Дар Нур

Стук в дверь будит меня, а затем женский голос окликает: «Завтрак готов!»

Тело легкое, но на душе тяжело.

Я не хочу вставать.

Я до сих пор чувствую запах крови орка. Он отпечатался у меня в сердце.

Мне не снился тот Булькающий гоблин, но теперь я думаю, что получил травму посильнее. Сцена, где я вонзаю нож в шею орка, постоянно всплывает перед глазами, стоит мне задуматься. Страх, что кто-то нападет со спины, преследует меня, вызывая дрожь при каждом таком приступе.

Если бы не Нур, орк схватил бы меня за голову и раздавил…

В конце концов, голод берет верх над страхом, и я спускаюсь поесть.

На завтрак — простой овощной суп с мясом бешеного кролика и поджаренным хлебом. В этот раз овощи оказались вкусными, так что с мясом они сочетаются отлично.

Селина подходит к моему столику и обеспокоенно спрашивает: «Скажи, что это была за кровь на тебе вчера?»

Я слегка горько улыбаюсь в ответ: «Это кровь орка-охотника за головами. Вчера у меня была очень неудачная встреча с ним».

У нее отвисает челюсть от удивления, затем она садится и смотрит на меня с тревогой: «Того, что в "Заварушке Ройда"? Почему ты сражался с ним? Я слышала только истории о том, как люди бегут от него без оглядки».

Я киваю: «Это был беглец. Я встретил его на шестом этаже».

Она ахает и прикрывает рот руками.

Как мило.

«Ты сражался с ним в одиночку?!» — восклицает она, и я замечаю, что несколько посетителей начинают прислушиваться к нашему разговору.

Пожалуйста, тише, Селина.

Я качаю головой, криво усмехаясь: «Боже упаси, нет. Я сражался с ним вместе с тремя другими людьми. Мы оказались в ловушке и не могли сбежать, так что пришлось принять бой. Мне повезло больше всех, я получил меньше всего ударов, а вот один парень был отравлен, и я уверен, что у него сломано несколько ребер, так как Охотник дважды пнул его».

«Ого. Но вернуться таким окровавленным… у вас что, была дуэль на ножах?» — она тихо хихикает.

Пожалуйста, перестань быть такой милой, я не в настроении улыбаться.

Моя слабая, непроизвольная улыбка приобретает оттенок самодовольства, когда я отвечаю: «На самом деле, так и было. Мой меч застрял в его теле, так что мне пришлось использовать нож, чтобы ударить его в шею».

Я не скажу, что он застрял у него в паху, это зрелище я хочу забыть.

Она снова открывает рот от изумления и смотрит на меня с шоком в глазах.

Я что, слишком сильно хвастался?

Я неловко массирую шею и объясняю все как следует: «Ну, самым важным человеком была женщина-маг. Она применила [Ледяное копье] и пронзила плечо орка, так что он больше не мог использовать руку со щитом, а затем применила [Шокирующее касание] и потеряла сознание. Благодаря этому у меня появилась отличная возможность бить его, пока он не испустил дух. Был еще один парень, который помог, бросившись на руку орка и удерживая ее на месте, чтобы я мог добить его. А еще тот отравленный парень, который сражался, будучи ослабленным, и получил два удара ногой. Это была действительно отчаянная битва».

Она закрывает рот, и ее глаза сияют, когда она улыбается: «Ого. Звучит потрясающе…» — шепчет она с восхищением.

Я обеспокоенно хмурюсь из-за ее внезапной перемены: «Правда? Неужели сражаться так интересно?»

Она многократно кивает и опирается локтями на стол, подаваясь чуть ближе и глядя на меня мечтательными глазами: «Да! Я знаю, что я не сильна и не люблю драться, но мысль о том, что есть люди, которые так усердно работают и могут достичь так многого, чтобы защитить нас, делает меня по-настоящему счастливой».

О боже, остановись, мое сердце тает.

Даже те, кто подслушивал, улыбаются ее невинности.

Я снова чувствую себя неловко и отвечаю: «П-правда?.. Ну… твой энтузиазм меня немного радует».

Она по-девичьи хихикает и ободряюще сжимает мою руку, чем удивляет меня: «Спасибо за твою историю. Мне пора работать, так что приходи позже, поболтаем». Она подмигивает, встает и уходит.

Честно говоря, этот разговор исцелил мое сердце, пусть и немного, но все же исцелил.

Думаю, именно поэтому некоторые люди сражаются: если бы мы не убили этого беглеца, кому-то другому пришлось бы пострадать.

Я заканчиваю трапезу и возвращаюсь в свою комнату.

У меня есть немного свободного времени, поэтому я думаю, что делать с новыми очками навыков. Открываю «Статус» и вижу, что моя «Сила воли» увеличилась на 1 (теперь 12), [Владение мечом] тоже на 1 (теперь 8+2), МП увеличилось на 20 (теперь 135), а «Магическая сила» на 5 (теперь 190).

Как работает это увеличение магии? Она просто растет от использования, или мне нужно «тренировать» что-то внутри тела, как мышцу?

Я вкладываю четыре неиспользованных очка в [Снижение расхода маны], потому что мне нужно чаще использовать магию. Возможно, на следующем уровне стоит взять больше [Эффективность маны], чтобы сбалансировать все, а затем улучшить навыки ближнего боя.

Думаю, я потрачу еще час здесь, в гостинице. Нур сказал быть в гильдии охотников перед полуднем, так что до этого еще есть несколько часов.

Мне действительно нужно закалить сердце, потому что это не последний раз, когда мне придется сражаться так отчаянно. Я выбрал путь воина, так что мое слабое и мягкое сердце, рожденное на Земле, не выживет. Это жестокий мир, и после слов Селины я понимаю, что есть потребность в сильных людях, которые защищают других.

Эта система навыков дает мне потенциал быстро расти и стать чрезвычайно сильным, и я думаю, что бог, забросивший меня сюда, вряд ли позволит мне вести мирную жизнь, так что путь ремесленника может быть не лучшей идеей. К тому же, быть воином в мире, полном монстров, — это немного «романтично».

Моим девизом всегда было: «делай то, о чем не пожалеешь в будущем», так что стать эгоистичным отшельником, копящим всю эту силу для себя, мне не по душе.

Ну, говорить — не значит делать. Даже после этого периода размышлений я все еще чувствую боль и страх, что немного смешно. Возможно, мне нужно время, чтобы страх утих. Я в любом случае решил взять неделю отпуска, так что нет нужды продолжать думать об этом.

Я трачу некоторое время на массаж ноющих мышц, и это действительно приятно.

Может, здесь есть массажный салон? Я знаю, что есть навык [Массаж], так что это может быть обычная профессия. Я бы точно пошел туда, если бы нашел.

Немного отдохнув, я решаю пойти на встречу с Нуром.

В гильдии охотников царит обычная суровая атмосфера, но людей у досок с отчетами об охоте больше, чем я ожидал. Я быстро нахожу Нура за столами вместе с его спутниками. Лиам и Рания что-то пьют, а Нур просто болтает с ними.

Они замечают меня и машут рукой, когда я подхожу.

«Добрый день, мистер Райдер», — небрежно приветствует Нур.

«Добрый день, сэр», — формально, как обычно, здоровается Лиам.

«Утро доброе, мистер Райдер», — Рания приветствует меня энергичнее, чем в прошлый раз.

«Добрый день всем. Надеюсь, вы хорошо выспались», — отвечаю я с улыбкой.

Нур ухмыляется и признается: «Я даже не помню, как лег спать, просто отключился от того, что выпил слишком много. Мы немного переборщили с празднованием, даже Лиам был изрядно пьян».

«Надо же иногда выпускать пар. Не каждый день мы сражаемся так тяжело», — спокойно защищается Лиам.

«Ну, младший брат, похоже, твой следующий урок будет о том, как держать удар, когда пьешь», — дразнит Рания и дерзко показывает язык.

У Нура дергается глаз, затем он улыбается с легким надутым видом, отвечая: «Это… неправда. Я отлично держусь». не правда. Я отлично держусь».

«Ты же только что признался в обратном пару секунд назад», — замечаю я с кривой улыбкой. же только что признался в обратном пару секунд назад», — замечаю я с кривой улыбкой.

Он поворачивается ко мне и восклицает в недоумении: «Даже ты…!» Затем он стискивает зубы и драматично заявляет: «Знаешь что, я буду пить каждый день, пока не усвою урок!»

«Пожалуйста, не надо!» — внезапно умоляет Лиам.

«Я беру свои слова обратно», — спокойно отвечает Рания и посмеивается.

Я издаю несколько робких смешков вместе с ней. Видя их такими, я чувствую себя немного глупо из-за того, что так испугался.

Нур успокаивается, его выражение лица смягчается, и он продолжает: «Но в любом случае… давайте к делу. Я хотел отблагодарить тебя, и я знал, что ты действуешь в одиночку, поэтому подготовил это». Он пододвигает ко мне запечатанное письмо с хитрой ухмылкой: «Видишь ли, я глупый сын богатого торговца, и хотя решил стать искателем приключений, у меня остались связи, так что я составил рекомендательное письмо. Оно откроет тебе двери к самому дорогому торговцу кровавыми рабами в этом городе, и я выбил для тебя солидную скидку, так что ты сможешь выбрать лучшее из того, что у них есть». солидную скидку, так что ты сможешь выбрать лучшее из того, что у них есть».

Я удивленно поднимаю брови, затем немного напрягаюсь и неловко отвечаю: «О, вау… это невероятно, но… я на самом деле мало что знаю о кровавых рабах…»

Я знаю, что на 1-м уровне [Магии рабства] есть заклинание под названием [Контракт о службе], на 10-м уровне — заклинание [Метка господина], а на 20-м — заклинание [Язык послушания], но это абсолютно вся информация, которая у меня есть.

Рания поднимает бровь и с любопытством спрашивает: «Родители не учили тебя о кровавых рабах?»

Я выдавливаю улыбку и отвожу взгляд: «Учили… я просто не обращал внимания», — лгу я, стараясь не покраснеть от смущения.

Нур и Рания посмеиваются, а Лиам сдерживает улыбку.

«Вот почему я здесь. Я немного… "свободолюбивый"», — снова лгу я и посмеиваюсь над собой. Моя неловкость и смущение лишь помогают мне лучше вжиться в роль, которую я пытаюсь продать.

«Понимаю…» — бормочет Нур, ухмыляясь, затем откидывается на спинку стула и задумчиво постукивает по виску.

Рания прочищает горло и начинает: «Кровавый раб — это специализированный слуга, которого ты покупаешь для выполнения конкретной обязанности. Их эффективность гарантируется продавцом, а лояльность обеспечивается [Магией рабства]. Они поглощают твою кровь, а затем используется заклинание, чтобы связать их с твоей Судьбой».

«Судьбой»? Что это? Это можно съесть?

Я сдерживаю желание спросить о Судьбе и вместо этого спрашиваю о другом: «Какие виды "обязанностей" они выполняют?»

Нур пожимает плечами: «Любые. Если кто-то считает, что достаточно квалифицирован в чем-то и достоин стать слугой, он может продать себя как кровавый раб. Возьми Лиама, например». Он хлопает старшего мужчину по плечу, затем гордо улыбается мне.

