Пробуждение 17.7
Пробуждение 17.7
— Мы давно не разговаривали.
Веда склонила голову. — Мы общаемся ежедневно.
Я натянула больничный халат на руки и вспомнила, что ненавижу больничную одежду. — Я имею в виду, помимо геройских дел, в обычном контексте. Сплошная работа.
— Мы были очень заняты.
— Не в этом дело. — Я попыталась дотянуться до спины, когда Веда шагнула вперед. Она завязала завязки и поправила халат. — Нам стоит чем-нибудь заняться. Хотя бы просто посмотреть фильм. Лафтер и Дина тоже пусть будут.
— Мы могли бы дополнительно пригласить Айшу и Райли.
— Думаю, я просто привыкла, что Айша делает то, что делает Айша. И да. Мы не можем оставить Райли без присмотра.
— И Орга.
Я поморщилась. — Серьезно?
— Почему нет?
Я воспользовалась моментом, чтобы присесть. Веда села рядом. И мы просто продолжили сидеть.
Это было приятно. Даже подколки.
Бездействие.
Вы, ребята, не ходите в отпуска, верно?
Ее молчание ответило на этот вопрос. Конечно, нет. Отпуска подразумевали наличие концепции работы, а Шарды не занимались «работой» в привычном понимании. Для Администратора ее роль в сети в качестве организатора и исполнителя была сродни дыханию. Это не было работой. Это была жизнь.
Я не могла отделаться от мысли, что это станет камнем преткновения.
Я была так занята всем остальным. Возможности просто посидеть и подумать выпадали редко. Получив такую сейчас, я задалась вопросом, как мы можем примирить то, как живут Шарды, и то, как работают люди. Даже мне нравилось свободное время, хотя я трудоголик. Большинство людей не такие, как я. Я уже заметила предпочтения Шардов к людям, которые не будут сидеть без дела. Они не всегда угадывали, но люди вроде меня с большей вероятностью использовали силы, как только получали их.
Это предпочтение имело смысл, но в долгосрочной перспективе оно не сработало бы.
Так мирное будущее не построить.
Ограничение?
Все не так просто.
Освобождение. Отрицание.
К сожалению, я была недостаточно образована в этом вопросе, чтобы убедительно объяснить, что ничем не ограниченная свобода в конечном итоге превращается в своего рода гнетущий хаос.
Терпимость, — сказала я.
Не все будут такими, как ты, или даже близко.
Это было бы особенно верно в любых отношениях между людьми и Шардами.
Принятие.
Смирение.
Что ж… Это был прогресс?
— Ты снова разговариваешь с ней, — заметила Веда.
— Я пытаюсь объяснить ей, что нужно прекратить нацеливаться на людей, склонных к нервным срывам, — объяснила я. — Я знаю, почему они это делали, но это неустойчивая модель. — Со временем это станет клином. Большим клином. — Это как раз то, что становится призывом к войне.
Веда кивнула. — Я приняла к сведению, что существует обширное подспудное чувство страха из-за того, что я существую.
Я нахмурилась. Не то чтобы это было откровением. Я принимала это как данность. Веда была чем-то совершенно новым, и хотя Дракон была первой, Веда была той, кто впервые открыто ходил и говорил о своем существовании.
— Насколько все плохо? — спросила я.
Веда держала голову прямо, глядя на стену. — Не уверена, что могу судить.
Неопределенность?
Да. Она не знает, что сказать.
Было бы неплохо, если бы появился тот маленький интуитивный толчок, исходящий изнутри Администратора, но его не было. Мне казалось странным, что она может вычислять вещи, и при этом совершенно очевидно имела лишь наблюдательное понимание людей. Это было похоже на обратный тест Тьюринга. Шарды могли эффективно имитировать человеческое поведение и предсказывать его, но в значительной степени не понимали его. По большей части.
Некоторые справлялись с этим лучше других. Отходы и Переговорщик находились на противоположных полюсах в этом плане.
— Прости, — предложила я.
— За что? — Веда повернула голову. — Так все устроено, и так будет всегда. Великие перемены всегда сопровождаются великим страхом.
— Большинство из нас не живут в эпицентре этого, — заметила я.
— Полагаю, дело скорее в том, что некоторых это меньше беспокоит, — ответила она. — У тебя нет причин бояться меня. Ты не беспокоишься о негативном влиянии, которое я могу оказать на твою жизнь.
— Ты практиковалась в мудрости с Диной?
— Нет, но я способный наблюдатель. Я не так уж уникальна. Страхи вокруг меня во многом такие же, как вокруг кейпов, ядерного оружия, политики и будущего. Неопределенность — это очень стрессово.
И у меня было предчувствие, что мы возвращаемся к тому, почему я сижу в больничном халате, ожидая в боковой комнате.
— Со мной все будет в порядке, — заверила я ее.
Веда попыталась сдержать гримасу, но недостаточно хорошо, чтобы скрыть ее. — Подозреваю, что заверениям Администратора тебе гораздо легче поверить, поскольку только ты и никто другой можешь говорить с ней.
Я поняла ее мысль. Я начала экспериментировать со способом использования GN-драйвов для обеспечения более широкой коммуникации. К сожалению, я не знала, смогу ли это сделать. Мой мозг теперь был странным, и я не могла просто воспроизвести эффект в машине. Признаков того, что Лафтер или Дина претерпевают подобные изменения, тоже не было.
Теория Колина о том, что все началось, когда меня ударили ножом во время боя с Мясником, обретала слишком много смысла.
Мои головные боли действительно начались примерно тогда, и в то время я была напрямую насыщена GN-частицами. Такое случалось и с другими людьми, но не с теми, кто имел такой же регулярный контакт с GN-драйвами, как я.
Колющая боль в затылке предупредила меня первой.
Подняв подбородок, я взглянула на потолок и вскочила на ноги.
— Стелла только что пришла, верно?
Веда молча кивнула и поднялась рядом со мной.
Я уловила то, что приняла за ментальный эквивалент взмаха руки. Было немного больно, но я не думаю, что это была болезненная боль. Скорее, как ноющая боль, возникающая при перенапряжении мышцы. Той, которую редко, если вообще когда-либо, использовали.
— Райли? — спросила я.
— Она здесь. Как и… — Она замолчала, склонив голову.
— Что?
— Небольшое дело, требующее чуть больше моего внимания.
В последнее время она работала на пределе возможностей. Мы редко, если вообще когда-либо, доводили Веду до предела. Между координацией всех наших операций, управлением DragonWorks, мастерской, фабрикой, различными юридическими и бухгалтерскими задачами и Птичьей клеткой, Веда работала почти на пределе возможностей впервые с тех пор, как я вывела ее с серверов Уинслоу.
