Трейлблейзер. Финал.1
Ну вот мы и пришли к этому. Конец времен >.>
Трейлблейзер. Финал.1
Я оставила Веду, чтобы она начала.
— Что значит «не можешь связаться»? — Виндикейт посмотрел на женщину в костюме с раздраженным выражением лица. — Мы назначили эту встречу неделю назад специально для того, чтобы он не мог ее проигнорировать. Продолжай звонить, пока он не ответит.
Женщина, нервная и покрасневшая, держала в руке телефон.
— Нет, я имею в виду... — она заикнулась и просто повернула телефон к закутанному в плащ кейпу, — я имею в виду, что вызов вообще не проходит. Говорит, что в этом районе нет связи в течение следующих четырнадцати минут.
По комнате дюжина кейпов озиралась в замешательстве. Во главе стола переговоров пустовало место, на которое Синериал смотрела довольно пристально.
Единственный тинкер в комнате подняла руку.
— Погодите, то есть вы набираете номер Корвекса, и вам отвечают: «нет связи в течение четырнадцати минут»? Это буквально такой ответ?
Женщина кивнула.
Головы повернулись, люди переглядывались.
— Объявить тревогу. — Виндикейт поднялся со своего места. — Это Ньютайп. Она начала действовать.
— Э-э.
Все снова посмотрели на женщину, и она поморщилась.
— Мы, вообще-то, никому не можем позвонить? — Она указала на свой телефон. — Каждый номер выдает одно и то же сообщение.
Я отвела взгляд, наблюдая за другой трансляцией, как дюжины Тиеренов прорвались через главные ворота бронированной стеной. Началась стрельба, осыпая неподготовленных и ничего не подозревающих кейпов и их помощников воздушными оглушающими зарядами. Они падали на землю, крича один за другим, за исключением одного Бугая, которого ударило ракетой. Он пошатнулся, готовясь к рывку, когда пена быстро окутала и заключила его тело в кокон. За воротами толпа протестующих ликовала, забрасывая территорию комплекса банками, бутылками и камнями, пока его захватывали и разносили на части наступающие роты мобильных доспехов.
На каком-то верхнем этаже Корвекс передвигался с небольшой командой, пытаясь дозвониться до Виндикейта.
— Приношу извинения, — произнесла Веда через динамик. — Боюсь, ваш вызов в данный момент не может быть завершен.
Мгновение спустя окна разлетелись вдребезги, двое членов команды Корвекса врезались в противоположную стену, когда Трон Цвай вогнал свой меч в здание и направил свои Клыки в коридор. Шквал лучевого огня вывел из строя всех, кроме двух кейпов, включая самого Корвекса. Клыки резко развернулись, цепляя одежду и костюмы и поднимая бессознательных и раненых в воздух.
Двое оставшихся на ногах кейпов потеряли равновесие, когда пол задрожал у них под ногами. Шейкер с мощной способностью к манипуляции пространством попытался ее использовать, как и создатель барьеров. Но это не помогло им, когда крыша рухнула прямо на них. Дюжина кольев из Е-углерода вонзилась в опорные колонны конструкции, обрушивая верхнюю половину на нижнюю. Опорные балки сломались, как сухие ветки, и все здание рухнуло, погребая их под собой.
— Выкопайте их, — сказала я, советуясь с Фьючер по ходу дела. — С Гейл все будет в порядке, а вот Иммортас — нет, если ее не спасти сейчас. Ироничное имя, к тому же написанное с ошибкой.
— Уже сделано, — заверила меня Веда.
Ее аватар наблюдал за происходящим с расстояния в милю, стоя в окружении охраны из Флагов, которые разоружили местные полицейские силы, лояльные Титанам, а не своему правительству.
— Спасибо, — сказала женщина неподалеку на румынском. — Р...
— Мы делаем это не для вас, — быстро и резко сказала Веда. — У народа этой страны есть право на самоопределение, даже если они делают глупый выбор, пользуясь этим правом. — Она не повернула свой аватар к женщине. — Рано или поздно они увидят вас такими, какие вы есть, и устанут от ваших ложных обещаний и личного обогащения. И я позабочусь о том, чтобы они узнали об этом, а также о ваших планах по заключению в тюрьму политических оппонентов и подрыву выборов в Яссах и Брашове с помощью постановочных референдумов, призванных ослабить конституционные гарантии этой страны.
На базе Титанов Тиерены захватили и окружили гражданский офис, пока Веда начала давать инструкции по выходу из той половины здания, которая не обвалилась.
— В качестве альтернативы, — задумчиво произнесла Веда, — вы могли бы ничего из этого не делать, и любой, кто выдвигает подобные обвинения, просто выглядел бы глупо.