Рания хлопает его по другому плечу и продолжает: «У Лиама настоящий талант к мечу и защите других. Он стоил дорого, но окупил каждую монету». Она тепло улыбается ему, и я начинаю подозревать что-то насчет этих двоих.

Лиам на секунду напрягается, затем уважительно кивает мне и добавляет: «У меня были проблемы с заработком на приключениях, поэтому я решил продать себя на десять лет. К концу контракта у меня будет небольшое состояние, так что я вернусь в родной город в Фаиуме и унаследую кузницу отца. Если кузница прогорит, у меня все равно будет достаточно денег, чтобы какое-то время жить безбедно».

"Контракт«Контракт?» — рефлекторно переспрашиваю я. Похоже, у рабства есть какая-то структура или, возможно, законы.

Рания закатывает глаза на мой вопрос, пока Нур улыбается. Полагаю, они думают, что я деревенщина из-за отсутствия знаний.

Нур подается вперед и радостно отвечает: «Человек, продающий себя, оговаривает ограничения того, что влечет за собой его обязанность, и срок службы. Обычно, чем меньше ограничений, тем дороже раб, но немногие ставят строгие ограничения, потому что если их слишком много, то проще купить обычного раба. Многие женщины продают себя как секс-рабыни, поэтому самые распространенные ограничения связаны с этим».

Э-э… секс-рабыни…?

Я бросаю взгляд на Ранию, но она просто небрежно потягивает свой напиток, не проявляя ни малейшей реакции.

«Со скидкой в этом письме ты можешь приобрести себе молодую женщину-воина, если это по твоей части, конечно», — добавляет Нур, затем ухмыляется, видя мою неловкую реакцию.

Черт возьми.

«Ты и сам довольно универсален, но рекомендую тщательно подумать, какой воин будет хорошо сочетаться с твоим стилем», — небрежно советует Рания.

Нур кивает и продолжает: «Ты неплохо владеешь мечом, можешь лечить себя, чувствуешь монстров и у тебя есть заклинание, которое ты можешь произносить без пения, так что можешь выбирать практически кого угодно, и они все равно будут тебе полезны».

А, черт. Полагаю, маги должны петь перед произнесением заклинаний, но я ничего об этом не знаю. По крайней мере, теперь я понимаю, почему Рании требовалось так много времени на заклинания и почему она выкрикивала их названия.

«Ты не очень высок и физически силен, если простишь мне прямоту, поэтому я рекомендую кого-то более крепкого, а не мага, как леди Рания», — добавляет Лиам и уважительно опускает голову.

«Никаких обид», — отвечаю я и вежливо улыбаюсь.

Взгляд Рании становится слегка суровым и оценивающим, когда она дает мне еще один совет: «Имей в виду, что боги присматривают за кровавыми рабами, так что если господин ведет себя жестоко, они могут вмешаться и аннулировать контракт без участия жреца. Это случается редко, но бывало и раньше».

Я инстинктивно напрягаюсь и киваю.

«Боги»? Значит, рабство санкционировано богами? Это… немного настораживает.

Раз уж они и так считают меня тупым крестьянином, я просто воспользуюсь этим и спрошу обо всем, что мне любопытно. «Что такое [Язык послушания]?»Язык послушания]?"

Рании, похоже, не хватает терпения на это, поэтому Нур отвечает: «Это заклинание не дает кровавому рабу разглашать твои секреты. Есть и другие, например, то, которое не дает рабу причинить тебе вред, или другое, которое дает полный контроль над их телом, позволяя даже убить их одним словом, но это, конечно, незаконно».

Полный контроль над телом кажется хуже обычного рабства, но любопытство заставляет меня задавать вопросы вроде: «Могу ли я контролировать их кишечник? Могу ли я контролировать их глаза? Могу ли я остановить кровоток в определенных венах?» Может, я смогу проводить операции без необходимости в анестезии или кровопотере, если смогу по желанию перекрывать кровоток или нервную реакцию.

«Звучит немного чересчур», — комментирую я с кривой улыбкой.

Нур пожимает плечами, Лиам один раз хмыкает, а Рания кивает в знак согласия, делая глоток алкоголя, затем объясняет: «Да, но это очень полезно. Большинство помощников дворян и лордов — кровавые рабы, потому что они гораздо надежнее и заслуживают большего доверия, чем свободные люди».

Нур радостно подхватывает слова Рании: «Конечно, в их контрактах и этих заклинаниях есть лазейки, но они настолько окольные и требуют столько усилий, что нужен раб, который действительно ненавидит своего господина, чтобы пойти на это. Им проще сосредоточить усилия на разрыве контракта, чем обходить эти ограничения. Кстати, любой контракт может быть расторгнут рабом, который достаточно сильно ненавидит своего господина».

«Вот почему важно хорошо с ними обращаться», — добавляет Рания и бросает взгляд на Лиама, который едва заметно кивает.

Так что, оставляя в стороне моральный вопрос, полагаю, это очень продуманный подарок от Нура. Он подумал о том, что мне нужно, и преподнес нечто действительно ценное.

Дав мне несколько минут на раздумья, Нур переходит к последнему пункту: «Я знаю, что ты получил неплохие деньги за вчерашние награды, так что с моей скидкой ты можешь приобрести себе довольно хорошего бойца. Может, тебе даже повезет». Он пожимает плечами: «Иногда встречаются кровавые рабы с особыми обстоятельствами, и они продаются гораздо дешевле, чем обычно».

Что ж, у меня есть козырь: моя розовая монета. Она должна быть очень ценной. Ну, по крайней мере, я надеюсь на это.

Я понимающе киваю и мягко улыбаюсь: «Спасибо, Нур, я очень ценю это. Думаю, это мне сильно поможет».

Нур широко улыбается, и даже Рания выглядит довольной. Он говорит мне, где находится работорговец, и я записываю это на своей грубой карте города.

Нур громко хлопает ладонями по столу и объявляет: «Ну что ж. Раз с этим покончено, у меня есть личная просьба к тебе». Его лицо становится серьезным: «Как насчет того, чтобы присоединиться к нам? Человек с такими навыками, как у тебя, — большая редкость».

Я горько улыбаюсь. Я знал, что это произойдет. Честно говоря, я бы хотел присоединиться к ним, потому что они хорошие люди, и даже если я не знаю, каковы их цели, я хотел бы проводить с ними больше времени. Но нет, я не могу. Они уже видели многие мои навыки, так что я не могу показать им больше.

«Простите, но… я хотел бы идти своим путем», — вежливо отвечаю я и на секунду опускаю голову.

«Я же говорила», — бормочет Рания Нуру, и они оба горько улыбаются.

Нур пожимает плечами, и в его тоне появляется нотка грусти: «Что ж, я должен был попробовать. Жаль, что мы не можем идти вместе, но я не хочу, чтобы на этом все закончилось. Я возвращаюсь в родной город на короткую поездку, но позже вернусь сюда и продолжу свои приключения. Когда вернусь, хотел бы встретиться с тобой снова, если пожелаешь».

«О, да. Пожалуйста, давайте встретимся снова», — с готовностью соглашаюсь я и искренне улыбаюсь ему.

«Я живу в Хурфе, столице княжества Фаиум. Если наши пути больше не пересекутся, приезжай в гости. Моя семья владеет магазином магических инструментов, и мы производим много камней Ветра, используемых в стране. Моя фамилия Асаф, так что ты сможешь найти мою семью по ней. У тебя… не должно возникнуть проблем с поиском семейного магазина там». Он неловко улыбается.

Я понятия не имею, где находится Фаиум, но позже запишу это, чтобы не забыть поискать на карте. К тому же его фамилия звучит по-арабски, но сам он выглядит как типичный европеец.

Я киваю и подтверждаю: «Понял. Если мы не встретимся здесь снова, я буду искать тебя. Хотя у меня нет планов покидать это место в ближайшее время».

Он громко стучит по столу и встает: «Тогда решено! С нетерпением жду нашей новой встречи. А пока нам нужно готовиться к поездке, так что мы должны откланяться. Еще увидимся, мистер Райдер». Затем он быстро кланяется мне.

Я немедленно встаю и отвечаю поклоном. Понятия не имею, принято ли это здесь, но, похоже, им это нравится, так что какая разница.

Нур ухмыляется и дает мне свое благословение: «Последнее, мистер Райдер. Желаю тебе удачи в будущем. Она тебе понадобится, раз уж ты уже начал наводить шороху». Затем он указывает на небольшую толпу у отчетов об охоте.

Лучше бы я этого не делал, Нур, лучше бы я этого не делал.

Рания и Лиам тоже кланяются и прощаются, а я остаюсь с несколькими любопытными взглядами, письмом и головой, полной мыслей.

Я покидаю гильдию и прогуливаюсь по улицам в поисках книг, размышляя о том, что они мне сказали. Спутник, безусловно, был бы полезен. Если бы кто-то прикрывал мою спину, не пришлось бы бояться, что орк-охотник раздавит мою голову. Если бы у меня был кто-то вроде Нура, чтобы помочь мне, я бы точно чувствовал себя в большей безопасности, и не из-за его навыков, а из-за его поступков. Меня могут считать тем, кто спас их, но в тот момент, когда Нур бросился на руку орка, он спас меня.

. И кровавые рабы — это не совсем несчастные люди. У них, кажется, есть свои права, возможность избежать жестокого обращения, и с ними нужно хорошо обращаться. Возьми Лиама, например, он кажется довольно гордым и довольным своей работой, и он ничем не отличается от рыцаря или вассала, чья задача — защищать своего господина. Если я просто найму кого-то на несколько лет, это может быть то же самое, что нанять телохранителя или что-то в этом роде.

Концепция лишения кого-то свободы может оттолкнуть людей, но я горький реалист. Кровавые рабы — это просто наемники, которые приходят с магическим контрактом. Черт, даже боги следят за нами, чтобы с ними не обращались жестоко.

О!

Я нашел небольшую книгу, рассказывающую Сказание о Сотворении. В ней даже много милых рисунков.

Она стоит всего две серебряные, покупаю!

Теперь, когда я думаю об этом, мне стоит спросить Сиэль, что боги думают о рабстве. Мне кажется странным, что они вмешиваются в дела кровавых рабов, но если сами боги говорят, что это нормально, то кто я такой, чтобы идти против них?

Но это также означает, что общество не будет по-настоящему прогрессировать. Этот мир может быть безопаснее благодаря тому, что боги присматривают за людьми, но это как гиперопекающая мать. Люди не будут страдать, но они и не будут учиться.

Добавьте к этому систему навыков, и я думаю, что социальный прогресс здесь может быть медленным. Я хочу взглянуть на хронологию этого мира, и готов поспорить, что она покажет, как медленно этот мир развивается по сравнению с Землей. В конце концов, «Цикл» этого мира называется «Игровой площадкой». Если все изменится слишком сильно и слишком быстро, жанр игры сменится на научную фантастику, пока вы не смотрите.

