Она потрясающе выглядит в прямых платьях, но не так эффектно в платьях с оборками, как Алисса.

Хищный взгляд, который она бросает на меня, демонстрируя одежду, заставляет меня чувствовать всякое, чувак.

— Тебе нравится то, что ты видишь? — дразнит она с ухмылкой и выпячивает грудь. То, как свободное изумрудное платье едва прикрывает ее тело, просто изумительно.

— Очень, — хрипло отвечаю я, а затем ухмыляюсь, когда моя садистская и властная сторона начинает проявляться. — А что ты думаешь обо мне? Я буду наряжать тебя и играть с твоим телом каждый день с этого момента, так что, как думаешь, я буду хорошим господином?

— Я жажду служить тебе, — соблазнительно выдыхает она, не отрывая от меня своих желтых глаз.

Моя ухмылка застывает, и я чуть не давлюсь собственной слюной. — Ч-что? — ворчу я, ошеломленный ее ответом.

Она от души смеется, держась за бока и сжимая свою роскошную грудь: «Ха-ха-ха! Это было действительно неожиданно?»

— Да, разве ты не едва знакома со мной? — спрашиваю я, пораженный ее прямотой.

Она делает шаг вперед, почти втирая свою грудь мне в лицо: «А разве ты не едва знаком со мной, и все же вот ты здесь, говоришь мне, что будешь «играть с моим телом каждый день»?»

Я стою на своем и смотрю ей в лицо: «Туше».

Я немного увлекся.

Но она просто тупо моргает и растерянно бормочет: «Что?..»

Я быстро восстанавливаю самообладание, затем бесстыдно смотрю на ее декольте и объясняю: «Прости, это выражение из моей родной страны. Оно означает «ты меня подловила» или «ты попала в точку».

Она снова от души смеется. Кажется, она много смеется.

Затем она делает еще шаг, и теперь мое лицо в паре сантиметров от того, чтобы уткнуться в ее грудь. — Есть много женщин, особенно среди драконидов, которым нравятся такие маленькие мужчины, как ты, — соблазнительно заявляет она и облизывает губы.

Я снова смотрю на нее, и ее хищный взгляд бросает меня в дрожь. Я даже не буду комментировать «маленьких мужчин».

Но я не позволю запугивать себя девственнице!

Я придерживаюсь образа «Господина» и дерзко парирую: «Если так, то почему ты до сих пор была девственницей?»

Она ухмыляется и отводит взгляд, казалось бы, слегка смущенная, а я наслаждаюсь своей маленькой победой, глубоко вдыхая ее аромат.

Но она быстро берет себя в руки: «По той же причине, по которой никто не покупал меня до сих пор: я не находила никого достойного этого». Затем она морщит нос от отвращения и хмурится. — Высокомерные дворяне или грубые и глупые наемники. Ба! Я знала, что могу найти лучше… — Ее большие ладони обхватывают мои щеки. — И я нашла».

Я начинаю привыкать к ее агрессивности, поэтому спокойно отвечаю: «Ты серьезно считаешь, что я достоин?»

— Я считаю, что ты достоин проверки, — уверенно заявляет она, отпускает меня и делает шаг назад, уменьшая напряжение в моих штанах.

Я озадаченно склоняю голову: «О? А что, если я провалю проверку?»

— У меня достаточно «Силы воли», чтобы разорвать рабство и сбежать, — небрежно отвечает она, затем сбрасывает платье, оставаясь только в маленьком нижнем белье.

— Ого. Впечатляет, — отвечаю я в тон, глядя на нее, и фраза имеет двойной смысл.

Я не чувствую, что должен бояться, что она сбежит. Разрыв контракта не происходит мгновенно, и есть много пространства для маневра между тем, как она решит сбежать, и тем, как она действительно сбежит.

Она берет красное платье и легко надевает его: «Ха! Я знаю! Вот почему я так легко продала себя», — весело заявляет она и дефилирует передо мной.

Стоит ли спросить об истинной причине, по которой она продала себя? Мне кажется, еще слишком рано, но ее характер подсказывает, что она не будет против.

К черту. Спрошу, но хотя бы буду тактичен.

Я смотрю ей в лицо и торжественно спрашиваю: «Это не приказ, так что ты не обязана отвечать, но не расскажешь ли ты мне причину, по которой продала себя?»

Она перестает демонстрировать задницу, поворачивается ко мне, уперев руки в бока, и довольно равнодушно объясняет: «Ну, это неважно. Моя семья была купеческой, но они попали в заговор, и чтобы избежать тюрьмы, у меня был выбор: либо выйти за кого-то замуж, либо стать Кровавым рабом, чтобы я могла отказаться от фамилии».

Были купцами.

— Мне жаль это слышать, — торжественно отвечаю я.

Она пожимает плечами: «Не стоит, мой отец был дураком». Затем в ее тоне проскальзывает нотка гнева. — Он попался в ловушку и занялся преступлениями, чтобы выплатить накопившийся долг, но из-за этого пострадала вся семья. Впрочем, я легко отделалась. Мне сказали, что из меня выйдет отличный Кровавый раб, поэтому я продала себя дешево, чтобы было легче найти Господина, а потом мне оставалось только ждать тебя».

«Дешево»? Если это дешево, я не хочу знать настоящую цену Алиссы.

Какую же скидку на самом деле подготовила для меня Нур?

Я хмыкаю и продолжаю: «Я сделаю перерыв примерно на декаду, чтобы сосредоточиться на изучении магии. Ты не против?»

— Теперь я твоя навеки, Господин, — спокойно подтверждает она и кружится, приподнимая платье и демонстрируя свои стройные ноги, затем бросает на меня отрезвляющий взгляд. — Я буду согласна на все, что ты пожелаешь. Теперь, когда я здесь, возможно, тебе действительно лучше сосредоточиться и на магии. Я слышала, ты сотворил маленькое чудо, исцеляя свою спутницу, так что, похоже, у тебя есть к этому талант».

Я морщусь и отвожу взгляд: «Все слышали о моей битве в деталях?»

Она издает освежающе громкий смех: «Ха-ха-ха! Это город искателей приключений, Господин! Люди здесь живут такими историями! Менестрели могут исказить некоторые детали для пущего колорита, но настоящая история должна быть известна».

Я вздыхаю и снова смотрю на нее, затем она ухмыляется и продолжает соблазнять меня.

В конце концов, она успешно очаровывает меня, и я немного трачусь. Я покупаю ей два платья и пару запасных повседневных вещей, но, к сожалению, сексуального нижнего белья нет, это только предметы роскоши.

По пути домой мы молчим и просто наслаждаемся присутствием друг друга, переплетясь руками и пальцами. Мои мысли блуждают к образу ее обнаженного тела, и я начинаю терять терпение.

Я на самом деле рад, что купил ее. Может быть много причин, почему ее покупка делает меня счастливым, но больше всего — потому что она кажется удивительным человеком.

Мы добираемся до дома к 9:30 утра. Как только мы открываем дверь, Роксана немедленно выходит из своей комнаты, а Алисса прекращает готовку и тоже выходит нас встретить.

— О-о-о. Говорила же, что это будет женщина, — иронично комментирует Роксана, изучая Хану, как анализируют прекрасную статую.

Я прочищаю горло и представляю их: «Что ж, это Ханафурия, для краткости Хана. Ханафурия, это мисс Роксана, спутница».

Хана смотрит на Роксану, затем на меня, снова на Роксану и ухмыляется.

Что?..

— Приятно познакомиться, мисс Роксана. Похоже, отныне я буду вашим щитом, — хрипло отвечает она на приветствие, затем берет руку Роксаны и нежно целует ее.

Голос Роксаны поднимается на октаву, когда она смеется по-дамски: «Хо-хо-хо, я уже чувствую себя в безопасности. Рада встрече, мисс Хана».

Огненная воительница отвечает с достоинством: «Нет нужды использовать почетные титулы для меня, я всего лишь рабыня Великого Райдера».

А суккуб кокетливо отмахивается рукой: «Чепуха. Мистер Райдер едва ли обращается с мисс Алиссой как с рабыней, так что нет нужды обращаться с вами иначе».

— Тогда я с радостью принимаю это, — вежливо заявляет она с поклоном.

Я смотрю на Хану в благоговении.

Черт возьми, эта женщина величественна.

— Прошу прощения, мне нужно вернуться к работе, — застенчиво объявляет Роксана, затем возвращается в свою комнату, соблазнительно покачивая бедрами и тонким черным хвостом.

Пока мы с Ханой смотрим ей вслед, Алисса подходит ко мне.

— Господин, я купила больше той ткани которая может подойти Хане, — нетерпеливо шепчет она мне на ухо.

Ну вот, ты дождалась.

— Отдай их мне. Мы будем наверху до обеда, — сурово заявляю я, чувствуя, как кровь снова приливает к низу.

— Как пожелаете, Господин, — послушно отвечает она и кланяется, но я вижу озорную улыбку на ее красивом лице.

Затем я поворачиваюсь к великолепной красавице рядом со мной: «Хана, подождем до вечера?» — хрипло спрашиваю я с многозначительной ухмылкой.

Она замечает мой растущий бугорок, и ее вертикальные зрачки расширяются от возбуждения: «В этом нет нужды, правда?» — отвечает она в тон.

Я хватаю ее за руку и веду в нашу комнату. Как только мы входим, она немедленно направляется к кровати, а я запираю дверь.

Она садится и ждет, поэтому я подхожу к ней, хватаю за подбородок и притягиваю в глубокий поцелуй.

С ее стороны нет никаких колебаний. Она принимает мои губы, и мы делимся нежными поцелуями, но она становится нетерпеливой, ее язык размыкает мои губы, и она жадно исследует мой рот.

Я обнимаю ее тело, но она обнимает меня в ответ крепче, прижимая мою грудь к своим большим, упругим горам, и я замечаю, что они намного тверже, чем у Алиссы. Это из-за особой кожи драконидов?

Мои руки исследуют ее мускулистую спину, но затем я перемещаю их вперед и сжимаю обе груди. Она тихо стонет у меня во рту, а затем издает смешок.

Но одних прикосновений недостаточно. Я отстраняю ее, прерывая поцелуй, и отчаянно задираю ее рубашку.

Не говорите США, но я нашел два оружия массового поражения.

