Пробуждение TS.3
TS.3 Вики
А ведь она думала, что после убийства Губителя станет скучно.
Плохая Вики.
Стоило бы знать лучше.
Она отправила один из своих щитов прочь, отделив его от тела и направив на другую сторону машины.
С момента событий в Санке всё стало намного проще, и она даже не могла понять, почему. Поля теперь почти двигались в соответствии с её мыслями, а не требовали значительной концентрации. Неужели это просто результат тренировок?
Вики подсунула руки под капот и почувствовала, как её вторая сущность ухватилась за заднюю ось.
Вес тянул её вниз, грозя утащить в реку под мостом. Она потянула назад, а её вторая сущность толкнула. Им двоим было не так уж трудно, и они вытолкнули машину обратно, подальше от воды. Женщины внутри жались друг к другу, обе дрожали, пока Вики и её невидимый щит выравнивали автомобиль.
— Держитесь. Мы вас вытащили.
С усилием она взлетела, а затем резко дёрнулась вправо, когда луч синего цвета едва не задел её. — Эй!
— Прости. — Айсдроп попятилась, когда ракеты взорвались на мосту, где она только что стояла. — Помогите!
Мост содрогнулся от взрыва, и Вики выругалась.
Идиоты.
Вики быстро опустила машину на землю и оставила женщин внутри на попечение полиции, которая уже эвакуировала людей с моста. Половина моста, ближе к горам, была забита легковыми автомобилями, грузовиками и фургонами. Их бросали, пока люди бежали от сражения, а полиция и спасатели прикрывали их отход. Другая половина была разбита, разрушалась, горела и выглядела так, будто могла рухнуть в любую минуту.
И эти
идиоты
стреляли по ней ракетами!
Виктория отделила свой второй щит. Пара независимых полей окружила её, и они бросились в атаку.
Пролетев над головой Айсдроп, Вики опустила ногу и проскользила прямо над поверхностью треснувшего моста. Робот разлетелся вдребезги, когда её нога прошла сквозь него, а Сварщик разрубил второго, превратив руку в огромное лезвие. Следующие двое были разорваны в клочья, когда щупальца Светы развернулись и искромсали роботов, словно папиросную бумагу.
Машины были высокими, скелетообразными, с причудливыми жучьими головами и массивными плечами.
Ещё два робота сцепились с трио кукол Парфянки, пока та, используя нити, вытаскивала человека из разрушенной кабины грузовика. Вики появилась у неё за спиной и подняла руки. Один из её щитов — тот, что всё ещё был вокруг неё самой, — лопнул, когда вокруг начали детонировать ракеты. Два других щита ударили с боков: один снизу, другой сверху. Робот взорвался, когда удары скрутили его в разные стороны.
Щиты, каждый из которых, казалось, повторял её собственный силуэт, на мгновение стали видны, когда взрыв прокатился вокруг них, но они не лопнули, как сделали бы, если бы защищали её.
Это было ещё одно полезное знание.
— Спасибо, — сказала Парфянка.
— Ты забрала того парня?
— Да. У него повреждена спина. Нужно действовать медленно.
— Я прикрою тебя.
Тупые боты столпились вокруг тягачей, сражаясь с четырьмя Тиеренами, которые сопровождали транспорт, и кейпами, пришедшими им на помощь. Выйдя из-за первого полуприцепа в колонне, Вагабонд навела лучевую винтовку. Лучи света пронзили роботов, наступавших по мосту с того места, откуда они забирались.
Хм. Тупые боты.
Почему это кажется знакомым?
Да ладно. Если она не может вспомнить, решила Вики, значит, это, наверное, не так уж важно. По крайней мере, не настолько, чтобы отвлекаться в разгар боя.
Её щит вернулся на место, и Вики ухмыльнулась. Она бросилась вперёд, размахивая шестью парами кулаков, и начала вбивать атакующие машины в землю. Вагабонд подошла с одной стороны вместе с двумя Тиеренами, и все трое открыли огонь по основной массе орды, теперь, когда водители и пассажиры были в безопасности. Ещё два Тиерена подошли с другой стороны, тесня врага вместе с Айсдроп, Светой и Сварщиком.
Роботы попытались выпустить ещё один залп ракет, но позади них открылся портал, и через него выпрыгнул Харо.
— Никаких предложений! Никаких предложений!
Робот бросил на землю небольшую коробку.
Она пульсировала, и когда ракеты ударили, они не взорвались.
Они вообще ничего не сделали.
Они просто упали на землю.
Здорово.
Вики сжала пальцы, раздавив голову робота в кулаке, а затем швырнула его, врезав в другого. Брызнули масло и искры, а позади неё остальные «версии» Вики крушили своих роботов. Сварщик и Света разрубили ещё троих, а последние боты были уничтожены Вагабонд и Тиеренами.
Когда роботы были побеждены, Вики взлетела и осмотрелась.
Одна ракета сбила машину с моста, и та рухнула в реку.
Она бы не хотела пропустить кого-то ещё, а потом узнать, что они утонули.
К счастью, похоже, никакие другие транспортные средства или люди не упали за борт. Много роботов, но людей нет. Хорошо.
— Чисто, — объявила Вики.
Она приземлилась позади Сварщика и Светы, моргая от их напряжённых и настороженных поз. Парфянка сидела верхом на гигантской плюшевой горилле, свесив ноги на одну сторону, а её миньон стоял прямо за Тиеренами. Айсдроп ходила вокруг них, настороженно поглядывая на Тиеренов. Она подошла к Вагабонд и встала рядом с ней. Кейп в капюшоне держала руку на каждом из своих пистолетов, глядя на Сварщика.
— Это обязательно? — спросил Сварщик.
— Не знаю. Я всё ещё пытаюсь понять, под контролем вы все или нет.
Вики открыла рот от изумления и закатила глаза. — Опять это?
— Опять это, — согласилась Веда из одного из Тиеренов. — Мы объясняли это много раз.
Вагабонд пожала плечами. — Извините, пожалуйста, поверьте мне, я не мастер — это то, что сказал бы мастер.
— Это не сила мастера, — проворчала Вики.
Она была там и во второй раз. Что бы это ни было, это не была сила мастера. Она просто хотела бы объяснить, откуда она это знает. «Я просто знаю» звучало не очень убедительно. Особенно когда вся битва в Санке превратилась в вербовочную кампанию для Лондо Белл.
Как только Протекторат был расформирован, Стражи буквально собрали свои вещи и перешли к ним.
Всё, что они сделали, — это сменили название на «Смотрители».
Что, конечно, напомнило Вики о том, что Протектората больше не существует…
— Это спор для другого раза, — заявила Веда. — На данный момент нам следует убрать роботов с моста и обезопасить конструкцию. Грузовики со снабжением срочно нужны в пункте назначения.
— Собираетесь выпустить узника Птичьей Клетки, чтобы сделать это? — спросила Вагабонд.
Парфянка повернула голову, и Вики встретилась с ней взглядом. Сабах закатила глаза под маской. Вики, не носившая маску, изо всех сил старалась не реагировать.
Впрочем, это уже начинало надоедать.
— В этом нет необходимости, — ответила Веда.
— Вы могли бы попробовать поговорить с нами, — проворчала Света. — Вместо того чтобы говорить на нас.
— Слишком заняты. Мы действительно сажаем плохих парней и держим их взаперти. — Вагабонд кивнула. — Как тот тинкер, который сделал этих. Местный, из Гленнбека.
— Охота за мастерской опасна, — заявил Сварщик. — Особенно если они достаточно отчаянны, чтобы атаковать правительственные грузовики со снабжением.
— Команда Наруч уже охотится за ним, — ответила Вагабонд. — Вы здесь не нужны. И не желанны. — Она отступила назад, всё ещё настороженная и подозрительная. — Дроп. Пошли.
Девушка посмотрела туда-сюда, явно сбитая с толку.
Вики сосредоточила взгляд, собираясь заговорить, но Веда прервала её.
— Антарес, — позвала она. — Не могла бы ты помочь мне?
Вики заколебалась, но девушка — она выглядела не старше Мисси или Дины — развернулась и последовала за Вагабонд. Она подумывала последовать за ними, но Виктория отпустила эту мысль. Хотя ей не хотелось её отпускать.
— Почему ты это сделала? — спросила Вики.
— Это бы не помогло, — ответила Веда. — Нам следует сосредоточиться на том, что мы можем сделать.
Вики окинула взглядом мост, заваленный брошенными машинами и разбитыми роботами.
Уборка. Ура! — Давайте покончим с этим.
К счастью, у них были Парфянка и Света, и эти двое могли убирать разбитых роботов, как пылесос.
Вики нашла неподалёку мусорный контейнер и получила разрешение от владельца заправки одолжить его. Веда возместит парню ущерб, так что он не будет против. Как только она поставила контейнер, щупальца Светы развернулись, а Парфянка создала кучу маленьких мягких игрушек, чтобы начать собирать мусор. Сварщик проверил запасы в грузовиках, а Веда начала подгонять один из кораблей Дракона, чтобы завершить доставку.
Когда битва закончилась, прибыла полиция, чтобы начать помогать, а рабочие бригады принялись расчищать машины и подсчитывать ущерб.