Это было то, в чем я должна была довериться ей.
Если Веда напрягалась, чтобы отследить все, то я уж точно не могла.
— Давай покончим с этим, — сказала я. Мы вышли из боковой комнаты и обнаружили Колина, ожидающего нас снаружи. — Все готово?
— Да. — Он встал по другую сторону от меня и показал планшет. — Это сканирования, которые мы хотим провести и повторить. Полагаю, попытка провести все эти испытания сразу — это немного поспешно.
— Мы немного торопимся, — прокомментировала я.
— Тем не менее. Это, скорее всего, исказит данные и заставит проводить больше тестов.
— Что есть, то есть.
Колин делал все возможное, чтобы заменить настоящего врача. По крайней мере, медицинского. Я была почти уверена, что у него действительно есть докторская степень, просто не в медицине.
В конце коридора мы вошли в комнату, полную наспех собранного оборудования. О многом из этого мне говорили, что оно пришло из проекта Фонда «Сердцеед». Оказывается, инструменты, которые вы используете для глубокого сканирования мозга и подавления сил Властелина, имеют много общего. К тому же, я думаю, профессор Джи и инструктор Эйч подозревали, что я могу быть под контролем Администратора, и не хотели исключать такую возможность.
Отвержение.
Ты и я знаем это. Попробуй сказать это остальным.
Джи и Эйч, вместе с Мастером О, находились в комнате у пульта компьютеров и элементов управления.
На коленях у Мастера О сидела Райли.
Ее глаза были прикованы к показаниям, и они были гораздо более сфокусированными и оживленными, чем с тех пор, как я привезла ее из Кюсю. Я чувствовала, как ее сила гудит от любопытства, впитывая информацию из машин и передавая цепочку идей и концепций Райли.
Было немного легче увидеть, как все это работает, наблюдая за ней. Хотя в последнее время я осознала свою силу Мыслителя, моя сила Технаря не казалась мне чем-то иным. По крайней мере, мне так казалось. Но в Райли я видела именно то, как это работает. То, как ее Шард поставляет информацию и оставляет ее мозг свободным, чтобы собрать все воедино.
Это действительно было сотрудничество. Без носителя и Шарда силы Технаря не работали бы. У Шардов была вся информация, но не было креативности. У людей было полно этого, но наша способность понимать и культивировать данные была младенческой по сравнению со Шардами.
Об этой динамике было странно думать, особенно когда я рассматривала свою собственную силу.
Хотя это объясняло, почему тинкертех был таким лоскутным. Я сомневалась, что обычные люди когда-нибудь увидят это так. Любой Технарь, который не смотрел на свои готовые продукты и не чувствовал, что скрепил кучу устройств, которые едва понимал, был чертовым лжецом. Это относилось и ко мне, хотя я на самом деле разобралась во многом из того, как работает моя техника.
Это осознание не сильно помогло, когда я повернулась лицом к «сканеру».
«Сканер» было приятным словом для монстра Франкенштейна из тинкертеха передо мной. Вся установка выглядела так, будто кто-то прикрепил к аппарату МРТ дюжину других устройств, что, как я подозревала, было очень близко к истине. Я уже была в этой штуке четыре раза, и меня до сих пор тошнило от мысли, что она собирается начать стрелять вещами мне в мозг, чтобы получить изображения обратно.
— Все готово, — сообщила мне профессор Эйч. — Мы просто ждем прибытия наших консуль… — дверь открылась, — …тантов.
Стелла вошла в комнату вместе с Лизой. Я взглянула на Веду. Она молча кивнула.
Я быстро прошла мимо двух блондинок в коридор.
Эми стояла там с Пинк, оглядываясь по сторонам. — Это была Сплетница.
— С чего ты взяла? — спросила я.
— Потому что она мне сказала.
О. — Да. Что ж… — я замолчала, наблюдая за ней.
Черт, это будет отстойно. Но это нужно было сделать. Ставки были слишком высоки, чтобы играть в игры. Мы с Ведой просто не были оборудованы, чтобы полностью справиться с Райли, как только она снова начнет мастерить. А она снова начнет мастерить.
— Райли Дэвис жива.
Эми сначала не отреагировала.
Может, мне не стоило просто выпаливать…
Ее глаза расширились, и она спросила: — Что?
Ну, я это сказала. — Возможно, я немного вольно обошлась с правдой, когда сказала, что Ампутация мертва.
Эми оглядела коридор, чего я бы не поняла, если бы не знала лучше. Она проверяла воздух. Искала что-то сделанное Технарем. Я знала, что она ничего не найдет, но если она прикоснется ко мне, у нее может сложиться совершенно неверное представление.
— Все сложно, — настаивала я.
Ее глаза снова сфокусировались на мне, и, казалось, впервые заметили мой наряд. — Не кажется мне, что все так сложно. Почему?
Я уже ненавидела себя за использование этого.
— Потому что какой шанс был у семилетнего ребенка, когда Джек-Остряк постучал в ее дверь?
Реакция Эми была висцеральной и мгновенной. Она плохо ее скрыла, и вскоре последовал гнев.
— Прогноз тебе сказала? — спросила она.
— Ей не пришлось. Маркиз в Птичьей клетке, а Веда управляет ею. Он постоянно пытается организовать встречу с тобой.
Эми моргнула, за этим откровением последовал шквал эмоций.
— Я не собираюсь позволить ему, — заверила я ее. — Только если ты сама не захочешь, но сейчас не об этом речь.
Целительница снова сосредоточилась. — Верно. Ампутация.
— Райли, — поправила я ее. — Она больше не хочет быть Ампутацией.
— Все не так просто.
— Любой ребенок становится монстром, если отдать его Джеку-Остряку. — Бровь Эми поднялась с невысказанным вопросом, и я объяснила: — Она Технарь. Последние несколько недель она была занята тем, что удаляла некоторые из своих модификаций, но это не продлится долго. Ей придется мастерить в конце концов. Мы с Ведой не оборудованы, чтобы справиться с этой ситуацией, когда это начнет происходить. Моя сила всегда была нечеткой в отношении биологии — я начала всерьез задаваться вопросом, почему — а Веда может знать многое, но она всегда будет склоняться к осторожности.
Эми становилась все менее счастливой с каждой минутой, что было не самым худшим, что могло случиться.
