Шаг 2.4

Шаг 2.4

Прочитайте до самого конца ради сюжетного поворота… шокирующего финала? В общем, просто прочтите. Пожалуйста?

Шаг 2.4

По крайней мере, они ничего не бросали.

Не уверена, легко ли чистится мой костюм.

Почему-то со стороны толпа казалась больше. Полицейские выстроились вдоль улиц, а перед зданием СКП спецназовцы за своими баррикадами держали наготове распылители с изолирующей пеной.

Мои претензии к местным героям внезапно показались какими-то мелкими.

— Ты в порядке? — полукриком спросил Кид Вин, стараясь перекрыть шум скандирования.

— В норме, — так же громко ответила я. Мой взгляд снова скользнул по толпе. — Я не знала…

— Да, их тут много, — просто сказал Валиант. Он продолжал идти.

Я последовала за ним. Чем дальше я была от протестующих, тем лучше.

— В городе около двадцати тысяч членов организации, — сообщил Кид Вин, пока мы шли. — На самом деле их не так много, как кажется.

Все равно больше, чем я думала.

Это как-то удручало. Я росла с прогрессивными родителями и друзьями и привыкла считать, что расисты и фанатики — это редкость, исключение из правил. А потом ты выходишь на улицу, полную таких людей, и начинаешь гадать, сколько же их на самом деле. В новостях говорили о протестах по всей стране. Нью-Йорк. Бостон. Вашингтон. Должно быть, их миллионы.

Выглядело это уж точно на миллионы.

Кид Вин прижал руку к шлему сбоку. Чем дальше мы уходили, тем тише становилось.

— Да. Мы в порядке. Миновали толпу квартал назад… Понял. Сейчас выходим на Первую улицу. — Он начал опускать руку, но, заметив мой взгляд, указал на ухо. — Виста слушает.

— Понятно.

За пределами толпы улица выглядела куда более знакомой. Несколько человек поглядывали в сторону шума, но в остальном? Машины ехали по дороге. Люди шли по тротуару. На углу в патрульной машине спал полицейский.

Обычная жизнь.

Чем вообще занимаются герои на патрулировании? Помимо очевидного. Глядя на людей на улице, пока мы шли, я не могла ничего толком понять. Как выглядит наркоторговец в Деловом центре? Доки я знала достаточно хорошо, но в Деловом центре не было бандитских граффити. Все одевались в одежду получше и, казалось, не особо заботились о цветах банд. Мы прошли мимо чернокожего парня в красной рубашке и белого парня в зеленом худи. В Доках никто не носил зеленое или красное, если только они не были азиатами.

— Что именно мы ищем?

— Целую кучу ничего, — ответил Валиант.

Кид Вин спросил:

— Ты раньше когда-нибудь патрулировала?

Я покачала головой.

— Все довольно просто. Стражам не положено ввязываться в драки с кейпами, поэтому нас стараются держать на относительно спокойных маршрутах. Мы просто идем по маршруту, отмечаемся у диспетчера каждые пятнадцать минут или около того и поглядываем по сторонам. Главное — чтобы нас видели.

Так я узнала, что патрулирование — это скука смертная.

Впрочем, я была не против скуки в данный момент. Если бы что-то случилось, я мало что могла бы сделать. Нас определенно видели. Я замечала, как дети показывают на меня пальцем, как прохожие оборачиваются нам вслед, и видела, как минимум, две машины, внезапно затормозившие на зеленый свет.

Тишина длилась недолго. После первого отчета Кид Вина «консоли» он повернулся ко мне и спросил:

— Так как работает твой меч?

— А как работает всё, что делает тинкер?

— Ты понимаешь, о чем я. Я как-то пробовал сделать такой, но пиар-отдел его завернул. Сказали: никаких потрошений.

— Скорее, никакого веселья, — прошептал Валиант.

Я вскинула бровь.

— Пиарщики диктуют вам, что можно строить, а что нельзя?

— Ну, они просто хотят, чтобы все были в безопасности.

— Запрещая тебе создавать вещи?

Мне это показалось попыткой связать ему руки. Если София и не убедила меня не вступать в Стражи, то это точно убедило. Я думала, что в СКП хотя бы опытные герои или настоящие инженеры решают, какой тинкертех безопасен, а какой нет. Что в этом смыслят ребята, которые рисуют плакаты для вестибюля?

— Ну, оглядываясь назад, он мне не особо и нужен был. — Он достал пистолет: маленький, с большой линзой на конце. — Это куда практичнее.

Я оглядела его броню сверху донизу.

— Откуда ты его вытащил?

— О. — Он указал на пояс. — Кобура. Внутри она больше, чем снаружи. Почти незаметно, да? Идею подсказала способность Висты. Я работаю над телепортацией, чтобы переправлять вещи в лабораторию и обратно, но… моя последняя попытка взорвалась, и Оружейник сказал «хватит». На какое-то время.

