Побочный шаг С
Пришло время для еще одной веселой пробежки по жизни кого-то, кто не является Тейлор. Как я и говорил, глава короткая.
Побочный шаг С
Некоторые парни просто не знают, когда нужно сдаться.
Стоя в проходе и глядя, как его номер мигает на экране, Чери гадала, не переборщила ли она. Некоторые струны отзывались такой прелестной мелодией, а потоку музыки было так трудно сопротивляться. Может, стоило надеть более закрытый топ? Да. Пожалуй, она переборщила.
Или же Брайс просто не знал, как вести себя, когда тебя используют, — но какой парень это знает?
Она нажала на красный значок и отложила телефон.
Чери продолжила покупки, хватая упаковки с готовой едой и банки с супом. Немного свежих овощей и мяса для нормального ужина. Маленькая благодарность за хорошо приготовленную еду всегда приятна, даже для неё.
Не то чтобы она услышала эту благодарность вслух.
Её товарищи по команде, казалось, вечно ждали момента, когда она сорвется и применит свою зловещую силу. Скромная трапеза время от времени давала им всем легкое чувство покоя. Делала музыку менее обвиняющей и более расслабляющей. Ей меньше приходилось гадать, не придушат ли они её во сне.
А походы на рынок были отличной возможностью совместить работу и покупки.
Сигнал: Райан Дженкинс, рядовой СКП, не на службе, закупается с семьей. Классический семьянин. За тридцать. Имеет множество наград. Красавчик, подумала Чери, и жена симпатичная.
Миссис Дженкинс, миловидная женщина, катила коляску, в которой сидели двое маленьких детей. Скверно со стороны её нанимателя — нацеливаться на СКП, но рабочий день — это рабочий день, или как там говорится.
У каждого есть своя струна.
Чери осторожно заняла позицию в овощном отделе. Просто наблюдая за тем, как они торгуются из-за бананов, она поняла, что Босс снова выбрал отличную цель. Улыбки и смех, но музыка в её ушах звучала натянуто. Далеко не идеальная семья. Как типично. Не то чтобы она осуждала. Сердцеед едва ли тянул на роль идеального отца семейства, не говоря уже о её чокнутых братьях и сестрах.
Добропорядочный законник был вызовом. Коррумпированных копов пруд пруди, но она сомневалась, что боссу нужен компромат на и так продажного легавого. Будь всё так просто, он бы его просто нанял. Чери на мгновение настроилась на детей. Разум ребенка всегда так успокаивает. Простые, ясные мелодии, но пронизанные всевозможными подспудными течениями. Жаль. Дети — всегда хороший материал для шантажа, но что насчет матери?
Дотянувшись своей силой, Чери уловила диссонирующий гул. Разочарование, смешанное со стыдом — и чего было стыдиться миссис Дженкинс? Ни похоти, ни того чувства брезгливости, которое Чери обычно связывала с виной из-за секса, а уж в вине и сексе она знала толк.
Значит, не интрижка.
Когда семья перешла к мясному отделу, она переключила внимание на рядового Дженкинса. Любовь. Тошнотворно-лживый мотив, но типичный для сильного пола. И он всегда идет в паре хотя бы с капелькой гнева. Однако мистер Дженкинс казался злее большинства. Гнев шел в унисон с его песнью любви и отравлял мелодию. Свежий гнев. Что-то реальное, а не просто фоновое раздражение.
Почему мистер Дженкинс злится на миссис Дженкинс, которую любит?
Чери занялась разглядыванием бутылок с молоком. Миссис Дженкинс взяла коробку с полки. Затем другую. И еще одну. Совершенно обычный поход за покупками. Никаких реальных зацепок, пока мистер Дженкинс не выхватил одну коробку из её рук, не посмотрел на ценник и не поставил обратно. Этот гнев зазвучал чуть выше, с ноткой обвинения.
Рядовым СКП платили не так уж плохо, особенно лейтенантам.
Значит, деньги.
Злится на миссис Дженкинс за то, что она их тратит? Нет. В гневе не было тех уз фрустрации или тревоги, которые Чери обычно находила рядом с подобными заботами. Зато было предательство. Предательство, но не сексуального характера. Чери снова переключила внимание на миссис Дженкинс и копнула поглубже.
Не обнаружив ничего сразу, она крайне осторожно потянулась и дернула за струну. Миссис Дженкинс вздрогнула. Ничего нового, кроме страха и отчаяния.
Чери дернула чуть сильнее, аккуратно.
