Алхимия оказалась невероятно глубокой дисциплиной.
Если обычные науки стремились раскрывать истину, то алхимия временами выглядела так, будто её развитие кто-то намеренно затормозил.
Суть была проста.
Есть то, что уже существует.
И есть то, что ты хочешь получить.
Алхимия превращает одно в другое через равноценный обмен.
Если у тебя есть право на сделку, можно отдать миру десять единиц ценности и получить десять.
Но на практике результат мог оказаться и единицей, и тысячей.
Рыночная цена предмета здесь ничего не значила.
Не имело значения, насколько вещь востребована именно сейчас.
Существовали материя, способность и подходящие условия обмена.
Именно эти условия и были причинностью — тем, что управляло огромным течением мира.
Даже боги и демоны находились внутри этого течения.
За три года странствий Спенни, гениальная обладательница особенности «Элементаль», сумела докопаться до этого принципа.
«Он заранее знал, что я смогу это понять…»
Именно поэтому Эгенир дал ей такое задание.
Даже если ему самому придётся стать платой.
Потому что он понимал: она способна его вернуть.
— Я требую.
Спенни сложила руки в молитве.
Но это не было поклонением богу.
Поза была лишь формой обращения к самому порядку мира.
Вера.
И сделка, совершаемая через эту веру.
Теперь Спенни понимала: бог, которому человек посвящает душу и поклонение, по сути выступает посредником. В ответ он выдаёт верующему силу, окрашенную собственной природой.
Святая сила — не что иное, как энергия, которую бог проводит через себя и передаёт последователю.
Король демонов, судя по древним записям, когда-то тоже была подобным существом. Но после поражения в войне богов лишилась прежнего положения и теперь добывала энергию иначе — развращая чужие души и выжимая из них хотя бы небольшие порции чистой духовной силы.
Значит, главное заключалось в одном.
«Сделка».
Не обязательно с богом.
Нужно было самой стать тем, кто имеет право заключить договор с более высоким уровнем — с абсолютным течением, в которое не могут вмешиваться ни бог, ни Король демонов.
Товаров для обмена уже было достаточно.
Забытое северное ожерелье, созданное людьми через древний обмен и передававшееся из поколения в поколение, пока не было заброшено.
Фонарь времён золотого века человечества, способный бесконечно светить даже во тьме.
Натянуть который не смогли даже эльфы — древний лук, хранивший память многих поколений.
Все эти вещи были созданы людьми или другими расами самостоятельно, в эпоху, когда алхимия ещё развивалась и не зависела от богов или демонов.
Никто уже точно не знал их настоящих функций.
В нынешнюю эпоху они почти не имели практической ценности.
Но правила мира оценивали их иначе.
Их вес в обмене оставался огромным.
Целью сделки была половина души Эгенира.
Даже половина.
Даже если душа принадлежала человеку.
Он прошёл множество циклов, вобрал две души в одну и достиг уровня сверхчеловека.
Такой объект стоил чрезвычайно дорого.
Но и собранные реликвии подходили для сделки.
Фаааах!
Спенни просто верила и продолжала молиться.
На неё обрушился свет, словно луч из самого космоса.
Предметы вокруг начали исчезать.
Древние реликвии, теперь никому не нужные, растворялись одна за другой.
Три года они специально искали вещи, которые не привлекали внимания, но сохраняли высокую цену в системе причинности.
И теперь, когда суммарная ценность наконец достигла необходимого уровня, Спенни получила право совершить обмен.
Обычному человеку пришлось бы заплатить куда больше.
В древности ради подобных сделок приносили множество человеческих жертв или складывали перед алтарями огромные богатства.
Но особенность «Элементаль» была словно создана специально для алхимии.
Её главное свойство — отмена штрафов и побочных эффектов.
В обычной магии это всего лишь уменьшало конфликты между разными особенностями при работе магических кругов.
Но в алхимии эффект становился по-настоящему безумным.
Спенни превращалась в идеального клиента.
В человека, которому правила мира готовы были открыть двери почти в любое время.
Словно обладательнице бесконечного VIP-пропуска.
Вот почему Эгенир всегда чувствовал рядом с ней необъяснимое спокойствие.
Вот почему она была для всех «мамой».
Ещё до времён прямых разговоров с богами существовали пророки, способные видеть законы мира.
Один из таких пророков, согласно легенде, отдал собственные глаза в обмен на способность видеть будущее.
Люди слушали его и благодаря этому выживали среди рас, которые превосходили их телом, магией и уровнем цивилизации.
Инстинкт человечества словно помнил подобных людей.
Тех, кто способен найти путь спасения в любой катастрофе.
Даже если приходится чем-то жертвовать.
