Один меч — и душа в трепете. Мечевая энергия пронеслась на десять тысяч ли и лишь на волосок не коснулась головы Великой Светлой Царицы Павлин. Чёрные пряди развевались и рассыпались в воздухе, превращаясь в пятицветные павлиньи божественные перья. Каждое из них кристально сияло и, кружась и порхая, в следующее мгновение полностью разбилось вдребезги.
Великая Светлая Царица Павлин пришла в ярость. Будучи нынешней защитницей учения буддизма, кто смел касаться её кожи и плоти? Долгие годы она принимала поклонение всех живых существ, а сегодня вновь и вновь подвергалась подавлению.
Она взмахнула Посохом Покорения Демонов. Её взгляд был ледяным до предела, и она устремилась прямо к Е Фаню. Аура этого высочайшего орудия буддизма вздымалась до небес и подавляла всё от древности до будущего. Бескрайняя сила Будды была безбрежна, и каждая её нить была подобна свисающему Млечному Пути.
Вэн!
Зелёный треножник над головой Е Фаня качнулся. Зелёное сияние забурлило, будто рождалась вселенная. Ржавчина полностью исчезла, и всё тело треножника стало кристально прозрачным. Он самостоятельно излучал свет и противостоял драгоценному песту предела.
А убийственный меч в его руке тоже обнажил своё остриё. Этот меч был совершенно особенным, и его убийственная энергия намного превосходила любое другое оружие императора. Изображения истребления бессмертных на нём сияли и были как живые, и он разрубал вселенную.
То было ужасное великое столкновение. Свет то вспыхивал, то угасал, и всё яростно бурлило. А рядом принцесса Божественного Шелкопряда и Цзи Цзыюэ, каждая приводя в действие своё оружие императора, вели бой с Светлой Царицей Павлин, стремясь убить её.
Чи!
В этот решающий миг, хоть она и была в ярости, ей оставалось лишь уклоняться и отступать. Безграничная сила веры застлала небо и землю и построила мост, что вёл к горе Сумеру. Она ступила на него и, преодолевая время и пространство, стала переправляться.
— Куда же ты!
Несколько орудий императора окружили её и все излучали свет, рубя вперёд. Особенно ужасна была та размытая призрачная тень рядом с Цзи Цзыюэ, что слилась с пустотой и была вездесуща. На этот раз он лично держал императорское зеркало и преградил путь впереди.
— Вся пропахшая гниением! Даже дожив до этого поколения, ты не изменишь свою судьбу! Все вы, такие люди, давно должны были обратиться в жёлтую землю! — вскричала Великая Светлая Царица Павлин. За её спиной пятицветный божественный свет взметнулся до небес и, слившись с силой веры и удерживая Посох Покорения Демонов, все трое слились воедино и обрушились вниз.
С оглушительным грохотом сила, подобная безбрежному океану, хлынула вниз и заполнила каждый цунь¹ пространства. Будто Млечный Путь целой вселенной рухнул и разбился.
¹ 1 цунь ≈ 3,3 см
Лицо этого старца осталось бесстрастным. Его тень стала ещё более размытой и тусклой, но Зеркало Пустоты сияло ослепительно, словно солнце. Оно превратилось в щит и преградило путь впереди. На поверхности зеркала проявились всевозможные символы, что отражали свет.
Произошло нечто поразительное: вся божественная сила, что застилала небо и устремлялась вперёд, была полностью отражена обратно. Императорское зеркало атаковало противника его же методом. Это зрелище приводило в ужас.
Великая Светлая Царица Павлин изменилась в лице и поспешно отступила в сторону, и, заслонившись Посохом Покорения Демонов, была сотрясена так, что кровь и энергия забурлили, и всё тело задрожало.
А в этот миг Е Фань и принцесса Божественного Шелкопряда вновь настигли её, действуя широко и размашисто. Волны оружия императора величественно разливались, и дух поглощал небо и землю!
