Пробуждение 12.5

Пробуждение 12.5

Четверг

Пробуждение 12.5

Я быстро захлопнула шкафчик, игнорируя тяжесть взглядов, упирающихся мне в спину.

— Ты в порядке? — спросил Сварщик.

— Замечал когда-нибудь, что этот вопрос как бы сам на себя отвечает? — спросила я в ответ. И тут же добавила: — Извини.

— Всё нормально. — Он глянул мне за плечо, на мгновение задержав взгляд на Шарлотте. — Но всё-таки, как ты?

Я вздохнула.

— Погрущу немного и справлюсь.

Я не стала упоминать, что уже успела погрустить и справиться. Круговорот жизни. Разочарование дает тебе пощечину, ты немного киснешь, а потом живешь дальше. Честно говоря, я даже не была так уж расстроена. По крайней мере, не остро.

Но я не знала, где у Учителя есть глаза, а где нет, поэтому изобразила максимально подходящую случаю реакцию.

— Увидимся завтра, Сварщик.

— Ага, — сказал он. — До встречи.

Я двинулась с места, и Шарлотта последовала за мной.

О судебном иске никто не упоминал, но я понимала, что это лишь вопрос времени. «Голубой Космос» наверняка попытается принизить мою роль, чтобы сосредоточиться на «настоящих» жертвах. Когда я уходила в школу, этот сюжет всё еще крутили по всем крупным телеканалам.

Ведущие ток-шоу обсуждали это. Писались колонки с мнениями. Конгресс, судя по всему, уже требовал расследования того, как СКП вербует и пытается реабилитировать жестоких вигилантов и злодеев.

Странно было видеть всё это вот так, в открытую.

Слова, слетающие с губ диктора. Фотографии, выуженные из соцсетей или школьных ежегодников. Я гадала, каково это будет, когда все узнают.

Ньютайп была девочкой, над которой издевались.

Такое обыденное начало для той, кто создал себе образ, превосходящий саму жизнь.

Смотреть, как в новостях сообщают об инцидентах — в точности так, как я записывала их в своих тетрадях — было неприятно. Скорее всего, подробности предоставил «Голубой Космос». Об иске они вообще не упоминали, но с чего бы им? Теперь я была объектом обсуждения, а не главным свидетелем.

Этого не должно быть на ТВ.

От того, что теперь об этом знает весь мир, казалось, будто меня вывернули наизнанку. Выставили на всеобщее обозрение или типа того. Не то чтобы мне было всё равно, но неужели это должно стать новостью национального масштаба? Неужели я должна стать новостью национального масштаба из-за этого?

Именно этого я и хотела избежать в первую очередь.

Когда о тебе говорят как о герое — это сюрреалистично.

Когда о тебе говорят как о девочке, которая страдала — это просто больно.

К черту Учителя.

— Как ты со всем этим справляешься? — Я посмотрела на Шарлотту.

— Обо мне особо не упоминают, — ответила она. — Наверное, я недостаточно знаменита.

Мой взгляд упал на двух девочек и парня. Все трое пялились на меня и перешептывались. Даже когда я посмотрела прямо на них — они не могли этого не заметить — их головы поворачивались вслед за мной, пока я шла по коридору, и шепот не прекращался.

То же самое делала группа парней слева от них. И группа девочек слева от тех. И двое учителей, стоявших в холле у входных дверей.

Я не упустила иронии в том, что теперь, оказывается, заслуживаю внимания учителей.

Шарлотта остановилась у дверей.

Мисс Баджируэль повернулась к нам:

— Мисс Эбер, мисс Берман.

— Мэм. — Шарлотта полезла в карман и достала записку.

Мисс Баджируэль взяла её, бегло просмотрела и кивнула.

— Приятного дня. Увидимся завтра.

— Мэм, — хором ответили мы.

Мы вышли из школы. Мистер Берман сидел на водительском сиденье своей машины, двигатель работал на холостых оборотах. Грузовик папы не слишком подходил для троих. Мамы Шарлотты я не видела.

— Привет, пап, — с теплой улыбкой сказала Шарлотта.

— Девочки. — Его взгляд задержался на мне.

— Мистер Берман.

— Тейлор.

Я бы не винила его, если бы он меня ненавидел.

Я не видела его с того инцидента с «внезапной терапией» несколько недель назад. Он узнал, что я кейп, вместе со всеми остальными. Полагаю, Шарлотта, скорее всего, сказала родителям, что знала об этом.

Я села на заднее сиденье, а Шарлотта — на переднее. Прежде чем я успела закрыть дверь, Грин выкатился из-за куста и бросился к машине. Я придержала дверь, и он запрыгнул внутрь, приземлившись на сиденье позади меня.

Мистер Берман обернулся.

— Два очка, два очка!

— Он что, пристегивается? — спросила Шарлотта.

Грин тянул ремень вниз, хотя тот на него и не налезал.

— Безопасность прежде всего, — съязвила я.

— Пристегнись или штраф, — повторил Грин.

Я добавила:

— К этому привыкаешь.

Лицо мистера Бермана ничего не выражало. Раньше он всегда был довольно открытым, его настроение легко читалось. Он снова отвернулся и тронул машину с места.

— Как день прошел? — спросил он.

— Нормально, — ответила Шарлотта.

— Пялятся много, — проворчала я.

— Знаменитость, — отозвался мистер Берман. — Бесплатный билет на всё то внимание, которое никому не нужно.

— И не говорите.

Мы влились в поток машин и направились к офису «Голубого Космоса».