Платишь цену — получаешь возможность выжить.
Общая мать.
Отсюда и связь между двумя особенностями Спенни:
«Падшая мать».
«Элементаль».
Носитель «Элементаля» почти неизбежно становится центром человеческого сообщества.
Почему затем такие люди обычно отказываются от власти и просто остаются теми, кто тепло поддерживает остальных, Спенни не знала.
Но любой настоящий алхимик, понявший законы обмена, увидев её, вероятно, заплакал бы как перед божеством.
Точно так же, как подруга детства Эгенира, впервые увидев Спенни, удивлённо почувствовала надежду.
Вот почему в карточной системе не было отдельной карты, обозначавшей Спенни.
Она была не одной из ролей.
Она была центром самой доски.
Началом системы.
Носителем той же природы, которую когда-то имели кочевые пророки и первые создатели правил обмена.
Эгенир знал это давно.
Ещё до того, как стал мастером меча, он годами наблюдал за Спенни и чувствовал рядом с ней необъяснимую психологическую безопасность.
«Только она».
В этом и заключался смысл.
И вот Спенни впервые совершала настоящую сделку.
Правила мира встретили нового клиента ярким светом, словно старого постоянного покупателя, который наконец вернулся после огромного перерыва.
Ещё до того, как боги открыли свои «филиалы» среди людей.
Ещё до того, как демоны начали охотиться за человеческими душами.
Когда человечество жило почти как дикари, существовали люди, жалевшие свой род настолько, что были готовы принести в жертву даже собственные глаза, лишь бы не дать людям вымереть.
«Мама».
Мать всех.
Спенни лишь продолжала молиться.
«Верните душу Эгенира».
Правила мира не обязаны были соглашаться.
Их представление о ценности отличалось от человеческого.
Перед ними находилась душа человека, добровольно отданная после бесчисленных страданий.
В ней смешались сильнейшие эмоции.
Она принадлежала сверхчеловеку.
Она возникла из слияния двух душ.
Даже половина такого объекта стоила колоссально дорого.
Но просьбу делала та, кто несла природу древней матери человечества.
Голос старого клиента, вернувшегося спустя неисчислимое время.
Отказать оказалось невозможно.
БА-А-АМ!
Мир словно ответил ударом.
Сделка была принята.
Половина души Эгенира перешла под власть Спенни.
И никакого риска, что она воспользуется этим против него, почти не существовало.
Её другая вершина — «Вечная рабыня».
Падшая мать, одновременно являвшаяся рабыней Эгенира, стала владельцем половины его души.
Правила мира тоже понимали значение происходящего.
Спенни открывала путь не только для себя.
Через неё человечество вновь получало прямой канал к сделкам.
Без жадности богов-посредников.
Без давления демонов.
Долгое время прямой контакт людей с порядком мира был почти перекрыт.
Боги вставали между сторонами, словно посредники, утверждающие, что «лучше всех знают, как надо», и брали свою долю.
А сами правила, разумеется, предпочитали прямую торговлю.
«Я это понимаю».
Эгенир всегда держал уши открытыми.
Он отчётливо услышал донесение демона-посыльного.
И невольно посмотрел в сторону юга.
Глаза сверхчеловека различили вдалеке, под громадными облаками, столб падающего света.
«Получилось!»
Ослепительный луч выглядел почти так же, как тогда, когда Эгенир продал свою душу и ценой сделки исказил собственное будущее.
И вдруг он услышал голос, доступный только существу его уровня.
[Добро пожаловать, новый клиент! Надеемся на дальнейшее сотрудничество!]
Значит, даже у самих правил мира существовало понятие клиента и собственной выгоды.
А Спенни стала новым покупателем, которого Эгенир фактически привёл с собой.
Скорее всего, она услышала следующее предложение так же ясно, как когда-то он:
[Не желаете приобрести что-нибудь ещё? Предметы, изменение будущего, предсказание грядущей угрозы?]
Эгенир заранее строго велел Мелихе передать ей одно правило.
«Ни на что не соглашайся».
Спенни, конечно, получила это предупреждение.
Свет начал гаснуть.
Будто правила мира даже немного расстроились, что новый клиент твёрдо отказался от дополнительных покупок.
— Есть!
Три долгих года унижений закончились.
Пора было возвращаться к прежнему, наполовину поломанному ублюдку Эгениру Талфону.
— Г-госпожа Эгенир?
К нему подбежал демон, уже привыкший издевательски обращаться к нему в женском роде.
Эгенир мгновенно выругался:
— Заткнись, тварь.
Демон застыл.
— Ч-что?
— Зови своего начальника.
— Простите?
— Скажи: начинается большая сделка. Я принёс ставку.
Начиналась контратака.