Женщина, сорокалетний криминальный авторитет, ставшая президентом, не отшатнулась и не покраснела. Она смотрела на спину Веды, взвешивая свои варианты. Хотя, возможно, это слишком большая честь для нее. Умники склонны преувеличивать свои способности, особенно когда они просто продолжают накапливать успехи. Можно многое сказать об одержимости недалеких эгоцентриков и их погоне за сиюминутной выгодой в противовес настоящей славе и престижу войти в историю как хороший лидер.
Я не собиралась свергать ее, и Веда тоже. Не по нашей собственной инициативе. Это был бы перебор. Как там говорится? Демократия — худшая форма правления, если не считать всех остальных? Мне казалось, что это высказывание подходит к жажде власти Вултур и к тому, как плохо это закончится для всех. В конечном счете, она мало чем отличалась от Азраила. Она говорила людям то, что они хотели услышать, и обогащалась на этом.
Это была битва, которую предстояло вести в другой день, другому герою. Народу Румынии дали выбор, и они его сделали. К лучшему или к худшему, им с этим жить.
Выбор и ответственность — это не всегда что-то хорошее.
По всему миру разворачивались похожие сцены.
В Чикаго команду кейпов Титанов зажали с двух сторон по пути на преступление. Тиерены разнесли их машины в клочья на пустом перекрестке, оставив кейпов стонать и охать. Само преступление было пресечено Кириосом, все закончилось за считанные секунды, когда злодеи, участвовавшие в ограблении банка, были выведены из строя сразу после того, как стена позади них разлетелась в щепки.
В Праге европейский головной офис Титанов — здание, основанное всего четыре месяца назад — был эвакуирован и впоследствии уничтожен Тиеренами, выпустившими Гунгниры в его основание. Немногие кейпы, находившиеся в здании, предпочли сдаться Динамесу, а не сражаться.
У Титанов было множество офисов и зданий, многие из которых были построены по образу и подобию СКП и Протектората, которые Дэвид стремился заменить своей организацией.
— Верните Дэвида сюда! — потребовал Виндикейт.
— Не могу связаться с ним, — прокомментировала Синериал. — Ни с кем не могу связаться. Веда отключает все наши телефоны.
— Он будет здесь, как только заметит, — заметила Дамокл. — Даже в Беларуси он заметит.
— Мы под атакой, а он разгребает последствия землетрясения, — прорычал Виндикейт. Справедливости ради, это действительно показывало, что он не слушал ни слова из того, что я говорила. — Нам нужно...
— Уже слишком поздно.
Остальные кейпы в зале повернулись к Синериал.
Она посмотрела на них безразлично, твердая в своем заявлении.
— Вы превратили это в гонку между нами и Лондо Белл, — напомнила она. — Дэвид и остальные из вас, безо всякой причины. А теперь здесь девушка, которая убила Губителей, и вы правда думаете, что у вас больше шансов? — Она отвела взгляд и усмехнулась. — Тирания дураков.
— Где Тейлор?
Мое внимание переключилось, я посмотрела на место уже закончившейся битвы в Торонто. Старгейзер и дюжина Тиеренов стояли на страже над группой Титанов, которые сдались, и злодеями, с которыми они сражались. Нарвал была там, пытаясь понять, что происходит, но замолчала, когда Колин задал этот вопрос.
Он посмотрел на Старгейзера, по правде говоря, уже зная ответ на свой настоящий вопрос.
— Она сейчас недоступна, — ответила Веда. — Ожидается, что этот бой продлится не более тридцати минут.
— Вы собираетесь победить команду из сотен кейпов за тридцать минут? — спросил стоящий рядом член Гильдии.
— Это займет всего двадцать минут, — ответила Веда.
Я закрыла глаза и кивнула, осознавая, что Дракон стоит прямо за спиной Колина с обеспокоенным выражением лица. Она еще не объявила о своем возвращении, тихо наслаждаясь тем, каково это — быть полностью анонимной и свободной просто существовать по своей воле. Для нее это была одна из тех простых вещей.
Но она не была простой, и у нее было то, чего не было у Колина.
Тейлор?
Живи хорошо, Тереза.
Я усмехнулась.
Увидимся.
Я отвернулась, не особо желая перекладывать на нее хоть что-то из того, что чувствовала.
Момент наконец настал. Все было сделано, остался только финал... и это было... У меня не было времени на отвлекающие факторы.
В Сиэтле одна команда Титанов пыталась спасти другую, но появились все три Трона и устроили засаду на засадчиков.
Одного за другим их атаковали и уничтожали волны мобильных доспехов.
Команды в поле попадали в засады, оказывались в плену или были вынуждены сдаться. Лишь горстка кейпов могла по-настоящему противостоять мобильному доспеху — те, у кого были мощные способности шейкера или страйкера. Летающих преследовали Флаги. Бугаи легко загонялись в угол и нейтрализовались. Властелины и Скрытники обнаруживали, что их силы бесполезны или несущественны против автоматизированных дронов.