Сегодня был тот самый день.

Шарлотта заполняла тишину рассказами о своем курсе мультимедиа. Им нужно было сделать проект в течение семестра, и, кажется, ей очень нравилось, что можно самой выбирать форматы и темы.

— У нас же осталась та старая камера, да? — спросила она.

— Вроде бы, — ответил отец. — Думаешь снять кино?

— Не уверена. Мистер Кент сказал, что для проекта нужно использовать три разных вида медиа. Видео — один из вариантов. Еще можно сделать презентации, плакаты, фотографии или что-то в этом роде.

— Почти уверен, что камера на чердаке. Не скажу, работает ли она еще, но можем проверить.

— Мне придется подучить монтаж, — пробормотала Шарлотта.

— Для этого нужен мощный компьютер?

— В Аркадии хорошие компьютеры. Не думаю, что это проблема.

Я отвернулась к окну.

Как им удается вести обычный разговор, чтобы всё не становилось неловким?

— А ты что, Тейлор? — Я повернула голову. Мистер Берман смотрел на меня в зеркало заднего вида. — Занимаешься чем-нибудь интересным в школе?

Это прозвучало натянуто.

— Баскетбол, — ответила я. — Научилась вести мяч.

— Хм. Ты высокая. Могла бы стать хорошим центровым.

— Мирия так и сказала.

— Мирия? — переспросила Шарлотта. — А, ты про Мириаллию?

— Я слышала только, как её зовут Мирией, — ответила я.

— Она в баскетбольной команде. Собираешься вступить?

Я покачала головой.

— У меня на это особо нет времени. — И мне не нужно, чтобы кто-то обвинял меня в жульничестве.

Кати не заслужила того, чтобы разгребать еще и эту чушь.

Хотя упражнение хорошее. Много движения, позиционирование, ситуативная осведомленность. Не худший способ поддерживать рефлексы.

— Как твой отец со всем этим справляется? — спросил мистер Берман.

— Он пока задерживается на работе, — сказала я. — У дома полно фургонов с новостниками.

— Всё так плохо? — уточнил он.

— Пинк охраняет порядок. — Наверняка с лопаткой в руке.

— Миссия принята, — чирикнул Грин, — миссия принята.

Но я не исключала, что какой-нибудь идиот с плохим самоконтролем может что-нибудь выкинуть. Моя фабрика была сложной целью, да и у докеров была хорошая обычная охрана. А вот дом стал бы легкой мишенью для зажигательной бомбы или чего-то подобного.

Лучше, если мы с папой пока побудем в стороне. Я уже попросила Харо упаковать все семейные реликвии — в основном фотографии и свадебное платье мамы — и перевезти их на фабрику. У меня там как раз появился новый пустой подвал для хранения.

Шарлотта наблюдала за мной почти всю дорогу. Волновалась? В последнее время она часто на меня смотрела. Неловко. Так же неловко, как Вики, которая явно хотела о чем-то поговорить, но до сих пор избегала прямого разговора.

В последнее время всем от меня что-то нужно.

Даже «Голубому Космосу».

Мистер Берман припарковался за зданием их офиса, а не перед ним. Вероятно, они предпочитали, чтобы никто не знал о моем участии в их маленьком постановочном иске.

Я хотела использовать судебный запрет на разглашение, чтобы они ничего не разболтали.

Теперь они намеревались вывернуть всё наизнанку и использовать ту же тактику против меня.

Я проглотила это.

Пусть Учитель думает, что он победил в этой маленькой пьесе. Пусть «Голубой Космос» думает, что они меня обставили. В конце концов победа будет за мной, и я засуну огромный меч прямо в задницу Учителю.

Когда отец Шарлотты припарковал машину, нас уже ждали три человека.

Двое из них были прихвостнями Коупленда. Мне даже доставило удовольствие выражение дискомфорта на их лицах, когда я вышла из машины. Что это говорит о человеке, если он не может скрыть неприязнь к тому, кто ему ничего плохого не сделал?

Третий человек хотя бы улыбнулся.

Талия поприветствовала нас:

— Бумаги готовы. Извините, что попросили воспользоваться черным ходом.

— Мы понимаем, — обвиняющим тоном сказал мистер Берман. Он взглянул на мужчин в костюмах, стоявших рядом с Талией, и пренебрежительно фыркнул.

Он больше не собирался скрывать свое презрение.

Мне это показалось даже приятным.

Иногда нужно просто уметь ценить мелочи.

Те двое занервничали еще сильнее, когда Грин выпрыгнул из машины и закружился на месте.

— Это пойдет внутрь? — спросил один из них.

— Что? — переспросила я. — Вы никогда не видели личного помощника?

Грин хлопнул ушами, открыв небольшой блокнот и ручку.

— Протокол, протокол, — отрапортовал он.

— Он очень полон энтузиазма, — пояснила я.

Сопровождающие провели нас внутрь, прямиком в ту самую нелепо-синюю переговорную, которую я так хорошо знала. Папа уже был там, просматривал бумаги. Я села рядом с ним, и он коснулся плеча мистера Бермана. Он указал на какую-то часть страницы и что-то прошептал ему.

Мистер Берман помрачнел, кивнул и прошептал что-то в ответ.

Пока они это обсуждали, вошли другие юристы. К нам присоединился Коупленд и закрыл за собой дверь. Талия села на нашу сторону стола, что я оценила. Она была единственной, кто так сделал. Она села справа от мистера Бермана. Шарлотта заняла место слева от меня.