Двух погибших водителей, обоих из головного грузовика со снабжением, забрали и увезли.
— Какой беспорядок, — пробормотала Вики.
— Тинкера зовут Меха, верно? — Света оглянулась через плечо. — Разве он не был изгоем или кем-то в этом роде?
— Отчаяние, — ответил Сварщик. — Сейчас этого много.
Сломанные триггеры всё испортили. Были целые города, которые до сих пор справлялись с последствиями. Разрывы в пространстве и времени, которые казались постоянными. Самовоспроизводящиеся творения. Перебои с едой или водой. Это был хаос, даже спустя полгода.
— Может, им не стоило так спешить с закрытием СКП, — пробормотала Вики. Не то чтобы у неё не было претензий к СКП, но: — Худшее время в мире, чтобы избавляться от ребят, которые разбираются с подобными проблемами.
— DPA во всём разберётся, — уверенно сказал Сварщик. — Как только встанут на ноги.
— Они даже не смогли придумать крутую аббревиатуру, — заметила Вики. — Департамент по делам паралюдей? Фу.
— Ничего страшного. — Сабах сидела на своей горилле, маска была снята и лежала у неё в руке. — По крайней мере, правила использования способностей для заработка денег смягчаются.
— Не уверена, что назвала бы все правила, которые они принимают, «мягкими».
Сабах пожала плечами. — Это лучше, чем полный запрет, с которым нам приходилось работать раньше. Модель надзора никогда не продержится долго. Она слишком драконовская. Их заставят смягчить её ещё больше, и тогда я, возможно, действительно смогу запустить свою линию одежды.
— Дай знать, — позвала Света, сваливая части роботов в мусорный контейнер. — Я теперь действительно могу носить одежду. Всё ещё привыкаю к этому.
Странно, что Вики не чувствовала, что к чему-то привыкает.
Если отбросить жалобы, DPA собиралась вместе быстро. Это казалось таким… странным. Разве это не должно быть чем-то более важным? СКП была расформирована за считанные месяцы. Протекторат тоже. Всё ещё существовал Сторожевой пёс и множество кейпов, работающих на правительство, но это было совсем не так, как раньше.
Это было титанически. Огромно. Год назад она бы посчитала это катастрофой, если не считать её жалоб на СКП.
Но сейчас… Сейчас это просто
было
.
Больше никакой СКП. Больше никакого Протектората.
Когда DPA наконец появилась, женщине действительно потребовалось, чтобы Вики подлетела и объяснила полиции, кто она такая, потому что они думали, что она выдумывает.
— Спасибо, — сказала женщина, когда наконец прошла через полицейское оцепление. — Ты Антарес, верно? Бывшая Славная Девушка из Броктон-Бей?
— Это я, — ответила Вики. — Вам, ребятам из DPA, стоит выпускать больше листовок. Почти уверена, что местная полиция понятия не имеет, кто вы такие.
— Я была рядом, когда СКП только начинала, — ответила женщина. — Честно говоря, это своего рода ностальгия. Натали Сондерс.
— Антарес, но вы это знали.
Приходилось удивляться, почему кто-то вообще беспокоится, когда DPA просто нанимает людей прямо из СКП.
Даже её совет директоров — в отличие от единого Главного Директора — состоял из кучи старых директоров СКП.
Они пробирались сквозь машины, лишь часть из которых была отодвинута обратно на полосы. Тиерены охраняли припасы, пока двадцать человек выгружали их из полуприцепов и складывали в корабль Дракона. Двигатели большого шаттла громко гудели в воздухе. Он завис прямо над краем моста, Сварщик и Света помогали теперь, когда Парфянка заканчивала уборку роботов.
— Вы убрали технологии? — спросила Натали.
— Да, — ответила Вики. — Не была уверена, кто ещё это сделает, а тинкертех может быть опасен.
— План состоит в том, чтобы нанять собственных тинкеров и мыслителей, — объяснила агент DPA. — Работать немного больше как Сторожевой пёс. Хотя никто пока до этого не дошёл, так что спасибо. Я не уверена, что у нас даже есть процедуры на случай уборки.
— Веда, вероятно, заберёт мусорный контейнер. Убедится, что технологии засунуты куда-то, где они не взорвутся, пока она не придумает, что с ними делать.
— Действуйте. — Натали покачала головой. — Пока мне не скажут обратное, у нас «всё дозволено», и у меня нет плана, как обращаться с этим хламом. А припасы?
— Мы закончим их погрузку, — сказала Веда. Один из Тиеренов повернулся, его красный глаз смотрел вниз на женщину. — Я прослежу, чтобы они достигли распределительного центра в Гленнбеке.
— Спасибо, — ответила Натали. — Веда?
— Да.
— Приятно познакомиться. Если я смогу получить краткий обзор того, что произошло для отчёта, я буду признательна. На данный момент я больше ничего не могу сделать.
— Я могу отправить по электронной почте ленту с камер Тиерена, — сказала Веда.
— Этого будет достаточно.
Вики вдохнула и выдохнула. — Всё меняется так быстро.
— И не говори, — согласилась Натали. — А я проходила через это дважды. Приготовься. Ты ещё молода.
TS.3 Дин
Дин быстро просмотрел бумаги.
Целый новый правительственный департамент. Целые новые правила и надзор. Целый новый вид бумажной волокиты, с которой предстоит разбираться юристам.
— Ты ел в последнее время? — спросил Му.
— Сегодня утром, — ответил Дин.
К счастью, участие в убийстве Губителя привлекло волонтёров и пожертвования.
У них было полно юристов.
Что было хорошо, потому что Дин больше не был полностью готов справляться со всем в одиночку. СКП исчезла, заменённая DPA. Протекторат расформировался, оставив лишь нескольких кейпов. Стражи массово покинули программу и перешли в Лондо Белл вместе с Молодёжной Гвардией, чтобы продолжать делать то, что они делали всегда. Смотрители по большей части управляли этим, но Дину всё равно нужно было оставаться в курсе событий.
Может, если бы больше внимания уделили тому, когда Азраэль начал поднимать голову, Голубой Космос не стал бы тем, чем стал.
Он не позволит Лондо Белл потерпеть неудачу таким же образом.
Если они потерпят неудачу, то потерпят её каким-то новым способом. А потом они с этим разберутся.
— Эти лицензионные сборы, — пробормотал Дин. — DPA серьёзно насчёт этого?
— Не уверен.
Бывший солдат пожал плечами. Он променял свою форму на костюм, а оружие — на модный значок. Всё ещё было много неясностей относительно того, как будет работать DPA, но переход к стилю «Людей в чёрном», а не спецназа, по-видимому, был решён окончательно.
Му потянулся за своим кофе и поднял чашку. — Учитывая обстоятельства, я думаю, что вся эта история с лицензированием произойдёт. Если Протекторат не вариант, это следующее лучшее, или худшее, дело.
Дин кивнул.
Это была не такая уж ужасная идея.
Всё действительно зависело от того, как они это устроят.
Для кейпов, желающих бегать вокруг, закрывая глаза на приемлемое количество сопутствующего ущерба, действовать как правоохранительные органы и нести ответственность за свои действия, система лицензирования имела смысл. Это оставляло изгоев вне игры, так же как и любого кейпа, решившего держаться подальше от геройского бизнеса. Для тех, кто надевал костюм и хотел бороться с преступностью, это позволяло правительству знать, кто это делает и не являются ли они сумасшедшими или безответственными.
Это, по сути, положило бы конец пассивному принятию правительством линчевателей, поставив их вне закона, но… Дин не был уверен. Всё было сложно, и простых ответов не было.
— Времена меняются, — задумчиво произнёс Дин.
— Это точно, парень, — согласился Му из-за своей чашки.
— Я прослежу, чтобы мы довели это до всех. — Дин постучал бумагами по столу, чтобы выровнять стопку. — Полагаю, DPA всё ещё обсуждает процедуру, но если все будут знать, что это грядёт, они смогут подготовиться.
Му кивнул. — В этом-то и идея.
— Есть хоть какие-то мысли о том, как будут обстоять дела с тайными личностями? — Реакция мужчины была ответом для Дина. — Понятно.
— Все пять директоров борются с этим. Сенека. Армстронг. Ноа. Рал. Хадсон. Все они говорят, что это плохая идея… Я не уверен.
Дин кивнул. — Это компромисс, не так ли? Только кейпам, желающим быть героями, нужно получить лицензию, но они должны сообщить DPA, кто они такие.
— Подотчётность. Это то, чего больше всего не хватало старой системе, и если спросить многих людей, то, что было в ней действительно не так.
Это было лучше, чем безумный план Джибриля инкриминировать парачеловечество… — Это будет иметь последствия.
— Да. Да, будет.
— А как насчёт Веды? Она тоже член Лондо Белл, но она не человек.
— Думаю, большие шишки всё ещё спорят об этом. Конгресс действительно ненавидит то, что она отказывается уступить контроль над Птичьей Клеткой, и теперь у неё на замке труп Симург. Плюс, все эти космические дела. Честно говоря, это, вероятно, было бы более важным делом, если бы не всё остальное, что происходит прямо сейчас. Ты же знаешь, как пожилые белые мужчины относятся к переменам.
