Их взгляды встретились, и Чжао Юэчань застыла в полном изумлении.
Ей показалось, что она ошиблась глазами или приняла за другого человека. Перед ней стояла роскошно одетая молодая госпожа, величественная, словно небесная фея. Неужели это... неужели это та самая Чэнь Сянлань, которая когда-то дрожала перед ней и безропотно терпела побои и унижения?
Но лицо было тем самым. Такую красоту и за сотню ли не сыщешь — увидишь однажды и уже не забудешь. Теперь её черты окончательно сформировались, и она стала ещё более ослепительной.
Сердце Сянлань бешено заколотилось. Цао Лихуань и Чжао Юэчань были её кошмаром в первые годы жизни в семье Линь. Первая давно умерла, вторая исчезла из её жизни, но только сейчас Сянлань поняла, что Чжао Юэчань всё ещё оставила в её душе глубокую тень. Стоило ей увидеть эту женщину, как её охватывал страх и желание немедленно скрыться.
Сяоцзюань тоже вздрогнула и крепко вцепилась в рукав хозяйки.
Сянлань пришла в себя. Увидев испуганное лицо служанки, она, наоборот, успокоилась.
Верно. Чжао Юэчань уже развелась с Линь Цзиньлоу и больше не является старшей госпожой семьи Линь. Да и сама она теперь не обязана оглядываться на её настроение. Так чего же бояться?
Подумав об этом, Сянлань улыбнулась, выпрямила спину и шею, сдержанно кивнула Чжао Юэчань в знак приветствия, после чего отвернулась.
Слуга спросил вполголоса:
— Кто это? Лицо незнакомое.
Одна из старух семьи Лу ответила:
— Не знаю. Она приехала с людьми из семьи Линь из Цзиньлина. Может быть, наложница старшего господина Линя?
Лицо Чжао Юэчань изменилось.
В этот момент у цветочных ворот снова поднялся шум, и послышался звонкий женский голос:
— Какие же вы неловкие! Пусть муж сам подойдёт и поможет мне выйти!
Следом кто-то рассмеялся:
— Ах ты, кузина! Уже мать ребёнка, а характер всё такой же. Только такой благородный человек, как Ифэй, способен тебя терпеть. Любой другой давно бы не выдержал твоих капризов.
Услышав имя «Ифэй», Сянлань вздрогнула и резко обернулась.
У ворот остановилась карета. Рядом стоял высокий мужчина спиной ко входу — Сун Кэ, которого она не могла не узнать.
Возле него находился другой человек — выше и шире в плечах, в роскошном серебристо-сине-зелёном наряде. Он разговаривал и одновременно смотрел во двор. Его взгляд столкнулся с её взглядом. В глазах мелькнул многозначительный блеск, а затем он улыбнулся.
Это был Линь Цзиньлоу.
Переведя взгляд дальше, Линь Цзиньлоу заметил Чжао Юэчань и невольно замер. Та судорожно стиснула ручку веера. Но Линь Цзиньлоу тут же равнодушно отвёл глаза, словно её вовсе не существовало.
Лицо Чжао Юэчань мгновенно побледнело.
Из кареты появилась рука с золотым кольцом «Двойное счастье». Занавеска приподнялась, и Чжэн Цзинсянь увидела Линь Цзиньлоу.
Она прыснула со смеху:
— А я всё гадала, кто это тут называет меня «кузиной». Оказывается, и правда кузен! Старший кузен, говорят, ты недавно и повышение получил, и разбогател. Если появятся хорошие возможности, не забывай и о нашем господине Суне.
Линь Цзиньлоу громко рассмеялся.
На лице Сун Кэ по-прежнему играла мягкая улыбка.
Сложив руки в приветствии, он сказал:
— Это супруга специально подшучивает надо мной. Брат Инъян, не принимай её слова всерьёз.
Линь Цзиньлоу хлопнул его по плечу:
— Мы же родственники. Если появится что-то хорошее, в первую очередь нужно думать о своих. Даже если кузина ничего бы не сказала, я поступил бы именно так. Зачем такая церемонность?