Думаю, самое лучшее в кровавых рабах — это то, что я могу запретить им говорить обо мне. Таким образом, мне не нужно слишком беспокоиться о том, что мои способности станут известны. Я мог бы даже сказать правду, что я не из этого мира-…

Что за черт?

Я вижу человека, летающего на самом настоящем ковре, который постоянно ныряет вверх и вниз по улице, делая резкие повороты и «бочки».

В чем дело, Аладдин, ищешь Жасмин?

Как только прохожие начинают останавливаться, чтобы поглазеть на него, человек опускает ковер ближе к земле и встает.

«Добрый день, господа и дамы!» — восклицает он громким голосом, имеющим характерное жужжание человека, говорящего в микрофон. Он ждет мгновение, чтобы убедиться, что все смотрят на него, затем продолжает: «Я показал вам лишь малую часть новейшего магического инструмента! Настоящий кристалл [Полет]! Этот камень несравним с той обычной фальшивкой, которая позволяла вам лишь медленно парить вокруг. Теперь вы можете летать грациозно, как птица, поворачивать так быстро, что дракон позавидовал бы, и выполнять трюки, которые могли бы впечатлить даже Императора! Этот камень — передовой край технологий. Даже имперская армия скупает их пачками, чтобы построить новое поколение мечты каждого искателя приключений: дирижабли!»

Оооо, дирижабли, мое сердце ботаника колотится.

«Приходите в "Причудливый эмпориум" на Базаре за новейшими камнями [Полет]. У нас есть магические инструменты настолько большие, что вы можете построить дирижабли, вмещающие до восьми человек! Надеюсь увидеть вас там, почтенные граждане!» И он уносится прочь, на этот раз навсегда.

Улица начинает гудеть от возбужденных разговоров людей, и мне даже хочется захлопать в ладоши. Я добавляю этот летающий камень в свои заметки как вариант для исследования. Дирижабли и навык [Големантия] — две вещи, которые я больше всего хочу исследовать.

Подождите, о чем я думал?

Э-э… о да, я думаю, что мог бы даже сказать правду о своем происхождении кровавому рабу. Это рискованно, но если я заключу контракт как минимум на двадцать лет, этого может быть достаточно, чтобы получить доверие или добрую волю, чтобы они держали язык за зубами. К тому времени я, возможно, даже найду способ справиться с этим, если слухи распространятся, а если я обрету достаточно власти, то смогу и подавить слухи.

Но должен ли я говорить правду…? Не то чтобы рабу нужно знать все о своем господине, они просто здесь, чтобы служить. Я также не могу просто сказать им, что пришел из другого мира, и оставить все как есть. Если я скажу им правду, мне нужно будет рассказать гораздо больше, чтобы ответить на их сомнения. Это не тот разговор, которого я жду с нетерпением.

В любом случае, я вижу мало причин не покупать его.

Я не имею представления о цене, за которую может пойти хороший раб, так что мне стоит поискать стоимость розовой монеты.

Банкир находится рядом с Кварталом дворян, так что мне нужно пересечь город. Сначала я пойду в храм, поем что-нибудь поблизости, поговорю с Сиэль о богах и рабстве, а затем пойду к банкиру, чтобы узнать стоимость розовой монеты.

Думаю, я могу посетить работорговца завтра утром. Это рядом с замком на севере, так что это еще одна долгая поездка. Немного утомительно ходить везде пешком, так что, может, мне стоит поискать цену на тот магический ковер. Также мне не хочется платить за транспорт мага Пространства; я всегда ненавидел такси.

В этот раз я ищу ресторан получше и нахожу тот, где подают мясо Великого вепря. Они не часто встречаются здесь, но экспедиция охотников в глубину Зачарованной кальдеры нашла там стаю, так что в некоторых ресторанах есть много мяса вепря, которое можно предложить в ближайшие несколько дней.

Фасоль хороша, но я скучаю и по рису. Я бразилец, иммигрировавший в Канаду, и время от времени скучаю по основной еде моей родины: рису, фасоли и мясу на гриле по-бразильски.

Я трачу немного времени в чайной. Они подают что-то похожее на черный чай с неопознанным цитрусовым фруктом. Это Эрл Грей? На вкус похоже, но ближе к обычному апельсину, чем к бергамоту. Они подают несколько простых сливочных печений, которые отлично с ним сочетаются.

Затем я иду в храм и ищу Сиэль. Я прогуливаюсь по внешнему кольцу в поисках ее, попутно разглядывая статуи, но ее здесь нет. Я спрашиваю дежурного жреца, и он говорит мне, что она в приюте. К счастью, сегодня не ее выходной.

Приют выглядит точно так же, как жилые помещения жрецов, с той лишь разницей, что вместо жрецов там постоянно входят и выходят дети.

Приют — это большое белое здание в форме коробки с коричневой черепичной крышей, которое выглядит немного дороговато для религиозного учреждения. Оно покрыто цветочными узорами по всем стенам, а каналы заполнены градиентом цветов. Приют и жилые помещения кажутся единственными зданиями, где разрешено некоторое украшение. Это довольно красиво и заставляет меня чувствовать, будто я смотрю на одно из этих «модных» и «артистичных» мест на Земле.

Приют и помещения жрецов окружены лишь коричневым штакетником, но действительно ли мне можно входить без приглашения?

Приют находится посреди участка, занимая большую часть доступной земли. Спереди есть простой травяной сад с мощеной дорожкой к входу, но я вижу какой-то небольшой цветочный сад за зданием. На этом травяном саду есть металлические качели, карусель и приподнятые ворота, где дети играют в какую-то игру в «горячую картошку» с маленьким кожаным мячом.

Я набираюсь смелости и вхожу на территорию. Несколько мальчиков проявляют интерес к моему мечу, остальные игнорируют меня. Затем я быстро вхожу в здание и оглядываюсь. Внутри все сделано из серого квадратного камня, а пол — из светло-коричневого дерева, единственным украшением которого являются деревянные колонны вокруг.

Как только я заканчиваю осматривать окрестности, мимо проходит пожилой жрец.

«О, привет, могу я вам помочь?» — спрашивает пухлый жрец, тепло глядя на меня маленькими глазами. Его голос такой нежный, что щекочет уши.

«Я… ищу мисс Сиэль», — отвечаю я, немного завороженный им.

Его выражение лица светлеет, и он улыбается: «О! Сестра на кухне. Я позову ее для вас. Как вас зовут?»

«Вольф Райдер. Э-э, если она занята, я приду в другой раз; это не срочное дело».

Он мягко качает головой: «Она не очень занята, так что не беспокойтесь. Подождите здесь, в гостевой комнате, пока я ее позову».

Затем он отводит меня в очень уютную комнату. Вокруг низкого кофейного столика (у них здесь вообще есть кофе?) стоит несколько простых диванов; небольшой камин, в котором потрескивают горящие поленья, но я не чувствую запаха дыма; и картина в стиле «Тайной вечери» с изображением нескольких Гуманоидных Богов, висящая над ним. Мне эта картина нравится больше, чем земная, потому что она полна разных, красочных рас и людей, и на ней есть оба пола, а не только скучные бородатые мужчины.

Через несколько минут Сиэль входит в комнату, неся поднос с чайным сервизом и печеньем.

О нет, я только что пил чай, но не хочу отказываться от ее гостеприимства, так что просто притворюсь, что не сыт.

«Добрый день, мистер Райдер. Я гадала, когда вы вернетесь», — приветствует она, садясь, и тут же наливает мне чай.

«Я провел последние несколько дней, тренируясь в подземелье, и вернулся только вчера вечером», — отвечаю я мягким тоном.

Она кивает и тепло улыбается: «Я рада, что вы в порядке. Каждый декадный цикл приходят новости о том, что кто-то исчез в подземелье, так что, пожалуйста, будьте осторожны».

Я неловко улыбаюсь: «Мой девиз — "не умереть", так что я не планирую умирать в ближайшее время».

Она тихо хихикает и откидывается на спинку стула, затем делает глоток чая: «Итак, о чем вы хотели поговорить?»

Я тяжело сглатываю. Есть несколько вещей, о которых я хочу спросить, но уверен, что она сочтет меня странным, когда я расскажу ей.

К черту. Любопытство побеждает.

Я прочищаю горло и начинаю: «Есть несколько вещей, которые я хочу лучше понять. Первое: что такое декадный цикл?»

Она громко выдыхает от веселья и удивленно поднимает брови, отвечая: «Ну, декадный цикл — это период в десять дней, а полудекада — пять дней. Каждый декадный цикл вам советуют глубоко мыться один раз, молиться один раз и веселиться хотя бы раз; каждую полудекаду вам советуют заниматься любовью со своим партнером хотя бы раз и менять ингредиенты блюд, а еще это время между зачистками монстров, за которые отвечает Городская стража».

«А как насчет месяцев и лет? Сколько дней в месяце и сколько месяцев в году?»

«В месяце тридцать дней, а в году десять месяцев, так что в году триста дней».

Значит, декадный цикл эквивалентен земной неделе. Возможно, десять дней выбраны из-за десяти «базовых элементов» в Сказании о Сотворении. Не знаю, почему выбраны тридцать и триста. Может, это сделано так, чтобы было хоть немного похоже на Землю. Не думаю, что японцы верят, что в числах три или десять есть что-то особенное.

Я смотрю на Сиэль и вижу, что она кажется одновременно забавной и сбитой с толку этими вопросами.

Я задумчиво киваю и отвечаю: «Хм, понятно. На моей родине мы говорим "недели" вместо "декадный цикл", и в них было семь дней, а не десять».

Она хмурит брови и сдерживает смешок: «Как любопытно…» — бормочет она.

Я быстро меняю тему, чтобы она не слишком много думала об этом: «В любом случае, я также слышал о кровавых рабах, и мне стало любопытно, почему боги вмешиваются в это дело». почему боги вмешиваются в это дело».

Ее лицо смягчается, когда она начинает думать серьезнее: «Интересная мысль…» Она тратит мгновение на раздумья, затем принимает учительский тон, отвечая: «Гуманоидные Боги выбраны нашими проводниками. Они держат нас на правильном пути, чтобы мы не совершили ошибки настолько ужасной, что уничтожим себя. Нам нужно оставаться едиными и сильными, чтобы всегда противостоять Королю Монстров. Поэтому их причина существования — вмешиваться в каждый аспект нашей жизни».

Не уверен, насколько безопасно задавать такие вопросы жрецу, но мне нужно получить «ощущение» того, как в этом мире относятся к рабству. «Но почему боги принимают рабство?»

Она на мгновение удивленно поднимает брови и переспрашивает: «Что вы имеете в виду? Почему бы они не принимали его?» бы они не принимали его?»

Я неловко чешу голову, переосмысливая этот вопрос.

Лучше быть прямым.

Я вдыхаю и начинаю свою речь: «Разве не жестоко заковывать невинных людей в рабство, независимо от причины? Разве не слишком иметь абсолютный контроль над чьей-то жизнью? Иметь возможность играть с их телами, заставлять их делать что угодно и все, что вы хотите, против их воли? Даже если это не причиняет немедленного вреда, почему кто-то должен иметь столько власти над другими?»

Она подается вперед, и ее лицо становится серьезным, когда она спрашивает: «Вы считаете, что люди должны иметь возможность продавать свои тела?»