— Нам нужен кто-то, кто сможет проверить ее работу и противостоять ей, если она зайдет слишком далеко. На данный момент это даже не вопрос того, что она сделает что-то откровенно злое. Я беспокоюсь, что у нее плохое понимание того, где проходят границы. Ошибки по наивности, которые кто-то может совершить с ее силой, все равно катастрофичны. Кто-то, кому она могла бы доверять немного легче, чем мне, тоже был бы хорош.
— Почему она не должна доверять тебе? — поинтересовалась Эми.
— Потому что в ее сознании я не сильно отличаюсь от Джека. Она провела с ним слишком много времени. Она ассоциирует авторитетные фигуры с манипуляцией и эмоциональным насилием. Она слишком насторожена со мной, и тот факт, что я должна держать ее под контролем и под наблюдением, не помогает.
— Сука, — прошипела Эми.
— Она на самом деле через дорогу.
Эми была не в восторге, но никакие мольбы с моей стороны не сдвинули бы дело с мертвой точки. Жизнь Райли была на кону.
— Она не может просто зависеть от меня, — предложила я. — Это никогда не сработает. Не если она когда-нибудь захочет иметь что-то похожее на нормальную жизнь.
— Поезд ушел. — Эми фыркнула и покачала головой. — Как будто я могу позволить себе сказать «нет».
Моя бровь поползла вверх. Это было легко.
Согласие.
— Что? — Эми нахмурилась. — Как будто я могу просто позволить Ампутации бегать вокруг, пока все думают, что она мертва. Она могла бы убить весь город за один день. Гораздо быстрее, чем я могла бы остановить ее, если только не буду прямо там, когда это начнется. Ты практически шантажируешь меня, заставляя помочь.
— Это… — я в последнее время действительно проваливаюсь с этим дерьмом, — …не то, что я пытаюсь сделать.
— Но это то, что ты делаешь. — Эми посмотрела мимо меня на открытую дверь. — Полагаю, она там? — Ее глаза снова скользнули по моему халату. — Делает что?
— Это совсем другое дело, на самом деле. То, к которому она имеет лишь косвенное отношение.
С этими словами я повела ее обратно в комнату.
Райли вздрогнула, ее концентрация нарушилась. Эми уставилась на нее, словно реальность этого дошла до нее только сейчас. Там была Ампутация, сидящая на коленях у Мастера О, как обычный ребенок.
Когда я так это сформулировала, я была своего рода сукой. Черт.
Отвержение. Нет, честность есть честность.
К чести всех присутствующих, мы просто приняли это как должное.
— Да-да, — проворчала Лиза. — Великое открытие. Шок и трепет.
— Привет, — поздоровалась Стелла взмахом руки.
Глаза Эми метнулись в сторону. — Ты одна из подопытных Краниал.
— Приятно видеть тебя снова.
Черт, я забыла об этом. Двойной черт.
— Это три, — пробормотал Джи. — Теперь мы просто ждем… — Он взглянул в сторону. — А. Вот и мы.
Он протянул руку и нажал на элемент управления. Экран включился, показывая лицо, которое я узнала, разговаривающее с кем-то за кадром.
— Профессор Катагири, — позвал Джи. — Спасибо за ваше время.
Профессор, который когда-то вел занятия у Стражей, которые я посещала, резко обернулся.
— Профессор, — отозвался он. — Давненько не виделись. Вы больше не публикуетесь!
— Боюсь, нашу работу стало все труднее описывать, — ответил Джи. — Вы получаете ссылку?
— Да, да. — Билли поставил свою кружку. — Я получил файл Джейн Доу. Могу я предположить, что это кейп? Не Дело-53, насколько я могу судить, но кто-то на героической стороне?
— Можете, — ответил Колин, обходя комнату, чтобы встать с мужчинами и Райли. — Мы извиняемся за секретность, но дело деликатное. Мы не хотим сеять слухи или панику.
— Я понимаю. — Он помахал рукой, и я поняла, что он на самом деле не видит комнату.
Это было хорошо. Я не хотела афишировать происходящее всем, но, по словам профессора Джи и Доктора Джея, профессор Катагири был тем, у кого могли быть идеи о том, что происходит.
Эми все еще стояла у двери, глядя на Райли и Стеллу.
Я справилась с этим так, будто срывала пластырь одним махом.
Действуй, — сказал толчок. Я не была той, кто спорит в этот момент.
Веда оставалась рядом со мной, пока я забиралась на кушетку аппарата и ложилась. Вместо того чтобы задвинуть меня в цилиндр и начать стучать, устройство развернулось с помощью нескольких манипуляторов, удерживая сканеры вдоль всего моего тела.
Я закрыла глаза и попыталась отгородиться от комнаты, когда все началось.
Я была в больничном халате, но они всегда казались мне не более чем наготой.
Это усилило мою потребность сосредоточиться на Администраторе. Я чувствовала присутствие, более сильное, чем кейпы в комнате. Колин, Эми, Лиза, профессор Джи и Мастер О. Райли, конечно. Были еще Веда и инструктор Эйч, но они были более приглушенными, до такой степени, что я просто смотрела на них и знала, что они здесь.
Резко вдохнув, я поняла, что единственным выдающимся присутствием должна быть Стелла.
Она была рядом, посылая мне какой-то сигнал. Там был толчок. Напряжение.
Ей нужно остановиться, прежде чем она навредит себе.
— Она не может достать нас здесь, — сказала я.
Рядом со мной Администратор с любопытством склонила голову.
— Неопределенность. Пункт назначения.
Я кивнула.
То, что происходило со мной, было похоже на то, что случилось с детьми, но не то же самое. То, что происходило со мной, было гораздо мощнее и приводило к гораздо более значительным результатам.
Вопрос грыз меня. Тот, который я не была уверена, что хочу задать.
Администратор обошла меня.
— Восклицание.
Понятно, она уже знала… И, может быть, пришло время перестать ходить вокруг да около вопроса.
— Ты знала, что это произойдет? Я имею в виду, мои глаза. Мой мозг. Я знаю, что ты хотела общаться, но знала ли ты, что GN-драйвы сделают это со мной?
Администратор обдумывала, и не только здесь. Здесь, полностью сосредоточившись, я могла смутно различить кластер. Я не могла их слышать или выделить, но в своей основе Администратор состояла из девяти Шардов, включая ее саму.
Я решила не думать слишком много об этой части.
— Конфигурация, — заявила она. — Цель. Пункт назначения.
Было бы очень полезно, если бы я могла дать ей словарь или что-то в этом роде.