Всякий раз, когда кейп, способный противостоять натиску, обнаруживал себя, появлялся Гандам и быстро расправлялся с ним. Троны работали на периферии, как только сопротивление начинало ломаться. Они зачищали более секретные базы Титанов, уничтожая их либо бомбардировкой с большой высоты, либо проламываясь напролом, пока все место не оказывалось разрушено. Не было нужды позволять кому-либо ошибочно думать, что Лафтер или Лили были в этом замешаны.
И пока новости подхватывали внезапную и дерзкую атаку, крутили мой ролик, записанный несколько дней назад.
Слова повторялись снова и снова.
«Титаны будут расформированы, или они будут расформированы».
Видео и репортажи об инциденте с Сердцеедом были показаны снова, как и мое предложение об одностороннем убежище. Все по плану. Люди спорили об обоих, конечно. Не совсем несправедливо. Вероятно, это был шаг, зашедший слишком далеко из-за одного инцидента с Сердцеедом, но то, что это произошло сразу после убийства последних двух Губителей, приносило свои плоды.
При этом только Титаны не имели ни малейшего понятия. Поначалу.
Осознание Виндикейта, что это я атаковала их, было первым.
— Лит принял решение, — прокомментировала я.
— Похоже на то, — согласилась Веда. — Зеро отразил мои попытки взлома систем Титанов шесть раз из десяти, согласно Прогнозу. — Это было действительно впечатляюще. — Я почти не встретила сопротивления, за исключением нескольких тинкеров и умников, которые следят за сетью.
— Он довольствуется тем, что сидит сложа руки и позволяет нам сражаться. — Я нажала на газ, направляя Эйрену вниз, из облаков. — Это нормально.
— Я встречусь с тобой примерно через пять минут, — пообещала Веда.
— Не торопись, — ответила я.
— Я буду там, — твердо заявила она.
Я закрыла глаза и улыбнулась. — Хорошо.
Когда я открыла глаза, база была прямо по курсу, облака расступились и отразили свет GN-драйвов позади меня.
Внизу головы заметили световое шоу.
Виндикейт остановился на пути по коридору, поморщившись, когда посмотрел в окно.
— Она здесь, — сказал он.
— Она придет с машинами, — отметила Дамокл. — Множеством. Это единственный способ, которым она могла одновременно атаковать всех нас сразу.
— Мы не можем настолько отвлекаться на нее, чтобы...
— Нет.
Они оба повернулись к Синериал, которая осматривала окрестности.
Главное здание штаб-квартиры Титанов на окраине Детройта имело хороший обзор окрестностей. Это был большой, но компактный комплекс с хорошей охраной. Ряд складов и офисов составляли большую часть внутреннего пространства с большой парковочной зоной для транспорта и припасов.
Я присмотрелась к одному в частности — грузовику — убедившись, что отметила его положение.
Большая часть прилегающей территории была заброшена, как дешевая недвижимость, которая никому особо не была нужна. Среди нее не было пыли, указывающей на движение. Ни света. Ни вспышек или чего-то еще. Окружающие улицы и строения были мертвы и тихи. Небо тоже было ясным, за исключением зеленой кометы, несущейся прямо к ним.
— Это только она, — поняла Синериал.
— Она не может быть настолько безумной, — отрицала Дамокл.
— Она победила тридцать из вас без единой царапины, — прямо отметила бывший лидер команды Протектората. Синериал отвернулась и направилась к ближайшему выходу. — Хватит недооценивать кейпа, который убивает Губителей, только потому, что она ребенок.
Дамокл собиралась ответить, но Виндикейт перебил ее. — У нас нет времени. Передайте всем и найдите...
Я моргнула, и мой разум потянулся к моим мечам. В то же время я подключилась к связи и заговорила.
— Слишком поздно. — Интерком Титанов передал мой голос, шокировав всех, кто суетился по базе. — Сдавайтесь. Никаких вторых шансов.
>ТРАНС-АМ<
Золотой свет хлынул потоком.
Что?
Ты что-то сказала?
Я ничего не говорю.
Кто говорит?
Опять это...
Это Ньютайп! Ньютайп...
Когда поток данных от Администратора ускорился, последовали первые атаки.
Мощная шейкер-бластер сосредоточила свою силу, вытягивая энергию прямо из земли и проецируя ее в воздух в виде дюжин разрывающихся шрамов энергии, которые расцветали и устремлялись ко мне. Я пустила свой костюм в штопор, уклоняясь от нематериальных снарядов, пока пикировала. Они разворачивались в моем кильватере, извиваясь, пытаясь преследовать меня.