Дина в комнате не было, и это показалось мне странным. Он присутствовал на каждой встрече после первой. Мне всегда казалось, что он и Талия — единственные в этом здании, кому не плевать на нас с Шарлоттой как на людей, а не как на быстрый способ наживы.

Нас пятеро на одной стороне, и дюжина фанатиков из «Голубого Космоса» — на другой.

Пользуясь моментом, чтобы оценить мелочи: я буду счастлива больше никогда не сидеть за этим столом.

Просто подпиши бумаги и покончи с этим.

Грин взобрался на стол, приковывая к себе взгляды большинства присутствующих.

— Это записывающее устройство? — спросил Коупленд.

— Это проблема? — спросила я в ответ.

Он продолжал улыбаться, но я уже научилась хорошо читать его улыбки.

Это была улыбка из серии «ну и стерва».

Очаровательный человек.

— Нет, — сказал он. — Конечно нет. Вы ведь всё-таки «герой».

Технично.

— Нам следует начать, — предложил кто-то.

— Да, — согласился Коупленд. — За последние несколько месяцев мы более чем подготовились. Если нет никаких проблем, мы можем добиваться правосудия...

Я перестала слушать речь Коупленда. Мне не было дела до его пустых разглагольствований.

Прошло, может, несколько минут, когда я внезапно встала со своего места.

Он замолчал, споткнувшись на каком-то слове. Остальные юристы уставились на меня. Один выглядел по-настоящему напуганным. Я этого не понимала. Даже если ты ненавидишь кейпов, что во мне давало ему повод для страха?

— Тейлор? — спросила Талия.

— Мне нужно в дамскую комнату.

По крайней мере, они не были настолько параноиками, чтобы идти за мной внутрь.

Туалеты здесь были до нелепости шикарными. Вместо кабинок у каждого унитаза было свое отдельное закрытое пространство. Раковина, зеркало, дверь.

Я дважды постучала в ту, что была в самом конце.

Проныра открыла её.

— У этих ребят чертовски крутые туалеты, — сказала она, когда я вошла.

— И всё синее.

— Я заметила. Довольно безвкусно.

Айша закрыла дверь, а Блэк спрыгнул с раковины и ухватился за ремешок, чтобы повиснуть на плече Айши. Я опустила крышку унитаза и села. Блэк заглушит любую слежку, а быстрым касанием за ухом я переключила очки в режим сонарного зрения.

Снаружи кто-то ждал, но в сам туалет не заходил.

— Говори тише, — предупредила я приглушенным голосом.

— Ладно, ладно. — Айша полезла в карман и достала флешку. — Ты же знаешь, я могла сделать это в любое время, верно?

Я взяла флешку и покрутила её в пальцах.

Айша скрестила руки на груди и спросила:

— Тебе просто хочется им подгадить, да?

— Дай мне насладиться моментом, — проворчала я.

— Лучше всего подавать с картошечкой фри, — чирикнул Блэк.

Была и другая причина, помимо желания показать «Голубому Космосу» средний палец. Я хотела кое-что проверить, и для этого мне нужно было одновременно вызвать подозрения и иметь при себе что-то, что я не хотела бы обнаружить.

Посмотрим, насколько любопытен «Голубой Космос».

Я сунула флешку в карман.

Мы с Айшей пробыли в туалете еще какое-то время.

— Долго мы еще тут будем? — спросила она.

— Достаточно долго, чтобы дамочка, ошивающаяся снаружи, начала нервничать.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты любишь изводить людей?

Я хмыкнула.

— Может, и люблю. — Затем я пожала плечами. — Я извожу только тех, кто этого заслуживает.

— Уверена, что ты не умник?

— Мои способности делают меня умнее. Хочешь узнать, как решить гипотезу Якобсона?

— Я даже не знаю, что это такое.

— Нам нужно найти способ устроить тебя в школу.

— Мне и так норм.

— Ага, я вроде как отвечаю за тебя на данный момент, а вроде и нет. Ты не можешь всю жизнь использовать свою силу, чтобы пакостить людям.

Айша уставилась на меня.

— А ты посмотри.

Чертовы сложности.

Кто-то должен был присматривать за ней, даже если она считала, что ей это не нужно. Её брат был в розыске, а сама Айша находилась в серой зоне между героями и злодеями. Возможно, придется придумать что-то креативное.

Снаружи моя «надзирательница» начала проявлять беспокойство. Она то и дело подходила ближе к двери и поглядывала на неё. Пожалуй, мы потянули время достаточно.

— Оглядись тут в последний раз, — сказала я. — Мы закончим через час.

Айша махнула мне рукой.

…

Наверное, мне не так уж сильно и хотелось?

Судя по всему, Грин развлекал всех, жонглируя ручками и карандашами.

— Ловкость рук, ловкость рук!

— Это... — Талия запнулась, когда я вошла, — очень впечатляюще.

Я снова заняла свое место, а следом за мной вошла женщина, ждавшая у туалета. Я так и думала, что «Голубой Космос» будет за мной шпионить. С другой стороны, я, вероятно, и была тем типом людей, которые начнут им пакостить, раз уж мне больше не нужно притворяться паинькой.

Коупленд — что меня ничуть не удивило — продолжил свою речь ровно с того места, где я его прервала. Бла-бла-бла «истинное правосудие», бла-бла-бла «злоупотребление властью», бла-бла-бла. Наверное, мне было бы не всё равно, верь я хоть единому его слову.

Когда он закончил, папа задал несколько вопросов.