Три или четыре оружия императора содрогнулись разом и сообща преградили путь Великой Светлой Царице Павлин. Энергия пронзала небесные светила, благодатный дух курился, и бессмертное сияние ослепительно сверкало, озаряя всё вокруг пятью цветами и десятью оттенками, и всё было подёрнуто дымкой.
— Убить!
На белом, как нефрит, лбу Великой Светлой Царицы Павлин проступил иероглиф «Будда», и её мощь и величие достигли высшего предела. Привлекая силу мыслей горы Сумеру, она изо всех сил пыталась прорваться.
Хунлунлун!
Гора Сумеру закачалась, будто опрокинулась медная печь, что переплавляла небо и землю, и мир вот-вот будет уничтожен. Бесконечная и безбрежная божественная сила бурно взметнулась вверх и вошла в резонанс с иероглифом «Будда» на её лбу.
Великая Светлая Царица Павлин пронзала небеса и двигала землю. Уклоняясь от Е Фаня, принцессы Божественного Шелкопряда и прочих, она не шла с ними на лобовое столкновение и, превратившись в луч божественной зари, устремилась вниз, желая уйти.
Но, увы, защита нескольких человек была слишком плотной, и прорваться сквозь преграду было совершенно невозможно.
— Амитабха. Во благо, во благо, — старый монах Мокхе на горе Сумеру произносил имя Будды. В этот миг он внезапно пришёл в движение. Взмыв в небо, он применил запретный метод и неведомо сколько силы веры извлёк с горы Сумеру и увлёк за собой вверх. Грохотал гром, и ужасная божественная энергия потрясала девять небес.
В этот миг Мокхе был подобен шарире — он сиял безграничным светом и заставлял гору Сумеру кипеть, и свет пронзал облака и уходил в небо.
Точнее, в его руках покоилась одна удивительная шарира. Он благоговейно поклонялся ей и, сохраняя эту особую позу, взмывал в небо, поражая всех.
Великая Светлая Царица Павлин ощутила ту безбрежную мощь. В этот миг вся гора Сумеру будто ожила и превратилась в колоссальное живое существо, и божественная энергия устремилась прямо к ней.
Она изо всех сил рванулась вперёд и почти соединилась с подоспевшим навстречу Мокхе.
— Неужто это шарира Будды?! Она и впрямь заставила столько силы веры горы Сумеру закипеть и устремиться вверх! Это противно небесам!
Наблюдавшие видели всё яснее всех. В этот миг сила веры стала сильнее неведомо во сколько раз и превратилась в мост, пронзающий небеса, что прямо достиг небосвода и оказался у ног Великой Светлой Царицы Павлин.
Никто не ожидал, что старый монах Мокхе обладает таким противным небесам методом и воистину почти спас Великую Светлую Царицу Павлин. Это превзошло все ожидания.
У мудрецов за пределами области загорелись глаза, и им очень хотелось в этот миг вмешаться, чтобы обе стороны жестоко столкнулись и понесли взаимный урон. Но, увы, оружие императора было слишком могучим, и кто бы осмелился рисковать?
Хунлун!
Внезапно случилась неожиданная перемена.
В той пустоте небес внезапно взорвалась ужасная аура, что разбила пустоту вдребезги и перерезала безграничную силу веры, преграждая путь впереди.
То был волшебный треножник, что источал разрушительную ауру, от которой трепетали солнце, луна и звёзды. С него ниспадал луч за лучом чёрный свет, что подавлял всё на десять тысяч веков во всех небесах и разбивал храбрость героев в десяти направлениях.
Тело треножника было простым и безыскусным, будто глиняным. Некоторые из нанесённых на нём линий были изящны и красивы, подобные запечатлённому на нём стройному и прекрасному бессмертному телу юной девы. От него исходили волны, что заставляли трепетать бесчисленных несравненных героев с древности.
Треножник, пожирающий небо!
Этот наводящий ужас одним своим именем и потрясающий всю вечность волшебный треножник появился здесь и ударил по старому монаху, разбивая путь впереди и начиная поглощать бесконечную силу веры.