Сделав сальто, я проскочила над землей и устремилась вперед в полосе света. Мои мечи вылетели, летя зигзагообразными линиями и стреляя по моему пути. Лучи разрывали землю, разбрасывая людей и детонируя машины, в которые они попадали.
Кейп, стрелявшая нематериальными снарядами, попыталась сдвинуться, но ее сила частично приковала ее к месту. Вот почему она была в карауле, а не где-то еще. Девушка была слишком медленной, чтобы уклониться от моего меча, но слишком юной, чтобы я могла сделать ей самое худшее.
Я ударила ее в висок, заставив рухнуть грудой. Ее контроль над своей силой исчез, и энергетические разрывы в реальности обрушились вниз. Взмахнув одним клинком над головой, я спроецировала волну частиц, которая встретила падающие искажения и стерла их. В тот же момент я рванулась вперед, врезавшись во внедорожник и заставив его закружиться.
Находившаяся неподалеку съемочная группа развернула камеру, совершенно забыв о том интервью, которое они брали, пока я защищалась от ледяного взрыва и отвечала золотым светом. Тело ченджера, состоящее из сосулек, разлетелось вдребезги, и она превратилась в туман, прежде чем рухнуть на землю в своем откровенном костюме. Бугай, который бросился на нее, споткнулся, когда я поставила меч на его пути, и я отошла в сторону, позволив ему врезаться в Скрытника, который думал, что сможет подкрасться ко мне.
— Это Зе Вёрдж с шестого канала! — лихорадочно сообщал репортер. — Ньютайп внезапно появилась и атакует Титанов!
Я расщепила Эйрену.
Материя. Энергия. Это одно и то же. Даже Эйнштейн это понял.
Костюм — и я сама — взорвались потоком, шокировав тех, кто никогда не видел, как я это делаю. Я пронеслась мимо них, скользя по земле и собирая квантованные частицы обратно в одной из мастерских тинкеров за главным офисом.
Молодая женщина — четырнадцати или пятнадцати лет — вскинула голову и взвизгнула, когда мой костюм уставился на нее.
Я схватила ее, притянув к себе, пока мои мечи вылетали и начинали кромсать лабораторию. Лезвия резали и пронзали, летая от одной машины к другой, пока не ударили в реактор в глубине лаборатории.
Снова квантуясь, я переправила девушку в безопасное место за секунды до того, как все здание взорвалось.
Взрыв сотряс землю, выбив все окна в радиусе полудюжины кварталов, и сбил с ног тех, кто смотрел в небо в ожидании моего появления. Столб дыма и огня воспламенил небо, разрывая склад и снося крыши с соседних построек.
— Я... я сдаюсь? — взмолилась тинкер, ее разум судорожно пытался понять поток впечатлений, хлынувших в него.
— Тогда ложись на землю и не двигайся, — проинструктировала я. — Это не займет много времени.
Она подчинилась, и я поплыла вперед.
Огни по периметру мигнули и погасли, и весь комплекс погрузился во тьму, за исключением одного бушующего пожара там, где когда-то стоял реактор, и одной сияющей золотой искры в центре парковки. Я очень хороша в привлечении внимания, что я могу сказать?
Кейпы, однако, были отвлечены. Они озирались, следуя за голосами и ощущениями, давящими на них в замешательстве. Некоторые смотрели на других с явным шоком или ужасом, осознавая, кем они были на самом деле. Другие смотрели на себя и задавались вопросом, неужели все действительно так думают.
Что взрывается?
Ньютайп!
Мы под атакой?
Да!?
Я на это не подписывалась.
Ее нужно остановить.
Нам нужны протоколы В/С прямо сейчас.
Откуда исходят все эти голоса?
От нас.
Нет. Не наши голоса. Те. Другие.
Это послужило хорошим отвлекающим маневром.
Мои мечи устремились ко мне, резко развернувшись как единое целое, пока я ловила два из них в воздухе.
Вспышка, и Эйрена снова появилась.
Кейпы повернулись слишком медленно, отвлеченные и все еще сбитые с толку происходящим.
Я ударила страйкера под колено, раздробив его. Летающего я подцепила клинком и швырнула на землю. Бугай сначала ударил, а потом задал вопросы. Серия мечей пролетела между нами, скрестившись в защите, которая поглотила удар и отразила силу, сбив женщину с ног и заставив ее проскользить по асфальту.
Раздались крики, люди начали указывать пальцами.
Я резко развернулась, все мои мечи собрались в массив передо мной за мгновение до того, как они выстрелили. Те, кто собирался и пытался понять, что происходит, попали под шквал лучевого огня, сбивающего их с ног волнами. Несколько человек повернулись и выстрелили в меня своими силами. Я уже исчезла, рассеяв свои клинки, когда появилась в другом складе.
— Отличная работа, — похвалила я.
