Сегодня седьмое число.
Осария будит меня, беря в рот с озорным блеском в глазах. Должен признать, она справляется с этим не хуже Алиссы, хотя делают они это по-разному.
Я нежно хватаю её за серебристые волосы и тяжело дышу, кончая ей в горло, после чего она выпускает мой измученный и затасканный член, и мы встаем, чтобы позавтракать.
Химеры уже отбыли, поэтому я призываю дюжину элементалей ветра, чтобы разыскать их, так как забыл оставить призыв на «Носителе». Я доверяю рыцарям, но мне хотелось бы видеть, чем они заняты.
Если элементали их не найдут, я просто попрошу мага пространства открыть для меня [Врата]. Надеюсь, Алькандер не забыл установить несколько таких внутри наших кораблей.
Моя [Трансформация дракона] выросла на 1 (теперь 4).
Роксана повысила [Контроль маны], [Эффективность маны] и [Алхимию] на 1 (теперь 8+32, 10+10 и 1+9).
Хана повысила [Драконье тело] на 2 (теперь 3), а [Владение копьем] и [Запугивание] на 1 (теперь 2+18 и 3).
Сиэль повысила [Магию света] на 1 (теперь 10+30).
Лина повысила [Общее зачарование] на 1 и [Резьбу по магическим инструментам] на 2 (теперь 7+13 и 2+8).
На завтрак Криста добавила в меню яйца Бенедикт на ореховых маффинах, правда, это яйца драколита, так что для них потребовались маффины гораздо большего размера.
Ничего не поделаешь, Церемония лордства нас изрядно разбалует. Должен сказать, Юнию воспитали как надо, но я не верю, что близнецы смогут устоять перед роскошью и гедонизмом лордства.
После еды я заглядываю в кабинет Мими, чтобы рассказать ей о должности Осарии.
Её каменное лицо остается неподвижным, если не считать одной брови, которую она слегка приподнимает. — Представитель или дипломат? Это похожие должности, но требования к оплате у них совершенно разные, — уточняет она.
Я задумчиво чешу рог и обдумываю ответ: — О... думаю, она будет дипломатом. Представителем может быть кто угодно, чья работа — продвигать наши интересы, а дипломату требуется больше навыков, например, в переговорах, да и полномочий при заключении сделок у него больше. Для такой опытной особы, как Осария, роль дипломата подходит лучше.
Мими понимающе кивает. — Тогда пусть будет дипломат.
Сегодня ни у Юнии, ни у Алиссы нет срочных дел, так что они смогут присоединиться к нам на тренировке. Есть что-то ностальгическое в том, чтобы собраться в одной комнате и тренироваться вместе, но не все из нас провели месяцы в лабиринте, поэтому им не кажется, что прошло так уж много времени.
Докканчи доставляют в замок вскоре после завтрака, и она сразу приступает к работе.
Она снова осматривает мои чешуйки, и на этот раз я прикрываю их, чтобы она не порезалась.
— Вы... простите, но вы «странный», мой Лорд, — тихо комментирует она, глядя на меня снизу вверх.
Я тихо фыркаю и озадаченно спрашиваю: — Это я знаю, но почему вы так считаете?
Она облизывает губы и опирается на трость. — В вашей чешуе заключена концепция Окросса, его «неразрушимость», и такое встречалось лишь у Символа Мощи, одного из самых древних и могущественных драконов, о которых нам известно. Но вы не производите на меня впечатление того, кто олицетворяет «мощь». Ваше [Мана-тело] и навык изменения формы заставляют меня думать, что вы скорее маг. — Она вздыхает и снова смотрит на мою чешую. — Ваши противоречивые характеристики по-настоящему сбивают с толку. У меня нет ни малейшего представления, что могло произойти, чтобы ваше тело изменилось подобным образом.
Хм... довольно любопытно.
Ей и так придется хранить тайну моего состояния до Церемонии лордства, так что еще один секрет не повредит.
Я решаю ввести её в курс дела: — Правда в том, что боги создали меня как представителя новой расы внутри подземелья. Я оборотень-дракон, сплав человека и дракона, так что, возможно, моя «человеческая» сторона магически сильна, а «драконья» — физически.
Она тут же поднимает взгляд и на мгновение пристально смотрит мне в глаза, затем оглядывается по сторонам, наблюдая, как девушки тренируют свои навыки.