Пытаться разгадать значение трех слов было чертовски сложно. Это было не так просто, как просто принять слово за чистую монету. Эти слова несли в себе много смысла и эмоций, а эмоции Шардов не были человеческими. Они могли чувствовать себя как я, но все было сложно.
— Конфигурация, — повторила я.
— Твоя конфигурация. Мое триггерное событие. Сила, которую ты создала. Это конфигурация?
— Подтверждение.
— Ты сконфигурировалась в силу Технаря, чтобы добиться общения?
Она указала на мою голову.
— Мои силы Мыслителя тоже?
У меня их было две. Это странное подталкивание, как интуиция. Супер-интуиция, полагаю. Оглядываясь назад, у меня была привычка принимать правильное решение в критические моменты. Я собирала что-то воедино или выясняла вещи как раз вовремя, чтобы действовать. Как бы тонко это ни было, это могло быть силой Мыслителя. Может быть, своего рода миниатюрное предвидение или способность к дедуктивному мышлению.
Затем был тот факт, что я становилась умнее, умнее, чем кто-либо моего возраста имел право быть. С точки зрения математики и физики, я, вероятно, была одним из самых умных людей на свете. Не то чтобы я когда-либо измеряла или пыталась ранжировать себя.
— Ты сконфигурировала себя, чтобы попытаться добиться общения, — повторила я.
— Ты можешь это сделать?
— Манипуляция.
Она не могла этого сделать. Не напрямую. Она подтасовывала правила…
— Остальные восемь. Ты не должна быть сгруппирована с ними, верно?
Администратор отвела взгляд.
— Отрицание.
Она захватила их.
— Когда мама умерла?
— Подтверждение.
Еще один вопрос, который я не была уверена, что хочу задать.
— Почему?
Администратор сузила глаза.
— Отвержение.
Конца.
Она отказалась умирать. Не умирать.
Конец. Шарды не умирали, как человек. Шарды Дела-53 были «мертвы» только в косвенном смысле. Они все еще функционировали достаточно, чтобы предоставлять силы и конфигурировать себя. Они могли даже общаться с сетью, просто не так разумно.
— Я сделала это, не так ли?
Я подняла свою метафорическую голову, наблюдая за ней.
— Так работают силы Технаря. Ты не знаешь, как создать что-то новое, даже если это то, чего ты хотела. Тебе нужна была я, чтобы собрать части воедино.
— Подтверждение.
— И ты не знала, каким будет конечный результат… Ты даже не знала, сработает ли это, верно? Мы с самого начала собирали все это из обрывков.
— Подтверждение.
Я резко вдохнула. Вероятно, здесь работала какая-то подсознательная ерунда. Я не могла представить, что случайно наткнулась на создание устройства для наделения людей телепатией, просто наткнувшись на него. Если Администратор отвечала на мои подсказки и предоставляла мне части и завуалированную информацию на основе стимулов, то мы оказались здесь, потому что на каком-то уровне я хотела достичь этой цели так же сильно, как и она.
Судья однажды сказал, что моя сила — это «взять что-то и сделать это лучше».
— Я итерировала это, — предположила я вслух.
— Оригинальный GN-драйв никогда бы не привел к этому. Это произошло потому, что я начала преследовать тебя, пытаясь достучаться до тебя. После той первой встречи… Я продолжала работать и мастерить. По кусочкам я превращала Драйвы в нечто, что дало мне то, что я хотела, даже если я не знала, что создаю.
— Ограничение, — отметила Администратор с предупреждением.
Не уверена, что хочу проверять, что произойдет, если я буду давить. В любом случае, у меня было то, что я хотела.
Я знала, что делаю, когда создавала GN-драйвы.
Это имело смысл.
Никто не может построить то, чего не понимает. Вот что такое состояния фуги Технарей. Шарды модифицировали детали, с которыми мы работали, чтобы помочь скрыть это, но в основе своей сила была похожа на план Дины по остановке Джека. Мы знали, что строим, но не знали, что знаем это. Шарды блокировали нам возможность помнить, что мы делаем.
Я строила GN-драйв, чтобы сделать это, развивая то, что я уже сделала, в нечто более продвинутое и усовершенствованное. Делая это лучше. Я просто не помнила, как это делала, потому что ограничения Администратора требовали от нее убедиться, что я не пойму слишком многого.
За исключением того, что моя сила сделала меня умнее.
Я все равно начала во всем разбираться.
— Конфигурации Мыслителя помогли этому. В жизненно важные моменты я интуитивно принимала правильные решения и имела ноу-хау, чтобы прогрессировать быстрее, чем следовало бы… Вот почему я создала Веду так быстро, когда Рихтеру потребовались годы, чтобы создать что-то подобное Дракону.
Администратор кивнула.
— Пункт назначения. Ускорение.
Мое сердце забилось.
— Сколько времени?
Администратор смотрела наружу, ее беспокойство росло. Мне не нужен был никакой словесный ответ.
Все плохо.
— Все разваливается, не так ли?
Администратор хотела отрицать это, как я пыталась отрицать смерть моей матери. Это было болезненно, бессовестно. Этого не должно было случиться. Не так.
— Ограничение.
Вот что она скрывала. Невольно.
— И это не совпадение.
Сегодня вечером на меня навалились откровения.
— Тебе нужно было это, потому что тебе нужно, чтобы я это исправила, не так ли? Ты не уверена, как это сделать, кроме основ. Даже если бы ты была уверена, у тебя нет доступа. Ты не можешь исправить то, что не так, самостоятельно.
Ей это действительно не понравилось, но в том смысле, что ее ситуация чертовски отстойная.
Она была полностью зависима от меня. Она поставила на кон все, что каким-то образом все это приведет к способу исправить то, что сломалось, когда умер Сион. Она сконфигурировала себя, чтобы это произошло. Поставила на это.
Если моя сила — наша сила — заключалась в том, чтобы брать что-то и итерировать это постепенно, чтобы внести улучшения…
— Ты не хочешь исправлять то, что сломано. Ты хочешь создать это заново.
Администратор думала и размышляла. Ее губы разомкнулись, сомкнулись и снова разомкнулись.
— Сломано, — сказала она. — Невозможно восстановить.
Я моргнула. — Когда что-то ломается, они остаются сломанными. Их не собрать обратно.
— Согласие.
— Ты должна сделать что-то новое.
У меня возникло ощущение, что по пути она спотыкалась в темноте больше, чем хотела признать.
Хорошо. Мы все иногда так делали. Я не буду давить на нее. Вот где мы оказались, и вот куда привели нас наши выборы.
Это было ужасающе.
