"— Вольф Райдер, разве ты не проглотил титана целиком?— внезапно спрашивает Юния через [Связь], когда я приближаюсь к сети [Вечных врат].
"— Да, проглотил. А что?— с любопытством отзываюсь я.
А затем она серьезно просит:— Попробуй его изрыгнуть? Возможно, ты съел «гранату»."
Ох, парень…
Это может быть неприятно, но лишь скрасит мое воссоединение с женщинами дома. Я знаю, что должен быть краток, но гибель двух Спутников ранила мое сердце, и мне нужно немного ласки.
Затем я принесу наши игрушки, чтобы Лина и Аой наконец смогли начать создавать нашу военную промышленность.
Итак… в моем желудке действительно была граната, и она уже начала растворяться, но мы не уверены, как работают взрывы внутри магического желудка, подобного моему драконьему, и мы также не знаем, взорвется ли она. Но мы не хотим идти на лишний риск, поэтому просим Аой тоже изрыгнуть своего титана и извлечь из него гранаты, а затем пытаемся забыть зрелище того, как она ест его снова.
Что касается найденных предметов, достаточно простого [Очищения], но Сиэль накладывает пять заклинаний, прежде чем прикоснуться к любому из них. Затем я прикладываю немного усилий и призываю жену-элементаля, чтобы они могли осмотреть предметы, не разбирая их. Также я вспоминаю, что нужно придать элементалю форму Хукараре, чтобы компенсировать тот случай, когда она появилась в облике Каатохе, но, возможно, следующую стоит сделать похожей на Ноно, так как это может предотвратить соперничество между моей кошкой-химерой и собакой.
В любом случае, после этого я делаю быстрый визит домой.
— Ваше Высочество! — игриво приветствуют меня горничные, а затем прижимают меня к своим пышным грудям. Должно быть, это шутка Осарии, чтобы намеренно возбудить меня… или, может, она просто хочет утешить меня после потери Спутников.
Так или иначе, я возбужден и счастлив.
Кай, оленья химера с «гладкой шерстью», недавно ставшая горничной, тоже здесь, и я до сих пор не до конца изучил ее киску, так что прикосновение ее приятных сисек к моему лицу заставляет мой Член пульсировать от желания.
Но я все еще зол на титанов, и жизни наших людей зависят от того, как быстро мы справимся, поэтому мне совсем не хочется тратить остаток дня на то, чтобы Опустошать этих женщин.
И все же, мое сердце болит, а это исцеляет его, поэтому я закрываю глаза и глубоко вдыхаю их ароматы, минуту потираясь лицом об их грудь. Сегодня был тяжелый день.
— Какой захватывающий эксперимент ты проведешь на этот раз? — с нетерпением спрашивает Осария.
Сначала я трусь лицом об ее грудь, затем поднимаю голову и радостно отвечаю: — На самом деле эксперимента не будет, но мы создадим нечто новое, что изменит мир.
Но она одаривает меня насмешливым взглядом: — Полагаю, ты уже сделал это с помощью Указа о включении монстров в Грех Садистских Пыток.
И я злобно ухмыляюсь от возбуждения, когда мое воображение начинает разыгрываться: — О… но это… это… это навсегда изменит войну. И мы будем использовать этих чертовых «титанов» в качестве мишеней для тренировки. Мы перережем…! — Затем мои слова застревают в горле, когда человек дергает за собачий ошейник дракона.
Это неправильно.
Затем Осария смотрит на меня с недоумением, когда мое выражение лица застывает.
Этот кровожадный человек — не я.
И неприятный холодок стыда начинает пробегать по моей спине.
Я сражаюсь не потому, что мне это нравится. Я убиваю, потому что должен. И титаны вынудили меня, потому что само их существование проклято.
Поэтому я испускаю долгий вздох и закрываю глаза, когда стресс начинает покидать мое тело. Я также чувствую, что приближается Арманпуш Шип, но сейчас я чувствую себя слишком робким, чтобы приветствовать ее.
Поэтому я сосредотачиваюсь на правде и заканчиваю свою речь: — Титанов очень трудно убить… но мы покончим с этим. Наши солдаты превратятся в призраков смерти, убивая все, что увидят.