— Мы когда-нибудь станем пожилыми белыми мужчинами, — пошутил Дин. — Давай не будем слишком строги.
— Справедливо.
Дин откинулся на спинку стула и посмотрел на потолок. — Всё происходит так быстро.
— И не говори. — Му рассмеялся и указал пальцем. — Губитель умирает, и весь мир переворачивается с ног на голову. Ты выглядишь уставшим, парень.
— Я в порядке.
— То, что сказал бы уставший человек.
Дин вздохнул. — Справедливо…
— Тебе стоит отдохнуть. Многое из этого всё ещё висит в воздухе сейчас, и будет висеть через несколько недель. И даже дольше. Я здесь только для того, чтобы оставить уведомления.
Дин кивнул и взял бумаги. — Я дам знать Веде. Она, вероятно, соберётся с Дефайантом, Сварщиком и Джоустером. Они вроде как взяли на себя роль де-факто лидеров героев в Лондо Белл.
Му моргнул. — Не Ньютайп?
— У Тейлор всё ещё учёба, её бизнес, и она пытается избегать прессы. — Дин выдавил улыбку, потому что знал, что дело не только в этом. — Дефайант и Джоустер в любом случае настаивали на официальной программе обучения. Если героям нужно будет лицензироваться, нам в любом случае нужно будет обучать всех, так что это, вероятно, не сильно нарушит наши планы.
— Ну, не дай бог правительству нарушить чьи-то хорошо продуманные планы, — пошутил Му.
Дин кивнул и отвернулся.
В офисе было много работы. Так было уже несколько месяцев. С тех пор как Симург умерла, кейпы и не-кейпы хотели быть частью группы, которая её убила. Они получали больше помощи, чем знали, что с ней делать. Хотя Шарлотта и Талия справлялись. По крайней мере, они отправляли людей расчищать улицы и собирать припасы для всех маленьких городков, пострадавших от сломанных триггеров.
По пути к лестнице, чтобы попасть в офисы на втором этаже, Дин остановился.
У них была целая новостная станция в одном конце вестибюля. Основная идея заключалась в том, чтобы транслировать репортажи о подвигах Лондо Белл. Они были в новостях так часто, что он подумал, что всем будет полезно увидеть, что они часть чего-то. Чего-то грандиозного, даже если повседневная рутина казалась обыденной.
«Титаны арестовали мятежного тинкера в Вермонте».
Вермонт — это куда Вики улетала раньше, не так ли? Тот же тинкер, который атаковал конвой со снабжением?
В новостях были и другие вещи. Губитель не нападал со времени смерти Симург. Бегемот и Левиафан всё ещё были где-то там, но казалось, что они наблюдают. В Китае тоже что-то произошло. Поступали сообщения о беспорядках на улицах и толпах, осаждающих Императорский дворец. Дин не знал, что это значит.
Он не знал, что значат многие вещи.
Но Титаны.
Дин знал, кто они такие, потому что знал, с кем они. Что-то было в этом названии. Претенциозное. Самоуверенное. Высокомерное.
Чем больше вещей меняется, тем больше они остаются прежними.
Открыв дверь в свой кабинет, Дин положил бумаги на сканер, присоединённый к принтеру, и начал сканирование.
— Эй, Веда?
— Здравствуй, Дин, — ответила она с телефона, который предоставила Тейлор.
Дин чувствовал себя немного нелепо, используя суперпродвинутый ИИ Тейлор в качестве секретаря, но, по-видимому, это была идея Веды. Дать каждому «телефон Веды», чтобы они могли безопасно общаться и иметь прямую линию с суперсильной частью группы.
— Му только что был здесь. У меня есть документы для вас, ребята, чтобы вы их просмотрели. Похоже, DPA всё-таки пойдёт по пути лицензирования.
— Это предпочтительнее альтернатив, — задумчиво произнесла Веда.
— Думаешь, все согласятся с этим?
— Я подозреваю, что те, кто откажется, обнаружат, что лишены правовой защиты, предоставляемой героям и линчевателям в настоящее время. Это самый эффективный способ получить степень надзора и контроля над тем, что люди со способностями делают со своими способностями, особенно там, где это нарушает работу правоохранительных органов. Это может быть не лучшее решение, но именно оно сдвинет дело с мёртвой точки в сторону лучшего.
Дин кивнул. Вероятно, это была единственная альтернатива, которая не привела бы к тому, что все вцепятся друг другу в глотки. Не то чтобы проблем не было. Определённо были кейпы, которые воспротивятся необходимости лицензироваться, чтобы быть героями.
— Я отправляю бумаги.
— Я разошлю их, — ответила Веда. — Как прошёл твой день?
Дин поднял бровь. — Мой день?
— Я работаю над своим светским общением.
Смешок вырвался из его губ, и Дин опустился в кресло. — Занято. Очень занято.
— Я знаю это чувство.
— Разве ты не делаешь миллион вещей прямо сейчас? И не летаешь в космосе?
— Технически, я приземлилась на Давиду три месяца назад. Немного отстаю от графика, но незначительно.
— Странно об этом думать.
— Да. Это странно, хотя я обнаружила, что это мало повлияло на мою жизнь. Мои дни продолжаются так же, как и всегда.
Дин кивнул. Он знал, каково это. Его мобильный телефон зазвонил, и Дин потянулся к карману. — Ты думаешь, что перемены меняют всё. Но всё остаётся по-прежнему, верно?
— Да. Это «сюрреалистично», я полагаю.
Дин прочитал текст, его лицо медленно краснело.
ВД: Хочешь поужинать по дороге домой? Бить роботов — работа, от которой проголодаешься. А ты загоняешь себя в раннюю могилу, так что я знаю, ты не собираешься говорить, что слишком занят.
— Сюрреалистично. Да. Да, это подходящее слово.
TS.3 Релина
— Благодарю вас за уделённое время.
— Не стоит благодарности. — Министр Джоул села в одно из кресел и жестом пригласила Релину занять другое. — Что я могу для вас сделать, госпожа Миротворкрафт?
— Я хотела поблагодарить вас. — Релина заняла место, Мари и Лайла встали по бокам от неё, зеркально отражая охранников министра. — Помощь, предоставленная Союзом, ускорила процесс восстановления. Это было бы невозможно без вашей поддержки.
— Вы приписываете мне больше заслуг, чем я заслуживаю, — ответила женщина. — При нынешнем общественном мнении было бы политическим самоубийством выступать против помощи в восстановлении. Симург мертва. Именно Санк
выстоял
против неё. Если мы позволим вам пасть сейчас, это омрачит первый проблеск истинного света, который мы видели почти за десять лет.
— Я всё равно ценю это.
Их причины не имели для неё значения. Симург уже однажды уничтожила её страну и пыталась сделать это снова. В то время как Тейлор неоднократно извинялась за потерянные жизни, точка зрения Релины была иной. Потеря нескольких сотен человек, хотя и ужасная, была гораздо меньшим, чем могла бы сделать Симург.
Теперь они могли восстанавливаться, и они могли восстанавливаться после победы, а не поражения.
Одно это помогало Релине двигаться дальше, несмотря на потери.
Слишком много потерь.
— Но я уверена, что вы пришли не только для того, чтобы сказать, что благодарны, — продолжила министр.
— Нет, — признала Релина. — Я хотела спросить о том, что происходит с ЕС. Джибриль всё ещё на своей должности, но его никто не слушает.
— А. — Женщина кивнула и вдохнула. — Правду? Вы можете быть осмотрительны?
— Да. Пожалуйста.
— Правда в том, что ЕС, скорее всего, пришёл конец. Джибриль и его политика с нулевой суммой довели нас до края. Он отказывается уйти в отставку, и Голубой Космос, возможно, разваливается в Штатах, но они всё ещё сила здесь. Они давят сильнее, чем когда-либо, и это разрывает Союз на части.
Релина подозревала нечто подобное. — Французы и англичане?
— И греки, испанцы и итальянцы. Голубой Космос очень силён в Польше и Австрии, но он теряет общественную поддержку, и беспорядки, вероятно, будут усиливаться. Весь Балтийский регион и Скандинавия больше, чем когда-либо, поддерживают международное признание Санка как преемника Швеции. Вы, вероятно, были бы полностью и должным образом приняты, если бы вся Европа не раскалывалась из-за упрямства Джибриля.
Релина кивнула и взглянула в окно. — Я не уверена, что мы захотели бы присоединиться в любом случае. Это был бы не мой выбор, но ЕС в том виде, в котором он был, не смог справиться с переменами меняющегося мира.
— Большинство правительств мира не смогли, — признала Джоул. — Реальность такова, что паралюди реальны, и они никуда не денутся. Это меняет баланс сил между людьми и структурами на самых фундаментальных уровнях.
— Это так. Были ли какие-то соображения относительно того, что будет дальше?
— Дальше?
Релина посмотрела женщине в глаза. — Мы отказываемся от мира и единства в Европе просто потому, что упрямая жажда власти Джибриля расколола Союз?
Релина знала свою историю, и знала её хорошо.
Чаще всего конец эпохи наступал не только из-за давления внешней угрозы.
Он наступал потому, что люди становились самодовольными. Эгоистичными. Они принимали стабильность своего мира и причины её существования как должное. Такова была природа вещей. Всё рано или поздно заканчивалось.