— Этот раздел звучит как запрет на разглашение, — заметил он.

— Это не запрет на разглашение, — ответил кто-то другой.

— Здесь сказано, что Шарлотта и Тейлор не могут общаться с прессой, как и члены их семей.

— Это часть наших договоренностей с СКП, — солгал Коупленд. — Хотя личность Теневого Сталкера теперь раскрыта, у неё всё еще есть семья. Сохранение иска в тайне поможет защитить их и умерит враждебность, связанную с процессом.

Чушь собачья.

Он даже не старался. Чего они на самом деле не хотели, так это чтобы мы с Шарлоттой разрушили их легенду. Мэдисон и остальные мелкие задиры должны были выглядеть жертвами, а не соучастниками. Одно наше слово — и настоящие жертвы могли бы всё разрушить.

Папа, мистер Берман и Коупленд долго спорили по поводу этого условия. Талия в итоге разрядила обстановку, сказав, что это работает в обе стороны. Сохранение иска в тайне означало, что мы с Шарлоттой сможем избежать дальнейшего внимания прессы к этому инциденту.

Думаю, она сама в это верила.

А еще я думаю, она знала, что именно Коупленд первым слил историю прессе, и негодовала по этому поводу.

Плевать.

Пусть выигрывают этот бой.

Война только начиналась.

В конце концов папа и мистер Берман подписали бумаги. Мы с Шарлоттой тоже. Грин раздал ручки. Я поставила свою подпись последней. В этот момент — когда перо коснулось бумаги и рука вывела буквы — на душе стало легче.

Это еще не конец.

Это никогда не закончится.

Но в то же время казалось, будто я закрываю книгу, дочитав до конца. Я хотела повернуться спиной к издевательствам и никогда не оглядываться. То, что Эмма и остальные ополчились на Шарлотту, втянуло меня обратно. Известие о судебной афере «Голубого Космоса» не давало уйти.

Но теперь с этим покончено.

Как бы ни были плохи некоторые стороны Аркадии... Да. Там было лучше. Не идеально. Не предел мечтаний. Но это была не чертова Уинслоу. И никогда ею не станет.

И теперь всё кончено.

Я не ожидала, что обрету в этом покой.

Выкусите, «Голубой Космос».

Закончив подписывать, я передала бумагу Талии и встала.

— Пока.

Грин запрыгал следом за мной к двери. Никто, казалось, не был удивлен или расстроен моим резким уходом.

Коупленд поднялся, спрашивая:

— Я искренне надеюсь, что это не испортит наши отношения. Я понимаю, что в ваших обстоятельствах участие в подобных разбирательствах было довольно неловким, мисс Эбер.

— Позвоните мне, когда вам позвонят из СКП, — отрезала я. — У меня есть дела.

У меня было чувство, что кто-то может попытаться меня остановить, но никто этого не сделал. Почему-то это показалось мне странным. В коридоре я остановилась и оглянулась через плечо: папа, мистер Берман и Шарлотта шли за мной.

Никто даже не сказал «хорошего вечера». Не то чтобы я этого ждала.

Я отошла в сторону, чтобы остальные могли выйти, и папа спросил:

— Ты голодна? Ты пропустила обед из-за этой встречи.

— Конечно. — Еда после посиделок с фанатиками становилась традицией Эберов и Берманов. Мой взгляд уловил движение за плечом отца. — Я сейчас.

Обойдя его, я направилась в глубь коридора. Грин катился за мной, на мгновение остановившись, чтобы поприветствовать молодую женщину, которая начала следовать за мной.

Она немного покраснела и отвела взгляд.

— Прошу прощения.

— Харо, Харо!

Я шла дальше, игнорируя замешательство женщины.

Дверь в конце коридора была приоткрыта. Дин расхаживал внутри. Он не заметил моего приближения, поэтому я постучала. Это казалось вежливым.

— Да? — Дин обернулся. — О. Тейлор. Уже час? Извини, я сейчас...

— Мы уже закончили. — Тут я заметила коробку на его столе, пустые полки и столы в маленьком кабинете.

Мои кулаки сжались.

— Я хотела сказать, что мне жаль. Насчет твоего дедушки.

Дин на мгновение выглядел озадаченным, а потом заметил женщину. Она стояла в нескольких футах, наблюдая за мной. Грин прыгал туда-сюда, не давая ей подойти ближе. Но она всё равно стояла достаточно близко, чтобы слышать нас.

— Всё в порядке, — сказал он. — Я знаю, ты пыталась его спасти.

— Что происходит? — спросила я.

— Что? — Дин огляделся. — А. Ну да... Я, эм...

Он замолчал, но договаривать было не нужно.

Дин здесь не вписывался. Он не был похож на стервятников вокруг Коупленда. Он не был фанатиком. Видимо, его отец больше пошел в ту породу, чем он сам или его дедушка.

И за это его выставляли вон. За то, что он вышел за рамки минимальных ожиданий приличия. Вот и всё мое чувство завершенности.

— Я ухожу, — признался Дин.

— Да?

— Да. — Он обвел взглядом кабинет. — Я не смогу делать здесь то, что должен.

Я также могла ошибаться. — Ты уходишь? В смысле, увольняешься?

— Да.

— Это из-за того, что случилось с твоим дедушкой?

— Нет, — сказал он. — То есть, да. Но нет.

Я нахмурилась. Не обращая внимания на свою сопровождающую, я шагнула в комнату и закрыла за собой дверь.

— Ты боишься, что Учитель может попробовать снова? — спросила я.