— Твое настроение внезапно стало очень мрачным, — обеспокоенно отмечает Арманпуш Шип.
И человек уступает контроль, позволяя вердракону взять верх и дать трезвый ответ: — Это потому, что я не жду с нетерпением насилия. Я просто хочу защитить своих людей и спасти жителей Небесных Земель от этого бедствия.
Но, похоже, мой тон все еще настолько плох, что они решают заключить меня в объятия, полные грудей. Впрочем, я не жалуюсь.
Я не могу оставаться здесь долго, особенно из-за опасности того, что Осария будет дразнить меня, заставляя Опустошить ее, а еще есть Кляйн, Ноно и Теа, которые могут вогнать меня в безумие, поэтому я просто забираю игрушки, а затем делаю короткую остановку в Институте и немного беседую с Ваканом.
— Мне нужна копия чертежей последнего прототипа, — быстро прошу я.
— Да… конечно, Ваше Высочество… но могу я спросить, для чего? — нерешительно спрашивает лысая сероватая химера — гибрид ящерицы, рыбы и черт знает кого.
И я одариваю его уверенной улыбкой: — Полевые испытания. Мы будем использовать его на войне.
Он широко раскрывает свои рыбье-ящеричные глаза, и его острые маленькие зубы выглядывают из-под губ, но затем он берет себя в руки и спокойно предостерегает меня: — Есть проблемы с разгоном Раки до околозвуковой скорости. Самолет может развалиться во время полета из-за них.
Я киваю и понимающе мычу: — Да, такая скорость пока не нужна, но мы можем магически усилить конструкцию, если нам действительно понадобится лететь так быстро.
— Пожалуйста, усильте его, даже если не планируете достигать таких скоростей, — жестко соглашается он. Я не буду винить его, если мы испортим прототип, но понимаю, почему он боится, что мы можем это сделать.
Но, к счастью для нас, в нашем распоряжении лучшие зачарователи Королевства.
Затем я наконец встречаю Бретта у входа в Сеть.
— Спасибо, что позвали меня, Ваше Высочество, — приветствует большой верпес сиба-ину с вежливым поклоном.
И я почти слишком долго смотрю на него, потому что он выглядит таким милым. — Все стало опасно, поэтому я хочу, чтобы кто-то надежный, как ты, сопровождал нас, — спокойно отвечаю я.
Его уши приподнимаются при моей похвале, и мой наметанный глаз легко замечает тонкое покачивание бедер, когда его хвост пытается вырваться из-под одежды. — Моя терапия завершена, так что я верю, что готов снова сражаться с монстрами, — уверенно заявляет он.
И я киваю с мягкой улыбкой: — Это хорошо. Эти титаны довольно жестоки, поэтому говори с нами, особенно с Сиэль, если снова начнешь терять контроль.
Он неловко напрягается от моего предложения, но все же послушно отвечает: — Буду, Ваше Высочество…
Поэтому я приказываю: — А теперь пошли.
Я ухожу из дома с чувством, будто оставил там свое сердце, но у меня есть жены, которые помогут пережить этот приступ мрака, охвативший меня, и нам нужно утешить друг друга, потому что не я один страдаю после смерти двух Спутников.
Но сейчас я также в настроении для сисек, поэтому прошу Сиэль немного утешить меня.
— Малыш Вольф Райдер зависим от груди, — игриво дразнит она, лаская мои рога.
"Я даже не рассматриваю эту шутку— отвечаю я через [Связь], так как мой рот слишком занят вкусными сосками.
Но Лина и Аой ждут нас, поэтому я не могу тратить слишком много времени на сосание этих шоколадных сисек, и останавливаюсь, как только Сиэль начинает возбуждаться.
Жители Небесных Земель уже подготовили для нас большую, магически охлаждаемую комнату, поэтому я просто кладу вещи там, где просят наши две начинающие инженеры.
Затем я даю им немного мягкого ободрения: — Хорошо, пришло время вам начать строить это. Неважно, если вы еще не закончили исследование материалов. Мы компенсируем любые слабости магией, так что… просто сделайте это."
Алисса хмурится на меня, но остальные девушки уже привыкли игнорировать подобные фразы. Лина и Аой обмениваются взглядами, затем кивают и «засучивают рукава».