— Не могу сказать, что это неожиданно... — комментирует она и усмехается, затем устало вздыхает и снова переходит в рабочий режим. — Хотя это впечатляет, аспект «неразрушимости» вашей чешуи мешает магии иллюзий. Это не делает невозможным достижение желаемой маскировки, но сильно усложняет мою работу.
Я пожимаю плечами и откидываюсь на спинку дивана. — Мы Коронные лорды. Если мы можем забросать вас деньгами, чтобы проблемы исчезли, мы так и сделаем.
Её лицо дергается, она неловко переминается с ноги на ногу. — Вам не обязательно заходить так далеко, — нервно шепчет она, а я лишь милостиво киваю.
Докканчи расставляет кристаллы по всему тренировочному залу, и это напоминает мне, как я устанавливал камеры для VR вместе с Лили.
Иллюзии Доккан — это не просто какая-то голограмма. Ей нужны невероятные способности, искажающие реальность, чтобы одурачить сотни простолюдинов, подчиненных лордов, которые будут находиться рядом с нами, и Коронных лордов, выступающих свидетелями церемонии. Это непростая задача, и мы не знаем никого лучше, чем эта лавочница, которая постоянно дурачит покупателей, просто чтобы оценить их способность видеть сквозь иллюзии.
Её магическая школа называется [Магия Джалеоузе], что, по словам Роксаны, является сокращением от «фальшивое царство» на [Южном языке Маокай]. Это одна из тех магических школ, что требуют специфических инструментов и не блещут разнообразием заклинаний, так что нам нет смысла пытаться изучить её самим.
Пока она работает, девушки продолжают свои тренировки.
Алисса пробует зачарованный лук, который позволяет ей слегка контролировать направление стрел. Это изящное зачарование, но оно очень сложное, чувствительное к помехам и трудное в управлении, что делает его не слишком практичным.
Роксана делает небольшой перерыв в [Алхимии], чтобы усилить свой [Взрыв], добавив к нему [Искажение пространства]. Она откладывала это довольно долго, так что будет лучше, если она наконец закончит.
Хана испытывает свои доспехи и все их зачарования. Использовать их — это не просто нажать кнопку, ведь нужно постоянно «подпитывать» их маной, и требуется практика, чтобы различать все эффекты. Ей также нужно научиться не разрывать доспехи на себе, когда она использует [Драконье тело], чтобы снаряжение оставалось полезным.
Сиэль практикует [Магию света]. Сначала она [Исцеляет] Докканчи и [Бодрость] её тело, чтобы помочь с болями, а затем пробует [Обнаружение зла], сосредоточившись на понимании обратной связи, которую дает заклинание.
Заклинание заставляет её руку светиться и позволяет видеть «цвет» человека при прикосновении. Белый — для обычных, верных гуманоидов; красный — для Порочных; черный — для монстров; серый — для животных; а призванные существа имеют тот же цвет, что и их хозяин, хотя от них исходит «фальшивое» ощущение, которое легко заметить с помощью заклинания.
Любопытно, что Аой белая, но полупрозрачная. В ней нет ни капли «черноты», но она еще не стала полностью гуманоидом. Интересно, что бы увидела Сиэль, если бы мы применили это заклинание раньше.
Лина продолжает изучать мою [Материализацию], которую маги духов переименовывают в [Отверждение]. Она также начинает вырезать экспериментальный магический инструмент для этого навыка, поэтому хочет закончить его, прежде чем продолжит боевую подготовку.
Аой продолжает тренировать огненное дыхание. По-видимому, Хана буквально направляет свой гнев в дыхание, поэтому у Аой возникают проблемы с улучшением огня, так как она и близко не так зла, как Хана.
Для дракона она довольно спокойная и добрая. Если бы ей так не нравилось быть в подчинении и заниматься грубым сексом, она могла бы сойти за просто большую ящерицу или что-то в этом роде.
"Эй!— кричит она у меня в голове и посылает мне мысленный надутый вид.
"Я... я не хотел тебя обидеть, просто ты не совсем та, кого я ожидал увидеть в драконе— поспешно объясняюсь я.
"Она и не была «нормальным» драконом, но, думаю, так даже лучше— вставляет Алисса и посылает Аой мысленное поглаживание по голове.
"Разве её не вы все воспитали? Без дракона-наставника она была обречена вырасти другой— замечает Юния.
"Она чудачка— подкалывает Роксана, и система переводит сленг маокай во что-то более приемлемое.
"Я особенная!— гордо заявляет Аой, не видя ничего плохого в том, чтобы быть другой.