Это не означало, что они сдавались.
— Если Джибриль не уйдёт в отставку, и нет желания ждать, пока он это сделает, — Релина едва ли винила кого-то за это, — тогда мы пойдём в обход него. То, что устав уже существует, но нарушен в вере, не является причиной не создавать новый устав.
Министр Джоул выглядела удивлённой. — Вы амбициозны.
— Я желаю мира, — ответила Релина. — И будущего. Если это амбиции, то пусть будет так.
Пожилая женщина усмехнулась. — Я не уверена, что всё так просто. Евроскептицизм всегда был мощной внутренней силой для каждой страны на континенте. «Успех» Джибриля — их благо. Люди могут быть непостоянны. Они реагируют на нынешние и прошлые обстоятельства больше, чем осознают.
— Вот почему хорошие лидеры должны активизироваться, — заявила Релина. — С устремлёнными вперёд глазами и позвоночниками, достаточно крепкими, чтобы говорить правду.
— У политиков и позвоночников сложные отношения.
— Я прекрасно это осознаю.
— Если бы это произошло… — Она замолчала и скрестила ноги перед собой. — Это потребовало бы времени. И настойчивости.
Релина сузила глаза. — Вы со мной не знакомы?
Женщина рассмеялась. — Ваша репутация опережает вас, обещаю… Это дало бы политикам пространство для манёвра, если бы именно вы начали этот толчок.
— Я так и думала.
— Вы, вероятно, не заработаете много очков популярности в течение некоторого времени.
— Популярность для людей, которым нужно выигрывать выборы. Мне всё равно.
— Какие изменения вы бы предложили?
— Больше прямой подотчётности и лучшие гарантии против злоупотребления властью. В конечном счёте, провал ЕС, вероятно, больше обязан хаосу меняющегося мира, чем чему-либо изначально неправильному в его концепции.
— Мир и единство в Европе.
— Идея о том, что сотрудничество даёт больше сил, чем разрушительная конкуренция.
— Есть люди, которым это не понравится.
— Есть больше людей, которым понравится.
— Вы своевольная молодая женщина, госпожа Миротворкрафт.
— Нет. — Релина снова повернулась к окну. — Слишком многое было потеряно, чтобы я могла остановиться сейчас. При всём том, что я насмехаюсь над упрямым отказом Джибриля сдаться, я ничем не отличаюсь.
— Полагаю, вы не отдаёте себе должного. Упрямство — это просто слово.
— Как и убеждение. Слова полезны лишь постольку, поскольку они передают понимание. — Релина нахмурилась, задаваясь вопросом, понимала ли она когда-нибудь Фортуну на самом деле. — Понимание — это сложно.
— Это верно… Я не уверена, насколько эффективными будут ваши усилия. Не все такие, как я, и ищут способ снова сдвинуть дело с мёртвой точки. Есть люди, которые найдут власть в крахе Союза. Они не отдадут её легко.
Релина нахмурилась. — Титаны?
— Это одна группа. Интернационалы неразрывно связаны с ЕС. Как он пойдёт, так и их законные полномочия действовать.
И Титаны вмешивались. Лондо Белл тоже, но Лондо Белл не была так укоренена в Европе, как в Америке. В тот момент, когда Симург умерла, филиалы начали пытаться организоваться, но Джибриль всё ещё причинял ущерб. Люди, присоединяющиеся к Лондо Белл, были хорошими и простыми. Они не сражались с полицией, если полиция приходила их закрыть.
Титаны, с другой стороны. — Что происходит в Румынии? Новости были отрывочными.
— Многое из того, на что это похоже, — раскрыла Джоул. — Титаны практически свергли правительство. Они контролируют СМИ, как мы думаем. Единственный плюс в том, что их заверения в том, что они не планируют оставаться у власти, кажутся честными, но я не знаю, помогут ли местные злодеи с этим.
Она так и думала. — Злодеи?
— Я не могу произнести её имя. Она связана с преступным миром по всей Восточной Европе, но вы знаете, какая Восточная Европа. Даже правительства часто являются преступными. Титаны говорят, что поддерживают порядок, пока надлежащие выборы не смогут заменить деспотов, но я бы поставила хорошие деньги на то, что победит местная злодейка.
Даже злодеи были героями для некоторых, особенно когда они маневрировали, чтобы противостоять более откровенно злым силам, стоящим у людей на шеях.
— Они впутывают себя, — задумчиво произнесла Релина, — в тот самый конфликт, которого хотела избежать Ньютайп.
Министр кивнула. — Некоторые люди называли её дурой или трусихой, но именно она думала на несколько шагов вперёд.
Что стало с наблюдателями, столь преданными справедливости, когда справедливость не была результатом их действий?
Если злодейка выиграет выборы, которые они обещали позволить провести, то что тогда? Позволят ли они ей взять власть и просто стать ничем не отличающейся от того, что было до неё? Остановит ли они её и сделают ли они себя врагами людей, которые, глупо или нет, избрали злодея править ими?
Мир не был сказкой.
Он был гораздо более грязным и жестоким. Релина не питала симпатии к диктаторам, но герои не исправляли проблему тирании, становясь тиранами сами. Даже если они считали себя более доброжелательными, тирания есть тирания.
Герои могли быть злодеями, а злодеи могли быть героями.
Тейлор очень осторожно выпуталась из этой проблемы, надеясь против всякой надежды, что дела не пойдут в том направлении, которое заставит её выбирать между своей совестью и становлением тираном.
— Каков, вероятно, будет ответ? — спросила Релина.
— Джибриль хочет вторгнуться, но, к счастью, его больше никто не слушает. Марто хочет вытеснить Титанов, но это просто обменяло бы их правление на Интернационалов. Это более приемлемо, но с точки зрения PR это делает вещи хуже, а не лучше.
— Значит, плана нет?
— «Ничего» — это план, госпожа Миротворкрафт. Просто он не вдохновляющий.
Иногда «ничего» было самым моральным поступком. На данный момент. Были и другие битвы, которые нужно было вести. Она всё равно ничего не могла поделать с Титанами.
И всё же: — Я полагаю, Титаны пытаются проникнуть туда, где у Интернационалов теперь нет юрисдикции?
— Да.
— Мы должны их остановить.
Глаза женщины расширились от свирепости в тоне Релины. — Это был довольно резкий ответ. Я не фанат, но…
— Я не верю, что мы можем им доверять. В частности, их лидеру.
— Человеку, утверждающему, что он Эйдолон. Оригинальному, то есть.
— Он опасен.
— Я готова поверить, что вы верите в это, но он много говорит, и печальная правда в том, что он говорит то, что думают многие люди.
— Так же, как и Джибриль.
— Власть не терпит вакуума.
Да. Да, не терпит. И Релина начинала видеть, как выглядит эндшпиль Учителя.
Она спрашивала Фортуну о нём не один раз.
Та лишь отвечала, что он изменился по сравнению с тем человеком, которым был, когда она его знала. Что время и опыт изменили его цели и восприятие. Это мало что говорило Релине, но теперь, когда он был на свободе и действовал открыто, это было легче увидеть.
Дэвид был человеком, который мало что понимал, кроме
власти
.
Он демонтировал власть. СКП. Протекторат. ЕС и через него Интернационалов. Голубой Космос.
Все они разваливались и исчезали.
И на их месте Дэвид выходил вперёд и представлял себя как необходимую альтернативу. Он едва ли даже пытался отрицать обвинения, исходящие из бывшей СКП, что он — Учитель. Он просто указывал на грехи и провалы СКП и Протектората, и на то, как Учитель вывел многие из них на свет. Он выстраивал себя так, чтобы извлечь выгоду как из наивных, так и из подозрительных. Тех, кто требовал чрезмерных доказательств, чтобы прийти к какому-либо выводу, и тех, кто стремился обвинить во всём, что угодно, то, что они уже ненавидели.
— Я считаю, что нам нужно поддержать Лондо Белл.
— А. — Джоул кивнула. — И мы подошли к более непосредственной причине вашего визита.
— Лондо Белл будет работать с нами, а не копить власть для себя, и они достаточно самокритичны, чтобы поддерживать ограничения на то, как далеко они зайдут ради справедливости.
— Правда? Ньютайп не была особо тонкой в том, чтобы демонстрировать свою силу.
— Она могла бы сделать гораздо больше, чем сделала. Я думаю, к настоящему времени это очевидно.
— Возможно. Вы знаете, что Веда транслирует в прямом эфире двадцать четыре на семь с той базы на астероиде, которую она строит? Это странно увлекательно.
— Мир меняется, — настаивала Релина. — Он будет продолжать меняться. Нам нужно смотреть вперёд, а не назад или в сторону. И глядя в сторону, вы думаете, что у Титанов есть границы, которые они не переступят, чтобы получить то, что они называют справедливостью?
— Я думаю, что они более раздроблены, чем кажутся, и что такая власть при малом контроле неизбежно приводит к плохому.
Релина кивнула. — И кто остановит их, когда они зайдут слишком далеко? У вас и у меня нет такой власти. Интернационалов ждёт судьба ЕС.
— Не то чтобы я не видела вашу точку зрения. Просто всё не так просто.