Интерлюдия — Аой
Мы направляем големов так, чтобы они многократно терли поверхности трех гранитных плит друг о друга. Сначала первую гранитную со второй, затем первую с третьей, а потом вторую с третьей. Мы делаем это потому, что единственная общая плоскость между тремя разными поверхностями идеально прямая, поэтому мы получаем три плиты, которые будем использовать для проверки прямоты всего, что выкуем.
Теперь нам нужно выбрать единицу измерения, с которой сравнивать все наши замеры, но это была сложная проблема без простого решения. Температура, влажность, время, погодные условия, магические условия и местоположение — все это факторы, которые могут изменить длину любого предмета, который мы могли бы выбрать в качестве основы для наших измерений.
Единственное, что, кажется, имеет «абсолютное» значение, — это мана, но запас маны и «Магическая Сила» человека меняются каждый день, поэтому даже это не может служить единицей… если только…
Я поворачиваюсь к Вольф Райдеру и прошу: — Вольф Райдер, можешь ли ты создать голема ровно со ста единицами маны и ста единицами Магической Силы?
И его глаза расширяются от осознания.
— Это должно быть вполне возможно! — радостно восклицает он и немедленно вызывает големов, затем достает маленькую плюшевую куклу и начинает работать. Его орган маны еще не полностью восстановился, поэтому я боюсь разозлить сестру-Алиссу, но все заверяют меня, что это оправдано.
Поэтому мы просто с тревогой наблюдаем за работой Вольф Райдера, готовые остановить его, если он начнет слишком сильно перенапрягаться.
Хотя он уже много работал над органом маны големов и расширил их запасы маны до уровня моего, он никогда не уменьшал их размер, поэтому его первые результаты сильно расходятся с моей просьбой… но наш муж — удивительный человек. Он показывает, насколько заслуживает титула «Големант», быстро схватывая все мелкие детали органа маны, которые я даже не могу увидеть.
И вскоре он создает голема именно так, как я просила.
Затем Лина дает точный приказ: — Теперь прикажи голему сотворить самое широкое [Искажение пространства], какое он может, прямо над гранитной плитой. Не меняй пространство на самом деле. Просто создай область, которую голем может контролировать.
С такой малой «Магической Силой» заклинание такой сложности получается очень маленьким, что идеально нам подходит, так как его площадь чуть меньше одного имперского метра в квадрате.
Теперь мы используем руки, чтобы почувствовать края заклинания, и вырезаем квадратную металлическую пластину, которая помещается в него настолько идеально, насколько мы можем это сделать. Затем мы используем гранитные плиты, чтобы убедиться, что все края максимально прямые, и теперь у нас есть наш первичный блок.
Таким образом, мы наконец создали нашу собственную «абсолютную» (или «универсальную», как сказал бы Вольф Райдер) единицу измерения длины — «Пространственный метри».
Теперь нам просто нужно адаптировать все наши планы к этой единице, но мы уже были готовы сделать именно это, и с помощью големов и жен-сестер мы можем использовать Гештальт, чтобы работать быстрее, чем если бы нас было вдвое больше.
Следующий шаг — выковать десять наборов блоков меньшего размера. Они сделаны из специального металла, который позволяет им прилипать друг к другу при легком трении, и когда все эти блоки выстроены в прямую линию, их длина идеально соответствует длине первичного блока, что составляет один Пространственный метри.
Затем мы повторяем процесс и создаем все больше и больше наборов блоков разного размера, чтобы мы могли создать любую длину, какую пожелаем, соединяя их разными способами. А после этого мы наконец можем начать строить первый токарный и фрезерный станки.
Есть несколько деталей, которые мы еще не закончили тестировать, особенно двигатель, так как у нас нет способа обеспечить ему стабильные обороты, но с помощью читерского зачарования Лины мы можем просто использовать магию, чтобы заставить его вести себя так, как мы хотим.
Ручное изготовление и измерение каждой отдельной детали занимает много времени, но нам нужно сделать это только один раз. После того как первый токарный и фрезерный станки собраны, мы используем их для производства каждой новой детали.
И переходим к токарному станку.