— Не попробует, — ответил Дин. — Если целью было убрать меня с дороги, он этого добился. Нет смысла снова охотиться за мной.

В этом был смысл. Насколько я знала, его оставили в покое на всё лето. Дина не видела никаких грядущих атак на него. Возможно, убийства его дедушки Учителю было достаточно для его планов.

— Что ты собираешься делать? — спросила я.

— Пока не уверен. Что-то, где будет больше шансов на реальные перемены. «Голубой Космос» слишком погряз в гневе и оппортунизме, чтобы приносить людям ту пользу, в которой они нуждаются.

Я увидела в этом параллель. Представила, что говорила бы нечто подобное, если бы когда-нибудь вступила в Стражи. Мысль о том, что Крису пришлось бы утверждать каждую конфигурацию модульного оборудования, заставила меня захотеть найти Пиггот и высказать ей всё.

— Не беспокойся об этом. — Он слегка улыбнулся мне. — Думаю, мне нужно было сделать это давным-давно. Я просто не хотел верить, что всё безнадежно.

Он перевел взгляд на окно. Вид оттуда был так себе. Улица внизу казалась оживленной. Там околачивалось немало фургонов с новостями. Один из парней в конференц-зале, похоже, хотел поскорее со всем покончить.

Может, они планировали пресс-конференцию теперь, когда мы с Шарлоттой подписали бумаги.

— Тебе нужна помощь? — спросила я.

— Нет. Я в порядке. — Он ткнул пальцем в коробку на столе. — Оказывается, уносить-то особо и нечего. Жаль, что я пропустил встречу. Я хотел там быть.

— Всё нормально. — Я сделала короткий вдох. — Теперь всё позади.

Видимо, не я одна заканчиваю книгу.

Я вышла и встретилась с папой, Шарлоттой и мистером Берманом сзади здания. Они решили пойти в новое место на окраине Башен. На северной окраине, обращенной к Докам.

Это заставило меня улыбнуться. Бизнес уже возвращался в город. Нужно было просто поддерживать темп, и многие проблемы начали бы решаться сами собой.

Ресторан выглядел мило. Стейк-хаус. Дороговато, но нам больше не нужно было особо беспокоиться о деньгах. Благодаря сделке с «Яшимой» и окончанию саги с судебным иском, денег у нас будет предостаточно. Хватит и на то, чтобы есть в хороших местах, и на то, чтобы начать финансировать идею Тревора по производству Е-углерода.

Хостес на входе узнала меня. По крайней мере, она не стала вести себя как фанатка. Такое уже случалось пару раз.

Она провела нас к столику, и мы устроились.

— Может, это была не самая лучшая идея? — спросил мистер Берман, пока мы изучали меню. — Половина зала на нас пялится.

— Слава, — сказал папа. — Она переоценена. Знаешь, сколько женщин вдвое моложе меня пытались со мной заигрывать с тех пор, как Тейлор раскрыли?

Я повернула голову:

— И сколько?

— Больше трех. Меньше пяти. Лейси пришлось потренировать свой голос в стиле «валите-ка отсюда».

Я нахмурилась.

— Прости.

— Не твоя вина.

Только вот в каком-то смысле это была именно моя вина.

Через несколько минут подошел официант и представился.

— Нью-Йорк стейк с соусом из манго звучит неплохо, — предложила Шарлотта.

— Манго не сочетается с говядиной, — запротестовал мистер Берман.

— Я могу принести вам любой соус на ваш вкус, — предложил официант.

— А я бы съел бургер, — задумчиво произнес папа. — Давно их не ел, если подумать.

— Гирос с ягненком, — сказала я, когда подошла моя очередь. — Пожалуй, поменьше соуса.

— Больше картошки, больше картошки!

Я опустила взгляд на Грина, который высунулся чуть выше края стола. Официант заметил его, и его глаза расширились, когда робот помог ему окончательно меня идентифицировать.

— Ты же не ешь, — заметила я.

Грин посмотрел на меня.

— За что, боже, за что?

— Хм, — сказала Шарлотта. — Никогда не думала об этом в таком ключе.

Никогда не думала о... О боже.

Я закрыла меню и сказала:

— Ладно. Порцию картошки сверху.

Я не собиралась разбираться с этим прямо сейчас.

— Спасибо, спасибо.

Что бы я только ни отдала за то, чтобы обычные вещи снова стали скучными.

Ожидание затянулось. Дольше, чем я когда-либо ждала бы в одиночку. Шарлотта болтала с отцом о школьных делах, а я принялась проверять проекты в мастерской.

Властелин О работал над реактором. С корпусом возникли сложности. Создание чего-то не-тинкертехнологичного, но рабочего, требовало времени, но теория у нас была. Это давало нам лучший старт, чем был с Хелперами.

Мне также нужно было позвонить Тео. Тревор теперь был уверен в производственной линии, а значит, мне нужно было доказать, что продукт работает. Что-то в больнице было бы идеальным вариантом, возможно, с Эми Даллон рядом, чтобы успокоить людей.

Когда еду наконец принесли... Ну, я не уверена, что любая еда стоит потраченного времени, по моему мнению. Но было вкусно. Нежная ягнятина. Соус не был слишком резким или налитым в избытке. Поедая всё это, я поняла, что проголодалась сильнее, чем думала.

Та лишняя картошка была бы...

— А куда делась моя картошка? — Я оглядела стол, но нигде её не увидела. — Грин?

— Ловкость рук, ловкость рук.