Команда тинкеров замялась, собравшись вокруг мобильного доспеха, который выглядел как причудливая смесь одного из дизайнов Лита и надувного машущего руками человечка. Подражание — самая искренняя форма лести. Качество работы тоже было неплохим. Я видела труд, вложенный в него, включая все мелкие детали, которые Шарды добавили в материалы, которые тинкеры обычно не способны заметить.
Тинкеры отшатнулись, сбитые с толку и дезориентированные.
— Бегите, — предложила я.
В то же время мои мечи материализовались вокруг меня и нацелились на их творение.
Это было не личное, но тотальное разрушение было своего рода целью, так что...
Тинкеры разбежались, одна схватила другую и потащила прочь. Как только они оказались в безопасности, я открыла огонь, превращая прототип мобильного доспеха в швейцарский сыр. Направив оружие на мастерскую, я продолжала стрелять, наклонив голову набок и прислушиваясь. Я нацелилась на оборудование следом, уничтожая всю технику в лаборатории, прежде чем взлететь вверх и пробить крышу.
Группа летающих немедленно двинулась на меня. Я взмахнула мечом, ударив одного в плечо, сломав ему ключицу. Второго я отшвырнула ногой, бросив его обратно на землю, пока все остальные мои клинки взлетали вверх от взрыва внизу. Раздался хруст конечностей и ребер, за которым последовали крики. Я ловила летающих одного за другим, и когда в следующий раз телепортировалась, я высадила их всех на землю.
Аккорд попятился от своего стола, когда раненые попадали, стоная, его голова резко дернулась, и он посмотрел на меня.
— Возможно, тебе тоже стоит бежать, — предложила я.
Он попытался сохранить невозмутимый вид. — Или что? Ты сломаешь мне кости и устроишь еще больший беспорядок?
— Возможно, я заставила всех поверить, что ты двойной агент, — призналась я. — Извини, не извини, но давай будем честны. Ты всегда собирался попытаться сыграть на обе стороны против центра.
Мужчина заикался, делая удивительно хорошую работу, игнорируя все остальное, что давило на него.
— Забавно, однако, — заговорила я, начиная проводить свой костюм мимо него. — К этому моменту, как только разнесется весть, что ты продал своего последнего партнера мне, Селестиал Биинг, возможно, станет единственным местом, где ты сможешь работать, чтобы осуществить хоть какие-то из своих планов. В какое затруднительное положение я тебя загнала.
Он замер, когда до него дошло, и я прошла мимо.
— Дверь, пожалуйста.
Портал открылся позади меня, и я продолжила путь. Аккорд даже не колебался. Некоторые люди понимают, когда они проиграли, и они ценят жизнь гораздо больше, чем победу. В его случае, возможно, точнее будет сказать, что человек был готов проиграть в моменте, чтобы попытаться выиграть в другой день.
Веда будет присматривать за ним.
Аккорд был засранцем, но он мог стать полезным в будущем, если кто-то удержит его от убийственных буйств по поводу каждого беспорядка. И удержит его от решения энергетического кризиса путем подрыва нефтепроводов и манипулирования общественным мнением с помощью рукотворных катастроф. Переход на «зеленые» рельсы — это хорошо, но это было просто глупо.
Серия взрывов сотрясла здание, заставив его дрожать и обрушив крышу.
Снаружи кейпы стреляли из оружия и пускали взрывы в моем направлении.
Она всего лишь один кейп.
, предложила я им.
Она убила Губителей!
Всем заткнуться!
Мы не можем!
Ты в порядке? Стейси?
Она убила двух Губителей.
О да, потому что это различие стоит того, чтобы умереть.
Нет.
Я пас.
Умное решение.
И кто-нибудь должен доставить Стейси к медикам. У нее сейчас будет сердечный приступ.
Я прорвалась сквозь заградительный огонь, мечи проецировали щит передо мной, пока я шла в атаку.
Мой костюм врезался в линию огня на полной скорости, впечатавшись в группу Бугаев, стоявших впереди, и отправив всех троих в полет. Ударив ногой о землю, я развернула свой костюм. Мои мечи расцвели наружу и выстрелили, поражая бластеров и страйкеров одного за другим.
Это действительно просто она.
, предложила я.
Она совсем одна...
Как она может сражаться со всеми нами?
Можете уходить.
Я здесь, чтобы уничтожить Титанов, и ничего более.
Никто не спорил с этим. Они знали, что это правда. GN-поле полностью окутало базу, и по мере того, как присутствующие разумы акклиматизировались, паника улеглась, и последовали вопросы. Вопросы о том, где они и что делают.
Она пытается...
Я телепортировалась к голосу.
Я собрала свои мечи вместе, ломая обе руки Дамокл между лезвиями. Она завертелась, спотыкаясь и крича, а я всадила локоть ей в челюсть. Женщина рухнула на землю. На этот раз она не хватала нож ртом и не пыталась зарезать меня.