Он показал мне «карманы» вдоль пояса и описал часть снаряжения, которое носил с собой. Обычные вещи вроде ракетницы, «швейцарского армейского инструмента» и лазерных пистолетов, а также запасные маски, энергоблоки и сотовый телефон. Признаюсь, я почувствовала укол зависти. Я пробовала провернуть штуку с телепортацией и карманным пространством после того, как увидела зомботов Убера и Лита, но моя сила ничего не выдала.

Одно из тех ограничений, о которых упоминала Дракон, полагаю.

Увидев, как это работает, я взглянула на Валианта.

— Как его карманы?

— Ага, — сказал Кид Вин. — Я встроил их, когда проектировал броню.

— Я думала, Валиант тоже тинкер?

— Тогда бы я был задротом, — бросил Валиант.

— Он просто завидует, — парировал Кид Вин. — Валиант — Властелин.

По моей спине пробежал холодок. Не вините меня, Симург только что подтолкнула Ближний Восток к войне.

— И что он делает? — спросила я.

— Ничего особенного, — ответил Валиант. — Я заставляю людей дергаться.

— Дергаться?

— Не такая уж крутая способность.

— Она полезнее, чем кажется, — вставил Кид Вин. — Удачи тебе убежать, когда твои ноги внезапно решат пойти в разные стороны.

Я подумала об этом и, признаться, это действительно полезно.

— Значит, никакого контроля разума?

В ответ на мой вопрос Валиант поднял руки и зашевелил пальцами.

— Сила Валианта повелевает тобой, у-у-у-у-у.

Мы остановились у светофора, ожидая зеленого света для пешеходов. Валиант нажал на кнопку. Я не видела его глаз, но по тому, как он держал шлем повернутым ко мне, я чувствовала их взгляд.

Я не удержалась и спросила:

— Тебе что, двенадцать?

Он фыркнул.

— Если бы. Висте вот разрешают большую часть времени просиживать за столом.

— Он не может лезть в голову, — сказал Кид Вин. — В вегетативную нервную систему тоже.

— Жаль. Удушение Силой звучало бы чертовски мило… Эй, а можно мне световой меч?

Мне хотелось сделать фейспалм, но это показалось бы слишком драматичным. Я была уверена, что он спросил это только для того, чтобы меня позлить.

— Почему все хотят световой меч?

Валиант оглянулся через плечо.

— Потому что они офигенные?

— И я все еще хочу знать, как он работает.

Я проверила время на проекционном дисплее. Нам все равно торчать вместе еще какое-то время, так почему бы и нет? Я начала объяснять, что клинок не столько проецируется, сколько удерживается в электромагнитном поле соответствующей формы.

— Я модифицировала его так, чтобы он был скорее дубинкой, чем клинком, — сказала я. — Никаких потрошений.

Кид Вин ухмыльнулся.

— Директору бы это не понравилось. А какой источник питания?

Валиант застонал.

— И так будет весь следующий час, да?

— Именно так, — ответила я.

— Проклятье.

Мы шли по довольно прямому маршруту. На восток, к Набережной. Профессиональные разговоры помогали скоротать время. У Кид Вина были интересные идеи насчет гравитации, хотя он и не называл это так. Возможно, Дракон была права насчет того, что в моей силе есть компонент Умника, потому что, когда он говорил «антигравитация», мой мозг подставлял «гравитон».

— А что, если ты перевернешься вверх тормашками? Доска ведь не впечатает тебя в землю?

Кид Вин покачал головой.

— В той модели, которую я строю, диски работают в обе стороны и перенаправляют импульс по направлению гравитации.

Я кивнула. Моя сила выдала нечто совсем иное. Своего рода систему отталкивания, которая не позволяла подниматься высоко, но обеспечивала некое подобие парения. Но в обе стороны она не работала.

— А как насчет удержания равновесия? Ты сможешь сделать достаточно маленький гироскоп?

— Я думал о жидкостном, — ответил он. — С магнитным зарядом, чтобы положение «верх» всегда было четким.

Хорошая идея.

— Его можно пустить по всей длине доски, но как ты обеспечишь вариативность раствора со временем?

— Я все еще над этим работаю.

Я кивнула.

— Чего я не понимаю, так это механизма подъема. Технически нельзя свести гравитацию к нулю, но ослабить ее можно кучей способов.

И откуда-то я это знаю…

— Потому что тинкеры — это сплошное читерство, — вставил Валиант.

— Он просто завидует, — повторил Кид Вин.

— Вряд ли. Если бы я тратил столько времени на сборку всякого хлама, как ты, я бы никогда не успевал играть в игры.

Скандирование было почти не слышно. Лишь изредка я улавливала отдельные слова в затишье между машинами. Шум прибоя помогал. Когда мы добрались до Набережной, все казалось почти нормальным.