Ее ареолы темнее, чем слегка загорелая кожа, и я нахожу их почти неотразимо сочными, но соски уже стоят, умоляя, чтобы их ущипнули, поэтому я немедленно иду на компромисс и щипаю один, пока лижу другой.

Она снова стонет, ее низкий голос делает это похожим на рычание, затем она хватает меня за волосы и тянет к своей груди, прося большего, поэтому я слегка кусаю ее, и она вскрикивает от удивления.

— Ах~…! Это… это так хорошо… — шепчет она с тяжелым дыханием.

— Ты когда-нибудь трогала себя так? — дразняще спрашиваю я и продолжаю сосать.

Ее сильные пальцы пробегают по моим волосам и массируют кожу головы: «Ха-ха, мои соски никто не трогал до тебя».

Я кусаю другой сосок, и она восхитительно стонет: «Тогда я научу тебя многому сегодня», — успокаивающе шепчу я и целую ее грудь, затем толкаю ее вниз и тянусь к ее ремню.

Она поднимает голову и смотрит на меня своим хищным взглядом, пока я стягиваю с нее штаны, и замечаю, что на ее трусиках уже есть мокрое пятно.

Иисус, насколько же ты нетерпелива?

Она сбрасывает сапоги, затем я снимаю с нее штаны, и она немедленно раздвигает ноги, представляясь мне как аппетитное блюдо.

Я нежно оттягиваю ее трусики в сторону, обнажая ее липкие половые губы, затем накрываю их ртом и проникаю в нее своим указательным пальцем.

— Да…! — выдыхает она, когда ее ноги дрожат от желания.

Я смакую кисловатый вкус ее возбуждения, медленно водя языком между ее губ, поднимаясь вверх, пока не достигаю маленького бугорка ее клитора.

Она извивается и громко стонет в ответ, затем хватает меня за голову и толкает ее дальше, пытаясь заставить мой язык проникнуть глубже. Кажется, ей нравится грубо и интенсивно.

Я двигаю пальцем в ней и из нее, и ее голос становится громче. Ее стоны ниже по тону, чем у Алиссы, но они ничуть не менее сексуальны. Каждый стон женщины — это просто идеал.

Я не тороплюсь увеличивать скорость движений, просто чтобы убедиться, что она понимает, кто здесь главный. Но через пару минут я загибаю палец вверх в поисках священной точки, и нахожу ее довольно быстро.

Она внезапно перестает стонать и отпускает мою голову, давая понять, что я попал точно в цель, затем начинает дрожать и вцепляется в простыни.

Я тру пальцем о слегка шершавое пятно, и она начинает кричать от удовольствия, а мой рот становится все влажнее, так как она выделяет еще больше похотливых жидкостей.

Теперь мой язык полностью сосредоточен на ее клиторе, пока я играю с ее точкой G, и она внезапно снова обретает голос.

— ААХН~…! ДА…! ДА…! — кричит она в экстазе, ее сильные бедра дрожат, когда она изо всех сил старается не раздавить мою голову.

Но вскоре она достигает пика, и мощный оргазм овладевает ее телом. Ее внутренности сжимаются, и тело содрогается, поэтому я обнимаю ее за талию и держусь. Я подарю ей лучший оргазм, который у нее когда-либо был!

Я купаюсь в славе своей победы, наслаждаясь тем, как превратил эту гордую воительницу в дрожащую груду плоти, но через долгие секунды ее голос начинает стихать, поэтому я уменьшаю интенсивность движений, чтобы соответствовать ей, и ее тело внезапно обмякает.

Я отпускаю ее и замечаю, что мой палец теперь покрыт небольшим количеством белого крема от ее кульминации, поэтому я слизываю его, пока жду, чтобы она перевела дыхание.

— Что… это… было… — бормочет она, широко открыв глаза от изумления.

Два удара, два гола.

Я самодовольно объясняю: «Я играл с твоей «точкой G», которая, как видишь, является величайшей слабостью женщины».

— Это… — она пытается говорить, но у нее совсем нет слов, поэтому я подползаю к ней и мы оказываемся лицом к лицу.

— Ну что ж… — соблазнительно шепчу я и целую ее чешуйчатую щеку. — Время для основного блюда».

Ее пугающая ухмылка начинает возвращаться, что является для меня знаком, что нужно продолжать, пока она не попыталась взять ситуацию под контроль.

Я достаю кусок ткани из своего «Инвентаря» и подкладываю под нее, затем стягиваю штаны и демонстрирую свой твердый член.

Она смотрит на него с предвкушением и виляет бедрами в мою сторону, но как только кончик касается ее входа, я хватаю ее за талию и удерживаю на месте.

Она смотрит на меня с ожиданием, но я на мгновение замираю, чтобы полюбоваться видом. Дикая, мощная, свирепая, большегрудая, рыжая красавица прямо передо мной, почти умоляющая быть выебанной.

И она вся моя. Она моя… собственность.

Я был полностью развращен.

Я тру покрасневшую головку своего члена о ее вход, и она дергается, но затем она начинает восхищаться моей предсеменной жидкостью, смешивающейся с ее похотливыми соками.

Я снова дразню ее и начинаю проталкивать его внутрь, но затем вытаскиваю и дразню еще немного, прежде чем войти глубже. Я буду проникать в нее понемногу.

Но у нее другие планы.

Она внезапно сердито хмурится и хватает меня за бедра, нетерпеливо выкрикивая: «Ты слишком много дразнишься!» Затем она тянет меня, и я легко вхожу.

Я тихо посмеиваюсь, но затем приятное тепло ее внутренностей охватывает меня, и мы стонем в унисон.

Мое проникновение останавливается из-за некоторого сопротивления, но она просто тянет меня сильнее, и мы разрываем ее девственную плеву. Она морщится от боли, поэтому я накладываю [Регенерацию] на нее.

— Что? Ты исцеляешь меня? — ворчит она в замешательстве.

Я тепло улыбаюсь и обхватываю ее щеку, отвечая: «Тебе не нужно чувствовать боль. К тому же, я могу держать это заклинание постоянно, чтобы помочь тебе приспособиться ко мне».

— Мне нравится боль, — вызывающе рычит она, глядя мне в глаза.

О-о~? Тогда не обессудь!

Я вытаскиваю, накладываю [Очищение] на нас, чтобы смыть кровь, затем немедленно снова толкаюсь со всей силой. Она отпускает мои бедра, закрывает глаза и стискивает зубы, пока я причиняю ее киске восхитительно болезненное удовольствие.

Я проникаю в нее грубо, снова и снова, наши бедра громко шлепают друг о друга, и она извивается и ворчит с каждым толчком.

Я притягиваю ее талию ближе к краю, и она бросает на меня озадаченный взгляд, но теперь у меня есть правильная опора, чтобы дать ей то наказание, которого она хочет.

Я возобновляю толчки с новой яростью, ворча от восторга, пока мой садизм доставляет мне сладкое-сладкое удовольствие, затем ее челюсть отвисает, а голос исчезает.

Она кладет голову на кровать и тяжело сглатывает, пытаясь восстановить самообладание. Сильный и гордый, нерушимый щит нашего отряда в данный момент извивается, пока ее непокорность неуклонно рушится под моими руками и членом.

Она бросает на меня взгляд, ее глаза полны благоговения, хищный взгляд и властная аура теперь не более чем шутка. Она знает, кто здесь настоящий мужчина, кто настоящий Господин.

— Сильнее… — тихо выдыхает она, и я вопросительно поднимаю бровь.

Ты серьезно?

— Сильнее…! — шипит она, внезапно снова обретая силы.

Я фыркаю и замедляюсь: «Знаешь что, секунду…»

— Что? — рычит она, злясь, что я не даю ей того, чего она хочет, но затем бросает на меня озадаченный взгляд, когда я открываю свои «Статы» и перераспределяю очки.

Я вкладываю десять в [Усиленную выносливость], десять в [Усиленную силу], десять в [Усиленную сексуальную выносливость], и это позволяет мне вложить только одно в [Усиленный контроль гениталий].

Я закрываю окно и садистски ухмыляюсь: «Ты, черт возьми, сама напросилась», — хрипло шепчу я.

Затем я хватаю ее за талию и толкаюсь изо всех сил.

— ААААХН~…! — кричит она, но это быстро переходит в стон, затем она крепко обнимает меня и впивается ногтями в мою кожу.

Она дает мне очень устойчивую точку опоры, чтобы просто выплеснуть весь свой гнев в ее киску через дикий, неконтролируемый, грубый секс. Но ее ногти впиваются так глубоко, что я на самом деле получаю очко урона HP; должно быть, она заставляет меня кровоточить.

Эта позиция удивительна с ней. Мы дышим почти в унисон, смешивая наше горячее дыхание, и тремся нашими потеющими телами друг о друга для максимального проникновения. То, как она стискивает зубы при каждом толчке, подпрыгивание ее большой груди и то, как напрягаются ее мышцы пресса вместе со сжатием внутренностей — все это выглядит потрясающе. Почти жаль менять позицию, но я хочу утвердить свое доминирование, заставив ее прогнуться для меня.

Я поворачиваю ее на бок и трахаю, обнимая за мускулистую ногу, затем заставляю встать в позу догги-стайл и разрушаю ее киску, сжимая ее прекрасную задницу.

Затем я обнимаю ее сзади, взбираясь на нее, как животное, но я все еще не удовлетворен.

Я хватаю ее за ноги и раздвигаю их, затем поднимаю ее вместе с собой в стоячую позу наездницы, заставляя меня так сильно желать, чтобы у нас было зеркало.

Она высокая и тяжелая, поэтому, хотя эта позиция удивительна, я вскоре бросаю ее обратно на кровать, затем снова взбираюсь на нее и тяну за волосы, как за поводья.

То, как ее киска сжимается на моем члене, говорит мне, что ей это нравится, поэтому я прижимаю ее шею вниз и выгибаю позвоночник назад, заставляя ее выпятить задницу ко мне, насколько она может, и это позволяет мне проникнуть так глубоко внутрь, что даже я чувствую себя потрясающе.

Но она принимает это так хорошо, что я начинаю чувствовать желание злоупотребить ею еще больше, и просто долбить сильнее будет недостаточно. Я беру ее в удушающий захват, и это заставляет ее мгновенно кончить, выделяя жидкости повсюду и увеличивая количество крема, покрывающего мой ствол.