— Это не ответ на мой вопрос.

— И правда, куда она делась? — спросила Шарлотта. — Я точно видела, как официант её принес.

Вот что бывает, когда твои квази-ИИ роботы тратят часы своего времени на то, чтобы перемудрить умника.

Папа пододвинул свою тарелку ко мне.

— Можешь взять мою, если голодна.

…

— Спасибо.

Гениально, Тейлор. Просто гениально.

Разница между мной и Шарлоттой была еще более разительной, когда мы сидели вот так рядом. Они с отцом увлеченно разговаривали. Было видно, что им нравится проводить время вместе.

А мы с папой? Мы сидели неловко и избегали зрительного контакта.

Я вспомнила об Айше как раз тогда, когда доела папину картошку.

Точно.

Полезши в карман, я достала флешку.

На ней, конечно, не было ничего важного. Айша подключила Веду прямо к серверу, и Веда всё скопировала. Флешка была просто реквизитом, забитым оцифрованными семейными фото. Приманка, чтобы посмотреть, что произойдет.

Приманка, на которую никто не клюнул.

Потому что они слишком умные или потому что не заметили? Никто не пытался меня обыскать или в чем-то обвинить. Означало ли это, что они меня не подозревают, или что подозревают, но не хотят устраивать сцену...

Айша стащила мою картошку.

Картошку Грина? Или это была её картошка, которую Грин попросил, потому что Айша проголодалась? Её сила — это такой вынос мозга.

— Мне нужно в туалет, — сказала я.

— Опять? — спросил мистер Берман.

— Пинк очень любит готовить изысканную еду.

Я встала со своего места и заметила, что Шарлотта делает то же самое.

Она напряглась, когда я посмотрела на неё, и начала запинаться.

— Мне тоже нужно в туалет.

Я направилась в дальний угол ресторана. Туалеты были спрятаны в боковом коридоре, вне поля зрения обеденной зоны. Шарлотта следовала за мной по пятам. Как только мы зашли внутрь, я повернулась к ней.

Она снова напряглась.

— Что такое? — спросила я.

Шарлотта нахмурилась и спросила:

— Это так заметно?

— Я в режиме повышенной готовности, потому что Вики явно чего-то от меня хочет.

— Даллон?

— Ага.

— И чего ей может быть нужно?

— Мое предположение — она не слишком счастлива в «Новой Волне», раз команда толком ничего не делает.

Удивительно, как они с Дином не ладили. У них столько общего... Или, может, именно поэтому они так много ссорились? В последнее время Вики вела себя довольно смирно в этом плане.

— Так в чем дело? — спросила я.

Шарлотта стояла в неловкой позе. Её руки прижались к бокам. Спина выпрямилась. Было видно, что внутренне она на что-то решается.

— Я хочу быть с тобой, — сказала она. У меня отвисла челюсть, а её лицо стало пунцовым. — Это прозвучало не так!

И вот он, мой маленький сердечный приступ.

— Черт, — выругалась я. — Не делай так больше. Я знаю, Лафтер подкалывает, но я не лесбиянка. Не то чтобы в этом было что-то плохое, просто я — нет.

— Нет. Нет, это прозвучало совсем не так. — Шарлотта безумно краснела.

Часть меня размышляла, не прозвучало ли это именно так, как она и хотела, а теперь она отнекивается только из-за моей реакции.

— Что же ты тогда имела в виду?

Шарлотта вдохнула и выдохнула.

— Я имела в виду, что хочу быть на твоей стороне. Я хочу работать на тебя.

— Ты хочешь работать на меня? — переспросила я.

— Да. — Она подняла руки и сцепила их перед собой. — Мне это нравилось. Заниматься всякими общественными делами. Когда миссис Нотт отпускала меня из Уинслоу пораньше под предлогом того, что я работаю в благотворительной организации?

— В «Голубом Космосе»?

— Да. Но мне не нравится «Голубой Космос». Мне нравишься ты. — Она моргнула. — И это не подкат. Клянусь.

Я смотрела на неё несколько секунд. Большую часть этого времени я справлялась с внезапным приливом... Смятения?

— Что-то не так? — спросила Шарлотта.

— Нет, — ответила я. — Я просто... — Я замолчала, пытаясь разобраться в чувствах.

— Ты... — Шарлотта замялась. — Злишься?

— Нет, — заверила я её. — Просто разочарована. В себе, не в тебе. — Я взглянула в зеркало на стене. — Думаю, я немного проецировала на тебя свои желания. Я думала, что хоть кто-то из нас вернется к нормальной жизни, когда всё это закончится.

Шарлотта помолчала, глядя на меня, а потом сказала:

— Быть нормальной — значило стоять в стороне и ничего не делать, пока кто-то страдает. С чего бы мне хотеть к этому возвращаться?

Туше, Шарлотта.

— Кати уже давно нужна помощь. Думаю, с одной мной ей не так уж трудно, но теперь ей приходится заниматься Тревором, Лафтер, Прогнозом, Звёздным Взором, моими семейными проблемами. Это много. Я как раз подумывала найти кого-нибудь, кто помог бы ей с пиаром.

Шарлотта мгновенно оживилась.

— Я могу это делать. Я не жду, что мне будут платить или что-то в этом роде...

— Нет, — перебила я. — Делаешь работу — получаешь оплату. Так честно.

Мы постояли немного в неловком молчании. Я была даже рада, что никому больше не понадобился туалет, пока шел этот разговор. Моя жизнь и так была достаточно странной. Лишняя социальная неловкость мне была ни к чему.