Сун Кэ лишь улыбнулся.
Тем временем Чжэн Цзинсянь протянула руку из кареты, и ему пришлось помочь ей выйти.
Она была одета очень модно и необычно: простой замужний узел волос, украшенный нефритовыми пластинами, жемчужными цветами и золотой шпилькой с иероглифом счастья; никакой тяжёлой роскоши. На ней был новый расшитый жакет цвета осенней абрикосы и красновато-розовая юбка из дорогого атласа. Талию перетягивал длинный пояс с кистями, а на ногах красовались маленькие шёлковые сапожки.
Высокая, энергичная от природы, она выглядела ярко и современно, излучая героическую уверенность. Даже красавицы из благородных семей рядом с ней теряли часть своего блеска.
Краем глаза Линь Цзиньлоу заметил, что Сянлань собирается уйти.
Он обратился к Чжэн Цзинсянь:
— Как удачно. Сегодня я привёл свою маленькую госпожу. Познакомлю вас.
Затем повернулся к Сянлань и поманил рукой:
— Иди сюда.
Лицо Сянлань мгновенно побелело.
Она сделала вид, будто не слышит.
Тогда Линь Цзиньлоу повысил голос:
— Тебе говорю. Подойди сюда!
В его тоне не было места возражениям.
Сяоцзюань оглянулась и увидела, что выражение его лица стало холодным. Испугавшись, она потянула Сянлань за рукав:
— Госпожа... Старший господин зовёт вас... Ну... умный человек не спорит с тем, что перед глазами...
Сянлань с трудом повернулась и медленно подошла.
Подняв взгляд, она увидела Сун Кэ.
На нём был тёмно-зелёный шёлковый халат, а на поясе — новый роскошный пояс, украшенный драгоценностями и инкрустацией. Волосы были перевязаны простой повязкой без официального головного убора.
Его красивое, интеллигентное лицо сохраняло знакомую мягкую улыбку, но в нём уже чувствовалось что-то чужое.
Рядом стояла Чжэн Цзинсянь — яркая и ослепительная, словно роза.
Когда Сянлань подошла ближе, улыбка Сун Кэ начала исчезать. Постепенно его губы словно окаменели, лицо стало серьёзным, а взгляд неподвижно застыл на ней.
Линь Цзиньлоу будто ничего не замечал.
Он взял Сянлань за руку и подвёл ближе.
С довольной улыбкой сказал:
— Это твоя младшая жена. Она робкая и почти не выходит в свет. Позже присмотри за ней и не дай никому её обидеть.
Чжэн Цзинсянь взглянула на Сянлань и сразу её узнала.
Она быстро посмотрела на мужа и заметила, что тот словно потерял душевное равновесие.
Нахмурившись, она всё же сохранила улыбку:
— Ну и слова у кузена. Если так дорожишь ею, почему вообще вывел в люди? Надо было спрятать дома и никому не показывать. Почему же теперь поручаешь мне её охранять?
Линь Цзиньлоу рассмеялся:
— Кто не знает, что дочь рода Чжэн — настоящий герой среди женщин, не хуже самой Му Гуйин? Если не тебе поручить, то кому?
— Старший кузен, ты меня хвалишь или дразнишь? — закатила глаза Чжэн Цзинсянь. — Словно я какая-то тигрица.
...
После ещё нескольких обменов любезностями Линь Цзиньлоу и Сун Кэ ушли встречать новых гостей.
Сянлань вместе с Чжэн Цзинсянь вернулась во внутренний двор.
Служанки поспешили поддержать своих госпож.
Через некоторое время Сяоцзюань вдруг услышала, как Сянлань едва слышно вздохнула:
— Так даже лучше... Теперь на его поясе новый драгоценный ремень с восемью сокровищами. Больше не приходится, как раньше, носить старый, выстиранный до белизны пояс... Тогда даже потерянную бусину агата он не решался заменить настоящей — вместо неё вставил дешёвый красный камешек...