Кто же не знал, кто не слышал об этой императрице? Она сеяла смерть по всем девяти небесам и десяти землям, заставляя трепетать высочайших властелинов из всех небесных областей, и всякая живая тварь благоговейно падала ниц. Она потрясла древность и современность.
Хотя она и ушла, и её больше не было в этом мире, но волшебный треножник, отлитый из её тела, всё ещё жил. Более того, некоторые говорили, что это было равносильно иному роду вечной жизни Безжалостной императрицы.
Бо!
Сила веры была разбита вдребезги. Треножник, пожирающий небо, тихо зазвенел, и в миг, когда его крышка открылась, он поглотил небо и вобрал в себя землю. Всё могло быть переплавлено, и не было ничего, что не могло бы быть проломлено.
Таинственный Бессмертный Старик из тринадцати великих разбойников, Старый слепец, Ту Тянь, Цзян Хуайжэнь и прочие явились и вместе приносили жертву этому оружию предела императора, заставляя его испускать самую ужасную, потрясающую небеса божественную энергию.
То была скрытая шахматная фигура, что в решающий миг явила свою мощь!
Дуань Дэ не пришёл, ибо пока не мог вырваться из кокона, но одолжил Пожирающую небо крышку. Два «полу-оружия императора» встретились, и их божественная мощь была несравненна в мире.
Эта перемена была слишком внезапной. Все думали, что всё оружие императора уже было задействовано и явлено полностью. Кто бы мог подумать, что в этот последний момент появится ещё одно, потрясая весь мир.
Сегодняшней битве было суждено быть вписанной в анналы истории. Не говоря уж о прочем, одно лишь одновременное явление стольких орудий императора уже было немалым великим событием!
Треножник, пожирающий небо, прямым ходом врезался вперёд, и сила веры рассеялась.
Старый монах Мокхе, сохраняя странную позу, обеими руками держал кристальную шариру размером с кулак и стоял на коленях в пустоте, взирая на битву в вышине. Теперь же, внезапно подвергшись атаке, он в один миг изменился в лице.
Он совершенно не мог сопротивляться и лишь на огромной скорости уходил в бегство. С огромным трудом собрав силу веры и погрузившись в неё, он создал из неё боевые доспехи силы мыслей и к тому же защитил шарирой своё межбровье.
Он был великим мудрецом и, нанося удары с помощью бесконечной силы веры, был равносилен сражающемуся с оружием императора. Но внезапно подвергшись атаке, он уже опоздал.
Лучи чёрного света ниспадали, и хотя они не попали в него прямо, но всё же пробили боевые доспехи силы мыслей и задели его тело. Он сразу же закричал.
Пу!
Ступни старого монаха Мокхе разлетелись вдребезги, а затем цунь за цунем стало ломаться и превращаться в кровавый туман всё выше по телу. Даже сила веры уже не могла этого остановить.
— А-а... — он не сдержал рёва. Разрушение уже дошло до пояса, и он в одно мгновение сам разъял своё тело: всё ниже головы взорвалось и превратилось в кровавое месиво.
Однако всё оказалось хуже, чем он думал. Треножник, пожирающий небо, был слишком ужасен. Даже если задевала лишь одна нить его ауры, противоядия почти не было.
В конце концов и его голова взорвалась, и осталась лишь та шарира размером с кулак, что он держал в руках. Она излучала пять цветов и десять оттенков и, неся с собой божественный свет, устремилась в бескрайний небесный свод.
Лишь в этот миг эта таинственная шарира по-настоящему пробудилась и обрела жизнь.
Великая Светлая Царица Павлин издала протяжный крик к небесам. Хоть она и была женщиной, но обладала великой мощью, что могла поглотить Млечный Путь. Её обрезанные пышные волосы развевались, и иероглиф «Будда» на её белом лбу засиял ещё ярче.
А та устремившаяся в небо удивительная шарира воистину на время слилась с тем иероглифом «Будда» на её лбу. Подобная сну или иллюзии, она заставила её прямо исчезнуть с прежнего места, источая некую странную силу Будды.