Такая работа сложна, но в ней есть что-то притягательное. Жонглирование числами и еще числами, когда планируешь и перепланируешь, затем измеряешь и переизмеряешь снова и снова, только чтобы в конце очень осторожно выполнить инструкции и создать нечто настолько совершенное, что приходится использовать инструмент, чтобы выявить ошибки, потому что глаза их уже не видят. Это вызывает… благоговейный трепет — продвинуть ремесло дальше, чем кто-либо когда-либо прежде.
Но это еще не все. Холод комнаты, чистота мастерской, организация инструментов, звуки работы и даже запах металла и масла. Все это успокаивает и… заряжает энергией.
— Металлы — это хорошо, — тихо замечает маленькая Лина с легкой улыбкой. Может, она и не использует много слов, но я знаю, что она согласна со мной.
Мы чувствуем, что это наш второй дом. Третий в случае Лины, или, может, четвертый, если считать, что «дом» там, где Член Вольф Райдера.
Поэтому я совершенно спокойна и уверена в себе, работая своими человеческими руками.
Я медленно поворачиваю градуированное колесо, и токарный станок жужжит, пока [Усиленный] наконечник инструмента врезается в быстро вращающийся стальной цилиндр, прорезая канавку в детали и разбрасывая маленькие полоски горячего металла мне в лицо. Я не чувствую боли в этой форме, если не хочу, но все равно было бы неприятно обжечь человеческую кожу, поэтому я ценю предложение Вольф Райдера носить защитные очки и плотную куртку.
Этот вид «машиниста» действительно имеет определенный шарм. Он заставляет меня чувствовать себя умной и «надежной», и меня не волнует, что я выгляжу «грозно» для других, кто не является моими врагами, поэтому я чувствую гордость, слыша, как Вольф Райдер восторгается моей «ботанистостью».
Но я не могу позволить своему счастливому настроению испортить этот важный момент, поэтому сосредотачиваюсь на обработке вдвое сильнее. И как только значение на градуированном колесе достигает ровно 1,25 с-миллиметри, я останавливаюсь, затем кладу руки на второе колесо и обнуляю измерение.
Теперь я начинаю поворачивать колесо еще медленнее, расширяя канавку и постоянно сошлифовывая полоски металла шириной 1,25 с-миллиметри. Снятие слишком большого количества материала за раз может испортить токарный станок и точность — две вещи, которые мы действительно не хотим испортить.
Но это поистине чудо — видеть, как работает токарный станок. Сила, заставляющая деталь вращаться, настолько чиста, настолько сыра, что сталь режется на полоски так же гладко, как масло, и я не могу перестать восхищаться этим.
И как только мое градуированное колесо достигает 2 с-миллиметри, я достигаю своей цели, поэтому прекращаю шлифовку и отвожу инструмент, затем отправляю его обратно на базу, так как пришло время для последнего шага, который является самым сложным.
Колеса управляют «башней» — толстой конструкцией, построенной для экстремальной устойчивости, чтобы она не тряслась, даже когда два чрезвычайно твердых куска металла трутся друг о друга с такой силой, что летят искры. А на кончике этой башни находится «резной инструмент» — маленькая лезвийная палочка из магически закаленного Канала, которая настолько тверда, что просто режет металл вращающейся детали так гладко, что даже мастер-кузнец с трудом сделал бы то же самое.
А теперь мне нужно повернуть башню по диагонали, а это означает много отсоединений, измерений и затем повторных присоединений. Но как только башня установлена в нужное положение, я должен переместить резной инструмент назад, пока он не коснется невращающейся части основания, обнуляя его положение вдоль оси «длины» детали.
После этого я обнуляю свое колесо и поворачиваю его, пока оно не достигнет 10 с-сантиметри. Затем я заставляю кончик коснуться детали, делая небольшую отметку, чтобы напомнить себе, где закончится конус. Затем я перемещаю инструмент к концу детали и использую третье колесо, чтобы подтолкнуть инструмент «вперед» под углом, создавая небольшой скос, но это только начало.
Я оттягиваю инструмент назад, поворачиваю на один с-миллиметри глубже по оси «радиуса», затем снова толкаю его вперед, удаляя больше материала и делая скос шире. И затем я повторяю это, удаляя материал понемногу, пока скос не становится идеальным конусом, а кончик наконец не достигает предыдущей канавки, говоря мне остановиться.