Слишком сильный нажим — и миссис Дженкинс может заметить, а за незаметность платят большие деньги. К тому же это позволяло Протекторату и СКП не висеть у неё на хвосте.
Ребенку Сердцееда нигде не были рады, но того, кто ходит и дразнит эмоции людей на улице, недолюбливали еще сильнее, причем так, что в дело вступали пушки и кейпы.
Она продолжала усиливать натяжение, пока наконец не получила достойную реакцию. Вина и стыд, но при этом желание и азарт. Что-то связанное с деньгами, что вызывало у неё восторг и стыд, что она всё еще хотела делать, но за что чувствовала себя виноватой…
А. Ну конечно.
Но как это использовать?
Чери принялась осматривать окрестности. Её сила действовала на расстоянии, но чтобы схватить то, что нужно, и расставить фигуры по местам, требовалась большая близость. К счастью, такой человек всегда найдется. В любой толпе, в любом магазине, в любой семье. Человек, который так зол без видимой причины, что спокойствие для него — лишь пустой звук.
На её губах заиграла ухмылка, когда она нашла Мистера Злость.
Чери стояла в конце прохода. Когда это они начали выпускать столько вкусов колы? Она начала вести его. Для неё это было не так просто, как для некоторых её братьев и сестер, но выполнимо. Немного интереса в отделе закусок, чуть больше у газировки. Один рывок любопытства, когда он услышал детей, чтобы заставить его обернуться, и, наконец, легкое прикосновение ко всему этому гневу.
Когда ничего не произошло, она покачала головой.
Как я могла забыть?
Чери выбрала вкус и коснулась опасения Дженкинса-младшего. Какой малыш не опасается находиться в незнакомом месте? Простота детских чувств странным образом располагала её к ним. В их песнях нет ни лжи, ни жестокости. Всё либо чудо, либо ужас, а малыши реагируют на ужас только одним способом.
Как только мальчик начал плакать, миссис Дженкинс бросила покупки и подхватила его на руки. К чести Мистера Злость, он пытался сдерживаться, но один маленький толчок наконец запустил процесс.
— Ты собираешься утихомирить своего выродка?
Рядовой Дженкинс нахмурился. — Ему два года. Он будет плакать.
— Обязательно плакать здесь?
— Тебе зубы лишние?
Чери улыбнулась и оставила «счастливую» семью разбираться со своими делами.
Она выложила покупки перед кассиром, упаковала их и вышла. Пройдя через задний двор и завернув за угол, она выудила телефон и набрала номер.
— Я ждал, мисс Василь.
Чери огляделась. В пределах слышимости было всего два человека, и ни один из них ни капли не интересовался её разговором. — Нельзя торопить приготовление правильного ужина.
— Что вы узнали?
— Ничего особенного. Полагаю, это можно назвать азартными играми, хотя муженек не в восторге. Довольно утомительно, но вы же знаете, что такое любовь.
— И самый эффективный способ достичь моих целей?
— Морковь, — ответила Чери. — Некоторое рагу с ней просто вкуснее. Хотя щепотка соли никогда не повредит, в нужных количествах, добавленная в нужное время и нужным способом.
— Ваша помощь оценена по достоинству.
Она услышала, как он убирает телефон от уха. — А я ценю то, что вы оплачиваете счета. Так трудно найти джентльмена в наше время.
Она с нетерпением ждала его ответа, но услышала лишь тот же ровный тон, которым он говорил всегда. Какая скука. Она даже приправила слово «джентльмен» изрядной долей сарказма. Наверняка достаточно, чтобы это заметили.
— Полагаю, мы уже говорили о профессионализме, мисс Василь.
— Простите меня. Довольно утомительно искать способы развлечь себя.
— Хм.
Чери терпеливо ждала. Поддразнивать и играть с игроками и фигурами на улице, конечно, было заманчиво, но ничто не сравнится с тем, чтобы проделывать то же самое с кем-то, кого она не может чувствовать. Азарт был куда сильнее. Постоянно нажимать на кнопки, но достаточно осторожно, чтобы не получить сдачи. К счастью, босс казался человеком, который ценит хорошую работу и готов мириться с разумными странностями.
— Я пришлю вам дополнительные имена до выходных. Дадите мне свое заключение.
— Разумеется. Я обожаю знакомиться с новыми людьми.
— Хорошо. Я выплачу обычный гонорар за ваши услуги.
— Я искренне надеюсь, что они будут хотя бы интереснее последних нескольких.