Я использую тело Ханы как хочу, делая все хардкорные вещи, которые не мог делать с Алиссой. Я шлепаю ее по заднице, пока она не становится красной, как ее волосы, я впиваюсь ногтями в ее кожу и толкаюсь изо всех сил, я кусаю ее за спину, чтобы оставить свой (очень краткий) след, я сильно тяну за волосы и изгибаю ее тело, чтобы сделать ее еще более сексуальной для меня.

К сожалению, все хорошее должно закончиться и я чувствую, что моя выносливость наконец начинает снижаться, поэтому я снимаю [Усиленную сексуальную выносливость], и мои яйца немедленно чувствуют, что готовы взорваться.

После нескольких последних толчков я извергаю самый большой объем семени, который когда-либо делал, прямо внутрь нее. Мой член просто качает струю за струей в течение долгих секунд, и все мои мышцы напрягаются от удивительного оргазма, но затем удовольствие быстро утихает.

Я шлепаю ее по заднице и толкаю на кровать, затем она просто обмякает, ее изнасилованная, покрасневшая киска медленно течет от моего массивного выстрела.

Дракон был укрощен.

Она остается неподвижной долгое время, раскинувшись, как использованная кукла, но она также лежит лицом вниз, что беспокоит меня, поэтому я переворачиваю ее.

Ее глаза просто остекленели, с полным отсутствием фокуса, пока она хватает ртом воздух, поэтому я просто сажусь рядом с ней и глажу ее гривоподобные волосы, пока она не возвращается.

Она медленно берет дыхание под контроль, и ее глаза снова начинают фокусироваться, затем она замечает меня, и мы улыбаемся друг другу.

Я наколдовываю немного воды в чашку и предлагаю ей. Она остается неподвижной пару секунд, затем собирает достаточно энергии, чтобы слабо сесть и выпить ее.

— Я, может быть… неопытна… но это… не было нормально… — хрипло заявляет она.

— Да, можно сказать, я немного особенный, — самодовольно отвечаю я.

Она тихо посмеивается, затем кашляет: «Если ты будешь делать это… каждый день… я умру».

Я издаю очень забавный смех: «Ха-ха-ха, нет, я не могу делать это каждый день. Просто ты сама напросилась».

Она прочищает горло: «Безусловно» — и тоже смеется.

Мы молчим некоторое время, просто купаясь в послевкусии потрясающего секса, но затем я оцениваю нашу ситуацию. Наши тела потные и воняют сексом, простыни нужно стирать, а ткань, которую я подложил, имеет довольно значительное пятно крови, даже несмотря на то, что я использовал [Очищение]. К счастью, ее внутренности довольно устойчивы, так что мой член не выглядит как орудие убийства.

Я ложусь рядом с ней и использую ее грудь как подушку, затем она начинает гладить мои волосы так же, как я делал это с ней.

Затем я вслух удивляюсь: «Твоя грудь довольно твердая и упругая; это из-за твоей кожи драконида? У Алиссы она намного мягче и податливее».

Она успокаивающе отвечает: «Не знаю. Мне нужно будет потрогать ее грудь, чтобы сравнить».

И мне в голову приходит развратная идея.

— Хотела бы ты потискать женщину? — спрашиваю я с многозначительным тоном.

— Хм? У меня нет особого желания делать это, — рассеянно отвечает она.

— Но ты не чувствуешь отвращения к этой идее?

— Хмм~… нет. — И я знаю, что она ухмыляется, просто по ее тону.

— Ты бы поцеловала Алиссу, если бы я попросил?

Она хрипло шепчет мне на ухо: «Если бы это порадовало тебя».

Хо-хо-хо, Рождество пришло дважды в этом году. Этот ответ почти заставляет мой член снова встать, но адреналин заканчивается, поэтому мои мышцы начинают жаловаться.

— Ты не чувствуешь стыда от того, что ты такая развратная? — дразняще спрашиваю я ее.

И она отвечает без колебаний: «Конечно, чувствую, но я не позволяю этому мешать тому, чего я хочу».

Я хватаю одну из ее рук и целую ее: «Твоя прямота довольно очаровательна».

Она усиливает массаж кожи головы своими сильными пальцами: «Ха! Спасибо, но я знаю, что у меня есть две другие вещи, более очаровательные, чем это». Затем она хватает мою голову и прижимает ее к своей груди.

Я просто закрываю глаза и наслаждаюсь массажем груди, но затем поворачиваюсь и начинаю ласкать этих монстров, слегка дразня ее чувствительные соски. Она снова начинает немного возбуждаться, но ее киска все еще болит, поэтому я перестаю мучить ее.

В конце концов, наши силы возвращаются, и я говорю ей, что нам нужно принять ванну, затем мы выходим из комнаты, но Алисса немедленно подходит к нам.

— Ванна готова, Господин, — послушно докладывает она.

— Как предусмотрительно. Спасибо, Алисса, — любезно хвалю я ее, затем она отвечает очаровательной улыбкой и кланяется.

Кланяться, впрочем, не обязательно.

— О, какая приятная ванна. Мы могли бы залезть все вместе, — весело замечает Хана.

И я решительно подтверждаю: «Я определенно буду купаться с вами и Алиссой, когда смогу».

— Какая роскошь.

— Поблагодари Роксану. Ее магия делает принятие ванны чем-то тривиальным».

Она ухмыляется и трогает мою задницу: «Обязательно поблагодарю».

Я не позволю ей меня отпегнуть, так что это все, что она себе позволит.

Я трогаю ее задницу и толкаю ее вперед, затем начинаю мыть ее, а потом она помоет меня.

Я деликатно намыливаю ее чешую. Во время мытья ее нужно закалять, поэтому я должен быть осторожен, чтобы не порезаться. Хана, кажется, забавляется тем, что о ней заботятся, но не пытается меня остановить. Не так должны выглядеть обычные отношения Господина и Рабыни, но, похоже, никого из нас это не волнует.

После того, как ее восхитительное и мускулистое тело идеально вымыто, я позволяю ей заняться мной, но она очень груба, поэтому я держу ее подальше от своих чувствительных частей. Однако ее глаза, кажется, прикованы к моему члену, поэтому, намылив его, я позволяю ей потереть меня один раз, и она доводит меня до оргазма в рекордные сроки.

Затем мы отмокаем в теплой воде, но недолго, потому что нам нужно помочь Алиссе готовить.

Полудекада сегодня сменилась, так что еда тоже должна измениться. Моя услужливая девушка-лисица пробовала несколько рецептов, пока мы трахались, и остановилась на чем-то интересном: пирог с мясом орка с не-пальмовым сердцем и не-кукурузой. Также есть много салата и бобовая паста на поджаренном хлебе.

Освежающе есть что-то настолько сложное, и теперь, когда у нас есть кухня, мы можем готовить такие блюда постоянно.

Хана садится на стул и ворчит: «Уф».

Я касаюсь ее руки и бросаю обеспокоенный взгляд, накладывая [Регенерацию]. — Тебе больно? Ты всегда должна говорить мне, если это так; нет нужды терпеть боль, когда я могу исцелить тебя немедленно, — любезно умоляю я.

— Это не должно быть обузой, но я не привыкла к боли в том месте, — многозначительно отвечает она и подмигивает мне.

Роксана ухмыляется, а Алисса бросает на меня обеспокоенный взгляд, заставляя меня вздохнуть.

Я прочищаю горло и устанавливаю правила: «Даже если это терпимо, ты всегда должна говорить мне». — Я хватаю ее за руку, чтобы показать, насколько я серьезен. — «Вот, позволь мне сказать тебе то же самое, что я сказал Алиссе. Боль истощает твою ментальную выносливость, утомляя тебя легче, что делает более вероятным твою гибель в бою. Если ты умрешь, это будет пустой тратой моих денег, пустой тратой такой сильной спутницы, как ты, и мои чувства будут глубоко задеты, потому что я не из тех, кто просто относится к тебе как к инструменту. Вот почему нам нужно, чтобы ты была счастлива и хорошо отдохнула: ты должна всегда быть на высоте, чтобы не умереть и не разочаровать меня».

«Я дам тебе два правила: первое — «не умирай», потому что я не хочу, чтобы ты жертвовала собой ради меня, и второе — «давай никогда не попадать в ситуацию, где кто-то должен умереть», чтобы тебе даже не пришлось думать о самопожертвовании, если мы вообще не попадем в такую ситуацию. Теперь ты понимаешь свою ценность для меня?»

Роксана и Хана тупо смотрят и удивленно поднимают брови, в то время как Алисса неоднократно кивает в знак согласия.

Роксана воркует и соглашается: «Хо~, полагаю, именно поэтому Алисса так предана». И я начинаю чувствовать смущение.

— Очевидно… — мурлычет Алисса.

Затем Хана внезапно кланяется и страстно восклицает: «Я-я понимаю, Господин. Я всегда буду показывать свои лучшие результаты ради тебя!»

Я неловко улыбаюсь и киваю, затем мы наконец начинаем есть.

— Господин, простите за мое неподобающее поведение, но у вас есть алкоголь? — робко спрашивает Хана, но вопрос, кажется, раздражает Алиссу.

— Рабыня не должна просить о таком! — отчитывает она младшую рабыню.

Но я успокаиваю ее: «Я не против, Алисса. Я не пью, поэтому у меня нет алкоголя, но я могу купить его для тебя, если хочешь. Только не пей слишком много, я не люблю иметь дело с пьяными людьми».

Роксана радостно признается: «А, в ледяном ящике есть немного вина. Я была так занята работой, что давно ничего не пила». Затем она бежит на кухню, чтобы забрать его.

«Ледяной ящик» — это творческое название, которое люди в этом мире дали холодильнику.

Хана улыбается и небрежно замечает, наблюдая за уходом Роксаны: «Мне трудно опьянеть от человеческого алкоголя из-за моей «Выносливости», но я все равно люблю выпить время от времени».

— Ну, тогда я не против, — хмыкаю я.

Роксана быстро возвращается с бутылкой, затем разливает для Ханы и себя, и они обмениваются улыбками.

Они бросают на Алиссу и меня вопросительный взгляд, но никто из нас не хочет пить, поэтому они просто кивают друг другу и осушают свои бокалы.

Роксана пьет медленнее, в то время как Хана просто выпивает все залпом, затем рыжая женщина-дракон поднимает пустой бокал и восклицает: «Семь месяцев скуки, семь месяцев ожидания кого-то достойного, наконец-то закончились! Я чувствую себя заново рожденной!»