Теперь, когда я закончила, я отвожу инструмент и выключаю вращение, а затем жду, пока он полностью остановится, прежде чем снять деталь с зажимов.
Она все еще горячая, но я не даю ей упасть, так как это нарушило бы точность. Затем я беру штангенциркуль и измеряю каждую секцию.
— Идеально, — заключаю я.
— Да, — соглашается Лина.
И я не могу оторвать от нее глаз. Она блестящая, гладкая и поистине… поистине идеальная.
. Это оно. Мы закончили первую деталь, изготовленную с высокой точностью в этом Королевстве… сделанную моими человеческими руками.
Я глубоко вдыхаю, но мое дыхание дрожит, и новая эмоция вспыхивает в моем сердце.
— Что…? — шепчу я в замешательстве, и все начинают заглядывать в мой разум, любопытствуя, что происходит.
Это как… внутри моего сердца есть маленький шарик чистого счастья, но я чувствую, что он не мой, я имею в виду шарик, а не сердце. Это как будто маленькое солнце любви появилось внутри меня, и оно расправляет свои лучи.
Вольф Райдер бросается ко мне, но Сиэль останавливает его, потому что это ощущение знакомо ей. Оно захватывающее, великолепное и внушающее трепет, но в этом Королевстве есть только один тип существ, обладающих таким присутствием.
Это Бог, и они здесь, чтобы поздравить меня.
Затем поток информации внезапно входит в мой разум, и я хватаюсь за голову от боли, но Бог здесь, чтобы помочь мне пройти через это, и их присутствие облегчает боль.
Все быстро заканчивается, и я чувствую пару рук, которые коротко обнимают меня сзади, прежде чем оставить. Затем Вольф Райдер обнимает меня и помогает встать.
Я открываю рот, чтобы заговорить, но затем чувствую новое ощущение, хотя оно также знакомо мне, так как я много раз чувствовала его раньше через нашу связь.
Поэтому я открываю свой «Статус» и вижу…
Отчет о навыках Аой Райдер
Физические
Название навыка
Уровень
Название навыка
Уровень
Название навыка
Уровень
Владение древковым оружием
5
Парирование
3
Уклонение
1
Мышечный взрыв
2
Запугивание
2
Восприятие поля боя
1
Магические
Название навыка
Уровень
Название навыка
Уровень
Название навыка
Уровень
Чувство маны
9
Контроль маны
15
Восстановление маны
2
Эффективность маны
4
Снижение стоимости маны
2
Магия огня
20
Магия земли
10
Магия воды
40
Магия ветра
10
Магия электричества
20
Магия света
5
Пространственная магия
5
Магия природы
5
Магия призыва
5
Человеческая трансформация (врожденный)
5
Система экипировки
6
Разное
Название навыка
Уровень
Название навыка
Уровень
Название навыка
Уровень
Полет
6
Общее кузнечное дело
4
Язык Андрасте
9
Математика
5
Оральная техника
7
Механическая обработка (создатель)
1
Дыхание синим огнем (врожденный)
1
Я также была благословлена Богом Выносливости, и мое «Благочестие» увеличилось на 3 (теперь 12).
— Я сделала это… я полностью преобразилась! — восклицаю я и оглядываюсь. Затем все набрасываются на меня, потому что Вольф Райдер приказал устроить групповые объятия.
Конец интерлюдии.
Объявление
Зал славы меценатов
Имена меценатов, поддерживающих Рупегию, будут воспеваться бардами, ибо они заслуживают славы и чести. Их имена:
Принц PreownedFIN.
Принц Owldente.
Принц S. R.
Лорд Andrew Meyers.
Лорд Bakerdea.
Лорд Maurice.
Лорд Mattirro Draca.
Лорд Tenebris Lupus.
Лорд Paul Daval.
Лорд Paul Daval.
Лорд Tmac.
Лорд CopeyDunt.
Лорд BlindTactic.
Лорд Philip.
Лорд d3235.
Лорд SubJef.
Лорд GalacticTNT.
Лорд Glaistig Uaine.
Лорд School work.
Лорд patrick__starz.
Лорд Peter Kraushuber
Лорд David England.
Дворянин Aclys.
Дворянин Carl Baxter.
Дворянин Tony Starrk.
Дворянин DND.
Дворянин Anon A Moose.