Я немного ошеломлен: «Вы имеете в виду… типа… проституцию?»

Она качает головой: «Нет, не только это. Телохранитель — это тот, кто продает свой меч и свое здоровье, чтобы защитить кого-то или что-то важное. Ремесленник — это тот, кто продает свои руки работодателю. Раб — это тот, кто продает свое время и лояльность своему господину».

«Но… все ли рабы добровольны?»

Она кивает, и ее лицо смягчается: «Большинство — да. Долговые рабы, преступные рабы и военные рабы — недобровольны, но из них получаются плохие работники, и им не хватает лояльности, поэтому они не так популярны».

Подождите… похоже, рабство в этом мире — это инверсия рабства на Земле.

Я тупо моргаю и тут же спрашиваю: «Почему они не популярны? Это же бесплатная рабочая сила».

Она обеспокоенно хмурит брови, отвечая: «Их заставляют работать там, где им не нравится, и на господина, которого они ненавидят, конечно, они будут ужасными работниками. Из-за этого господам приходится тратить больше, чтобы сделать этих рабов счастливыми, чем добровольных рабов».

Сделать их… «счастливыми»…?

Я неловко парирую, немного некомфортно от того, что предлагаю: «Разве они не могут "мотивировать" рабов работать усерднее с помощью порки? Под этим я имею в виду, разве они не могут наказывать рабов, если те работают недостаточно усердно?»

Она хмурится, и ее тон становится слегка возмущенным, заставляя меня думать, что я, возможно, захожу слишком далеко: «Я искренне надеюсь, что вы не думаете, что с рабами нужно так обращаться, мистер Райдер. Мы не в Бестиараме; совершение Греха Пыток карается смертью».

Я выдавливаю извиняющуюся улыбку и быстро отрицаю: «Н-нет, нет. Я просто спрашивал, чтобы удовлетворить любопытство. Трудно по-настоящему понять вещи, не задавая вопросы со всех сторон».

Она широко открывает глаза от удивления и отводит взгляд, неловко кашляя: «Я-я понимаю. Всегда хорошо быть любопытным…» Она поворачивается ко мне и на мгновение опускает голову: «Я прошу прощения за то, что усомнилась в вас. Я не поняла, что вы делаете, и это дурной тон — предполагать худшее о ком-то во время дискуссии».

Я машу рукой: «Все в порядке, все в порядке. Мне следовало быть осторожнее с формулировками». И мы обмениваемся смущенными улыбками.

Ее тон становится более небрежным и забавным: «Вы уверены, что вам не стоит называть себя ученым? Помню, как проходила через те же аргументы, когда меня учили философии и морали».

Я слегка краснею. У меня лишь поверхностное понимание философии, но оно может быть выше среднего для простолюдина в этом мире.

Я качаю головой и отрицаю: «Я не ученый, я просто любопытный человек».

Она тепло улыбается и делает еще один глоток: «Тогда продолжайте в том же духе. Богам нравятся такие люди, как вы».

Я киваю и возвращаю нас к теме: «Итак, почему кто-то добровольно продает себя?»

«Чтобы иметь лучшую жизнь; чтобы служить лучшей цели; чтобы помочь лучшему человеку. Причины бесконечны».

Я хмурюсь: «"Лучшему человеку"? Что вы имеете в виду?»

Она снова принимает учительский тон, объясняя: «Мы не все рождаемся равными, но у всех нас есть способность расти. Некоторые люди растут быстрее и дальше других, поэтому ваш долг — найти этих людей и помочь им. Те, кто может защищать других, господствуют над теми, кто не может, а слабые помогают сильным, чтобы сильные могли защищать слабых».

Ладно, мне нравится последняя часть, но…

«Почему наш "долг" — помогать другим?»

Она улыбается самодовольно, как учитель, собирающийся преподать своим ученикам долгий урок: «Мы все дети Бога Сотворения. Независимо от того, где вы родились и во что верите, наша миссия — выжить и поддерживать Цикл. Это наша главная цель, наша причина существования, но мы все еще подчиненные Бога Сотворения, поэтому наша вторая цель — создавать как можно больше новых и интересных вещей. Наконец, мы также унаследовали волю Бога Перемен, поэтому наша третья цель — поддерживать движение цивилизации вперед и прогресс. Вы теперь понимаете?» — любезно спрашивает она с ожидающими глазами.

«Вы теперь понимаете?» — любезно спрашивает она с ожидающими глазами.

Я уверенно киваю: «Это воля Бога Перемен. Если ты не можешь помочь другим сам, то хотя бы помоги тому, кто может».

Она ярко улыбается, как мать, гордящаяся оценкой своего сына, что заставляет меня снова покраснеть: «Идеально сказано».

Я кашляю и прихожу в себя, затем продолжаю: «Но что, если мы хотим отменить рабство и установить демократию?»

Она один раз хихикает, забавляясь моим предложением: «Сильные служат слабым? Это бы не очень хорошо сработало. Боги не остановят вас от попыток, но вам придется столкнуться с последствиями, если вы потерпите неудачу».

«"Последствиями"?»

Она сурово кивает: «Дворянство существует, чтобы защищать нас, но если они терпят неудачу, у них больше нет причин существовать, поэтому их свергают, если не убивают в качестве наказания. То же самое произойдет с любым, кто пытается добиться перемен».

Уф, это сурово…

Она, кажется, забавляется моим удивлением и продолжает: «Помните, что, подобно тому как Бог Сотворения является подчиненным Бога Перемен, мы — подчиненные Бога Сотворения, а рабы — подчиненные нам. Отменить рабство было бы бессмысленно, так как мы всегда будем вынуждены служить нашим лучшим из-за причин нашего существования. Вы можете бежать и прятаться от этой причины, но боги найдут способ вернуть вас на путь или просто убьют. "Рабство" — это просто система, помогающая нам выполнять эту цель».

«Что вы имеете в виду под "убьют вас"?» — спрашиваю я с обеспокоенным хмурым взглядом.

Ее тон становится таким нежным и уверенным, что я чувствую озноб из-за содержания ее объяснения: «Именно это. Гендерно-нейтральный Бог Существования — это подчиненный Бога Сотворения, который присматривает за нами и убивает тех, кто стоит на пути нашей причины существования».

«Что вы имеете в виду под "стоит на пути"?»

И ее тон снова становится серьезным: «Те, кто хочет лишь сеять хаос, те, кто заставляет царство увядать, Грешники, которые заходят слишком далеко, и еретики, которые выступают против Богов. Это те люди, которых убивает Бог Существования».

Значит, быть пораженным Богами — реальная возможность. Лучше мне не настраивать их против себя… но подождите…

«Если они могут это делать, почему Боги не правят нами, как король?»

Она откидывается на спинку стула, казалось бы, слегка забавляясь моим вопросом: «Потому что это идет вразрез с главной целью Бога Перемен: поддерживать движение вещей вперед. Если Богу, который существует только для одной цели, дать власть править нами, то цивилизация будет навсегда привязана к менталитету этого Бога, мешая нам расти или эволюционировать».

«И это было бы желанием Бога Порядка? Чтобы вещи застаивались и разлагались?» — спрашиваю я неуверенно.

Она кивает и улыбается: «Действительно, но помните, Бог Порядка и Разрушения все еще Боги, так что мы не можем игнорировать их мудрость».

«А? Что вы имеете в виду?»

Она тихо хихикает над моим замешательством, затем снова принимает учительский тон и объясняет: «Они могут пытаться уничтожить нас, но принципы, на которых они основаны, все еще очень важны для нас. Просто потому, что наша цель — создавать, это не значит, что мы не можем разрушать. Необходимо убить монстра или животное, прежде чем вы сможете приготовить вкусный стейк. Просто потому, что мы должны вызывать перемены, это не значит, что это должно быть в каждом аспекте нас. Нас поощряют убивать плохих королей, но королевству все равно нужен мир, чтобы иметь возможность расти и процветать. Смотритель создал Богов, чтобы поддерживать баланс в царстве, чтобы Цикл мог продолжаться, поэтому мы тоже должны сохранять этот баланс».

О, я понимаю… они не видят в Боге Порядка и Разрушения «зло», только «оппонента».

Я задумчиво хватаюсь за подбородок и рассуждаю: «Значит, это все иерархия. Как бы мы ни были настроены друг против друга, мы должны поддерживать баланс, а не устранять другого».

Она энергично кивает, очень довольная: «Именно. Это идет от Смотрителя, к Богу Перемен, к Богу Сотворения, к Гендерно-нейтральному Богу Существования, к Гуманоидным Богам, к королевской семье, к дворянству, к простолюдину, к кровавому рабу, к обычному рабу и, наконец, к преступному рабу. Бог Порядка правит Богом Разрушения, который правит монстрами. Они противостоят нам, но это просто их природа, поэтому мы принимаем, что их присутствие необходимо, чтобы заставить нас адаптироваться и расти».

«Бог Порядка правит Богом Разрушения, который правит монстрами. Они противостоят нам, но это просто их природа, поэтому мы принимаем, что их присутствие необходимо, чтобы заставить нас адаптироваться и расти».

Хотя существует определенная степень свободы, общая структура этого общества все еще контролируется богами, и если я хочу изменить ее, мне придется уничтожить половину богов в этом мире. Социальный прогресс должен по-настоящему стагнировать из-за этого.

«Возвращаясь немного назад, боги уточняют, когда они вмешиваются?»

Она делает глоток и пристально наблюдает за мной, отвечая: «Чтобы предотвратить злоупотребление этой гранью, если критерии известны, нам никогда не говорят точно, почему кто-то получил Божественное наказание».

Это немного беспокоит, но я отчасти понимаю логику.

«Значит, единственный безопасный выбор — продолжать быть настолько хорошим, насколько можешь, чтобы избежать наказания?»

Она тепло улыбается и напевает: «Именно».

«Но что значит быть "хорошим человеком"?»

Она становится довольно счастливой и энергичной, и я чувствую, что ее поведение довольно милое: «Ну, вы в основном следуете учениям Гуманоидных Богов. Не тратьте еду, не причиняйте вред другим против их воли ради удовольствия, не совершайте преступления, такие как кража или вымогательство, помогайте другим, когда можете, и тому подобное. Это зависит от Бога, и учений очень, очень много, но вы не обязаны следовать им всем идеально. Боги разумны и понимающи, так что вас не накажут только за то, что вы потратили кусок еды, но если вы будете продолжать это делать, то Боги будут посылать сообщения и предупреждения, и если вы все еще будете им перечить, то получите наказание».

Ладно, разумно, но негибко. Мораль действительно определяется богами, но поскольку они выбраны из смертных, то, в некотором смысле, мораль на самом деле определяется нами. Это просто зависит от критериев того, как выбираются боги.

«Есть ли какие-то известные критерии выбора Гуманоидных Богов?»

Она качает головой: «Это неизвестно, чтобы предотвратить эксплуатацию, но мы знаем, что все Боги когда-то были людьми, которые достигли чего-то великого».

Э, может, все не так уж плохо.