— Учитывая послужной список мистера Райдера, нам не будет скучно долго, — тихо заявляет Роксана и бросает на меня озорной взгляд.

— Но что мы можем убить такого, что превзойдет Символ Ненависти? — спрашивает Хана с опасным блеском в глазах.

Роксана отпивает вино и небрежно предлагает: «Всегда есть древние драконы».

Хана откидывается на спинку стула и расслабляется: «О-о~, вот это мечта каждого драконида».

Дерзкая демоница подается вперед и взволнованно делится: «А, я слышала, что последняя экспедиция в Город Проклятых снова провалилась». Затем она хлопает кончиками пальцев, как глупый счастливый тюлень.

Хана скрещивает руки, глубоко задумавшись, также сжимая свою массивную грудь: «Хм… нежить — интересный враг. Я никогда не сражалась с такой, но как убить то, что никогда не умирает?»

Роксана пожимает плечами: «Не знаю. Хотя можно использовать их для битвы на выносливость».

— Похоже на то. Это был бы идеальный враг, чтобы бросить себе вызов».

И суккуб нежно кладет руку на мускулистую руку девушки-дракона: «А, мы могли бы просто собрать их всех в одном месте, а потом я взорву их всех! Хо-хо-хо, — смеется она как злая одзё, — нет способа, которым они оживут, если нечего оживлять».

— Ты можешь что? — озадаченно спрашивает Хана, и Роксана объясняет, как работает [Взрыв]. — Алмазная чешуя дракона! Это потрясающе!

— Конечно, я потрясающая, — самодовольно отвечает Роксана, и обе громко посмеиваются.

Алисса кажется довольно впечатленной этим обменом мнениями, но мне не по себе от этих возмутительных идей и опасных слов.

Хотя я с нетерпением жду, насколько более оживленными будут наши трапезы отныне.

После того, как все закончили, Алисса убирает со стола, а Роксана возвращается в свою комнату.

Мне не терпится взглянуть на вкладку «Спутники» Ханы, поэтому я зову ее: «Хана, иди в нашу комнату. Я должен объяснить тебе кое-что о нашей командной работе».

— Поняла, Господин, — весело отвечает она и следует за мной.

Мы садимся на кровать, затем я открываю окно ее статов.

Отчет о навыках Ханафурии

Физические

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Владение мечом

19

Владение копьем

14

Владение луком

9

Владение двуручным мечом

9

Владение древковым оружием

6

Владение кинжалом

4

Удар щитом

6

Блок

7

Парирование

6

Уклонение

4

Стиль Татэсому

3

Мышечный взрыв

4

Восприятие поля боя

2

Насмешка

3

Запугивание

2

Усиленные рефлексы

2

Усиленная выносливость

4

Усиленная сила

2

Усиленная стойкость

4

Магические

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Чувство маны

1

Контроль маны

1

Магия света

1

Магия огня

1

Пространственная магия

1

Магия призыва

1

Разное

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Домоводство

2

Кулинария

1

Уборка

1

Стирка

1

Верховая езда

3

Преобразование боли

1

Разделка

4

Огненное дыхание (врожденное)

5

Призыв крыльев (врожденное)

4

Информация

Имя

Ханафурия

Возраст

23

Раса

Драконид огненного типа

HP

100

MP

28

Магическая мощь

10

Уровень

35

Статы

Сила

19

Стойкость

24

Ловкость

10

Скорость

13

Интеллект

8

Мудрость

9

Сила воли

19

Харизма

16

Благочестие

11

Восприятие

9

Рассудок

17

Другое

Статусные эффекты

'НЕТ'

Титулы

'НЕТ'

Принадлежность

'Вольф Райдер (Господин)'

Спутники

'НЕТ'

Преступления

'НЕТ'

Вот это статы… но может ли ее «Харизма» влиять на меня? Я действительно привязался к ней подозрительно быстро.

Эх, неважно…

Я рассказываю ей свою ложь о «Проводнике», и она отвечает возбужденной ухмылкой, но затем подается вперед, наши носы почти соприкасаются, и она медленно шепчет соблазнительно: «Похоже, теперь у меня нет пути назад, Господин. Я выйду за тебя замуж и рожу твоих детей. Все, что ты пожелаешь, я дам тебе. Это слишком хороший подарок, чтобы упустить его».

Не нужно быть такой нетерпеливой…

Я прочищаю горло, чтобы дать себе время набраться храбрости, затем похлопываю ее по чешуйчатой щеке и спокойно шепчу в ответ: «Я тоже тебя никуда не отпущу».

Я озаряю ее улыбкой, и она внезапно крадет мои губы, снова выводя меня из равновесия, затем соблазнительно ухмыляется и обвивает мою талию рукой, выпрямляясь.

Я вздыхаю от ее бесконечного рвения, затем начинаю расспросы: «Теперь, что такое [Преобразование боли]».

Она морщится и на мгновение отводит взгляд: «Ну… [Преобразование боли] — это то, что я приобрела однажды после долгого… долгого дня сражений. Я могу использовать его, чтобы чувствовать удовольствие от боли, но я все равно чувствую боль».

Я тупо моргаю: «Что…»

Но она просто пожимает плечами, ухмыляясь.

Боже, женщина… ты можешь быть нормальной хоть на секунду?!

Я массирую лоб, иронично бормоча: «Полагаю… это объясняет некоторые вещи…»

И она неловко смеется: «Ха-ха-ха, полагаю, да». Затем хлопает меня по спине.

Но мне в голову приходит идея.

Я смотрю ей в глаза, и улыбка медленно расползается по моим губам, когда я осознаю: «Погоди, нет, это на самом деле хорошо. Я могу злоупотреблять тобой как хочу, и ты будешь наслаждаться этим».

Она остается неподвижной и выдерживает мой взгляд, позволяя моим словам дойти до нее, затем медленно облизывает губы…

О боже, мое сердце.

Я хватаю ее за бедро и останавливаю это, прежде чем мы снова начнем трахаться: «Погоди, мы должны остановиться здесь, мы отвлекаемся. Дела прежде всего. В любом случае, почему у тебя сто пятьдесят HP, а у меня только сто?»

Она стискивает зубы от раздражения, но через короткий момент, кажется, берет свои дикие наклонности под контроль, затем принимает более задумчивое выражение: «Хм, насколько я понимаю, HP — это лишь свободное представление человеческого «здоровья», в то время как дракониды обладают гораздо большей устойчивостью, чем вы люди, и мы также можем сражаться с ранами, от которых любая другая раса упала бы в обморок, поэтому система говорит, что у нас больше HP».

— Ого, похоже, твоя раса действительно сильна, — небрежно замечаю я, на самом деле впечатленный.

Она выпячивает грудь и бьет себя кулаком в нее, восклицая: «Черт возьми, да! Дракониды — самая стойкая раса и лучшие воины! Только дворфы могут соревноваться в стойкости, а зверолюди-псы — как лучшие солдаты».

Ее уверенность заразительна и заставляет меня улыбнуться.

— Но… мы вроде как ужасны во всем остальном, — поспешно добавляет она, неловко почесывая чешуйки на изумрудной щеке.

Я издаю короткий смешок и перехожу к следующему: «Следующий, что такое [Стиль Татэсому]?»

— Это мой боевой стиль. Он вращается вокруг ударов, контратак и обмена моих более высоких HP и выносливости, чтобы подавить врага».

Я мало что знаю о боях, чтобы сделать какой-то глубокий комментарий на эту тему, но для меня она действительно звучит как танк.

Я просто продолжаю: «Хм… что такое [Насмешка]?»

— Я могу выкрикивать проклятия врагу, чтобы разозлить его и переключить его внимание на себя. Я использую это, чтобы монстры не атаковали магов или лучников, но это также иногда работает на гуманоидах, я думаю».

Ого, здесь тоже есть управление аггро. Также, полагаю, именно поэтому ругань на пауков сработала.

— А как насчет [Запугивания]?

Она тихо фыркает: «Это навык, который я не могу по-настоящему контролировать. Он просто заставляет людей бояться меня, если я раздражаюсь, но это довольно полезно, потому что эти два баллона заставили слишком много мужчин влюбиться в меня». — Она небрежно тискает свою грудь. — «Так что, полагаю, я развила этот навык после того, как раздавила достаточно яиц».

О~к~ей… я не хочу слышать эту историю.

Я прочищаю горло и быстро продолжаю: «Хорошо, следующее, [Восприятие поля боя]?»

— Это помогает следить за другими людьми, даже когда я стою к ним спиной, но это не работает хорошо, когда я не могу видеть человека, например, если он за стеной. Моей работой было сопровождение, поэтому я особенно чувствительна к тому, когда другие люди в опасности».

Звучит интересно. Почти как шестое чувство, но, возможно, оно использует периферийное зрение, так как не может видеть сквозь стены. Я должен добавить это в свою сборку позже, когда будет место.

— Ты говоришь, что твои крылья физические, но [Призыв крыльев] — это заклинание? — спрашиваю я в замешательстве.

— Ну, требуется немного маны, чтобы вырастить и использовать крылья, но это все еще в основном выносливость».

— Хорошо. Итак, какие навыки ты хочешь улучшить своими свободными очками?

Она отворачивается, чтобы подумать, и ее рука на моей талии начинает блуждать по моей спине, щекоча меня.

Через добрую минуту она внезапно кивает и отвечает: «Раздели их между [Владением мечом] и [Блоком]. Это мои самые полезные навыки, чтобы помочь тебе».

Я тепло улыбаюсь и похлопываю ее по бедру: «Хорошо, это все на данный момент. Опять же, это секрет, и даже Роксана не знает об этом, хотя в какой-то момент, думаю, я скажу ей».

Она одаривает меня яркой, уверенной улыбкой: «Без проблем, Господин. Я унесу это в могилу».

Я чувствую, что должен исправить ее рвение умереть, но затем вспоминаю кое-что: «А, полагаю, ты еще не знаешь, но несколько дней назад я получил благословение от Богини Знаний. Вот почему я решил поступить в университет сейчас».

Она обнимает меня и радостно мурлычет: «О~! Еще одна причина, почему выбор тебя был хорошей идеей».

Я пожимаю плечами и зарываюсь головой в ее грудь. Я не собираюсь отказываться от гарема, одобренного богом.