"Докканчи бросает на нас странные взгляды; давайте потише у меня в голове, ладно?— пытаюсь я их успокоить. Я все еще помню, что Докканчи может «видеть» это, когда мы общаемся через [Связь].
"Ладно!— нарочито громко кричит Аой, так что я легонько тыкаю её в душу.
Юния работает над своей [Магией духов], одновременно учась пользоваться доспехами и оружием. Она хочет сделать [Клинок души] и [Щит души] более важной частью своего стиля боя, поэтому использует мои воспоминания о сражении несколькими конечностями, чтобы ускорить прогресс.
Как и Юния, извлекающая пользу из моих воспоминаний, мы все можем наблюдать, как другие используют зачарования своих доспехов, чтобы ускорить собственный прогресс, так что мы не слишком много теряем. Благодаря нашей связи опыт передается между нами довольно легко, поэтому, если кто-то из нас продвигается в навыке, остальные тоже немного учатся на этом.
Я также практикую трансформацию, поскольку Докканчи не требует, чтобы я все время оставался человеком. Самое сложное — добиться того, чтобы на мою чешую воздействовала её магия, так что форма, в которой я нахожусь, сейчас не имеет значения.
Чем больше я трансформируюсь, тем больше мне кажется, что я схожу с ума. Когда я дракон, мне хочется прижать Лину, вонзить когти ей в ребра и трахать её без смазки, пока она не начнет кровоточить. Как только я превращаюсь обратно в человека, я начинаю думать: «какого черта со мной не так?», а потом снова становлюсь драконом, и желание возвращается, но я чувствую себя совершенно нормальным.
Драконьи мысли имеют смысл, только когда я дракон, а человеческие — когда я человек. Я по-прежнему провожу большую часть времени в человеческом облике, поэтому драконьи мысли кажутся мне очень «чужеродными».
Становлюсь ли я опасным для девушек, когда превращаюсь в дракона?
"Мы всегда будем рядом, чтобы остановить тебя, если это случится, ведь [Связь] работает в обе стороны, как ни странно— утешающий голос и объятия Сиэль проникают в мое пространство души.
"Мне хочется спариваться с тобой и заставлять тебя оплодотворять меня каждый раз, когда мы занимаемся сексом, но я никогда этого не делаю— Алисса делится своим опытом странных импульсов. Думаю, как единственному здесь оборотню, мне стоит больше полагаться на неё. «Да, пожалуйста."
"Но у тебя есть привычка царапать ему спину— самодовольно замечает Юния.
Уши Алиссы прижимаются, она чувствует себя немного пристыженной. «Ну, иногда дикая сторона берет свое."
"Разве у тебя никогда не было того темного голоса в голове: «ого, я мог бы убить этого человека одним щелчком пальцев»? С жестокими желаниями то же самое— вставляет Хана с на удивление хорошим советом. «Эй! Пошла ты!"
Аой на мгновение перестает подпитывать свой гнев, чтобы кивнуть на слова Ханы, а затем голос Роксаны просачивается мне в голову с необычной нежностью: «Я не суккуб из мифов, просто гуманизированная версия. Мне хочется оседлать каждый член, который я вижу, но не по-настоящему."
Хана внутренне кивает и согласно хмыкает. «О да, это мне определенно знакомо."
Сиэль, Лина и Юния обмениваются обеспокоенными взглядами. Они никогда не чувствовали ничего подобного, поэтому их точка зрения совпадает с моей: другие расы чертовски безумны, но мы не совсем в это верим. Это просто что-то настолько чуждое для них, что им трудно это понять, и это немного утешает, объясняя, почему мне так трудно адаптироваться.
"Не завидую тебе, Вольфи— говорит Лина довольно жалостливым тоном, и две другие девушки внутренне кивают. Она подходит ко мне и молча гладит мою чешуйчатую голову, и одно это уже утешает, ведь я почти ничего не чувствую её маленькой, мягкой рукой.
Гифи внезапно появляется у меня на драконьей спине, заставляя Доккан вздрогнуть от неожиданности. «Ги!— сердито кричит Гифи у меня в голове. Она видит мой мозг и знает, что я в порядке, поэтому хочет, чтобы я прекратил эти безумные разговоры.
Доккан немного ворчит и продолжает работу, а Сиэль вместо нас одаривает её виноватой улыбкой.
Я вздыхаю и сажусь на задние лапы. Думаю, моя человеческая сторона слишком плаксива, или, может, это просто дракон такой ворчливый. «Значит, драконьи мысли всегда будут «там», и мне просто нужно найти способ «справиться с этим»?"