Я массирую шею, чтобы развеять накопившееся напряжение. Разговаривать о религии со жрецом, когда не знаешь, какова будет их реакция на вопросы, немного пугающе.

Я допиваю чай и начинаю закругляться: «Что ж, думаю, на сегодня о рабстве достаточно, но у меня последний вопрос: я хочу выбрать бога для поклонения, так что не могли бы вы дать мне краткое резюме Гуманоидных Богов?»

Она внезапно оживляется и хихикает: «Это хорошая идея! Большинство людей выбирают около трех, которые могут помочь их жизни больше всего, но если у вас есть время изучить, что они представляют, вы могли бы выбрать больше.

«В любом случае, их имена говорят сами за себя, это: Гендерно-нейтральный Бог Существования; Бог Солнца и Сестра-Богиня Лун; Богиня Плодородия; Богиня Благочестия; Богиня Воли; Богиня Любви; Богиня Роста; Бог Войны; Бог Закона; Бог Праздника; Бог Выносливости; Бог Удачи; Богиня Знаний и Брат-Бог Интеллекта; Богиня Растений и Брат-близнец Бог Животных».

«Лун» в смысле, лун больше одной? Я понял, что еще не видел ночного неба. У меня не было причин, так как я сразу ложился спать, как только темнело, но теперь я должен не забыть проверить небо сегодня вечером, иначе любопытство убьет меня.

«Что делают Богиня Лун и Бог Солнца?»

«Они были первыми Богами, поэтому их учения более широкие и общие из-за этого. В наши дни их фокус — приносить счастье тем, кто работает под солнцем или лунами, но им поклоняются не так сильно, как раньше, хотя они все еще те, кто больше всего говорит со своими последователями».

Значит, полагаю, мне стоит выбрать одного из них, если я хочу поговорить с Богом.

Я задумчиво напеваю, затем на мгновение опускаю голову и выражаю: «Спасибо за ваше время, мисс Сиэль, это действительно просвещает. Я подумаю о том, чтобы выбрать одного на данный момент».

Она мило хихикает и отвечает: «Спасибо, что выбрали меня для разговора. Мне очень понравилось разговаривать с вами, потому что вы заставили меня вспомнить основы моей веры и стимулировали мои мысли».

Я улыбаюсь в ответ и встаю: «Тогда я пойду. Увидимся в другой день».

«Я буду ждать». Она машет на прощание, и я ухожу.

Выходя, я вижу, что старый жрец, с которым я разговаривал, когда впервые пришел сюда, находится в комнате рядом с нашей и небрежно читает книгу. Возможно, он подслушивал? Что ж, для меня это не имеет большого значения.

Теперь мне нужно пойти в банк и посмотреть курс конвертации для розовой монеты. Банкиры находятся повсюду в дворянских кварталах в качестве меры безопасности, и поскольку не имеет значения, в какой из них я пойду, я просто выберу ближайший.

Путь туда довольно долгий, но он позволяет мне наблюдать, как карнавал, который носят искатели приключений, постепенно превращается в более изящную одежду богатых, у которых, по крайней мере, чувство стиля лучше, чем у них. Похоже, сейчас в моде плащи, безрукавные бархатные куртки, тонкие хлопковые брюки и рубашки, в то время как их богатство демонстрируется через роскошные украшения на рукавах, боках и ногах.

Я думаю о том, чтобы заглянуть в библиотеку университета, но, взглянув на свою одежду, понимаю, что это может быть очень некомфортный опыт. Из того, что я понял, университет либо для одаренных, либо для богатых, либо для дворян. У меня нет ничего из этих трех, чтобы показать, так что мне нужен хотя бы лучший комплект одежды, прежде чем я даже попытаюсь пойти туда.

Эта мысль подкрепляется, когда я вхожу в банк. Это шикарное, шикарное место. Я вижу спиральные колонны с деталями из золота и фиолетового, черную напольную плитку с идеальным блеском, диваны, от одного взгляда на которые у меня покалывает задницу, униформу, которая делает сотрудников такими же модными, как дворяне, и большую очередь украшенных кабинок, где дежурят служащие с идеальной улыбкой.

Мне здесь не место. Мне нужно закончить свои дела как можно быстрее, а затем уйти.

Я нахожу ближайшего служащего и робко спрашиваю о курсах конвертации монет. Чувствую, что он смотрит на меня холодно, но отвечает идеальным тоном без намека на грубость, затем указывает мне на знакомые черные доски, висящие на стене. Они точно такие же, как в гильдии охотников.

Эти доски содержат курсы конвертации для множества монет, и хотя большинство из них для иностранных монет, доска посередине с украшенными краями — для местных монет. Они объясняют материалы, из которых сделаны монеты, и курс конвертации между каждой из них.

Все монеты сделаны из сплавов, и их стоимость зависит от состава сплава и веса. Правительства могут менять их сплав и вес в качестве экономических мер, поэтому важно всегда знать точный состав каждой монеты. Например, они могут уменьшить вес, чтобы сэкономить расходы, ввести более дешевые металлы, чтобы разбавить сплав, или полностью изменить сплав, когда найдены новые шахты или старые истощены.

К моему огромному счастью, розовые монеты очень ценны.

Обычный обменный курс, который стремится поддерживать империя, заключается в том, что медные, серебряные, золотые и розовые монеты имеют обменный курс 1:100. Это означает, что 1 серебряная равна 100 медным, 1 золотая равна 100 серебряным и так далее. Полагаю, это сделано для того, чтобы предотвратить обременительность транзакций с высокой стоимостью, так как монеты могут стать довольно тяжелыми.

Служащий объясняет, что несколько месяцев назад была обнаружена шахта, содержащая огромное количество платины, которая является металлом, используемым для розовой монеты. Эта монета — просто сплав золота и меди для цветовой кодировки монеты, придающий ей розовый цвет, в то время как небольшое количество платины добавляется, чтобы придать ей ценность, потому что ее слишком мало, чтобы сделать из нее монету саму по себе.

Эта розовая монета также никогда не используется без кого-то, у кого есть навык [Оценка металлов], потому что это единственный надежный способ увидеть процент металла в сплаве, и если вы имеете дело с розовыми монетами, значит, у вас достаточно золота, чтобы нанять оценщика для транзакции.

Текущая версия розовой монеты стоит семьдесят золотых, но империя скоро отчеканит новую монету с более высоким содержанием платины, чтобы скорректировать цену. Служащий говорит, что стоимость упадет еще на один или два золотых, прежде чем стабилизируется, но моя розовая монета не будет такой ценной, как новая, когда она выйдет, так что у меня мало причин держать ее.

Я говорю служащему, что хочу обменять свою монету, и он выглядит заметно шокированным на мгновение. Я просто надеюсь, что меня не обвинят в краже у кого-то, но, учитывая цену некоторого снаряжения для приключений, я бы не удивился, если бы искатель приключений в конечном итоге нашел что-то стоящее розовой монеты или двух.

Служащий указывает мне на конец ряда кабинок, где несколько служащих занимаются обменом денег. Очереди нет, так что я иду туда, предъявляю свою монету и получаю золото, пересчитанное передо мной, затем забираю его и немедленно ухожу.

Как только я выхожу, я начинаю немного расслабляться. Роскошная атмосфера заставляла меня чувствовать себя некомфортно.

До заката еще несколько часов, так что я убиваю время, просматривая книги. Покупаю три о случайных героических сказках и одну о романтике. Я не романтичный тип, но мне интересно узнать, что такое любовь в этом мире. Я также нахожу очень пушистую подушку, которую буду использовать для сна с этого момента.

Затем я решаю купить комплект одежды среднего ценового диапазона и плащ. Это темно-синяя шерстяная рубашка с золотыми линиями, идущими вдоль рукавов, черные брюки в том же дизайне, черные кожаные туфли и модный темно-синий бархатный плащ. Плащ немного стильный. У него есть браслет, который крепит его нижнюю часть к моему запястью, так что он доходит до талии, затем поворачивается в сторону, закрывая только одну руку. Я видел, как несколько человек используют его, так что не думаю, что это слишком выходит за рамки нормы, даже если мне это кажется странным.

После этого я нахожу киоск, продающий мясо Драколита на палочке. На вкус как курица, но есть сильный остаточный вкус чего-то, что напоминает мне траву. Не знаю, приправа ли это или просто его обычный вкус.

Вернувшись в гостиницу, Селина кажется веселой, как обычно, но хозяин гостиницы, кажется, наблюдает за мной.

Черт, я не пытаюсь украсть твою дочь.

Впрочем, он не кажется холодным ко мне.

Затем я расслабляюсь и ложусь спать, чувствуя себя очень довольным выбором подушки.

Мне снится короткий кошмар с Булькающим гоблином, который будит меня посреди ночи, заставляя чувствовать себя довольно разочарованным. После этого мне снится, как я убиваю гоблинов, но это не очередной кошмар, это просто воспоминание об адреналиновом приливе битвы.

Сегодня на завтрак салат с капелькой уксуса, который на вкус как яблочный, и это заставляет меня захотеть заглянуть на Фермерский рынок за какими-нибудь фруктами или чем-то, чтобы сделать сок. Если я куплю немного, я могу просто попросить поваров гостиницы приготовить его для меня.

Наполнив желудок, я надеваю свою новую, более модную одежду и начинаю идти к замку.

Сегодня я вижу несколько брошюр, рекламирующих «Причудливый эмпориум». На них есть довольно детально нарисованный от руки дирижабль. Они выкладываются на полную в рекламе.

Дизайн дирижабля — это горизонтальное яйцо, и верхняя половина яйца меньше, что создает палубу для ходьбы людей. Сзади я вижу то, что похоже на дюжину пропеллеров, так значит ли это, что в этом мире есть концепция аэродинамики?

Я двигаюсь дальше и смотрю вперед. Через несколько минут ходьбы по главной дороге замок начинает выглядывать из-за крыш домов, и я постепенно вижу его во всей красе впервые. Он сделан из сине-серых кирпичей и больше похож на супертолстую квадратную башню, чем на обычный средневековый замок. Он начинается массивно толстым и становится меньше по мере подъема, возвышаясь в два раза выше любого другого здания и башни в этом городе, затем заканчивается огромным флагом, свисающим с шеста.

Даже на этом расстоянии можно различить детали на флаге. Это то же самое, что и геральдика на табардах стражников: черный фон с простым белым воздушным змеем посередине, на котором скрещены золотой меч и красная роза.

Требуется время, пока я не смогу увидеть замок целиком, так как улицы довольно переполнены кривыми многоэтажными зданиями. Он открывается только тогда, когда я выхожу на главную кирпичную дорогу, ведущую к замку.

Магазины вокруг здесь высокого качества и с большим разнообразием. Рестораны, чайные, пекарни, книжные магазины, магические магазины, магические мастера, кузнецы, магические кузнецы, продавцы зелий, высококлассные гостиницы, таверны, которые напоминают мне современные деревенские рестораны, мебельные магазины, недвижимость, и чем ближе к замку, тем больше появляется парфюмерных магазинов.

Я не сопротивляюсь и покупаю самый дешевый мужской парфюм, который могу найти. Сорок серебряных монет. Это чертовски дорого, но мне нужно что-то, чтобы замаскировать запах кожи, если я собираюсь войти в высококлассное заведение.