— Ты не можешь...
— Смотри, — парировала я, разворачиваясь.
Плашмя лезвие ударило Виндикейта в бок и выбросило его через окно из здания. Он ударился о землю грудой, перекатываясь, пока его спина не врезалась в припаркованную машину, опрокинув несколько других, как кегли, по пути. В тот же миг мечи закружились вокруг меня и выпустили лучи света, которые поразили дюжину других. Шквал летел во всех направлениях, затем преследовал их по коридорам и через дверные проемы, пока я нацеливалась на каждый разум, который могла почувствовать. Они исчезали один за другим или бежали, понимая, что атака уже у них на пороге.
— Что ты делаешь?
Я снова телепортировалась, избегая стены пепла, которая пронеслась по коридору. Появившись снаружи, я выпустила шквал лучей по топливному баку и взорвала его, отправив новый столб огня и дыма в воздух.
Позади меня грузовик, который я идентифицировала, все еще был там.
Впереди Синериал вылетела из разбитого окна, наблюдая за мной и прислушиваясь.
Она была единственной, кто заметил.
Синериал смотрела, как я телепортируюсь прочь, проламываясь сквозь контейнер и подбрасывая шейкера в воздух, прежде чем он успел использовать свою силу. Мастера я ударила в висок, чтобы вырубить, и повернулась, чтобы поймать шейкера, прежде чем он ударился о землю. Маленький контингент Дэвида «подчинить всех» не сработает, если я имею хоть какое-то слово в этом.
Подожди, что?
Я напомнила им.
Когда это было...
Он бы не стал.
Он Учитель.
В какой момент ты решила, что можешь доверять лживому лжецу, что он не будет лгать еще больше?
Конечно, этот план был глупо задуман на ошибочном представлении, что я могу подчинять людей. Хотя я не могла этого сделать. Не больше, чем кто-либо другой, пытающийся убедить кого-то сделать одно, а не другое. Единственная истинная сила пространства общего сознания, созданного GN-драйвами, заключалась не в том, что кто-то мог контролировать кого-то другого.
А в том, что каждый мог видеть истинный смысл, без масок. Без лжи. Без неопределенности.
Все было обнажено, и оставалась только возможность понять, кем человек является на самом деле и как он видит мир.
И когда линии начали разделяться, мой свет вспыхнул, и Эйрена устремилась вперед.
Я прорвалась сквозь еще один контейнер, используя обломки, чтобы поколотить Бугая, прежде чем схватить его за шиворот. Я раскрутила мужчину, выпустив его как снаряд в группу бластеров, которые пытались зайти мне во фланг. Подпрыгнув, я встретила пару летающих. Я пронеслась мимо первой, оставив ее зависнуть в воздухе и поднять руки. Второй попытался сбежать, но я ударила его в бок мечом и сломала ему ребра.
Он закричал и упал, а мои мечи поднялись, чтобы защитить меня от волны энергетических лучей. Половина из них образовала кресты передо мной, проецируя частицы в щит. Другая половина нацелилась и открыла ответный огонь, отбрасывая атакующих назад и заставляя их бежать или падать на землю.
— Ты ненавидишь это, — сказала Синериал вслух.
Она зависла в воздухе, глядя на меня и слушая.
— Я даю тебе то, что ты хочешь, — сказала я ей. — Одно катастрофическое проявление силы. Так много силы, что это напомнит всему миру, чего он боится и почему. Единственная разница в том, — мои глаза сузились, — ты не на той стороне, которая дает. Извини.
Она продолжала зависать, слушая. Ее глаза метались туда-сюда, глядя на пожары, обломки и раненых, оставленных в моем кильватере.
— Ты также ошибаешься, — поправила я. — Я пришла не одна.
Забор позади меня взорвался, дым вырвался мощной волной, которая прокатилась по кейпам, пытавшимся перегруппироваться подальше от того места, где я была.
— Я пришла заранее.
Тиерены прорвались сквозь забор. Дюжины из них, открыв огонь из винтовок и ракет, которые пронеслись по площадке и уничтожили все на своем пути. Единственное, чего не хватало в этом зловещем зрелище, — это крови. Атакующие мобильные доспехи разделились на колонны, пробегая по центру и окружая кейпов, стреляя воздушными и оглушающими зарядами, пока все не оказались на земле или не подняли руки, чтобы сдаться.
В главной штаб-квартире Титанов было более ста кейпов. Большинство из них были кейпами задней линии или поддержки. Несколько были охранниками. Значительная часть была частью команд, ожидающих муверов, чтобы развернуть их в другом месте.
Я пробежала сквозь них менее чем за три минуты.