"Ги!— Гифи сердито царапает мою чешую, но я почти ничего не чувствую.
"Да— хором соглашаются Алисса, Хана и Аой.
Я фыркаю, выпуская дым из ноздрей, и мысленно глажу всех по голове, говоря: «Ладно. Спасибо всем."
"Хе-хе-хе— хихикает Роксана, гордая тем, что на этот раз она действительно помогла, а не просто была бесполезным комическим персонажем. «Эй!"
"Точно, она бесполезна!— добавляет Хана и хохочет.
"Комедия помогает людям исцелиться! Разве не так, Сиэль?— сердито требует ответа Роксана.
Сиэль пытается стать незаметной, но все внутренние взоры уже устремлены на неё. «Хм... да, помогает, но я вряд ли могу назвать то, что делаешь ты, комедией. Это граничит с издевательством,— неловко признается она, сдерживая смешки.
"Ахахаха!— разражается Хана заливистым смехом.
"Суки вы такие...— ворчит Роксана, и её присутствие начинает угасать на заднем плане.
"В любом случае...— Алисса пытается прояснить мой разум, одарив каждую из них парой гневных взглядов. «Тебе стоит изучить, чего хотят обе твои стороны, относясь к ним как к отдельным личностям, или просто принять обе, как драконид."
Я задумчиво мычу и размышляю: «Я не чувствую, что драконья сторона — это «я». Может, другой «я», но не настоящий."
"Принятие обеих сторон делает тебя сильнее. Проще использовать свои мышцы, когда они тебе нравятся— снова советует Хана, и в моем сознании возникает образ того, как она гордо бьет себя в грудь, ухмыляясь.
Я хмурюсь, отчего мое драконье лицо выглядит угрожающе, но не позволяю Доккан этого увидеть. «Мне не «нравится» моя драконья сторона. Я не хочу смешиваться с ним."
Алисса гладит меня по голове через Лину. «Тогда пусть это будут отдельные личности,— мягко говорит она.
Мы все замолкаем, и я бросаю взгляд на Докканчи, которая, кажется, отвлеклась. Она нервно облизывает губы и ускоряет темп.
Алисса внезапно начинает слышать низкий гул, доносящийся издалека, поэтому я призываю птицу и отправляю её на разведку.
Она быстро обнаруживает, что это звук тренирующихся придворных магов. Алькандер использует [Ритуалистику] вместе с магами пространства, чтобы швырять двухметровые валуны в Сильвано, который уничтожает каждый из них одним [Ударом молнии].
]. Его мана быстро заканчивается, и они переходят на валуны поменьше, чтобы остальные маги могли практиковаться. Это создает много пыли, поэтому магам ветра приходится регулярно очищать воздух.
Я замечаю, что Алькандер, кажется, старается не смотреть на Сильвано, и я его не виню. Серебряные мантии Сильвано сияют слишком ярко, как доспехи Оритичи.
Эксцентричный эльф безостановочно перемещается между магами, давая им небольшие советы по улучшению заклинаний, в то время как Алькандер не торопится, наблюдая за каждым магом, пока не останется удовлетворен или не найдет момент, требующий улучшения. Не могу сказать, что они плохо работают вместе.
Один из элементалей достигает кораблей и проникает на «Носитель» через окно пушки «Троица», но наводчик и страж, стоящие там, не дают ему пройти.
— Элементаль... разве наш Лорд не призыватель? — спрашивает наводчик, почесывая свои оленьи рога.
Страж-крокодил уверенно кивает и говорит женским голосом: — Он призыватель, но я видела много призывателей во время нашей утренней практики с придворными магами, так что он может принадлежать кому угодно. Хотя, мне кажется, она похожа на одну из Лордов.
— Ту, что лисица?
Крокодил закатывает глаза. — Очевидно.
— Но ты не уверена? — настаивает олень.
Страж хмурится и отводит взгляд от элементаля. — Нет... — стыдливо шепчет она. — А ты?
Наводчик прочищает горло и шепчет в ответ, отводя взгляд: — Н-нет...
Они оба нервно посмеиваются. Для Лордской стражи не знать в лицо своих Лордов — это, мягко говоря, позор, но… их можно извинить, ведь я почти не покидал замок за те несколько дней, что они начали нам служить.
Элементаль предлагает простое письмо с печатью Лордства Эсте, и страж осторожно принимает его, а затем хмурится, увидев печать.