Она действительно на это надеялась. Дженкинсы в итоге оказались такими приземленными. Азарт от хорошо выполненной работы длится недолго. Игры с Брайсом были забавны как новый ракурс, а внезапное появление нового технаря в той маленькой пьесе вызвало любопытство. Самоконтроль этой девчонки заслуживал мирового рекорда. Чери почти довела её гнев до той точки, когда умный человек всё заметил бы, прежде чем сдаться. Она ожидала гораздо большего, особенно после того, как босс превратил это в спешное задание. Для него нехарактерно преподносить такие сюрпризы, даже если он всего лишь хотел узнать её мнение о психическом состоянии этой подражательницы Александрии.
— Самоконтроль может быть таким скучным, — пробормотала Чери.
— Я нахожу хорошее чувство самоконтроля достойным качеством. Которое и вам бы не помешало, смею добавить.
— О, у меня его предостаточно. — Она широко улыбнулась. — Я просто люблю проявлять над ним самоконтроль!
— Что ж. Позаботьтесь о том, чтобы ваш самоконтроль не вырыл яму глубже, чем та, из которой вы сможете выбраться.
— Если папочка чему и научил меня, так это никогда не тянуться за тем, что не сможешь удержать.
— Тогда я бы посоветовал держать руки при себе, мисс Василь.
Звонок завершился, и Чери прошла оставшийся путь до лофта. Для большинства людей этот район города мог показаться слишком опасным, но капля эмоциональных манипуляций решала почти все проблемы.
Вернувшись, она поприветствовала присутствующих:
— Я вернууулась.
Она ненавидела этот лофт. Огромное, унылое открытое пространство на верхнем этаже старого заброшенного склада. Большой телевизор — единственная настоящая роскошь — стоял с одной стороны между окнами напротив пары диванов, синего и белого. Напротив, в кухонной зоне, стоял симпатичный гарнитур из стола и стульев под красное дерево. Всё из вторсырья, несмотря на деньги, и всё скучное.
Она застала Брайана на кухне, склонившимся над бумагами. Он выглядел таким же задумчивым, как и до её ухода; его глаза пробегали по страницам с растерянным видом, а ручка в руке выстукивала дробь по столешнице. Лиза сидела напротив него. Умница-умница стучала по клавишам своего ноутбука тут же на кухне. Чери практически сама чувствовала её головную боль, просто глядя на неё. Та наверняка допивала шестую или седьмую чашку кофе. Беглый взгляд на экран ноутбука показал сводки новостей за последние несколько дней. Места стычек, протоколы арестов. Иначе говоря — сбор информации, та скукотища, от которой Чери, к счастью, избавляла её сила.
Заметив отсутствие благодарности, Чери открыла холодильник и съязвила: — О, Чери, ты ходила за едой для голодающей команды? О, спасибо тебе. Огромное спасибо, что нашла время проследить, чтобы холодильник не пустовал и нам не пришлось переходить на жареных собак ради выживания, потому что если бы нам пришлось готовить собак, Рейчел приготовила бы нас.
Брайан закатил глаза. Лиза, проклятая всезнайка, распознала подколку и преисполнилась самодовольства от того, что не поддалась на неё.
Никакого веселья.
Чери убрала продукты и нашла пульт. — Я приготовлю позже. Сейчас идет «Холостяк», и мне нужно посмеяться над чужим отчаянием.
— Пожалуйста, только не смейся, — простонала Лиза. — У меня и так голова раскалывается от… — вдалеке снова грохнул выстрел, — …этого.
Чери глянула в окно, но, конечно, ничего не увидела. Только заходящее солнце над темнеющим заливом.
— Можно подумать, у них трупы закончатся, — сказала Чери. Она повернулась и расслабилась на белом диване, когда шоу началось. — Или они сделают что-нибудь поинтереснее, чем стрелять друг в друга.
Жаль, конечно, но видеть каждый день битву дракона с танком — это как хотеть праздничный ужин на каждый прием пищи. Слишком много хорошего портит вкус. Хотя повседневные перипетии бандитской войны не рождали никакой захватывающей музыки. Лишь тот же унылый тон с редким громким хлопком.
— Они ждут, как перегруппируется Протекторат, — сказала Лиза. — Кейпы не двинутся, пока не изучат маршруты патрулирования и не узнают, где нет «белых шляп». Тем временем пушечное мясо делает всю работу и каким-то образом знает слишком много.
— Это от этого у тебя голова болит? — спросил Брайан. — Тебе не обязательно знать всё, Лиза.