У меня были смешанные чувства по поводу этого места. С одной стороны, здешние заведения процветали достаточно, чтобы нанимать частную охрану для защиты от банд. Само по себе это впечатляло. Жаль только, что все магазины были ориентированы скорее на туристов, чем на местных жителей, а «Энфорсеры» сами по себе мало чем отличались от банды.

Но я бы предпочла это место толпе перед зданием СКП в любой день.

— Мы только что вышли на Набережную, консоль. — Кид кивнул в ответ на что-то, сказанное Вистой, а затем повернулся к Валианту. — Эгида говорит не возвращаться в штаб-квартиру СКП. Толпа перекрыла улицы. Они не хотят устраивать сцену.

Это заставило меня насторожиться.

— Она стала больше?

Он кивнул.

— Ага.

Насколько же больше она может стать?

Мы отошли в сторону и сбились в кучку возле одного из магазинов.

— Что будете делать? — спросила я.

— Закончим обход и направимся на Вышку. Там для нас есть все условия.

— СКП не может заставить протестующих освободить улицу?

— «Голубой Космос» — это не парачеловеческая организация. СКП ничего не может сделать.

— Тогда кто…

— Полиция Броктон-Бэй.

— Удачи им с этим, — чирикнул Валиант.

— А ты как? — Кид Вин огляделся. — Ты не против не возвращаться в штаб?

— Со мной все будет в порядке, — сказала я. — Сколько еще осталось патрулировать?

— Только пройти через Набережную и сделать круг по южной части Доков.

Я кивнула.

— После Доков я пойду своей дорогой. — И быстро добавила: — Если вы не против?

— Должно быть нормально.

Кид Вин подтвердил информацию у Висты и кивнул. Мы продолжили путь. Толпа на Набережной уделяла нам куда больше внимания, чем в Деловом центре. Люди гораздо чаще фотографировали и, завидев нас, не шли дальше, а останавливались и перешептывались.

— Ты действительно не любишь толпу.

Я взглянула на Кид Вина.

— Нет…

— Я тоже поначалу сильно нервничал. Привыкнешь.

— Полагаю, что так.

Почти закончили.

Все оказалось не так плохо, как я боялась. Валиант был… чем-то средним между придурком и чудиком, но Кид Вин казался нормальным парнем. Совсем не похож на тех стервозных, коварных девчонок, что крутились вокруг Трио в школе. Я вспомнила тот случай, когда кто-то притворился моим другом только для того, чтобы поиздеваться, но, оглядываясь назад, я, кажется, знала об этом все время и просто игнорировала. От двух Стражей рядом со мной такого ощущения не исходило.

Что делало ситуацию еще более странной.

Я могла бы спросить.

Вот только я не хотела раскрывать свою тайную личность, а расспросы о Теневом Сталкере почти наверняка к этому бы привели. Может, они уже и так все поняли, но разве не должны и другие люди, кроме Калверта, знать о том, что натворила София? Если они не знают… ну, как так? Я думала, что к концу дня смогу собрать этот пазл воедино, но нет.

Я чувствовала себя еще более запутавшейся, если это вообще возможно.

И сонной. Мысль о том, чтобы рухнуть в кровать и вздремнуть пару часов, казалась очень заманчивой. Если не считать того, что папа вернется с работы и удивится, почему я легла так рано. Отлично. А еще они могут попросить меня выйти на патруль завтра.

Просто придумаю оправдание.

Я гадала, как Протекторат вообще рассчитывает чего-то добиться, работая в таком режиме. Патрулирование казалось мне логичным с одной стороны. Тебя видят, и преступники держатся подальше, но это лишь означает, что они не совершают преступлений там, где находятся люди, способные их остановить. Они пойдут грабить в другое место или выждут время, когда героев не будет рядом.

Связывать ограниченное число героев простой профилактикой? На ум приходило слово «расточительство». Спасибо Веде за «Стог сена». Если Протекторат хочет патрулировать — ладно. Как только я закончу костюм, я буду тратить свое время более продуктивно.

— …Голубой Мир!

Слова вырвали меня из раздумий. Скандирование вернулось и становилось громче. Я оглянулась через плечо, проверяя, не увязалась ли за нами группа протестующих, но звук доносился с другой стороны. Повернувшись вперед, я первым делом увидела плакаты.

Группа растянулась почти по всей ширине Набережной, оставив лишь узкий проход между ними и зданиями.

Пешеходы и туристы столпились по краям толпы: одни просто стояли и смотрели, другие разворачивались и уходили назад. Группа мужчин в костюмах и солнцезащитных очках околачивалась поблизости, все они держались на приличном расстоянии от двух десятков скандирующих.

Валиант и Кид Вин остановились задолго до этого места, а я — всего через пару шагов.