Когда наступает час дня, я надеваю свою дорогую одежду. Пора идти в магический университет. Мы купим снаряжение Ханы и зарегистрируем ее завтра, потому что мне слишком не терпится поискать информацию о [Големантии].

Я поеду туда на Алиссе, пока Хана останется дома, так что она уберет дом и немного потренируется.

Но перед уходом мы отдаем последний кусок шоколадного торта Хане, и на мгновение хищная женщина исчезает, замененная улыбающейся маленькой девочкой с рыжей гривой.

Очаровательно.

Затем я взбираюсь на свою пушистую лисицу, и нам требуется всего несколько минут, чтобы добраться до университета.

Трудно не заметить вход, потому что над ним есть металлическая арка со светящимися золотыми словами «Магический университет Рабанары», написанными грекоподобным алфавитом Андрасте. Затем мой взгляд привлекают светящиеся символы по обе стороны ворот — посох из лозы с драгоценным камнем в форме триллиона наверху.

Почему все магическое должно светиться…?

Серые кирпичные стены довольно высокие, скрывая все остальное, поэтому я смотрю за открытые ворота. Прямо впереди величественный прямоугольный фонтан с ритмично бьющей водой. Струи медленно перетекают из одной трубки в другую, и иногда они синхронизируются, создавая красивые узоры в воздухе.

Как только струи проходят через плавающие металлические кольца, они издают милые музыкальные звуки, и мелодия напоминает мне фоновую музыку для сна, которую можно найти на YouTube.

Вдоль кирпичной дорожки, огибающей фонтан, мы видим длинные участки красивых цветов, и случайный ветерок приносит их нежный аромат. Он очень слабый, и я верю, что это намеренно, чтобы вы не устали чувствовать его, приходя сюда каждый день годами.

Вокруг полно студентов, и все они носят простую серую форму, которая напоминает мне британские школы. Иногда мы видим кого-то, летящего на магическом ковре, магическом стуле, магической метле, магической ванне, или просто летящего или парящего вокруг. Мне также любопытно, что никто не перелезает через стену, всегда предпочитая проходить под аркой.

Что самое интересное в студентах, так это ассортимент привлекающих внимание посохов и палочек всех форм и размеров, сияющих, светящихся или нематериальных.

Алисса замечает мое детское удивление и предостерегает: «Большинство этих посохов и палочек — просто дорогие украшения, на самом деле».

Я неловко признаю: «Тогда я доверюсь тебе, чтобы помочь мне заметить мошенников».

И она прилежно отвечает: «Всегда».

После фонтана мы сталкиваемся с широким прямоугольным зданием из белого кирпича, и наши глаза немедленно падают на светящиеся желтые слова «Ресепшн» над входом. Любопытно, что крыша сделана из красочной и богато украшенной черепицы, придающей ей немного причудливый вид.

Мы видим крыши множества других зданий, выглядывающих из-за ресепшена, а вдалеке в небо поднимается толстая, зловещая черная башня. Я бы хотел просто потратить время на осмотр, но мы бы слишком выделялись, поэтому быстро идем дальше.

Охранники выглядят довольно внушительно в своих черных бархатных мундирах, и я замечаю, что у всех них на поясах висят и палочка, и меч.

Мы чувствуем себя слегка неподобающе одетыми для этого места, поэтому робко входим на ресепшн и скованно оглядываемся.

Мы сейчас в большом холле из глянцевого дерева с глянцевой стойкой, за которой сидят несколько сотрудников. Несколько горшечных растений у стен придают этому месту довольно современный вид, хотя.

В зоне ожидания в углу холла сидит несколько человек на удобных на вид стульях или диванах, но их наряды не сильно отличаются от наших, поэтому мы начинаем расслабляться.

Затем мы подходим к одной из сотрудниц. Она одета в серый бархатный мундир с золотой булавкой с символом университета на груди и милый серый берет, завершающий образ.

Демонстрируемое богатство все еще немного ошеломляет, хотя.

Сотрудница замечает меня, поэтому я прочищаю горло и начинаю: «Добрый день. Я путешественник, который исследует магию, и хотел бы узнать, как я могу поступить в университет. Совсем недавно я получил Благословение от Богини Знаний».

Она немедленно надевает идеальную улыбку, затем кладет на стойку прозрачный хрустальный шар и прозрачную хрустальную табличку: «Пожалуйста, положите руку на этот кристалл, пока я анализирую ваше состояние», — вежливо просит она.

Я кладу руку на кристалл, и табличка мгновенно становится черной, затем на ней медленно появляются слова белого цвета, и сотрудница издает тихий вздох. Я убедился, что удалил все подозрительные навыки, такие как те, что использовал на Хане, поэтому не знаю, чему она удивлена.

Она поднимает взгляд и медленно кивает, заверяя меня: «Все выглядит хорошо. Я проверю, есть ли сейчас свободный консультант, а если нет, мы можем назначить встречу. Пожалуйста, подождите вон там». Затем она указывает на сиденья у стены и убегает.

Мы просто садимся, как нам сказали, и я играю с хвостом Алиссы, чтобы скоротать время. Через несколько минут энергичный мужчина средних лет в мантии, лысеющий, с приятным животиком и очень круглым лицом, решительно входит в холл, и я замечаю, что он держит хрустальную табличку с моей информацией.

Он замечает нас, затем быстро направляется к нам с широкой улыбкой на пухлом лице.

Мы встаем, затем он представляется с коротким поклоном: «Добрый день, мистер Райдер. Я Матиас, консультант для потенциальных абитуриентов. Не пройдете ли вы со мной в комнату для встреч?»

Я вежливо отвечаю: «Добрый день. Это Алисса, мой Кровавый раб. Пойдемте».

Он кивает в сторону Алиссы, и она уважительно кланяется, затем мы следуем за ним.

Помимо большого входного холла, это здание состоит из одних офисов, и мы следуем за Матиасом в простой кабинет с несколькими стульями, чайным набором, горшечным растением и высоким ящиком для документов. Это вызывает странное чувство ностальгии, так как очень похоже на современную культуру офисных кабинок, но еще не совсем то.

Матиас тяжело садится на свой стул, затем разливает чай на троих, и меня очень радует, что он не игнорирует Алиссу только потому, что она рабыня.

Мы все делаем по глотку цветочного чая, затем он начинает: «Итак, мистер Райдер. Процесс поступления зависит от того, чего хочет абитуриент. Вы упомянули исследования, но какую именно магию вы намерены здесь исследовать?»

Я прочищаю горло и излагаю свое дело: «Ну, у меня есть немного знаний о [Големантии], и я хотел бы изучить ее дальше, если это не запрещенная магия».

Он делает задумчивое выражение и потирает круглый подбородок: «[Големантия], хм…? Думаю, здесь могут быть записи о такой магии, но она очень неясная. Мне придется отправить запрос архивариусу. Насколько я помню, она не запрещена, так что не волнуйтесь, но поскольку у вас нет этого навыка, даже если она запрещена, любопытство по ее поводу не является незаконным».

Это очень обнадеживает.

Видя мое облегчение, он хлопает в свои большие ладони и продолжает с деловой улыбкой: «Итак. Мы знаем, что у вас есть Благословение, и мы даем большую скидку на обучение тем, у кого оно есть. Какие еще объекты вы намерены использовать помимо исследовательского?»

— Не могли бы вы рассказать мне о моих вариантах? Я, в конце концов, мало знаю об университете.

— Посмотрим… — он хмыкает и достает из ящика стола брошюру, затем зачитывает: «Мы предлагаем курсы по всем школам элементальной системы. Огонь, Вода, Ветер, Земля, Электричество, Природа, Свет, Тьма, Пространство, Дух, Призыв и [Магия благословения]. Мы предлагаем начальные, средние и продвинутые курсы для всех из них. Внутри каждой сложности класса есть также три уровня, но завершать все три необязательно, так как они служат только для помощи медленно обучающимся».

«Мы предлагаем теоретические исследования, такие как астрономия, улучшения сельского хозяйства, анатомия монстров, древние языки, древняя история, утраченные знания и многие другие, более специфические классы, не говоря уже обо всех классах, связанных с ремеслом». — Затем он достает из ящика небольшую брошюру. — «Их на самом деле слишком много, чтобы сосчитать, так что вам лучше прочитать это самому».

Он пододвигает маленькую книгу, и я предполагаю, что в ней около двадцати страниц.

Я беру ее и начинаю просматривать, уточняя: «Пока меня интересуют только магические школы. Вы предлагаете классы по Иллюзии и [Магии призыва]?»

Есть несколько магических школ, которые он не упомянул, например, Проклятия, так что пока я промолчу о них.

Он ерзает на своем месте и изящно жестикулирует рукой, продолжая: «Это области, находящиеся в стадии исследования, поэтому недостаточно учителей, знающих их, чтобы создать стандартный план обучения, гарантирующий получение навыка. Если вы поступите как исследователь, вы сможете искать тех, кто исследует эту область, и нанимать их, если они предлагают репетиторство».

Я определенно буду.

Он указывает своим пухлым пальцем на брошюру: «Мы также предлагаем учебные курсы по практическим магическим навыкам, таким как [Снижение стоимости маны], [Контроль маны], [Чувство маны], [Эффективность маны] и [Восстановление маны]».

Я поднимаю голову и выпаливаю: «А как насчет [Перенаправления маны]?»

Он озадаченно хмурится: «Кристалл говорит, что вы его создатель, так что только вы имеете какие-либо знания о нем». — Затем я вижу возбужденный блеск в его глазах. — «Если вы поделитесь тем, как приобрели этот навык, это будет еще одним очком в пользу того, чтобы мы вас приняли».

О, черт…

Я киваю и соглашаюсь: «Я определенно мог бы поделиться этим. А как насчет [Сопротивления перерасходу маны] и [Сопротивления потере сознания]?»

Он отрицательно качает головой: «Эти навыки требуют нечеловеческих усилий для приобретения, поэтому вряд ли у кого-то есть мужество их изучить. На самом деле очень впечатляет, что вы приобрели [Сопротивление перерасходу маны]». Затем он одаривает меня сочувственной улыбкой.

Да… я действительно получил его после околосмертного опыта.

И я мрачно объясняю: «Я могу рассказать вам, что сделал, чтобы приобрести [Перенаправление маны], но это похоже на [Сопротивление перерасходу маны], мне пришлось работать так усердно, что, думаю, я чуть не убил себя».