— Я хочу знать, — отрезала она. — Когда кто-то сливает инфу одной банды другой — это логично. Такое случается постоянно. Но каким-то образом все три банды получают инфу друг о друге. Каждая атака точечная. Притоны, бордели, заначки, прачечные для отмыва денег.
— Бандитские войны случаются.
— Большинство из них не создаются искусственно.
— Это не наше дело.
— А я и не говорила, что наше. Мне просто не нравится чего-то не знать.
Чери понимающе ухмыльнулась. Не то чтобы она знала много, но ей доставляло удовольствие вопросительное раздражение, исходившее от Лизы, когда та это замечала. Всегда приятно наблюдать, как маленькая мисс всезнайка порхает над пазлом в поисках кусочков. Тем более когда можно подбросить пару сбивающих с толку сигналов и заставить её гадать. Тип-тап, тип-тап по клавишам, в поисках кусочков, которые она никогда не найдет.
Канал на телевизоре переключился, и Чери нахмурилась. — Я это смотрела.
— Жаль. — Сука обошла диван с пультом в руке, переключив, разумеется, на Animal Planet, где шел какой-то спецвыпуск о волках. Девчонка была слишком тихой на вкус Чери. Как настоящий хищник. Даже её эмоции казались приглушенными, вопреки маске гнева и безразличия, которую она носила. Собачнице было искренне плевать на всё, пока она получала то, что хотела.
А «Холостяк» как раз становился интересным, подумала Чери. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты зацикленная?
— Нет, — ответила Сука. Она села, похлопав по месту рядом с собой и позволяя шелудивым псам запрыгнуть на диван.
— По-моему, мы договаривались: никаких животных на мебели.
— Ты договаривалась.
Брайан сдавил переносицу. — У нас два дивана не просто так.
— Да, — ответила Чери, оглядывая гостиную. — И это совершенно портит гармонию комнаты.
Сука хмыкнула.
— Я просто говорю. — Чери откинулась на своем диване, потягиваясь и закинув руки за голову. — Мы злодеи, а не неандертальцы.
Ей едва пришлось напрягать свою силу. Волны раздражения, медленный и занудный мотив, легко потекли от дикой девчонки. Такая тихая сама по себе, но так легко закипает. Настолько легко, что это даже не весело.
— Не надо.
Чери выпрямилась. Лиза свирепо смотрела на неё, убрав одну руку от клавиатуры и погрозив указательным пальцем в воздухе.
— Что?
— Не надо, — повторила она.
Чери закатила глаза. — О да. Властелин страшный. — Она пожала плечами и провела рукой по волосам. — Честное слово. Будто я собираюсь разгуливать и использовать свою силу на людях, которые знают, где я сплю.
— Ты об этом думала, — сказала умница.
— Конечно, я об этом думаю. Попробуй походить с такой силой и ни разу не подумать о том, насколько всё было бы проще, если бы ты просто дергала за струны тут и там.
— Вот и не делай этого.
— А я что только что сказала?
— Слишком много болтаешь, — вставила Сука. Чери отдала ей должное. Она не так глупа, как притворяется. Гнев и убийственная ярость кипели под её угрюмой отстраненностью.
Зазвонил телефон. Она подняла его и снова нажала красную кнопку. — Честное слово.
Лиза улыбнулась. — Должно быть, ты проделала чертовски хорошую работу.
Звук эго и презрения отозвался в силе Чери. Раздражало, как Сплетница всегда знала, как её поддеть. Она вообще знала, как поддеть любого. Глупые маленькие способности умника.
Однако теперь, когда у Чери не было свежих порций женской неадекватности от канала ABC, ей нужно было чем-то заняться.
— Это нелепо, — сказала Чери, скрестив руки на животе в защитном жесте. Она повернула голову в сторону, но так, что это подразумевало кокетливую уверенность. — Я игнорирую его звонки больше недели. Он всё еще звонит.
— А я говорила: не продавай свои услуги таким образом, — сказала Лиза. Её лицо слегка дернулось.
Ноги скрещены, чтобы показать уверенность. На лице хмурая мина с ровно той долей фальшивого разочарования и отвращения, какая нужна. Брови Лизы сошлись на переносице, пусть и едва заметно. Трудно понять, какие реакции были настоящими, а какие поддельными при таком количестве смешанных сигналов.
— Я сходила в кино. Не то чтобы он действительно что-то от меня получил. У меня есть стандарты.