— Консоль. У нас группа протестующих на Набережной… Не знаю. В брифинге этого не было, верно?

Я оглядела здания, гадая, что, черт возьми, выманило «Голубой Космос» на Набережную в день их главного мероприятия. Протестующие выстроились своего рода дугой, края которой обрамляли один магазин. Симпатичный бутик, в витрине которого были выставлены разнообразные платья, а также всевозможный антиквариат и старинные куклы. Буквы над дверью были выведены в викторианском стиле.

Кукольный домик.

И тут я вспомнила.

— Парфянка.

— Парфянка? — Кид Вин взглянул на меня. — А что с ней?

— На днях был парень, — сказала я. — Раздавал листовки о протесте на одном из шоу Парфянки.

— Они протестуют против девчонки с куклами? — Валиант усмехнулся. — Можно было подумать…

— Мне тоже эта мысль приходила в голову.

— Что нам делать, консоль? Ну да, но мы будем проходить буквально на расстоянии вытянутой руки. Да, они так близко… Вижу Энфорсеров, да, но они ничего не предпринимают.

Энфорсеры?

Я взглянула на мужчин в костюмах и очках. Я видела пятерых, возможно, были и другие, которых я не заметила. За все годы я ни разу не видела Энфорсеров вживую.

— Почему они это не прекратят?

— Потому что юристы — это сплошное дерьмо, — ответил Валиант.

— Это же кукольное шоу для детей, — возразила я. — Они протестуют против детского кукольного шоу.

— Консоль. У нас есть информация, проводит ли Парфянка кукольное шоу для детей? Сейчас?

Сейчас?

Мое сердце пропустило удар. Меньше фута между толпой и дверью, внутри дети, и… сможет ли дверь вообще открыться достаточно широко, чтобы выпустить всех наружу?

Я не особо присматривалась к группе перед зданием СКП, но к этой присмотрелась внимательно. В толпе впереди я увидела огромного мужчину с красным от крика лицом. Женщину, которая выглядела пьяной. Парня в глубине группы, который просто молча наблюдал острым взглядом.

Количество Энфорсеров росло. Еще двое подошли сзади, бросив на нашу маленькую компанию мимолетные взгляды. Они присоединились к одному из уже дежуривших Энфорсеров и начали перешептываться.

— Консоль говорит, нам нужно идти в обход, — сказал Кид Вин. — Заместитель директора не хочет, чтобы мы спровоцировали конфликт, подойдя слишком близко.

Валиант пожал плечами и отступил. Кид Вин последовал за ним, но мои ноги словно приросли к месту.

Я не могла в это поверить. Нет. Я определенно в это верила.

— Вы просто уйдете?

— Э-э. Нам так велела консоль?

Я прошипела:

— И вы просто послушаетесь?!

Уйти. Уйти и оставить всё на произвол судьбы, бросить детей, запертых внутри, одних.

— Пусть Энфорсеры разбираются, — бросил Валиант. — Не наше дело.

Сердце забилось чаще.

Снова.

— Это происходит прямо у вас на глазах!

Валиант посмотрел прямо на меня и спросил:

— И что?

— Что значит «и что»?!

— То и значит. «Голубой Космос» — это обычные люди. Пока они не совершают преступления, это не наше дело, а даже если бы и совершали — проблем от того, что кейпы разгоняют членов «Голубого Космоса», больше, чем мне хотелось бы.

Он продолжил идти.

Кид Вин стоял между нами, переводя взгляд с одного на другую.

— Э-э… Консоль. Ньютайп хочет остаться. Д-да, я это сказал, но… — Он нахмурился и, повернувшись ко мне, произнес: — Виста говорит, нам нужно возвращаться. Эгида тоже так считает.

— Ну и возвращайтесь, — огрызнулась я.

Развернувшись на каблуках, я нашла место, которое позволяло мне наблюдать, оставаясь скрытой в толпе. Я не хотела пугать фанатиков, но и бросить детей там я не могла. Сжав в руке одну из лучевых сабель, я стала ждать. Кид Вин и Валиант скрылись там, откуда мы пришли, и я почувствовала знакомое разочарование в «героях».

Моя рука слегка скользнула по одной из сабель.

Возможно, потому что я чувствовала себя более вовлеченной, или потому что эта группа казалась менее безликой, но они пугали меня сильнее, чем огромная толпа у здания СКП. Я все гадала, заметят ли они меня и не переключат ли внимание.

Я здесь только для того, чтобы убедиться, что с детьми все в порядке.

— Собираешься вмешаться?

Рядом со мной стояла девушка. Высокая и худая, хотя и не такая костлявая, как я, в модном топе и дизайнерских джинсах. Волосы темные, с одной выкрашенной красной прядью. Симпатичная. Не ослепительная, как Эмма, но симпатичная той обычной девичьей красотой.

— Только если дети окажутся в беде, — сказала я. — Только это меня волнует.