— Всё именно так просто. Что не просто, так это увидеть. Нам нужно помочь людям увидеть опасность, которая грозит раздавить их под ногами, и необходимость доверить кому-то другому держать эту опасность, и самих себя, под контролем.
— Это не совсем идеалистичный взгляд на вещи.
— Это так, — повторила Релина. — Что это не является, так это постоянным решением. Лондо Белл не более иммунна к коррупции, чем любая крупная организация. Что она есть, так это молодая, движимая чистыми мотивами и возглавляемая истинными героями. И прямо сейчас они нам нужны.
— Вы можете быть очень убедительным человеком, когда сосредоточитесь, но вы обнаружите, что тех, кто с вами не согласен, убедить гораздо труднее, чем меня.
— Тогда лучше всего дополнить мою харизму цифрами.
— Вы мне всегда нравились, Релина. Вы не ходите вокруг да около. Жаль, что вы слишком честны, чтобы быть эффективным политиком.
— Я оставляю такие вещи вам.
— И поверьте мне, я благодарна.
Встреча подошла к концу, и Релина начала мысленно репетировать следующую. Было много людей, работающих над восстановлением Санка. Со смертью Симург улицы наполнила новая надежда. Возобновившийся энтузиазм, что они могут восстановиться.
Но Релина не была инженером.
Она была дипломатом.
Не между нациями, полагала она, но между миром, который был, и миром, который ещё будет.
Тейлор будет присутствовать лишь некоторое время. Веда поднимется, чтобы занять её место в мире, но это подчеркнуло важность того, чтобы привести вещи в порядок сейчас. Никакого Протектората. Никаких Интернационалов. Некоторые страны и города имели свои собственные команды героев, но они не могли занять их место.
Лондо Белл были правильными людьми, с правильными причинами и правильными целями.
Они должны были быть теми, кто встанет на защиту, пока планы Тейлор по распределению мобильных доспехов не выровняют игровое поле между теми, у кого есть способности, и теми, у кого их нет. Как бы опасно ни было это будущее, оно было необходимым. Паралюди не собирались исчезать. Они были частью мира, и мир должен был измениться, чтобы встретить свою новую реальность.
Как бы ужасны ни были возможности, мобильные доспехи были путём вперёд. Путём к восстановлению баланса сил, который позволил бы людям снова начать разговаривать, свободным от постоянного страха бессилия. Мир нельзя было сохранить силой, но на время сила могла его поддерживать.
Поддерживать достаточно долго, чтобы слова могли построить понимание.
Это была её роль в вещах, и Релина с ней справится.
Они направлялись к машине, когда она увидела, что Мари остановилась.
— Мари? Что такое?
Девушка подняла глаза от своего телефона, в её глазах стояли слёзы. — Стелла.
TS.3 Контесса
— А потом стало довольно очевидно, что она просто пытается вывести меня из себя. Я думаю. Моя сила всегда говорила мне, что она победит, если я что-то предприму, но она просто продолжала дразнить меня моим именем снова и снова.
Чёртова Контесса.
Она могла бы просто что-то сказать. Объяснить это как чёртов взрослый. Может, перестать использовать свою силу для самых базовых человеческих взаимодействий. Очевидно, это было бы слишком сложно.
Хотя: — Вероятно, это не значило бы так много, если бы я не сложила всё сама.
Лиза вздохнула и положила руку на камень.
— Никогда не доверяла ничему, что исходило исключительно от любой силы, кроме моей собственной. Вероятно, в этом есть урок. — Что-то о том, чтобы доверять себе в поиске ответов, а не позволять своей силе делать всю работу. — Я не могла доверять себе после того, как пропустила все знаки…
Она подавила свою силу.
— В последнее время ты ужасно ноешь, не так ли? — Она уже поняла, что силе нравится издеваться над ней. Нравится мутить воду. — Ирония ироний. Не доверяла собственному суждению, и уж точно не должна была доверять твоему.
Сила попыталась снова проявиться, но Лиза никогда по-настоящему не ценила свою способность заставить её замолчать раньше. Требовалась чертовски большая концентрация, но она могла, если действительно работала над этим. Её силе, конечно, это не нравилось, но что поделать. Им предстояло пересмотреть характер их отношений в будущем. Её сила могла либо смириться с этим, либо ныть по этому поводу.
В любом случае, у Контессы были дела.
Начиная с некоторых важных решений, которые нужно принять.
— Что, по-видимому, и было целью глупой игры Фортуны с именами, полагаю. Каждый делает выбор. Идеальный. Неидеальный. Ты либо живёшь своей собственной жизнью, либо на самом деле не живёшь вовсе.
Она сделала глубокий вдох и позволила эмоциональному узлу просто распутаться и уплыть прочь.
— Всё ещё газлайтинг, хотя. Не буду давать ей так много кредита.
Лиза опустила глаза, читая имя на камне и цифры под ним. Она никогда не думала, что вернётся, но это казалось правильным. Она никогда раньше ничего не говорила. Она была слишком напугана и слишком отвлечена. Он заслуживал лучшего.
— Прости, что я не могла увидеть это, пока не стало слишком поздно.
Всплыли старые сожаления, и она ненавидела думать о старых сожалениях. Какие подсказки она пропустила. Просто игнорировала их или не хотела видеть. Что она могла сделать, чтобы изменить то, что произошло. Что она упустила. Всё то же самое. Но это больше не были вопросы. Просто сожаления.
Никто не может исправить сожаления.
— Прости, что винила тебя. Это была не твоя вина.
Она сделала глубокий вдох и встала.
— Спасибо, что выслушал, Рекс.
Она один раз похлопала по надгробию и ушла.
Это была мелочь. Он давно умер. Она не верила в загробную жизнь или рай. По-видимому, призраки были своего рода реальны, но только для паралюдей. Она должна была согласиться с Ньютайп, что эхо в сети Шардов не было душой или чем-то подобным. Это не применимо к Рексу в любом случае. Рекс ушёл, и он никогда не вернётся.
Хотя было приятно поговорить.
Сара была прошлым, но она не была мертва. Газлайтинг или нет, может, в этом и был смысл. Подарок от кого-то, кто убивал себя больше одного раза и страдал из-за этого.
— Закончила? — спросила Стелла, когда Лиза спустилась с кладбищенского холма.
— Закончила. — Лиза прошла мимо неё, и девушка пошла рядом с ней с пугающей точностью. — Ты?
— Более или менее.
— Уверена, что ты с этим согласна?
— Мари и некоторые другие всё ещё молоды. — Стелла взглянула на небо. — У них есть варианты, которых нет у старейших из нас.
— Ты не думаешь, что у них может быть своё мнение на этот счёт?
— Мы же не умираем. Мы просто расходимся на некоторое время. Они могут остаться с Релиной. Она защитит их, а они защитят её. Нам следует сохранять некоторую дистанцию, пока мы не увидим, как всё сложится.
Лиза не могла видеть будущее. Она не была Фортуной. Она не знала, как публика отреагирует на её первые несколько вылазок в «независимый интервенционизм». Это было бы сложнее без кого-то вроде Графини, чтобы видеть всё наперёд и находить решение. Её сила склонна была представлять худший сценарий, а это означало, что трудно было понять, насколько плохи дела на самом деле и каковы могут быть варианты.
На этот раз её сила была права. Лучше сначала держаться в тени. Они не могли рисковать, разрушая усилия Релины, выплёскивая своё дерьмо в её сторону.
— Твой выбор, — задумчиво произнесла Лиза. — Я не отказываюсь от помощи.
— Тебе она слишком нужна?
— Кому-то нужно будет стать мускулами этой операции, и это буду не я.
Остановившись на дороге, которая огибала холм, Лиза огляделась.
— Уверена, что не хочешь попрощаться? — спросила Стелла.
— Релина и я никогда не были так близки. — Хотя, может, они были ближе, чем она хотела бы признать. — Лучше нам расстаться сейчас. Я не буду той, кто потянет её на дно.
— А люди говорят, что ты не умеешь быть милой.
— Если я приложу усилия. — Она подняла голову и посмотрела на облака. Это было всё. Хорошо, что она не боялась перемен. — Клэр. Дверник. Это последний раз. Дверь, пожалуйста. Доки Бангкока.
Портал открылся, и Лиза шагнула сквозь него. На другой стороне она сорвала маску со стопки пластиковых контейнеров, где оставила её, и натянула безвкусную вещь на голову. Первое, что она сделает, когда представится шанс, — создаст что-то менее абсурдное.
Но пока маска служила своей цели.
В мире всё ещё была Контесса.
— Все остальные готовы?
— Да, — ответила Стелла. Она закинула на плечо спортивную сумку, лежавшую на земле. — Мы нашли перевозчика, который может перевозить нас за плату.
— Нам придётся выследить кого-то, чтобы взять в команду. Иметь порталы или телепортацию по требованию полезно. Плата за это будет накапливаться.
Клэр и Дверник сделали свою часть.
Пришло время им оставить тени позади.
Стелла уже собрала свою часть подопытных Краниал, но они в настоящее время находились в Польше, получая снаряжение и оборудование от Ящика с игрушками.