— Думаю, это печать Лордства, — неуверенно шепчет она наводчику.
— Ты думаешь? — парирует он, как будто это было очевидно.
Она снова нервно кашляет. — С-стоит ли нам открыть его?
Он энергично качает головой и предлагает: — Очевидно, нет. Думаю, нам следует доставить его Маршалу.
Дверь в их отсек внезапно открывается, входит маленький офицер-химера с кошачьей головой и осматривает комнату. — Я обнаружила вторжение призыва. Полагаю, он... она не враждебна, раз вы не подняли тревогу? — давит она на двух олухов.
— Хм, да. Э-э, вот... — страж неловко отдает письмо офицеру, та берет его и долго смотрит на печать.
— Что нам делать...? — поспешно шепчет страж.
Офицер поднимает голову и осматривает все тело элементаля, её кошачье лицо застыло каменной маской. — Давайте проводим элементаля к Маршалу, — уверенно приказывает она, а затем тихо добавляет: — и будем надеяться, что Лорды нас не задушат.
Наступает время обеда, и повара снова устраивают нам праздник вкуса.
На Земле я не был особо активным, но от такого количества еды, что мы поглощаем, я бы точно растолстел. Даже Лина ест много, но её тело все еще плоское, как доска. Если наш образ жизни хоть немного замедлится, у нас определенно возникнут проблемы...
После того как мы наелись, Лина встречается с Сайналай, чтобы узнать её мнение о зачаровании [Отверждение], которое она закончила вырезать сегодня утром.
На этот раз они обе не кажутся маленькими, потому что вся мебель в кабинете Сайналай подобрана под её рост. Это довольно легко сделать, ведь большая часть эльфийской мебели буквально выращена из земли.
Веснушчатый полурослик берет красивый рубин и внимательно осматривает его, затем достает полированный мраморный многогранник и прижимает его к камню.
Лина в замешательстве хмурит брови, затем Сай подпитывает камень своей маной, и рядом с ней материализуется обнаженная, высокая и мускулистая химера с лошадиной головой.
— Хм... весьма интересно. Не самое дешевое зачарование, но сделано хорошо, — задумчиво комментирует Сайналай, потирая подбородок, а затем смотрит на химеру. — Ну как? Что чувствуешь?
— На самом деле, приятно, но мои мышцы не такие мощные, как я помню. Хотя это гораздо лучше, чем то, что могут сделать другие маги, — тут же отвечает химера, прыгая вокруг и проверяя свои чувства, затем останавливается и начинает трогать свою киску. — Дикие ветры, теперь это приятно.
Сай удивленно бросает взгляд на Лину и сдерживает смешок, отчего застенчивая маленькая дварфийка сильно краснеет.
Химера слишком увлекается, поэтому Сай достает одеяло и расстилает его на полу под женщиной.
— Похоже, твоя версия [Отверждения] лучше всего подойдет для «досуга», — тактично комментирует Сай с кривой улыбкой.
— Да. Полагаю, так и есть, — тихо соглашается Лина, отказываясь смотреть Сай в глаза.
Объявление
Зал славы покровителей
Имена покровителей, поддерживающих Рупегию, будут воспеваться бардами, ибо они заслуживают славы и почета. Их имена:
Принц PreownedFIN.
Принц Creamy Spinach.
Лорд Andrew Meyers.
Лорд Samuel Lim.
Лорд Bill.
Лорд Novgarod.
Лорд Ashadun.
Лорд Michale Erwin.
Лорд Bakerdea.
Лорд Nathan Vanbrunt.
Лорд Maurice.
Лорд Empyrean.
Лорд Mattirro Draca.
Лорд Joshua Tal.
Лорд Colorblind.
Лорд RottenTangerine.
Лорд Fullmoon.
Лорд Joxsan Herrera.
Лорд Sean Drake.
Лорд EESDESESESRDT.
Лорд Brody Haugan.
Лорд FrostyCube.
Лорд Mike Bartter.
Лорд Cardinal Steiner.
Лорд Krawn.
Лорд Warwulfv.
Лорд Cidant.
Лорд Jorge Franco.
Лорд Bradly.
Лорд Freddie.
Лорд Kristopher Welsh.
Благородный Salty Panda.
Благородный Mild Fracas.
Благородный Aclys.
Благородный Shawn Plumley.
Благородный CarlBaxter.
Благородный WeirdWhirl.
Благородный War God.
Благородный Yeuromain.
Благородный Jorge Franco.