— Не очень-то героично со стороны тех двоих — просто бросить всё. — Она улыбнулась точь-в-точь как Эмма. Словно знала что-то.

Она не Эмма, Тейлор, перестань быть параноиком.

Я решила прикинуться благоразумной, лишь бы избежать сцены, которая могла привлечь ко мне внимание.

— Им приказал начальник. Это не их вина.

Слова удивили меня саму. Неужели я в это верила? Им сказали уйти, и они ушли. Мне это не нравилось, но что поделать. Такова жизнь.

— Ну, не обращай на меня внимания, — сказала она. Девушка отступила в сторону и улыбнулась. — Я здесь просто ради шоу.

Это было странно.

Она казалась достаточно милой, так что я просто пожала плечами. Девушка отошла и заняла место поближе к пляжу. Она наблюдала за протестующими пристальным взглядом. Она действительно казалась заинтересованной в шоу… Шоу?

Радикальные члены «Голубого Космоса» любят конфронтацию.

Калверт говорил это, и я, черт возьми, убедилась в этом, когда сцена начала разворачиваться. Я узнала весь этот ансамбль. Задиры выстроились с одной стороны, жертва загнана в угол, а от всех случайных прохожих ожидается, что они будут просто стоять и наслаждаться зрелищем. Представители власти стоят в сторонке и ничего не делают, чтобы это прекратить.

Постановка. Совсем как в Уинслоу.

Первым делом я представила худшие варианты развития событий. Скандирование сменяется насилием, и эти ублюдки врываются в магазин. Калечат детей. От этой мысли у меня перед глазами всё поплыло. Сердце забилось быстрее, когда я поняла, что не смогу это остановить. Отбиваться от них всех лучевой саблей казалось плохой затеей. Я придумала конструкцию светошумовой гранаты, но для нее нужны были химикаты, которых у меня не было.

Если бы я взяла с собой пистолет, то, возможно, смогла бы их распугать.

Я начала метаться между «драться» и «не драться». Ноги напряглись, готовые к бегу, и расслабились лишь тогда, когда я заставила себя успокоиться. Если я брошусь туда, это может спровоцировать именно то, чего я боюсь, но они просто приводили меня в такую ярость. Я не могла выкинуть из головы образ разбитого стекла и крови.

Пальцы впились в рукоять сабли так, что костяшки побелели. Притаившись в своем укрытии, я ждала. При ближайшем рассмотрении лица некоторых протестующих не казались такими уж восторженными. Некоторые выглядели раздраженными. Они бросали неприязненные взгляды на самых крикливых членов группы. Словно их тяготило это присутствие.

Может, они не станут драться?

План созрел. Наброситься на группу, распугать тех, кто не хочет там находиться, и…

Дверь приоткрылась. Мое сердце зашлось, как двигатель в папином грузовике, когда худшие опасения снова заполнили разум. Я начала движение, остановившись лишь тогда, когда из двери вышла маленькая фигурка.

Название «Кукольный домик» ей очень подходило. Парфянка была невысокого роста, вьющиеся светлые волосы, завязанные в хвостики, обрамляли белую фарфоровую маску. На ней было бежево-кремовое платье в викторианском стиле с множеством вышитых оборок, длинные чулки и сапоги для верховой езды до колен.

Скандирование резко оборвалось, когда она закрыла дверь и повернулась лицом к толпе. Сцена поразила меня. Маленькая девочка в красивом костюме стоит меньше чем в футе от толпы людей, которые ее ненавидят.

Она не дрожала. Почти.

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

Когда это стало так тихо?

Она говорила спокойным тоном, почти приветливо. Толпа напротив нее, казалось, не знала, как на это реагировать. Ее голова слегка повернулась. Пожилой лысеющий мужчина, один из Энфорсеров, едва заметно покачал головой, и Парфянка заметно напряглась.

Они ничего не собираются делать.

Снова переключив внимание на толпу, Парфянка продолжила:

— Что ж, если я ничем не могу вам помочь в данный момент, не могли бы вы немного отойти? Школьники внутри хотят уйти…

— Мы бы предпочли, чтобы ушла ты!

Волна шока прокатилась по всем наблюдающим. Это можно было увидеть, услышать презрение и злобу в этих словах. Тот мужчина в глубине. Тот странно серьезный, которого я заметила раньше. Он покраснел как свекла, и когда он поднял руку, в ней была бутылка.

Пьяный?

Энфорсеры начали незаметно пробираться сквозь толпу.

— Я вернусь внутрь после того, как дети уйдут.

— Думаешь, ты намного лучше нас?

Даже протестующие из «Голубого Космоса» начали отодвигаться от этого парня. Он выглядел помешанным, безумным. Я подкралась ближе, используя других прохожих, чтобы меня не заметили.

Парфянка запнулась на полуслове.

