— Сестрица Шаньху, подожди немного, прежде чем идти искать третью барышню. Мне нужно тебе кое-что сказать. Ты заметила? Сегодня четвёртая барышня ни на шаг не отходит от старшей госпожи. Раньше она так близко к ней не держалась.
— Заметила. Эх, что поделаешь, если она не родилась от госпожи. Только так и остаётся поступать. А вот нашей барышне повезло. Хоть господин обычно ею и не интересуется, о её браке он очень заботится.
— Господин-то как раз хочет выдать третью барышню за знатного человека. Я слышала, что он задумал выдать её за Юнчан-хоу.
Шаньху испуганно ахнула:
— За Юнчан-хоу? Да ведь... да ведь ему сколько лет? Он же годится третьей барышне в отцы!
— Немногим больше сорока. Позапрошлым годом овдовел, теперь ищет новую супругу. К тому же недавно в Военном ведомстве освободилась должность, которую он занял, и теперь у него в руках настоящая власть. Вот господин и загорелся этой мыслью.
— А... а откуда ты это узнала?
— Вчера второй господин говорил об этом с госпожой. Госпожа ни в какую не соглашалась, а он даже ударил её по лицу и сказал, что вопрос решён окончательно и обсуждению не подлежит. Ещё говорил, что для третьей барышни это великое счастье, о котором другие и мечтать не смеют. Вчера ты помогала старшей госпоже с приготовлениями и ничего не слышала. Пока это скрывают от третьей барышни. Если она узнает, кто знает, что устроит.
— Всё равно вряд ли получится. Не только госпожа против. Старый господин и старая госпожа тоже могут не согласиться.
— Не обязательно. Пусть Юнчан-хоу и старше, зато находится в расцвете сил. На праздники его вызывают ко двору на аудиенции к императору. Он отличился в сражениях, пользуется уважением, с вашим старшим господином давно знаком. Говорят, состояние у него огромное, даже собственный большой сад имеется. А место второй супруги всё равно остаётся местом законной госпожи. Будучи супругой Юнчан-хоу, она сможет носить придворное облачение жены чиновника третьего ранга и входить во дворец. Ваш господин всего лишь пятого ранга. Если бы не положение семьи Линь, то третья барышня сама считалась бы недостойной такой партии.
— Это верно. Если она действительно станет госпожой Юнчан-хоу, её положение и почёт окажутся выше, чем у второй барышни. Вторая барышня ведь вышла лишь за второго сына Чжэнь-гогуна. Титул ему не достанется, придётся самому делать карьеру.
Дальше девушки ещё что-то обсуждали, но Линь Дунсю уже ничего не слышала.
Она сидела неподвижно, словно окаменев.
Эта Линь Дунлин, без ума, без способностей, без красноречия, получила такую великолепную партию! Почему? Только потому, что родилась от законной супруги и появилась на свет в удачном месте? Если не считать происхождения, в чём она уступает Линь Дунлин?
Линь Дунсю крепче сжала зеркальце в руке.
Вся её недавняя гордость и честолюбивые мечты в одно мгновение обратились в прах.
Несмотря на юный возраст, она понимала многое лучше других. Для женщины брак был не чем иным, как опорой на всю оставшуюся жизнь. Красивый и благородный муж являлся лишь приятным дополнением. По-настоящему важны были его положение и происхождение.
Её старшая сводная сестра Линь Дунвань вышла за красивого учёного. Пусть он и происходил из чиновничьей семьи, но всё же уступал по положению. Теперь муж никак не мог добиться успеха на экзаменах, а расходы семьи зависели от свекрови. Приходилось даже тратить собственное приданое, и жизнь её складывалась не слишком счастливо.
Зато одна из её подруг, нелюбимая дочь наложницы, всегда жившая в тени, вышла замуж за пятидесятилетнего вдовца, обладавшего настоящей властью. И сразу преобразилась. Не только стала носить золото и серебро, но даже осанка и манеры изменились. Она словно превратилась в другого человека.
Линь Дунсю всё это видела и давно решила найти себе знатного мужа, не обращая внимания на его возраст.
Теперь же оказалось, что презираемая ею Линь Дунлин получила именно такую судьбу.