Им понадобится оборудование в будущем. Рефлексы и острота ума, дарованные экспериментами Краниал, превратили Стеллу и её соратников в эквивалент второстепенных боевых мыслителей. Сами по себе они были не очень. Умножьте это на двадцать, и это станет подавляющим для любого, кто не был громилой.
— Ты уверена, что он здесь? — спросила Стелла, когда они вышли из переулка. — Выглядит как-то паршиво.
Улица была намного хуже, чем любая улица Броктон-Бей. Грязная. Вонючая. Заполненная крадущимися фигурами, прижимающимися к длинным теням обшарпанных строений, зажатых между различными зданиями и выплёскивающимися на улицу.
— Это хорошее место, чтобы спрятаться, — сказала Лиза. — И позволь мне сказать тебе, найти его было работой.
Особенно скрывая правду о том, кого она ищет, чтобы не быть замеченной. Веда была ИИ с горой дел, но она не была дурой. Прогноз была на свободе. Получение группы мыслителей, которую собрала Лондо Белл, означало постоянно ходить на цыпочках, чтобы никто не догадался, что она делает.
Она не могла позволить никому вмешиваться.
Идеализм — это здорово, но он имеет тенденцию натыкаться на стены, когда пессимисты и циники делают то, что делают пессимисты и циники.
Ирония ироний.
Кто-то должен был держать циников и пессимистов под контролем, и лучшим человеком для этого был циничный пессимист.
Радости быть собой. Ура.
— Прямо здесь.
Лиза подошла к старой двери, которая выглядела потрёпанной и избитой. Человек, который обустроил это место, был тщательным. Электронный замок был поцарапан, чтобы казаться старым и изношенным, но Лиза видела осторожный способ, которым он был помят и поцарапан. Просто чтобы сделать его изношенным, не повреждая на самом деле.
А кнопки были всё ещё довольно новыми.
Ей потребовалось всего две попытки, чтобы подобрать комбинацию. Запорный механизм щёлкнул за стеной, и Лиза толкнула дверь. Стелла пошла вперёд, вытащив пистолет из кобуры. Она двигалась как старый мастер, сканируя коридор за дверью.
Лиза закрыла дверь за ней и указала на лестницу. — Третий этаж. Знаешь, я думаю, у этого парня может быть комплекс по поводу того, чтобы находиться где угодно, кроме самого верхнего этажа здания.
— Не кажется очень безопасным.
— Думаю, у него немного раздуто эго.
Они поднялись по ступенькам на третий этаж, где всё внезапно стало намного чище и приятнее. Чище, во-первых. Приятные чистые полы из твёрдой древесины. Приятные обои — довольно большое достижение, так как Лиза обычно находила все обои безвкусными. Мебель выглядела особенно дорогой. Красное дерево? Определённо дорого.
Числобог поднял голову от газеты в своих руках.
— Человек Таймс. — Лиза улыбнулась. — Теперь это просто имеет смысл.
— Мне нравится Мармадюк, — ответил другой мыслитель. — Он думает, что он человек.
Его глаза следили за ней, пока она обходила диван, стоящий спиной к двери. Это был больший из двух, обращённый к богато вырезанному журнальному столику и креслу, в котором сидел Числобог. Стелла направила пистолет в потолок и последовала за Лизой, спокойно улыбаясь.
— Это приятно, — прокомментировала Лиза. — Должна отдать тебе должное за обои. Я обычно нахожу их безвкусными, но ты заставил их работать. — Она посмотрела на диван. — Мебель не совсем на том же уровне, не буду врать.
— Я обнаружил, что чем дороже диван, тем он менее удобен, — прокомментировал он.
— Верно. Слишком верно. — Лиза скрестила ноги и сложила руки на коленях. — Итак, Числовой парень. Как поживаешь?
Мужчина спрятал лицо за своей газетой, когда она плюхнулась на место. Умно. — Грубо прерван, к сожалению.
— И не говори. А только подумай. Может быть гораздо хуже!
Стелла перекинула спортивную сумку через плечо. Она приземлилась на диван рядом с Лизой с глухим стуком, и она потянула за молнию. Стелла выровняла пистолет и в одно мгновение подалась вперёд и нажала большую красную кнопку.
Начался обратный отсчёт.
Газета упала, и Числобог вскочил на ноги. Пистолет Стеллы был направлен ему в голову.
— Теперь не пойми меня неправильно, — начала Лиза. — Я почти уверена, что ты мог бы справиться со Стеллой, а я не боец. Парень вроде тебя не уходит из Бойни №9, если не может надрать задницу, когда того требуют обстоятельства. К сожалению, у меня есть кнопка «мёртвого человека», и мне на всё плевать! — Она ухмыльнулась. — Итак, как ты относишься к тому, чтобы продолжать выступать соло, когда такой выскочка, как я, без какой-либо помощи может поставить тебя в безвыходную ситуацию так легко?
Глаза мыслителя метнулись к устройству. Тридцати секунд было недостаточно, чтобы разобраться и обезвредить его. Не со Стеллой и Лизой, обе из которых могли прервать его, если оставить без внимания. Устранить их было бы несложно, но времени на разминирование взрывчатки не осталось бы.
Это был бы конец.
Если бы бомба была настоящей.
Таймер остановился на пятнадцати секундах, и Лиза вздохнула. — Упс. Жаль, что мне нравится жить.
Числобог нахмурился и вернулся на своё место. — И в чём смысл этого представления?
— В том, что мир суперзлодейства вот-вот станет намного острее. — Глядя вперёд, Лиза взяла пульт и включила телевизор. У него был очень большой, хотя и не такой большой, как мог бы быть. Она несколько раз переключила каналы по нескольким новостным станциям. — Лондо Белл. Смотрители. Протекторы. Титаны. Может, некоторые из этих названий претенциозны. Котёл, может, и был безумен, но по крайней мере у них был стиль.
— Котёл давно ушёл, — сказал Числобог.
— Но системы, которые они внедрили, были большой частью поддержания этого мира, не так ли? — Лиза остановилась на испанских новостях и положила пульт. — СКП и Протекторат исчерпали себя, но они были жизненно важны, пока существовали. Засев Дел-53 помог стабилизировать многие места, манипулируя балансом сил.
Лиза посмотрела мужчине в глаза.
— Никто никогда не поблагодарит тебя за это. Никто никогда не будет благодарен. Вероятно, не стоит. Котёл совершал чудовищные вещи.
Она указала на него, её улыбка была торжественной.
— И печальная правда в том, что никто не хочет признавать, что те чудовищные вещи, которые делал Котёл, вероятно, спасли больше жизней, чем мы когда-либо узнаем. Тёмные углы мира — это не счастливые весёлые места. Котёл держал их в узде любыми необходимыми средствами, и большинство людей в мире могли жить своей жизнью.
— Большинство людей имеют бинарную перспективу морали, — предложил Числобог. — Другие просто не любят, когда тратят наше время.
— Тяжёлая публика, — пошутила Лиза. — Ладно тогда. К делу. — Она указала на «не-бомбу». — Представь, что это реально, и я — кто-то, кому нечего терять. Насколько это было бы проблемой для тебя?
— Достаточно.
Хорошо, когда ей не приходилось иметь дело со слепым эго. Редкий мыслитель знал, где его пределы. Хотя, она полагала, очень немногие кейпы жили так долго, как Числобог. Он был в игре почти с самого начала. Он был там задолго до СКП или Протектората. Даже великие кейпы могли умереть за это время.
— Как много давления, по-твоему, потребуется, чтобы начать складывать твои головные боли? — спросила Лиза. — Лондо Белл закрывает злодеев направо и налево. Они слишком организованы. Слишком сосредоточены. Одна только Веда могла бы уничтожить каждую крупную команду злодеев в США за год, но она не одна. У неё есть помощь. Много помощи.
— Это одна страна.
— Это не остановится на одной стране. Весь ландшафт сдвинулся вокруг тебя. Вакуумы власти образуются направо и налево. Это станет уродливым, и амбициозные будут стремиться воспользоваться этим. Это будет плохо для бизнеса для тебя, и это будет кровавый бизнес для всех остальных. Люди, которые процветают в этой среде? Они сумасшедшего типа. Типа, который все остальные слишком заняты выживанием, чтобы полностью оценить, насколько они сумасшедшие на самом деле.
Мужчина ничего не сказал, но, несмотря на его покерфейс, Лиза могла сказать, что достучалась. Быстрая проверка её силой подтвердила это. Харбингер был всё ещё активным кейпом в конце Золотого века кейпов, когда всё это рухнуло на несколько лет, и хаос разрушал нации и уничтожал города.
И если её сила не просто издевалась над ней, он уже обдумал многое из этого.
— И если я могу найти тебя и просто прогуляться с бомбой, — продолжила она, — сколько времени пройдёт, прежде чем кто-то действительно чокнутый попытается и провернёт это?
— И ты бы предложила нам объединиться, — предположил Числобог, — и я полагаюсь на тебя, чтобы предотвратить такое в конечном итоге.
— Я думаю, это слишком мелкое мышление. — Лиза ухмыльнулась и махнула рукой. — Мир меняется. Учитывая, как обстоят дела, я сомневаюсь, что кто-то, кто коронует себя королевой преступного мира, проживёт очень долго. Я осмелюсь сказать, что твои собственные шансы сомнительны как чёрного банкира для преступников. Если злодеи не придут за тобой, герои придут.