— Я так не думаю.

— Конечно, не думаешь! — выкрикнул кто-то другой. Еще один парень в шеренге протестующих. Он не выглядел таким безумным, как первый, но почти. — Ты же герой. — Последнее слово было пропитано сарказмом.

— Я не герой, я вольный наемник.

— Один хрен! — раздался другой голос.

— Я не…

Хор выкриков заглушил ответ Парфянки.

— Хватит с нас кейпов!

— Сними маску!

— Моя сестра погибла из-за вас, дерьма куски!

Последнее меня сильно разозлило. Как будто каждый кейп в ответе за то, что творят банды.

Я держала саблю наготове. Энфорсеры подошли достаточно близко, и я переоценила ситуацию, будучи уверенной, что они вмешаются, если протестующие проявят насилие, но те стояли меньше чем в футе от Парфянки. Они разорвут ее на части прежде, чем кто-либо успеет их остановить.

Прохожие шептались. Некоторые уже держали наготове телефоны с гребаными улыбками на лицах. Я заметила девушку с красной прядью, наблюдавшую со своего места с улыбкой, которую я могла назвать только садистской.

— Ты просто хочешь подчинить их своей воле!

— Я не из таких…

Кто-то крикнул:

— Нелюди!

Парфянка не выдержала.

— Хотите протестовать против насилия со стороны кейпов — пригласите меня, и я приду, — сказала она с усталой резкостью. — Но если вы хотите протестовать против людей только за то, что они другие, знайте: я всегда буду стоять по другую сторону баррикад!

Внезапная вспышка гнева так удивила меня, что я не заметила бутылку.

Зато я увидела, как осколки осыпали голову Парфянки после того, как она разбилась прямо о ее маску.

Она пошатнулась, ударилась о витрину своего магазина и сползла на землю. Энфорсеры волной хлынули со всех сторон. Краснолицего в глубине повалили на землю и навалились сверху кучей.

Остальные протестующие разделились. Несколько человек попытались сопротивляться мужчинам в костюмах, но в итоге оказались на земле в «нельсонах» и удушающих захватах. Некоторые подняли руки и отступили. Стоит отдать должное одной девушке — она посмотрела на Парфянку и спросила, в порядке ли та.

Я даже не осознавала, как мои ноги бьют по земле, пока не добежала до нее.

Мои колени проскользили по каменной плитке тротуара, и я быстро перевернула Парфянку на спину. Она застонала, ее рука слабо потянулась к маске. Я остановила ее прежде, чем она успела ее снять.

— Кто…

— Ньютайп. — Ей удалось сесть самостоятельно. Я смахнула с нее несколько осколков, но мелкие кусочки остались в волосах и в вышивке. — Ты в порядке?

— Уведите их отсюда! — крикнул лысый Энфорсер.

Кто-то попытался возразить:

— Мы имеем право на прот…

— А это — массовые беспорядки. Вас всех удаляют отсюда в целях общественной безопасности!

Оглянувшись на толпу, я увидела, что Энфорсеры со всем справились. Трое мужчин лежали на животе, руки закованы в наручники за спиной. Энфорсеры разделились: одни разгоняли толпу, другие выстроили остальных протестующих вдоль стены, как для опознания.

— Она в норме? — Лысый Энфорсер подошел и присел на корточки. — Извините. Ассоциация говорит, что мы не можем разгонять протесты без причины, пока разрешение действительно.

— Все нормально, — проворчала Парфянка. — Кажется, я в порядке. Просто голова кружится. — Она и правда звучала заторможенно. Слова заплетались, громкость голоса скакала.

Она коснулась маски и вздрогнула. Сквозь прорези я увидела пару темно-карих глаз, смотревших на меня с благодарностью.

— Не стоит благодарности, — сказала я. После хорошего удара по голове я и сама могла бы инстинктивно попытаться снять маску, не подумав. Несложно представить.

— Я связалась с властями.

Голос Веды в ухе заставил меня вздрогнуть. За всей этой суматохой она вела себя так тихо. Я кивнула и помогла Парфянке подняться на ноги.

Внутри магазин Парфянки выглядел наполовину как бутик одежды, наполовину как магазин кукол. Подходяще для названия, полагаю. На манекенах были платья разных фасонов, а полки вдоль стен заполняли куклы и мягкие игрушки.

Дети сбились в кучу внутри с перепуганными лицами, за исключением одной пожилой женщины, которая, казалось, безучастно смотрела в пространство.

Пара Энфорсеров вошла следом за нами. Одна из них, женщина, обратилась к сопровождающей:

— Просим прощения за беспокойство. Толпу разгоняют, и как только протестующих уберут, мы проводим вас до автобусной остановки.

Сопровождающая кивнула и привлекла к себе внимание детей. Все они были маленькими. Лет пять или шесть. Наверное, детский сад или первый класс.