И самое печальное в этом
, подумала я,
Я едва стараюсь.
Мне и не нужно было. Самые агрессивные и способные кейпы в Титанах сейчас были разбросаны по всему миру, изолированы и легко отрезаны или перебиты. У них не было линий поддержки или подкрепления. Как только их прижимали, никто не приходил им на помощь. Дэвид не был объединителем. В лучшем случае, лучшее слово, чтобы описать его, было «пособник». Он даже не заботился о том, чтобы спросить, делают ли его люди полезные вещи. Они бегали вокруг и делали все, что хотели.
Это было проще, чем свергнуть Империю, и посмотрите, сколько вас больше, чем было их.
Если бы я просто приняла, что люди умрут, и отбросила беспокойство, я могла бы уничтожить всю базу за секунды оружием, выпущенным с орбиты. Что кто-то мог сделать, чтобы остановить меня?
Люди должны бояться силы
. Я перевела внимание обратно на Синериал, но, как оказалось, все сознательные услышали меня
. Ошибка Голубого Космоса была не в том, что они боялись силы, а в том, что они обратились к гневу как к решению и доверились подхалимам и оппортунистам.
Веда следовала за Тиеренами, идя с небольшой армией Хелперов, которые устремились вперед и начали ухаживать за ранеными.
Страх — это удушающая вещь, не так ли? Холодная, как пальцы вокруг горла.
Троны пролетели над головой, и с их прибытием воля Титанов к борьбе рухнула.
Все боятся, но доверяете ли вы свой страх кому-то, кто не будет злоупотреблять им?
Виндикейт усмехнулся, поднимаясь с земли. — Ты говоришь это, пока топчешь других героев, как будто противостояние тебе — это грех?
И все увидели дерьмо таким, каким оно было, потому что Виндикейт на самом деле не говорил.
Забавная вещь. Дэвид мог менять воспоминания людей под воздействием своей любимой способности властелина, но как это выглядит, когда вы вырываете воспоминания из чьей-то головы и вставляете новые? Как орган, оторванный от всех связей, а затем замененный другим, который отдаленно не подходит. Это выделялось, как бельмо на глазу, потому что оно не принадлежало ему. Мысли, которые оно представляло, не были мыслями Виндикейта, и даже после того, как Дэвид снимал способность, остатки тех многих ужасных операций оставались.
Ясно как день.
Вот почему он проиграл еще до того, как мы начали.
Потому что это всегда должно было случиться.
Я не сводила глаз с Синериал, надеясь. — Это действительно то, чего ты хочешь, и как ты этого добьешься?
Виндикейт на мгновение заикался в замешательстве, пойманный между двумя разумами, пока его мысли и мысли Дэвида путали его голову, пытаясь понять, что думать и что чувствовать. Это было похоже на наблюдение за тем, как кто-то взламывает чей-то мозг, пока тот наблюдает, а затем его воспоминание обо всем опыте мгновенно перезаписывается, чтобы заставить его смириться с этим. Я подозревала, что Дэвид не до конца осознавал эту часть. У Шардов был способ сглаживать ужас того, что они могли сделать, чтобы крысы продолжали бегать по лабиринту.
Зрелище было настолько ужасным, что кто-то действительно повалился и вырвал свой ужин. Другие отступили в немом шоке или сжали кулаки от гнева.
Синериал отвела взгляд и сказала: — Восстановите связь каким-нибудь образом. Все кончено.
Она произнесла эти слова никому конкретно, но она понимала, что ей и не нужно. Все слышали ее, и их воля к борьбе — все, что от нее осталось — испарилась.
Были люди, которым я не нравилась. Они не соглашались со мной или с тем, как я делала вещи. Они не думали, что мои цели реалистичны или честны. Так оно и есть.
Единственное, чего никто не хочет, — это быть инструментом, и люди соглашались быть им лишь до тех пор, пока могли обманывать или быть обманутыми, не осознавая этого.
Воздух прогремел позади меня, и я повернула голову Эйрены к нему.
Дэвид смотрел сверху вниз, замешательство подавляло его, пока все остальные присутствующие разумы давили.
И его Шард издал свой предсмертный крик, слишком искаженный, чтобы думать, слишком разорванный, чтобы восстановиться. К его чести, я думаю, этот шум затмил некоторые его собственные мысли. Вероятно, в долгосрочной перспективе он был бы благодарен за это. Сомневаюсь, что кто-то захотел бы иметь с ним дело, если бы увидел, что находится под всеми болезненными криками мертвого инопланетного сознания, постоянно вращающегося в бесконечном процессе конфигурации.
Остальные кейпы начали отступать, оглядываясь и отворачиваясь.
Извини
, предложила я.
Я знаю, каково это — быть одной
.
Дэвид хорошо скрыл свою реакцию. Его кулаки сжались, и он уставился на меня, даже когда Администратор подлетела позади него.