Алисса поворачивает голову ко мне, выглядя слегка испуганной. В то время происходило слишком много дерьма, поэтому я забыл рассказать ей об этом навыке.

— Вот как…? — Матиас задумчиво хмыкает, по-видимому, удивленный тем, что у меня два особых навыка, затем он нежно хлопает в ладоши и переходит к следующему: «Что ж, это прискорбно, но это все равно будет очком в вашу пользу, если вы расскажете нам, что он делает и как его получить».

— Я еще не использовал его должным образом, так что я протестирую его в течение декады, а затем сообщу вам результаты.

— Это было бы здорово, — весело отвечает он.

— Теперь мне нужно выбрать, какие курсы я хочу… — хмыкаю я, затем бросаю взгляд на Алиссу. Мне нужна ее помощь.

— Можно нам поговорить наедине? — вежливо просит Алисса. Я рад, что она всегда так надежна.

Матиас с радостью покидает комнату, и мы начинаем обсуждать мои навыки.

Маги обычно специализируются на одной или двух магических школах, и поскольку количество навыков, которые они могут разумно получить, зависит от их уровня, они балансируют доступ к более впечатляющим заклинаниям высокого уровня, которые могут получить от специализации, с универсальностью заклинаний низкого уровня, которые могут получить от изучения нескольких школ на низком уровне.

Проблема с заклинаниями высокого уровня в том, что им нужно хорошее количество «Магической мощи», чтобы они были эффективны, или значительный уровень [Контроля маны], чтобы они могли вложить в него больше силы ценой MP.

К сожалению, у меня нет ни MP, ни Магической мощи для этой стратегии, поэтому единственный оставшийся выбор — выбор нескольких школ, основанный на полезности их заклинаний низкого уровня. Учитывая, как моя сила позволяет мне мгновенно произносить любое заклинание, наличие достаточно широкого репертуара заклинаний для любой ситуации кажется лучшим способом использовать этот чит.

Но я также могу еще больше повысить эффективность этой стратегии, используя навыки усиления маны. [Контроль маны] бесполезен, так как я не планирую увеличивать или уменьшать силу заклинаний; я могу вложить несколько очков в [Восстановление маны] между битвами, так что это тоже бесполезно изучать; [Эффективность маны] предназначена для направляемых заклинаний, таких как [Огненный шторм], или для длительных заклинаний, таких как [Опутывающие лозы] и [Огненная стена], но мне не нужна большая длительность; и это оставляет [Снижение стоимости маны], которое влияет на начальную стоимость произнесения, и это именно то, куда уходит большая часть моей маны всякий раз, когда я произношу заклинание.

С этим становится легко выбрать лучшие школы для меня.

— Я хочу поступить на начальный курс по [Снижению стоимости маны], Пространству, Благословению, Электричеству, Свету и Природе, — прошу я Матиаса.

— Начальный? — он озадаченно хмыкает и удивленно поднимает брови.

— Большая часть моей магии — самоучка, поэтому я хочу учиться с основ и укрепить свой фундамент.

Он кивает в знак понимания, заставляя свое круглое лицо немного подрагивать: «О, я понимаю. Что ж, ваше отношение похвально», — любезно подтверждает он, но затем его выражение становится серьезным. — «Также позвольте сказать вам, что вы можете изучить заклинание [Врата] из школы [Пространственной магии], только если хотите стать сертифицированным «Мастером порталов». Во всей империи использование этого заклинания строго регулируется».

— Понятно… Я буду иметь это в виду, — трезво отвечаю я.

Я все еще хочу изучить эту магическую школу, и я могу просто убрать свои очки в [Пространственной магии], если приближусь к изучению [Врат].

]. Затем он предостерегает: «Также это довольно много классов. Мы рекомендуем максимум пять классов, так как мы работаем с полудекадным обучением».

— Что вы имеете в виду под «полудекадным обучением»?

— У вас разный класс каждый день, и после полудекады вы повторяете свои классы. После декады вы получаете полудекаду без классов, где вы должны углубить знания того, чему учили, или просто отдохнуть. Все профессора доступны для консультаций в дни отдыха».

Мне просто нужно убрать один класс, тогда. Хотя [Исцеление] — это очень полезно, оно все еще дорого стоит по мане для меня, а заклинания низкого уровня не так полезны, как заклинания других школ.

— Тогда я уберу [Магию света] из своего списка. Как долго длятся эти курсы?

— Три месяца. Следующий курс начинается через две декады, но вы могли бы получить некоторые указания от учителей и начать предварительное изучение до тех пор».

Я хмыкаю в знак согласия: «Меня это устраивает, но какая будет цена?»

Он улыбается, немного жадности проскальзывает в его выражении, и начинает записывать заметки, счастливо размышляя: «С вашим Благословением полная полудекада обучения будет стоить два золотых за три декады, или, скорее, два золотых в месяц. Если вы сможете показать нам навык [Перенаправление маны], мы снизим ее до двух золотых за четыре декады. Если вы присоединитесь прямо сейчас, то через два дня у нас будет готов для вас небольшой офис, чтобы вы могли начать свои исследования. Офис бесплатен для тех, у кого есть Благословение, и золотая стоимость начнет учитываться только тогда, когда вы начнете свои уроки». Затем он заканчивает и изящно кладет руки на стол.

Дороговато, но мы можем позволить себе мое обучение.

— Я принимаю эти условия, — подтверждаю я.

Матиас ведет нас в казначейство, где я вношу оплату за полный курс, и если я получу скидку, часть денег будет возвращена.

К тому времени, как мой офис будет готов, архивариус должен уже закончить мой запрос, так что я должен быть в состоянии начать работать над [Големантией] тогда.

Сегодня 10-е число 6-го месяца года, и мои занятия начнутся в следующем месяце, так что у нас есть двадцать дней на отдых до тех пор.

Мы уходим к 4 часам вечера, и Алисса отвозит меня домой.

Когда мы прибываем, Роксана говорит нам, что Хана прилежно подметала весь дом, и пышная грудь огненной женщины заметно растет, когда она наполняет ее гордостью.

Алисса предлагает разделить работу, и Хана, очевидно, соглашается, затем они начинают непринужденный разговор, подметая.

Поскольку все работают, я решаю начать изучать [Перенаправление маны] сейчас.

Я хочу понять, как я создал этот навык, поэтому должен имитировать условия того времени. Я не мог видеть, не мог чувствовать свое тело, и решил отключить слух, поэтому иду в спальню, ложусь на кровать и медитирую.

Но этого все еще далеко недостаточно. Я был в ситуации жизни или смерти, поэтому не могу сдерживать свои усилия.

Я использовал [Чувство маны], чтобы найти мощный поток маны, затем очень сильно пожелал, чтобы он пришел ко мне, но ни одна частица маны даже не дернулась до поры до времени. Первым чувством, которое у меня было, было «шевеление» в моем разуме, и по мере того, как чувство становилось сильнее, какое-то «сопротивление» отталкивало, но затем мне удалось преодолеть его, и я почувствовал, как мой лоб начинает «раздуваться» к потоку маны, однако мое тело не двигалось, и голова физически не раздувалась, так что это было что-то другое.

А как насчет моей души…?

Поскольку [Чувство присутствия] не работает на себе, может быть, мне стоит привлечь помощь Алиссы, но сначала мне нужно правильно понять, как работает это «раздувание».

Теперь, когда я думаю об этом, начальное «шевеление» кажется ужасно похожим на «царапанье», которое мне нужно сделать, чтобы мгновенно произнести заклинание. «Зуды», которые мне нужно почесать, чтобы произнести заклинание, также, кажется, имеют определенное положение в моем разуме, поэтому я выбираю два самых дальних заклинания и пытаюсь почесать их, не произнося заклинание, пока внимательно слежу за своими внутренними ощущениями.

После нескольких тестов у меня не остается сомнений, что в моем разуме есть чертов «курсор», который я использую, чтобы нажимать «кнопки», активирующие мой чит мгновенного произнесения заклинаний. Вспоминая, что я сделал, чтобы создать [Перенаправление маны], я, должно быть, вытолкнул этот «курсор» из своего тела, и это позволило мне как-то насильственно поглощать ману.

Я фокусируюсь на манипулировании курсором, но это очень трудно и утомительно. Это мышца, которую я никогда раньше не использовал, как попытка поднять отдельную бровь. Я знаю она там, я чувствую ее сейчас, но мой мозг, по-видимому, не имеет правильных синапсов, чтобы правильно контролировать ее, поэтому она вялая и неловкая.

В конце концов, это становится настолько утомительным, что я должен остановиться, поэтому открываю глаза и замечаю, что прошел уже час.

Это на самом деле не было похоже на час.

Полагаю, мне удалось отключить некоторые из моих чувств, например, чувство времени. Может быть, у медитации больше тайн и сил, чем я думал ранее. Я попытаюсь сосредоточиться на отключении своих чувств пока что.

Низкий, чувственный голос внезапно щекочет мое правое ухо: «Господин, ванна готова».

Я подпрыгиваю и ворчу, открывая глаза: «Ч-что…?!» Затем замечаю забавное лицо Ханы в сантиметрах от моего и наконец осознаю, что она сказала. — О, точно. Полагаю, я снова потерял счет времени».

Она выпрямляется и поднимает рыжую бровь на меня: «Что ты делал, Господин?»

Я чувствую, как мои щеки горят, но все равно спокойно отвечаю: «Медитировал и пытался отключить свои чувства. Есть навык, который я хочу тренировать, для которого это нужно».

— О-о, звучит интересно, — тепло отвечает она.

Я просто посмеиваюсь, и мы уходим.

Алисса ждет нас в ванной комнате, готовая помыть наши тела.

Это довольно весело — принимать ванну вместе, потому что Хана делает все более оживленным, но я слишком устал для чего-либо сексуального.

Затем Хана начинает без тени смущения тискать грудь Алиссы, пока моет ее, и милая девушка-лисица сначала ведет себя испуганно, но быстро привыкает к этому, хотя остается немного смущенной интимным прикосновением. Я немного извращенец, поэтому меня возбуждает мысль о Хане и Алиссе вместе.

Настолько, что мой член твердеет, и Хана мгновенно замечает это.