— С Парфянкой все хорошо? — спросил один.

— Со мной все в порядке, — ответила Парфянка со слабой улыбкой в голосе. — Простите, что конец шоу испортили.

То, что она иногда путала слова, детей, похоже, не расстроило. Они расслабились, и через пятнадцать минут двое Энфорсеров вывели их за дверь.

Я осталась и ждала. Красная пелена гнева, которую я ощущала, стоя снаружи, полностью рассеялась. На ее месте осталась лишь изнуряющая усталость.

— Почему ты оказалась рядом? — спросила Парфянка.

— Хм? О. Я патрулировала с Кид Вином и Валиантом. СКП хотела провернуть штуку в духе «герои все еще здесь», пока Протекторат в отъезде.

— Понятно. А они…

— Они ушли. Не хотели затевать ничего с «Голубым Космосом».

Не то чтобы я в итоге много сделала. Энфорсеры со всем справились сами. Все, что мне удалось в конце концов — это помешать Парфянке снять маску на автомате.

— Еще раз спасибо… Мне казалось, я не могу дышать и…

— Все нормально. — Мы посидели в тишине секунду или две, и я добавила: — Я подумала, что это было очень смело — вот так противостоять им.

— Правда? Я была напугана до смерти. — Она покачала головой. По крайней мере, голос прояснился. — Ко мне время от времени заглядывают ребята из «не-Империи», но «Голубой Космос» меня раньше никогда не беспокоил.

— Да. Я тоже не знаю, о чем они думали… Впрочем, я никогда этого не знаю.

— Это точно.

— Хочешь в больницу?

— Нет. Нет, думаю, я в порядке.

— У тебя может быть сотрясение.

— Я… — Она вздохнула и кивнула. — Я об этом позабочусь.

— Тебе нужна помощь, чтобы добраться?

— Нет. Я позвоню… у меня есть подруга. Она может заехать за мной. Мне, наверное, не стоит садиться за руль.

Оглядываясь по сторонам, я чувствовала себя здесь совершенно не к месту. Куча красивых платьев и кукол, а я выгляжу как подражательница Александрии в куртке. Она встала и сделала телефонный звонок. Я осталась, так как Веда напомнила мне, что нельзя оставлять человека одного с возможным сотрясением мозга. Если они упадут или закроют глаза, могут возникнуть осложнения.

Мы перебрасывались короткими фразами.

— Я сделала ее сама, — сказала я о своей маске. — Заказала детали в интернете, а остальное напечатала на принтере, который сама собрала.

— Выглядит хорошо. Считай меня странной, но я всегда хотела поговорить с тинкером. Большинство кейпов не собирают свое снаряжение сами.

— А ты шьешь костюмы?

Она покачала головой.

— Если бы я шила костюмы, банды могли бы связать меня с героями, а я не хочу, чтобы они вынюхивали. Пока я веду себя нейтрально, я могу оставаться нейтральной.

В этом был смысл.

— Хотя это было бы весело, — добавила она. — Каждый раз, когда я вижу героя в новостях, у меня возникает куча идей. Обидно, что я не могу ничего с ними сделать.

Это мне было знакомо.

— Они просто крутятся в голове?

— Ага. Пилят, как родная тетка.

Колокольчик у двери зазвенел минут через десять. Довольно быстро, подумала я. Симпатичная блондинка влетела в магазин как вихрь, почти напевая: «Бе-е-едная Парфяночка».

Она даже не взглянула на меня, остановившись рядом с кукольным кейпом. На ней была юбка с высокими сапогами, свитер, повязанный вокруг талии, и топ с широким вырезом, спадающим с плеч.

Она лихорадочно осматривала Парфянку, спрашивая:

— Ты в порядке?!

— Я в норме, Луиза. Просто получила по голове пивной бутылкой.

— Вот же придурки!

Она вскинула руку в одном из самых преувеличенных жестов, которые я видела со времен… Ну, я видела Валианта около часа назад. Самый преувеличенный жест, который я видела за последний час.

— Мы подадим в суд! — объявила она. Затем повернулась ко мне. — А ты кто?

— Ньютайп. Я герой.

Она кивнула, снова повернулась к Парфянке и повторила:

— Мы подадим в суд и…

Парфянка подняла руки.

— Конечно, Луиза. Подадим. Но, может, отвезешь меня в больницу? У меня все еще голова немного кружится.

— О. Да. Точно, я одолжила машину Саджи.

— Почему ты не взяла свою?

— Потому что у Саджи машина лучше?

Парфянка покачала головой, поднимаясь со стула. Луиза помогла ей встать.

— Спасибо, что не ушла, — сказала Парфянка. — Извини, но я собираюсь переодеться, прежде чем…

К стыду своему, мне потребовалась секунда, чтобы понять, что она имеет в виду.

— Точно. Извини. Я тогда пойду.