— Значит, ты от меня не отделаешься? — спросила Шарлотта с неловкой улыбкой.

Видимо, так.

— Но мне и правда нужно в туалет, — призналась я.

— О. — Лицо Шарлотты снова залилось краской. — Прости.

Она ушла, а я скользнула в кабинку, чтобы заняться делами.

Наверное, с моей стороны было глупо думать, что Шарлотта просто уйдет своей дорогой и заживет собственной жизнью. Мы слишком тесно переплелись, чтобы просто разойтись. Есть какая-то злая ирония в том, что предательство Эммы привело к тому, что у меня появилось больше друзей, чем когда-либо в жизни.

Веда, Дина, Тревор, Крис, Мисси, Дин, Дракон, Лафтер, Муррю и Шарлотта. Черт, Оружейник? Мы уже не совсем враги. Судя по тому, как идут дела, я скоро смогу добавить еще имен в этот список.

Я уже возвращалась к столику, когда заметила Шарлотту, стоявшую так, чтобы её не было видно из зала.

— Что-то случилось?

Она слегка вздрогнула и повернулась ко мне. Что-то явно было не так. Она выглядела бледной.

— Это...

Я едва разбирала голоса сквозь гул разговоров вокруг.

— ...довольно безрассудно, Дэнни, — негромко сказал мистер Берман.

— Да, — ответил папа. — Я знаю. Я просто... Чувствовал, что должен что-то сделать. Пока она себя не угробила.

Я повернула голову в сторону низкой перегородки. Ни один из мужчин не заметил нас или того, что мы слышим их разговор.

— Я понимаю, — отозвался мистер Берман. — Мы пытались сделать то же самое с братом Шарлотты. До того, как... ну, ты знаешь.

— Передозировка?

— Да. — Я редко слышала, чтобы мистер Берман говорил так грустно. Сердито или шумно, с пониманием — да, но не грустно. — Мы пытались устроить интервенцию. Сделали только хуже.

— И Муррю, и доктор Ямада говорили мне, что это плохая идея. — И я знала, о чем они говорят. Черт. — Я их не послушал. По крайней мере, она умная. Ушла туда, где я её не найду и где она будет в безопасности. Спасибо тебе за это.

— Семья — это не ситком, но иногда на него очень похоже.

— Всё стало не так с тех пор, как её мать умерла. Никогда не осознавал, как много Аннетт делала для того, чтобы всё работало. Теперь она... Не то чтобы я не гордился.

— Но ты бы предпочел иметь живого ребенка, а не еще одно надгробие. Я знаю.

— Ты в порядке? — прошептала Шарлотта.

— В норме, — прошептала я в ответ.

Я заставила себя выпрямить спину и держать голову высоко. Мне не нужно, чтобы кто-то щелкнул меня на телефон. Не в таком виде.

— А как в последнее время? — спросил мистер Берман. — Стало лучше?

— Не особо, — ответил папа. — Мне кажется, я лучше лажу с Хохотуньей, Прогнозом и Звёздным Взором, чем с Тейлор.

— А их родители знают?

— У Прогноза — да. У Хохотуньи больше нет семьи, а Звёздный Взор — случай особый.

— Ну, по крайней мере, ты рядом. Если кому-то из них понадобится взрослый, который не помешан на всей этой геройской теме.

— Может быть. — Наступила пауза, и папа сказал: — Девчонки что-то задерживаются.

Мы с Шарлоттой синхронно отступили назад. Никто из них не встал из-за стола. Они заговорили о спорте. О хоккее. Мы с Шарлоттой подождали немного, прежде чем вернуться, притворяясь, что не слышали, как папа вываливает наше грязное бель...

Я оборвала себя на этой мысли, потому что это было несправедливо. Папа не робот. У него свои тревоги. Просто так вышло, что его тревоги и мои тревоги находились на противоположных полюсах.

И я всё еще не знала, как это исправить.

— Как ты? — спросил папа после того, как мы распрощались с Шарлоттой и её отцом. Потому что он старался. — Всё хорошо?

— Просто рада, что мне больше не нужно притворяться вежливой с фанатиками.

— Да. Хотя Талия и Дин приятные люди.

— Приятные.

— Отличаются от остальных.

— Да.

Шесть реплик. Новый рекорд. Жаль, что до самого дома за ними последовала тишина.

— Есть вопрос, требующий внимания, — внезапно произнесла Веда через Грина.

— Что такое?

Ответ мне не понравился.

Мы избежали фургонов с новостями и зевак, воспользовавшись переулком за домом. Он был довольно длинным, и, кажется, никто его не заметил. Несколько репортеров пытались использовать беспилотники, но Харо с ними разобрались. Иногда физически.

Я не хотела, чтобы папа оставался, но он наотрез отказался уходить.

Он никогда не оставит мамин дом.

Мы тихо вышли из грузовика и прокрались к задней двери. Пинк открыла её и впустила нас. Мы с папой сразу прошли на кухню.

Рыжие волосы сразу бросились мне в глаза. Да и вся её внешность. Она была так похожа на Эмму, только на несколько лет старше. Она сидела за нашим столом с газировкой, засунув одну руку в карман пальто. Она встала, когда мы вошли.

— Дядя Дэнни, — поздравила Энн. Она перевела взгляд на меня. Глаза Эммы. — Привет, Тощая.

— Привет, Энн. — Давно я не слышала этого прозвища.

— Ты как?