Снова тик. Большинство людей не сочли бы это эмоцией, но Чери знала лучше. У боли был свой звук. Уникальная смесь истощения, фрустрации и дискомфорта. Чери ухмыльнулась. Ей даже не нужно было быть убедительной. Один фальшивый жест ставил под сомнение все остальные, особенно когда Лизе приходилось использовать свою силу экономно, чтобы не вырубиться на неделю. Правильный коктейль — и бедная умница сама забредает в потемки.
— Если ты так говоришь, — пробормотала Лиза. Она улыбнулась, чтобы скрыть это, но без толку. — Я просто думаю, что это довольно низко — ходить на свидания с парнями только ради того, чтобы босс мог устроить инцидент.
— Ну, я считаю, что исполнение было великолепным. Настоящее искусство живо, понимаешь? Это не прописанные пьески на сцене.
Что-то ты зачастила с использованием силы в последнее время, а?
— Я бы не назвала организацию бунта чем-то особо артистичным.
— Попробуй как-нибудь сама. Это сложнее, чем кажется.
Читерство может завести лишь до определенного предела. Нужно действительно знать людей, маленькая мисс «смотрю и читаю».
— И что было интереснее? Изводить нового технаря в городе или смотреть, как Парфянке разбивают лицо бутылкой?
Выуживаешь информацию? Забавно.
Чери приняла задумчивое выражение лица, глядя в сторону, будто ей было что скрывать. Справедливости ради, так оно и было, но бедная маленькая умница не найдет ничего интересного на этом дереве. Тем больше причин оставить её гадать. В конце концов, она найдет лишь небольшую подготовку сцены на будущее, а заодно и психологическую оценку нового любимого проекта Босса. Босс любил убивать двух зайцев одним выстрелом, а Сплетница так любила совать нос не в свои дела.
— У девчонки-технаря удивительный самоконтроль, — ответила Чери. — Но внутри ей о-о-очень больно. — Чери рассмеялась. — О! Мне стоит вас познакомить. Вы отлично поладите! У вас обеих это невыносимое чувство вины из-за всякой ерунды.
Лиза пожала плечами. — Почему бы и нет? Мы могли бы сойтись на почве твоего непреодолимого желания трахать мозг всем вок—
— Вы двое можете просто замолчать? — Тон Брайана был твердым и непреклонным. — Серьезно. Я что, должен тушить каждый пожар между вами тремя?
В прозрачно-притворном порыве солидарности Лиза набросилась на него: — И на что это ты, Брайан, намекаешь?
Конечно, это еще не конец, лисичка, подумала Чери. До следующего раза.
Брайан нахмурился. — Вот почему я постоянно спрашиваю себя, кто из вас троих приносит больше проблем. — Сука фыркнула.
От него исходила легкая, твердая песнь покровительства. Чери не удержалась, разок взглянула на Лизу и сказала: — Ты полагаешь, что нам нужна нянька?
— Ты понимаешь, о чем я.
Ухмылка Лизы была обращена к Брайану, но её эмоции летели к Чери. Презрение.
— На дворе двадцать первый век, и мне не нравятся твои намеки на то, что нам нужен мужчина, чтобы нами управлять, — сказала умница.
Чери улыбнулась ей в ответ. — Возможно, наш славный лидер просто чувствует себя встревоженным...
Очередной звонок наполнил комнату, и на этот раз не у Чери.
Брайан поднялся со своего места. — Босс?
— Ага, — ответила Лиза с характерным причмокиванием. Она одарила Чери ухмылкой по пути в свою комнату. Не обычной, хотя дурак мог бы и не заметить разницы. Она думала, что что-то знает, и это лишь раздражало Чери. Эмоции могут сказать о многом, но это не чтение мыслей.
По-прежнему не имея других развлечений, Чери решила продолжить дразнить бесстрашного лидера Неформалов.
— Итак, на чем мы остановились? — Брайан вздохнул. Чери вздохнула в ответ. — Ты так быстро всё схватываешь, что это просто не весело.
— Прости, что разочаровал, — сказал Брайан. — Но я здесь не для того, чтобы тебя развлекать.
— Но мне так скучно.
— Найди себе занятие.
— У меня было занятие, — сказала она. Она кивнула в сторону Суки. — Теперь мне скучно. Ты лидер. Сделай что-нибудь с этим.
— В мои обязанности не входит разгонять твою скуку.
Чери улыбнулась, теребя пальцем край блузки. — Но я могу придумать столько отличных идей.