— Спасибо за помощь.

— Если хочешь, я могу заглядывать в ближайшие дни. Проверю, чтобы эти фанатики тебя не беспокоили.

Она махнула рукой.

— Нет. Лучше оставить все как есть и надеяться, что они не вернутся.

Луиза поблагодарила меня, и я вышла из магазина. Набережная выглядела абсолютно спокойной, словно ничего и не произошло. Даже осколки стекла уже подмели.

Идти без Кид Вина и Валианта было странно, как-то более одиноко. Решив, что патруль окончен, я двинулась дальше. Я покинула Набережную по Северной улице, а затем свернула к гаражу. Если поспешу, успею переодеться и вернуться домой до того, как папа задастся вопросом, где я.

Когда я подходила к концу Набережной, замигали сирены. С полдюжины Энфорсеров держали группу бывших протестующих в стороне, пока двое полицейских надевали наручники на парня, бросившего бутылку, и еще на одного, который пытался драться с Энфорсерами.

Все они стояли вокруг одной из патрульных машин с широко распахнутой дверью, а пожилая женщина кричала на них.

Я чуть не упала, когда мои ноги внезапно остановились.

— О чем вы все думали?! Я же сказала вам — нет. Все, от мистера Стэнсфилда до заместителя казначея, велели вам все отменить!

Даже когда я медленно пошла вперед, я не могла поверить, что она здесь.

— Если в мире и должны быть паралюди, то она — именно такой парачеловек, какой нам нужен! Тот, кто занимается своим делом и не причиняет никому беспокойства! Она развлекает детей кукольными постановками «Питера Пэна»!

— Но миссис Н…

— Не смей мне дерзить! Я знаю, что ты расстроен из-за сестры, и мне жаль тебя, но Парфянка не имеет отношения к Торговцам, и брошенная бутылка ничего не изменит! Что, черт возьми, на тебя нашло?!

— Я… я… — У парня был совершенно подавленный вид. — Я не знаю. Она просто стояла там, будто ей не страшно, и я так разозлился, думая о Сиерре… Простите.

— Что ж, надеюсь, время в камере пойдет тебе на пользу. А когда выйдешь, я жду два письма. Одно с извинениями мистеру Стэнсфилду за неподчинение, а другое — Парфянке за то, что ударил ее по голове. Она не неуязвима, Брайс, ты мог ее убить!

— Да, мэм.

— Можете забирать их, офицеры. Я всё сказала.

Мой голос дрогнул, когда я спросила:

— Что вы здесь делаете?

Миссис Нотт отвернулась от мужчин, которых полицейские заталкивали на заднее сиденье машины.

Она оглядела меня, ее плечи слегка расслабились.

— Я услышала о том, что случилось, и мистер Стэнсфилд попросил меня прийти посмотреть. Мы очень разочарованы в мистере Кайли… Ты тот новый кейп, из торгового центра?

— Да.

Я не особо следила за разговором. Мой рот выдавал ответы, но разум пытался осознать то, что было перед глазами.

— Я слышала, кто-то видел тебя здесь. Ты помогла Парфянке, верно? Она ранена?

— Подруга везет ее в больницу.

Она нахмурилась.

— Я бы извинилась сама, но не думаю, что она обрадуется моему визиту. — Она улыбнулась, что только усилило мое замешательство. — Я читала о том, что ты сделала в торговом центре. Очень благородно — остаться с той бедной женщиной до приезда помощи. Большинство кейпов просто погнались бы за теми мерзавцами, чтобы устроить драку.

Это… комплимент?

— Удивлена? Я не ненавижу кейпов, дорогая. Я ненавижу особые правила, которые позволяют им причинять вред другим без последствий. Насколько я могу судить, ты пока ничего подобного не сделала.

Она взяла меня за руку и улыбнулась.

— Знаю, это, наверное, странно, но не могла бы ты передать Парфянке, как мне жаль? Местное отделение не поддерживает то, что совершили сегодня некоторые наши члены, и нам очень жаль, что она пострадала. Я прослежу, чтобы Брайс прислал искренние извинения, даже если мне придется выследить его и заставить писать их лично.

— Х-хорошо.

Она кивнула и отпустила мою руку. Ее улыбка стала теплее, а глаза — серьезными.

— Мне так жаль.

Мои глаза расширились за визором. Она меня узнала?

Миссис Нотт развернулась и пошла прочь. Она подошла к группе протестующих, стоявших вдоль улицы под охраной Энфорсеров, и немедленно принялась отчитывать их точно так же, как отчитывала тех двоих. Я развернулась и ушла, пока полицейские машины отъезжали.

Я нашла переулок и без сил опустилась на землю. * * * Бета-ридинг: [TSFreedom](https://forums.spacebattles.com/members/386268/) и [Platinumsabr](https://forums.spacebattles.com/members/462415/).