Папа прошел вперед и осмотрел дом, прежде чем выйти к фасаду. Он пробормотал что-то вроде «чертовы стервятники».

— Прости, — сказала Энн. — Я не знала, что у дома дежурят репортеры, они набросились на меня, как только я подошла.

Чудесно. Сестра моей мучительницы пришла в гости. Отличный будет сюжет.

Мне нужно было постоянно напоминать себе, что она не Эмма. Они просто были очень похожи, и при взгляде на неё было невозможно не думать об Эмме.

— Этот, эм... — она указала пальцем, — робот впустил меня.

— Чрезвычайная ситуация, чрезвычайная ситуация, — сказала Пинк.

— Её начали окружать, — пояснила Веда, пока Грин забирался на столешницу. — Некоторые из менее порядочных журналистов были очень назойливы.

— Прости, — повторила Энн. — Я не хотела вот так врываться в дом.

— Всё нормально. — Папа вернулся на кухню и сел. — Это из-за новостей, верно?

Энн не нужно было отвечать. Это была единственная причина её появления, которую я могла придумать. Я не видела её больше двух лет.

— Это правда? — спросила она, поворачиваясь ко мне. — Эмма правда...

— Да, — отрезала я, — правда.

Энн выглядела уязвленной. Она побледнела и отвела взгляд. Неужели она не знала? Она уехала в колледж, но... Нет, это всегда меня сбивало с толку. Алан точно знал, но Зои и Энн? Мне трудно было представить, что Зои ничего не предприняла бы, знай она на самом деле, что Эмма со мной вытворяла.

— Почему? — спросила Энн.

— Почему? — переспросила я. — Откуда мне, черт возьми, знать?

— Я не знаю, — кротко сказала она. — Мама и папа мне не говорят. Эмма не говорит. То, что в новостях — это первое, что я вообще об этом слышу.

Это было жестоко, но я не могла. Энн не причиняла мне боли. Её не было рядом, когда мне было больно. Но я всё равно не хотела с ней разговаривать.

— Я не знаю почему. — Я повернулась к лестнице, начиная свой побег. — Это больше не имеет значения.

— Тебя подвезти домой, Энн? — спросил папа, когда я уходила. — Можем выйти через заднюю дверь.

— Нет. Нет, папа сказал, что мне не стоило приходить. Сказал, что это только ухудшит положение Эммы, если я приду, но я...

Я закрыла дверь своей комнаты и повалилась на кровать.

Это было несправедливо с моей стороны, но я просто не могла. У меня хватало своей семейной драмы. Мне не хватало еще втягиваться в драму Барнсов.

— Всё будет хорошо, — сказала Веда из компьютера у моей кровати.

— Ага. Буду просто избегать новостей. Сейчас есть дела поважнее. Иска больше нет, притворяться милой больше не нужно. — Что мы выудили с серверов «Голубого Космоса»?

— Кое-что интересное, — открыла Веда. — Но сначала: тебя искала лейтенант Рамиус. Я просила её подождать, пока решатся другие вопросы.

— Какая я сегодня популярная. — Я потянулась за телефоном и начала набирать номер Муррю. — О, и передай Кати, что я нашла ей сотрудницу.

— Передам.

Я позвонила Муррю, и после дежурных приветствий она сообщила новости.

— Виктор мертв.

— ...Как?

— Попытка побега, — ответила Муррю. — Его убили во время перестрелки. Пуля в голову.

— Я не...

— Мы думаем, это попадет в новости сегодня вечером. Это может привлечь к тебе еще больше внимания.

Виктор был мертв.

Не уверена, что кто-то из тех, кого я арестовала, умирал раньше? Я следила за судьбой некоторых. За грязными копами, например. Я не хотела их смерти. Просто чтобы они сидели в камере, где не смогут причинить вреда.

А Виктор был мертв.

В последнее время у меня были интересные отношения с чувством вины. Не уверена, что это вообще можно назвать виной. Я пошла за Убером и Литом, и Убер погиб. Я пошла за Краниал, и Краниал погибла. Я пошла за Виктором, и теперь Виктор мертв.

— Это была Империя? — Нет. Империи больше не существовало. — Кайзер?

— Нет, — ответила Муррю. — Система безопасности в тюрьме отключилась, так что у нас нет ничего, кроме показаний очевидцев. Описания не подходят ни под одного из известных нам кейпов.

— Что...

Муррю прервала меня:

— Это не твоя вина, Тейлор. Я звоню, чтобы предупредить, а не чтобы обвинить. Кайзер всё еще на свободе. У него и так есть причины охотиться за тобой.

Да, но он не настолько глуп.

Дина увидела бы любое нападение задолго до того, как оно произойдет.

— Хорошо, — сказала я. — Буду начеку.

Можно было подумать, что наступит момент, когда моя жизнь станет проще.

Но это было бы ошибкой. * * * В следующий раз: Рано или поздно нам всем приходится оглядываться назад и отвечать за содеянное.

Крепитесь, потому что дерьмо вот-вот мощно и быстро влетит в вентилятор.

Пасхалка

Спойлер В этой главе упоминается, что «Голубой Космос» — кучка чертовых лицемеров в вопросах «естественности». В Gundam SEED генная инженерия считалась злом, а похищение младенцев, промывка мозгов и накачивание их наркотиками — вполне нормальным делом.

На самом деле, это типично для групп ненависти, если копнуть поглубже. Там всегда найдется гора лицемерного дерьма.

Бета-ридер: [TSFreedom](https://forums.spacebattles.com/members/386268/)