Затем я наконец нахожу работорговца. Это большое бело-черное здание со словами «Золотое ожерелье», написанными золотом на вывеске над входом.

Я смотрю на вывеску мгновение, чтобы набраться смелости, затем вхожу внутрь и тут же жалею, что не купил одежду еще лучше.

Работорговец такой же роскошный, как банк. У него невероятно глянцевый темный пол и золотые швы, соединяющие плитку, в то время как стены украшены десятками хрустальных статуй обнаженных гуманоидов. Здание большое, но вестибюль маленький, так как стены покрыты дверями в другие комнаты.

Ко мне подходит старик, одетый в одежду, поразительно похожую на костюм с галстуком. «Добро пожаловать, Великий Сэр. Чем я могу вам помочь?» — вежливо спрашивает он, кланяясь под прямым углом.

Я все еще понятия не имею, как здесь принято формально здороваться, поэтому просто скованно отвечаю: «Добрый день. У меня здесь рекомендательное письмо».

Я протягиваю ему письмо, и он деликатно берет его. Он просматривает его, но не открывает, затем поворачивается ко мне и мягко просит: «Не могли бы вы последовать за мной? Я отведу вас в отдельную комнату, а затем отнесу письмо Главе, чтобы он мог проверить его содержимое».

«Понял», — принимаю я с кивком.

Он открывает одну из ближайших дверей и ведет меня внутрь. Комната довольно широкая, но в ней есть только два роскошных дивана вокруг стеклянного стола посередине, что делает комнату довольно пустой. Окон нет, так как освещение магическое, исходящее от сияющих драгоценностей, встроенных в потолок, и я вижу небольшое вентиляционное отверстие в одном из ее углов.

Похоже, у них здесь есть даже технология вентиляции.

Старик указывает мне на один из диванов, а затем уходит.

Я неловко сижу там и жду. Через минуту открывается другая дверь на другой стороне комнаты, и выходит мужчина средних лет. Его лицо настолько мужественное и нежное, что это заставляет меня чувствовать себя странно некомфортно. Он одет в роскошный фиолетовый шелковый халат, а на каждом его пальце — кольцо с драгоценным камнем.

Старый дворецкий идет за ним, неся поднос с чайным сервизом и печеньем, что немного радует меня.

Это шоколадное печенье?!

Мужчина садится на диван передо мной и быстро кланяется. «Добро пожаловать в "Золотое ожерелье". Ваше имя мистер Райдер, как сказано в письме, верно?» — спокойно спрашивает он, его голос удивительно глубокий и стимулирующий.

«Верно», — отвечаю я с кивком.

Он одаривает меня красивой улыбкой и продолжает: «Меня зовут Гулам Бхатт, и я Глава этого заведения. Я удивлен содержанием письма, переданного мне. Вы приобрели могущественного союзника, мистер Райдер».

Он на самом деле заставляет меня покраснеть, по какой-то причине. У этого человека идеальный тон, идеальное лицо и даже идеальный язык тела. Если бы я был женщиной, я бы легко влюбился в него.

«П-привет, мистер Бхатт. Я просто сделал то, что считал правильным», — неловко отвечаю я.

Он медленно кивает. «И награда была дана… Теперь, в письме сказано, что вы ищете спутника для приключений, это так?»

Я тяжело сглатываю и закаляю свои нервы. «Да, у меня нет особых требований. Я просто хочу кого-то, кто может помочь мне сражаться, так что покажите мне своих лучших».

«Есть ли предпочтения по полу?»

Это опасный вопрос.

«Нет…»

Он просто снова кивает. «Тогда извините, мне нужно уйти, чтобы собрать лучших и привести их сюда. Начнем с женщин». И я внезапно чувствую себя немного некомфортно.

Я киваю, он уходит, а затем возвращается через несколько минут с пятью женщинами, следующими за ним. Все они одеты в свободное и маленькое белое шелковое платье, которое оставляет ноги обнаженными, показывая до половины бедер. Оно также открыто по бокам, и две из женщин настолько хорошо сложены, что грудь вываливается через отверстия, а ткань настолько тонкая, что я могу даже видеть форму их сосков. Это слишком опасно и стимулирующе.

Что я здесь делаю…?

Когда я вижу, как входит последняя женщина, я полностью замираю.

Нет, нет… это слишком.

Стройное тело с намеком на мышцы, светло-коричневая кожа, слегка волнистые черные волосы, которые спускаются немного ниже плеч, и маленькое женственное лицо.

Это Лили…

Нет, это не она! Она похожа на нее, но это не она!

Я хочу подскочить и обнять ее, затем поцеловать и заняться с ней любовью.

Я так скучаю по Лили…

Я хочу домой.

Продавец прослеживает мой взгляд и поворачивается ко мне: «Эта — маг со знанием Благословения и [Темной магии], и с зачатками знаний в редкой [Магии призыва]. Если вы хотите изучать экзотическую магию, она та, кто вам нужен. Она также была обучена простому [Зелеварению]. Она не боец передовой, но станет идеальной поддержкой для вас. Даже в постели».

Дрожь пробегает по моему позвоночнику.

«Пожалуйста, уберите ее», — прошу я плоским тоном, сдерживая свои эмоции.

Продавец ошеломлен, но кивает старику, который уводит ее.

«Она была недостаточно хороша?» — тактично спрашивает Гулам.

Я сжимаю кулак и снова запираю эмоции, которые вот-вот вырвутся наружу: «Дело не в этом… она просто слишком сильно напоминает мне кое-кого».

«Понимаю…» — шепчет он успокаивающим тоном, затем продолжает представлять каждую женщину.

Первая — женщина расы демонов типа ворона. Она высокая и хорошо сложенная. Ее кожа красивого чисто-черного цвета, ее очаровательные прямые белые волосы падают на плечи, как шторы, а ярко-красные глаза смотрят с интересом. Она может материализовать огромное лезвие, которое выходит из тыльной стороны ее руки, и она может даже летать, призывая птичьи крылья. Она специализируется на сражении копьем и знает [Магию Ветра], чтобы поддерживать свой полет. Она позволяет использовать себя как секс-рабыню.

Уф, последняя часть пугает. Я просто проигнорирую ее пока что.

Вторая — женщина-дварф, но она выглядит как короткий подросток. У нее коричневые волосы, уложенные в стрижку «под горшок», и круглый, смешной нос, который делает ее довольно очаровательной. Она использует традиционную комбинацию дварфийского щита и молота, и у нее есть расовый навык, который преобразует ману в «Силу», но без него у этих ее тонких рук не было бы шанса поднять башенный щит. У нее есть несколько уровней в [Магии земли] для полезности и [Магии света] для лечения, так что она довольно самодостаточна и долго держится в бою.

Третья — человеческая женщина. Она хорошо сложена, и ее лицо выглядит злым, но сексуальным в то же время, что подчеркивается ее короткими мальчишескими светлыми волосами. Она высокая, сильная и может постоять за себя против рыцаря. Раньше она была искателем приключений, и ее тело показывает множество шрамов как доказательство ее опыта.

Четвертая — человеческая девушка. Она выглядит обычно, но у нее красивые коричневые волосы. Она преуспевает в Воде, Огне и [Магии Ветра], но только в этом, так что она, по сути, стеклянная пушка. Я немного заинтересован в ней, так как у нее такой большой магический репертуар.

Затем женщины уходят, и он приводит трех мужчин.

Первый — крупный драконид. Высокий и довольно уродливый мужчина с короткими коричневыми волосами. У него есть драконьи крылья, которые он может использовать, чтобы летать в течение короткого времени, и небольшие участки острых чешуек, выступающих с боков его рук и ног. Эти чешуйки могут действовать как броня или даже использоваться как оружие, так как края заточены. Его особенность в том, что он может выдыхать песчаную бурю и ослеплять своих противников, и он также опытен со всеми видами оружия ближнего боя. Поистине величайший воин этого заведения.

Второй — мужчина-дварф. Он выглядит того же возраста, что и я, несмотря на то, что его реальный возраст вдвое больше моего. Его навыки похожи на навыки женщины-дварфа, но он не может использовать [Магию света]. Ему может не хватать лечебной магии, но у него есть преимущество в виде опыта искателя приключений.

Третий и последний — лысый человеческий мужчина со скучным лицом. Он специализируется на [Магии благословения] и [Магии света], знает немного [Магии Ветра] и имеет некоторую подготовку в мече и щите. Он позволяет использовать себя как секс-рабыню, даже для других мужчин.

О, боже…

Я моргаю несколько раз, чтобы очистить свой разум от странных мыслей.

Все их контракты либо на одно, либо на два десятилетия, что для меня вполне приемлемо.

Итак, кто лучший: девушка-маг или драконид? Женщина-дварф также привлекательна из-за лечебной магии. С тем количеством денег, что у меня есть, я могу купить больше одного, но могу ли я действительно позаботиться о более чем одном человеке сейчас?

Я думаю усердно и тщательно, но не думаю, что должен принимать решение прямо сейчас.

Видя мою нерешительность, Гулам внезапно предлагает: «Мистер Райдер, не хотели бы вы подождать два дня, прежде чем принять решение? У меня прибывает новая партия, и там есть два отличных драгоценных камня, даже лучше, чем те, что здесь».

Это застает меня врасплох. Кто может быть лучше драконида и гениального мага?

«А как насчет этих, разве они не продадутся тем временем?» — спрашиваю я.

Он грациозно качает головой и отвечает: «Я могу придержать их до прибытия партии, и у вас есть приоритет из-за вашей рекомендации. Кроме того, те, что я показал вам, — мои драгоценности, и рабы такого качества обычно продаются несколько месяцев. Маловероятно, что кто-то, способный купить их, придет так скоро».

Я не вижу причин не подождать, и я в любом случае собирался отдохнуть несколько дней.

«Ладно, я подожду», — принимаю я.

Я хочу вернуться и съесть это печенье снова. Коричневое не из шоколада, но это все равно вкусная смесь ванили с ароматным фруктом, которая идеально сочетается с чаем, который, кажется, представляет собой смесь имбиря и гвоздики, и на вкус он действительно хорош.

Я покидаю «Золотое ожерелье» и убиваю время до полудня, разглядывая витрины на главной улице, затем переодеваюсь в свою обычную одежду и иду в гильдию охотников на тренировку.

«Итак, ты все еще жив?» — сурово спрашивает Тога, слегка удивленный.

Даже не приветствие, просто злой взгляд и прямые слова.

«Э-э, вы ожидали обратного?» — обеспокоенно спрашиваю я.

Он фыркает, выглядя немного раздраженным, затем кивает и отвечает: «Ты не приходил за новыми тренировками. Это обычно означает, что ты безрассудно полез в подземелье и погиб».

Я посмеиваюсь над собой: «Вау, это недалеко от истины, но я сыграл безопасно и пошел в "Заварушку Ройда"».

Он укоризненно поджимает губы: «Даже это было опасно. Слышал, что орк-охотник был найден на шестом уровне? Это мог быть ты».

Значит, это значит, что ты заботишься обо мне, Тога? Оу, я тронут.