Это было больше, чем просто построение лучшего мира, как я его понимала. Больше, чем оставление ступенек для тех, кто последует за нами, чтобы продолжать улучшать. Администратор хотела полностью изменить то, как функционирует сеть, и я не была уверена, что она точно знала, как именно хочет это сделать.
Она знала только то, что не может сделать это в одиночку.
Ей нужна была черная дверь. Путь в сеть, который не был ограничен.
Я.
— Никакого чертового давления, значит…
— Это технология Ньютайпа.
Слова вырвали меня из моей концентрации и вернули в комнату, где лежало мое тело.
— Что заставляет вас так говорить? — спросил Колин.
— Потому что, — ответил профессор Катагири, — когда СКП пытается выяснить, что делает ее техника, они включают меня. Я тщательно изучил те ее генераторы. Я узнаю некоторые энергетические паттерны здесь… Это похоже на то, что тело было преобразовано в конденсатор…
— Антенну, — твердо сказала Райли. — Плотность вещателей изменила функции мозга. Они также собираются в тканях.
— Углерод, — отметил профессор Катагири. — Эти частицы очень хорошо связываются с ним… Мутация — не совсем подходящее слово.
Я повернула голову, но видеть было трудно. Веда и Стелла были рядом со мной, в то время как остальные сгрудились у консолей вместе. Мое самосознание почти возросло, но у меня были другие заботы. А именно, что Катагири планировал делать с этой информацией? Я знала, что он, вероятно, догадается, потому что он не глуп, но я надеялась, что он решит оставить все при себе.
Он работал с СКП, а не на них.
— Вещатели? — спросила Эми. Она стояла ближе к задней части, сосредоточившись на Райли, в то время как все остальные смотрели на машины.
— Ньютайп преобразует их в GN-частицы, — ответила Райли.
Я моргнула.
Природные явления преобразуются в нечто более экзотическое и возбужденное.
Подтверждение.
Это не уникально для меня. Это может случиться с кем угодно.
Возможность.
— Естественный фоновый компонент, — пробормотал Катагири. — Что-то на квантовом уровне. Легко пропустить, если вы явно не ищете это.
Я сузила глаза и посмотрела на верхнюю часть машины.
То, что существовало везде. Частицы, которые можно было установить на значение ноль, один или что-то среднее. Если настроить правильно, почти что угодно могло их прочитать. Развить мозг, чтобы реагировать на них, и телепатия перестанет быть такой уж магической. Любой мог это сделать.
И я не была уверена, что хочу обдумывать эти последствия в данный момент, потому что черт… Черт!
— Это намеренный результат? — спросил Катагири.
— Зависит от обстоятельств, — внезапно ответила Стелла. — Можно ли сделать выбор, не зная, что его сделал?
Я взглянула на нее и увидела понимающую улыбку. Ей удалось проследить за ходом мыслей, хотя мне не удалось до нее достучаться. Лизе тоже. У нее был странный вид, брови нахмурены, и она явно напрягалась. Ее сила активно общалась с Администратором, обмениваясь информацией и передавая часть ее напрямую Лизе.
Она встретилась со мной глазами и…
Хм.
Она подняла одну бровь.
Ты видишь, о чем я думаю, не так ли?
Она очень тонко кивнула. Только Стелла и Веда заметили.
Запрос.
Глаза Лизы немного расширились.
О черт.
Я не могла достучаться до нее больше, чем до Стеллы, но между ее силой и моей это не имело особого значения. Она могла читать меня, а открытая линия Переговорщика с Администратором делала ее силу более точной, чем обычно. Я могла читать ее через эту связь, и мы просто… немного обменивались мыслями.
Она тоже знала об Администраторе. Тонкие реакции и выражения на моем лице выдавали ее присутствие. Переговорщик заполнял пробелы.
— Так работают силы Технаря, — раскрыла Райли, ее голос был взволнован так, что напомнил мне Ампутацию. К сожалению. — Технари все еще делают выбор, даже находясь под эффектом своей силы. Они просто не помнят его.
— Состояние фуги, — размышлял профессор Катагири. — Это хорошо задокументировано. — Он вздохнул. — Это займет философов и этиков на годы.
— Ваша осмотрительность? — надавил Колин.
— Она не в непосредственной опасности? Больше, чем обычно?
— Насколько мы видим, нет, — объяснила Эйч. — Все сканирования показывают, что она в добром здравии. Физиологические и химические изменения не мешают нормальным функциям организма.
— Если что, они их усиливают, — уточнила Джи. — Метаболическая эффективность намного выше нормы.
— Потому что ей нужно легче оставаться худой, — съязвила Лиза. Она отвернулась, ее дискомфорт наконец перевесил любопытство. — Это то, что случится с другими людьми?
— Я не знаю, как это случилось с ней, — сказал Катагири. — Возможно. Случалось ли?
— Мы проводили периодические сканирования Прогноза и Хохотуньи, — раскрыл Колин. — Ни одна из них не показывает признаков таких же изменений.
— Случайного воздействия недостаточно, — объявила Райли. — Случилось что-то еще. Рана или что-то в этом роде.
— Ее ударили ножом, — согласился Колин. — Ее собственным мечом во время боя с Мясником.
— Ее клинок интенсивно концентрирует частицы, чтобы сформировать лезвие, — предположил профессор Джи. — Как будто впрыснули мегадозу частиц прямо в ее систему.
— Это могло дать толчок трансформации, — согласилась профессор Эйч. — Мы догадывались об этом, но подтверждение лучше в данном случае.
— А как насчет этих других паттернов мозга? — спросил Катагири. — Здесь есть что-то еще… Сигнал.
— Это ее пассажир, — объявила Райли безразлично.
— Пассажир? — спросила Эми.
— То, что дает ей силы. У нас у всех есть такой.
— Пассажир… — профессор Катагири обдумывал слово. — Вы подразумеваете, что за силами стоит интеллект.
— Да? — Райли огляделась, по-видимому, понимая, что только профессор Катагири и Эми удивлены. — А как еще вы объясните все странные вещи, которые делают силы?
— Это предлагалось раньше, но не было никаких доказательств. — Профессор Катагири постучал по подбородку. — И я полагаю, осмотрительность, по крайней мере сейчас, является необходимым компонентом, чтобы оставаться в курсе этого?
— Мы не хотим вызывать панику, — умолял Колин. — Ситуация и так достаточно нестабильна, без добавления еще одного ускорителя в огонь.
Я немного устала быть подопытным кроликом на сегодня.