От зависти и досады сердце её разрывалось.
Желание прихорашиваться исчезло. Она убрала румяна и зеркальце, подняла занавес и вышла.
Шаньху и Инло уже ушли.
Линь Дунсю медленно побрела обратно.
Внезапно ей стало совершенно безразлично, как она покажет себя на сегодняшнем празднике. Даже если сумеет затмить всех остальных девушек, что это изменит? По-настоящему знатные семьи всё равно не посмотрят на дочь наложницы. А семьи попроще её саму не устраивали.
С самого детства она была честолюбивой и стремилась подняться выше всех.
Теперь же Линь Дунлин превзошла её в брачном деле настолько, что это казалось невыносимым.
Чем больше она думала, тем сильнее мрачнела.
На пир идти уже не хотелось.
Погружённая в свои мысли, она вышла в сад.
Белые ивы склонились над берегом, листья начинали желтеть, на дорожках виднелись опавшие цветы. Хотя день стоял ясный и солнечный, ей всё казалось унылым и холодным.
Вдруг мимо прошла группа нарядных служанок в ярких одеждах. Они несли большие подносы с изысканными блюдами.
На душе стало ещё тяжелее.
«Только дочери, рождённые от законной госпожи, могут выходить замуж с такой роскошью. А меня никто не любит и не жалеет. Кто знает, куда меня в конце концов выдадут».
Вздыхая и жалея себя, она пересекла изогнутый мостик через озеро и направилась к искусственной горке.
Там находился павильон Лосюэу. Когда-то в нём жила Цао Лихуань, но после её переезда помещение превратили в место для хранения цветов и растений. Недавно Линь Дунсю и Линь Дунлин даже приходили туда выбирать цветы.
«Там стоит горшок с бегонией, и на ней распустился огромный цветок. Срежу его и приколю к волосам. К этому наряду он подойдёт идеально. Сейчас только яркой внешностью можно привлечь внимание. Кто знает, вдруг подвернётся удачный случай».
С этой мыслью она подошла к павильону.
Однако дверь оказалась заперта.
Старухи, присматривавшие за павильоном, давно разбежались по празднику.
Тогда Линь Дунсю обошла строение и направилась к заднему входу.
Не успела она приблизиться к окну, как услышала внутри тихие голоса.
Мужской и женский.
Она испуганно замерла.
Откуда здесь мужчина? Это ведь внутренние женские покои!
Набравшись смелости, она проткнула бумагу на оконной раме и заглянула внутрь.
Увиденное едва не заставило её вскрикнуть.
Линь Дунлин сидела в объятиях какого-то молодого мужчины.
Линь Дунсю так перепугалась, что отшатнулась на несколько шагов. Сердце колотилось как бешеное.
Но любопытство пересилило страх.
Она снова осторожно прильнула к окну.
Мужчина оказался высоким и крепким, с красивым открытым лицом, густыми бровями и прямым носом. Даже не улыбаясь, он казался приветливым. На нём был тёмно-синий халат.
Линь Дунсю не узнала его.
Это был Ду Бинь, старший брат Хуамэй.
Учёба ему не давалась, зато он прекрасно владел оружием и умел устраиваться в жизни. Благодаря сестре Линь Цзиньлоу немного продвинул его по службе. Ду Бинь был сообразительным, общительным и отлично умел угадывать желания начальства. После нескольких удачно выполненных поручений Линь Цзиньлоу стал постепенно его ценить и даже подумывал о повышении.
Поэтому Ду Бинь всё чаще появлялся в доме Линь.
Однако его амбиции были куда больше.
Он просил Хуамэй замолвить словечко перед Линь Цзиньлоу и добиться для него должности внешнего тысячника восьмого ранга.
Хуамэй однажды подняла этот вопрос, но заметила недовольство Линь Цзиньлоу и больше не осмеливалась говорить об этом.
Тогда Ду Бинь решил искать поддержку через Линь Цзиньтина.
Но тот был избалованным молодым господином и людей вроде Ду Биня презирал. Несколько раз Ду Бинь приходил к нему, но каждый раз оставался ни с чем и лишь сидел в приёмной.