Величественная женщина ухмыляется, наблюдая, как мой член дергается от возбуждения, затем она приятно сжимает милую грудь Алиссы, подтверждая: «Я полностью понимаю, почему тебе так нравится наша грудь, Господин. В то время как моя твердая и упругая, ее намного мягче и лучше соответствует форме руки».

Ее сильные руки намеренно избегают стимулировать соски Алиссы, заставляя меня очень сильно желать приказать ей ущипнуть эти соблазнительные, розовые, острые кусочки.

— Э-э-это п-п-правда? — заикается девушка-лисица, ее дыхание быстро учащается.

— Алисса, если тебе это не нравится, ты можешь сказать, понимаешь? — трезво инструктирую я ее. Я не позволю своему фетишу на лесбиянство перевесить мою мораль.

Но Алисса заверяет меня: «Э-э-это х-хорошо, г-господин, э-это п-приятно». Затем она пытается схватить мою руку, но на самом деле хватает мой член.

О, боже.

Разум готов, но тело устало и в синяках. Алисса начинает гладить меня, но даже при этом эротическом зрелище мои яйца все еще болят от дикого секса, который у меня был с Ханой, хотя я пока терплю.

Я глубоко вдыхаю, чтобы восстановить самообладание, и продолжаю: «В любом случае, если ты хочешь этого, кажется, Хана была бы рада утешить тебя».

Глажение Алиссы усиливается, но затем она начинает бормотать: «Ч-что т-т-такое…»

Похоже, ее разум сломался.

Черт, я близок…

Я чувствую, как моя энергия истощается, но продолжаю сражаться: «Хорошо… Хана, давай не будем слишком сильно давить на Алиссу… На сегодня хватит».

Насильница надувается и стонет: «Ав… ее грудь на самом деле очень приятно тискать».

Затем она отпускает дрожащую девушку-лисицу, которая также отпускает меня, но теперь перед хищницей свободно болтается эрегированный член, поэтому Хана немедленно опускает голову и начинает сосать меня.

Черт…

Я быстро кончаю ей в рот, а затем отталкиваю ее голову, прежде чем она начинает истощать мое HP. Она ухмыляется, проглатывая мою небольшую порцию, и ее глаза говорят мне, что она серьезно высосала бы меня досуха, если бы я позволил.

У Алиссы ноги намного слабее, чем у меня, поэтому я хватаю ее со вздохом и несу в ванну.

Крепкие объятия в теплой воде, кажется, довольно быстро успокаивают ее, затем входит Хана и обнимает меня сзади, создавая поезд из ложек. На самом деле довольно удобно, потому что грудь Ханы хороша как подушки.

Это Рай.

После хорошего отмокания мы выходим и готовим ужин.

Хана — мастер ножа, и она рубит быстрее шеф-повара, что является пугающим зрелищем. Она не знает никаких рецептов, впрочем… или как приправлять, или каких-либо кулинарных техник, на самом деле, но она довольно хороший помощник.

Мы делаем пельмени с мясом орка, приправленные слегка сладким и острым корнем, который я отныне буду называть «не-имбирь». На вкус довольно хорошо, и это чувствовалось бы как дома в восточном ресторане.

— Господин, можно задать вам вопрос? — вежливо интересуется Хана.

Я небрежно отвечаю: «Конечно, ты всегда можешь спросить о чем угодно, а я буду судить, возможно ли мне ответить».

Она послушно кивает: «Поняла. Ну, мне было интересно, вы дворянин?»

И я бросаю на нее озадаченный взгляд: «Почему ты спрашиваешь об этом?»

Роксана и Алисса молчат, потому что им, кажется, очень интересно услышать мой ответ.

Чешуйки на изумрудных щеках Ханы подергиваются, когда она думает, затем она нерешительно объясняет: «Ну… вы умнее среднего искателя приключений, у вас есть довольно много знаний, которых нет у простолюдина, у вас есть навыки, которых обычно нет у простолюдина или искателя приключений, вы не имеете навыков, которые простолюдины или искатели приключений должны иметь, вы говорите слишком идеально, и, наконец, вы, кажется, не против того, что все называют вас по фамилии».

О, вау. Попался.

Я неловко отвожу взгляд на мгновение, пытаясь придумать оправдание: «Ну… нет, я не дворянин. Я просто особенный, полагаю. Но только дворяне имеют фамилии?»

— У многих людей есть фамилия, но только дворяне или богатые семьи заботятся о них».

Я пожимаю плечами: «О, ну ладно. Поскольку я не знал этой традиции, я всегда называл свое полное имя, затем все начали называть меня «мистер Райдер», и я просто согласился с этим. У вас всех есть фамилии?» Я застенчиво смотрю на трех девушек.

Роксана первой вступает в разговор, довольно стремясь объяснить: «У расы демонов фамилия каждого — это их раса, так что, хотя моя технически «Манидеев», что означает «суккуб» на [Южном языке Маокай], все просто пишут перевод на Андрасте».

— Почему у вас нет фамилий? — спрашиваю я в замешательстве.

— Только важным семьям разрешено иметь ее, и к ним относятся как к дворянам отсюда».

Это довольно своеобразно.

Затем мы поворачиваемся к Алиссе, и она стоически делится: «У меня была фамилия, но я знала, что буду рабыней с детства, так что можно сказать, у меня ее никогда не было надолго».

Тогда я дам тебе свою.

Хана хмыкает в знак согласия: «То же самое. У меня была, но я отказалась от нее, когда стала рабыней».

Мне очень любопытна эта тема, поэтому я спрашиваю: «Есть ли другие расы, которые используют фамилии, как демоны?»

— Люди в деревнях и маленьких городах не используют фамилии, насколько я знаю, — делится Алисса.

И Хана утверждает: «Я не знаю, что делают зверолюди, но думаю, что большинство крупных городов людей, дворфов и эльфов требуют, чтобы у каждого была фамилия. Хотя, если вы не дворянин или богатый купец, на самом деле нет причин когда-либо произносить ее. Вот почему я думала, что вы дворянин».

Она кажется много путешествовавшей.

Я заключаю: «Тогда, может быть, мне стоит попросить людей называть меня по имени, я не хочу, чтобы меня путали с дворянином».

Роксана безразлично вставляет: «Думаю, сейчас все в порядке. Вы уже знамениты, и теперь у вас есть Благословение, так что люди определенно будут уважать вас намного больше, если вы попросите их называть вас по фамилии».

Я вздыхаю и соглашаюсь, но затем парирую: «Ну, по крайней мере вы могли бы называть меня по имени, так как я делаю то же самое с вами».

Она сладко улыбается и поправляет свои овальные очки: «Это нормально?»

Я киваю и настаиваю: «Мы теперь спутники, это нормально».

Ее улыбка расширяется, и она предлагает мне свою бледную, нежную руку для рукопожатия: «Ну что ж, мистер Вольф. Приятно познакомиться!»

Но я качаю головой: «Нет нужды в «мистере».

— Лааа~дно. — Она отдергивает руку и прочищает горло. — Ну что ж, Вольф. Приятно познакомиться!» Затем она снова предлагает ее и одаривает меня удивительно очаровательной улыбкой.

Я тяжело сглатываю и беру ее. — Э-э… да, мне тоже приятно познакомиться, Роксана». И я на мгновение заворожен ее красотой. Из-за того, как она себя ведет, я иногда забываю, что у нее тело и лицо супермодели.

Я отпускаю ее мягкую руку, затем она поворачивается к моим рабыням и весело добавляет: «О, вы двое тоже можете просто называть меня Роксана, тогда. Больше нет нужды в «мисс».

— Э-это немного чересчур, — сухо отвечает Алисса, затем кротко опускает взгляд, но ее хвост начинает медленно вилять.

В то время как Хана просто пожимает плечами и хмыкает: «Если это просьба, которая исходит от нее, тогда…»

— Хорошо… — уступает Алисса.

Мне это нравится. Я все еще думаю, что Алисса слишком покорна, поэтому хочу, чтобы она была немного более эгоистичной.

После ужина мы переходим в гостиную, чтобы провести вечер. Алисса читает свою книгу, пока я обнимаюсь с Ханой, практикуя свой [Контроль маны], и ее сильные руки так хороши в массаже кожи головы, что она приносит мне блаженство.

Как только становится поздно, мы втроем идем спать в одну кровать. Хорошо, что она смехотворно большая. Иначе Хана бы не поместилась.

Сегодня 11-е число.

Я просыпаюсь в раю с грудью спереди и сзади, и благодарю Богов, что мы все спим голыми. Жарко, но это стоит небольшого неудобства.

Я получаю нежный утренний поцелуй от Алиссы и стимулирующий шторм от Ханы. Они чувствуются так хорошо, что я начинаю чувствовать голод, поэтому, как только мы все просыпаемся, я съедаю Алиссу, так как не сделал этого с ней вчера, а Хана уходит готовить завтрак.

Послушная драконида готовит все сама, и когда я заканчиваю с Алиссой, все, что нам нужно сделать, — это пожарить пельмени и приправить салат. Пельмени с фаршем из мяса орка, бобовый суп, овощи и крошки не-кукурузы. Странная комбинация, заставляющая меня думать, что нам нужно больше ингредиентов.

Алисса купит еду, пока Хана и я пойдем в гильдию охотников, чтобы зарегистрировать ее и купить ей снаряжение. Наши пункты назначения близко, поэтому Роксана одалживает Хане летающий ковер, пока я еду на Алиссе.

Роксана замечает, что на самом деле есть более безопасные версии персональных летающих транспортных средств, но она получила самый маленький и простой, чтобы он мог поместиться в ее [Инвентарь]. Наличие чего-то лучшего, чем ковер-самоубийца, пойдет нам на пользу, так что, полагаю, я поищу тот, который подойдет всем нам после аукциона, если у нас останутся деньги.

Вне приключений я хочу, чтобы мои женщины носили свою лучшую одежду, поэтому в этот раз Хана надевает одно из своих прямых черных платьев и простые сандалии, но как только мы входим в гильдию, я немного жалею об этом решении.

Ну, по крайней мере, взгляды не на мне в этот раз… Эх, к черту, Хана слишком величественна, чтобы не похвастаться, поэтому я буду гордо идти рядом с ней.

Мы быстро регистрируем ее в гильдии, но затем мне приходит идея, и Хана отвечает угрожающей улыбкой после того, как я шепчу ее ей.