Я криво улыбаюсь и признаюсь: «Ну… э-это был я. Я сражался с орком-охотником с тремя другими людьми».

Тога даже не дергается, он просто смотрит на меня, оценивая мои слова, затем смотрит на одного из парней на скамейке, того самого, который лечил меня после последней взбучки, которую я получил.

«Харпер! Кто был тот парень, который убил орка-охотника?!» — кричит он.

«Думаю, это был какой-то Вольф Райдер!» — кричит в ответ целитель.

Тога медленно поворачивает голову ко мне в идеально жутком движении, затем смотрит на меня еще сильнее, как будто его глаза могут пронзить мою душу, и я вижу маленькую улыбку, формирующуюся на его рту.

«Итак, мистер Убийца, ты здесь для новых тренировок?» — сурово спрашивает он, его голос звучит еще более угрожающе, чем раньше.

Я избегаю его взгляда и напрягаюсь: «Д-да… я хотел бы снова поспарринговать», — кротко отвечаю я.

Он немедленно бросает в меня деревянный меч: «Подними защиту!»

А затем он снова избивает меня, на этот раз еще сильнее.

Другие ученики и учителя начинают подбадривать меня, призывая не сдаваться, плача от радости каждый раз, когда мне удается заблокировать, и вздрагивая при каждом ударе, который я получаю. Думаю, некоторые даже делают ставки, но я не могу больше обращать на них внимание, потому что на кону моя жизнь и достоинство.

В этот раз Тога не просто избивает меня, он превращает это в марафон избиения. Он изматывает меня до тех пор, пока я не готов сломаться, затем дает мне отдохнуть ровно столько времени, сколько нужно, только чтобы снова измотать меня до предела. Он заставляет меня продержаться весь день и заканчивает только тогда, когда я едва могу стоять. Избиение настолько сильное, что я даже оказываюсь в крови.

Затем он внезапно останавливается и опускает меч: «Достаточно. Сегодня был продуктивный день, и я доволен результатами», — спокойно заявляет он, и клянусь, в его голосе чувствуется садизм.

Скорее, доволен тем, что видит мои страдания.

«Спасибо… за сессию». Это все слова, которые я могу сказать, пока меня полностью не вылечат, и требуется два инструктора, чтобы вернуть мне полное здоровье.

Я вернулся в гостиницу, и Селина весело приветствует меня.

«С возвращением, мистер Райдер, вы сегодня снова сражались с чем-то страшным?» — спрашивает она со слегка дразнящим тоном.

«Просто с кровожадным инструктором», — отвечаю я с кривой улыбкой.

Она удивленно поднимает брови, затем немедленно восклицает: «А! П-простите…» И прикрывает рот рукой, хихикая.

Я устало качаю головой: «Не стоит, это тренировка… это жизнь, которую я выбрал».

«Спасибо за ваши усилия». Она кланяется и подмигивает мне, затем уходит, улыбаясь.

Когда я возвращаюсь в постель, я смотрю на свои показатели. Мои «Выносливость» и «Сила воли» увеличились на 1 (теперь 9 и 13), а [Блок], [Парирование] и [Уклонение] увеличились на 3 (теперь 2+4, 0+4 и 2+4), что довольно впечатляюще. Хотя полагаю, у меня просто не было много шансов использовать меч для атаки во время этого избиения.

Затем я вспомнил, что есть навык под названием [Владение щитом], так почему я не выучил его раньше? Это наступательный навык, как [Владение мечом]? Мне нужно прикрепить лезвие и убить что-то им, чтобы это не считалось [Ударом щитом]?

Что ж. Если он не растет, то я просто проигнорирую его пока что, пока не узнаю больше о навыках.

Вот мой прогресс на данный момент:

Отчет о навыках Вольфа Райдера

Физические

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Владение мечом

8+2

Уклонение

2+4

Парирование

0+4

Блок

2+4

Удар щитом

0+1

Чувство присутствия

5+0

Магические

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Эффективность маны

4+0

Восстановление маны

4+0

Снижение расхода маны

4+0

Магия огня

1+0

Электрическая магия

1+0

Магия благословения

5+0

Магия природы

5+0

Разное

Название навыка

Уровень

Название навыка

Уровень

Язык Андрасте

10+0

Разборка

0+1

Информация

Имя

Вольф Райдер

Возраст

16

Раса

Человек

HP

100

MP

135

Магическая сила

190

Уровень

10

Статы

Сила

8

Выносливость

9

Ловкость

9

Скорость

10

Интеллект

20

Мудрость

15

Сила воли

13

Харизма

10

Благочестие

3

Восприятие

15

Здравомыслие

9

Другое

Эффекты статуса

'НЕТ'

Титулы

'НЕТ'

Принадлежность

'НЕТ'

Спутники

'НЕТ'

Преступления

'НЕТ'

После этого я ложусь спать, и мне снятся несколько запутанных снов о сражениях, так что я сплю не очень хорошо.

Сегодня мое тело слишком ноет для тренировок, и больно даже ходить.

Поскольку мне нечего делать, я хотел поговорить с Селиной, но она слишком занята в этот раз. Наши отношения довольно неловкие. Мы не близкие друзья, и я не могу звать ее в любое время. К тому же мы разговариваем только во время еды, и я даже не знаю, куда она уходит вне этого.

Поскольку я не знаю, что делать, я завтракаю и провожу утро в постели, дремля время от времени, пока не наступает время обеда, затем у меня появляется энергия ходить и искать какую-нибудь экзотическую еду.

Я нахожу место с супер острым супом из Драколита, и в нем есть нотка карри. Проблема в том, что он горячее, чем задница Сатаны, так что мне требуется некоторое усилие, чтобы съесть его, но я делаю это. Я не слаб к острой пище, так что интересно, о чем, черт возьми, думал повар, когда готовил это.

Затем я решаю пойти в гильдию охотников тренировать магию. Люди уже должны знать, что у меня есть Огонь и [Электрическая магия], так что я просто собираюсь тренировать свой запас маны.

Я говорю менеджеру, что собираюсь тренироваться с [Огненным шаром], и он дает добро, так что я иду в самый дальний угол зоны магических тренировок. Здесь люди не заметят, что я не пою, и я также могу держаться подальше от садистского взгляда Тоги.

Я наблюдаю за другими магами, когда они произносят [Огненный шар], и замечаю, что они могут произнести очень маленький почти мгновенно. Я думаю о том, чтобы вложить очки в [Контроль маны], чтобы я мог менять размер [Огненного шара] и подражать им, но не думаю, что необходимо доходить до такого уровня обмана.

Я вкладываю все свои очки в боевые навыки и начинаю произносить [Огненный шар] до тех пор, пока моя мана не истощится. Я могу произнести его только двенадцать раз, пока мое МП не закончится, затем я вкладываю все очки в [Восстановление маны] и медитирую, пока не восстановлюсь полностью. Я пытаюсь произнести его тринадцать раз, но почти падаю в обморок от отключки, и из-за смущения решаю больше так не делать.

Я чувствую искушение надеть [Сопротивление потере сознания], чтобы привыкнуть к боли от произнесения заклинаний с отрицательным МП, но книга советов для искателей приключений также говорит, что это снижает продолжительность жизни, так как использует души заклинателя для питания заклинаний, так что я думаю, что пропущу это.

Тренировка [Сопротивления перерасходу маны] может быть полезнее, однако, так как мне нужно только позволить моему МП упасть слишком низко или использовать его слишком быстро, чтобы рискнуть пострадать от потери чувств, болезненных головных болей или ноющих мышц из-за перерасхода маны. Книга советов также советовала магам истощать свою ману каждый день перед сном, пока они не разовьют [Сопротивление перерасходу маны], но не похоже, что многие люди следуют этому совету.

Если я буду продолжать практиковать свою магию так каждый день, то, может быть, я смогу выучить это за год, но это потребует большого усердия.

Я быстро понимаю, что такая тренировка очень утомительна умственно. Головная боль всегда вспыхивает, когда у меня начинает заканчиваться мана, так что мне требуется много усилий, чтобы сосредоточиться на медитации, но мне удается поддерживать устойчивый ритм до самого заката, затем я возвращаюсь в гостиницу.

Я умираю с голоду.

Похоже, использование маны делает тебя более голодным, чем обычно, так как мне приходится просить вторую порцию уже щедрой еды, которую дает гостиница.

«Что сделало тебя таким голодным?» — нежно спрашивает Селина, ставя передо мной тарелку.

«Похоже, тренировка магии делает тебя супер голодным», — быстро отвечаю я и набрасываюсь на еду.

Она садится и воркует от удивления: «О~х? Ты тоже можешь использовать магию? Это потрясающе. Какие заклинания ты можешь произносить?»

Я торопливо сглатываю и отвечаю: «О… это ничего, просто маленький [Огненный шар] и вспомогательные заклинания для себя, такие как [Регенерация] и [Ветряная броня]."

]. Она мило хихикает: «"Ничего"? Ты довольно скромен. Маг, который знает меч, — это такой романтичный способ сражаться».

Я перестаю есть и хмурюсь в замешательстве: «Э-э… что ты имеешь в виду под "романтичный"?»

Она мило опирается подбородком на руку и начинает говорить взволнованно: «Большинство историй о героях — о таких людях, как ты: бойцы ближнего боя с козырем в магии. Они живут опасными и захватывающими приключениями, которые дают им мудрость довести свои силы до предела.

«Моя любимая — о маге, чья вся стратегия вращалась вокруг поиска шанса произнести единственное [Шокирующее касание] на самое уязвимое место врага. Его способ сражаться был все или ничего, и он поставил все на это заклинание, когда сражался с драконом. Огромный, опасный и внушающий страх монстр, поверженный одним простым заклинанием. Он был настолько остроумен, что убедил дракона подойти близко, хотя тот знал, на что способен искатель приключений. У меня мурашки по коже, когда я читала эту книгу».

Это то, о чем думает обычная девушка этого мира, или ты просто особенная?

«Действительно, звучит как поэтичная битва», — холодно отвечаю я и посмеиваюсь.

Селина одаривает меня улыбкой, которая растапливает мое сердце, и продолжает рассказывать свои истории взволнованно.

Но потом я вспоминаю Лили…

Трудно признать это, но я верю, что мне придется жить в этом мире очень, очень долго. Мой рост медленный, трансмиграция — что-то неизвестное для местных, и я абсолютно ничего не знаю о том, почему я здесь. У меня даже нет фигуры наставника, чтобы направлять меня, а затем погибнуть в середине истории, чтобы дать мне импульс к борьбе.

Я застрял здесь, и если сообщение «Бога» не было ложью, то это на всю оставшуюся жизнь.

Что случилось на Земле? Время остановилось? Они ищут меня? Они вообще еще живы?

То, как Селина смотрит на меня, довольно очевидно. Знаки есть.

Я знаю, что Лили не стала бы ждать меня, и мне тоже не следует ждать. Мы не идеалисты, которые верят в существование «настоящей любви», мы горькие реалисты, которые просто нашли счастье друг с другом.

Тонкие взгляды, короткие улыбки, медленное приближение, десятки оправданий, которые Селина находит, чтобы коснуться меня. Я не могу игнорировать это.