— Что?! Это волна уровня императора! Неужто это шарира, оставленная Великим императором Амитабхой?! — все были потрясены.
События этого дня слишком ошеломили людей. Сначала разом явилось множество оружия императора, а затем появилось высочайшее сокровище, что, возможно, было императорской шарирой. У каждого горели глаза.
— Если она сольётся с семенем силы мыслей, оставленным Амитабхой, что же произойдёт? — у склона горы Сумеру Даос Божественного Шелкопряда, держа огромную киноварно-красную тыкву, отхлебнул глоток вина и пьяно пробормотал.
С самого начала и до конца он не вступал в бой и был подобен удручённому прохожему, что смотрел, как его соплеменники сражаются, и не проявлял ни капли бодрости.
— Куда же ты! — доспехи на принцессе Божественного Шелкопряда вновь изменились и превратились в Кунь Пэна, что выбросил вперёд пару огромных когтей и рванул вниз.
Хотя она и потеряла из виду фигуру Великой Светлой Царицы Павлин, но, полагаясь на чутьё, всё же нанесла удар и устремилась в том направлении.
В то же время Зеркало Пустоты излучало свет, невероятно кристально чистое и прозрачное, и сияло в небесном своде. Оно быстро очертило полосу бессмертного света и осветило то место, где находилось истинное тело Великой Светлой Царицы Павлин. Оказалось, что она уже спустилась из-за пределов области прямо к горе Сумеру и была уже недалеко.
Ниже всех Треножник, пожирающий небо, дрожал. Чёрный свет вырывался наружу. Подобный драгоценной чаше совершенного Великого Дао, он исторг десять тысяч нитей разрушительной ауры, что обрушились на гору Сумеру, и взорвались небесным светом.
В то же время один слабый луч чёрного света задел ноги Великой Светлой Царицы Павлин, и половина её тела сразу же взорвалась, и кровавый туман поплыл вокруг.
Чи!
И в этот миг Е Фань тоже нанёс удар. Императорский меч в его руке обрушился вниз и превратился в небесный алый луч. С хлопком он отсёк правую руку Великой Светлой Царицы Павлин, и та разлетелась на куски на месте.
Очевидно, это привело к катастрофическим последствиям. Великая Светлая Царица Павлин была задета сначала Треножником, пожирающим небо, а затем убийственным мечом Небесного Владыки Духовных Сокровищ. Не говоря уж о том, что она ещё не была почти-императором, — даже если бы она уже вступила в этот уровень, она бы не выдержала.
Её искалеченное тело цунь за цунем взрывалось, и плоть с кровью превратились в месиво. По всем законам она должна была погибнуть и телом, и духом, и не иметь даже места для погребения.
Однако случилось нечто поразительное. Шарира Будды на её лбу засияла необычайным блеском и осветила всю гору Сумеру. Она защитила её голову и, увлекая за собой Посох Покорения Демонов и прочее, вместе с ней рухнула вниз, под засохшее дерево Бодхи перед Великим храмом Лэйинь.
— Что это?! Оно и впрямь растворило убийственное намерение оружия императора?! — не только Е Фань и его спутники были потрясены, но и мудрецы за пределами области, и древние кланы — все были ошеломлены.
— Что бы это ни было, лишь бы только не сам Амитабха ожил! Иначе даже божество, явившись, будет бессильно! — люди на стороне Е Фаня уже хотели вновь начать атаку.
Однако от Великого храма Лэйинь поднялось величественное тело Будды — ужасное до небес. Колоссальные жизненные волны заставляли каждого задыхаться!
Люди на стороне Е Фаня, такие как Ли Тянь, драконья лошадь и прочие, хотели сами дать себе пощёчину, чувствуя себя вороньими ртами. Что за вздор они только что несли?! Ведь это были воистину жизненные волны уровня императора!
Весь мир был потрясён. Все трепетали. Многие мудрецы пали ниц и, не в силах совладать с собой, отбивали земные поклоны. Они совершенно не могли вынести это несравненное величие и давление!