— Ты не в моем вкусе.
— Меня это никогда не останавливало, — пропела она.
— К несчастью для тебя, мне не нужно быть Лизой, чтобы знать, что тебе на самом деле не интересно.
Чери надула губы. — Мог бы хотя бы подыграть. Я почти начинаю думать, что ты наслаждаешься моими страданиями.
— Ты еще несноснее, когда тебе скучно, — сказал он. — Зачем мне хотеть, чтобы ты стала еще несноснее?
— Хороший вопрос. Почему ты хочешь, чтобы я была несносной?
— Потому что ему не по себе, когда ты молчишь, — сказала Лиза, снова входя в комнату. — Ты дразнишь его, и он знает, что ты просто пытаешься добиться реакции, но когда ты молчишь, он думает, что ты что-то замышляешь. Что ты обычно и делаешь.
— Замышляю собственное развлечение. Никто из вас не помогает. — Чери высунула язык.
Брайан покачал головой. — Вы двое опять собираетесь начать?
— Иди уже домой, Брайан. — Лиза махнула рукой в воздухе. — Мы все будем живы к утру. О. И просто подпиши этот дурацкий договор аренды. Честно, я даже не смотрела соглашение, но могу сказать, что там нет никаких подвохов.
Чери подняла бровь. — Аренда? Неужели наш бесстрашный лидер съезжает?
— Семейные дела, — коротко ответил он. — Жить в одном пространстве с вами тремя — больше хлопот, чем оно того стоит.
— А я-то думала, что большинство парней мечтали бы делить жилье с тремя завидными невестами.
— Это кто?
Ой, ну честное слово, Сука.
— Это когда у тебя нет парня, Рейчел.
— Тупость, — сердито ответила Сука. Она указала на окно. — Это что такое?
Все трое обернулись одновременно.
Как интересно…
Брайан и Сука подошли к окну и уставились вдаль.
— Наверное, самолет, — пробормотал Брайан.
Сука хмыкнула и вернулась к своему телешоу. Чери тоже почти не придала этому значения, но в отражении окна заметила выражение лица Сплетницы. Лиза хмурилась со странным блеском в глазах. Тем самым, который появлялся, когда её сила сообщала ей что-то, чего она не понимала. Такое случалось нечасто, но когда случалось, маленькая умница обычно начинала глотать тайленол.
— Это не самолет, — прошептала Лиза.
Один из псов, Брут или как там его звали, залаял на происходящее.
Свет на горизонте рос, порождая маленькие огоньки, которые вращались вокруг него. То, что начиналось как слабый белый оттенок, превратилось в ярко-зеленый.
— Новый кейп? — спросил Брайан.
— Не уверена, — сказала Лиза. — Но такие спецэффекты устраивают только тогда, когда не намерены играть по правилам.
Чери улыбнулась. Как интересно.
Чери толкнула окно. В комнату ворвался запах соленого морского воздуха. Она подалась вперед, любуясь формирующейся фигурой. Вихрящиеся зеленые волны поднимались из залива и тянулись к небу. Свет закручивался вверх, вниз и вокруг себя, увеличиваясь в размерах и обретая отчетливую форму с каждой минутой. Вращающиеся потоки принимали очертания по мере роста, а в пустоте ночного неба, которую они оставляли по углам, формировались два темных пятна.
Чери усмехнулась.
— Это бабочка. * * * И это был ноль. Да. Да, я только что отпустил мета-шутку, и она же служит отсылкой!
Кое-что еще
[СПОЙЛЕР] Да, это наконец-то происходит! Чертов Гандам наконец-то здесь… в следующем обновлении.
Что касается этой главы, мне кажется идея Брайана как страдающего здравомыслящего человека в окружении кошмарной комбинации из Рейчел, Лизы и Чери абсолютно уморительной. В каноне Тейлор, по моему мнению, является тем клеем, который превращает Неформалов в нечто сплоченное. Без неё, я полагаю, они бы просто постоянно грызлись (или сучились, в случае Рейчел). Лиза — всезнайка, Чери любит издеваться над людьми просто так, а Рейчел — это Рейчел. Эти три девчонки, кажется, просто обречены никогда не ладить, будучи предоставленными сами себе. Бедному Брайану чертовски пора поднять зарплату.
Пасхалки
[СПОЙЛЕР] Хотя «Лунная бабочка» не появится в этой истории, я решил всё равно сделать на неё отсылку.
Бета-ридинг: TSFreedom и Platinumsabr.