Лили и я не хотели бы, чтобы другой тратил неизвестно сколько времени, ожидая моего возвращения. Мы любим друг друга до такой степени, что хотели бы, чтобы другой нашел счастье, даже если не вместе. Мы просто настолько прагматичны.

Селина заставляет меня смеяться и поднимает настроение, но она ничего не может сделать, чтобы исправить бурю эмоций, назревающую в моем сердце.

Я не могу просто делать все это в одиночку вечно. Мне нужно на кого-то положиться… но я слишком боюсь сближаться с кем-либо.

Затем я вспоминаю женщину-ворона и вздрагиваю.

Я чертовски одинок, думаю, это то, что держит мое «Здравомыслие» так низко.

Я падаю на кровать со вздохом, затем сворачиваюсь в клубок.

Не прошло и месяца, а я уже ломаюсь, но, справедливости ради, всего за несколько дней я уже прошел через достаточно ситуаций жизни и смерти, чтобы хватило на всю жизнь на Земле.

Мне нужно думать только о себе, иначе, не думаю, что долго продержусь. Я — единственное, что имеет значение прямо сейчас! Я должен думать только о своем выживании!

Я сжимаю кулаки от гнева.

Этот мир не проявит милосердия к кому-то нежному, как я, так что мне нужно измениться, но я не хочу.

Тихие слезы текут по моим щекам, и я плачу до тех пор, пока не засыпаю.

Лили, прости меня…

Мне снится кошмар, как Охотник смотрит на меня своими маленькими глазками-бусинками. Он ничего не делает, кроме как смотрит, как вездесущая угроза.

Сегодня я просыпаюсь, чувствуя себя лучше, но все еще недостаточно хорошо, чтобы снова быть избитым в кашу. Моя «Сила» тоже не увеличилась, так что я думаю, что должен начать режим тренировки мышц. Я могу просто делать несколько быстрых упражнений перед ванной, как делал на Земле, но мне нужно что-то, чтобы заменить гантели.

Я смотрю на свое МП и вижу, что оно увеличилось на 30 (теперь 165). Это хорошее количество. Я определенно могу произнести [Огненный шар] еще один раз сейчас. Никакого увеличения «Магической силы», однако, так что интересно, что для этого нужно.

На завтрак салат из фасоли с крошками не-кукурузы и ножка бешеного кролика. Честно говоря, кухня здесь неплохая, но я просто очень скучаю по рису.

Итак, что мне делать сегодня? Я не очень в настроении исследовать город, так как моя голова все еще тяжела от мыслей прошлой ночи.

Чувствую, что ментально загнал себя в угол. Я застрял в дилемме, вызванной двумя конфликтующими частями моих убеждений. Любое решение, которое я приму, в конечном итоге причинит боль части меня, так что как мне вообще начать делать этот выбор? Легко найти логический путь, которому нужно следовать, но трудно на самом деле пройти через него.

Я пытаюсь взять книгу о романтике, чтобы почитать, но не могу сосредоточиться, так что просто рассеянно листаю страницы, ничего не усваивая.

Потратив утро, я просто выбираю случайный киоск и обедаю на улице. Я едва даже обращаю внимание на то, что ем, просто знаю, что это безвкусно.

После этого я решаю причинить себе боль и иду на тренировочную площадку, чтобы снова увеличить свое МП.

В этот раз Тога не так пристально смотрит на меня. Он кажется удовлетворенным тем количеством боли, которую я причиняю себе.

Помимо отказа от стыда и потери чувств пять раз от отключки, ничего особенного не происходит, и я просто механически повторяю свою последовательность тренировок с [Огненным шаром], за которой следует медитация, усиленная [Восстановлением маны]. Это дает мне небольшую головную боль от перерасхода, однако.

После заката я возвращаюсь и рассеянно ем ужин. Селина сегодня не обслуживает, и я не спрашиваю почему.

Я ложусь спать с настроением хуже, чем когда проснулся.

Мне снова снится Булькающий гоблин. В этот раз я посылаю его к черту, но это не помогает, и я просыпаюсь посреди ночи в холодном поту.

Селина будит меня, и я немедленно смотрю на свое МП. Оно увеличилось на 50 (теперь 215). Это довольно большое количество, так что я верю, что хорошо справился со вчерашней тренировкой.

Теперь наконец настал день покупки раба. Я тревожно завтракаю, затем иду в «Золотое ожерелье».

Я даже не знаю, чего хочу от этого больше…

Тот же старик, похожий на дворецкого, приветствует меня поклоном: «С возвращением, Великий Сэр. Не желаете ли пройти в комнату для встреч немедленно? Я позову Главу; новая партия готова к осмотру».

«Конечно, пожалуйста», — шепчу я в ответ, немного отстраненно.

В тот момент, когда я вхожу в комнату, я вспоминаю небесное печенье и чай, и моя тяга к сладкому немного снимает напряжение.

Не-дворецкий приходит через несколько секунд с подносом печенья и чая, затем оставляет меня одного пожирать их, и я замечаю, что их в два раза больше, чем в другой день.

Он заметил, что они мне понравились?

Затем входит Гулам и быстро кланяется: «С возвращением в "Золотое ожерелье", мистер Райдер. Я рад, что вы подождали. Уверен, вы будете довольны новой партией, они поразительны».

Он садится и хлопает в ладоши, затем не-дворецкий открывает дверь.

Входят две женщины, две красивые женщины. Я втягиваю воздух и замираю.

Поразительно, действительно.

Первая — девушка-лиса. У нее светло-коричневые, почти оранжевые волосы, уложенные в милое каре, челюсть в форме ромба, тонкие губы, маленький нос, круглые оранжевые глаза и заостренные оранжевые лисьи уши на макушке. Такое невероятно милое лицо.

Когда она идет, я вижу оранжевый лисий хвост, болтающийся сзади, и у него даже белый кончик. Он выглядит таким мягким, что я хочу обнять его.

Вторая — девушка-эльф. У нее прямые серебряные волосы, которые настолько глянцевые, что почти сияют, очаровательно низкий рост, кожа белая как снег, овальное лицо, вздернутые голубые глаза, которые выглядят почти азиатскими, маленький и заостренный нос, маленькие красные губы и безошибочно узнаваемые длинные заостренные уши эльфов, выступающие под прямым углом из ее головы.

Честно говоря, это не то, что я думал, он имел в виду, когда сказал, что новые рабы будут даже лучше предыдущих. Я представлял, что появится монстр покрупнее драконида или что-то в этом роде. И, судя по моему текущему состоянию, не думаю, что мне стоит находиться в этой комнате с этими двумя девушками.

Гулам улыбается мне с грацией, из-за чего трудно отвести от него взгляд, когда он объявляет: «Это мои два новых приза. Верефокс — Алисса. Она — предложение от эксклюзивной сделки, которую Рабанара имеет с Зачарованной кальдерой. Они растят и обучают раба каждые пять лет, затем продают нам. Мне потребовалось много удачи, но мне удалось приобрести ее.

«Ее с детства учили, что ее судьба — быть боевым рабом, и из-за ее красоты ее также обучали, как служить мужчине. Она самый искусный лучник и охотник своего клана, и вы не найдете никого лучше нее вне свиты Лорда. Ее "Скорость" и "Ловкость" очень высоки, что дает ей точную меткость и высокую смертоносность. Ее обоняние и слух чрезвычайно остры, и у нее даже есть редкое [Чувство присутствия], что делает ее идеальным разведчиком. Она также была обучена традиционной магии образа жизни, так что она готова жить даже среди дворян.

«Другую зовут Сильвана. Она дочь павшего дворянина из эльфийских земель Эларии, так что у нее нет родства с эльфами на этой стороне континента. Ее отец, мать и брат были казнены в качестве наказания за невыполнение своих обязанностей дворян, поэтому она надеется найти господина, который совершает героические подвиги, чтобы вернуть свою честь, а возможно, и свой дворянский статус. Как и все дворяне, она была обучена служению мужчинам и женщинам, а также тому, как заботиться и управлять домом или бизнесом.

У нее потрясающий запас маны, так как она тренировалась помогать своей семье в управлении подземельями на их территории. Она гарантированно станет потрясающим магом в будущем, если вы будете правильно ее тренировать. Затем его тон становится глубоким и хриплым, когда он добавляет, вызывая чувства, которыми я не горжусь: «Обе согласны быть секс-рабынями, и они девственницы. У них также контракты на всю жизнь».

Затем его тон становится глубоким и хриплым, когда он добавляет, вызывая чувства, которыми я не горжусь: «Обе согласны быть секс-рабынями, и они девственницы. У них также контракты на всю жизнь».

О, боже.

Мне нужно уйти отсюда. Я не в том настроении, чтобы принимать рациональное решение прямо сейчас. Только одна из женщин до этого говорила о том, чтобы быть «секс-рабыней», так что я старался не думать об этом, но теперь, видя этих девушек, которые готовы (и хотят?), мое тело жаждет комфорта. Эта тяга борется против моей фрагментированной воли и моей вины из-за любви к Лили.

Что я должен делать…? Подождите, есть выход! Они должны стоить баснословную сумму, так что нет способа, которым я могу купить их, верно?

«С-сколько они стоят? Они, должно быть, слишком дороги для меня», — скованно спрашиваю я, едва сдерживая тревогу.

Гулам шепчет мне медовые слова: «Со скидкой от вашей рекомендации, шестьдесят золотых за эльфийку, семьдесят за верефокса».

НЕТ!

Он тихо хихикает и нежно добавляет, его шелковистый тон заставляет слова проскальзывать мне в уши: «Спешки нет. Если вы хотите поговорить или понаблюдать за ними ближе, это разрешено. Такое вложение не должно делаться поспешно». Затем он извращенно ухмыляется.

Он заметил, как я отчаянно сдерживаюсь, и поймал меня здесь. Теперь нет способа, которым я уйду, не купив одну из них сейчас.

Я заставляю себя глубоко дышать, удается немного успокоиться.

Я слаб… прости, Лили… но я слишком слаб. Быть одному в этом мире слишком больно, и я слишком боюсь, что умру, чтобы упустить шанс на хоть какое-то счастье.

Есть дьявол, замаскированный под мужчину, который искушает меня. Он бросил двух замечательных женщин передо мной и сказал: «Вот! Выбирай одну, хватай ее, трахай ее, сделай ее своей. Она будет твоей вещью, твоей игрушкой, навсегда. Никаких обязательств, никаких запутанных отношений, никакой динамики любви, никакой тревоги из-за отказа, она твоя идеальная женщина. Даже чертовы боги говорят тебе, что это нормально, теперь черт возьми, выбирай!»

Прости меня, Лили… я ужасный муж. Прости, что ты влюбилась в меня, и это нормально — не ждать меня.

Подспудный гнев поднимается на поверхность, еще больше затуманивая мой разум.

Я буду делать то, что хочу в этом чертовом мире, потому что нет никого, черт возьми, кто поможет мне! Меня бросили здесь без заботы, так что я брошу все, что удерживает меня от моего предыдущего мира! Этот мир будет моим…! Подожди, нет, слишком далеко.

«Я возьму Алиссу».