Именно тогда он случайно встретил Линь Дунлин.
Избалованная Ван-ши, она привыкла поступать как ей вздумается и мало думала о приличиях. Однажды пришла искать Линь Цзиньтина и неожиданно столкнулась с Ду Бинем.
Увидев такого красивого и уверенного мужчину, она тут же покраснела, поспешно вышла, но перед уходом украдкой бросила на него взгляд, полный чувств.
Ду Бинь был опытен в любовных делах и всё понял сразу.
Услышав, как служанки называют её третьей барышней, он мгновенно заинтересовался.
С тех пор он стал ещё чаще наведываться в дом.
Вскоре они снова встретились.
Ду Бинь начал заигрывать с ней, обмениваться взглядами, а однажды незаметно бросил под её юбку заранее приготовленный вышитый кошелёк.
Вернувшись к себе, Линь Дунлин открыла его и обнаружила два любовных стихотворения. Одно восхваляло её красоту, другое рассказывало о тоске влюблённого. Там же лежала нефритовая подвеска с драконом и фениксом, символизировавшая счастливый союз.
Линь Дунлин была польщена и взволнована.
Сначала она не собиралась отвечать, но Ду Бинь продолжал приходить снова и снова.
Она уже не могла удержаться и стала тайком искать его взглядом.
Так между ними завязалась связь. Очень скоро они стали неразлучны.
После Нового года Линь Цзиньлоу повысил Ду Биня до личного телохранителя. Тот получил ещё больше возможностей бывать в доме Линь и тайно встречаться с Линь Дунлин.
Теперь Ду Бинь слегка подтолкнул девушку и сказал:
— Скоро начнётся пир. Тебе пора возвращаться. Да и мне тоже нужно уходить.
Линь Дунлин нахмурилась:
— Ты так не хочешь меня видеть?
Ду Бинь улыбнулся:
— Как ты могла такое подумать? Я день и ночь думаю только о тебе. Иначе разве стал бы рисковать и приходить сюда? Просто тебе действительно пора возвращаться. А я скоро приду снова.
Линь Дунлин сердито отвернулась.
Ду Бинь поспешил её успокоить:
— Ну что опять случилось? Почему ты снова сердишься? Хочешь, я приду сегодня вечером? Правда, ночью сад запирают. Мне перелезть через стену легко, а вот тебе будет сложнее.
— Наверняка какая-нибудь девица вскружила тебе голову. Вот ты и спешишь уйти, бросив меня здесь одну. Ты ведь так редко приходишь, а даже немного посидеть со мной не хочешь.
С этими словами она расплакалась.
Ду Бинь тут же начал клясться:
— В моём сердце есть только ты. Ради тебя я даже развёлся с женой. Неужели ты до сих пор не понимаешь моих чувств? Я лишь жалею, что не родился в богатой семье и потому не могу с честью прийти просить твоей руки. Больше всего на свете я мечтаю прожить с тобой жизнь бок о бок. Ни одна другая женщина мне не нужна.
Он долго уговаривал её, осыпая нежными словами.
Линь Дунлин всхлипнула:
— Сегодня вышла замуж моя вторая сестра. Скоро очередь дойдёт и до меня. Я всё время прошу тебя прийти к моей семье, а ты только увиливаешь. Кто знает, есть ли я вообще в твоём сердце? Ты лишь говоришь красивые слова. Наверное, дождёшься, пока меня выдадут за другого, и тогда успокоишься!
Ду Бинь помолчал и сказал:
— Если я попрошу твоей руки, твой отец никогда не согласится. Разве что найдётся другой способ...
Линь Дунлин подняла заплаканные глаза:
— Какой способ?
Ду Бинь поцеловал её в щёку. В глазах его мелькнул хитрый блеск.
Он наклонился к самому её уху и что-то тихо прошептал.
Линь Дунлин тут же вспыхнула до корней волос.
— Тьфу! Тьфу! Что за бесстыдные вещи ты говоришь!
Ду Бинь обнял её и тихо произнёс:
— Глупенькая, разве ты ещё не понимаешь моих чувств? Только если дело станет свершившимся фактом, мы сможем прожить вместе до старости...
С этими словами он потянулся к её губам.