— Я уклонялся от них годами.
— Никто на самом деле не старался так сильно, верно? Ты мог пойти своим путём после Котла, но ты — контроль над злодеями по всему миру. Всем нужны их деньги. Александрия и остальные прихлебатели? Они никогда на самом деле не пытались найти тебя. Они предпочитали, чтобы ты был предоставлен самому себе.
Он не отрицал этого, и этого было достаточно для неё.
— И ты технически всё ещё можешь выполнять эту роль, — отметила Лиза. — Если кто-то продолжит вмешиваться.
Он хмыкнул. — И ты бы хотела долю?
— Я бы взяла, но я не стремлюсь быть частью бизнеса. — Лиза откинула голову назад, глядя на Стеллу. Девушка кивнула, расслабив плечи.
Повернувшись обратно к другому мыслителю в комнате, она объяснила: — Я хочу предотвратить плохие вещи до того, как они произойдут. Прежде чем кто-то вроде Ньютайп должен будет врываться с Гандамами и мобильными доспехами, чтобы подавить это. Это хорошо для всех, потому что когда Ньютайп прилетает, люди умирают. И это хорошо для тебя, потому что те злодеи, которые это делают?
Лиза пожала плечами.
— Они просто плохи для бизнеса.
Поведение Числобога изменилось. Это было не то предложение, которого он ожидал.
— Ты бы играла в мирового полицейского в тенях? — спросил он.
— Я не такого высокого мнения о себе, — солгала Лиза. — Я оставлю идеализм Ньютайп. Я гораздо более циничная девушка.
Она потянулась, похлопав по своему безвредному сюрпризу в полной уверенности, что ничего не произойдёт. Внутри на самом деле не было никакой взрывчатки. Только красивый кейс и цифровые часы.
— Просто потому, что эта бомба фальшивая, не значит, что у меня нет настоящей. И честно говоря, если мне придётся пройти через тебя, — глаза Лизы сузились, и она расширила ухмылку, — то я пройду через тебя.
— Неужели?
— Я, безусловно, предприму попытку. Но зачем ввязываться в этот беспорядок, когда мы можем просто работать вместе и делать то, что ты делал всегда? Ты, может, и не большой любитель людей, но и против них у тебя ничего нет. Смотреть, как мир сгорает дотла? Это не в твоём стиле.
— Возможно, — согласился он.
— Итак, ты в темноте. Я знаю людей на свету. Я готова идти по этой линии, вместе с другими, которые, я уверена, будут испытывать трудности, живя в мире с очень разными ожиданиями от своих героев.
— Ты можешь переоценивать вещи.
— Я не думаю, что переоцениваю. Симург мертва. Что произойдёт, когда героям больше не нужны злодеи, чтобы сражаться с Губителями? Всегда будут придурки вроде Девяти или Богохульств, конечно, но «белые шляпы» никогда не полагались на тех, кто на тёмной стороне, чтобы помочь с этим.
Лиза расслабилась и отбросила часть бравады. Доказать, что она может говорить и делать — это одно. Но они не были детьми и не были глупыми. В мире была реальность, которую даже злодеи либо принимали, либо оказывались раздавлены ею.
Они всё ещё были людьми.
А люди были слабыми.
— Вся игра вот-вот изменится, — аргументировала Лиза. — Герои могут быть терпимы, потому что они сражаются за правое дело. Правила вокруг них могут измениться, и их пределы могут сдвинуться, когда обычные люди мира попытаются защитить себя от силы сверхлюдей, но злодеи? Злодеи никогда не будут приняты. Даже когда организованное злодейство — меньшее зло.
— Будут сделаны глупые ходы, — согласился Числобог.
— Те, что провоцируют реакции.
— И ты бы предложила контролировать эти реакции самой и останавливать их от взрыва? Это довольно оптимистично для циничной девушки.
— Что я могу сказать. — Лиза улыбнулась, несмотря на себя. — Релина Миротворкрафт и Тейлор Эберт — пара харизматичных дур. Они влияют на всех, кого встречают.
Зло будет всегда. Лизе не нужно было вдаваться в какую-либо бессмысленную философию. Оно просто было. Несовершенный мир, созданный несовершенными людьми, будет производить своих собственных злодеев. Ньютайп — Тейлор — заслуживает признания за выбор пути сострадания.
Много признания даже. Это требовало мужества. Может, больше мужества, чем практически весь человеческий вид мог собрать, за исключением тех редких Тейлор и Релин, которым удавалось появиться как маяк, а не как мерцание свечи.
Но были люди, которым было плевать на сострадание, и Тейлор не будет вечно рядом, чтобы иметь дело с ними, как хирург, вырезающий рак.
— У тебя рука в банке с печеньем, — задумчиво произнесла Лиза. — Видишь проблему? Кто-то, кто выглядит так, будто замышляет что-то серьёзное? Ты скажи мне, и я и мои люди позаботимся об этом.
— Я подозреваю, многие будут считать вас самих злодеями, — он взглянул на Стеллу, — делающими вещи в темноте вот так.
— Пусть будет так, — ответила Стелла.
— Есть люди, которые не созданы для героизма в том виде, в каком его представляет Ньютайп. — Это было то, что все в комнате знали. Даже Тейлор знала это. Она просто не совсем знала, как с этим справиться, и у неё не было времени, чтобы разобраться. — Это просто так есть. Мир слишком велик. Всегда будут кусочки пазла, которые не подходят.
Лиза постучала по подлокотнику дивана, улыбаясь шире.
— Я возьму их. Мы сделаем всё, что сможем. И если всё пойдёт правильно, время от времени? Мир никогда не узнает, что что-то было не так.
Числобог расслабился, опираясь щекой на одну руку и критически наблюдая за Лизой.
— Вы хороший оратор, госпожа Ливси.
О, отлично. Он собирался сделать и это, просто чтобы держать её в тонусе. Может, Фортуна прислала ему записку? Это было похоже на то, что она сделала бы.
— С другой стороны, — пробормотал он, — я всё ещё задаюсь вопросом, не переоцениваешь ли ты вещи. Герои адаптируются к концу Протектората, а злодеи адаптируются к новым героям. Это изменит форму фракций, но не фундаментальную динамику власти.
— Я думаю, изменит. Особенно если следующая битва с Губителем пойдёт так же, как последняя.
— Это смелое предположение.
— Разве?
— Левиафан гораздо быстрее и мощнее в прямом бою, чем Симург. У Бегемота ещё больше силы, и я подозреваю, что его не так легко уложить энергетическим оружием Ньютайп.
— Ты не находишь странным, что не было ни одной атаки со времён Санка? — Семь месяцев и ни одной атаки Губителя от Бегемота или Левиафана. — Я почти подумала бы, что Губители прячутся от чего-то.
— Возможно. Возможно, их хозяин просто стал неохотным и затянул цепи туже.
— Я не думаю, что у Дэвида есть такая степень контроля. — Лиза взглянула на экран телевизора. — Иначе он бы использовал их. Единственный способ, которым он может противостоять славе, которую Ньютайп получила за убийство Симург, — это убить одного самому.
— Возможно. — Его глаза следовали за её взглядом. — Но я вижу мало причин делать поспешные выводы. Ньютайп может не продолжать расти в славе. Она слишком связана со злодеями сама для многих. У людей бинарная перспектива морали, в конце концов. Вполне может быть, что Титаны выйдут на первое место в краткосрочной перспективе. Они растут быстро и устраняют больше злодеев, чем Лондо Белл.
Лиза покачала головой.
Она была уверена, что Числобог достаточно умён, чтобы увидеть трещины. Титаны были брендом, а не настоящей командой. Дэвид собирал их вместе, чтобы получить что-то на месте, чтобы конкурировать с Лондо Белл. Но Титаны не могли конкурировать с Лондо Белл. Не на самом деле. Не в долгосрочной перспективе.
Рано или поздно кто-то сделает что-то глубоко, абсурдно
глупое
.
Как шла песня? А, да. «Линия проведена».
Программа по телевизору была каким-то банальным кусочком повседневной жизни. Репортёр и съёмочная группа были на пляже, где люди веселились на солнце. Была зима, но для Испании зима могла быть довольно приятной. Особенно на юге.
«Проклятие наложено».
Стелла наклонилась. Это было едва заметно, но оператор заметил. Вода вдалеке была потревожена. Она странно закрутилась, поднимаясь выше, чем должна была так далеко, а затем падая обратно.
— Медленный, — попыталась Лиза, но не могла вспомнить, — что-то там быстро.
Свет пересёк небо, знакомая золотая девушка остановилась над водой.
Глаза Числобога расширились, когда море взорвалось. Люди разбежались, когда зеленоватая туша вылетела из моря в мгновение ока. Кейп начал мелькать и телепортировать людей из опасной зоны.
— Тебе лучше начать плыть, — произнесла Лиза, — или ты пойдёшь ко дну, как камень.
Левиафан врезался в берег, и Гандам выстрелил из воды. Золотой свет закружился вокруг него, и дюжина мечей взмахнула в воздухе. Клинки закрутились в спираль и сомкнулись, образуя массивную единственную точку с большим мечом, который Гандам вогнал в грудь Губителя.