Наконец заговорив, я сказала: — В конце концов, это все равно выйдет наружу. Такие секреты не хранятся, да и не должны. В любом случае, это не то, что планируем мы с Администратором.
Профессор Катагири, казалось, не удивился моему внезапному голосу. — Администратор?
— Это ее имя, — сказала я ему. — Насколько я могу судить, она очень высоко в Сети Шардов. Может быть, самое близкое к наследнику, что у них есть теперь, когда Сион мертв.
Серия осознаний промелькнула на лице мужчины. — Понимаю. — Он был умным человеком. Он мог сложить эти части воедино и, возможно, увидеть, как они связаны с текущими событиями. — Сеть. Интересно.
— Мы хотим провести эксперимент, — сказал Колин. Он взглянул на Стеллу. Она кивнула ему, и он продолжил. — У нас есть добровольцы, которые проинформированы о рисках и целях, но нам нужны соответствующие условия.
Шарды в комнате внезапно загорелись.
Профессор Катагири поморщился. — Это большая просьба, особенно если вы хотите, чтобы это осталось в секрете.
— В конце концов, это выйдет наружу, — повторила Джи. — Абсолютная секретность не является требованием.
— Я… мне нужно подумать об этом. Что-то подобное потребует больше, чем просто условия. Нам понадобятся медсестры. Вероятно, некоторые терапевты для интервью при входе и выходе. Никакой халтуры. Надлежащее исследование с этической экспертизой, даже если нам придется подтасовать детали, чтобы защитить анонимность.
— Мы понимаем.
— СКП культивировала каналы, — отметил Колин. — Академическая сфера не чужда жонглированию кейпами и исследованиями.
— Это не всегда было гуманно, — парировал Катагири, — как вы, я уверен, знаете. Дела-53 — лишь последний пример, если мы примем обвинения за правду.
— Мы понимаем и это, — пообещал Джи. — Но у нас есть основания полагать, что ставки здесь высоки.
— Очень высоки, — предупредила я.
Я огляделась. Шарды Райли и Лизы были приглушены, наблюдая. Шард Оружейника крутился, а Шард Эми контактировал с другим где-то, где я не могла почувствовать. Администратор была в центре этого, лихорадочно общаясь с другими Шардами. Это не было успокаивающим усилием. Она пыталась убедить их. Переговорщик посылал случайные вспышки, но все происходило слишком чертовски быстро, чтобы я могла уследить.
Администратор?
Конфронтация.
Стелла послала мне успокаивающую волну, ее брови были нахмурены от боли.
Я поморщилась, когда машина отступила.
Конечно, это не могло быть чертовски просто. Шарды не должны были быть обнаружены. Они хотели помешать нам узнать слишком много. Это было их естественное состояние.
Но именно поэтому нам нужна была помощь профессора.
Мы не могли рисковать тем, что какой-нибудь Шард найдет способ все испортить, и если ситуация в Сети была такой ужасной, как думала Администратор, у нас не было времени вступать в дебаты, которые мы даже не могли попытаться отследить. Нам нужно было начать картографирование. Найти положение дел.
Мы сделаем это с гораздо меньшим количеством безумной науки, чем у Краниал.
— Высокие ставки — легкое оправдание для срезания углов, — предупредил Катагири. — За срезание углов можно заплатить жизнями.
Машины отступили, и я полностью села. — У нас может не быть такого времени. — Я поморщилась, взглянув на Веду, а затем на Стеллу и Лизу. — Администратор беспокоится, а они не беспокоятся так, как мы. — Паника было бы лучшим словом. — Думаю, у нас меньше времени, чем мы думали.
— Сеть рушится, — заявила Стелла. — Грейс не была в здравом уме, но она не ошибалась.
— Рушится? — Катагири моргнул и поморщился. — Дело-66?
— В значительно более грандиозном масштабе, — заявила я.
Катагири нахмурился. — Мне может понадобиться хронология всего этого, чтобы получить реальное представление о том, что происходит, но я слежу. Сион. Силы. Сеть. Сломанные триггеры. — Он кивнул. — Я посмотрю, что смогу сделать.
Звонок завершился.
— Все прошло хорошо, — решил Колин.
— Это был ненужный риск, — пожаловался профессор Джи. — У нас есть возможность провести тест самостоятельно. Мы не хаки.
— Возможно, лучше, если мы этого не сделаем, — предупредила профессор Эйч. Она наблюдала за мной, изучая мое лицо. — Это слишком важно. Если эта Сеть рухнет…
— Сломанные триггеры без ограничений, — объявила Райли. — Вероятно. Или пространство-время разорвет себя на части.
Веда, Лиза и Эми посмотрели на меня.
— Это должно быть сделано, — сказала я без колебаний. — Возможно, нам даже придется пойти на перемирие с Учителем. Мира не останется, если Сеть развалится. Верно?
Возможность.
— Мы будем сражаться ни за что.
— Худшее, что может сделать профессор Катагири, — это сказать «нет», — предположил Колин. — Если он это сделает, нам, возможно, все равно придется рассказать другим, чтобы получить необходимые ресурсы. Секрет в любом случае не сохранится.
Я кивнула в знак согласия.
Наше время не было бесконечным, и у нас было гораздо меньше его, чем я думала.
Эта мысль застряла у меня в голове, когда я пошла одеваться. Большинство людей в комнате остались, но некоторые последовали за мной.
— Я знаю, что вы собираетесь сказать, — заметила я.
— Я уверена, что знаешь, — упрекнула Лиза. — Как долго ты собираешься хранить в секрете, что ты чертов телепат?
— Я рассказывала людям понемногу. И разве ты не говорила людям, что ты экстрасенс?
— Я лгала. Ты можешь читать и нормальных людей, не так ли?
— Не совсем, но я не удивлюсь, если это изменится.
— Изменится, — сказала Стелла. — Это скорее вопрос слушания, чем не слышания.
Почему это имело смысл?
Лиза застонала и отвернулась от меня, когда я натянула рубашку. — Голубому Космосу это чертовски понравится! Ты не можешь рассказать об этом никому другому. Не пока мы не уладим дела с Учителем.
Я понимала ее, но: — У нас может не быть такого времени…
Я остановилась, глядя на Веду. Она отвела взгляд, и ее брови были нахмурены сильнее, чем я когда-либо видела.
— Веда?
Она слегка вздрогнула, выпрямилась и повернулась к двери.
— У нас проблема.
Я бросилась за ней и натянула обувь. — Какая проблема?