Мы идем на тренировочную площадку, и она использует маленькую кабинку внутри склада, чтобы переодеться в тренировочную одежду.

— Привет, учитель, — спокойно приветствую я Тогу.

— Привет, мистер Убийца, — холодно отвечает он. Его взгляд так же суров, как всегда, но я вижу намек на улыбку.

Затем я нежно хватаю Хану за руку: «Это Хана, мой новейший Кровавый раб. Не хочешь поспарринговать с ней? Я хочу увидеть, как она дерется».

Он медленно переводит взгляд на нее, и его едва заметная улыбка значительно расширяется. Хана принимает его пристальный взгляд в лоб и ухмыляется свирепо, бросая вызов только своими желтыми глазами.

— Конечно, — хмыкает он с опасным оттенком в тоне. — Сначала разомнись, а потом у нас будет наш «спарринг».

Новости распространяются как лесной пожар, и быстро формируется небольшая толпа, пока они готовятся.

Тога — мужчина среднего роста, но он выглядит маленьким рядом с Ханой, из-за чего кажется, что это сценарий Давида против Голиафа.

Тога выбирает деревянный длинный меч, а Хана выбирает бастардный деревянный меч и каплевидный щит. Ее меч по длине между коротким и длинным, обменивая радиус действия на возможность использовать щит, потому что очень трудно использовать длинный меч одной рукой.

Затем они принимают боевые позиции, и их угрожающие взгляды друг на друга заставляют меня потеть от холода, хотя я просто смотрю.

У них обоих есть [Запугивание]? Это результат навыка?

Тога наносит удар первым. Он идет жестко, атакуя неоднократно и немедленно ставя Хану в оборонительную позицию. Их битва настолько яростна, что звуки их столкновений заполняют всю тренировочную площадку, привлекая еще больше любопытных зрителей.

Хана — оборонительный боец, так что для нее это просто еще один день работы, и она блокирует и парирует неоднократно, ожидая идеального момента.

Она внезапно отражает удар и контратакует, оттесняя Тогу назад.

Опытный инструктор без усилий переключает передачи и дерется оборонительно, по-видимому, даже не чувствуя давления со стороны Ханы, пока он парирует и уклоняется, пока не получает свой шанс и не контратакует. В этот раз Хане приходится усердно работать, чтобы уклониться.

Деревянное оружие не имеет лезвия, и мечи используются в основном с режущими, а не рубящими движениями, но даже тогда получение удара больно, и начинают появляться яркие красные рубцы.

Ритм между атакой и защитой начинает становиться ясным, и Тога — тот, кто задает темп песни.

Внезапно их мечи сцепляются, и они оба принимают вызов, игнорируя то, что они в битве, просто чтобы устроить небольшое состязание в силе. Они стискивают зубы и толкают, ворча и свирепо глядя друг на друга, пытаясь подавить противника и взглядом, и мускулами.

Хана ухмыляется свирепо, очень наслаждаясь этой ситуацией, и видеть ее такой с другим мужчиной заставляет меня нервничать.

Это ведь не измена, правда? Это не считается изменой, правда?! Правда…?!

Я, э-э… я хочу, чтобы она смотрела на меня так…

Затем они внезапно разрывают сцепку и возобновляют бой.

Тога делает подсечку, и она почти теряет равновесие. Впервые Хана вынуждена использовать и меч, и щит оборонительно в отчаянии, так как он начинает последовательно находить способы просунуть свой клинок мимо ее защиты.

Он использует комбинацию быстрых и точных ударов, подсечек и ударов щитом, чтобы держать ее в неуравновешенном состоянии и явно взять верх в бою. Он мастерски использует все свои инструменты, и даже пытается дерзко схватить ее щит.

Хана злится и начинает бить в ответ, и звуки битвы становятся еще громче, когда ее щит сталкивается с его мечом. Затем он принимает удар рукой, который отталкивает его назад, но его поза нарушена.

Это оно!

С движением, которое бросает вызов человеческой скорости, Тога уклоняется от ее удара и контратакует. Его ноги размываются, когда он прыгает, нет, летит вверх, затем его меч опускается на плечо Ханы, и хлипкое тренировочное оружие ломается пополам.

Внезапное развитие событий прерывает заклинание, наложенное на нас, и наблюдатели кричат и ликуют, пока я жалею о своей идее и бросаюсь к Хане.

Она опускается на колени и хватается за плечо, морщась от боли, но когда я осматриваю его, я замечаю, что… все в порядке?

— Из чего ты сделана? Это должно было сломать кость, а ты просто в синяках!? — восклицаю я, ошеломленный.

Она фыркает вызывающе, затем ворчит между вдохами: «Я драконид… Господин… я закалила свою кожу… но если бы меч был острым… я была бы мертва…»

Я вкладываю очки в [Магию света] и использую [Исцеление] на нее, но заклинание откусывает большой кусок от моей MP, так как оно все еще очень неэффективно по мане для меня.

Ее гримаса исчезает, затем она с любопытством смотрит на красный рубец, напевая: «Спасибо… больше не болит, Господин».

— В этот раз у тебя был правильный щит, мистер Райдер… — спокойно замечает Тога. Он потеет, но даже не запыхался. — Теперь ты не умрешь, если встретишь что-то хуже того Символа».

Затем Хана одаривает меня гордой ухмылкой, которая заставляет меня немного смутиться.

— Хе… полагаю, да, — тепло шепчу я, смущенный ее интенсивностью.

Мне гордо видеть, как ее хвалит Тога, но я все еще немного ревную к тому, как она смотрела на него.

Как только она полностью исцелена, куча студентов приходит, чтобы попытаться поспарринговать с Ханой, но у нас есть другие дела, поэтому я сопровождаю ее в маленькую ванную склада, чтобы она могла помыть свое тело.

То, как все смотрели на нее, заставляет мои паучьи чувства покалывать, поэтому я включаю [Чувство присутствия] и обнаруживаю двух молодых людей, подкрадывающихся к складу. Я не позволю никому шпионить за ней, поэтому выливаю немного кипятка через высокое окно.

— ЧЕРТ! — слышу я, как они ноют, убегая.

Теперь, когда она снова в своем великолепном платье, мы идем покупать ей снаряжение.

Есть несколько вещей, о которых мы должны помнить при покупке тяжелой брони для искателя приключений. Эти вещи — защита, вес, мобильность, цена, обслуживание и удобство, более или менее в таком порядке важности.

Пластинчатая броня предложила бы лучшую защиту, особенно против атак типа огненного дыхания, но она снижает мобильность, потому что слишком тяжела для Ханы, чтобы использовать свои драконьи крылья, будучи в ней. Она также имеет непомерную стоимость, так как металл, по-видимому, довольно дорогой материал, и требует специализированного обслуживания, которого у нас нет. Некоторые группы искателей приключений нанимают личного оружейника для таких вещей, но мы еще не на этом уровне.

Кожаная броня предлагает нормальную защиту, и она достаточно хороша, чтобы спасти вашу жизнь против большинства монстров, как, например, моя броня Серого Берсерка, вероятно, была разницей между жизнью и смертью для меня, но она одноразовая, так как невозможно «перековать» кожу после того, как она была порезана или порвана. Мобильность зависит от того, жесткая это кожа или мягкая, но в целом она все еще лучшая. Цена также очень доступна, так как она сделана из орд монстров, которые убиваются каждый день. Обслуживание дешевое, но, опять же, она одноразовая. Также очень удобно иметь ее, потому что в ней намного легче спать, чем с другими типами брони.

Я покупаю Хане комплект брони Молодого Огра, чтобы спать в нем.

Кольчужная броня предлагает очень хорошую защиту против рубящих ударов, но вам нужна правильная подкладка, чтобы остановить колющий и дробящий урон. Мобильность похожа на мягкую кожу, но она дороже. Она требует специализированного обслуживания, но это все еще легче сделать, чем с пластинчатой. В ней довольно удобно спать, но она довольно шумная, так что никакого подкрадывания.

Чешуйчатая броня очень похожа на пластинчатую, но ее преимущество — более высокая устойчивость к магии. Она дороже кольчужной, но очень популярна среди искателей приключений, так как она дешевая и проста в обслуживании.

Бригантина находится между (подбитой) кольчужной и пластинчатой во всех отношениях, так что это явный шаг вперед, если вам не требуется что-то специфическое от других типов брони.

Металлическая броня в целом просто лучше сделана, так как она более стандартизирована и хорошо исследована, но она значительно дороже, так как части монстров переполняют весь город, делая чешуйчатую и кожаную дешевле.

Подкладка — это также еще одна забота, так как она требуется во всех типах брони для защиты от дробящих ударов, но есть большая разница в цене между хорошей и плохой подкладкой. Нехватка места для шерстяных и волокнистых культур — главный драйвер ее высокой цены, так как на самом деле мало монстров, которые производят хорошую подкладку.

На данный момент мы резервируем бригантину со стальной подкладкой с тассетами, хауберк с нормальной подкладкой для рук и бедер, которая будет использоваться под бригантиной, поножи, металлические наручи и подбитый кольчужный капюшон.

Как танку, ей нужно хорошее периферийное зрение, чтобы следить за всеми, поэтому она не любит использовать шлемы, так как это снижает ее зрение, а капюшон испортит ее волосы, но мы все равно берем подбитый, который я заставлю ее использовать, если она откажется.

С этим у нее идеальная защита против рубящих ударов, но защита против дробящих ограничена, поэтому ей придется полагаться на щит, который мы купим только после аукциона.

Я хотел взять ей чешуйчатую броню, но думаю, что даже с деньгами от аукциона это будет слишком дорого на данный момент, так что, возможно, в будущем я возьму ее как улучшение.

Я хочу лучшую броню для нее, так как она определенно будет использовать свое тело как щит, если потребуется, но мне придется подождать с этим.

Я также хочу взять ей длинный лук, так как у нее есть несколько очков навыков во [Владении луком], и бригантина предлагает достаточную мобильность, чтобы использовать его без проблем.

И наконец, мы берем ей простой железный бастардный меч, большой каплевидный щит и простое деревянное копье с металлическим наконечником. Позже, когда у нас будут деньги от аукциона, мы улучшим ее меч до изумрудного клыка и дадим щиту изумрудную чешую… и я выбираю эту чешую, потому что это облегчает обслуживание для всех нас, а не только потому, что цвет будет хорошо сочетаться с ее чешуей.