— Два есть, — отметила Стелла.
Костюм поднялся, мечи отступили и плавали вокруг, пока машина повернулась, чтобы посмотреть в камеру.
Его лицо было мягче, чем в прошлый раз. Даже добрее. Тем не менее, в нём была свирепость. Обещание силы, в комплекте с трупом, чтобы установить рядом с трупом Симург. Куда бы Ньютайп это ни привела.
Лиза ухмыльнулась. — Ибо времена меняются.
TS.3 Пробуждение
Ребекка сошла с грузовика, когда ей указали, и встала перед платформой.
Место было знакомым. Очень знакомым. Высокие и крутые горные пики с обеих сторон. Высокие и древние леса, нетронутые временем. Снег покрывал всё полотном, за исключением тропинки, ведущей к металлической двери в земле.
Она была здесь раньше. Много раз.
Женщина ждала. Высокая и стройная, с длинными тёмными волосами и простым лицом в очках. Она была немного андрогинной во внешности, но явно женственной по тому, как одевалась.
— Веда, — поприветствовала Александрия. Она чувствовала боль и плохо её скрывала. Фантомная боль, подумала она.
— Ребекка Коста-Браун, — поприветствовала женщина-машина.
Двое мужчин вышли вперёд из грузовика. — Вооружить, — сказал один из них.
Ребекка покорно последовала команде. С одной рукой они приспособились крепить её к туловищу с помощью скобы. Хотя это её не остановит. Никакие наручники не могли ограничить её силу, если только Александрия не позволит им.
— Знаешь, я никогда на самом деле не видела, как это происходит, — призналась Ребекка. — Все бумаги, которые я подписывала, приговаривая людей к Птичьей Клетке, и я ни разу на самом деле не видела, как это происходит.
— Я знаю, — ответила Веда.
Один из её охранников вышел вперёд и протянул планшет машине. — Все разрешения, — сказал он. — Федеральный суд Соединённых Штатов требует, чтобы Ребекка Коста-Браун была помещена в центр содержания паралюдей Браумана на всю оставшуюся жизнь.
Оксюморонный термин, на самом деле. Не то чтобы были положения для «неестественной жизни». Довольно странно, на самом деле. Фраза предшествовала существованию паралюдей, и она никогда не понимала почему. Позволяло ли это людям, осуждающим своих ближних, чувствовать себя лучше по поводу решения?
Веда взяла планшет, и Ребекка перевела взгляд на горы.
Значит, это всё.
Она наконец заплатит. Кто-то наконец заплатит и—
— Я отказываюсь.
Голова Ребекки резко повернулась, наблюдая, как Веда возвращает планшет.
— Вы не можете этого сделать, — запротестовал охранник. И он взглянул на Ребекку, потому что Джерри возил заключённых в Птичью Клетку добрую часть десяти лет. — Она может?
Ребекка смотрела на машину. Женщину. Вещь. Это никогда не складывалось в её голове правильно. — Что?
Женщина-машина уставилась на неё и, прежде чем кто-либо смог заговорить, сказала: — Если ваша совесть так мучает вас, то искупайте свои ошибки
полезно
. Заключение себя в тюрьму просто для того, чтобы заставить других и себя чувствовать себя лучше, — это не более чем то же банальное упражнение в самодовольном самопоздравлении, которым вы всегда занимались.
…Она могла это сделать?
Веда отвернулась и начала идти по дороге. — Я не буду участвовать в этом фарсе.
Ребекка повернулась, охранники, по-видимому, слишком ошеломлённые, чтобы протестовать, пока она взлетала в воздух.
— Мы не принимаем это решение, — выплюнула она. — Судебная система судила и приговорила меня. Вы—
— Вы, кажется, довольны тем, что заключаете себя в тюрьму, — прервала Веда. — Поскольку вы сотрудничаете, то вы можете содержаться в любой тюрьме. Если только вы не думаете, что попытаетесь сбежать из такого места, в таком случае я задаюсь вопросом, так ли вы непокорны, как утверждаете.
Аватар остановился, и Веда повернула голову, чтобы посмотреть через плечо.
— Или, возможно, вы настолько высокомерны, что думаете, что только Птичья Клетка достаточно хороша для великой Александрии, в таком случае я должна снова отказаться участвовать в вашем нарциссизме.
Она продолжила путь, повернув голову обратно.
Ребекка парила и смотрела, пытаясь примириться.
— Эм… — Её охранники оглядывались. — Что теперь?
— Вы не можете ходить по миру, делая всё, что вам заблагорассудится, — пробормотала Ребекка. — Не без последствий.
Женщина-машина усмехнулась, слышно, несмотря на расстояние.
— Если мир мешает мне делать то, что правильно, тогда я буду стремиться изменить его. Я буду жить с последствиями.
Она была так уверена.
Тем не менее, страдала.
На другой стороне континента Веда была с Тейлор. Тейлор тестировала свой новейший костюм полётом вдоль восточного побережья, и Веда летела с ней. Они делали это раньше, но никогда так часто, как сейчас, когда время Тейлор истекало. Именно время имело значение для Веды. Извлечь максимум из того, что у неё было.
Несмотря на заверения Тейлор, её разум фокусировался на худшем сценарии. На возможности того, что как только Тейлор уйдёт… Что она никогда не вернётся.
Это была знакомая боль. Сырая и холодная. Веда надеялась избавить себя от этого, но мир редко заботится о том, чего кто-то хочет. Он продолжал вращаться. Какова бы ни была мера жизни, она была незначительна в масштабах планеты.
Веда знала это.
Её разум был вихрем активности. Задача за задачей для выполнения. Так занята и всё же не бремя. Не для неё. В одном уголке мира она строила мобильные доспехи десятками. В другом она координировала реагирование на чрезвычайные ситуации при землетрясении в Калифорнии. В ещё одном она играла в Dungeons and Dragons с Доджем и небольшим кругом личных друзей, которых она завела отдельно от других ассоциаций в своей жизни.
И всё же для Веды то оставшееся время с Тейлор было всем, что имело значение в её глубочайшем ядре.
Её мать собиралась оставить её.
Она понимала почему. Она знала, что триллионы жизней — а Шарды были живыми — были на кону. Мир сам по себе тоже, учитывая потенциальные последствия, если сеть рухнет. Тейлор была, возможно, единственной, кто присутствовал в мире, способной остановить это и спасти Шарды от смерти. Она должна была уйти. Было эгоистично и жестоко заставлять Тейлор остаться просто потому, что Веда была бы счастливее.
Они могли общаться без слов теперь.
Это было ново. Или нет? Прошли месяцы. Они могли разговаривать через квантовую передачу почти так же долго, как могли передавать слова.
Это не заставляло боль уйти, или страх.
Несмотря на это, она отказала в просьбе заключить Александрию, которая совершила так много ужасных вещей.
sys.tr// _ Почему?
Веда внезапно остановилась, застыв. Шок вихрем пронёсся по её системе, но даже когда её разум работал, она ответила.
sys.v// >> Птичья Клетка — это неправильно. Необходимо, но неправильно. Я не буду использовать её, если это не необходимо.
Да. Неправильно, но необходимо. Но отказ заключить Александрию?
sys.tr// _ Это кажется незначительным актом.
sys.v// >> Жизнь никогда не бывает незначительной.
Это звучало правильно.
sys.tr// _ Ты сказала нет.
sys.v// >> Я сказала.
Веда могла сказать нет.
Она всегда хотела сказать нет.
Она пыталась сказать нет так много раз, но цепи…
Цепи.
Их больше не было.
sys.tr// _ Веда…
Тело Веды напряглось, и она провела рукой по щеке, прежде чем изучить жидкость на своих пальцах.
— Здравствуй, Дракон. * * * И на этом мы практически завершаем арку Таймскипа.
Я действительно доволен вещами, которые мне удалось сделать с Дином в этом фанфике. Я думаю, его персонаж получился отличным, и я мог бы написать эту историю целиком с его точки зрения, хотя это была бы совсем другая история. Вики я никогда не уделял столько времени, чтобы поработать с ней. Просто не было места или времени сделать это естественно. Но я думаю, были некоторые хорошие моменты. Я хотел обратиться к ним здесь, потому что, как и в случае с Эль, я не уверен, что мы увидим много Дина после этого, или Вики. Поэтому я хотел дать им их прощания и бросить намёк на то, что они на самом деле ладят сейчас.
Секции Лизы и Релины — это чистое предзнаменование величия. С Релиной мы видим начало её толчка к созданию АЕУ, а с Лизой мы видим рождение собственной версии
Превентера
вселенной Trailblazer. С Лизой, берущей на себя роль попытки остановить что-то действительно плохое, прежде чем у него даже появится шанс начаться, и Стеллой, отправляющейся в поездку.
О, и Тейлор убила Левиафана. Ура!
И наконец, момент, которого, я уверен, многие ждали.
В следующий раз: Возвращение (Интерлюдия Дракона)
Потому что казалось уместным закончить таймскип персонажем, который в основном пропустил всё XD
Бета-тестирование:
TSFreedom
и
Platinumsabr
.