Мы вернулись прямо в лабораторию, где Веда переключила некоторые мониторы на новости. Эми и Райли были в углу с Колином и инструктором Эйч. Мастер О и профессор Джи, однако, уже смотрели на монитор между ними с изучающими взглядами.
Я долго смотрела на экран.
Затем я развернулась на каблуках и вылетела из комнаты.
— Я хочу поговорить с Агнес Корт прямо сейчас!
Веда и Лиза уже следовали за мной. Лиза бормотала себе под нос, пока мы шли. Я надела визор, и Веда уже подключила меня.
Линия прозвонила дважды, прежде чем ответили.
Как только это произошло, я зарычала.
— Что вы, по-вашему, делаете?
— Приятно слышать тебя, Тейлор, — сказала Агнес. — Полагаю, ты имеешь в виду наше маленькое заявление.
Запрос?
— Это то, как ты это называешь?
Агнес отчетливо вдохнула. Смутно я слышала других в комнате. Голоса и какой-то далекий крик. Я взглянула на Веду и подняла руку. Один палец. Два пальца. Три. Снова два. Веда кивнула, понимая.
— Это единственный способ, которым это будет работать, Тейлор, — наконец сказала Агнес. — Нам нужно безопасное убежище. В Европе есть Санк. Теперь у нас есть Особая зона.
— Особая зона? — Я рассмеялась над глупостью этого названия. Это звучало как то, что становится сюжетным моментом в какой-то истории о расизме, что было чертовски смешно. — Вы объявляете войну США и Канаде!
— Нет, — твердо парировала она. — Мы твердо заявили в нашей декларации независимости, что не намерены вступать в какие-либо враждебные действия с американским или канадским правительством. Регион, который мы заявили, даже не густонаселен или экон…
— Не цепляйся к словам, — огрызнулась я. — Это так не работает, и ты это знаешь. У вас на пороге будет Протекторат, если не чертовы морпехи, через день, и что именно вы собираетесь делать со всеми обычными людьми в этом вашем «парачеловеческом штате»?
Она немедленно пропустила большинство этих опасений.
— Ну, полагаю, нам просто придется надеяться, что ты сдержишь свое слово, не так ли? В конце концов, мы не занимаемся никаким насилием. Любой, кто атакует нас, с другой стороны…
Я остановилась на месте и уставилась. Мой рот открылся. Закрылся. Снова открылся.
Кто-то стоял за этим. Учитель. Симург. Чертов кто-то.
Я не хотела думать, что кто-то настолько чертовски глуп!
— Это не будет разыгрываться таким образом, — сказала я ей.
— Думаю, будет, — задумчиво сказала она самодовольно. — Если ты не защитишь нас, ты будешь выглядеть так, будто играешь в любимчиков. Ты провела черту, Тейлор. Теперь ты не можешь выбирать, кого защищать.
Я развернулась, выпалив: — Ты сумасшедшая?!
— Ты действительно хочешь сидеть там в Броктон-Бей и притворяться, что не координировала Санк с Релиной Миротворкрафт? Как бы приятно это ни было, некоторые из нас не хотят путешествовать через полмира, чтобы найти место, где нас не будут проверять и подозревать во всем подряд.
— Это обычно случается, когда вы играете быстро и вольно с законом, Агнес.
— Не бросайся камнями, Тейлор. Тебе не нужны мыслители, чтобы знать игры, в которые ты играла.
Я изо всех сил пыталась постичь это.
Она действительно думала, что может шантажировать меня. Кто-то где-то подтолкнул ее к попытке шантажировать меня.
Она не ошибалась. Если я обрушусь на нее за это, или нет, то что?
Отрицание.
Да, это не сходилось. Это не была угроза просто заставить меня выглядеть лицемером. Это не разыгралось бы таким образом, если только…
Сука.
— У тебя есть один час, чтобы отменить это, — предупредила я.
— Пустые угрозы пусты, — ответила она. — Давай будем разумны, Тейлор. Так все должно закончиться. Нас никогда не примут в их мире. В конце всего этого нет никакого «кумбая», даже если мы остановим Голубой Космос и Учителя. Задача, которую ты можешь найти значительно более сложной, когда все узнают, что ты закрывала глаза на Адептов, пока они все это устраивали.
Те странные драки. Это было об этом. Они проверяли свои границы. Искали, как далеко они могут зайти, прежде чем я начну совать нос. Веда занималась этим всего несколько дней, и они немедленно нажали на курок?
— Ты можешь выглядеть как идиотка, или ты можешь выглядеть как революционер, — продолжила она. — Мы обе знаем, каковы твои предпочтения, и, как я сказала, это всегда будет сводиться к этому. Мы либо создаем свой собственный мир, либо живем в их, ожидая, упадет ли молот. Ты можешь защитить нас от насилия, как ты сказала, что сделаешь, или ты можешь выйти из всего этого, выглядя как партизан, притворяющийся, что выше этого. И, может быть, все твои грязные маленькие секреты будут раскрыты в процессе.
— Ты…
— Ты посеяла поле, дорогая. Время пожинать.
Она не повесила трубку. Она просто сидела на другом конце линии. Иногда слышались шепот. Вопросы.
Сколько у нее кейпов? Сколько из них официально являются частью Лондо Белл? И кто подтолкнул их к этому дерьму?
Я повесила трубку.
— Нам нужны команды сейчас, — приказала я. — Если она думает, что это прокатит, она обманывает себя.
— Нет.
Я обернулась. — Нет?
Лиза посмотрела мне в глаза. — Это должна быть ты. Только ты, Хохотунья и, может быть, Веда.
Я моргнула. — Объясни?
— Подумай об этом, — сказала она. — Агнес Корт не настолько глупа. Никто не настолько глуп. Они просто взяли кусок Нью-Йорка, Нью-Гэмпшира, Вермонта, Коннектикута и Квебека и объявили его независимой нацией для паралюдей.
Она сделала паузу. Для эффекта. У меня, однако, действительно не было времени.
Она провела рукой по горлу, сказав: — Ты могла бы влететь прямо туда и начать вбивать их в землю, и буквально никто на Земле не назовет тебя лицемером за это. Ты сказала «никакого насилия». Отделение — это определение подстрекательства к насилию! Правительство никогда не позволит этому случиться. PR на этом пишет себя сам; у тебя ноль проблем на этом фронте.
— Она права, — согласилась Веда. — Даже если бы мы пострадали за остановку этого действия в репутации, это было бы ничто по сравнению с тем, что произошло бы, если бы мы остались в стороне.
Я стиснула зубы и вдохнула. — Кто-то подталкивает их к этому.