— Я уже бывал один, — заявил он.
— Нет, — сказала я ему. — Не бывал.
Не так, как будешь ты.
К сожалению, пощадить жизни всех было пределом моих способностей.
Дэвид оглянулся, осторожно наблюдая за Администратором.
Она смотрела на него в ответ, ее горечь была похоронена, но присутствовала. Оставить его мне было не ее первым выбором, но это было соглашение, к которому мы пришли. Она отплыла назад и прочь, давая понять свое намерение наблюдать, даже когда внимание переключилось на нее и люди начали полностью осознавать, что она действительно не человек.
— Еще не поздно поступить правильно, Дэвид, — сказала я ему. — Ты все еще можешь изменить мир. Просто это будет не так, как ты хотел.
Он продолжал смотреть, но уже было ясно, что он этого не сделает.
Он ни на мгновение не усомнился, что будет сражаться, хотя и задавался вопросом, как целая команда размером с Титанов могла рухнуть менее чем за четверть часа.
— Тебе стоит учесть неизвестные, — предложила я. — Например, что произошло бы, если бы я убедила всю сеть Шардов, за исключением нескольких упрямцев, что их единственная надежда выжить — это отпустить прошлое и последовать за Администратором и мной?
Я слегка склонила голову, ухмыляясь.
— Что бы они сделали? Как далеко бы они зашли? Какова ценность их жизней — я подняла меч и указала им на Дэвида — в их собственных глазах.
Осознание снизошло на него, и я подавила желание рассмеяться, хотя думаю, что заслужила это. Я просто не хотела так сильно сыпать соль на рану.
— Мне не нужны никакие парачеловеческие шпионы, Дэвид. — Я наблюдала за ним сотнями наблюдающих глаз. — Шарды сделали всю шпионаж, который мне был нужен, потому что теперь они все на моей стороне.
С этим присутствующие посмотрели и последовали за голосами без тел. Теми, что были позади них в их тенях. Шарды появились тогда, заявив о своем присутствии. Эмоция, которую они чувствовали, не была удивлением. Шок, да, но в глубине души я думаю, что каждый парачеловек — даже те, кто никогда не признавал этого — знал источник своих сил.
Никогда не было особенно трудно убедить любого кейпа в правде.
Мы все знали.
И когда Сеть устремила свой взор, я смотрела через них, видя мир с сотни перспектив и понимая каждую.
Это был последний шанс, который у меня был, чтобы убедить его.
— Мы все еще можем отпустить, — умоляла я. — Долгая война окончена, Дэвид... Все кончено. — Я опустила меч в качестве жеста. — Ты можешь перестать сражаться сейчас.
Дэвид смотрел на меня, его разум кружился и вращался. Он никуда продуктивно не пришел.
Я покачала головой и снова подняла меч. — Да будет так.
— Оппоненты существуют, чтобы бросать вызов, — ответил он. — Никто никогда ничего не получал, не преодолев.
Что?
Он всегда был таким?
Вы все такие жалкие.
Чушь.
Синериал права. Все кончено.
Дэвид проигнорировал согласие, когда оно сформировалось. Когда люди увидели, кем он был на самом деле под всеми разговорами и риторикой.
Человек, который не был злым. Не в своей основе.
Он просто хотел спасти мир. Так отчаянно, так непреклонно, что это поглотило его. Он взвалил весь груз на свои плечи, постоянно давя и подталкивая себя идти дальше. Делать больше. Быть лучше. Быть
сильнее
независимо от того, насколько слабым он себя чувствовал.
Он не был монстром.
Он просто ошибался, и он не мог с этим смириться.
Признать это означало бы обесценить всю его жизнь. Все, что он сделал. Всю кровь на его руках. Руках других. Живых и мертвых. Это имело для него значение, и он не мог отпустить это. И я больше не винила его за это, потому что понимала. Я знала этот груз слишком хорошо со всеми мертвецами за моей спиной. Люди, которых убил Али. Миссис Нотт. Ноэль. Симург. Цена, чтобы зайти так далеко и быть так близко к миру, была высока, и трудно было думать об этом и знать, что это просто должно быть отпущено. Что мы зашли достаточно далеко на данный момент и пришло время сложить бремя.
Я прекрасно знала, что он чувствует.
Это просто не меняло того, что должно было произойти.
— Это печальная история, — посетовала я. — Но это все, что у нас есть.
— Что?
— В этом нет особого смысла. Если ты до сих пор не заметил, ты никогда не заметишь.
Дэвид нахмурился и приготовился.
Заметил что?
спросил он себя, вместе с дюжиной других.
Поэтому я сказала им.
Мы все слабы. * * * Бета-ридеры:
TSFreedom
и
Platinumsabr
.