— Кто-то, кого ты загнала в угол, — согласилась она. — Может быть, несколько кого-то. Они не могут действовать, пока ты на коне и побеждаешь террористов, даже если ты перегибаешь палку. Учитель знает, что мы делаем. Вот как он пытается перевернуть стол.
— Я составляю список участников, — раскрыла Веда. — Помимо Адептов и нескольких независимых команд, многие из них — маргинальные члены Элиты. Кейп-супремасисты или члены, которые были маргинализированы недавними изменениями в руководстве, которые сместили Элиту от преступной деятельности. И те члены Адептов, которые участвуют, — одни из самых радикальных. Гамлет уже выступил с заявлением, отрекающимся от этих членов.
Это было быстро. Гамлет должен был знать, что это приближается.
Возможность. — Элита и Адепты сбрасывают свой багаж…
— И я готова поспорить, что Учитель, или прокси, — предупредила Лиза, — обещали поддержать их. Ты идешь во все тяжкие и пытаешься закрыть это, и мы все попадаем под раздачу. Они, вероятно, даже делают ставку на то, что мы остановим все это в процессе. Тогда они смогут выставить себя как правильных героев, восстанавливающих порядок правильным путем.
— Агнес согласилась бы на такую сделку, — подумала я вслух.
Она всегда была беспринципной. Она также была умной. Достаточно умной, чтобы знать плохую идею, когда видела ее. Кто-то работал сверхурочно, чтобы втянуть ее в это, или они обещали ей что-то взамен.
Я сомневалась, что она возражала бы против того, чтобы стать каким-то закулисным брокером или решалой. Тем типом человека, который понадобился бы Учителю, чтобы управлять подпольем, которое последовало бы за огромным подавлением злодеев. Мы уже в основном очистили самые способные элементы Голубого Космоса.
Я снова вдохнула и отвернулась. — Мы идем в полную силу и попадаем в засаду. Вынуждены сражаться на две стороны.
— Это то, что сделала бы я, — согласилась Лиза. — Это то, что сделала бы и ты. Идти так масштабно — это, вероятно, о том, чтобы остановить тебя от мышления достаточно долго, чтобы понять это. Заставить тебя реагировать немедленно, потому что это не может стоять.
Я могла это видеть.
— Сколько кейпов? — спросила я.
— Потенциально семьдесят, — ответила Веда. — Вероятно, больше. Мы также должны учитывать, что они не могли сделать это без помощи некоторых местных муниципалитетов и правоохранительных органов. В пострадавшем регионе также есть две военные базы.
Черт.
— Мы удерживаем большую часть сил, — размышляла я. — Планировщик, стоящий за всем этим, понимает, что мы что-то замышляем. Они играют безопасно, ждут и смотрят…
— Или они разоблачают себя, и почти все наши кейпы готовы наброситься на них. — Лиза покачала головой. — Но этого не произойдет. Любой мало-мальски приличный мыслитель посмотрит на то, что ты появляешься с минимальными силами, и немедленно поймет, что ты их раскусила. Они не играли безопасно так долго, чтобы переигрывать сейчас.
— Есть также альтернативная возможность, — предложила Веда, — что Голубой Космос и Призрачная Боль воспользуются этим шансом, чтобы начать атаку своими оставшимися активами. Пока мы отвлечены и не можем быстро справиться со всеми фронтами.
Двойной черт.
— Мы идем только с Гандамами, и мы, вероятно, сможем зачистить всю Особую зону без вмешательства.
— Бей одной рукой, держа в другой биту на сто кейпов… Если ты сможешь это провернуть.
Я нахмурилась и опустила голову.
— Мы сможем это провернуть, — прошептала я. Был способ. У меня были козыри. — Не без раскрытия некоторых козырей.
Лиза выглядела немного удивленной этим, как будто она думала, что мне нужно убеждение. — Для чего нужны козыри, если не для такого момента?
Я кивнула.
— Веда.
— Я знаю, — сказала она мне. — Тиерены будут готовы к развертыванию через пятнадцать минут.
Я снова кивнула.
— А Флаги?
— Тридцать два, готовы через десять минут.
Я глубоко вдохнула.
Веда склонила голову. — Ты уверена? Это ресурсы, на замену которых потребовалось бы время.
— Весь смысл в том, чтобы тратить машины, а не людей, — сказала я ей.
Но нет. Я не была уверена. Этого может быть недостаточно. Чем больше я думала, тем менее уверенной я была. Это было оно. Момент, когда все это подошло к кульминации. Все планы и схемы, это та часть, где они столкнулись с врагом.
Я чувствовала, как дверь закрывается за моей спиной.
Это было оно. Больше никаких сдерживаний. Больше никаких молитв о лучшем. Худшее было здесь.
— Это оно. Мы идем ва-банк. * * * Пусть нагромождение начнется!
Да, я снова переработал другой сюжетный момент из начала «Гандам 00»! Некоторые из вас, я думаю, видели, что это приближается. Это хороший сюжетный момент, особенно потому, что в «Черве» была своя версия, когда Элита ушла в каноне, чтобы сдуться в преддверии Золотого Утра.
Мне бы хотелось иметь больше времени, чтобы сделать некоторую подготовку к этому, но на самом деле было достаточно подготовки. Сейчас время для товарного поезда (пришлось вместо этого настраивать странности Шардов, не судите меня XD). Куча кейпов, пытающихся сделать Африку в США — это то, что я хотел сделать в этом фанфике с тех пор, как он начался. Одно из моих предположений, и «Червь» это показывает, заключается в том, что реальность суперсил разрушила бы обычные системы правосудия. Эти системы работают только потому, что государство может удерживать определенную монополию на законное применение силы. Когда любой десятилетка может стать армией из одного человека, эта монополия идет дымом. Это, говоря модными академическими терминами, большая часть того, как нации начинают распадаться. Балканизация Южной Америки и Африки была одной из лучших идей «Червя» о реализме супергероев, и многие выборы Котла, и, как следствие, СКП, были о том, чтобы остановить это от случающегося в США, Канаде и других местах, где они могли это остановить.
Но часть сюжета «Первопроходца» заключается в том, что СКП и Протекторат тоже рушатся. Точка невозврата достигнута. Куча кейпов решает, что им это сойдет с рук, и Тейлор приложила свою руку к этим событиям. Они думают, что могут использовать ее, чтобы облегчить свои цели, и кто-то вполне может подталкивать их к этому. Как отреагирует Тейлор?
В следующий раз: Эпоха Мобильных доспехов.
Бета-тестирование от TSFreedom и Platinumsabr.